Решение № 2-398/2026 2-398/2026(2-5062/2025;)~М-4788/2025 2-5062/2025 М-4788/2025 от 15 апреля 2026 г. по делу № 2-398/2026

Дело №2-398/2026 (2-5062/2025)

УИД: 34RS0008-01-2025-013192-36


Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

Центральный районный суд г.Волгограда в составе:

председательствующего судьи Полянского О.А.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Тавруевой Е.А.,

с участием представителя истца ФИО1, ответчика ФИО2 и третьего лица ФИО3

рассмотрев в открытом судебном заседании 02 апреля 2026 года в городе Волгограде гражданское дело по иску ФИО4 к Публичному акционерному обществу «Сбербанк России», ФИО2 о взыскании суммы неосновательного обогащения,

установил:

первоначально истец обратился в суд с иском к ПАО «Сбербанк России» о взыскании суммы неосновательного обогащения. В обоснование требований указал, что ДД.ММ.ГГГГ им посредством системы быстрых платежей были осуществлены два перевода денежных средств на общую сумму 750 000 рублей на банковскую карту получателя, который ему был не известен. Полагая, что денежные средства перечислены ошибочно, истец обратился в ПАО «Сбербанк России» с просьбой о содействии в возврате денежных средств, однако денежные средства возвращены не были.

На основании изложенного истец просил взыскать с ПАО «Сбербанк России» сумму неосновательного обогащения в размере 750 000 рублей.

В дальнейшем к рассмотрению дела в качестве соответчика привлечена ФИО2, непосредственный получатель спорных денежных средств. В ходе судебного разбирательства сторона истца просила взыскать с неё сумму неосновательного обогащения в размере 750 000 рублей.

Истец в судебное заседание не явился, доверил участие в деле своему представителю.

В судебном заседании представитель истца поддержал исковые требования в полном объеме, настаивал на их удовлетворении. Пояснил, что истец не состоял с ответчиком ФИО2 в каких-либо договорных отношениях, услуги ему не оказывались, а перевод денежных средств явился следствием ошибочного восприятия информации в семейном чате. Представитель истца также указал, что истец не знал о переписке между ФИО2 и ФИО3, не участвовал в ней, не давал согласия на оплату каких-либо услуг и не получал прямого указания от ФИО3 на перечисление денежных средств. Требование о возврате денег было заявлено истцом незамедлительно, что подтверждается представленными в материалы дела скриншотами переписки.

Представитель ответчика ПАО «Сбербанк России» в судебное заседание не явился, извещен надлежащим образом, представил письменные возражения, в которых указал, что банк является ненадлежащим ответчиком, просил рассмотреть дело в его отсутствие и отказать в иске к банку.

Ответчик ФИО2 в судебном заседании исковые требования не признала, просила отказать в их удовлетворении. В обоснование возражений ответчик указала, что между ней и третьим лицом ФИО3 сложились договорные отношения по оказанию юридической помощи, в рамках которых она осуществляла консультирование, изучала документы, готовила процессуальные бумаги. Переведенные истцом денежные средства, по мнению ответчика, являются оплатой за оказанные услуги. Ответчик пояснила, что ДД.ММ.ГГГГ она ознакомилась с материалами дела № А12-6070/2023, ДД.ММ.ГГГГ направила ФИО3 аналитическую справку, ДД.ММ.ГГГГ получила от него фотографию паспорта его сестры для составления договора, ДД.ММ.ГГГГ договор был составлен и направлен, ДД.ММ.ГГГГ состоялся телефонный звонок, в котором договор обсуждался. Ответчик также указала, что ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ она подготовила и направила ФИО3 процессуальные документы – заявление о признании сделки недействительной и заявление о принятии обеспечительных мер. По утверждению ответчика, в момент перевода денег (ДД.ММ.ГГГГ) она разговаривала по телефону с ФИО3 и видела зачисление денежных средств онлайн, после чего оформила чек самозанятой и направила его ФИО3, а впоследствии с полученной суммы уплатила налог. Ответчик также сообщила, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 потребовал вернуть деньги, высказывал угрозы, однако в июле-августе 2025 года при разговоре с участием ФИО5 ФИО3 заявил, что не имеет к ней финансовых претензий. Таким образом, по мнению ответчика ФИО2, получение ею денежных средств от истца ФИО4 имело место в рамках исполнения условий договора об оказании юридических услуг, фактически сложившихся между ней и ФИО3, в связи с чем оснований для их возврата не имеется.

