Приговор № 1-56/2018 от 9 октября 2018 г. по делу № 1-56/2018

Дело № 1-56/2018 (221610355)


ПРИГОВОР

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

город Усмань Липецкой области 10 октября 2018 года

Усманский районный суд Липецкой области в составе председательствующего судьи Мясникова А.С., с участием государственных обвинителей прокуратуры Усманского района Липецкой области Прибытковой С.В. и Малыхина Д.А., потерпевшей Ж.Е.Д.., подсудимых ФИО1 и ФИО2, защитников адвоката Сорокина М.В., представившего удостоверение 484 от 03.09.2007 года и ордер № 2281 от 03.05.2018 года, адвоката Ульяновского К.И., представившего удостоверение № 8425 и ордер № 765 от 03.05.2018 года, адвоката Абрамовой К.В., представившей удостоверение №572 от 19.07.2010 года и ордер № 25 от 03.05.2018 года, адвоката Епанчина А.В., представившего удостоверение № 799 от 08.08.2016 года и ордер № 27863 от 10.07.2018 года, при секретаре Старцевой М.В., рассмотрев в открытом судебном заседании материалы уголовного дела в отношении:

ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженки <адрес>, гражданки РФ, со <данные изъяты>, регистрации не имеющей, фактически проживающей в <адрес>, не судимой,

обвиняемой в совершении преступления, предусмотренного п. «а,в» ч. 2 ст. 158 УК РФ,

ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженки <адрес>, гражданки РФ, с высшим образованием, <данные изъяты>, зарегистрированной в <адрес>, фактически проживающей в <адрес>, ранее не судимой,

обвиняемой в совершении преступления, предусмотренного п. «а,в» ч. 2 ст. 158 УК РФ,

УСТАНОВИЛ:

ФИО2 и ФИО1 совершили кражу, то есть тайное хищение чужого имущества группой лиц по предварительному сговору, с причинением значительного ущерба потерпевшей. Преступление ими совершено в городе <адрес> при следующих обстоятельства.

ФИО2 и ФИО1 в период времени с 01.06.2016 года по 01.07.2016 года находясь в <адрес>, где расположено <данные изъяты> по предложению последней вступили между собой в преступный сговор на тайное хищение чужого имущества из <адрес>.

Реализуя совместный преступный сговор на следующий день после его достижения, в период с 01.06.2016 года по 01.07.2016 года ФИО1 договорилась с П.Г.В. и К.С.А. о перевозке принадлежащих ФИО2 вещей.

Далее в тот же день в период с 11:00 часов до 14:00 часов П.Г.В. и К.С.А., будучи неосведомленными о преступных намерениях ФИО1 и ФИО2, прибыли на автомобиле <данные изъяты> государственный регистрационный знак №, к дому потерпевшей Ж.Е.Д. № по <адрес>, где их ожидали ФИО1 и ФИО2, где последняя обеспечила свободный доступ в указанный дом, так как проживала в нем с разрешения потерпевшей.

Далее П.Г.В. и К.С.А. прошли в помещение указанного дома, где по указанию ФИО2 из кухни забрали буфет «горка» стоимостью 155760 рублей, из коридора комод стоимостью 15667 рублей, из спальни тумбочку стоимостью 22000 рублей, принадлежащие Ж.Е.Д., которые погрузили в кузов автомобиля.

Затем П.Г.В. и К.С.А. на указанном автомобиле перевезли мебель к зданию <данные изъяты>», где ее выгрузили, куда также проследовали ФИО2 и ФИО1, которые обратили похищенное имущество в свою пользу, распорядившись им по своему усмотрению.

В результате преступных, согласованных и последовательных действий ФИО2 и ФИО1, действовавших по предварительному сговору потерпевшей Ж.Е.Д. причинен материальный ущерб в размере 193427 рублей, который является для нее значительным.

Подсудимая ФИО2 вину в совершении преступления признала и суду показала, что в рассматриваемый период ее мобильными телефонами были №, №. Она проживала в принадлежащем потерпевшей Ж.Е.Д. <адрес>, в котором находилась старинная, резная мебель – горка, тумба, комод. Комод находился в прихожей с правой стороны, горка была на кухне, тумбочка в спальне под двумя окнами. Указанную мебель описала следующим образом.

Комод был темного цвета, крышка была рассохшаяся с трещинами, ящики не были деформированы, но выдвигались с усилием. Глубина комода была примерно полметра, высота метр, ширина больше метра. Комод имел два больших и два маленьких выдвижных ящика.

Тумбочка была высотой примерно полметра, ширина примерно 2 метра и глубина примерно 30 см. Также тумбочка имела деревянную полку, с закругленными краями, две распашные дверки и 1 стекло было разбито. Ширина дверок была 30 см, стенки были закругленными.

Буфет стоял слева у стены на кухне и был покрашен темно-коричневой краской и имелись места отслоения краски. Буфет был глубиной примерно 30-40 см., высотой примерно 1 метр, по бокам стойки перемычки, в середине стеклянный шкаф с 1 дверкой, которая открывалась, а по краям 2 деревянные, а сверху резное дерево. Внизу были две полки и две дверки с тонкой перегородкой.

Примерно с ДД.ММ.ГГГГ года она стала работать у ФИО1, которая приходила к ней в гости поздно вечером ДД.ММ.ГГГГ, и праздновала Рождество в компании с Р.Н.Н. и Л.М.А., а переночевав ушла, при этом просила никому об этом не рассказывать. Находясь на кухне в доме потерпевшей, ФИО1 интересовалась мебелью, и она ей рассказала со слов потерпевшей, что мебель старинная из Германии.

В ДД.ММ.ГГГГ года она, не сообщив об этом Ж.Е.Д., покинула <адрес>, так как уехала в <адрес>, а вернувшись в конце ДД.ММ.ГГГГ года стала жить у Л.В.В. в <адрес>. Примерно с ДД.ММ.ГГГГ она вновь стала работать у ФИО1 на кухне <данные изъяты>» на <адрес>.

Примерно в начале июня ФИО1, находясь на работе в <данные изъяты>» на <адрес> предложила ей из <адрес> похитить старинную мебель - комод, тумбочку, горку. Она стала возражать против этого тем, что ее сразу заподозрят, но ФИО1 настаивала на этом, мотивировав тем, что в этом доме уже долго никто не живет и они сделают вид, что дом обворовали и она согласилась. Для этого в один из дней конца июня 2016 года ФИО1 сказала ей взять ключи от <адрес>. Затем к ней на кухне <данные изъяты>» подошла ФИО1 и сообщила, что на улице ее ждут П.Г.В. с К.С.А. и ей надо ехать забирать мебель, а ее работу по кухне сделает другой работник. Она пешком пришла к дому 80 по <адрес>, где ее уже ждали П.Г.В. и К.С.А. на автомобиле <данные изъяты> Так как она забыла ключи, то К.С.А. перелез через забор и открыл им ворота, а затем они вместе открутили ушки замка на входной двери, после чего подошла ФИО1 и они вошли внутрь дома, где она показала какую мебель надо забрать. Мебель грузили П.Г.В. и К.С.А., а она вместе с ФИО1 освобождали горку от посуды, которую затем мужчины погрузили в машину. Затем П.Г.В. и К.С.А. уехали с мебелью на Газели. По возвращению на работу в <данные изъяты>» на <адрес>, где увидела выставленную мебель, которая частично стояла в гараже, а частично стояла во дворе перед гаражом.

В начале августа 2016 года она, несмотря на просьбы ФИО1 все отрицать, обо всем рассказала УУП ФИО3 и написала расписку Ж.Е.Д. о том, что мебель вернет.

Уточнила, что когда забирали мебель из дома потерпевшей, она понимала, что совершает кражу. Сама она к П.Г.В. не обращалась по поводу перевозки мебели, так как ФИО1 сказала ей, что тот на <данные изъяты> ее перевезет, а К.С.А. поможет погрузить. П.Г.В. никогда и никуда не перевозил ее вещи и бытовую технику.

Никаких конфликтов у нее с ФИО1 не было, ей нет смысла ее оговаривать, так как делить им нечего. Ее паспорт после возвращения из <адрес> находился у ФИО1, так как та помогала ей с регистрацией.

В июле 2016 года ФИО1, М. и К.С.А. помогали перенести из квартиры на <адрес> в дом к матери ФИО1 ее вещи. При этом холодильник, стиральную машинку, швейную машинку, микроволновку, чайник, пылесос, одежду перевозил ее брат Р.Н.Н. на своем автомобиле <данные изъяты>.

За участие в краже мебели ФИО1 обещала ей зарегистрировать в доме ее матери и заключить с ней трудовой договор. Материальной выгоды от кражи она не имела.

Из оглашенных в порядке ст. 281 УПК РФ показаний ФИО2 (т. 1 л.д. 151-152, т. 3 л.д. 43-46) следует, что она дала аналогичные показания тем, что дала в судебном заседании, за исключением того, что ранее она показывала, что от Ж.Е.Д. ей известно о том, что буфет, комод и тумбочка являются старинной мебелью, которую привезла бабушка потерпевшей из Германии. Об этой мебели и о том, что она старинная она рассказала ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ. Касаемо праздника ДД.ММ.ГГГГ сообщала, что была вдвоем с ФИО1

Относительно хронологии совершения кражи мебели показала, что когда она пришла к дому <адрес>, то рядом с домом ее ждали П.Г.В. и К.С.А., при этом пояснила, что она с ними не договаривалась и их туда прислала ФИО1 для перевозки мебели. Также не сообщала о непосредственном участии ФИО1 в вывозе мебели, а сообщала, что встретила ту по дороге обратно на работу.

