Апелляционное постановление № 22-3521/2025 от 5 октября 2025 г. по делу № 1-61/2025

Судья р/с Щербинин А.П. Дело № 22-3521/2025


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Кемерово 6 октября 2025 года

Судья Кемеровского областного суда Саянов С.В.

при секретаре судебного заседания Мальцевой Е.С.

с участием прокурора Климентьевой Е.Ю.

осуждённого ФИО1

защитника-адвоката Кашпурова С.В., действующего на основании соглашения,

потерпевшей ФИО6

представителя потерпевшей – адвоката ФИО17

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу осуждённого ФИО1 на приговор Кемеровского районного суда Кемеровской области от 07.08.2025, которым

ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженец <адрес>, гражданин РФ, проживающий по адресу: <адрес>, <адрес>, <адрес> несудимый,

осуждён по ч. 3 ст. 264 УК РФ к 3 годам 6 месяцам лишения свободы, с отбыванием наказания в колонии-поселении, с применением дополнительного наказания в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортным средством, сроком 3 года.

Постановлено ФИО1 самостоятельно за счёт государства следовать к месту отбытия наказания в колонию-поселение, для чего он обязан явиться в течение 10 дней со дня вступления приговора в законную силу в территориальный орган уголовно-исполнительной системы (ФКУ УИИ ГУФСИН России по Кемеровской области) для получения предписания о направлении к месту отбывания наказания.

Срок наказания исчислен с момента прибытия к месту отбывания наказания.

В соответствии с ч. 3 ст. 75.1 УИК РФ зачтено в срок наказания время следования к месту отбытия наказания, из расчёта 1 день следования к месту отбытия наказания за 1 день лишения свободы.

Дополнительную меру наказания в виде лишения права заниматься деятельностью по управлению транспортными средствами на срок 3 года постановлено исполнять самостоятельно, исчислять со дня освобождения ФИО1 из исправительного учреждения.

Мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении до прибытия к месту отбытия наказания оставлена прежней.

Взыскано с ФИО1 в возмещение морального вреда, причинённого преступлением, в пользу ФИО11 2 000 000 рублей.

Взысканы из средств Федерального бюджета в пользу потерпевшей ФИО11 расходы, понесённые в связи с её участием в суде, включая расходы на представителя в сумме 60 000 рублей.

Заслушав доклад судьи Саянова С.В., мнение осуждённого ФИО1 и защитника Кашпурова С.В., поддержавших доводы жалобы, мнение потерпевшей ФИО6 и её представителя – адвоката ФИО17, возражавших против удовлетворения жалобы, мнение прокурора Климентьевой Е.Ю., полагавшей необходимым приговор изменить, суд апелляционной инстанции

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 осуждён за нарушение лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности смерть человека.

Преступление совершено ДД.ММ.ГГГГ на автодороге «Новосибирск – Ленинск-Кузнецкий – Кемерово – Юрга» со стороны <адрес> в направлении <адрес> при обстоятельствах, изложенных в описательно-мотивировочной части приговора.

В апелляционной жалобе осуждённый ФИО1, выражая несогласие с приговором, ссылаясь на п. 20.1 ПДД РФ, положения постановления Пленума Верховного Суда РФ № 20 от 25.06.2019 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при рассмотрении дел об административных правонарушениях, предусмотренных главой 12 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях» указывает, что буксирующий и буксируемый являются водителями, поэтому ответственность в случае ДТП в зависимости от конкретных обстоятельств несёт и тот и другой.

Считает, что суд не учёл показания Свидетель №1 о том, что когда он (ФИО1) повернул влево, Свидетель №1 повернул вправо, чтобы порвать трос, то есть Свидетель №1 направил автомобиль навстречу пешеходу, что и ускорило его падение.

Отмечает, что контакта потерпевшего с автомобилем ФИО1 не было, потерпевший контактировал с тросом.

Считает, что суд необоснованно отказал в удовлетворении ходатайства его защитника о возврате дела прокурору для устранения нарушений, допущенных на стадии предварительного расследования, а также о проведении дополнительной автотехнической экспертизы.

Полагает, что суд необоснованно возложил всю ответственность на него и в части морального вреда.

