Решение № 2-200/2025 2-28/2026 2-28/2026(2-200/2025;)~М-184/2025 М-184/2025 от 5 апреля 2026 г. по делу № 2-200/2025

Дело № 2-28/2026

УИД:75RS0032-01-2025-000366-36


РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

06 апреля 2026 года с. Кыра

Кыринский районный суд Забайкальского края в составе

председательствующего судьи Терехиной А.Н.,

при секретаре Таракановской В.А.,

с участием представителя истца Кузьминой О.Н.,

представителя третьего лица прокурора Кыринского района Забайкальского края Аюрова С.Д.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Министерству финансов Российской Федерации в лице Управления федерального казначейства Российской Федерации по Забайкальскому краю о взыскании компенсации морального вреда в порядке реабилитации за незаконное уголовное преследование

у с т а н о в и л:

Истец ФИО1 обратился в суд с вышеназванным иском, в обоснование указывая, что на основании постановления Кыринского районного суда Забайкальского края от 18 апреля 2023 года в отношении него было прекращено уголовное дело по ч. 1 ст. 314.1 УК РФ в связи с отсутствием в его действиях состава преступления, в соответствии с ч. 7 ст. 246, п. 2 ч. 1 ст. 27 УПК РФ. Мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении отменена. На основании п. 2 ч. 2 ст. 133 УПК РФ за ним признано право на реабилитацию и разъяснено что он вправе обратиться за возмещением вреда в порядке, предусмотренной главой 18 УПК РФ. 04 мая 2023 года вышеуказанное постановление вступило в законную силу. ФИО1 в период с 31.01.2022 по 28.03.2022 обвинялся органом дознания в уклонении от исполнения требования административного надзора, установленного в отношении него решением Ингодинского суда г. Читы 22 ноября 2021 года, самовольно оставил место жительства в <адрес>, выехал на животноводческую стоянку. Действия ФИО1 органом дознания были квалифицированы по ч. 1 ст. 314.1 УК РФ как самовольное оставление поднадзорным лицом места жительства, совершенныое в целях уклонения от административного надзора. Вместе с тем, при рассмотрении уголовного дела, в судебном заседании было установлено, что в указанный период решение суда об установлении в отношении ФИО1 административного надзора не вступило в законную силу, то есть административный надзор не был установлен, в связи с чем, государственный обвинитель отказался от предъявленного обвинения и просил прекратить производство по данному делу, в связи с отсутствием в его действиях состава преступления. Срок дознания и судебное разбирательство по делу составил 5 месяцев 22 дня. В момент возбуждения уголовного дела ФИО1 являлся одиноким отцом, воспитывал несовершеннолетнего ребенка К.Г.А., ДД.ММ.ГГГГ г.р., мать которого была лишена родительских прав и позже умерла. В составе семьи была только престарелая мать ФИО1 Истец занимался разведением личного подсобного хозяйства, большую часть которого вынужден был забить и продать из-за невозможности дальнейшего ухода в случае его осуждения к реальному лишению свободы. Кроме того, его сын, который должен был готовиться к экзаменам, вынужден был ездить в суд для дачи показаний. Для защиты своих прав, ФИО1 вылетал г. Москву на прием в Генеральную прокуратуру, обращался в редакцию программы «Человек и закон», испытывал страдания, плохо ел и спал, тяжело переживал случившееся. Ему причинялись нравственные страдания и лишения такой степени тяжести, которая превышает неизбежный уровень страданий, вызывающий чувство страха, беспокойство за незаконное осуждение. Длительный период возбуждения и рассмотрения уголовного дела создавал напряженную обстановку, неопределенность возникшей ситуации действовал на него угнетающе, не позволял вести полноценную жизнь. Одно из судебных заседаний было назначено в день рождения его сына. Производство дознания и судебное разбирательство в течении 6 месяцев также причинило длительные страдания его матери, которую допрашивали, вызывали в суд в качестве свидетеля. О привлечении его к уголовной ответственности стало известно многим его знакомым, друзьям, родственникам, от чего он испытывал глубочайшие моральные страдания. Ему было стыдно перед близкими, он испытывал душевный дискомфорт. В связи с нарушением сна у него появились головные боли, он стал нервным, пропал интерес к жизни, выехать на обследование и лечение в г. Читу он не мог, так как в отношении него была избрана мера пресечения. У него обострились хронические заболевания, болел желудок, суставы, голова. Причинённый моральный вред оценивает в 3 000 000 руб. и просить взыскать указанную сумму с Министерства финансов РФ за счет казны РФ.