После оглашения этих показаний, относительно присутствия ДД.ММ.ГГГГ в ее доме ФИО1 и Р.Н.Н. с Л. показала, что она говорила об этом следователю, но тот мог ее не так понять и вообще она не придала этому значения, так как не думала, что это важно, а уточнять в протоколе допроса не стала, так как это обстоятельство касается личной жизни ФИО1 и та просила ее никому об этом не рассказывать.

Она говорила следователю о непосредственном участии ФИО1 в хищении мебели, но не стала на этом концентрировать внимание, так как не думала, что это может быть важно, поскольку мебель отвезли именно к ФИО1 в <данные изъяты>».

Не подтвердила показания П.О.М., относительно того, что она сообщала ей о перевозке ее вещей из дома по <адрес> в дом по <адрес> П.Г.В.

Подсудимая ФИО1 вину не признала и суду показала, что знакома с ФИО2 со школы. Она является индивидуальным предпринимателем, занимается торговлей строительными материалами и производством чебуреков и пирожков. Ее мобильный телефон был в тот период и сейчас №. В ДД.ММ.ГГГГ года она приняла ФИО2 на работу рабочей по кухне и та отработала до конца года. При этом она периодически болела с невыходом на работу, но работала ДД.ММ.ГГГГ. В праздничный день Рождества – 7 января 2016 года они не работали. Далее ФИО4 вышла на работу ДД.ММ.ГГГГ на две недели и после ДД.ММ.ГГГГ она на работу больше не выходила. Весной ДД.ММ.ГГГГ года она узнала, что ФИО2 уехала из Усмани в <адрес>.

Примерно ДД.ММ.ГГГГ она вновь приняла на работу ФИО2, которой она помогла найти жилье в <адрес>. Затем ФИО2 попросила помочь ей перевезти холодильник и стиральную машину, в связи с чем сначала ФИО2, а затем и она сама просили П.Г.В. о помощи и тот согласился. Далее в один из дней мая 2016 года примерно в обеденное время ФИО2 отпрашивалась для перевозки ее вещей. Далее, работавший у нее К.С.А. запрыгнул в кузов автомобиля «Газель» П.Г.В. и они уехали. Примерно через 40 минут вернулся П.Г.В. и сообщил, что они все перевезли. После этого ни К.С.А., ни ФИО2 на работу не вернулись. На следующий день пришла ФИО2 и сообщила, что ей необходимо сделать ремонт в доме и примерно полторы недели та на работу не выходила. В течение ДД.ММ.ГГГГ года ФИО2 периодически не выходила на работу, а в конце ДД.ММ.ГГГГ года к ней на работу пришла какая-то женщина и стала кричать на ФИО2 за неоплаченные квитанции на сумму 20000 рублей. Спустя 2 часа в поисках ФИО2 к ней на работу приходила УУП ФИО3, а спустя некоторое время у нее в <данные изъяты>» был обыск и от сотрудников полиции она узнала о краже. С ФИО2 она ни о какой мебели не говорила.

ДД.ММ.ГГГГ году она была на дне рождения дочери К.С.Н. в <адрес>, в присутствии примерно 10 человек, где пробыла до 22:00 часов, а затем муж последней ее проводил домой.

Праздник Рождество она никогда не отмечала вместе с ФИО2 и никогда не была в доме последней на <адрес>. Отношения с ФИО2 были рабочие. Паспорт у ФИО2 она не забирала. Ей знаком Р.Н.Н. как брат ФИО2, но отношений с ним у нее никогда не было. Конфликтов с ФИО2 и Р.Н.Н. у нее тоже никогда не было. Знает, что П.Г.В. перевозил вещи на <адрес>.

Относительно показаний К.С.А. о ее присутствии в доме по <адрес> при вывозе мебели сообщила, что раньше он такого не говорил, а вообще он часто бывает в нетрезвом состоянии. К.С.А. она знает с ДД.ММ.ГГГГ года и у нее были к нему претензии по поводу его пьяного состояния на работе. Причину оговора ее К.С.А. сообщить не смогла. Отрицает участие в краже мебели, а также нахождение в доме ФИО2 на празднике Рождество, настаивает, что мебель не видела.

На уточняющие вопросы перед допросом свидетелей стороны защиты ФИО1 суду показала, что у К.С.Н. ДД.ММ.ГГГГ рождена дочь, и она всегда принимает участие в этом празднике. Так ДД.ММ.ГГГГ она пришла в 11:00 часов в <адрес> и встретилась с К.С.Н., так как они ранее об этом договорились, но кто кому звонил, она вспомнить не смогла. Дверь в дом К. была открыта и она самостоятельно вошла внутрь. Кто вышел ее встречать пояснить не смогла. Далее она поздравила ребенка, вручив 6-ти летней девочке мягкую игрушку в виде серого котенка. При этом девочка была одета в новое розовое или белое платье. Сама она была одета в синих джинсах и черной футболке. В доме были муж К.С.Н. – Ч.Р., Д.В.В., Д.А.А., Д.Л., друг А., Н.З.В., при этом праздничный стол был накрыт в зале. Схематично нарисовала расположение гостей за столом в зале, приобщив схему к материалам уголовного дела. Праздник покинула после 21:00 часа, при этом Ч.Р. проводил ее до дверей <данные изъяты>». В период с 11:00 часов до 21:00 часов 07.01.2016 года она находилась в доме К.С.Н. и никуда не отлучалась.

Помимо признательных показаний ФИО2 и, несмотря на отрицание вины ФИО1, вина подсудимых установлена совокупность исследованных судом доказательств.

Потерпевшая Ж.Е.Д. суду показала, что по наследству от мамы у нее имеется жилой <адрес>, в котором находилась антикварная старинная немецкая мебель, которую ее бабка привезла с фронта после окончания Великой Отечественной войны. Указанный дом она примерно 5 лет назад сдала для проживания и оплаты коммунальных услуг ФИО2, которая проживала в нем ДД.ММ.ГГГГ году. ДД.ММ.ГГГГ, будучи в <адрес>, она обнаружила большое количество неоплаченных квитанций с задолженностью по коммунальным платежам, а войдя в дом, обнаружила пропажу мебели. Затем она нашла ФИО2 в <данные изъяты>» у ФИО5, которая сообщила, что ее доме она больше не живет. После этого она с заявлением обратилась в полицию, где ФИО2 написала ей расписку о том, что вернет мебель в течение недели, сообщив, что мебель в <данные изъяты> у ФИО16 и П.Г.В.. ФИО2 также сообщила, что однажды у ФИО2 в гостях была ФИО1, которая заинтересовалась мебелью, понимая, что она дорогая, а затем последняя предложила мебель похитить и та согласилась. В последний раз видела свою мебель в 2015 году, когда приезжала в <адрес>.

О наличии в доме старинной мебели она сообщила ФИО2 и ее мужу в момент сдачи дома. Просила суд о назначении строгого наказания в виде лишения свободы подсудимым, так как материальный ущерб ей не возмещен.

Сама мебель требовала реставрации, но в целом функционально все было исправно. Ущерб для нее значительный, так как ее зарплата 17000 рублей, при этом она оплачивает наемное жилье, имеет автомобиль <данные изъяты>.

Тумба была длинной около двух метров, полукруглая, т.е. с закругленными углами, с двумя стеклянными дверцами, в середине деревянная ставка. Книжная тумба темно коричневого цвета, без ножек, стекло обычное прозрачное. Комод темно-коричневого цвета, стоял в прихожей справа, у него были два общих ящика снизу и верхний ящик поделен на две части, сверху комода стояло зеркало тройное на толстой основе. Ящики открывались с усилием, зеркало от старости имело следы износа. Высота примерно 170-180 см. Горка стояла в кухне и состояла из трех частей, внизу шкаф с двумя большими дверцами, потом был выдвижной поднос для нарезания хлеба, два посудных ящика. Внутри полка, резные дверцы. Дверцы были деревянные, резные, а ящики простые, сверху три шкафчика с дверцами. Две дверцы деревянные резные, а посередине рельефное матовое стекло, эти дверцы закрывались на ключ. Верхняя часть горки была полностью резная, ободок резной одевался как украшение, и был выполнен завитушками. Мебель жуком поедена не была. Горка и тумба были покрыты лаком. Эта мебель была дорога ей в любом состоянии.

Следователю она представила фотографии из интернета по продаже аналогичной мебели, то есть очень похожей на нее. Не оспаривает проведенную оценку мебели в 193427 рублей. Расписка ФИО2 у нее сохранилась, и она готова ее предоставить суду.

Причиненный материальный ущерб является для нее значительным. Ежемесячный доход ее составляет 17000 рублей, при этом она оплачивает аренду квартиры в Липецке. В собственности у нее имеется автомобиль <данные изъяты>.

