Апелляционное определение № 11-15021/2025 11-1765/2026 от 25 февраля 2026 г.

Судья Завьялова Т.А.

Дело № 2-3715/2025

УИД 74RS0031-01-2025-006361-74


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ



дело № 11-1765/2026
26 февраля 2026 года
г. Челябинск
Судебная коллегия по гражданским делам Челябинского областного суда в составе:

председательствующего Скрябиной С.В.,

судей Клыгач И.-Е.В., ФИО2,

при секретаре Мустафиной В.Ю.,

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по апелляционной жалобе ФИО3 на решение Орджоникидзевского районного суда г. Магнитогорска Челябинской области от 23 октября 2025 года по иску ФИО3 к ФИО4, ФИО5 о лишении права на меры социальной поддержки, в связи с гибелью военнослужащего.

Заслушав доклад судьи Клыгач И.-Е.В. об обстоятельствах дела и доводах апелляционной жалобы, объяснения представителя истца ФИО3 – ФИО7, поддержавшей доводы апелляционной жалобы, ответчика ФИО5, полагавшей возможным считать решение суда законным и обоснованным, участвующих в деле посредством видеоконференц-связи, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

ФИО3 обратилась в суд с иском (в редакции измененного иска) к ФИО4, ФИО5 о лишении права на меры социальной поддержки и выплат, причитающиеся членам семьи погибшего военнослужащего в ходе специальной военной операции ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, а именно:

права на получение единовременного пособия, предусмотренного Федеральным законом №306-ФЗ «О денежном довольствии военнослужащих и предоставлении им отдельных выплат»;

права на получение денежного довольствия военнослужащего, в соответствии с приказом Министра обороны Российской Федерации «Об определении Порядка обеспечения денежным довольствием военнослужащих Вооруженных Сил Российской Федерации и предоставления им и членам их семей отдельных выплат»;

права на получение дополнительных мер социальной поддержки отдельных категорий граждан в связи с проведением специальной военной операции на территориях Донецкой Народной Республики, Луганской Народной Республики, Запорожской области, Херсонской области и Украины, предусмотренных Законом Челябинской области от 29 июня 2022 года №623-ЗО;

права на получение страховой суммы по обязательному государственному страхованию;

права на получение иных мер социальной поддержки в виде единовременных и ежемесячных выплат и пособий в связи с гибелью военнослужащего.

Требования мотивированы тем, что истец является матерью ФИО8 <данные изъяты> который погиб ДД.ММ.ГГГГ в результате военных действий в ДНР. Ответчик ФИО4 является отчимом погибшего, ответчик ФИО5 – супругой погибшего. Истец воспитывала сына одна, ответчик ФИО4 не исполнял обязанности родителя, не оказывал сыну моральную, физическую, духовную поддержку, материально не содержал, алименты не выплачивал, его судьбой и здоровьем не интересовался. Ответчик ФИО5 фактически утратила какие-либо семейные связи с ФИО8 <данные изъяты> между супругами отсутствовала эмоциональная связь, семейные узы. Ответчики своими действиями способствовали отбытию ФИО8 <данные изъяты> в зону специальной военной операции, после его отбытия стали совместно проживать, ведут аморальный образ жизни, что явилось основанием для обращения в суд с настоящим иском.

Определением суда от 23 октября 2025 года, занесенным в протокол, к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования на предмет спора, привлечена ФИО5, действующая в интересах несовершеннолетних ФИО9, ФИО9

В судебном заседании суда первой инстанции представители истца ФИО3 - ФИО10 и ФИО7 заявленные требования, поддержали.

Ответчики ФИО4, ФИО5, одновременно являющаяся третьим лицом, действующая в интересах несовершеннолетних ФИО9, ФИО9, представитель ФИО5 - ФИО11 исковые требования не признали.

Истец ФИО3, третьи лица: Военный комиссариат г.Магнитогорска Челябинской области, Военный комиссариат Челябинской области, АО «СОГАЗ», войсковая часть 45863, Министерство обороны Российской Федерации, Министерство социальных отношений Челябинской области, Управление социальной защиты населения администрации г.Магнитогорска, Отделение Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Челябинской области при надлежащем извещении участия в судебном заседании не принимали.

Решением суда в иске отказано.

