Апелляционное определение № 22-30/2026 22-891/2025 от 14 января 2026 г.

Судья Крылло П.В. Дело № 22-30/2026 (22-891/2025)


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

ДД.ММ.ГГГГ 2026 года г. Севастополь

Судебная коллегия по уголовным делам Севастопольского городского суда в составе:

председательствующего судьи Кожевникова И.В.,

судей Никитина Г.В., Бердниковой О.А.,

при секретаре Секретарь,

с участием: прокурора Алтаевой Е.Б.,

осужденного ФИО1 № 1, адвоката Яковлева Д.Ю.,

осужденного ФИО1 № 2, адвоката Горовой Е.В.,

рассмотрела в судебном заседании с использованием системы видеоконференцсвязи уголовное дело по апелляционным жалобам осужденных и адвокатов на приговор <адрес> районного суда города Севастополя от ДД.ММ.ГГГГ, которым:

ФИО1 № 1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженец <адрес>, гражданин России, судимый:

- ДД.ММ.ГГГГ <адрес> районным судом г. Севастополя по п. «в» ч. 2 ст. 158, 70 УК РФ к 1 году 6 месяцам 10 дням лишения свободы;

- ДД.ММ.ГГГГ <адрес> районным судом г. Севастополя по ч. 1 ст. 162, ч. 1 ст. 134, ч. 3, 5 ст. 69 УК РФ с присоединением наказания по приговору от ДД.ММ.ГГГГ к 2 годам 8 месяцам лишения свободы, освобожден ДД.ММ.ГГГГ по отбытию срока;

- ДД.ММ.ГГГГ <адрес> районным судом г. Севастополя по п. «б,в» ч. 2 ст. 158 УК РФ к 1 году лишения свободы в колонии строгого режима;

- ДД.ММ.ГГГГ <адрес> районным судом г. Севастополя по п. «в» ч. 2 ст. 158, п. «б,в» ч. 2 ст. 158, ч. 2 ст. 69 УК РФ к 2 годам 4 месяцам лишения свободы. Постановлением <адрес> районного суда г. Симферополя РК от ДД.ММ.ГГГГ в соответствии с ч.5 ст. 69 УК РФ к наказанию по приговору от ДД.ММ.ГГГГ присоединено наказание по приговору от ДД.ММ.ГГГГ, окончательно назначено 2 года 5 месяцев лишения свободы, с отбыванием в колонии строгого режима. Освобожден ДД.ММ.ГГГГ в связи с заменой не отбытого наказания на исправительные работы сроком 1 год 3 месяца с удержанием 5% из заработной платы (не отбытое наказание составляет 1 год 1 месяц),

осужден по ч.2 ст.162 УК РФ к 6 годам лишения свободы с ограничением свободы 1 год 6 месяцев.

В соответствии со ст.ст. 70, 71 УК РФ по совокупности приговоров путем частичного присоединения к наказанию неотбытой части наказания по приговору от ДД.ММ.ГГГГ окончательно назначено наказание в виде 6 лет 4 месяцев лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии строгого режима, с ограничением свободы на 1 год 6 месяцев с возложением ограничений и обязанностей в соответствии со ст. 53 УК РФ;

ФИО1 № 2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженец <адрес>, гражданин Украины, ранее судимый:

- ДД.ММ.ГГГГ <адрес> районным судом г. Севастополя по п. «в» ч. 2 ст. 158, п. «а» ч. 3 ст. 158, ч. 3 ст. 69 УК РФ к 3 годам 4 месяцам лишения свободы, освобожден ДД.ММ.ГГГГ по отбытию наказания;

- ДД.ММ.ГГГГ <адрес> районным судом г. Севастополя по п. «а,б,в» ч. 2 ст. 158 УК РФ к 1 году 8 месяцам лишения свободы, освобожден ДД.ММ.ГГГГ по отбытию наказания;

- ДД.ММ.ГГГГ <адрес> районным судом г. Севастополя по п. «б,в» ч. 2 ст. 158 (4 эпизода), п. «в» ч. 2 ст. 158 (2 эпизода), п. «а,б» ч. 2 ст. 158 (2 эпизода), ч. 1 ст. 158, ч.2,5 ст. 69 УК РФ с присоединением наказания по приговору от ДД.ММ.ГГГГ, всего к 3 годам лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии строгого режима,

осужден по ч. 2 ст. 162 УК РФ к 5 годам лишения свободы; ч. 1 ст. 159 УК РФ к 1 году лишения свободы.