Свидетель К.С.А., допрошенный ДД.ММ.ГГГГ, суду показал, что в период июнь – июль 2016 года он работал разнорабочим у П.Г.В. и ФИО1, с которыми у него были нормальные отношения, неприязни не было. В один из дней в дообеденное время П.Г.В. попросил его помочь погрузить мебель, для чего они на автомобиле <данные изъяты> примерно с 12:00 до 13:00 часов приехали к дому по <адрес>, где проживала ФИО2 в арендованном доме. Туда же подошли ФИО1 и ФИО2, где по просьбе последней он перепрыгнул через забор и открыл ворота. Во дворе по просьбе ФИО2 открутили душку замка и все вместе зашли в дом, где находилась мебель в разобранном виде. Он и П.Г.В. по указанию ФИО1 и ФИО2, погрузили мебель в автомобиль, после чего П.Г.В. уехал на <данные изъяты>». Когда он вернулся в <данные изъяты>», то по просьбе П.Г.В. помог выгрузить мебель, которая в течение рабочего дня стояла во дворе, но на следующий день ее уже там не было.

Уточнил, что мебель была из натурального дерева очень старая, старинная. На работу его принимала ФИО1, конфликтов с которой у него не было и отношения были рабочими. С П.Г.В. у него конфликтов также не было. Оснований оговаривать ФИО2, у него нет, конфликтов с ней также не было. Мебель из дома ФИО2 он грузил единственный раз. Также она его просила помочь в погрузке холодильника и чего-то еще, но он отказался.

После оглашения в соответствии со ст. 281 УПК РФ показаний К.С.А. (т. 1 л.д. 65-66, 146) свидетель показал, что разницу в показаниях, относительно присутствия в доме при погрузке мебели ФИО1, а также относительно погрузки холодильника, объяснил тем, что его допрос следователем проводился в сильной спешке, в связи чем он мог не совсем точно воспроизвести те события, либо следователь из-за спешки не так его понял и записал. За день перед его допросом в суде он все в подробностях вспомнил и настаивал, что ФИО1 находилась в доме при погрузке мебели вместе с ним, ФИО2 и П.Г.В., а относительно тех его показаний о погрузке холодильника, объяснил тем, что ФИО2 просила погрузить его и еще что-то, однако П.Г.В. отказался и поэтому мог перепутать. Когда впервые попал к следователю на допрос, то еще не знал в чем суть дела и не мог сразу все вспомнить. Поддержал показания, данные им в судебном заседании.

Из оглашенных, в соответствии со ст. 281 УПК РФ, показаний К.С.А. (т. 1 л.д. 224) в судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ, следует, что летом 2016 года он работал разнорабочим у П.Г.В. в <данные изъяты>. Примерно в 12:00 часов одного из дней периода с конца июня до начала июля 2016 года по просьбе П.Г.В. он помогал в перевозке вещей. П.Г.В. на автомобиле <данные изъяты> привез к одному из домов по <адрес>. Возле дома стояла ФИО2, которая сказала, что она забыла ключи, и П.Г.В. отдернул душку замка и открыл дверь. ФИО1 также находилась неподалеку. Далее ФИО2 показала какую мебель надо брать и они погрузили комод, тумбочку и стенку в <данные изъяты> Далее П.Г.В. на автомобиле уехал. Когда он вернулся на работу», то по просьбе П.Г.В. помог выгрузить эту мебель из <данные изъяты>» во двор <данные изъяты>

После оглашения этих показаний К.С.А. показал, что он настаивает на показаниях в судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ относительно участия ФИО1 в погрузке мебели. При этом и ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ он суду показывал, что при погрузке мебели присутствовала ФИО1, при этом в настоящий момент он все подробно вспомнил и настаивает на ее участии в этом. Относительно того, каким образом была открыта дверь в дом, то в настоящий момент он все хорошо вспомнил и настаивает на своих показаниях в судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ, так как ранее у следователя допрос проходил в очень большой спешке и он мог упустить подробности, а в настоящий момент он восстановил все в памяти все события, так как у него было на это время.

Свидетель П.Г.В. в судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ суду показал, что ФИО1 приходится ему бывшей супругой, которая примерно 2 года арендует у него <данные изъяты> в <адрес>. В настоящий момент у него с ФИО1 дружеские отношения. Видел, что ФИО2 работает у ФИО1, но лично с ней не знаком.

В 2017 году и ФИО1 и ФИО2 просили перевезти вещи из одного дома в другой по причине переезда ФИО2, но точной даты он не помнит. Согласившись, он с К.С.А. перевозил вещи ФИО2 из дома по <адрес>. К дому на <адрес> он с К.С.А. приехал на автомобиле <данные изъяты> где уже находилась ФИО2 Погрузка шла примерно 30 минут, но какая мебель загружалась в его автомобиль, он не видел, так как сидел в кабине. Далее он вместе с ФИО2 и К.С.А. отвез вещи в дом на <адрес>. Отрицал факт участия в этом ФИО1

Не смог пояснить, почему К.С.А. показывает, что мебель они грузили вдвоем. Конфликтных ситуаций и неприязненных отношений у него с ФИО2 и К.С.А. нет. Он лично сам не просил К.С.А. помочь в перевозке вещей. Он вообще из кабины не выходил.

Из оглашенных, в порядке ст. 281 УПК РФ, показаний свидетеля П.Г.В. (т. 1 л.д. 129 протокол допроса от ДД.ММ.ГГГГ) следует, что в конце июня или в начале июля 2016 года в помещении <данные изъяты> к нему обратилась ФИО2 с просьбой перевезти вещи из одного дома в другой на автомобиле <данные изъяты> Он один приехал по просьбе ФИО2 на <адрес>, куда позже пешком пришла ФИО2 и незнакомый ему мужчина. При этом не помнит, присутствовала ли там ФИО1 или нет. В дом при погрузке он не заходил. Вещи грузили ФИО2 и этот мужчина. При этом он запомнил, что среди этих вещей был холодильник и стиральная машина. Не видел, были ли среди этих вещей предметы мебели. Затем он перевез вещи к одному из домов по <адрес>, адрес которого ему назвала ФИО2, при этом в пути последняя вместе с мужчиной находились в кузове автомобиля. Затем ФИО2 с мужчиной выгрузили вещи и он, не выходя из автомобиля, уехал.

После оглашения протокола допроса от ДД.ММ.ГГГГ свидетель П.Г.В. показал, что он никак не может объяснить противоречия в показаниях. При этом он настаивал, что ФИО1 при погрузке вещей он не видел. Относительно того, что ФИО4 и мужчина ехали в кузове, а не в кабине сообщил, что ошибся.

Из оглашенных показаний свидетеля П.Г.В. в судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ (т. 1 л.д. 227-228) следует, что однажды к нему обратилась ФИО1 с просьбой перевезти вещи ФИО2, для чего он с К.С.А. приехал на улицу Энгельса, где уже находились ФИО2 и ФИО1, при этом он из машины не выходил. Вещи грузили примерно 15-20 минут К.С.А. и еще какой-то мужчина. Затем он на <данные изъяты> проехал» к дому на <адрес>, где выгрузили вещи, при этом К.С.А. ехал с ним в кабине, а тот мужчина ехал в кузове.

После оглашения этих показаний П.Г.В. суду показал, что он не видит в них противоречий. При этом не смог объяснить, почему ДД.ММ.ГГГГ он суду показал, что у дома по <адрес> присутствовала ФИО1., а при его допросе ДД.ММ.ГГГГ отрицал это. Также не смог объяснить разницу в показаниях относительно того, кто загружал вещи в машину. При этом показал, что конфликтов у него с ФИО2 не было, а также не смог назвать причины его оговора ФИО2

Свидетель Ш.В.Б. суду показал, что знаком со Ж.Е.Д., у которой имеется дом по <адрес>, который та сдавала на условиях оплаты коммунальных платежей. Знает, что жильцы перестали платить и в двери стали скапливаться не оплаченные квитанции. По просьбе Ж.Е.Д. ДД.ММ.ГГГГ, он открыл замки дома, а когда вошли внутрь, то обнаружили пропажу мебели. Он дружил с семьей Ж и ранее видел в их доме старую мебель, которая досталась от бабки Ж.Е.Д., при этом впервые эту мебель увидел примерно 20 лет назад, когда делал в их доме отопление. Мебель была цельная монолитная из темного дерева, резная и сильно отличалась от современной мебели из ДСП и выглядела как старинная.

Свидетель К.Т.Г. суду показала, что она много лет дружила с мамой Ж.Е.Д., бывала у них в <адрес> и видела старинную мебель: горку резную, дорогую немецкую старинную посуду, которые бабушка потерпевшей привезли с фронта. Это была горка – дубовый буфет, который стоял на кухне. Тумбочка с округлыми углами стояла в зале. Мебель была резная. Также был темный комод с ящиками, тоже старинный. Тумба балы темной, а у комода просматривалась структура древесина дуба. Несколько раз она заходила и видела, что в доме жили ФИО2 с мужем Ю.. Она однажды увидела много просроченных квитанций в двери и сообщила об этом Ж.Е.Д.

Оглашенный в порядке ст. 281 УПК РФ показания (т. 2 л.д. 55-56) показания свидетель К.Т.Г. полностью поддержала и подтвердила адрес: <адрес>, а также, что в последний раз эту мебель она видела весной 2016 года.

Свидетель С.М.С. суду показала, что ранее она работала вместе с ФИО6 у ФИО1 рабочими по выпечке чебуреков на <адрес>. Отношения с ФИО2 у нее были нормальными. Заработную плату платила им ФИО1, но однажды была задержка заработной платы. Паспорт ФИО2 находился у ФИО1 с целью регистрации по месту жительства, об этом ей известно, так как она присутствовала при этом разговоре. Ей знаком П.Г.В., так как он там же работал, но она с ним никогда не разговаривала. Иногда случалось, что или она, или ФИО2 не выходили на работу по семейным обстоятельствам. ФИО2 уволилась ДД.ММ.ГГГГ года.