Указывает, что при буксировке каждое транспортное средство сохраняет юридическую самостоятельность по отношению друг к другу, и если водитель буксируемого автомобиля не обеспечил безопасность движения, то он не должен избежать ответственности.

Считает вывод суда о том, что Свидетель №1 не мог повлиять на ситуацию, преждевременным. Свидетель №1, как водитель, не имеющий водительского удостоверения, подлежит привлечению к уголовной ответственности, как участник ДТП.

Просит приговор отменить, направить дело на новое рассмотрение, назначить дополнительную автотехническую экспертизу.

В возражениях потерпевшая ФИО11, государственный обвинитель Юдаев А.А. предлагают апелляционную жалобу оставить без удовлетворения, приговор – без изменения.

Проверив материалы дела, обсудив доводы жалобы, возражений, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

Выводы суда о виновности ФИО1 в совершении указанного в приговоре преступления подтверждаются совокупностью достоверных и допустимых доказательств, исследованных в судебном заседании с участием сторон, подробно изложенных в приговоре, получивших надлежащую оценку суда.

В судебном заседании Меренков вину в совершении преступления признал частично, пояснив, что он по просьбе своего знакомого помог Свидетель №1 отбуксировать автомобиль «ВАЗ 21102», государственный регистрационный знак №, который сломался на автодороге «Новосибирск - Юрга». Он, и Свидетель №1 закрепили за свои автомобили на специальные крепления буксировочный трос (гибкую сцепку), после чего, каждый из них сел в свой автомобиль, и около 18 часов они начали движение они со стороны <адрес> в сторону <адрес> по автодороге «Новосибирск – Юрга». Он (ФИО1) осуществлял движение, со скоростью не превышающей 45 км/ч. Когда он стал подъезжать к пешеходному переходу на него резко выбежал потерпевший. Он (ФИО1) свернул на полосу встречного движения, но не полностью, а только колесом, так как был поток встречного движения и почувствовал толчок в задней части автомобиля. Он остановил движение обнаружил, что находившийся между автомобилями трос порван, и увидел ФИО8, лежавшего на проезжей части.

Виновность ФИО1 подтверждается показаниями потерпевшей ФИО11, свидетелей Свидетель №1, Свидетель №2, Свидетель №3, Свидетель №4, Свидетель №5, а также исследованными в ходе судебного разбирательства письменными доказательствами.

Согласно показаниям потерпевшей ФИО11 ДД.ММ.ГГГГ около 18 она ждала своего сына - ФИО7 с работы. Так как сын долгое время не приходил домой, она пошла ему навстречу к дороге и увидела сына лежащим на проезжей части. От находившихся там людей ей стало известно, что сын, находясь на пешеходном переходе пропустил один автомобиль, а второй автомобиль не увидел и стал переходить дорогу.

Из показаний свидетеля Свидетель №1 следует, что ДД.ММ.ГГГГ, ФИО1 во второй половине дня на автомобиле «ГАЗ 24» буксировал его неисправный автомобиль. Они сцепили автомобили тросом, сели в свои автомобили и начали движение со скоростью примерно 40-50 км/ч. Когда они приблизились к нерегулируемому пешеходному переходу, на расстоянии около 15 метров он почувствовал, что автомобиль «ГАЗ 24» маневрирует в левую сторону, то есть в сторону встречной полосы. Он начал выкручивать рулевое управление вслед за автомобилем «ГАЗ 24», после чего, на середине пешеходного перехода заметил пешехода. Через несколько секунд увидел, как пешехода зацепило тросом, сбило с ног, и он упал на проезжую часть. Он начал выруливать руль вправо, чтобы порвать трос, поскольку не мог остановить автомобиль из-за того, что ему мешали действия водителя автомобиля «ГАЗ 24», который всё ещё двигался по левой встречной полосе и тянул его за собой. Пешеходный переход было хорошо освещён искусственным освещением, не загромождён и хорошо просматривался с обеих сторон.