В судебном заседании третье лицо ФИО3 полагал, что заявленные истцом требования к ответчику ФИО2 являются обоснованными и подлежат удовлетворению. Согласно его письменным пояснениям, приобщенным к материалам дела, и пояснениям, данным в суде, весной 2025 года он действительно рассматривал возможность обращения за юридической помощью, в том числе к ФИО2, с которой вёл переписку в мессенджере. Однако, по его словам, эта переписка носила исключительно предварительный, информационный характер: они обсуждали возможные направления сотрудничества, обменивались судебными актами и документами. Никакого договора об оказании юридических услуг между ним и ФИО2 заключено не было, услуги ему фактически не оказывались, и он не давал ответчику никаких поручений. ФИО3 указал, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 направила ему сообщение с её контактными данными – номером телефона, привязанным к системе быстрых платежей (СБП), для возможной будущей оплаты. Он намеревался переслать это сообщение на свой российский номер телефона, чтобы сохранить контакт. Однако по невнимательности он отправил сообщение не себе, а в общий семейный чат, участником которого является его внук – истец ФИО4 ФИО3 также пояснил, что за несколько дней до этого они с внуком – истцом обсуждали возможность привлечения юриста для участия в банкротном деле ООО КХ «Надежда», а также то, что внук мог бы оказать ему техническую помощь в переводе денежных средств юристу в размере 750 000 рублей. Поэтому ФИО4, увидев в семейном чате реквизиты ФИО2, добросовестно воспринял это как прямое поручение деда произвести оплату и ДД.ММ.ГГГГ перевёл денежные средства. Сам ФИО3, по его словам, узнал о переводе только после того, как внук связался с ним и спросил, правильно ли он всё сделал и достаточно ли переведённой суммы. Он немедленно разъяснил истцу, что произошла ошибка, и попросил как можно скорее связаться с получателем денег для возврата. ФИО3 возражал относительно доводов ответчика о наличии договорных отношений. ФИО3 указал, что направление фотографии паспорта его сестры ФИО6 было связано лишь с возможным заключением договора в будущем, однако окончательное соглашение достигнуто не было, договор не подписан, условия не согласованы. Подготовленные ФИО2 процессуальные документы были направлены ею в одностороннем порядке, без его запроса и без принятия им этих услуг. Он не принимал результаты какой-либо работы, не подписывал актов выполненных услуг и не давал согласия на оплату. Относительно утверждения ответчика о том, что в момент перевода (ДД.ММ.ГГГГ) они разговаривали по телефону и он видел зачисление денег онлайн, ФИО3 пояснил, что это не соответствует действительности: он не контролировал перевод и не давал согласия на него в реальном времени. Его последующие действия – немедленное разъяснение внуку ошибочности перевода и требование вернуть деньги, по его мнению, подтверждают отсутствие какого-либо поручения. Требование о возврате денег, направленное ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ, было вызвано именно ошибочностью перевода, а не изменением отношения к уже оказанным услугам, поскольку услуг фактически не было.

Суд, выслушав участвующих в деле лиц, исследовав письменные материалы дела, оценив представленные доказательства в их совокупности по правилам статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, приходит к следующему.

В соответствии со статьей 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 настоящего Кодекса. Правила, предусмотренные настоящей главой, применяются независимо от того, явилось ли неосновательное обогащение результатом поведения приобретателя имущества, самого потерпевшего, третьих лиц или произошло помимо их воли.

Пунктом 4 статьи 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что не подлежат возврату в качестве неосновательного обогащения денежные суммы и иное имущество, предоставленные во исполнение несуществующего обязательства, если приобретатель докажет, что лицо, требующее возврата имущества, знало об отсутствии обязательства либо предоставило имущество в целях благотворительности.

Из приведенных норм в их системном толковании следует, что для возникновения обязательства из неосновательного обогащения необходимо установить три элемента: факт приобретения или сбережения имущества ответчиком; приобретение или сбережение имущества за счет истца; отсутствие правовых оснований для такого приобретения или сбережения (то есть обогащение не основано ни на законе, ни на сделке). При этом бремя доказывания факта неосновательного обогащения (отсутствия правовых оснований) лежит на истце, однако ответчик, возражая против иска, обязан доказать наличие законных оснований для получения имущества либо обстоятельств, предусмотренных статьей 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации. Такое распределение бремени доказывания обусловлено тем, что истец не может знать о наличии или отсутствии оснований для удержания денег ответчиком, в то время как ответчик, получивший денежные средства, должен подтвердить правомерность их получения.

