Апелляционное определение № 22-1507/2026 от 29 апреля 2026 г.

Судья Банников И.В. Дело №22-1507/2026


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г.Барнаул 30 апреля 2026 года

Суд апелляционной инстанции Алтайского краевого суда в составе:

председательствующего Шалабоды А.Н.,

судей Гартман И.В., Лойко В.В.,

при помощнике судьи Воробьевой О.С.,

с участием прокурора Жуковой А.Л.,

адвоката Завьяловой К.В.,

осужденного ФИО1 (посредством видеоконференц-связи),

рассмотрел в открытом судебном заседании дело по апелляционной жалобе адвоката Завьяловой К.В. и апелляционному представлению заместителя прокурора Первомайского района Алтайского края Назаренко П.И. на приговор Новоалтайского городского суда Алтайского края от 10 февраля 2026 года, которым

ФИО1, родившийся ДД.ММ.ГГ в <адрес>, несудимый,

- осужден по ч.4 ст.111 УК РФ к 7 годам 6 месяцам лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии строгого режима.

Разрешены вопросы о мере пресечения, исчислении срока наказания, зачете времени содержания под стражей, гражданском иске, судебных издержках, судьбе вещественных доказательств.

Заслушав доклад судьи Шалабоды А.Н., изложившего существо приговора, апелляционной жалобы и апелляционного представления, выслушав участников судебного заседания, суд апелляционной инстанции,

УСТАНОВИЛ:

приговором ФИО1 осужден за умышленное причинение тяжкого вреда здоровью В., опасного для жизни человека, повлекшего по неосторожности смерть потерпевшей, совершенное с применением предмета, используемого в качестве оружия.

Преступление совершено в период времени с *** часов *** минут ДД.ММ.ГГ до *** часов *** минут ДД.ММ.ГГ в <адрес> Алтайского края, при обстоятельствах, подробно изложенных в описательно-мотивировочной части приговора.

В судебном заседании ФИО1 вину в совершении преступления признал частично.

В апелляционной жалобе адвокат Завьялова К.В. считает приговор незаконным, необоснованным и подлежащим отмене, поскольку выводы суда не соответствуют установленным фактическим обстоятельствам, а судом дана неправильная оценка исследованным доказательствам. Считает, что вывод суда первой инстанции о причастности ФИО1 к смерти В. является ошибочным, также как и вывод о наличии прямой причинно-следственной связи между действиями ФИО1 и смертью потерпевшей. Суд необоснованно подверг критической оценке показания ФИО1 относительно нанесения телесных повреждений только ДД.ММ.ГГ и без применения деревянной палки в качестве оружия. Вопреки доводам суда, ФИО1 от своих показаний не отказывался, а напротив подтвердил показания, данные им при допросе в качестве подозреваемого и обвиняемого. Считает несостоятельными доводы суда о том, что ранее ФИО1 о падениях В. следователю не сообщал, что данная версия впервые была изложена лишь в суде, поскольку в протоколе допроса в качестве обвиняемого от ДД.ММ.ГГ содержатся сведения о падениях потерпевшей. Кроме того ФИО1 пояснял приехавшим по вызову фельдшерам СМП о том, что В. незадолго перед смертью неоднократно падала, с крыльца, и ударялась головой. О чем также поясняла свидетель К.1, дочь потерпевшей, которой об этом рассказывал ФИО1 Считает позицию ФИО1 последовательной, а его показания согласованными с показаниями свидетелей, поэтому не доверять им, как и расценивать их в качестве тактики защиты у суда не имелось. Обращает внимание, что приговор постановлен на части показаний, содержащихся в протоколе проверки показаний на месте, который сторона защиты просила признать недопустимым доказательством по причине несоответствия текста протокола фактически данным ФИО1 показаниям, при этом замечания к протоколу не были высказаны, так как на момент подписания протокола какие-либо нарушения в нем отсутствовали. Считает, что суд необоснованно признал данный протокол допустимым доказательством, при этом отказав стороне защиты в удовлетворении ходатайства о назначении экспертизы с целью установления возможного внесения дополнительных показаний в протокол следственного действия. Кроме того, считает необоснованным признание допустимым доказательством протокола осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГ, поскольку в нарушение ст.177 УПК РФ его содержание не соответствует фактически произведенным действиям. Деревянная палка при проведении осмотра изъята не была, что подтверждается фототаблицей к протоколу более позднего осмотра места происшествия, на которой данная палка присутствует. Версия относительно допущенной следователем технической ошибки является маловероятной, так как фотосъемка производилась разными лицами, на разные устройства и в разное время. Считает, что необоснованно были положены в основу приговора показания следователя З. относительно порядка проведения вышеуказанных следственных действий. Отмечает, что исключение из числа допустимых доказательств протокола проверки показаний на месте и протокола осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГ напрямую связано с надлежащим исполнением следователем своих служебных обязанностей, что противоречит выводу суда об отсутствии у нее заинтересованности в исходе дела. Указывает на показания, допрошенного в судебном заседании, эксперта Л. относительно ничтожно малой вероятности образования повреждений у потерпевшей, повлекших наступление смерти, в результате падения, при этом такая вероятность полностью исключена им не была. Кроме того, считает, что в показаниях эксперта, как и в заключении судебно-медицинской экспертизы *** имеются существенные противоречия, которые в ходе судебного следствия устранены не были. На основании показаний эксперта о том, что поскольку смерть потерпевшей наступила ДД.ММ.ГГ, то телесные повреждения должны были быть нанесены в период с ДД.ММ.ГГ по ДД.ММ.ГГ, делает вывод, что каких-либо достаточных и допустимых доказательств нанесения ФИО1 телесных повреждений в указанный период представлено не было, что делает несостоятельным вывод о его причастности к смерти потерпевшей В. Просит приговор отменить, вынести оправдательный приговор.

