Решение № 2-166/2020 2-166/2020~М-145/2020 М-145/2020 от 23 сентября 2020 г. по делу № 2-166/2020

Дело № 2-166/2020 «А»

УИД:79RS0003-02-2020-000291-16


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

23 сентября 2020 года с. Амурзет

Ленинский районный суд Еврейской автономной области в составе председательствующего судьи Тимирова Р.В.,

при секретаре Булавиной В.А.,

с участием: истца ФИО1, представителя ответчика ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к областному государственному бюджетному учреждению здравоохранения «Октябрьская центральная районная больница» об отмене дисциплинарного взыскания,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском к ОГБУЗ «Октябрьская ЦРБ» об отмене дисциплинарного взыскания – выговора, наложенного на него приказом №33 от 17.08.2020.

В обоснование исковых требований истец указал, что 31.07.2020 во время работы центрифуги в прачечной произошла её самопроизвольная остановка. Руководитель учреждения и контрактный управляющий в это время находились в отпусках. Так как указанное оборудование находится на гарантии, он связался с поставщиком для разрешения ситуации, описал признаки неисправности, на что получил предложение о бесплатной поставке для них вышедшего из строя электронного блока и заверенное подписью и печатью поставщика письмо о сохранении гарантийных обязательств в случае проведения ими ремонта самостоятельно. 06.08.2020 он получил у представителя транспортной компании в Биробиджане электронный блок и доставил его в учреждение 07.08.2020. 10.08.2020 была произведена замена блока, но после подачи электропитания взорвался один из конденсаторов нового блока. Руководство учреждения и поставщик были об этом проинформированы незамедлительно, после чего поставщик не исключил заводской брак в электронном блоке и предложил вновь бесплатно поставить им запасные части, руководитель учреждения с этим согласился. 12.08.2020 был издан приказ №211 о назначении служебной проверки, в тот же день он был с ним ознакомлен, 13.08.202 получил запрос о предоставлении информации, объяснение предоставил 14.08.2020, 17.08.2020 был издан приказ №33 о привлечении его к дисциплинарной ответственности. С приказом не согласен, так свои должностные обязанности выполнял и выполняет в соответствии с трудовым договором. Целью обращения к поставщику было максимально быстрое восстановление работоспособности оборудования. В случае отправки центрифуги в гарантийный ремонт учреждение понесло бы значительные дополнительные затраты. В описательной части приказа №33 от 17.08.2020 безосновательно указано, что оборудование находится в неисправном состоянии из-за проведённых ремонтно-восстановительных работ и заменённая часть не является причиной неисправности. Юрисконсульт, подготовивший приказ и и.о. главного врача, подписавший его, не вправе делать подобные выводы, не имея заключение независимого эксперта.

На основании изложенного, истец просил признать незаконным дисциплинарное взыскание – выговор, объявленное ему приказом №33 от 17.08.2020.

До рассмотрения дела по существу истец требования уточнил, просил суд признать незаконным дисциплинарное взыскание – выговор, объявленное ему приказом №33 от 17.08.2020, приказ отменить.

До рассмотрения дела по существу от представителя ответчика ОГБУЗ «Октябрьская ЦРБ» ФИО2, действующего по доверенности, поступили письменные возражения, согласно которым с иском не согласны, так как при решении о привлечении к дисциплинарной ответственности были учтены требования ст.ст.192, 193 ТК РФ. Основные требования при вынесении приказа были соблюдены. При сборе материалов учитывалась как письменная, так и устная информация, то есть вся хронология действия истца и являлась основанием для привлечения к дисциплинарной ответственности. Перечислив положения коллективного договора, ст.ст. 12, 38, 41 Федерального закона №44-ФЗ, указали, что 31.07.2020 истец не проинформировал о неисправности ни руководителя, ни контрактного управляющего, ни лиц, их замещающих. Никаких указаний ФИО1 не давалось. Из объяснения истца видно, что он, не имея прямого указания, свидетельства о праве работ в сфере Федерального закона №44-ФЗ, права работы с электрическим оборудованием, права участвовать как эксперт, дающий впоследствии заключение о причинах поломки, самостоятельно, в отсутствие представителя поставщика, произвел вскрытие оборудования, после консультации с поставщиком решил о выходе из строя агрегата (платы). В связи с чем ответчик лишен права в претензионной и судебной работе, связанной с заменой оборудования. После выхода из отпуска и.о.главного врача ФИО6 было дано указание о проведении предварительной проверки по указанным обстоятельствам. После опроса истца 12.08.2020 и подтверждения им обстоятельств был издан приказ о проведении служебной проверки.