В судебном заседании достоверно установлено и не оспаривается сторонами, что ДД.ММ.ГГГГ истцом ФИО4 были осуществлены два перевода денежных средств: в 15 часов 53 минуты на сумму 250 000 рублей и в 15 часов 58 минут на сумму 500 000 рублей на счет ответчика ФИО2 Общая сумма перечисленных денежных средств составила 750 000 рублей.

Указанные обстоятельства подтверждаются представленными в материалы дела чеками по операциям Сбербанк Онлайн от ДД.ММ.ГГГГ, сведениями ПАО «Сбербанк России», а также пояснениями ответчика ФИО2

Следовательно, факт получения ответчиком ФИО2 имущества (денежных средств) за счет истца нашел свое подтверждение в ходе судебного разбирательства.

Обращаясь с настоящим иском, ФИО4 указал, что данные денежные средства перечислены им ошибочно, поскольку он не имел намерения оплачивать какие-либо услуги ФИО2, не состоял с ней в договорных отношениях и не получал от своего родственника ФИО3 поручения на осуществление такого платежа. Об ошибочности перевода, по утверждению истца, свидетельствует его немедленное обращение к ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ с требованием о возврате денежных средств.

Из материалов дела следует, что действительно требование о возврате было направлено истцом в тот же день после выяснения обстоятельств у ФИО3, что подтверждается представленными скриншотами переписки.

Возражая против иска, ФИО2 настаивала на том, что денежные средства получены ею правомерно – во исполнение обязательств по оказанию юридической помощи, согласованных с ФИО3 В подтверждение своей позиции ответчиком представлены скриншоты переписки в мессенджере с ФИО3, копия договора об оказании юридических услуг от ДД.ММ.ГГГГ, заключённого от имени ФИО2 и ФИО6, а также документы, которые, по мнению ответчика, подтверждают факт оказания услуг: доказательства ознакомления с материалами дела № №..., подготовленные процессуальные документы, чек самозанятой.

Суд, оценивая данные доказательства по правилам статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, приходит к выводу, что они не могут служить подтверждением наличия у истца ФИО4 обязательств перед ФИО2 и, соответственно, законности получения от него денежных средств. При этом суд принимает во внимание, что доказательства, на которые ссылается ответчик, подтверждают лишь возможное наличие отношений между ФИО2 и третьими лицами ФИО3, ФИО6, но не касаются правоотношений между ответчиком и истцом.

Представленный договор от ДД.ММ.ГГГГ заключён от имени ФИО2 и ФИО6 Истец ФИО4 не является стороной данного договора, не подписывал его и не принимал на себя никаких обязательств по нему. Из содержания указанного договора не следует, что исполнение обязательства по оплате должно производиться третьим лицом – ФИО4 Договор не содержит условий, предусматривающих возможность или обязанность оплаты услуг иным лицом, кроме заказчика ФИО6 Доказательств того, что ФИО6 или ФИО3 поручали истцу произвести оплату по этому договору, в материалах дела не имеется. Сам по себе факт родственных отношений между ФИО4 и ФИО3, а также между ФИО3 и ФИО6, не возлагает на истца обязанности по оплате обязательств последнего или иных связанных с ним лиц.

Переписка, на которую ссылается ФИО2, велась между ней и ФИО3 Анализ содержания представленных скриншотов позволяет суду прийти к выводу, что указанная переписка могла затрагивать лишь права и обязанности её участников, но не истца. Стороны обсуждали возможные направления сотрудничества, обменивались судебными актами и документами. Из представленной переписки не усматривается, что между ФИО2 и ФИО3 было достигнуто соглашение, которое возлагало бы на истца какие-либо обязанности. Переписка велась исключительно между ФИО2 и ФИО3 Истец ФИО4 в ней не участвовал, о её содержании не знал, никаких обязательств перед ФИО2 на себя не принимал. Следовательно, сама по себе переписка не может служить основанием для возникновения у истца обязанности по оплате. Стороной в переговорах истец не являлся, волеизъявления на оплату не выражал.