В апелляционной жалобе ФИО3 просит решение суда отменить, принять по делу новое решение об удовлетворении иска. Приводя доводы аналогичные доводам, изложенным в иске, указывает, что неприменение мер ответственности за неисполнение родительских обязанностей и отсутствие задолженности по алиментным обязательствам, также как и отсутствие свидетельства о расторжении брака между супругами не могут служить единственными способами доказывания утраты родственных связей меду отцом и сыном, а также утраты тесной эмоциональной связи между супругами. Судом не установлены обстоятельства, имеющие значение для дела, а именно: принимал ли ответчик ФИО4 какое-либо участие в воспитании сына ФИО8 <данные изъяты>., проявлял ли заботу о его здоровье, оказывал ему моральную, физическую, духовную поддержку, содержал ли сына материально, предпринимал ли какие-либо меры для создания сыну условий жизни, необходимых для его развития, имелись ли между ними фактические семейные и родственные связи, а также имелась ли между ФИО5 и ее супругом ФИО14 фактическая семейная жизнь и тесная эмоциональная связь. Суд не дал должной оценки доводам истца о том, что ФИО4 участия в воспитании сына не принимал, в период брака применял физическую силу к истцу, их детям, в том числе к ФИО8 <данные изъяты> обращался с ними очень грубо, семью не содержал. Судом необоснованно отклонено ходатайство истца об отложении судебного заседания для запроса информации из СИЗО-2 о том, что в период нахождения в СИЗО-2 <данные изъяты>. ответчик ФИО4 связи с сыном не поддерживал, передачу посылок не осуществлял. Кроме того, судом не дана надлежащая оценка показаниям свидетелей и доказательствам, представленным истцом (фотографиям, скриншотам), в подтверждение того, что между ответчиком ФИО5 и <данные изъяты> семейная жизнь не сложилась, эмоциональная связь между супругами была утрачена.

В письменных возражениях ФИО5 просит решение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Иные лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения дела судом апелляционной инстанции извещены надлежащим образом, в судебное заседание не явились, доказательств наличия уважительных причин неявки или наличия иных обстоятельств, препятствующих апелляционному рассмотрению, не представили. В соответствии со ст. ст. 14 и 16 Федерального закона от 22 декабря 2008 года № 262-ФЗ «Об обеспечении доступа к информации о деятельности судов в Российской Федерации» информация о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы размещена заблаговременно на интернет-сайте Челябинского областного суда, поэтому судебная коллегия, в соответствии с положениями ст.ст. 167, 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее по тексту - ГПК РФ), находит возможным рассмотрение дела в отсутствие неявившихя лиц.

Как установлено абз. 1 ч. 1 ст. 327.1 ГПК РФ, суд апелляционной инстанции рассматривает дело в пределах доводов, изложенных в апелляционной жалобе, представлении и возражениях относительно жалобы, представления.

Заслушав объяснения лиц, участвующих в деле, проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, возражений на нее, допросив свидетелей, исследовав на основании абз.2 ч.1 ст.327.1 ГПК РФ приобщенные к материалам дела дополнительные доказательства, судебная коллегия не находит оснований для отмены решения суда первой инстанции по доводам апелляционной жалобы.

Как установлено судом и следует из материалов дела, что ФИО12 (добрачная фамилия - ФИО15) Н.Г. состоит в браке с ФИО4 с 26 июля 2002 года (т.1 л.д.14), брак до настоящего времени не расторгнут.

Родителями <данные изъяты>., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, являются ФИО15 и ФИО4 ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО8 <данные изъяты>. установлено отцовство ФИО4 (т.1 л.д.15, 59, 64, 68).

25 ноября 2022 года между <данные изъяты>. и ФИО16 зарегистрирован брак (л.д. 16, 64 (оборот) - 65, 71), после заключения брака ФИО16 присвоена фамилия ФИО5

Родителями <данные изъяты>., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, являются <данные изъяты> и ФИО5 (т.1 л.д.36, 65, 71 (оборот)).

Из материалов дела следует и сторонами не оспаривалось, что <данные изъяты> проходил военную службу и участвовал в ходе специальной военной операции.

ФИО5 обращалась в Военный комиссариат г.Магнитогорска Челябинской области по вопросу места нахождения супруга <данные изъяты> убывшего на военную службу 30 августа 2024 года и не выходившего на связь с ней с 16 сентября 2024 года ( т. л.д.91-95, 97).

Согласно свидетельству о смерти, записи акта о смерти, ДД.ММ.ГГГГ ФИО8 <данные изъяты> умер, место смерти - <данные изъяты> (т. 1 л.д. 13, 65 (оборот)).