Оглашенные, в порядке ст. 281 УПК РФ, показания С.М.С. в ходе предварительного следствия (т. 2 л.д. 59-60) в принципе соответствую данным в ходе судебного заседания, с той разницей, что работала вместе с ФИО2 у ФИО1, которая забрала паспорт у ФИО2 и не отдавала его. Уже после увольнения она созванивалась с ФИО2, которая ей рассказала, что ФИО1 до сих пор с той не расплатилась.

После оглашения этих показаний С.М.С. вразумительно пояснить причину изменения показаний не смогла, показав, что она следователю таких показаний не давала, настаивала на показаниях, данных в судебном заседании. При этом она опознала свои подписи в протоколе допроса, расположенного на листах 59-60 т. 2 материалов уголовного дела.

Свидетель Р.Н.Н. суду показал, что по своей профессиональной деятельности он занимается изготовлением мебели. ФИО2 приходится ему двоюродной сестрой, у которой он праздновал Рождество ДД.ММ.ГГГГ в доме по <адрес>, где также присутствовала ФИО1 (показал на нее в судебном заседании). При этом в доме он видел мебель – на кухне темный деревянный буфет, стол и стулья, а в зале – комод, под телевизором - тумба. Эта мебель была старинная, может быть и антикварная, то есть она изготовлена не современным способом. Эта мебель уже находилась в доме, когда ФИО2 в него заселилась. Летом 2016 года он помогал ФИО2 переезжать из дома по <адрес>, при этом, на своем автомобиле <данные изъяты> он перевозил бытовую технику, а именно холодильник, микроволновку, электрический чайник и личные вещи.

Эксперт К.А.Н. суду показал, что он проводил экспертизу по установлению стоимости похищенной мебели и выдал заключение № от ДД.ММ.ГГГГ. Данная экспертиза проведена в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ и была определена рыночная стоимость права владения аналогичных предметов. Определена была стоимость права владения аналогичных предметов, так как самих предметов оценки не было представлено. В ходе проведения оценки стоимости права владения, им была выведена средняя стоимость аналогичных объектов.

На листе 10 заключения имеется описка относительно указания описи земельного участка, однако это обстоятельство не повлияло на выводы эксперта. За исходные данные были приняты предложения продавцов на рынке, так как в данном случае отсутствует информация о проведенных сделках на вторичном рынке, при этом ввиду отсутствия предмета оценки во внимание были приняты аналогичные предметы. В ходе оценки мебели не принималось во внимание понятие антикварности мебели, так как соответствующего заключения не было представлено. Данное заключение было сделано в рамках федерального закона об оценке.

Также судом были допрошены свидетели стороны защиты.

Свидетель К.С.Н. суду показала, что она дружит с ФИО1 примерно 30 лет. Охарактеризовала ее доброй, отзывчивой. ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 пришла к ней в <адрес> на день рождения ее дочери А. в 15:00 часов, но сообщить по чьей инициативе состоялся разговор о времени посещения не смогла. На данном празднике были она с дочерью, ФИО7 В., Д.А.А., Д.Л.В., К.Н., К.Н., К.Е.А., которые разошлись примерно в 22:00 часа и ее муж – Ч.Р. проводил ФИО1 и вернулся примерно через 30 минут. Нарисовала примерную схему расположения гостей за столом, при этом показала, что ФИО1 сидела на диване.

Свидетель Д.В.В. суду показала, что ДД.ММ.ГГГГ состоялось празднование дня рождения ее внучки А. в котором участвовала ФИО1, которая бывает на каждом таком празднике. На празднике присутствовали К.С.Н. и Р., ФИО8, сын К.С.Н. – Р., была еще какая-то бабуля. В доме все собрались к обеду, при этом нарисовала схему расположения гостей за столом. На празднике пробыли до 22:00 часов и Р. проводил ФИО1 домой.

Свидетель Ш.Н.М. суду показала, что 20-ДД.ММ.ГГГГ примерно в 11:30-12:00 часов она увидела ФИО9 на автомобиле <данные изъяты> на <адрес>. Затем видела женщину (показала рукой на ФИО2) и мужчину, которые переносили стиральную машину, холодильник и коробки. Вечером она слышала, что в <адрес>, куда переносили вещи, праздновали что-то.

Свидетель С.Н.В. суду показал, что он был вхож в дом Ж.В. (мама потерпевшей) и В. (муж мамы потерпевшей) с ДД.ММ.ГГГГ годов. Примерно в ДД.ММ.ГГГГ годах он был в <адрес> у Ж, но никакой антикварной мебели у них не было. У него был брат В.В.И. (умер) у которого была старинная мебель (горка, тумбочка и комод), которую он отдал за долги (расплатился за самогон) семье Ж, примерно в ДД.ММ.ГГГГ году.

Свидетель С.И.В. суду показала, что она является дочерью В.В.И., проживавшего в <адрес> и умершего в ДД.ММ.ГГГГ году. В доме В.В.И. была мебель, в том числе и горка, комод, шифоньер. Под конец жизни В.В.И. злоупотреблял спиртным и часто занимал денежные средства и алкоголь. Впоследствии она обнаружила, что данная мебель отсутствует, а ее отец – В.В.И. пояснил, что отдал ее за долги в до 78 или 80 на <адрес>. Мебель была темно-коричневого цвета, поедена жуками, расслаивалась. Сама она в доме Ж не была и мебели там не видела.

ФИО1 ей никем не приходится. В суде оказалась по просьбе друга детства П.Г.В., который попросил ее рассказать об этой мебели. Непосредственным свидетелем этих событий она не была и знает об этом от В.В.И., то есть со слов ныне умершего отца. Сообщила со слов В.В.И. о происхождении этой мебели, которая находилась в их доме с 1917 года с момента покупки дома ее прадедом.

Свидетель Ф.Н.Н. суду показала, что она примерно 15 лет работает у ФИО1 продавцом чебуреков от <данные изъяты> и знакома с ФИО2

Во дворе ООО «Пивной бар» имеются склады и гаражи, с туалетом во дворе. Она часто проходила мимо гаражей, ворота которых были открыты, но ворота с улицы были закрытыми. В гаражах хранятся строительные материалы и автомобиль ФИО9 <данные изъяты> В период с 2015-2016 год она никогда не видела во дворе <данные изъяты>» мебель, но работает она внутри здания и во двор выходит один раз в день.

Свидетель П.О.М. суду показала, что знакома с ФИО2, которая приходилась женой ее умершего брата - ФИО10, а также знает ФИО1 с детства. Ее брат с ФИО2 проживал в доме на <адрес>, в котором находилась старая мебель, принадлежавшая хозяйке дома. Мебель - очень старинный из красного дерева резной буфет (стоял на кухне), комод, тумбочка. Мебель была старинная, имела следы износа.

После смерти ее брата ФИО2, какое-то время жила у нее, потом уезжала из города, а потом жила в доме на <адрес>. Со слов ФИО2 она знает, что вещи из дома по <адрес> в дом на <адрес> ей помогал перевезти П.Г.В.

Помимо признательных показаний ФИО2, показаний потерпевшей и свидетелей, вина обеих подсудимых подтверждается исследованными судом письменными материалами дела.

Из протокола очной ставки между П.Г.В. и ФИО2 следует, что последняя подтвердила свои показания, при том, что П.Г.В. отказался от дачи показания на основании ст. 51 Конституции РФ (т. 1 л.д. 147).

Из протокола очной ставки между ФИО1 и ФИО2 следует, что каждая из них настаивали на своих показаниях (т. 2 л.д. 66-73).

Из протокола очной ставки между ФИО1 и К.С.А. следует, что каждый из них настаивал на своих показаниях (т. 2 л.д. 74-78).

Согласно протоколу проверки показаний на месте ФИО11 продемонстрировала, каким образом совершалась кража мебели из дома потерпевшей (т. 1 л.д. 138-140).

Из протокола очной ставки между П.Г.В. и К.С.А. следует, что последний настаивал на своих показаниях, а П.Г.В. отказался от дачи показаний, сославшись на ст. 51 Конституции РФ (т. 1 л.д. 148).

Из протокола от ДД.ММ.ГГГГ следует об осмотре <адрес> (т.1 л.д. 20-24).

Заключением эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ установлена стоимость похищенного имущества: тумбочка – 22000 рублей, комод – 15667 рублей, буфет «горка» - 155760 рублей (т. 1 л.д. 89-119).

Из заявления потерпевшей Ж.Е.Д. следует, что она просит привлечь к ответственности лиц, совершивших кражу ее антикварной мебели из <адрес>.

Согласно расписке от ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 обязалась вернуть старинную деревянную мебель потерпевшей Ж.Е.Д., которую она похитила и передала П.Г.В.

Оценивая представленные доказательства в их совокупности, суд приходит к выводу о доказанности вины ФИО2 и ФИО1 в совершении ими кражи чужого имущества группой лиц по предварительному сговору с причинением значительного ущерба гражданину и квалифицирует действия каждой из подсудимых по п.п. «а,в» ч. 2 ст. 158 УК РФ.