В апелляционном представлении заместитель прокурора Первомайского района Алтайского края Назаренко П.И. полагает приговор подлежащим изменению в связи с несоответствием выводов суда фактическим обстоятельствам дела, допущенными существенными нарушениями уголовно-процессуального закона, неправильным применением уголовного закона, несправедливостью приговора вследствие чрезмерной суровости. Обращает внимание, что суд при назначении наказания ФИО1 принял во внимание мнение потерпевшего, настаивавшего на строгом наказании, что противоречит положениям ст.ст.6, 60 УК РФ, предусматривающие обстоятельства, которые должны учитываться при назначении наказания, а также ст.63 УК РФ, содержащей исчерпывающий перечень обстоятельств, которые могут быть признаны отягчающими наказание. По смыслу закона признание каких-либо иных обстоятельств, влияющих на наказание осужденному в сторону ухудшения его положения, уголовным законом не допускается. Указывает, что суд фактически признал мнение потерпевшего, настаивающего на строгом наказании осужденного, в качестве отягчающего наказание ФИО1 обстоятельства и учел его при назначении наказания, что не соответствует требованиям уголовного закона. Просит приговор изменить, исключить указание об учете мнения потерпевшего о строгом наказании подсудимого, смягчить назначенное наказание в виде лишения свободы по ч.4 ст.111 УК РФ до 7 лет 5 месяцев лишения свободы.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционных жалобы и представления, суд апелляционной инстанции принимает следующее решение.

Рассмотрение уголовного дела проведено судом в соответствии с положениями главы 36 УПК РФ, определяющей общие условия судебного разбирательства, глав 37-39 УПК РФ, регламентирующих процедуру рассмотрения уголовного дела. В приговоре в соответствии со ст.73 УПК РФ судом правильно установлены все обстоятельства, подлежащие доказыванию, также приняты во внимание все имеющие юридическое значение обстоятельства, которые могли повлиять на выводы о виновности осужденного в инкриминированном ему преступлении.

Выводы суда о виновности ФИО1 в совершении преступления, за которое он осужден, суд апелляционной инстанции, вопреки доводам жалобы, находит правильными, основанными на исследованных в судебном заседании доказательствах, которым в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона дана надлежащая оценка.

В приговоре приведены мотивы, по которым в обоснование выводов о виновности осужденного, суд принял одни доказательства и отверг другие, в частности показания ФИО1, данные в ходе судебного разбирательства, справедливо расцененные судом как реализованное право на защиту с целью минимизации своей ответственности. При этом каждое из доказательств судом правильно оценено с точки зрения относимости, допустимости, достоверности, а все они в совокупности - достаточности для постановления обвинительного приговора. Данных, свидетельствующих о том, что в основу приговора судом положены недопустимые доказательства, не установлено. В соответствии с требованиями закона судом устранены все возникшие в ходе рассмотрения уголовного дела противоречия. В судебном заседании исследованы все представленные сторонами доказательства, заявленные ходатайства разрешены в соответствии с уголовно-процессуальным законом. Необоснованного отклонения ходатайств сторон, в том числе защиты, не установлено.