В подтверждение исковых требований истцом в дело представлены фототаблица, на которой изображена ФИО5 в бане 17 марта 2023 года, с алкогольными напитками ( т.1 л.д.118-119), переписка представителя истца ФИО28 (сестры истца) с ФИО5 (т.1 л.д.120-122) свидетельствующая о наличии разногласий между супругами, а также копия доверенности, выданной от ФИО8 <данные изъяты> с широким кругом полномочий от ДД.ММ.ГГГГ, удостоверенная нотариусом нотариального округа Магнитогорского городского округа (т. 1 л.д.123), согласие от 03 сентября 2024 года на сопровождение несовершеннолетнего сына ФИО8 <данные изъяты>. на территории Российской Федерации сопровождающим ФИО28 (т. 1 л.д.124).

В свою очередь ответчиками в подтверждение наличия семейных связей с погибшем представлены:

доверенность в Банк ВТБ (ПАО), выданная <данные изъяты>. на имя ФИО5 от 14 мая 2024 года на проведение от его имени банковских операций (т.1 л.д.37);

акт обследования условий жизни малолетних ФИО13, ФИО13, ФИО8 <данные изъяты> от 23 октября 2024 года, по результатам которого признаков социального неблагополучия в семье не выявлено, семья ФИО5 в социальном сопровождении (обслуживании) не нуждается (т.1 л.д.38);

характеристика на воспитанников МДОУ «Д/с №68» г.Магнитогорска <данные изъяты> от 09 сентября 2025 года, из которой следует, что семья многодетная, благополучная, отзывчивая, мать находится в тесном контакте с педагогами, интересуется успехами детей, осуществляет постоянный контроль над поведением и успеваемостью (т.1 л.д.40),

справка о результатах химико – токсикологических исследований ГБУЗ «Областной наркологический диспансер» от 24 ноября 2024 года, из которой следует, что наркотические, психотропные вещества и их метаболиты в моче ФИО5 не обнаружены (т.1 л.д.41);

справки ГБУЗ «Обласной наркологический диспансер» от 23 сентября 2025 года, 28 октября 2024 года, согласно которым ФИО5 наркологической патологией не страдает, под диспансерным наблюдением не находится (т.1 л.д.42-43);

справка ГБУЗ «ОПНБ №5» от 28 октября 2024 года, из которой следует, что ФИО5 на диспансерном наблюдении у врача – психиатра не находится, за медицинской помощью не обращалась, медицинских показаний к опеке не выявлено (т.1 л.д.44);

характеристика с места жительства ФИО4 от 29 сентября 2025 года, из которой следует, что ФИО4 приехал в 2023 году к сыну по адресу: <адрес>, по его просьбе, помочь с внуками, ведет себя хорошо, вредных привычек не имеет, характеризуется с положительной стороны (т.1 л.д.89);

характеристика с места жительства ФИО5, <данные изъяты> по адресу: <адрес>, из которой следует, что супруги зарекомендовали себя с положительной стороны, ответственные, вежливые, заботились о детях (т.1 л.д.90).

Допрошенные в судебном заседании суда первой инстанции в качестве свидетелей показали:

ФИО17, знакомая ФИО6, показала, что дружили компанией, ФИО5 знает. ФИО8 <данные изъяты> не хотел регистрировать брак, говорил, что Елена употребляет наркотики и алкоголь. Когда ФИО5 была беременная, ФИО6 брак зарегистрировал. Ребенка <данные изъяты> любил, признавал сыном. <данные изъяты> отца боялся, так как он его наказывал за провинности, применял физическую силу. Отец ему не родной. ФИО6 с подросткового возраста подрабатывал на стоянке, имел личные деньги. У ФИО6 с супругой не было доверительных отношений, ФИО6 предлагал свидетелю выйти за него замуж. ФИО6 от жены уезжал на несколько дней, затем возвращался. Ушел на СВО, сказал, что лучше так, чем жить с нелюбимым человеком. ФИО5 была у военкомата, провожала <данные изъяты> на СВО;