Принимая такое решение, суд исходит из признательных показаний ФИО2, в судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ, которая показала о динамике развития событий: обстоятельства, когда ФИО1 впервые увидела мебель в <адрес> ДД.ММ.ГГГГ; обстоятельства, как предварительного сговора, так и похищения мебели из <адрес>, при участии ее самой и ФИО1, а также неосведомленных о преступных намерениях подсудимых, П.Г.В. и К.С.А..; обстоятельства выгрузки мебели в <данные изъяты>» у ФИО1 на <адрес>.

Суд принимает показания подсудимой ФИО2, как в ходе предварительного следствия (т. 1 л.д. 151-152, т. 3 л.д. 43-46), так и в ходе судебного заседания, поскольку они являются последовательными и постоянными относительно обстоятельств, подлежащих доказыванию в соответствии со ст. 73 УПК РФ. Разница между этими показаниями заключается в непосредственном участии ФИО1 в похищении мебели из дома потерпевшей, но по этому поводу она дала суду логичные пояснения, которые суд принимает, но полагает необходимым учитывать при этом рамки предъявленного обвинения. Кроме того, ее показания стабильны на протяжении всего рассмотрения дела в суде.

Эти ее показания полностью согласуются с показаниями непосредственного очевидца этих событий К.С.А., который тот дал в судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ, относительно обстоятельств, подлежащих доказыванию, то есть время, место и способ. Кроме того, эти его показания согласуются с показаниями ФИО2, во-первых, о том, что ФИО1 принимала непосредственное участие в хищении мебели из <адрес>, во-вторых, в части выгрузки мебели у ФИО1 во дворе <данные изъяты> на <адрес>.

Кроме того, показания К.С.А., относительно обстоятельств, подлежащих доказыванию (дата кражи, время и место) являются стабильными на протяжении всего периода предварительного следствия (т. 1 л.д. 65-66, 146-148) и в суде (ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ – т. 1 л.д. 224). Разница между этими показаниями заключается в непосредственном участии ФИО1 при самом похищении мебели из дома потерпевшей, но К.С.А. суду дал вполне логичные обоснования этому, которые суд принимает.

При этом показания К.С.А. и ФИО2, о непосредственном участии ФИО1 в похищении мебели, согласуются между собой, и суд принимает их как доказательство ее причастности к совершению данной кражи, однако суд полагает необходимым не выходить за рамки предъявленного обвинения.

Эти показания подсудимой ФИО2 и свидетеля К.С.А., по мнению суда, образуют необходимую совокупность, в связи с чем суд их принимает и кладет в основу обвинительного приговора. Принимая показания ФИО2 и К.С.А., данные ими в судебных заседаниях суд исходит из того, что эти их показания были стабильны и последовательны на протяжении всего судебного следствия.

Так, подсудимая ФИО2 с самого начала судебного следствия, заявляла как о своем, таки о непосредственном участии в похищении мебели ФИО1

Свидетель К.С.А. также на протяжении всего периода судебного следствия настаивал на непосредственном участии в похищении мебели ФИО1, а кроме того, сообщил о времени и месте совершения преступления.

Таким образом, их показания стабильны, непротиворечивы, дополняют друг друга и не входят в противоречие ни с одним из исследованных доказательств. Совокупность показаний ФИО2 и К.С.А. подтверждают обстоятельства, подлежащие доказыванию, то есть время, место и способ совершения преступления. Не доверять показания ФИО2 и К.С.А. у суда нет оснований, не представлено таковых и стороной защиты.

Кроме того, показания подсудимой ФИО2 и свидетеля К.С.А., относительно места и времени совершения преступления, а также о похищенных предметах мебели полностью согласуются с показаниями потерпевшей Ж.Е.Д., чьим показаниям не доверять у суда нет оснований, не приведено таковых и стороной защиты.

В свою очередь показания ФИО2, К.С.А. и Ж.Е.Д. согласуются с письменным доказательством, добытым в ходе судебного следствия в виде расписки ФИО2 от ДД.ММ.ГГГГ (т. 3 л.д. 202), из текста которой следует, что ФИО2 обязуется вернуть похищенные из <адрес> предметы старинной мебели (деревянные комод, горку и тумбочку), которые после хищения она передала П.Г.В.

Суд отвергает доводы стороны защиты о необходимости отнестись критически к этим показаниям ФИО2 и К.С.А., поскольку они их изменили, относительно тех, что давали в ходе предварительного следствия, поскольку эти противоречия были устранены в ходе судебного следствия, и каждый из них дал вполне логичные объяснения причин изменения показаний.

По этим же основаниям суд отвергает доводы стороны защиты относительно противоречивости показаний подсудимой ФИО2, указанных в п. 5 доводов стороны защиты о недопустимости заключения эксперта №, о чем указано ниже.

В свою очередь показания свидетеля Р.Н.Н. подтверждают, как нахождение ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ в гостях у ФИО2 в <адрес>, так и показания ФИО2 об этом, а также о возможности видеть мебель. Однако суд учитывает, что непосредственно эти обстоятельства не являются обязательными к доказыванию, в соответствии со ст. 73 УПК РФ. По этим же основаниям суд отвергает доводы стороны защиты ФИО1 о том, что Р.Н.Н., являющийся братом подсудимой ФИО2, оказывает той помощь и дает неправдивые показания с целью изобличения ФИО1

Квалифицируя действия ФИО2 и ФИО1 по п.п. «а,в» ч. 2 ст. 158 УК РФ, суд полагает, что нашел подтверждение квалифицирующий признак – группой лиц по предварительному сговору. Признавая это, суд исходит из того, что действия обеих подсудимых были согласованными, направленными на достижение единого преступного результата – кража мебели.

Так, в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, находясь в помещении <данные изъяты> расположенного в <адрес> попова С.В. и ФИО2 вступили между собой в преступный сговор, то есть договорилась о совершении кражи мебели из <адрес>, что подтверждается показаниями ФИО2, чьи показания у суда не вызывают сомнения. В данном случае требования ст. 73 УПК РФ об обстоятельствах, подлежащих доказыванию, соблюдены, так как установлено время, место и способ преступного сговора.

Далее, ФИО2 и ФИО1 для реализации своего преступного умысла были привлечены не осведомленные о преступных намерениях П.Г.В. и К.С.А., которые обеспечили погрузку, доставку и выгрузку похищенной мебели с места преступления (<адрес>) в здание <данные изъяты> (<адрес>), что также подтверждается показаниями ФИО2 и К.С.А.

По этим же основаниям суд отвергает соответствующие доводы п. 6 стороны защиты ФИО1 об отсутствии предварительного сговора.

Более того, в хищении мебели из дома потерпевшей непосредственно принимали участие, и ФИО1, и ФИО2, что подтверждается показаниями последней и свидетеля К.С.А. Однако эти обстоятельства суд принимает как еще одно подтверждение в причастности ФИО1 и ФИО2 к совершению кражи, но при этом учитывает объем предъявленного обвинения.

Кроме того, похищенная мебель была доставлена в помещение <данные изъяты> (<адрес>), которое является местом работы ФИО2 и ФИО1, а также фактически местом жительства последней, что согласуется с предъявленным подсудимым обвинением. Кроме того, это обстоятельство говорит о согласованности их действий в реализации преступного сговора.

Доводы ФИО2 и ее защитника о том, что от данной кражи она не имела никакой прибыли, суд не принимает, поскольку данное обстоятельство на квалификацию действий подсудимой не влияет, так как в данном случае имел место способ распоряжения похищенным имуществом.

Решая вопрос о наличии умысла у обеих подсудимых именно на кражу, а также о наличии квалифицирующего признака группой лиц по предварительному сговору, суд исходит из того, что совершая хищение мебели при указанных обстоятельствах, ФИО1 и ФИО2 не могли не осознавать противоправный характер своих действий, а также предвидели неизбежность наступления общественно опасных последствий и желали их наступления, то есть совершили преступление с прямым умыслом.

Также суд полагает, что нашел подтверждение квалифицирующий признак в виде значительности причиненного ущерба, который равен 193427 рублей. Делая такой вывод, суд исходит из материального положения потерпевшей Ж.Е.Д., которая имеет ежемесячный доход в сумме 17000 рублей, но при этом она оплачивает аренду квартиры в Липецке, в собственности у нее имеется автомобиль <данные изъяты> года выпуска, который она также содержит. Сумму причиненного ущерба потерпевшая не оспаривает.

Суд принимает показания свидетеля К.С.Н., в той части, в которой она охарактеризовала ФИО1 добрым и отзывчивым человеком. В остальной же части ее показания, как и показания свидетеля Д.В.В. суд не принимает, так как они не связаны с временным периодом совершения преступления, и не оказывают влияния на обстоятельства, подлежащие доказыванию в соответствии со ст. 73 УПК РФ.

Кроме того, не принимая показания этих свидетелей, суд исходит из того, что они противоречивы с показаниями ФИО1, которая иначе описала ход этого праздника. Так ФИО1 показала, что она пришла в гости к К.С.Н. в 11:00 часов, при том, что последняя показала о прибытии ФИО1 в 15:00 часов. Также показания ФИО1, К.С.Н. и Д.В.В. противоречивы в описании мест расположения гостей за праздничным столом, в частности ФИО1, что подтверждается схемами, составленными этими свидетелями и ФИО1 (т. 4 л.д. 64-66).