Согласно показаниям свидетеля Свидетель №2 в её собственности имеется автомобиль «ВАЗ 21102», государственный регистрационный знак №, которым пользуется Свидетель №1 Со слов Свидетель №1 ей известно, что ДД.ММ.ГГГГ его на мягкой сцепке буксировал водитель ФИО1 на автомобиле «ГАЗ 24». На автодороге «Новосибирск – Юрга», ФИО1 не сбавил скорость перед пешеходным переходом, поздно заметил человека, переходящего проезжую часть по пешеходному переходу, пытался объехать пешехода через встречную полосу движения, зацепив пешехода мягкой сцепкой, от чего тот упал на проезжую часть и сильно травмировался.

Аналогичные показания даны свидетелем Свидетель №3

Из показаний свидетеля Свидетель №4 – инспектора отделения ДПС ГИБДД, следует, что ДД.ММ.ГГГГ около 18 часов 30 минут поступило сообщение от оперативного дежурного о том, что на автодороге «Новосибирск – Ленинск-Кузнецкий – Кемерово – Юрга», на 348 км + 120 м, произошло дорожно-транспортное происшествие, а именно: наезд на пешехода на нерегулируемом пешеходном переходе расположенном в районе <адрес><адрес>. Пешеходный переход был хорошо освещён, просматривался с обеих сторон. На правой обочине передней частью кузова в сторону <адрес>, а задней частью кузова в сторону <адрес>, располагались два легковых автомобиля: «ГАЗ 24», государственный регистрационный знак №, под управлением ФИО1 и «ВАЗ 21102», государственный регистрационный знак №, под управлением Свидетель №1, у которого не было водительского удостоверения на право управления автомобилем. Свидетель №1 был выписан административный штраф. В передней части кузова автомобиля «ВАЗ 21102» на специальном креплении был обрывок буксировочного троса, точно такой же обрывок троса был на задней части кузова автомобиля «ГАЗ 24». Было установлено, что ФИО1 двигался со стороны <адрес> в сторону <адрес> по автодороге «Новосибирск –– Юрга» со скоростью около 50 км/ч, буксировал автомобиль «ВАЗ 21102» на мягкой сцепке. Приближаясь к пешеходному переходу, ФИО1 в последний момент заметил идущего пешехода. Пытаясь избежать наезда, он сманеврировал на встречную полосу, мягкая сцепка натянулась и сбила пешехода с ног.

Оснований сомневаться в допустимости и достоверности показаний потерпевшей и свидетелей у суда апелляционной инстанции не имеется. Какой-либо заинтересованности в исходе дела, повода для оговора осуждённого не установлено. Незначительные противоречия в показаниях свидетелей устранены судом путём оглашения их показаний, данных на стадии предварительного следствия. Существенных противоречий, способных поставить их показания под сомнение, не имеется. Показания указанных лиц оценивались судом в совокупности с другими доказательствами, оснований для признания их недопустимыми доказательствами у суда не имелось.

Также виновность ФИО1 подтверждается письменными доказательствами:

- протоколом осмотра места совершения административного правонарушения от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому место ДТП расположено на нерегулируемом пешеходном переходе, у <адрес><адрес>, на автодороге «Новосибирск – Юрга», на 348 км + 120м, проезжая часть в месте ДТП горизонтальная, вид покрытия – асфальтобетон. На месте ДТП установлены дорожные знаки: 5.19.1, 5.19.2, 6.13. Повреждения у транспортных средств не зафиксированы, следы торможения отсутствуют;

- протоколом выемки от ДД.ММ.ГГГГ – автомобиля «ГАЗ 24», государственный регистрационный знак № у подозреваемого ФИО1, осмотренного в установленном законом порядке;

- заключением судебной медицинской экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ, согласно выводам которой при исследовании трупа ФИО8 выявлена <данные изъяты>. Все указанные повреждения являются прижизненными и состоят в прямой причинной связи со смертью, могли образоваться в срок не более 1 суток до поступления в стационар в одно время от воздействий твёрдым(ми) тупым(ми) предметом(ами), какими могут являться выступающие части движущегося автомобиля и дорожное покрытие в условиях дорожно-транспортного происшествия. Данные повреждения привели к развитию полиорганной <данные изъяты>, что явилось непосредственной причиной смерти, квалифицируются как тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни, этиловый спирт в крови не обнаружен.