ФИО18, знакомая ФИО6, показала, что <данные изъяты>. знает с 13 лет, у них была одна компания. Он подрабатывал на ночной автостоянке, потом его посадили. Про его семью ничего не знала. ФИО5 его ждала, они жили вместе, он говорил, что не все у них хорошо, жену не любит, так жить не хочет, свидетелю говорил, давай распишемся, чтобы забрать ребенка, жену не люблю, плохая хозяйка, так жить не хочу. ФИО6 помогал маме, с отцом созванивался. Когда он приходил к друзьям, ходили в баню компанией, развлекались, праздновали его день рождения;

Свидетель №1, знакомый ответчика ФИО4, показал, что вместе работали и общаются около 20 лет, ФИО6 знал с 2005 года, ФИО6 женился, на жизнь не жаловался. После освобождения ФИО6, с ФИО6 часто общался, три – четыре раза в неделю, вместе работали. Потом ФИО6 уехал с семьей в <адрес>, свидетель его перевозил;

ФИО20, троюродный брат ответчика ФИО5, показал, что ФИО6 познакомился с Еленой четыре года назад, у них родился ребенок, жили одной семьей. ФИО6 был добрым, Елена счастлива. После того, как ФИО6 ушел на СВО и перестал выходить на контакт, Елена не находила себе места, несколько раз ездила в Донецкую область, искала ФИО6, с детьми оставался отец ФИО19, он проживал у Елены, помогал с детьми. Елена отговаривала ФИО6 идти на СВО, бегала в военкомат;

ФИО21, троюродная сестра истца, показала, что ФИО6 знает с детства, вырос на ее глазах, крестная мать сына ФИО8 - <данные изъяты>. Сначала супруги жили у бабушки, истец не работала, ухаживала за детьми. У истца была норковая шуба, полный холодильник продуктов, она не жаловалась, ФИО4 работал, материально обеспечивал семью. У истца сейчас проблемы со здоровьем, с ногами. Когда ФИО6 находился в местах лишения свободы, вместе собирали передачи. ФИО4 ФИО6 считал своим сыном, относился к нему также, как и к своим детям. Никто из детей в синяках не ходил;

ФИО22, соседка ответчика ФИО5, показала, что Елена и ФИО6 хорошо жили вместе, дети <данные изъяты> называли ФИО6 папой, он их забирал из садика. Супруги то ругались, то мирились. Когда <данные изъяты> ушел на СВО, приехал дедушка (ответчик ФИО4) помогать с детьми. У ФИО6 с отцом были доброжелательные отношения, они жили дружно. Когда ФИО6 пропал на СВО, у Елены был нервный срыв. Она сначала звонила, потом три раза ездила искать его;

ФИО23, брат ответчика ФИО5, показал, что был у С-вых в гостях, Елена и ФИО6 жили хорошо. Когда <данные изъяты> пропал, ФИО5 искала его, ездила в г.Самару, в г.Ростов. Наркотические средства ФИО5 не принимает, её бы за это «папа убил». То, что Елена состоит в любовных отношениях с отцом ФИО19, не правда. ФИО6 на автомобиле свидетеля попал в аварию, разбил автомобиль, потом извинился за ДТП, ФИО6 простил;

ФИО24, тетя ответчика ФИО5, показала, что семья Елены и ФИО6 была хорошая, отмечали год ребенку Марку, все были счастливы, у них «глаза горели». Отец ФИО19 ФИО4 ухаживал за детьми, оказывал помощь. Когда ФИО6 пропал на СВО, Елена ездила в г.Донецк, искала его, подвергая себя риску. О разводе речи не было, их отношения были крепкими. Елена и свидетель трижды отговаривали ФИО6 идти на СВО. ФИО6 решил, что семья нуждается в финансовой помощи. С матерью и тетей отношения у ФИО6 были натянутыми, с отцом сложились близкие отношения.

Также судом установлено и сторонами не оспаривалось, что алименты с ответчика ФИО4 на содержание сына <данные изъяты> в судебном порядке не взыскивались.