Истец ФИО1, извещенный надлежащим образом о времени и месте рассмотрения дела, в судебное заседание не явился, представил заявление, согласно которому дело просил рассмотреть в свое отсутствие, исковые требования поддерживает в полном объёме.

Представитель истца Кузьмина О.Н. в судебном заседании поддержала доводы искового заявления, также пояснила, что уголовное преследование в отношении ФИО1 длилось 1 год 2 месяца, в это период он был вынужден оставлять свою ферму без присмотра, на которой находилось около 200 голов крупного рогатого скота, мелкий рогатый скот и лошади. Его мать в силу возраста не могла ухаживать за хозяйством. За защитой своих прав он обращался в Генеральную прокуратуру, в связи с чем дважды ездил в г. Москву, объявлял голодовку. После поступления уголовного дела в суд, ему, а также его матери и сыну, неоднократно приходилось выезжать в с. Кыра для участия в судебных заседаниях, что доставляло определенные трудности, в связи с отсутствием регулярного транспортного сообщения. Возбуждение уголовного дела также сказалось на отношениях с сыном и друзьями, которые отказались помогать в дальнейшем, присматривать за его хозяйством. Все поголовье скота ФИО1 находилось на ферме ФИО2, который после проведения оперативно-розыскных мероприятия на его ферме, сказал ФИО1, чтобы он в течении трех дней вывез свой скот с его фермы. Сын, не смог должным образом подготовиться и сдать выпускные экзамены, и связи с этим не поступил в учебные заведение в г. Читу, как планировал. Также из-за переживаний ухудшилось состояние здоровья, но при обращении к органам дознания за разрешением поехать в г. Читу в больницу, получил отказ. В поликлинику по месту жительства не обращался. Кроме того, неоднократно привлекался к административной ответственности за несоблюдение административных ограничений и невыполнение обязанностей, устанавливаемых при административном надзоре, с назначение наказания в виде административного ареста.

Представитель третьего лица Прокуратуры Забайкальского края - прокурор Кыринского района Аюров С.Д. в судебном заседании возражал против удовлетворения исковых требований, так как со стороны истца не представлено доказательств, подтверждающих доводы, изложенные в исковом заявлении. Сведений об обращении за медицинской помощью не представлено, также не имеется причинно-следственной связи между возбуждением уголовного дела и продажей скота. Истцом не представлено доказательств о невозможности содержать скот в <адрес> по его месту жительства. Также не представлено документов об обращении ФИО1 в указанный период в органы прокуратуры, в том числе Генеральную прокуратуру РФ, за защитой своих прав. При этом, ФИО1 был неоднократно судим, отбывал наказание в местах лишения свободы, обязанность возложенную судом не исполнял. Уголовное дело было возбуждено только по причине обжалования ФИО1 решения Ингодинского районного суда <адрес> об установлении административного надзора. Считает, что судом также должно быть учтено, что ранее в судебном заседании также ФИО1 пояснил, что желает отказаться от всего, в связи с этим считает, что требования истца не подлежат удовлетворению в полном объёме.

Представитель ответчика Управления Федерального казначейства по Забайкальскому краю, представитель Министерства финансов Российской Федерации по доверенности ФИО3, извещенная надлежащим образом о времени и месте рассмотрения дела, в судебное заседание не явилась, при этом представила отзыв на исковое заявление, согласно которому считает доводы истца, приведенные в исковом заявлении не подтвержденными в силу следующего. Истец не представил доказательств причинно-следственной связи между привлечением его к уголовной ответственности и наступившими негативными последствиями, касающимися его нематериальных благ. Мера пресечения в отношении истца не избиралась, избранная мера в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении не предусматривает ограничения в свободе, ни в период следствия, ни в период уголовного разбирательства истец не задерживался. Кроме того, истец в период привлечения к уголовной ответственности по настоящему делу уже был неоднократно судим. ФИО1 не представлены медицинские документы, подтверждающие ухудшение его здоровья, наличие заболеваний (желудка, суставов и головы), полученных в результате незаконного уголовного преследования. Таким образом, доказательств приобретения истцом в период незаконного уголовного преследования заболеваний, которое он ранее не имел, не представлено. Связь, между ухудшением состояния здоровья и незаконным привлечением к уголовной ответственности не установлена. В связи с тем, что истцом не представлено допустимых доказательств наличия причинно-следственной связи между уголовным преследованием и обстоятельствами описанными в исковом заявлении, требования ФИО1 о взыскании 3 000 000 руб. в качестве компенсации морального вреда удовлетворению в полном объёме не подлежат. Министерство финансов РФ считает, что те факты, на которые ссылается истец, описывая степень переживаний и величину последствий которые возникли в связи с возбуждением уголовного дела, каким-либо образом не подтверждены, просит суд оценить характер физических и нравственных страданий с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен истцу моральный вред и при принятии решения о размере компенсации морального вреда, руководствоваться принципами разумности и справедливости.