До рассмотрения дела по существу от истца поступил отзыв на возражение ответчика, согласно которому п.10.1 контракта от 22.06.2020 регулирует разрешение споров и разногласий, по факту произошла поломка оборудования, а не спор и разногласие. В соответствии с п.4.4 контракта Поставщик дефект устранил за свой счет в соответствии с гарантийными обязательствами. С приказом о назначении юрисконсульта исполняющим обязанности контрактного управляющего его не знакомили. В отзыве ответчика искажены факты, до проведения консультация с Поставщиком и получения от него запасного электронного блока и гарантийного письма разборка оборудования не проводилась. На момент разборки 10.08.2020 была получена доверенность ФИО3 на производство работ по ремонту и обслуживания центрифуги, то есть он стал представителем Поставщика. И.о.главного врача ФИО6 на момент начала работ имел на руках гарантийное письмо и был в курсе событий. ФИО4 имеет диплом и квалификацию техника-электрика по специальности «Электрооборудование промышленных предприятий и установок». Ремонт центрифуги проводился при выключенном электропитании, без угрозы поражения электрическим током, что в соответствии с п.1.4.4 Правил эксплуатации электроустановок потребителей, не требует наличия у работника каких-либо дополнительных разрешений. Также ФИО4 привлекался ответчиком к работам по подключению к электрической сети сушильных установок по договору от 13.08.2020, который заключался после назначения служебной проверки. Приказ от 17.08.2020 №33 был издан на основании материалов служебной проверки. Руководитель ФИО6 до начала каких-либо ремонтных работ был в курсе событий, после первой замены электронного блока, не приведшей к положительному результату, лично вёл переговоры с представителем и одобрил повторную замену блока. По его просьбе Поставщик 12.08.2020 предоставил письмо о сохранении гарантийных обязательств в случае проведения ремонта центрифуги на месте. В результате ремонт производился не им или другим работником учреждения, а представителем Поставщика и за его счет, право на последующие гарантийные ремонты или замену оборудования не утрачено. Считает доводы ответчика, указанные в возражениях несостоятельными.

До рассмотрения дела по существу от представителя ответчика ОГБУЗ «Октябрьская ЦРБ» ФИО2 поступили дополнения к возражениям, согласно которым ФИО1 ранее не привлекался к дисциплинарной ответственности, при этом 22.04.2020 в отношении него проводилась служебная проверка, которую провести с соблюдением сроков, установленных ТК РФ не представилось возможным в связи с пандемией. Акты о неисправном оборудовании не составлялись.

До рассмотрения дела по существу от истца поступил отзыв на дополнение к возражению ответчика, согласно которому доводы, указанные в дополнении считает несостоятельными. С проводимой в отношении него в апреле 2020 года служебной проверкой был не согласен.