Кроме того, суд не принимает эти показания, в том числе и потому, что из показаний ФИО2 следует, что ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ пришла к той поздно вечером, что не исключает возможности пройти пешком от здания <данные изъяты> (<адрес>) до <адрес>, где в тот период проживала ФИО2

Поскольку ФИО1 было известно о том, что ФИО2 не имеет своего жилья и проживает в арендуемом доме, а также ввиду того, что она находилась в доме и наблюдала мебель, что следует из показаний ФИО2 и Р.Н.Н., у суда нет сомнений в том, что ФИО1 заведомо знала о принадлежности мебели не ФИО2, а иному лицу, в связи с чем суд отвергает соответствующие доводы стороны защиты ФИО1

То обстоятельство, что запрошенной детализацией телефонных переговоров от ДД.ММ.ГГГГ № (т. 4 л.д. 1-58 и справка МФ «Черноземье» ООО «Т2 Мобайл» т. 4 л.д. 59) по абонентским номерам, сообщенным ФИО2 и ФИО1 не было установлено соединений между этими номерами, само по себе не исключает возможности нахождения ФИО1 в гостях у ФИО2 в период с вечера ДД.ММ.ГГГГ до утра ДД.ММ.ГГГГ и не опровергает показаний последней в этой части, так как согласно указанной детализации абонентские номера № (был в пользовании ФИО2) и № (был в пользовании ФИО1) были активированы с ДД.ММ.ГГГГ и с ДД.ММ.ГГГГ соответственно, то есть не затрагивали дату ДД.ММ.ГГГГ.

Кроме того, отсутствие соединений указанных абонентских номеров в период совершения хищения мебели также не исключает возможности совершения кражи ФИО1 и ФИО2, поскольку из показаний последней следует, что непосредственно перед кражей они общались лично, то есть без использования мобильной связи.

Показания свидетеля Ш.Н.М. суд не принимает, поскольку в них речь идет о событиях, имевших место ДД.ММ.ГГГГ, что не затрагивает период совершения кражи и не относится к обстоятельствам подлежащим доказыванию в уголовном процессе.

Суд отвергает показания свидетелей С.Н.В. и С.И.В., так как они не затрагивают временного промежутка, приуроченного к совершению преступления, либо непосредственно предшествовавшего этому. Кроме того, показания свидетеля С.Н.В. содержат данные об обстоятельствах жизни умерших родственников потерпевшей в 90-х годах прошлого столетия, что также не относится к предмету доказывания по уголовному делу.

Кроме того, показания свидетелей С.Н.В. и С.И.В. являются производными от умерших В.В. и Ж.В. и ее мужа К., в связи с чем у суда нет возможности их проверить.

Более того, не принимая показания этих свидетелей, суд исходит из того, что по данному уголовному делу не является обязательным установление обстоятельств появления мебели в доме потерпевшей Ж.Е.Д.

По этим же основаниям суд не принимает во внимание документы стороны защиты (т. 3 л.д. 208-211), относительно обстоятельств участия в Великой отечественной войны лейтенанта медицинской службы ФИО12 (бабушка потерпевшей) и мест дислокаций воинских частей и участие в боевых действиях.

Ввиду этих же оснований суд отвергает соответствующие доводы п.5 позиции стороны защиты о несостоятельности заключения эксперта №, о чем указано ниже.

Показания свидетеля Ф.Н.Н. суд не принимает, поскольку они не проливают свет на обстоятельства, подлежащие доказыванию по данному уголовному делу. Вопреки доводам стороны защиты ее показания о том, что она не видела во дворе <данные изъяты>» мебели, сами по себе не исключают предъявленного ФИО2 и ФИО1 обвинения. По этим же основаниям суд отвергает доводы стороны Защиты ФИО1, указанные в п. 8 (отражено ниже).

Вопреки доводам стороны защиты показания свидетеля П.О.М. подтверждают наличие в доме потерпевшей, в котором проживала ФИО4 с П.Ю. старинной резной мебели, из красного дерева.

Эти показания свидетеля стороны защиты П.О.М. согласуются с показаниями подсудимой ФИО2, потерпевшей Ж.Е.Д., в этой части, образуя необходимую совокупность, в связи с чем их суд принимает, отвергая соответствующий довод стороны защиты.

Показания свидетеля П.Г.В., данные им в ходе судебного заседания ДД.ММ.ГГГГ суд принимает в той части, где он сообщает, что ФИО1 приходится ему бывшей супругой, которая арендует у него помещение <данные изъяты> бар, расположенный в <адрес>, с которой у него дружеские отношения.

Эти его показания полностью согласуются с показаниями подсудимых ФИО1 и ФИО2 и не противоречат исследованным судом материалами уголовного дела.

В остальной же части суд не принимает его показания, так как они противоречат его же показаниям, которые тот давал при его допросе следователем ДД.ММ.ГГГГ (т. 1 л.д. 129) и которые были оглашены в судебном заседании, относительно хронологии развития событий, а каких вразумительных объяснений причине изменения показаний суду не привел.

Показания же свидетеля П.Г.В., данные им в ходе предварительного расследования (т. 1 л.д. 129) суд не принимает, поскольку они опровергаются показаниями ФИО2 и К.С.А., о чем указано выше.

Кроме того, эти его показания опровергаются показаниями свидетеля Р.Н.Н., который показал, что летом 2016 года именно он помогал ФИО2 переезжать из дома по <адрес>, при этом, на своем автомобиле ДД.ММ.ГГГГ он перевозил бытовую технику, а именно холодильник, микроволновку, электрический чайник и личные вещи.

Отвергая показания П.Г.В., суд исходит, в том числе из того, что подсудимая ФИО1 приходится ему бывшей супругой, то есть близким человеком, в связи с чем суд расценивает эти его показания как стремление оказать помощь близкому человеку с целью избежать наказание за совершенное преступление.

Анализируя динамику и количество версий в показаниях свидетеля П.Г.В., кроме тех о которых указано выше, суд приходит к выводу, что они противоречивые, опровергаются последовательными показаниями свидетеля К.С.А., подсудимой ФИО2

В этой же связи суд отвергает соответствующие доводы стороны защиты ФИО1, отраженные в п. 7 позиции защиты ФИО1

Заключением эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ фактически проведена оценка стоимости права владения имуществом потерпевшей, которое было похищено, общей стоимостью 193427 рублей, которую суд принимает. Оснований не доверять этому заключению эксперта, судом не установлено, не представлено такового и стороной защиты.

Относительно доводов стороны защиты подсудимой ФИО1 в прениях, в том числе о невозможности принять заключение эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, то суд не находит их обоснованными по следующим основаниям.

Так стороной защиты указано, что данное заключение эксперта не может быть принято, а подсудимая ФИО1 подлежит оправданию, поскольку:

1. следователем в постановлении о назначении экспертизы (т. 1 л.д. 85-86) необоснованно указано на три элемента антикварной мебели. При этом определение антикварности мебели, во-первых, не относится к компетенции следователя, а во-вторых, должно быть определено в ходе искусствоведческой экспертизы;

2. во вводной части экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ указано, что проведена товароведческая экспертиза об определении рыночной стоимости права владения трех элементов мебели, с учетом их износа на ДД.ММ.ГГГГ, что не укладывается в период совершения преступления с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ. При этом фактически проведена не экспертиза, а оценка, при этом эксперт использовал правила оценки;

3. эксперт К.А.Н. не указал стаж работы по специальности; экспертом представлен диплом о юридическом образовании; представлена копия сертификата соответствия № о сертификации на право производства экспертиз по специальности «Основы судебной экспертизы» с периодом действия с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, при этом такого диплома не представлено в ходе предварительного следствия и в суде;

4. эксперт К.А.Н. не соответствует Правилам системы добровольной сертификации деятельности экспертов от 2013 года, а именно: п. 2.1.Государсвтенный образовательный стандарт высшего профессионального образования 022400 - «Судебная экспертиза» - специалист; 2.2.Государственный образовательный стандарт высшего профессионального образования 350600 «Судебная экспертиза» - Эксперт-криминалист. В отчете деятельности эксперта К.А.Н. не отражено проведение экспертизы №, в том числе не сделано ни одного заключения для ОМВД России по Усманскому району, что лишает суд возможности признать это заключение как полученное из надлежащего источника. В ходе проведения данной экспертизы эксперту не представлены предметы оценки, а были представлены лишь фотографии похожих предметов. При этом эксперт в ходе исследования принимал во внимание предметы, которые являются антикварными.

5. потерпевшая Ж.Е.Д. утверждает, что похищенная мебель является раритетной, так как была привезена ее бабушкой из Германии в 1946 году, как так во время Великой Отечественной войны та дошла до Берлина и на поезде привезла мебель домой. Однако из сведений о ФГКУ «Центральный архив МО РФ» следует, что Ж.Т.С. никогда не проходила службу в Германии, что, по мнению защиты, опровергает показания потерпевшей Ж.Е.Д., которая в свою очередь утверждала, что о происхождении этой мебели ей известно от матери.

Помимо этого, по данному уголовному делу нет надлежаще установленного потерпевшего, так как, по мнению стороны защиты, установлено, что похищенная мебель принадлежала К.В.Ф., который забрал ее за долги у ФИО13, что подтвердили свидетели стороны защиты С. и С..