Представители третьих лиц УМВД Росси по Забайкальскому краю ФИО4, Врио начальника МО МВД России «Акшинский» ФИО5, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения дела, не явились, направили письменные возражения, согласно которым полагают, что исковые требования истца не подлежат удовлетворению. Согласно материалам уголовного дела от 30.03.2022 в отношении ФИО1 было возбуждено уголовное дело по признакам преступления предусмотренного ч. 1 ст. 314.1 УК РФ. 29.08.2022 ФИО1 бы допрошен в качестве подозреваемого, была избрана мера пресечения – подписка о невыезде и надлежащем поведении. ФИО1 в соответствии со ст. 91 УПК РФ не задерживался, мера пресечения в виде содержания под стражей не избиралась. 27.09.2022 обвинительный акт был согласован с начальником МО МВД «Акшинский», 30.09.2022 утвержден прокуроров Кыринского района. 18.04.2023 постановлением Кыринского районного суда Забайкальского края уголовное дело в отношении ФИО1 было прекращено на основании ч. 7 ст. 246 УПК РФ, п. 2 ч. 1 ст. 27 УПК РФ в связи с отсутствием в его действиях состава преступления, признано право на реабилитацию. Преступление, предусмотренное ч. 1 ст. 314.1 УК РФ которое было предъявлено ФИО1 относится к категории преступлений небольшой тяжести. При этом, ФИО1 неоднократно привлекался к уголовной ответственности, в том числе 29.09.2020 за совершения преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 119 УК РФ, п. «в» ч. 2 ст. 115 УК РФ, приговорен, с учетом определения Восьмого кассационного суда г. Кемерово к лишению свободы сроком на 1 год 6 месяцев, что несомненно характеризует личность истца и должно быть учтено при определении размера компенсации морального вреда. Следственные (процессуальные) действия по уголовному делу с участием ФИО1 не имели своей целью нарушить гражданские права истца, а имели целью раскрыть преступление путем соблюдения предусмотренного нормами уголовного права процедур. ФИО1 не представлено доказательств, в чем именно выразились нравственные и физические страдания, а также доказательств наличия у него негативных последствий нравственного и физического состояния из-за незаконного преследования. Считают, что размер компенсации морального вреда, определенный истцом завышен, не соответствует принципу разумности и справедливости и подлежит снижению. Дело просили рассмотреть в свое отсутствие.

Представитель третьего лица ОП по Кыринскому району МО МВД России «Акшинский», о месте и времени судебного заседания суда извещен надлежащим образом, в судебное заседание своего представителя не направил, об отложении дела не просил.

Суд, в соответствии со ст.167 ГПК РФ, с учетом мнения сторон, считает возможным рассмотреть дело при данной явке.

Выслушав представителя истца, представителя третьего лица прокурора Кыринского района Аюрова С.Д., допросив свидетеля, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

Статьей 2 Конституции Российской Федерации закреплено, что человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства.

Конституция Российской Федерации закрепляет право каждого на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями органов государственной власти или их должностных лиц (ст. 53), реализация которого гарантируется конституционной обязанностью государства в случае нарушения органами публичной власти и их должностными лицами прав, охраняемых законом, обеспечивать потерпевшим доступ к правосудию, и компенсацию причиненного ущерба (ст. 52), а также государственную, в том числе судебную, защиту прав и свобод человека и гражданина (ч. 1 ст. 45; ст. 46).

В соответствии с п. п. 34, 35, 55 ст. 5 УПК РФ реабилитация - порядок восстановления прав и свобод лица, незаконно или необоснованно подвергнутого уголовному преследованию, и возмещения причиненного ему вреда; реабилитированный - лицо, имеющее в соответствии с данным Кодексом право на возмещение вреда, причиненного ему в связи с незаконным или необоснованным уголовным преследованием; уголовное преследование - процессуальная деятельность, осуществляемая стороной обвинения в целях изобличения подозреваемого, обвиняемого в совершении преступления.