Разрешая требования, суд, руководствуясь Конституцией Российской Федерации, ст.969 Гражданского кодекса Российской Федерации, ст.ст. 61, 69, 71 Семейного кодекса Российской Федерации, ч.1 ст.5.35.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, ч.1 ст. 157 Уголовного кодекса Российской Федерации, Федеральными законами от 27 мая 1998 года № 76-ФЗ «О статусе военнослужащих», от 28 марта 1998 года № 52-ФЗ «Об обязательном государственном страховании жизни и здоровья военнослужащих, граждан, призванных на военные сборы, лиц рядового и начальствующего состава органов внутренних дел Российской Федерации, Государственной противопожарной службы, сотрудников учреждений и органов уголовно-исполнительной системы, сотрудников войск национальной гвардии Российской Федерации», от 07 ноября 2011 года № 306-ФЗ «О денежном довольствии военнослужащих и предоставлении им отдельных выплат», правовой позицией, изложенной в постановлениях Конституционного Суда Российской Федерации от 17 июля 2014 года № 22-П, от 19 июля 2016 года № 16-П, допросив свидетелей, оценив представленные сторонами доказательства по правилам ст.67 ГПК РФ, исходил из отсутствия всей совокупности юридически значимых обстоятельств, безусловно подтверждающих наличие правовых оснований для лишения ответчиков прав на получение выплат и социальной поддержки, предназначавшихся в связи с гибелью военнослужащего ФИО8 ФИО37 ДД.ММ.ГГГГ года рождения, погибшего ДД.ММ.ГГГГ при выполнении задач в ходе специальной военной операции, в связи с не участием ФИО4 в воспитании и содержании погибшего до его совершеннолетия, фактическом прекращении брачно-семейных отношений с ФИО5

Проверяя обжалуемое решение суда по доводам апелляционной жалобы истца, судебная коллегия не находит правовых оснований для отмены обжалуемого решения суда, исходя из следующего.

Меры социальной поддержки членов семей погибших (умерших) военнослужащих, являющихся ветеранами боевых действий, предусмотрены и Федеральным законом от 12 января 1995 года № 5-ФЗ «О ветеранах».

Положениями Указа Президента Российской Федерации от 05 марта 2022 года № 98 «О дополнительных социальных гарантиях военнослужащим, лицам, проходящим военную службу в войсках Национальной гвардии, и членам их семей», Федерального закона от 07 ноября 2011 года № 306-ФЗ «О денежном довольствии военнослужащих и предоставлении им отдельных выплат», Федерального закона от 28 марта 1998 года № 52-ФЗ «Об обязательном государственном страховании жизни и здоровья военнослужащих», Закона Челябинской области от 29 июня 2022 года № 623-ЗО установлены отдельные виды выплат членам семьи в случае гибели (смерти) военнослужащих.

Исходя из целей названных выплат, а также принципов равенства, справедливости и соразмерности, принципа недопустимости злоупотребления правом как общеправового принципа, выступающих в том числе критериями приобретаемых на основании закона прав, указанный в названных выше нормативных правовых актах круг лиц, имеющих право на получение мер социальной поддержки в случае гибели (смерти) военнослужащего при исполнении обязанностей военной службы, в числе которых родители, супруга (супруг) такого военнослужащего, не исключает различий в их фактическом положении и учета при определении наличия у членов семьи, в данном случае у супруги погибшего военнослужащего, права на меры социальной поддержки в связи с его гибелью (смертью) имевшихся между ними семейных связей.

Согласно положениям ст.ст. 61, 63, 69, 71, 80 Семейного кодекса Российской Федерации, разъяснений данных в п.16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 14 ноября 2017 года № 44 «О практике применения судами законодательства при разрешении споров, связанных с защитой прав и законных интересов ребенка при непосредственной угрозе его жизни или здоровью, а также при ограничении или лишении родительских прав» следует, что семейная жизнь предполагает наличие тесной эмоциональной связи между ее членами, в том числе между родителями и детьми, взаимную поддержку и помощь членов семьи, ответственность перед семьей всех ее членов. При этом основной обязанностью родителей в семье является воспитание, содержание детей, защита их прав и интересов. Поскольку родители несут одинаковую ответственность за воспитание и развитие ребенка, данная обязанность должна выполняться независимо от наличия или отсутствия брака родителей, а также их совместного проживания. Уклонение родителей от выполнения своих обязанностей по воспитанию детей может выражаться в отсутствии заботы об их здоровье, о физическом, психическом, духовном и нравственном развитии, об их обучении. Невыполнение по вине родителей родительских обязанностей, в том числе по содержанию детей, может повлечь для родителей установленные законом меры ответственности, среди которых - лишение родительских прав. В числе правовых последствий лишения родительских прав - утрата родителем (родителями) права на льготы и государственные пособия, установленные для граждан, имеющих детей.