До рассмотрения дела по существу от представителя ответчика ОГБУЗ «Октябрьская ЦРБ» ФИО2 поступили дополнения к возражениям, согласно которым контракт на поставку центрифуги предусматривает все условия, предусмотренные законодательством РФ и обязательные для сторон. Условия контракта могут оговариваться только сторонами, подписавшими его, включая должностных лиц, которые прошли обучение и их права прописаны в трудовых обязанностях в случае, если имеется указание. Предоставленные истцом информационные письма от Поставщика ни главный врач, ни лицо, его замещающее во время отпуска, не получали. Истец не мог знать, что эти условия прописаны в контракте, предоставил в суд письма, чтобы как-то оправдать свои действия. Истец самостоятельно, не поставив в известность лицо, которое может принимать решение, договорился по телефону с Поставщиком о том, что будет производится ремонт, при этом уведомил Поставщика, что вскрыл оборудование иначал ремонт, лишив права принимать решение в соответствии с п.4.4 контракта. Данные действия истца автоматически лишают права Заказачика требовать что-либо, так как нарушена целостность оборудования во время гарантийного срока.

В судебном заседании ФИО1 исковые требования поддержал в полном объеме с учетом уточнения. Доводы, указанные в письменных отзывах поддержал. На вопросы суда пояснил, что состоял в должности начальника хозяйственного отдел ОГБУЗ «Октябрьская ЦРБ». 31.07.2020 центрифуга в прачечной больницы самопроизвольно остановилась. О неисправности он в понедельник устно сообщил и.о.главного врача ФИО9, никаких указаний не получил. Акт о возникшей поломке не составлял. Позвонив поставщику он описал неисправность, сказали пришлют деталь. После получения детали работник учреждения ФИО7 по его указанию открутил деталь и присоединил деталь, переданную поставщиком, включили питание, стрельнул конденсатор. После чего он поставил в известность ФИО6, он также разговаривал с поставщиком. От поставщика по доверенности прибыл ФИО8 и заменил деталь на другую, центрифуга заработала. О том, что контрактный управляющий в отпуске знал, ему не звонил, кто исполняет за него обязанности, не знал. Он являлся материально ответственным лицом. 09.09.2020 он уволился по собственному желанию. С предоставленной ответчиком характеристикой не согласен, считает её необъективной.

Представитель ответчика ОГБУЗ «Октябрьская ЦРБ» ФИО2, действующий по доверенности, иск ФИО1 не признал в полном объёме Доводы, указанные в предоставленных возражениях на иск, поддержал. Суду дополнил, что при решении вопроса о привлечении истца к дисциплинарной ответственности и вида взыскания учитывались последствия, а именно, что в настоящее время оборудование не используется по назначению. Учреждение планирует начать претензионную работу с поставщиком о замене оборудования. Ранее ФИО1 к дисциплинарной ответственности не привлекался, но в отношении него велись служебные проверки.

На вопросы суда пояснил, что в настоящее время в работе прачки указанная центрифуга не используется, отжим производится на простой стиральной машине, так как акт выполненных работ не составлялся после замены детали представителем Поставщика.

Заслушав объяснения истца ФИО1, представителя ответчика ФИО2, исследовав письменные доказательства по делу, суд учитывает следующее.

В силу п.1 ч.2 ст.21 Трудового кодекса Российской Федерации (далее – ТК РФ) работник обязан добросовестно исполнять трудовые обязанности, возложенные на него трудовым договором.

Из содержания ч.1 ст.56 ТК РФ следует, что работник, заключая трудовой договор, добровольно соглашается лично выполнять определенную договором трудовую функцию, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, действующие у данного работодателя.

Частью 1 ст.192 ТК РФ установлено, что за совершение дисциплинарного проступка, то есть неисполнение или ненадлежащее исполнение работником по его вине возложенных на него трудовых обязанностей, работодатель имеет право применить перечисленные в указанной норме дисциплинарные взыскания.

В соответствии со ст.193 ТК РФ, до применения дисциплинарного взыскания работодатель должен затребовать от работника письменное объяснение. Если по истечении двух рабочих дней указанное объяснение работником не предоставлено, то составляется соответствующий акт. Непредставление работником объяснения не является препятствием для применения дисциплинарного взыскания.