Частью 4 ст. 11 УПК РФ предусмотрено, что вред, причиненный лицу в результате нарушения его прав и свобод судом, а также должностными лицами, осуществляющими уголовное преследование, подлежит возмещению по основаниям и в порядке, которые установлены УПК РФ.

В соответствии со ст. 133 УПК РФ право на реабилитацию включает в себя право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах. Вред, причиненный гражданину в результате уголовного преследования, возмещается государством в полном объеме независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда.

Согласно ч. 2 ст. 136 УПК РФ иски о компенсации за причиненный моральный вред в денежном выражении предъявляются в порядке гражданского судопроизводства.

Право на реабилитацию, в том числе право на возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием, имеет, в частности подозреваемый или обвиняемый, уголовное преследование в отношении которого прекращено по основаниям, предусмотренным п.п. 1, 2, 5 и 6 ч.1 ст. 24 и п.п. 1 и 4 - 6 ч. 1 ст. 27 УПК РФ.

Согласно ст. 1069 ГК РФ вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

В соответствии со ст. 151 ГК РФ если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

В п. 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Под нравственными страданиями понимаются страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции) (п. 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33).

В пункте 25 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33, указано, что суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении. Размер компенсации морального вреда не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального вреда, убытков и других имущественных требований.

При определении размера компенсации морального вреда, суду необходимо установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда (пункт 26 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33).

В соответствии с пунктом 28 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 под индивидуальными особенностями потерпевшего, влияющими на размер компенсации морального вреда, следует понимать, в частности, его возраст и состояние здоровья, наличие отношений между причинителем вреда и потерпевшим, профессию и род занятий потерпевшего.

Согласно ст. 1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда, в частности, когда вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде.

В соответствии со ст. 1070 ГК РФ вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, возмещается за счет казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом.

Субъектом, обязанным возместить вред по правилам ст.1070 ГК РФ, и, соответственно, ответчиком по указанным искам является РФ, от имени которой в суде выступает Минфин России, поскольку эта обязанность Гражданским кодексом Российской Федерации, Бюджетным кодексом Российской Федерации или иными законами не возложена на другой орган, юридическое лицо или гражданина (ст.1071 ГК РФ).

Согласно разъяснениям, содержащимся в п.21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 ноября 2011 г. №17 «О практике применения судами норм главы 18 УПК РФ, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве», при определении размера денежной компенсации морального вреда реабилитированному судам необходимо учитывать степень и характер физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, иные заслуживающие внимания обстоятельства, в том числе продолжительность судопроизводства, длительность и условия содержания под стражей, вид исправительного учреждения, в котором лицо отбывало наказание, и другие обстоятельства, имеющие значение при определении размера компенсации морального вреда, а также требования разумности и справедливости.

В постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» даны разъяснения о том, что моральный вред, причиненный в связи с незаконным или необоснованным уголовным или административным преследованием, может проявляться, например, в возникновении заболеваний в период незаконного лишения истца свободы, его эмоциональных страданиях в результате нарушений со стороны государственных органов и должностных лиц прав и свобод человека и гражданина, в испытываемом унижении достоинства истца как добросовестного и законопослушного гражданина, ином дискомфортном состоянии, связанном с ограничением прав истца на свободу передвижения, выбор места пребывания, изменением привычного образа жизни, лишением возможности общаться с родственниками и оказывать им помощь, распространением и обсуждением в обществе информации о привлечении лица к уголовной или административной ответственности, потерей работы и затруднениями в трудоустройстве по причине отказов в приеме на работу, сопряженных с фактом возбуждения в отношении истца уголовного дела, ограничением участия истца в общественно-политической жизни (абзац первый п. 42 названного постановления).

При определении размера компенсации судам в указанных случаях надлежит учитывать, в том числе длительность и обстоятельства уголовного преследования, тяжесть инкриминируемого истцу преступления, избранную меру пресечения и причины избрания определенной меры пресечения (например, связанной с лишением свободы), длительность и условия содержания под стражей, однократность и неоднократность такого содержания, вид и продолжительность назначенного уголовного наказания, вид исправительного учреждения, в котором лицо отбывало наказание, личность истца (в частности, образ жизни и род занятий истца, привлекался ли истец ранее к уголовной ответственности), ухудшение здоровья, нарушение поддерживаемых истцом близких семейных отношений с родственниками и другими членами семьи, лишение его возможности оказания необходимой им заботы и помощи, степень испытанных нравственных страданий (абзац второй п. 42 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33).