Представленные ответчиком документы, подтверждающие ознакомление с материалами дела № А12-6070/2023, подготовку аналитической справки и процессуальных документов, свидетельствуют лишь о том, что ФИО2 совершала определённые действия, которые, по её мнению, могли быть связаны с оказанием услуг ФИО3 или ФИО6 Однако данные действия не подтверждают наличия договорных отношений между ФИО2 и истцом ФИО4, равно как и не подтверждают того, что истец поручал ответчику совершение этих действий или принимал их результат. ФИО4 не является заказчиком по отношению к ФИО2 Доказательств того, что истец каким-либо образом обращался к ответчику за юридической помощью, давал ей поручения или получал от неё консультации, суду не представлено. Напротив, из позиции стороны истца следует, что он не знаком с ФИО2, никогда с ней не общался и не вступал в переписку.

Судом также исследованы письменные пояснения ФИО5, приобщённые к материалам дела. Согласно данным пояснениям, ФИО5 подтвердил, что именно он по просьбе ФИО3 порекомендовал ФИО2 как юриста, и что между ФИО2 и ФИО3 в апреле 2025 года был заключён договор на юридическую помощь, при этом от лица ФИО3 выступала его сестра. ФИО5 также указал, что в мае 2025 года через его внука ФИО4 был переведён аванс ФИО2 в размере 750 000 рублей, и что в момент перевода ФИО2 находилась рядом с ним и разговаривала по телефону с ФИО3 С конца июня 2025 года у ФИО3 поменялись планы, остальная часть оплаты (750 000 рублей) не последовала, и ФИО3 отказался платить, более того, начал требовать от ФИО2 вернуть переведённые 750 000 рублей. Однако, по словам ФИО5, в результате переговоров в июле-августе 2025 года ФИО3 заявил, что никаких денежных претензий к ФИО2 не имеет.

Анализируя пояснения ФИО5, суд отмечает, что они не подтверждают наличия у истца ФИО4 обязательств перед ФИО2 Более того, из этих пояснений следует, что обязательство по оплате (при его наличии) возникло у ФИО3 (или его сестры), а не у истца.

Кроме того, указание ФИО5 на то, что ФИО3 в итоге заявил об отсутствии претензий к ФИО2, не отменяет того факта, что денежные средства были перечислены истцом ошибочно, а ФИО2 не представила доказательств того, что именно истец был обязан их платить. Таким образом, пояснения ФИО5 не опровергают позицию истца о неосновательности обогащения ответчика.

Суд также отмечает, что любые утверждения ФИО5 о том, что ФИО4 действовал на основании поручения ФИО3 или что между ФИО4 и ФИО2 существовала какая-либо договорённость, в силу пункта 1 статьи 161 и пункта 1 статьи 162 Гражданского кодекса Российской Федерации не могут быть приняты судом во внимание.

В соответствии со статьёй 313 Гражданского кодекса Российской Федерации исполнение обязательства может быть возложено должником на третье лицо, если из закона, иных правовых актов, условий обязательства или его существа не вытекает обязанность должника исполнить обязательство лично. В этом случае кредитор обязан принять исполнение, предложенное за должника третьим лицом.

Таким образом, для применения данной нормы необходимо установить, что у должника (предположительно ФИО3 или ФИО6) перед кредитором (ФИО2) существовало денежное обязательство, и что должник возложил исполнение этого обязательства на третье лицо (ФИО4).

В ходе судебного разбирательства не представлено достоверных доказательств наличия у ФИО3 или ФИО6 перед ФИО2 какого-либо обязательства, срок исполнения которого наступил. Более того, само существование обязательства отрицается третьим лицом ФИО3 Также отсутствуют доказательства того, что кто-либо из указанных лиц возлагал на ФИО4 исполнение какого-либо обязательства.

Напротив, из пояснений ФИО3 следует, что он не поручал истцу производить оплату, а отправка реквизитов в чат была случайной. При таких обстоятельствах основания для применения статьи 313 Гражданского кодекса Российской Федерации отсутствуют.

При этом в рассматриваемом деле не имеет правового значения, был ли заключён договор об оказании услуг между ФИО2 и ФИО3 (либо ФИО6), поскольку судом достоверно установлено, что истец ФИО4 не является стороной этого договора, и договор не предусматривает его обязанности вносить оплату. Следовательно, любые споры между ФИО2 и третьими лицами относительно наличия или отсутствия договора, объёма и стоимости услуг не влияют на обязанность ответчика возвратить неосновательно полученные от истца денежные средства.