В силу ст. 7 Семейного кодекса Российской Федерации граждане но своему усмотрению распоряжаются принадлежащими им правами, вытекающими из семейных отношений (семейными правами), в том числе правом на защиту этих прав, если иное не установлено Семейным кодексом Российской Федерации. Осуществление членами семьи своих прав и исполнение ими своих обязанностей не должны нарушать права, свободы и законные интересы других членов семьи и иных граждан. Семейные права охраняются законом, за исключением случаев, если они осуществляются в противоречии с назначением этих прав.

Пунктом 2 ст. 16 Семейного кодекса Российской Федерации предусмотрено, что брак может быть прекращен путем его расторжения по заявлению одного или обоих супругов, а также по заявлению опекуна супруга, признанного судом недееспособным.

В соответствии с п. 1 ст. 22 Семейного кодекса Российской Федерации расторжение брака в судебном порядке производится, если судом установлено, что дальнейшая совместная жизнь супругов и сохранение семьи невозможны.

Супруги обязаны строить свои отношения в семье на основе взаимоуважения и взаимопомощи, содействовать благополучию и укреплению семьи, заботиться о благосостоянии и развитии своих детей (п. 3 ст. 31 Семейного кодекса Российской Федерации).

Согласно приведенным положениям семейного законодательства семейная жизнь супругов должна основываться на принципах добровольности брачного союза, построения семьи на чувствах взаимной любви и уважения, содействия благополучию и укреплению семьи, заботе о благосостоянии всех членов семьи, что предполагает наличие тесной эмоциональной связи между супругами, их взаимную поддержку и помощь, заботу и ответственность перед друг другом и другими членами семьи.

Вопреки позиции ФИО3, судом первой инстанции в ходе судебного разбирательства установлен факт совместного проживания и ведения общего хозяйства ФИО4 с истцом до 2012 года, на период фактического прекращения брачно-семейных связей между указанными лицами <данные изъяты> достиг совершеннолетия в 2010 году, при этом в период брака ФИО4 работал, что в том числе подтверждается сведениями ОСФР по Челябинской области от 25 февраля 2026 года, приобщенными на основании абз.2 ч.1 ст.327.1 ГПК РФ, в свою очередь ФИО3 не работала, поскольку осуществляла уход за детьми <данные изъяты>

Из объяснений представителя истца, данных в суде апелляционной инстанции, следует, что истцом не оспаривается осуществление трудовой деятельности ответчиком в спорный период, однако ФИО4 заработную плату на семью не тратил, проживал с истцом как соседи, применял к истцу и детям физическое и психологическое воздействие, в связи с чем фактически содержанием семьи занималась истец, которая получала пособие на ребенка-инвалида, ей помогали иные родственники по ее линии, между тем в подтверждение данной позиции в нарушение ст. 56 ГПК РФ доказательств стороной истца не представлено.

Вместе с тем, ФИО3 в связи с тяжелом материальным положением и отсутствием по ее утверждению фактически брачно-семейных отношений за взысканием алиментов с ответчика не обращалась, как и не обращалась в органы опеки и попечительства, а также иные государственные органы о применении в отношении нее либо иных членов семьи ФИО4 физического (психологического) воздействия, при этом у С-вых в последующие годы родились дети, в том числе и в 2011 году, кроме того в материалы дела ответчиком ФИО4 представлены фото, на которых он изображен в кругу семьи (детей) за периоды с 1995 года по 2011 год, в том числе и фото с изображением ответчика и погибшего сына <данные изъяты> в 2024 году при проводах последнего на военную службу около военкомата (т.1 л.д. 216-224).

Также по данным УСЗН администрации г.Магнитогорска от 19 февраля 2026 года, семья истца на учете в Управлении не состоит, получателями мер социальной поддержки не является. Вместе с тем, предоставить сведения о получении данной семьей за период с 1992 года по 2012 год социальной поддержки не представилось возможным, в связи с отсутствием указанной информации в едином информационной программном комплексе (т.1 л.д.248).