- заключением дополнительной судебной медицинской экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ, согласно выводам которой обнаруженные при исследовании трупа ФИО7 <данные изъяты> являются прижизненными, состоят в прямой причинной связи со смертью, образовались в срок не более 1 суток до поступления в стационар в одно время, от воздействий твёрдым(ми) тупым(ми) предметом(ами), какими являются выступающие части движущегося автомобиля и дорожное покрытие в условиях дорожно-транспортного происшествия. Данные повреждения привели к развитию <данные изъяты> с <данные изъяты><данные изъяты><данные изъяты>, что и явилось непосредственной причиной смерти.

- заключением судебной автотехнической экспертизы № № от ДД.ММ.ГГГГ, согласно выводам которой в данной дорожной ситуации водитель автомобиля «ГАЗ 24» должен был руководствоваться требованиями пп. 9.1, 10.1 (1 абз.), 14.1 и разделом 20 «Буксировка механических транспортных средств» Правил дорожного движения РФ. Водитель должен вести транспортное средство со скоростью, которая обеспечивала его возможность выполнить требования п.14.1 ПДД РФ, а именно уступить дорогу пешеходам, переходящим проезжую часть по нерегулируемому пешеходному переходу. Водитель автомобиля «Газ» приближаясь к нерегулируемому пешеходному переходу, был обязан уступить дорогу пешеходу, переходящему дорогу. Пешеход, переходящий проезжую часть дороги по нерегулируемому пешеходному переходу, имеет преимущество по отношению к автомобилю.

Суд привёл в приговоре мотивы, по которым принял вышеуказанные и другие доказательства в качестве допустимых и достоверных. Оснований не согласиться с приведёнными в приговоре мотивами принятых решений судебная коллегия не находит.

В судебном заседании исследованы все существенные для исхода дела доказательства, представленные сторонами.

Нарушений принципа состязательности сторон, необоснованных отказов осуждённому и защитнику в исследовании доказательств, которые могли иметь существенное значение для исхода дела, нарушений процессуальных прав участников, повлиявших на постановление законного, обоснованного и справедливого приговора, по делу не допущено.

Все ходатайства стороны защиты разрешены судом в предусмотренном уголовно-процессуальным законом порядке, путём их обсуждения участниками судебного заседания и вынесения судом по итогам этого обсуждения соответствующего постановления с приведением мотивов принятого решения. Каких-либо данных, свидетельствующих о незаконном и необоснованном отклонении судом ходатайств, которые могли иметь существенное значение для исхода дела, не установлено.

Вопреки доводам жалобы расследование уголовного дела проведено в рамках установленной законом процедуры с соблюдением прав всех участников уголовного судопроизводства. Утверждённое в предусмотренном законом порядке обвинительное заключение соответствует требованиям ст. 220 УПК РФ, не имеет недостатков, исключающих возможность отправления на его основе судопроизводства по делу и постановления приговора. Основания для возвращения уголовного дела прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ у суда первой инстанции отсутствовали, в связи с чем суд обоснованно оставил ходатайство стороны защиты об этом без удовлетворения.

Суд первой инстанции обоснованно отказал в удовлетворении ходатайства защитника о проведении дополнительной автотехнической экспертизы, при этом учёл, что эксперту выполнившему автотехническую экспертизу № № были предоставлены все необходимые материалы дела, исследовав которые он пришёл к выводу о том, что водитель автомобиля «ГАЗ 24» в данной дорожной ситуации должен был руководствоваться требованиями п. п. 9.1, 10.1 (абз. 1) и п. 14.1 и разделом 20 «Буксировка механических транспортных средств» Правил дорожного движения РФ. Решение суда об отказе в проведении дополнительной экспертизы принято в соответствии с положениями уголовно-процессуального закона, с вынесением мотивированного постановления, принятого с учётом мнения сторон. Оснований не доверять заключению судебной автотехнической экспертизы № № у суда не имелось, поскольку оно научно аргументировано, дано экспертом, имеющим специальные познания в области исследования обстоятельств дорожно-транспортного происшествия и длительный стаж работы по специальности.

Выводы заключений судебных медицинских экспертиз, проведённых по делу, надлежащим образом аргументированы, научно обоснованы, содержат указание на применённые при исследовании методики, соответствуют требованиям ст. 204 УПК РФ, проведены экспертом, имеющим значительный стаж экспертной деятельности, предупреждённым об ответственности за заведомо ложное заключение, в связи с чем судом обоснованно приняты во внимание и оценены судом в совокупности с другими доказательствами.