Из приведенных норм материального права и разъяснений, содержащихся в постановлениях Пленума Верховного Суда Российской Федерации, следует, что основания возникновения права гражданина на реабилитацию, порядок признания этого права и возмещения гражданину вреда, связанного с уголовным преследованием, закреплены в Уголовно-процессуальном кодексе Российской Федерации, устанавливающем в том числе, что иски за причиненный реабилитированному моральный вред в денежном выражении предъявляются в порядке гражданского судопроизводства. В Гражданском кодексе Российской Федерации содержатся положения об ответственности за вред, причиненный незаконными действиями органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда, а также нормы, определяющие основания, способы и размеры компенсации морального вреда.

Ввиду того что закон устанавливает лишь общие принципы определения размера компенсации морального вреда, суду при разрешении спора необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимание фактические обстоятельства дела, а также требования разумности, справедливости и соразмерности компенсации последствиям нарушения прав как основополагающие принципы, предполагающие установление судом баланса интересов сторон спорного правоотношения. Соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.

Таким образом, если суд в рамках гражданского судопроизводства признал доказанным факт причинения гражданину морального вреда в результате указанных в п. 1 ст. 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации незаконных действий органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда и пришел к выводу о необходимости присуждения ему денежной компенсации, то в судебном акте должны быть приведены мотивы, обосновывающие ту или иную сумму компенсации морального вреда, присуждаемой заявителю, исходя из установленных при разбирательстве дела характера и степени понесенных истцом физических или нравственных страданий, связанных с его индивидуальными особенностями, и иных заслуживающих внимания обстоятельств конкретного дела, при этом оценка таких обстоятельств не может быть формальной.

Компенсация морального вреда, определяемая судом в денежной форме, должна быть соразмерной и адекватной обстоятельствам причинения морального вреда потерпевшему, должна обеспечить баланс частных и публичных интересов с тем, чтобы выплата компенсации морального вреда одним категориям граждан не нарушала бы права других категорий граждан, с учетом того, что казна Российской Федерации формируется в соответствии с законодательством за счет налогов, сборов и платежей, взимаемых с граждан и юридических лиц, которые распределяются и направляются как на возмещение вреда, причиненного государственными органами, так и на осуществление социальных и других значимых для общества программ, для оказания социальной поддержки гражданам, на реализацию прав льготных категорий граждан.

Судом установлено и подтверждается материалами дела, что 30 марта 2022 года в отношении ФИО1 старшим дознавателем ОД отдела полиции «Ингодинский» УМВД России по г. Чите было возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного ч.1 ст.314.1 УК РФ.

29 августа 2022 года ФИО1 был допрошен в качестве подозреваемого по данному уголовному делу. В этот же день в отношении ФИО1 была избрана мера пресечения виде подписки о невыезде и надлежащем поведении.

Срок предварительного следствия по вышеуказанному уголовному делу неоднократно продлевался (26.04.2022, 29.05.2022, 28.06.2022, 25.07.2022, 25.08.2022) в том числе в связи с тем, что не имелось возможности допросить ФИО1 в качестве подозреваемого, так как не было установлено его местонахождение, и составил 6 месяцев (180 суток).

27 сентября 2022 года ФИО1 был уведомлен об окончании следственных действий по уголовному делу и ознакомлен с материалами уголовного дела.

30 сентября 2022 года прокурором Кыринского района был утвержден обвинительный акт по уголовному делу по обвинению ФИО1 по ч.1 ст.314.1 УК РФ. 26 октября 2022 года копия обвинительного акта вручена ФИО1

31 октября 2022 года уголовное дело в отношении ФИО1 поступило в Кыринский районный суд Забайкальского края для рассмотрения. По данному уголовному делу было назначено судебное заседание на 06.12.2022 г., которое было отложено на 22.12.2022 г. в связи с неявкой свидетелей.

22 декабря 2022 года в судебном заедании объявлен перерыв для подготовки к прениям до 26.12.2022 г.

26 декабря 2022 года судебное следствие возобновлено, в судебном заседании объявлен перерыв до 16.01.2023 г. для истребования доказательств.

16 января 2023 года на основании постановления Кыринского районного суда Забайкальского края уголовное дело в отношении ФИО1 было возвращено прокурору Кыринского района в порядке п. 4 ч. 1 ст. 237 УПК РФ.