Более того, указанные истцом выше обстоятельства также не следуют и из показаний свидетелей, в том числе и свидетеля, допрошенного в суде апелляционной инстанции ФИО25, которая показала, что познакомилась с семьей в 2008-2009 годах, в связи с оказанием последней медицинских услуг ребенку сторон, у которого был установлен диагноз ДЦП. Семья ей показалась не очень финансово обеспеченной, так как обстановка в квартире являлась бедной, дети спали на полу. ФИО4 в указанной период (посещала семью 2 раза в неделю в вечернее время к 6 часам (сеанс 30-60 минут) на протяжении двух лет) видела два раза, при этом ФИО3 говорила свидетелю, что ФИО4 выезжает на работу и зарабатывает деньги, о конкретных суммах речи не велось, сама истец получала пособие на ребенка-инвалида, вместе с тем ФИО3 не указывала на недостаток денег. В доверительных беседах истец не говорила о плохих отношениях в семье, на теле детей травматических повреждений она не видела. После 2008-2009 годов с семьей С-вых не общалась, общение продолжено было после 2013-2014 годов, из которого ей стало известно о том, что ФИО3 и ФИО4 фактически прекратили брачно-семейные отношения.

Допрошенной Свидетель №2 тети истца, которая показала, что до 2000 годов ФИО3 и ФИО4 совместно проживали в квартире родственницы. В тот период ФИО4 работал, при этом они приобрели кухонный гарнитур, другие вещи и делали в квартире ремонт. Истец на ФИО4 не жаловалась. ФИО6 хорошо относился к ФИО4, как и другие дети. На похоронах ФИО6 свидетель присутствовала, в них принимали участие супруга ФИО6, ФИО4, брат погибшего – <данные изъяты>, истца не было, но у нее заболевание с ногами, других родственников по материнской линии также не имелось.

Оценивая показания данных свидетелей, оснований не доверять им у судебной коллегии не имеется, свидетели были предупреждены об уголовной ответственности по ст.ст. 307, 308 Уголовного кодекса Российской Федерации. Каких-либо доказательств, свидетельствующих об их личной заинтересованности в исходе дела, материалы дела не содержат.

Однако указания свидетеля о возможном психологическом давлении на детей, получения пособия истцом на ребенка-инвалида судебная коллегия отклоняет, так как при опросе сама свидетель указала, что данные показания являются ее субъективном мнением, очевидцем этих событий не являлась и ей они не известны с чьих-то слов.

Кроме этого, объяснения стороны истца о том, что ФИО4 не принимал активного участия в воспитании и обучении погибшего сына также после разъяснений судом прав на представления таких доказательств, относимыми и допустимыми доказательства не подтверждены, безусловных доказательств материального содержания сына только одним из родителей, как и воспитания не имеется.

С учетом изложенного, судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции об отсутствии совокупности, предусмотренной законом, для лишения ФИО4 как родителя погибшего военнослужащего <данные изъяты> права на получение мер социальной поддержки, поскольку в судебном заседании установлено, что ответчик занимался воспитанием ребенка, оказывал ему моральную, духовную и иную поддержку, обеспечивал условия для его нормального развития, и сохранил с ним родственные связи и после достижения погибшим совершеннолетия.

Также судебная коллегия не усматривает и правовых оснований для лишения права на выплаты и социальную поддержку супруги погибшего военнослужащего - ФИО5

С учетом целей правового регулирования мер социальной поддержки, предоставляемых супруге (супругу) как члену семьи военнослужащего в случае его гибели (смерти) в период прохождения военной службы при исполнении обязанностей военной службы и направленных на возмещение супруге (супругу) нравственных и материальных потерь, связанных с гибелью (смертью) военнослужащего при исполнении обязанностей военной службы, лишение права супруги (супруга) на получение таких мер социальной поддержки возможно при наличии обстоятельств, которые свидетельствуют о фактическом прекращении между супругами семейных отношений, а именно об отсутствии между ними тесной эмоциональной связи, взаимной поддержки и помощи, заботы и ответственности перед друг другом и другими членами семьи.

Как усматривается из материалов дела, ФИО3 (мать погибшего) в обоснование иска о лишении ФИО5 (супруги военнослужащего) права на меры социальной поддержки, приводит доводы о том, между ее сыном <данные изъяты> и ФИО5 семейные отношения отсутствовали до отбытия <данные изъяты> на военную службу, ДНК сына <данные изъяты> оказалось не пригодным для установления родственных связей с погибшим, что свидетельствует о том, что ее сын не является биологическим отцом ребенка, также после отбытия <данные изъяты>. на военную службу ответчики ФИО4 и ФИО5 начали совместно проживание (сожительство), ведут аморальный образ жизни.

Следовательно, юридически значимым для правильного разрешения настоящего спора являлось установление судом того, имело ли место и когда фактическое прекращение между супругами <данные изъяты> и ФИО5 семейных отношений, а также имел ли <данные изъяты> намерение расторгнуть брак с ФИО5 и какие действия для этого он предпринимал.