Из материалов уголовного дела усматривается, что все положенные в основу приговора доказательства получены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, согласуются между собой и обоснованно признаны судом достоверными и допустимыми.

Судом правильно установлены фактические обстоятельства дела и сделан верный вывод о виновности ФИО1 в совершении преступления, его действия правильно квалифицированы по ч. 3 ст. 264 УК РФ, как нарушение лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности смерть человека.

Выводы суда о квалификации преступных действий ФИО1 должным образом мотивированы в приговоре. Оснований для иной квалификации содеянного не усматривается.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в п. 1 постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 09.12.2008 № 25 «О судебной практике по делам о преступлениях, связанных с нарушением правил дорожного движения и эксплуатации транспортных средств, а также с их неправомерным завладением без цели хищения» уголовная ответственность за преступление, предусмотренное ст. 264 УК РФ, может иметь место лишь при условии наступления последствий, указанных в этой статье, и если эти последствия находятся в причинной связи с допущенными лицом нарушениями правил дорожного движения или эксплуатации транспортных средств.

Суд пришёл к верному выводу о нарушении ФИО1 указанных в обвинении Правил дорожного движения и данные нарушения находятся в причинной связи с дорожно-транспортным происшествием, в результате которого наступила смерть ФИО8

Судом правильно установлено, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО1, управляя автомобилем «ГАЗ 24», совершал буксировку автомобиля «ВАЗ 21102» под управлением Свидетель №1. При въезде в зону нерегулируемого пешеходного перехода, по которому пересекал проезжую часть пешеход ФИО8, ФИО1, не снижая скорости, изменил направление движения автомобиля влево, выехал на полосу встречного движения, а буксируемый им на гибкой сцепке автомобиль «ВАЗ 21102» стал смещаться в сторону правой обочины, в связи с чем мягкой сцепкой, натянутой между автомобилями, совершил наезд на ФИО8, который от полученных травм скончался.

Доводы осуждённого о наличии виновности в дорожно-транспортном происшествии также и водителя Свидетель №1 не могут быть приняты во внимание, поскольку действия ФИО1 предопределяли траекторию движения буксируемого автомобиля, ФИО1 с целью объезда пешехода совершил внезапный для Свидетель №1 манёвр влево, вследствие чего последний, не имея возможности предотвратить ДТП ввиду неосведомлённости о возникшей впереди него опасности для движения и внезапности совершённого манёвра ФИО1, вынужденно в силу сложившейся и созданной последним аварийно-опасной дорожной ситуации, выехал за линию траектории вправо, что привело к наезду на пешехода буксировочным тросом.

Несогласие осуждённого и его защитника с положенными в основу приговора доказательствами, как и с приведённой в приговоре их оценкой не может свидетельствовать о несоответствии выводов суда фактическим обстоятельствам дела, установленным в ходе судебного заседания, недоказанности виновности ФИО1 в инкриминируемом преступлении.

В соответствии с требованиями ст. 73 УПК РФ суд установил все обстоятельства, подлежащие доказыванию при производстве по уголовному делу.

При назначении наказания ФИО1 суд первой инстанции в соответствии с требованиями ст. ст. 6, 60 УК РФ, учёл характер и степень общественной опасности совершённого преступления, данные о личности осуждённого, который положительно характеризуется, занимается общественно-полезной деятельностью, а также смягчающие наказание обстоятельства, влияние назначенного наказания на исправление осуждённого и на условия жизни его семьи.

Суд учёл смягчающие наказание обстоятельства: частичное признание вины, наличие на иждивении ФИО1 двоих малолетних детей, состояние его здоровья.

Отягчающих наказание обстоятельств судом не установлено.

С учётом фактических обстоятельств преступления и степени его общественной опасности, суд первой инстанции пришёл к верному выводу, что не имеется оснований для изменения категории преступления на менее тяжкую в соответствии с правилами ч. 6 ст. 15 УК РФ, не усматривает их и суд апелляционной инстанции.