Фактические обстоятельства, при которых ФИО1 причинил тяжкий вред здоровью потерпевшей В., повлекший ее смерть, судом установлены правильно.

При этом показаниям осужденного об отсутствии причинно-следственной связи между его действиями и смертью потерпевшей, об отрицании использования им деревянной палки при нанесении ударов, о возможном возникновении черепно-мозговой травмы у потерпевшей в результате ее падений, на чем адвокат продолжает настаивать в апелляционной жалобе, судом дана надлежащая оценка с изложением в приговоре мотивов принятого решения. С учетом представленных доказательств суд обоснованно признал их несостоятельными, расценив как избранный способ защиты от обвинения, поскольку они опровергаются исследованными судом и приведенными в приговоре показаниями потерпевшего, свидетелей, эксперта, заключениями экспертиз и иными письменными доказательствами, содержание которых подробно раскрыто.

Вопреки доводам жалобы адвоката, выводы суда о виновности ФИО1 в совершении инкриминируемого преступления соответствуют фактическим обстоятельствам дела и подтверждаются совокупностью исследованных в судебном заседании доказательств, в частности показаниями самого осужденного ФИО1, данными в ходе предварительного следствия и в ходе проверки показаний, в которых тот не отрицал факт причинения телесных повреждений и где он на месте показал и рассказал об обстоятельствах совершенного им преступления в отношении В.; показаниями потерпевшего В.1, свидетелей П., К.1, К., П., Л.1, З., эксперта Л. об известных и значимых для дела обстоятельствах; протоколами осмотров мест происшествия, трупа, предметов, заключениями судебно-медицинской, дактилоскопической, биологических судебных экспертиз, а также иными приведенными в приговоре доказательствами.

Все положенные в основу приговора вышеприведенные письменные доказательства, в том числе протокол проверки показаний ФИО1 на месте и протокол осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГ, правильно признаны судом допустимыми, полученными в полном соответствии с требованиями уголовно-процессуального законодательства. При этом, каких-либо замечаний относительно несогласия с текстом, изложенным следователем в протоколах, осужденный не делал, об искажении его показаний в протоколах, равно как и адвокат не заявляли, о каком-либо нарушении прав ФИО1 при производстве следственных действий, не отмечали. Никаких противоречий, влияющих на доказанность вины осужденного и юридическую оценку его действий, указанные доказательства не содержат. Данные обстоятельства подтверждаются данными в судебном заседании показаниями следователя З., оснований не доверять которым, вопреки доводам жалобы адвоката, у суда апелляционной инстанции не имеется.

Оценив исследованные доказательства в совокупности, суд обоснованно пришел к выводу о доказанности вины осужденного ФИО1 Положенные в основу приговора показания потерпевшего и свидетелей, получены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, согласуются между собой и с иными доказательствами. Оснований не доверять показаниям указанных лиц, у суда не имелось. Существенных противоречий в исследованных доказательствах обвинения, которые ставили бы под сомнение выводы суда о виновности ФИО1 в совершении установленного преступления, свидетельствующих об их необъективности, недостоверности, а равно данных об их заинтересованности в исходе дела, либо оговоре осужденного, судом не установлено. Доводы адвоката о заинтересованности в исходе дела следователя являются явно надуманными и необоснованными.

Кроме того, показания потерпевшего и свидетелей подтверждаются письменными доказательствами, подробно описанными в приговоре и отвечающими требованиям закона об относимости, допустимости достоверности.

Суд первой инстанции обоснованно в основу приговора положил показания осужденного, данные им на предварительном следствии, поскольку они получены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, даны в присутствии адвоката, после ознакомления с ними подтверждены подписью, соответствуют установленным по делу фактическим обстоятельствам, объективно подтверждаются изложенными в приговоре доказательствами. Обстоятельств, свидетельствующих о самооговоре, не установлено. При этом суд указал в приговоре, почему он не доверяет показаниям осужденного, данным им в ходе судебного заседания.

Также первоначальные показания осужденного ФИО1, данные в ходе предварительного расследования, подтверждаются заключением судебно-медицинской экспертизы от ДД.ММ.ГГ ***, из выводов которой следует, что смерть В. наступила за 1-2 суток до момента исследования трупа в морге, причиной ее смерти явилась закрытая черепно-мозговая травма в виде кровоизлияний под оболочки головного мозга, что привело к сдавлению головного мозга кровью, развитию отека и набухания мозговой ткани. При этом экспертом исключена возможность образования всех обнаруженных у пострадавшей телесных повреждений, состоящих в причинной связи с наступлением смерти, при падении из вертикального положения тела на плоскость и ударе о таковую.