Показания ФИО2 противоречивы и были ею даны под давлением со стороны сотрудников ОМВД России по Усманскому району, так как она была задержана в рамках КоАП РФ за совершения административного правонарушения, и была выпущена после дачи той признательных показаний. По этой причине, по мнению стороны защиты было необходимо истребовать от ОМВД России по Усманскому району журнал КУСП сведения о имеющихся сообщениях, времени и дате регистрации, относящиеся к расследованию дела.

6. Суду не представлено убедительных доказательств о наличии предварительного сговора на хищение имущества между ФИО2 и ФИО1, так как ФИО2 не сообщала суду о том, что: между ними была соответствующая договоренность; что ФИО2 ставила ФИО1 в известность о принадлежность мебели другому лицу; следствием Р.Н.Н. не предъявлялась для опознании ФИО1

Также стороной защиты указано на наличие оснований для оговора ФИО2 и Р.Н.Н. подсудимой ФИО1 из-за зависти ввиду того, что та являлась работодателем ФИО2 и требовала исполнения обязательств.

Также причиной оговора, по мнению стороны защиты ФИО1 является зависть из-за того обстоятельства, что последняя имеет источник дохода и в случае взыскания денежных средств, обязанность по их уплате ляжет именно на ФИО1

7. П.Г.В. дал показания, что он перевозил не мебель, а личные вещи и бытовую технику по просьбе ФИО2 из дома по <адрес>.

8. Ф.Н.Н. показала, что она несколько раз находилась во дворе <данные изъяты> и никакой мебели она там не видела.

9. В обвинении не указано точное время совершения кражи.

Относительно указанных доводов стороны защиты ФИО1 суд приходит к следующему.

По п. 1 суд полагает, что указание в постановлении о назначении экспертизы трех элементов антикварной мебели не оказало влияние на проведенную оценку права владения тремя объектами мебели, о чем сообщил эксперт К.А.Н., так как антикварность во внимание не принималась, поскольку были подобраны схожие внешне предметы с теми, что описала потерпевшая.

Суд не принимает доводы п. 2, так как в экспертном заключении указано, что дата оценки была ДД.ММ.ГГГГ, что в принципе, хоть и не входит в период хищения, но соотносится с указанным временем, так как и время совершения преступления и дата оценки затрагивают 2 и 3 квартал 2016 года, что является допустимым по примененной экспертом методике, о чем К.А.Н. сообщил в своих показаниях.

Суд не принимает доводы п. 3, так как отсутствие указания стажа экспертной работы, наличие у К.А.Н. юридического образования, наряду с сертификатом соответствия на право производства судебной экспертизы, при фактически произведенной оценки права владения имуществом, по мнению суда не исключает возможности установления стоимости права владения имущества, описанного потерпевшей, что и имело место в данном случае.

Доводы п. 4 о не соответствии эксперта К.А.Н. Правилам системы добровольной сертификации деятельности экспертов от 2013 года, суд не находит состоятельными, поскольку в данном случае фактически была проведена оценка стоимости права владения похищенным имуществом, что К.А.Н. выполнил в рамках сертификата на право производства экспертиз по специализации «Основы судебной экспертизы».

Доводы о признании заключения эксперта № полученным из ненадлежащего источника, мотивированный отчетом о деятельности эксперта К.А.Н., где нет сведений о проведении им экспертизы для ОМВД России по Усманскому району, суд отвергает, так как в материалах уголовного дела имеется надлежащим образом заверенная копия договора № от ДД.ММ.ГГГГ (т. 3 л.д. 212-214) согласно которому между ОМВД России по Усманскому району и оценщиком ИП К.А.Н. был заключен договор о производстве товароведческой экспертизы.

Доводы стороны защиты об использовании экспертом в исследовании предметов антикварной мебели, что исключает возможность принять заключение эксперта №, суд не принимает, поскольку в данном случае во внимание принимались схожие по внешнему виду предметы мебели, с учетом описания потерпевшей Ж.Е.Д., о чем эксперт К.А.Н. сообщил в своих показаниях. Кроме того, доводы стороны защиты несостоятельны, в том числе и потому, что защитником суду не представлено соответствующих документов об антикварности предметов, которые учитывались при проведении экспертизы. Указание на интернет сайте о принадлежности предметов мебели к антикварным, по мнению суда, с достаточной степенью уверенности об этом не свидетельствует.

Доводы стороны защиты о несостоятельности заключения эксперта №, мотивированные ответом Союза «Липецкая Торгово-Промышленная Палата» (далее по тексту ЛТПП) (т. 3 л.д. 207) о невозможности проведения экспертизы и дачи заключения по определению рыночной стоимости мебели, в связи отсутствием предметов исследования, суд не принимает, поскольку в данном случае имело место оценка рыночной стоимости права владения объектами оценки. Кроме того, указанный ответ ЛТПП по сути является всего лишь мнением одного из экспертных учреждений и не ставит под сомнение рассматриваемого заключения эксперта.

Доводы п. 5 о местах дислокации воинской части, где проходила службу Ж.Т.С. во время Великой Отечественной войны, а также о наличии, либо отсутствии у той возможности привезти на поезде крупный габаритный груз, как и установление событий приобретения потерпевшей Ж.Е.Д. похищенных у нее предметов мебели, по мнению суд не входит в круг обстоятельств, подлежащих доказыванию по данному уголовному делу, в связи с чем суд эти доводы отвергает.

Также суд считает несостоятельными доводы относительно официального оформления Ж.Е.Д. права владения домом № по <адрес>, при условии принадлежности ? части дома ФИО14 (муж матери потерпевшей), поскольку данные обстоятельства не связаны с существом рассматриваемого дела и затрагивают гражданско-правовые отношения, связанные с наследованием имущества. При этом суд констатирует, что коль скоро потерпевшая Ж.Е.Д. фактически приняла в пользование <адрес> со всем находящимся в нем имуществом, то она законно признана потерпевшей по данному уголовному делу. Более того, данное решение было принято ст. следователем СО ОМВД России по Усманскому району Г.О.В. путем вынесения соответствующего постановление от ДД.ММ.ГГГГ (т. 1 л.д. 29-30), что говорит о соблюдении установленного уголовно-процессуальным законом порядка признания потерпевшим, что исключает само по себе соответствующий довод стороны защиты.

Суд не принимает доводы стороны защиты о несостоятельности заключения эксперта №, ввиду того, что оно не содержит самого расчета, а также указанные суммы не соответствуют средней стоимости предметов, по следующим основаниям.

Отвергая данный довод, суд, проверил правильность определенной стоимости права владения предметами оценки, применяя правило определения среднего значения, формула которого находится в свободном доступе и изучается в школьной программе математики за 3-й класс и не требует особых познаний в области математики.

Так, согласно показаниям эксперта К.А.Н. он, используя описание мебели со слов потерпевшей, нашел в интернете объявления о продаже аналогичных предметов мебели, стоимость которых указана в заключении эксперта.

Так, расчет стоимости тумбы производился исходя из двух объявлений аналогичных предметов мебели, стоимости которых равны 30000 рублей и 14000 рублей. Так, (30000+14000):2=22000 рублей, что соответствует указанной сумме в оспариваемом заключении эксперта.

Расчет стоимости комода производился при наличии трех объявлений, в которых была указана стоимость каждого предмета равной 20000 рублей, 10000 рублей, 17000 рублей. Соответственно (20000+10000+17000):3=15666,6 в периоде. То есть соответствует указанной в экспертном заключении стоимости.

Касаемо стоимости буфета, то она рассчитывалась исходя из пяти объявлений, цена которых составляла 120000 рублей, 320000 рублей, 130000 рублей, 120000 рублей и 88800 рублей. То есть, (120000+320000+130000+120000+88800):5=155760 рублей, что соответствует указанной в экспертном заключении.

Относительно ходатайства стороны защиты об истребовании КУСП из ОМВД России по Усманскому району, то суд полагает необходимым в этом отказать, так как данное ходатайство не мотивировано, а содержит лишь общие фразы о необходимости истребования сведений имеющих отношении к расследованию данного уголовного дела, без указания каких конкретно сведений и в связи с какими обстоятельствами.

Кроме того, суд считает несостоятельными доводы об оказании давления на подсудимую ФИО2, поскольку от нее в судебном заседании данных об оказании на нее давления со стороны сотрудников полиции не поступало. В этой связи у суда отсутствуют основания для проверки этих доводов.

Помимо этого, в рамках данного уголовного дела ФИО2 не задерживалась и ей сразу была избрана мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении, что отражено в соответствующем постановлении (т. 1 л.д. 61).

Доводы стороны защиты ФИО15 о задержании ФИО2 в рамках дела об административном правонарушении суд не принимает, так как, во-первых, эти доводы не связаны с существом рассматриваемого дела и подлежат самостоятельному обжалованию, а во-вторых, не затрагивают, по мнению суда, интересов подсудимой ФИО1

Доводы п. 6 стороны защиты ФИО1, относительно наличия оснований для оговора ФИО2 и Р.Н.Н. подсудимой ФИО1 из-за зависти ввиду того, что та являлась работодателем ФИО2 и требовала исполнения обязательств, суд не принимает, как явно надуманные, так как ФИО2 показала, что у нее неприязненных отношений к ФИО1 не было.

Суд не принимает доводы стороны защиты ФИО1 (п. 6) о том, что в ходе предварительного расследования Р.Н.Н. не предъявлялась ФИО1 для опознания по следующим основаниям.

Во-первых, в соответствии со ст. 38 УПК РФ следователь является процессуально самостоятельной фигурой и вправе по своему усмотрению направлять ход расследования по уголовному делу, что само по себе лишает указанный довод смысла.