31 января 2023 года защитником Кузьминой О.Н. подана апелляционная жалоба на вышеуказанное постановление и 13 февраля 2023 года уголовное дело направлено в судебную коллегию по уголовным делам Забайкальского краевого суда для рассмотрения апелляционной жалобы.

20 марта 2023 года на основании апелляционного постановления Забайкальского краевого суда, постановление Кыринского районного суда Забайкальского края от 16 января 2023 года было отменено, дело направлено на новое рассмотрение.

18 апреля 2023 года уголовное дело в отношении ФИО1 рассмотрено Кыринский районным судом, вынесено постановление о прекращении уголовного дела на основании ч. 7 ст. 246 УПК РФ, п. 2 ч. 1 ст. 27 УПК РФ в связи с отсутствием в действиях ФИО1 состава преступления. За ФИО1 в соответствии с п. 2 ч. 2 ст. 133 УПК РФ признано право на реабилитацию.

Постановление не обжаловано и вступило в законную силу 04 мая 2023 года.

Таким образом, срок уголовного преследования в отношении ФИО1 длился более одного года (с 30.03.2022 г. по 04.05.2023 г.).

Поскольку материалами дела достоверно подтверждается и не оспаривается сторонами факт незаконного уголовного преследования в отношении истца по ч.1 ст.314.1 УК РФ, суд приходит к выводу, что ФИО1 указанными действиями причинен моральный вред, в связи с чем находит требования обоснованными.

Учитывая, что незаконное привлечение гражданина к уголовной ответственности умаляет широкий круг его прав и гарантий, предусмотренных Конституцией Российской Федерации, в частности, достоинство личности (статья 21) право на свободу и личную неприкосновенность (статья 22), право на неприкосновенность частной жизни, защиту своей чести и доброго имени (статья 23), неприкосновенность жилища (статья 25), лица, имеющие право на реабилитацию, во всех случаях испытывают нравственные страдания, в связи с чем, факт причинения им морального вреда предполагается.

При таких обстоятельствах, исходя из вышеизложенного, оценивая установленные судом обстоятельства и доказательствам в совокупности, в соответствии со ст.67 ГПК РФ, установив факт незаконного уголовного преследования истца, производство следственных действий, суд приходит к выводу о наличии оснований для взыскания в пользу истца компенсации морального вреда с Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации за счет казны Российской Федерации.

Судом также учитывается как фактор, способствовавший нравственным страданиям истца, продолжительность меры процессуального принуждения, период уголовного производства, а также нравственные страдания, перенесенные ФИО1 в связи с незаконным уголовным преследованием, что безусловно причиняло ему также нравственные страдания, связанные с необходимостью доказывать свою невиновность, испытывать чувство несправедливости и обиды.

Учитывая степень нравственных и физических страданий истца, в том числе суд исходит из того, что наличие таковых при незаконном уголовном преследовании предполагается и проявляется в психологических переживаниях, вызванных опасением необоснованного привлечения к уголовной ответственности, в данном случае в назначении в последующем наказания, связанного с лишением свободы на длительный срок.

В силу частей первой и второй статьи 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Так, ФИО1 обвинялся в совершении преступления относящиеся к категории небольшой тяжести, при этом ранее неоднократно был судим, в том числе за совершение особо тяжкого преступления, отбывал наказание в местах лишения свободы и согласно характеристики на осужденного, имеющейся в материалах уголовного дела за период отбывания наказания подвергался один раз дисциплинарному взысканию, в виде водворения в ШИЗО, режим содержания не соблюдал, допускал нарушения установленного порядка отбывания наказания, решением суда в отношении ФИО1 также был установлен административный надзор сроком на 8 лет, за время нахождения под административный надзором не исполнял установленные в отношении него административные ограничения, в связи с чем привлекался неоднократно к административной ответственности. По месту жительства администрацией <адрес>» характеризуется удовлетворительно.

При этом суд учитывает, что истец, будучи обвиняемым в совершении преступления, которое относится к категории небольшой тяжести, следственными органами один раз был допрошен в качестве подозреваемого, в следственных действиях не участвовал, под стражу не заключался, избранная в отношении ФИО1 мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении не была связана с изоляцией от общества, в минимальной степени ограничивала свободу передвижения ФИО1, позволяла ему вести привычный образ жизни, осуществлять трудовую деятельность, связанную с ведением личного подсобного хозяйства, полноценно общаться с друзьями и родственниками, после вынесения постановления о прекращении уголовного дела и вступлении данного постановления в законную силу 04.05.2023 года, в суд с исковым заявлением обратился только 19 ноября 2025 года. На протяжении длительного периода истец не заявлял о причинении ему нравственных страданий и о взыскании в связи с этим компенсации, не заявлял притязаний, обусловленных незаконными действиями органов уголовного преследования.