На основании ч.3 ст. 69 УК РФ путем частичного сложения назначенных наказаний назначено наказание в виде лишения свободы на 5 лет 6 месяцев. В соответствии с ч. 5 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений, путем частичного сложения назначенного наказания и наказания по приговору <адрес> районного суда г. Севастополя от ДД.ММ.ГГГГ назначено окончательное наказание в виде лишения свободы на срок 7 лет с отбыванием в исправительной колонии строгого режима.

Мера пресечения осужденным в виде содержания под стражей оставлена без изменения.

Срок отбытия основного наказания исчислен со дня вступления приговора в законную силу.

ФИО1 № 1 в срок отбытия наказания зачтено время нахождение под стражей с ДД.ММ.ГГГГ до дня вступления приговора в законную силу из расчета день за день.

ФИО1 № 2 в срок отбытия наказания зачтено время нахождение под стражей с ДД.ММ.ГГГГ до дня вступления приговора в законную силу из расчета день за день.

ФИО1 № 2 в срок отбывания окончательного наказания, назначенного по правилам ч. 5 ст. 69 УК РФ, зачтено время содержания под стражей по приговору <адрес> районного суда города Севастополя от ДД.ММ.ГГГГ с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ; с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, из расчёта день за день. Также в срок отбывания наказания, назначенного по правилам ч. 5 ст. 69 УК РФ, зачтено наказание, отбытое им по приговору <адрес> районного суда города Севастополя от ДД.ММ.ГГГГ с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ.

Судом разрешены вопросы о вещественных доказательствах и процессуальных издержках по делу.

Выслушав доклад судьи Кожевникова И.В., заслушав осужденных и их защитников, поддержавших доводы апелляционных жалоб, мнение прокурора об оставлении приговора без изменений, судебная коллегия

установила:

ФИО1 № 1 и ФИО1 № 2 признаны виновными в совершении разбоя, с применением насилия опасного для жизни и здоровья, группой лиц по предварительному сговору; ФИО1 № 2 также признан виновным в мошенничестве.

Преступления совершены в г. Севастополе при обстоятельствах, изложенных в приговоре суда.

В апелляционной жалобе адвокат Горовая считает приговор в отношении ФИО1 № 2 незаконным и не справедливым, просит его отменить и постановить по делу новый приговор.

Адвокат полагает, что судом при принятии итогового решения неверно оценены собранные и исследованные доказательства по делу, не приняты во внимание доводы стороны защиты. Действия ФИО1 № 2 в отношении потерпевшего Потерпевший №1 по ч. 2 ст. 162 УК РФ квалифицированы не верно, поскольку предварительного сговора на совершение разбоя не было, был только внезапно возникший умысел на хищение имущества потерпевшего. Данные обстоятельства подтверждаются показаниями ФИО1 № 2, данными на следствии и в суде, а также показаниями подсудимого ФИО1 № 1, который указывает о личных неприязненных отношениях к Потерпевший №1, что и стало мотивом применения насилия в отношении потерпевшего. Показания свидетеля Свидетель №1 на следствии противоречивы, в том числе противоречат показаниям свидетеля Свидетель №2, касаемо якобы сговора между ФИО1 № 2 и ФИО1 № 1, а данные ею показания в суде более правдивые и соответствующие действительности, суд необоснованно не принял во внимание. Показания свидетеля Свидетель №2 при дополнительном допросе о том, что разговор между ФИО1 № 2 и ФИО1 № 1 возможно был, является недопустимым доказательством, однако в удовлетворении ходатайства об исключении данного доказательства суд необоснованно отказал и учел его в качестве доказательства вины. В явке с повинной также не идет речь о сговоре между подсудимыми. Дополнительная экспертиза по делу не могла быть признана допустимым доказательством, поскольку эксперт допрашивался следователем в качестве специалиста по выводам первоначальной экспертизы №, а далее по тем же обстоятельствам дела эксперт провел дополнительную экспертизу №, соответственно, в которой он не мог отрицать и противоречить выводам, данным ранее при допросе. Показания свидетеля Свидетель № 3 о том, что ей звонила свидетель Свидетель №1 и предлагала за денежное вознаграждение изменить свои показания на правдивые, суд также необоснованно отклонил. Таким образом, вина ФИО1 № 2 в разбое не нашла своего подтверждения, что является основанием для отмены приговора. В суде первой инстанции защита просила изменить обвинение на ч. 1 ст. 161 УК РФ. Назначенное осужденному наказание является слишком суровым, не отвечающим принципам справедливости и гуманизма.