Ставить под сомнение выводы проведенной по делу экспертизы, в том числе о причине смерти В., наличии у нее телесных повреждений, их тяжести, локализации и механизме образования, у суда не было оснований, поскольку исследование проведено экспертом, обладающим специальными познаниями и достаточным опытом работы, предупрежденным об уголовной ответственности по ст.307 УК РФ за дачу заведомо ложного заключения. Заключение эксперта соответствует требованиям ст.204 УПК РФ, приведенные в нем выводы согласуются с другими исследованными в судебном заседании доказательствами.

Как правильно установлено приговором, мотивом совершения преступления послужили внезапно возникшие личные неприязненные отношения к погибшей на фоне ссоры. Нанесение осужденным ударов потерпевшей явилось способом разрешения конфликта.

Материалы дела не содержат доказательств, которые бы указывали на причастность к совершению преступления иных лиц, кроме ФИО1, либо при иных обстоятельствах, в том числе в результате неоднократных падений потерпевшей. Судом достоверно установлено, что об умысле ФИО1 на причинение тяжкого вреда здоровью В. свидетельствует сам способ и характер действий при нанесении телесных повреждений руками, ногами, а также с использованием предметов - веником, деревянной палкой, количество нанесенных ударов, локализация причиненных потерпевшей телесных повреждений в жизненно-важный орган, а также в области расположения жизненно важных органов, обстановка совершения преступления, последовательность, направленность, интенсивность и продолжительность действий осужденного, поведение во время совершения преступления и после его совершения.

Суд апелляционной инстанции, проверив аналогичные доводы, приведенные в апелляционной жалобе, также приходит к выводу о том, что они являются несостоятельными и полностью опровергаются исследованными судом и изложенными в приговоре достоверными и допустимыми доказательствами, которые не содержат существенных противоречий и согласуются между собой. Оснований не согласиться с подобным выводом суда первой инстанции, судебная коллегия не усматривает.

Версия о том, что смертельные повреждения не были нанесены ФИО1 и смерть потерпевшей не могла наступить от его действий, судом первой инстанции обоснованно отвергнута, поскольку опровергается собранными доказательствами и самой картиной содеянного им. Несогласие стороны защиты с оценкой доказательств является позицией, обусловленной линией защиты, и не может являться основанием для отмены приговора.

Доводы апелляционной жалобы адвоката фактически сводятся к переоценке обстоятельств, что при отсутствии нарушения правил их оценки судом, недопустимо. Новых обстоятельств, позволяющих поставить под сомнение выводы суда, в жалобе не содержится. Собственная оценка адвокатом в жалобе исследованных доказательств, не подвергает сомнению правильность принятого судом первой инстанции решения.

Принимая во внимание изложенное, доводы адвоката о недоказанности вины ФИО1 в умышленном причинении тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, совершенное с применением предмета, используемого в качестве оружия, повлекшее по неосторожности смерть потерпевшей В., суд апелляционной инстанции, соглашаясь с приведенными в приговоре мотивами, отклоняет как несостоятельные.

С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции считает, что фактические обстоятельства совершения ФИО1 преступления суд установил правильно и верно квалифицировал его действия по ч.4 ст.111 УК РФ, должным образом мотивировав свои выводы. Оснований для оправдания ФИО1, суд апелляционной инстанции не усматривает.

Вывод суда о наличии в действиях ФИО1 при совершении преступления, предусмотренного ч.4 ст.111 УК РФ, квалифицирующего признака «с применением предметов, используемых в качестве оружия» подробно мотивированы в приговоре, они соответствуют установленным судом обстоятельствам преступления, подтверждаются исследованными доказательствами, поэтому суд апелляционной инстанции не усматривает оснований не согласиться с ними.

Несовпадение оценки доказательств, сделанной судом, с позицией адвоката, не свидетельствует о нарушении судом требований уголовно-процессуального закона, не свидетельствует об обвинительном уклоне суда и не является основанием для вмешательства в судебное решение.

При назначении ФИО1 наказания судом первой инстанции в соответствии с требованиями ст.ст.6, 43, 60 УК РФ, в полной мере учтены характер и степень общественной опасности совершенного им умышленного оконченного преступления, относящегося к категории особо тяжких, направленного против личности, данных о личности виновного, совокупности смягчающих и отягчающего наказание обстоятельств, влияния назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи.