Согласно ч.4 ст.193 ТК РФ дисциплинарное взыскание применяется не позднее одного месяца со дня обнаружения проступка, не считая времени болезни работника, пребывания его в отпуске, а также времени, необходимого на учет мнения представительного органа работников. Дисциплинарное взыскание не может быть применено позднее шести месяцев со дня совершения проступка, а по результатам ревизии, проверки финансово-хозяйственной деятельности или аудиторской проверки - позднее двух лет со дня его совершения.

Приказ (распоряжение) работодателя о применении дисциплинарного взыскания объявляется работнику под роспись в течение трех рабочих дней со дня его издания, не считая времени отсутствия работника на работе. Если работник отказывается ознакомиться с указанным приказом (распоряжением) под роспись, то составляется соответствующий акт.

Как разъяснено в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 №2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации»:

работодателю необходимо представить доказательства, свидетельствующие не только о том, что работник совершил дисциплинарный проступок, но и о том, что при наложении взыскания учитывались тяжесть этого проступка и обстоятельства, при которых он был совершен (ч.5 ст.192 ТК РФ), а также предшествующее поведение работника, его отношение к труду (п.53).

Таким образом, в силу приведенных выше норм закона, дисциплинарное взыскание может быть применено к работнику за нарушение им трудовой дисциплины, то есть за дисциплинарный проступок.

Дисциплинарным проступком является виновное, противоправное неисполнение или ненадлежащее исполнение работником возложенных на него трудовых обязанностей, в том числе нарушение должностных инструкций, положений, приказов работодателя.

Неисполнение или ненадлежащее исполнение трудовых обязанностей признается виновным, если работник действовал умышленно или по неосторожности. Противоправность действий или бездействия работников означает, что они не соответствуют законам, иным нормативным правовым актам, в том числе положениям и уставам о дисциплине, должностным инструкциям.

Дисциплинарным проступком могут быть признаны только такие противоправные действия (бездействие) работника, которые непосредственно связаны с исполнением им трудовых обязанностей.

При этом право выбора конкретной меры дисциплинарного взыскания из числа предусмотренных законодательством принадлежит работодателю, который должен учитывать степень тяжести проступка, обстоятельства, при которых он совершен, предшествующее поведение работника.

При рассмотрении дела установлено, что ФИО1 состоял в трудовых правоотношениях с ОГБУЗ «Октябрьская ЦРБ» (приказ №166 от 25.10.2018, трудовой договор №164 от 25.10.2018).

Согласно трудовому договору от 25.10.2018, ФИО1 состоял в должности начальника хозяйственного отдела ОГБУЗ «Октябрьская ЦРБ».

Согласно условиям трудового договора: Работник обязуется лично выполнять работу, указанную в договоре, в том числе – контроль за исправностью оборудования (освещения, систем отопления, вентиляции и др.). Работник обязан, помимо прочего, незамедлительно сообщать работодателю или непосредственному руководителю о возникновении ситуации, представляющей угрозу жизни и здоровью людей, сохранности имущества работодателя, в том числе находящемуся у работодателя имуществу третьих лиц, если работодатель несёт ответственность за сохранность этого имущества, имуществу других работников (п.10). Работодатель имеет право требовать от работника добросовестного исполнения обязанностей по настоящему трудовому договору, привлекать работника к дисциплинарной и материальной ответственности в порядке, установленному ТК РФ (п.11).

12.08.2020 был издан приказ №211 о назначении в отношении ФИО1 служебной проверки по факту неисправности центрифуги, самовольных действий (распоряжений) начальника хозяйственного отдела по проведению ремонта.