Мать истца К.Т.Д. в ходе производства по уголовному делу была дважды допрошена по месту своего жительства в качестве свидетеля, в следственные органы не вызывалась, один раз допрошена в судебном заседании, так же как и сын ФИО1, при этом суд принимает во внимание, что на семейных связях ФИО1 уголовное преследование не отразилось. Кроме того, согласно сведениям МБОУ «Верхне-Ульхунская СОШ» К.Г.А., за время обучения в школе показал себя как ученик со средними способностями, окончил школу на «удовлетворительно», занятия в школе не пропускал, но не всегда готовил домашние задания. Принимал активное участие в общественной жизни класса и школы. Воспитывался в неполной семье, опекуном являлась бабушка К.Т.Д., которая всегда поддерживала тесную связь со школой, контролировала его, из чего можно сделать вывод, что уголовное преследование отца не повлияло на успеваемость несовершеннолетнего К.Г.А. Кроме того, из материалов дела административного надзора, исследованных в судебном заседании, следует, что согласно неоднократным объяснениям К.Т.Д., матери ФИО1, она проживает совместно с внуком К.Г.А., сын А. постоянно находится на ферме, домой приезжает редко, воспитанием несовершеннолетнего К.Г.А. не занимается.

Указание истца о том, что его уголовное преследование могло негативно сказаться на учебе его сына, объективного подтверждения не имеет.

Доводы стороны истца о том, что само по себе проведение в 2022-2023 г. допроса в качестве свидетелей по уголовному делу его матери и сына, в значительной степени усилило его нравственные страдания, какими-либо надлежащими доказательствами не подтверждены. Доказательств того, что истец обращался за психологической помощью по мотиву наступления угнетенного состояния или приближенного к таковому стороной истца не представлено.

Так, при наличии оснований подозревать ФИО1 в совершении инкриминируемого деяния исходя из показаний свидетелей по уголовному делу, проводимые следственные действия, в том числе с родственниками истца, имели своей целью раскрытие преступления.

Свидетель Т.П.Т. в судебном заседании пояснила, что ФИО1 11 января 2022 года был поставлен на учет, как лицо, освобожденное из мест лишения свободы, в отношении которого судом установлены административные ограничения, на основании решения Ингодинского районного суда г. Читы от 22.11.2021 года. На дату постановки на учет имелись сведения о вступлении данного решения в законную силу - 07.12.2021 года. При постановке на учет ФИО1 были разъяснены права и обязанности, он был предупрежден об уголовной ответственности за несоблюдение установленных судом административных ограничений или невыполнение обязанностей, о чем имеется его подпись. После постановки на учет, ФИО1 на регистрацию не являлся, по месту жительства отсутствовал, в связи с чем принимались меру к установлению его места нахождения и доставлению в отдел полиции, при этом подтвердила, что меры по розыску ФИО1 были выполнены не в полном объёме. За весь период нахождения на учете ФИО1 с 11.01.2022 года и по настоящее время, являлся в отдел полиции один раз, один раз был доставлен сотрудниками полиции, в отношении ФИО1 составлялись административные протоколы по ст. 19.24 КоАП РФ. На момент возбуждения уголовного дела в отношении ФИО1 по ч. 1 ст. 314.1 УК РФ 30 марта 2022 года, сведений о том, что ФИО1 обжалует решение Ингодинского районного суда г. Читы от 22.11.2021 года, у них не имелось. Копия апелляционного определения от 06 апреля 2022 года поступила в отдел полиции только в 24 мая 2022 года.

Также истцом не представлены доказательства причинения ему нравственных страданий из-за ограничения его в праве на свободу передвижения, а также нанесения существенного ущерба его репутации, честному и доброму имени.

Судом не установлено обстоятельств, свидетельствующих об ухудшении здоровья истца в связи с уголовным преследованием. Доказательств того, что в указанный период, а также после прекращения уголовного дела, обострились хронические заболевания, возникли головные боли, истцом не представлено.