Как установлено и сторонами не оспаривалось <данные изъяты>. и ФИО5 до отбытия <данные изъяты>. на службу проживали совместно, доказательств, объективно подтверждающих невозможность раздельного проживания <данные изъяты> с учетом позиции истца, суду не представлено.

При этом данные обстоятельства не подтверждаются и ссылками о выдачи доверенности от <данные изъяты> действующего за себя и как законного представителя <данные изъяты>. на имя ФИО28 (являющейся сестрой его матери, то есть тетей по материнской линии) с широким кругом полномочий от 03 сентября 2024 года, удостоверенная нотариусом нотариального округа Магнитогорского городского округа и согласие от 03 сентября 2024 года на сопровождение несовершеннолетнего сына <данные изъяты> на территории Российской Федерации, так как в силу действующего законодательства такие документы могут оформить с согласия родителей любые родственники для помощи в оформлении документов и устройстве детей в дошкольные, школьные и иные организации, сопровождения малолетних родственников по территории государства и за его пределами, в частности и с учетом того, что истец как бабушка ребенка имеет заболевание, которое не позволяет ей в полной мере перемещаться в пространстве, что также сторонами не оспаривалось.

Также не свидетельствует о прекращении брачно-семейных отношений и представленная фототаблица отдыха группы лиц, в том числе ФИО5, с изображением на фото атрибутов алкогольной продукции, так как это безусловно не свидетельствует о ведении последней аморального (асоциального) образа жизни, в том числе и с учетом представленных со стороны ответчика доказательств (характеристик и т.д.).

Кроме того, из анализа свидетельских показаний допрошенных в качестве свидетелей <данные изъяты> предлагал им заключить с ним брак), представленной переписки датированной 17 марта 2023 года, которая велась между ФИО28 (сестра истца) и ФИО5 усматривается лишь присутствие в семенной жизни <данные изъяты>. и Е.А. разногласий, при этом указание в переписки ФИО5 о том, что <данные изъяты> хочет с ней расстаться, а также в переписки от 02 апреля 2024 года о том, что ФИО5 указала «ну пусть идет. Мне честно фиолетово. Назад в семью нет дороги что я увидела в видео» также не свидетельствует о прекращении семейных отношений и утрате эмоциональной связи, в том числе с учетом того 14 мая 2024 года <данные изъяты> на имя ФИО5 выдал в Банке ВТБ (ПАО) доверенность, как уполномоченному лицу, действовать от имени доверителя, ФИО5 непосредственно принимала участие в проводах последнего на службу, что подтверждается свидетельскими показаниями, впоследствии обращалась за розыском супруга, указывая, что на связь с ней он не выходил с 16 сентября 2024 года, являлась лицом организовавшим захоронение супруга.

Более того, доводы истца о том, что ДНК сына <данные изъяты>. оказалось не пригодным для установления родственных связей с погибшим, что свидетельствует о том, что ее сын не является биологическим отцом ребенка, также после отбытия <данные изъяты> на военную службу ответчики ФИО4 и ФИО5 начали совместно проживание (сожительство), ведут аморальный образ жизни относимыми и допустимыми доказательствами не подтверждены, при этом данные ссылки не являются юридически значимыми при рассмотрении настоящего спора.

При таких обстоятельствах, судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции об отсутствии правовых оснований для удовлетворения заявленных требований.

Иных доводов, влияющих на законность решения суда, апелляционная жалоба не содержит. Суд первой инстанции с достаточной полнотой исследовал все обстоятельства дела, произвел надлежащую оценку представленным доказательствам, выводы суда не противоречат материалам дела, юридически значимые обстоятельства по делу судом установлены правильно, нарушений норм материального и процессуального права судом не допущено. При том судебная коллегия не усматривает правовых оснований для проверки судебного акта за пределами доводов апелляционной жалобы по правилам ч. 2 ст. 327.1 ГПК РФ. Решение суда является законным и обоснованным, соответствует требованиям ст. 198 ГПК РФ, основания к отмене решения суда, установленные ст. 330 ГПК РФ отсутствуют.

Руководствуясь ст. ст. 328-330 ГПК РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Решение Орджоникидзевского районного суда г. Магнитогорска Челябинской области от 23 октября 2025 года оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО3 - без удовлетворения.

Председательствующий

Судьи

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 12 марта 2026 года.