Суд полагает необходимым также отметить, что ответчик ФИО2 не лишена возможности защитить свои права, которые она считает нарушенными, путём предъявления самостоятельных исковых требований к лицу, которое, по её мнению, является заказчиком юридических услуг, – к ФИО3 либо к ФИО6 В рамках такого спора подлежат исследованию и оценке обстоятельства, касающиеся наличия или отсутствия договорных отношений между ФИО2 и указанными лицами, факта оказания услуг, их объёма и стоимости, а также наличия обязательств по оплате. Именно в рамках такого спора ФИО2 сможет представить все доказательства, на которые она ссылается, и получить судебную защиту, если сочтёт свои права нарушенными.

Настоящее дело рассматривает спор между истцом ФИО4 и ответчиком ФИО2, и предметом доказывания является наличие либо отсутствие оснований для получения ответчиком денежных средств именно от истца. Возможное наличие у ФИО2 права требовать оплаты от иных лиц не влияет на обязанность возвратить неосновательно полученное от ФИО4, поскольку эти правоотношения являются различными по субъектному составу и основаниям возникновения. Смешение этих правоотношений недопустимо, так как каждый договор (обязательство) связывает только его стороны, и третьи лица не могут быть произвольно вовлечены в чужие обязательства.

В соответствии со статьёй 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений. Бремя доказывания наличия обстоятельств, исключающих возврат неосновательного обогащения, лежит на приобретателе – ответчике ФИО2

Оценивая представленные ответчиком доказательства в совокупности, суд приходит к выводу, что ФИО2 не доказала наличие законных оснований для получения от истца денежных средств в размере 750 000 рублей. Договорных отношений между истцом и ответчиком не существовало и не существует. Обязательств, во исполнение которых истец мог бы произвести платёж, судом не установлено. Доказательств того, что истец действовал по поручению третьего лица (ФИО3 или ФИО6) в порядке статьи 313 Гражданского кодекса Российской Федерации, ответчиком не представлено, а третье лицо ФИО3 в своих пояснениях факт дачи такого поручения отрицает.

Оснований для применения пункта 4 статьи 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации суд не усматривает, поскольку ответчиком не доказано, что истец, перечисляя денежные средства, знал об отсутствии у него обязательств перед ФИО2 Напротив, из материалов дела следует, что истец действовал под влиянием заблуждения, вызванного ошибочными действиями третьего лица. Истец добросовестно полагал, что выполняет просьбу родственника, и как только узнал об отсутствии такой просьбы, немедленно потребовал возврата денег. Такое поведение не свидетельствует о намерении одарить ответчика или исполнить несуществующее обязательство. Более того, суд учитывает, что в переписке между истцом и ответчиком после перевода истец прямо указал на ошибочность перевода, что опровергает доводы ответчика о том, что истец знал об отсутствии обязательства.

Разрешая исковые требования, предъявленные к ПАО «Сбербанк России», суд исходит из того, что в соответствии со статьями 845, 854 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору банковского счета банк обязуется выполнять распоряжения клиента о перечислении денежных средств.

Судом установлено, что Банк исполнил распоряжение истца о перечислении денежных средств на указанный им счет. Банк не является получателем денежных средств, не приобретал и не сберегал имущество за счет истца. Следовательно, ПАО «Сбербанк России» не может быть признано лицом, неосновательно обогатившимся за счет истца, и является ненадлежащим ответчиком по заявленным требованиям о взыскании неосновательного обогащения. В связи с этим, в удовлетворении иска к данному ответчику надлежит отказать.

Руководствуясь ст.ст.194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

исковые требования ФИО4 к Публичному акционерному обществу «Сбербанк России», ФИО2 о взыскании суммы неосновательного обогащения – удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО2 (паспорт гражданина Российской Федерации №...) в пользу ФИО4 (паспорт гражданина Российской Федерации №...) сумму неосновательного обогащения в размере 750 000 рублей.

В удовлетворении исковых требований ФИО4 к Публичному акционерному обществу «Сбербанк России» о взыскании суммы неосновательного обогащения – отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Волгоградский областной суд через Центральный районный суд города Волгограда в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья- подпись О.А. Полянский

Решение суда принято в окончательной форме ДД.ММ.ГГГГ.