Во-вторых, имевшие место ДД.ММ.ГГГГ события, по мнению суда не входят в круг обстоятельств, подлежащих обязательному доказыванию, что закреплено в ст. 73 УПК РФ, о чем неоднократно упоминалось выше.

Как явно надуманные и ничем не подтвержденные суд отвергает доводы стороны защиты подсудимой ФИО1 о наличии зависти у ФИО2 из-за того обстоятельства, что последняя имеет источник дохода и в случае взыскания денежных средств, обязанность по их уплате ляжет именно на ФИО1

Суд отвергает доводы ФИО1 о том, что К.С.А. оговаривает ее из-за неприязни, которая возникла ввиду ее требовательности к нему по работе, поскольку данные показания К.С.А. дал суду уже после прекращения трудовых отношений с ФИО1, при этом пояснив, что неприязни между ними нет.

То обстоятельство, что комод свидетель К.С.А. назвал в судебном заседании обувницей, по мнению суда не имеет под собой юридически значимых последствий, так как оно объясняется индивидуальной особенностью восприятия того или иного предмета разными людьми.

Суд не принимает доводы стороны защиты ФИО1 о том, что фотографиями (т. 3 л.д. 16-20) подтверждено отсутствие похищенной мебели в <адрес>, поскольку из указанных фотографий с достаточной степенью вероятности не следует о том, что, во-первых, на них запечатлено внутреннее убранство именно указанного дома. Во-вторых, эти снимки не являются панорамными, что лишает суд уверенности, что на указанных снимках запечатлена вся площадь всех помещений дома. В третьих, сам факт наличия этих фотографий, сам по себе не опровергает показаний потерпевшей Ж.Е.Д., вкупе с показаниями подсудимой ФИО11, свидетелей П.О.М. и К.С.А. о наличии в доме старинной мебели из натурального дерева.

Доводы стороны защиты ФИО1 о том, что протоколы допросов подсудимой ФИО2 написаны как под копирку, по мнению суда, не лишают их юридической силы.

При назначении наказания суд учитывает характер и степень общественной опасности преступления, личности виновных, обстоятельства, смягчающие наказание, а также влияние назначаемого наказания на исправление осужденных и на условия жизни их семей. Также суд принимает во внимание позицию потерпевшей Ж.Е.Д., которая просила суд о строгом наказании для обеих подсудимых.

Подсудимая ФИО2 ранее не судима (т. 1 л.д. 51), на учете врачей нарколога и психиатра <данные изъяты> (т. 1 л.д. 55), по месту жительства <данные изъяты> (т. 1 л.д. 49), привлекалась к административной ответственности (т. 1 л.д.52).

Смягчающими наказание обстоятельствами суд учитывает признание ФИО2 вины, раскаяние в содеянном, активное способствование раскрытию, расследованию преступления и изобличению другого участника преступления, состояние здоровья подсудимой.

Отягчающих обстоятельств нет.

Суд не усматривает оснований для применения ч. 1 ст. 62 УК РФ, даже при наличии смягчающих обстоятельств, предусмотренных п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ, так как самое строгое наказание по санкции соответствующей статьи, не назначается.

Оснований для применения ч. 6 ст. 15, ст. 64 и 73 УК РФ суд не усматривает.

Учитывая личность подсудимой ФИО2, принимая во внимание наличие смягчающих и отсутствие отягчающих обстоятельств, а также ее материальное положение и отсутствие постоянного дохода, что делает затруднительным исполнение наказания в виде штрафа, суд полагает необходимым назначить ФИО2 наказание в виде обязательных работ.

Подсудимая ФИО1 ранее не судима (т. 3 л.д. 24), на учете врачей нарколога и психиатра <данные изъяты> не состоит (т. 3 л.д. 29, 35), по месту жительства <данные изъяты> (т. 3 л.д. 31).

Согласно заключению судебно-психиатрической комиссии экспертов от ДД.ММ.ГГГГ № ФИО1 <данные изъяты>. В принудительных мерах медицинского характера не нуждается. По своему психическому состоянию может принимать участие в судебном процессе по данному делу (т. 2 л.д. 178-180). В этой связи суд признает ФИО1 вменяемой.

Смягчающими наказание обстоятельствами суд учитывает состояние здоровья подсудимой ФИО1 и <данные изъяты>, состояние здоровья и <данные изъяты>.

Суд не усматривает в действиях ФИО1 особо активной роли в совершении данного преступления, поскольку обе подсудимых принимали непосредственное участие в совершении данного преступления, каждая из них выполняла свою роль для достижения единого результата, о чем также указано выше. В этой связи суд полагает, что отягчающих обстоятельств в действиях ФИО1 нет.

Оснований для применения ч. 6 ст. 15 и ст. 64, 73 УК РФ суд не усматривает.

Учитывая личность подсудимой ФИО1, принимая во внимание смягчающие обстоятельства и отсутствие отягчающих обстоятельств, учитывая материальное положение и доход в размере 15000 рублей в месяц, что делает затруднительным исполнение наказания в виде штрафа, суд полагает необходимым назначить ФИО1 наказание в виде обязательных работ.

В судебном заседании потерпевшей Ж.Е.Д. был заявлен гражданский иск о: взыскании с ФИО2 и ФИО1 солидарно в пользу Ж.Е.Д. в счет возмещения причиненного преступлением материального ущерба в сумме 193427 рублей; взыскании с ФИО2 и ФИО1 расходы по составлению искового заявления в сумме 2000 рублей в равных долях.

Подсудимая ФИО2 исковые требования признала в полном объеме.

Подсудимая ФИО1 исковые требования не признала, мотивируя своей невиновностью в совершении указанного преступления.

Поскольку судом и ФИО2, и ФИО1, были признаны виновными в совершении кражи, то есть тайного хищения чужого имущества группой лиц по предварительному сговору в отношении потерпевшей Ж.Е.Д., то суд полагает необходимым удовлетворить исковые требования потерпевшей Ж.Е.Д. о взыскании 193427 рублей.

Принимая такое решение, суд исходит из положений ст.ст. 1064 ГК РФ, согласно которой вред, причиненный личности или имуществу гражданина подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Кроме того, суд полагает необходимым принять решение о солидарном взыскании указанной денежной суммы, поскольку установлено, что преступление ФИО2 и ФИО1 были совершены группой лиц по предварительному сговору, а кроме того, такой порядок взыскания наиболее эффективен при исполнении решения суда и отвечает интересам потерпевшей стороны.

Определяя размер причиненного материального ущерба, подлежащего взысканию, суд исходит из имеющегося в материалах уголовного дела заключения эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, которым определен размер ущерба.

По указанным выше основаниям суд отвергает соответствующие доводы стороны защиты ФИО1, относительно данного экспертного заключения, а также о ее невиновности в совершении преступления, и, соответственно, об отсутствии правовых оснований, для удовлетворения иска в ее отношении.

Помимо этого, удовлетворяя гражданский иск потерпевшей в отношении ФИО2, суд исходит, в том числе, из положений ч. 3 ст. 173 ГПК РФ о том, что при признании ответчиком иска и принятии его судом принимается решение об удовлетворении заявленных истцом требований.

При таких обстоятельствах, учитывая, что какие либо данные препятствующие принятию признания иска судом отсутствуют, суд полагает, что требования потерпевшей Ж.Е.Д. о взыскании с ФИО2 и ФИО1 солидарно в счет возмещения причиненного преступлением материального ущерба в сумме 193427 рублей, а также о взыскании с ФИО2 и ФИО1 расходы по составлению искового заявления в сумме 2000 рублей в равных долях.

На основании вышеизложенного, руководствуясь ст.ст. 307, 308 и 309 УПК РФ, суд

ПРИГОВОРИЛ:

Признать ФИО2 виновной в совершении преступления, предусмотренного п.п. «а,в» ч. 2 ст. 158 УК РФ и по той же статье назначить ей наказание в виде 120 часов обязательных работ.

Меру пресечения ФИО2 оставить прежнюю в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении до вступления приговора в законную силу, затем отменить.

Признать ФИО1 виновной в совершении преступления, предусмотренного п.п. «а,в» ч. 2 ст. 158 УК РФ и по той же статье назначить ей наказание в виде 440 часов обязательных работ.

Меру пресечения ФИО1 оставить прежнюю в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении до вступления приговора в законную силу, затем отменить.

Взыскать в солидарном порядке с ФИО2 и ФИО1 в пользу Ж.Е.Д. размер причиненного материального ущерба от преступления в сумме 193427 рублей.

Взыскать с ФИО2 и ФИО1 убытки в сумме 2000 рублей в результате оплаты стоимости написания искового заявления в сумме 2000 рублей в равных долях, то есть по 1000 рублей с каждой из них в пользу Ж.Е.Д.

Вещественных доказательств по делу нет.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке и на него принесено апелляционное представление в Липецкий областной суд через Усманский районный суд Липецкой области в течение 10 суток со дня его провозглашения, а осужденным содержащимся под стражей в тот же срок с момента получения копии приговора.

В случае подачи апелляционной жалобы осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции, ходатайство может быть заявлено в течение 10 суток со дня вручения копии приговора и в тот же срок со дня вручения копии апелляционного представления или апелляционной жалобы затрагивающей его интересы.

Председательствующий А.С. Мясников