При этом суд учитывает то обстоятельство, что как пояснила в судебном заседании представитель истца Кузьмина О.Н., ФИО1 за медицинской помощью по факту ухудшения его состояния здоровья (бессонница, чувство страха, стресс и др.) не обращался в период осуществления в отношении него уголовного преследования, так как не мог выехать в г. Читу, находясь под мерой пресечения – подпиской о невыезде. Вместе с тем, находясь под подпиской о невыезде, ФИО1 выезжал за пределы Забайкальского края в г. Москву для защиты своих прав. В поликлинику по месту жительства не обращался.

Таким образом, факт ухудшения состояния здоровья истца ФИО1 и обращение истца за медицинской помощью в период осуществления в отношении него уголовного преследования и по настоящее время, документального подтверждения не имеет и подтверждается ответами ГУЗ «Кыринская ЦРБ» от 10.01.2026, Верхне-Ульхунский ФАП от 12.02.2026.

В связи, с чем наступление каких-либо иных негативных последствий, кроме указанных в исковом заявлении, для истца ФИО1, не наступило.

Довод истца о том, что после возбуждения уголовного дела он вынужден был забить и продать большую часть личного подсобного хозяйства, состоящего из поголовья крупного рогатого скота, лошадей, овец, так как считал, что в случае назначения наказания ему виде реального лишения свободы, за хозяйством не кому будет ухаживать, суд находит не обоснованным.

Так, из выписки похозяйственной книги № 235 от 19.04.2025, следует, что в личном подсобном хозяйстве ФИО1 на 19.04.2023 находились КРС – 1 г., лошади – 53 г. Со слов ФИО1 поголовье крупного рогатого скота и овцы были реализованы из-за отсутствия возможности ухода. Ранее на 31 августа 2022 года, в личном подсобном хозяйстве находились: КРС – 32 г., овцы – 80 г., лошади – 53г.

Решение истца о продаже части личного подсобного хозяйства, принято на основании его личных предположений о возможном назначении наказания в виде лишения свободы.

На сегодняшний день ФИО1 имеет личное подсобное хозяйство: лошади – 70 г., КРС – 2 г., что подтверждается справкой от 12.02.2026 № 76, выданной администрацией сельского поселения «Верхне-Ульхунское».

Оценив в совокупности представленные по делу доказательства, с учетом принципа разумности и справедливости, учитывая степень нравственных страданий истца, обусловленных незаконным уголовным преследованием, принимая во внимание фактические обстоятельства дела, в том числе период такового, примененную меру пресечения, отсутствия иных доказательств степени нравственных страданий истца, принимая во внимание, что на сохранении семейных связей уголовное преследование не отразилось, учитывая также личность истца, который в настоящее время продолжает нарушать ограничения, установленные решением суда, учитывая период, по истечении которого истец заявил требования о компенсации морального вреда, руководствуясь положениями ст.151, 1100, 1101 ГК РФ, разъяснениями Постановления Пленума Верховного суда РФ № 33 от 15.11.2022, суд приходит к выводу об удовлетворении исковых требований частично и взыскании с ответчика компенсации морального вреда в размере 45 000 рублей.

Присужденная сумма компенсации морального вреда соответствует принципу разумности и справедливости, именно такая сумма компенсации будет соразмерной и адекватной обстоятельствам причинения морального вреда истцу, а также обеспечит баланс частных и публичных интересов, принимая во внимание, что выплата компенсации морального вреда одним категориям граждан не должна нарушать права других категорий граждан, учитывая, что бюджет Российской Федерации формируется в соответствии с законодательством, в том числе, за счет налогов, сборов и платежей, взимаемых с граждан и юридических лиц, которые распределяются и направляются как на возмещение вреда, причиненного органами государственными власти, так и на осуществление социальных и других значимых для общества программ.

При таких обстоятельствах, исковые требования истца подлежат частичному удовлетворению.

На основании изложенного и руководствуясь ст.194-198 ГПК РФ, суд

р е ш и л :

Исковые требования ФИО1 к Министерству финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства РФ Забайкальского края о взыскании компенсации морального вреда в порядке реабилитации за незаконное уголовное преследование удовлетворить частично.

Взыскать с Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации (ИНН:<***>) за счет казны Российской Федерации в пользу ФИО1, (дата) г.р. (паспорт № № выдан ТП УФМС по Забайкальскому краю в Нерчинском районе 29.01.2013г.) компенсацию морального вреда в размере 45 000 руб.

В остальной части требований отказать.

Решение может быть обжаловано в Забайкальский краевой суд путем подачи апелляционной жалобы через Кыринский районный суд в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Мотивированное решение изготовлено 06 апреля 2026 года

Судья А.Н.Терехина