17.08.2020 был издан приказ №33, обжалуемый истцом, согласно которому, в связи с ненадлежащим исполнением трудовых обязанностей, возложенных на работника трудовым договором в части обеспечения хозяйственным обслуживанием, контроля за исправностью оборудования, принятие решения без согласования с руководством о проведении ремонта центрифуги без соответствующего права и допуска, вследствие чего оборудование является неисправным, а заменённая часть не является причиной поломки центрифуги, в связи с чем ОГБУЗ «Октябрьская ЦРБ», как Заказчик, лишен права на проведение досудебной экспертизы для доказывания наличия скрытых дефектов, повлекших неисправность оборудования после её получения и оплаты, что лишает права требования полной замены оборудования, ФИО1 был привлечен к дисциплинарной ответственности в виде выговора.

09.09.2020 трудовой договор между истцом и ответчиком расторгнут по инициативе работника (приказ №185 от 07.09.2020).

Как установлено при рассмотрении дела, 22.06.2020 между ОГБУЗ «Октябрьская ЦРБ» (Заказчик) и ИП ФИО5 (Поставщик) был заключен контракт № на поставку центрифуги прачечной СР-10, в соответствии с которым заказчику было доставлено указанное оборудование.

Как указано в п.2.1 контракта, его цена составила 137 000 руб.

Гарантийный срок качества товара установлен 12 месяцев с даты ввода товара в эксплуатацию. Поставщик предоставляет гарантию Поставщика и Производителя на товар (п.4.3).

Поставщик обязан за свой счет устранить дефекты, выявленные в товаре в течение гарантийного срока или заменить товар, если не докажет, что дефекты возникли в результате нарушения Заказчиком правил эксплуатации товара. Расходы на доставку товара к месту проведения ремонта и обратно за счет Поставщика (п.4.4).

Указанное оборудование принято на баланс учреждения 03.07.2020 (инвентарная карточка учета от 03.07.2020, товарная накладная №7 от 29.06.2020).

В судебном заседании установлено, что ФИО1 являлся материально ответственным лицом, с ним был заключен соответствующий договор 27.03.2019.

Как указано в договоре о полной индивидуальной материальной ответственности от 27.03.2019 (п.1) работник обязуется своевременно сообщить Работодателю либо непосредственному руководителю о всех обстоятельствах, угрожающих сохранности вверенного ему имущества.

Как следует из пояснений истца, 31.07.2020, установив факт самопроизвольной остановки центрифуги, он самостоятельно связался с поставщиком, описал признаки неисправности, получив предложение о замене блока, получив его 06.08.2020, 10.08.2020 самостоятельно произвел его замену, в результате чего, после подачи электричества, вышел из строя конденсатор нового блока.

Довод истца о том, что о неисправности он сообщил устно и.о.главного врача ФИО9, не нашел своего подтверждения при рассмотрении дела, так как согласно предоставленной, в рамках проводимой ответчиком проверки, информации ФИО9, исполняющей обязанности главного врача с 29.06.2020 по 07.08.2020, какой-либо информации от начальника хозяйственного отдела о поломке центрифуги не в письменном виде, не в устной форме, в её адрес не поступало. Никаких распоряжений по её ремонту она не давала.

Истец о поломке оборудования и.о.главного врача ФИО6, контрактного управляющего не проинформировал, указаний о проведении её ремонта не получал, первоначально ремонт произвёл собственными силами, о чем он указал в отобранных объяснениях от 14.08.2020.

При этом, представленным в материалы дела трудовым договором №164 от 25.10.2018, заключенным между сторонами спора, не предусмотрено право начальника хозяйственного отдела самостоятельно принимать решение о ремонте оборудования учреждения, осуществлять ремонт оборудования. В данном случае, суд соглашается с доводами ответчика о том, что для осуществления ремонта оборудования необходима соответствующая квалификация работника, в связи с чем, такие должностные обязанности не были предусмотрены в должностной инструкции истца.

При этом, согласно трудовому договору истец был обязан незамедлительно сообщить работодателю или непосредственному руководителю о возникновении ситуации, представляющей угрозу сохранности имущества работодателя.