Назначая наказание, суд пришёл к обоснованному выводу о том, что исправление осуждённого и достижение целей наказания в данном случае возможно только в условиях реального отбывания наказания в виде лишения свободы, не усмотрев оснований для применения положений ст. 73 УК РФ, надлежаще мотивировав данный вывод.

Учитывая личность осуждённого ФИО1, фактические обстоятельства содеянного, суд пришёл к правильному выводу о том, что цели наказания, а именно, восстановление социальной справедливости, исправление осуждённого и предупреждение совершения им новых преступлений, не могут быть достигнуты без реального отбывания наказания в местах лишения свободы.

Выводы суда о виде и сроке основного наказания в виде лишения свободы должным образом мотивированы, назначенное ФИО1 наказание является справедливым, соразмерным содеянному, соответствует характеру и степени общественной опасности совершённого преступления, личности виновного, отвечает целям наказания, установленным ч. 2 ст. 43 УК РФ.

В соответствии с положениями п. «а» ч. 1 ст. 58 УК РФ вид исправительного учреждения правильно определён судом – колония-поселение.

Оснований полагать, что суд не учёл какие-либо обстоятельства или данные о личности осуждённого, которые бы могли повлиять на вид и размер основного наказания, судом апелляционной инстанции не установлено.

Вместе с тем, при наличии смягчающих наказание обстоятельств, установленных приговором, суд назначил максимально возможный по Общей части УК РФ (ч. 2 ст. 47 УК РФ) срок дополнительного наказания в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортным средством, сроком 3 года.

Однако в силу положений п. 28 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 22.12.2015 № 58 (ред. от 18.12.2018) «О практике назначения судами Российской Федерации уголовного наказания» установление обстоятельств, смягчающих наказание, имеет важное значение при назначении лицу, совершившему преступление, как основного, так и дополнительного наказания.

Назначение максимального срока дополнительного наказания свидетельствует о том, что смягчающие наказание обстоятельства фактически не учтены при его назначении, что является основанием для изменения приговора в данной части со смягчением дополнительного наказания.

Решение о взыскании морального вреда в пользу матери погибшего соответствует положению п. 14 Постановления Пленума ВС РФ от 13 октября 2020 года N 23 "О практике рассмотрения судами гражданского иска по уголовному делу", согласно которому потерпевшими по уголовному делу о преступлении, последствием которого явилась смерть человека, могут быть признаны близкие родственники погибшего, которые вправе предъявить гражданский иск о компенсации морального вреда, при этом учитываются обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий.

Размер компенсации морального вреда, определён с учётом требований разумности, справедливости, степени понесённых нравственных страданий потерпевшей ФИО11, связанных с гибелью сына, степени виновности ФИО1., материального положения осуждённого, наличия у него иждивенцев и иных имеющих значение обстоятельств.

Нарушений принципов разумности и справедливости при разрешении гражданского иска о взыскании компенсации морального вреда судом не допущено.

Доводы осуждённого о необходимости взыскания компенсации морального вреда с водителя буксируемого автомобиля Свидетель №1 удовлетворению не подлежат, поскольку между действиями последнего и наступившими последствиями причинно-следственная связь не установлена. Согласно положений ст. 1064 ГК РФ вред, причинённый личности, подлежит возмещению в полном объёме лицом, причинившим вред.

Существенных нарушений уголовно-процессуального закона, которые путём лишения или ограничения гарантированных законом прав участников уголовного судопроизводства, несоблюдения процедуры судопроизводства или иным путём могли повлиять на постановление законного и обоснованного приговора по делу и влекущих его отмену, судом апелляционной инстанции не установлено.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 389.19, 389.20, 389.26, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

приговор Кемеровского районного суда Кемеровской области от 7 августа 2025 года в отношении ФИО1 изменить.

Смягчить назначенное ФИО1 на основании ч. 3 ст. 47 УК РФ дополнительное наказание в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортным средством, до 2 лет 6 месяцев.

В остальной части приговор оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции в порядке, предусмотренном главой 47.1 УПК РФ, в течение шести месяцев со дня вступления приговора в законную силу через суд первой инстанции и рассматривается в порядке, предусмотренном ст. ст. 401.7, 401.8 УПК РФ.

Осуждённый вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Судья Саянов С.В.