В качестве смягчающих наказание обстоятельств судом в соответствии со ст.61 УК РФ признаны и надлежаще учтены: частичное признание осужденным своей вины, явка с повинной и активное способствование расследованию совершенного преступления путем дачи признательных показаний, участия в проверке показаний на месте, <данные изъяты>, <данные изъяты>

Оснований для признания смягчающими иных обстоятельств, прямо предусмотренных ч.1 ст.61 УК РФ, в том числе противоправного и аморального поведения потерпевшей как повода к совершению преступления, суд первой инстанции обоснованно не усмотрел, мотивировав свои выводы, с которыми соглашается и суд апелляционной инстанции.

В качестве отягчающего наказание обстоятельства судом верно признано совершение преступления в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя.

Личность осужденного в ходе рассмотрения уголовного дела также надлежаще изучена, соответствующие сведения нашли отражение в приговоре.

Однако доводы апелляционного представления о необходимости исключения из приговора указания судом на учет мнения потерпевшего, настаивавшего на строгом наказании, заслуживают внимания, так как уголовный закон не содержит предписаний, обязывающих суд учитывать мнение сторон о мере наказания, и мнение участников судебного разбирательства со стороны обвинения о строгом наказании виновного лица само по себе не может учитываться, поскольку в силу п.1 ч.1 ст.29 УПК РФ вопросы назначения наказания относятся к исключительной компетенции суда, который при их разрешении руководствуется требованиями уголовного закона и установленными по делу обстоятельствами, при этом мнением сторон не связан, в связи с чем суд апелляционной инстанции приходит к выводу о необходимости исключения из описательно-мотивировочной части приговора указания на учет мнения потерпевшего, настаивавшего на строгом наказании.

Вместе с тем, как следует из обжалуемого решения, мнение потерпевшего о строгом наказании при определении вида и размера наказания не учитывалось, в качестве отягчающего наказание данное обстоятельство не признавалось, указание об этом было допущено при изложении данных, характеризующих личность осужденного, при таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для смягчения назначенного судом наказания и признания назначенного виновному наказания несправедливым вследствие его чрезмерной суровости.

Решение суда о назначении ФИО1 наказания в виде реального лишения свободы, без назначения дополнительного наказания в виде ограничения свободы, а также об отсутствии оснований для применения положений ч.6 ст.15, ч.1 ст.62, ст.64, ст.73 УК РФ надлежаще мотивировано в приговоре, с чем соглашается и суд апелляционной инстанции.

Суд апелляционной инстанции считает назначенное осужденному наказание справедливым, отвечающим установленным ч.2 ст.43 УК РФ целям наказания.

Вид исправительного учреждения и порядок зачета времени содержания под стражей определены судом правильно.

Гражданский иск разрешен в соответствии с положениями ст.ст.151, 1064, 1094, 1101 ГПК РФ с учетом характера причиненных потерпевшему нравственных страданий, фактических обстоятельств дела, размер компенсации морального вреда является разумным и справедливым.

Вопросы о мере пресечения, исчислении срока наказания, зачете времени содержания под стражей, вещественных доказательствах и процессуальных издержках разрешены в соответствии с требованием закона.

С учетом изложенного, оснований к отмене или изменению приговора по доводам апелляционной жалобы, не имеется.

Нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих отмену приговора, не имеется.

Руководствуясь ст.ст.389.13, 389.20, 389.28 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ОПРЕДЕЛИЛ:

приговор Новоалтайского городского суда Алтайского края от 10 февраля 2026 года в отношении ФИО1 изменить.

Исключить из описательно-мотивировочной части приговора указание на учет мнения потерпевшего, настаивавшего на строгом наказании.

В остальной части приговор оставить без изменения, апелляционную жалобу адвоката – без удовлетворения, апелляционное представление удовлетворить частично.

Апелляционное определение и приговор вступают в законную силу со дня вынесения апелляционного определения, могут быть обжалованы в кассационном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Восьмого кассационного суда общей юрисдикции через суд первой инстанции, постановивший приговор, в течение шести месяцев со дня вступления в законную силу, а осужденным, содержащимся под стражей, в тот же срок со дня вручения копии вступившего в законную силу судебного решения. В случае пропуска указанного срока или отказа в его восстановлении кассационная жалоба, представление подаются непосредственно в указанный суд кассационной инстанции. Осужденный вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий А.Н.Шалабода

Судьи И.В.Гартман

В.В.Лойко

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>