Как следует из представленных в материалы дела доказательств, включая письменные объяснения истца от 14.08.2020, истец о поломке оборудования (центрифуги) в известность руководство не поставил, истцом фактически были произведены действия по извлечению детали оборудования, находящегося на гарантийном обслуживании и действия по самостоятельной замене детали, после её получения от поставщика, что впоследствии привело к выходу из строя конденсатора.

Доводы, указанные истцом в письменных отзывах, что впоследствии деталь заменил представитель Поставщика ФИО8, который также выполнял работы у ответчика по договору возмездного оказания услуг от 13.08.2020, а также о его несогласии с проведением в отношении него служебной проверки в апреле 2020 года, не имеют правового значения для разрешения рассматриваемого спора.

На основании изложенного, суд пришел к убеждению, что у работодателя истца имелись основания для применения к нему дисциплинарного взыскания, факт совершения дисциплинарного проступка, выразившегося в неисполнении должностных обязанностей, предусмотренных трудовым договором, а именно не сообщение работодателю о неисправности оборудования, принятие самостоятельных действий по извлечению детали оборудования, находящегося на гарантийном обслуживании, а впоследствии её замены, нашел свое подтверждение в ходе судебного разбирательства и не был опровергнут истцом.

Срок и порядок привлечения истца к дисциплинарной ответственности работодателем соблюдены, в установленном порядке истребованы письменные объяснения истца, приказ о применении дисциплинарного взыскания содержит исчерпывающее описание совершенного истцом дисциплинарного проступка.

Оценивая соответствие тяжести совершенного истцом проступка примененному к нему взысканию и соблюдение работодателем положений ч.5 ст.192 ТК РФ, суд учитывает, что дисциплинарное взыскание назначено ответчиком с учетом принципов справедливости и соразмерности наказания.

Наложенное дисциплинарное взыскание соответствуют тяжести совершенного проступка, поскольку истец осуществлял трудовую функцию начальника хозяйственного отдела, в обязанности которого входил контроль за исправностью оборудования, в связи с чем, самостоятельные действия истца по его ремонту, при отсутствии надлежащей квалификации и с использованием неквалифицированных методов, могли привести как к более серьезной поломке технически сложного оборудования, так и к причинению вреда непосредственно истцу или иным работникам организации.

Также судом приняты во внимание пояснения представителя ответчика о том, что в настоящее время в работе прачки указанная центрифуга не используется, отжим производится на простой стиральной машине, так как акт выполненных работ не составлялся после замены детали представителем Поставщика.

Суд считает, что вмешательство истца в работу оборудования, при отсутствии таких прав, предоставленных условиями трудового договора, является грубым нарушением должностных обязанностей, влекущим возможность применения к истцу дисциплинарного взыскания в виде выговора.

То обстоятельство, что истец ранее не привлекался к дисциплинарной ответственности, не свидетельствует о наличии оснований для признания незаконным и отмене приказа о наложении дисциплинарного взыскания.

При указанных обстоятельствах, суд полагает, что работодателем наложено дисциплинарное взыскание на истца в полном соответствии с требованиями законодательства, и оснований для отмены указанного дисциплинарного взыскания не имеется.

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу об отсутствии оснований для признания приказа №33 от 17.08.2020 о применении к ФИО1 дисциплинарного взыскания незаконным.

Поскольку иск ФИО1 удовлетворению не подлежит, судебные расходы не могут быть возложены на ответчика.

Руководствуясь ст. ст. 21, 192-193 Трудового кодекса РФ, ст.ст.56, 194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении иска ФИО1 к областному государственному бюджетному учреждению здравоохранения «Октябрьская центральная районная больница» об отмене дисциплинарного взыскания - отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в суд Еврейской автономной области через Ленинский районный суд Еврейской автономной области в течение месяца со дня принятия суда в окончательной форме.

Судья Р.В. Тимиров

Мотивированное решение составлено 28.09.2020.