В апелляционной жалобе осужденный ФИО1 № 2, не оспаривая выводы суда о его виновности в совершении инкриминируемых преступлений, считает приговор незаконным и подлежащим изменению в связи с неправильным применением уголовного закона, а именно ч. 5 ст. 69 и ч. 1 ст. 70 УК РФ. Поэтому просит приговор изменить: зачесть в срок отбывания им окончательного наказания, назначенного по правилам ч. 5 ст. 69 УК РФ, время его содержания под стражей по приговору <адрес> районного суда от ДД.ММ.ГГГГ, по которому он был взят под стражу в зале суда по ДД.ММ.ГГГГ из расчета день за день; вычесть 1 год лишения свободы из приговора, зачтенный с отбытой части наказания по приговору Нахимовского районного суда от ДД.ММ.ГГГГ.

В возражениях на жалобу ФИО1 № 2 ФИО1 № 1 просит отказать в ее удовлетворении, т.к. доводы ФИО1 № 2 основаны на неправильном понимании тем материального и процессуального закона, его «глупом желании» льготно пересчитать срок наказания.

В суде, согласовав позицию с адвокатом, ФИО1 № 2 заявил, что вину не признает, просит его оправдать. Уточнив требование жалобы, аналогичное заявление сделала его защитник.

В апелляционной жалобе адвокат Яковлев считает приговор незаконным и необоснованным в связи с существенными нарушениями уголовного и уголовно-процессуального законов, повлиявшими на исход дела, просит приговор в отношении ФИО1 № 1 отменить и направить уголовное дело на новое рассмотрение в ином составе суда, либо изменить обвинение с ч. 2 ст. 162 УК РФ на менее тяжкое преступление, предусмотренное ч. 1 ст. 112 УК РФ, и назначить наказание, соразмерное фактическим обстоятельствам, с зачетом отбытого срока.

В обоснование жалобы ссылается на нормы уголовного закона и разъяснения, содержащиеся в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ «О судебном приговоре», дает собственную оценку доказательствам по делу, с учетом которых указывает, что объяснения и показания потерпевшего Потерпевший №1 непоследовательны, поскольку изначально они были в отношении одного лица, которое на него напало, а в последующем стали в отношении двух лиц, при этом потерпевшим делаются предположения, что нападение было совершено группой лиц по предварительному сговору. Однако с чего потерпевшим сделаны такие выводы, не понятно, соответственно, данная информация не несет ни какого доказательственного значения и не может учитываться судом при принятии решения. Вместе с тем, адвокат отмечает, что потерпевший достаточно подробно изложил обстоятельства нападения на него группой лиц по предварительному сговору, не указывая обстоятельства осведомленности, при этом использовал юридические термины. Данные обстоятельства и юридические термины, Потерпевший №1 мог узнать исключительно от сотрудников полиции. Показания Потерпевший №1, данные при проверке показаний на месте о том, что после нападения и временного помутнения он слышал какие-то разговоры, являются надуманными, поскольку противоречат материалам дела. Считает, что указанные сведения, а также исследованные в суде доказательства, в том числе показания потерпевшего о том, что ему удар наносил один человек, не могут формировать вывод, что ФИО1 № 1 и второе лицо действовали группой лиц по предварительному сговору. Полагает, что противоречия в показания потерпевшего судом первой инстанции устранены не были, поэтому просит дать им соответствующую оценку с точки зрения относимости, допустимости и достоверности.

Также адвокат дает анализ первоначальным и последующим показаниям свидетелей Свидетель №1 и Свидетель №2, которые, по его мнению, имеют существенные противоречия, в части якобы преступного сговора между ФИО1 № 1 и ФИО1 № 2. При этом, изначально ни о каком сговоре Свидетель №1 правоохранительным органам не сообщала. Вместе с тем, отмечает, что допрос несовершеннолетней Свидетель №1 в качестве доказательства по делу не мог быть признан допустимым, поскольку произведен с существенными нарушениями уголовно-процессуального закона, а именно без обязательной видеофиксации в связи с чем, отсутствует объективная картина происходящего в ходе допроса, в том числе разъяснения порядка и прав свидетелю и законному представителю до их волеизъявления не применять фото и видеофиксацию указанного следственного действия. Данному обстоятельству оценка судом не дана. Кроме того, указывает, что спустя 3 месяца свидетель Свидетель №1 выдвинула новую версию сговора между подсудимыми: после допроса водителя такси Свидетель №2, не имеющего интереса в исходе дела, который указал, что разговоров между пассажирами в ходе поездки вообще не было. Данные обстоятельства, по мнению адвоката, являются ни чем иным как «подгоном» следственной версии под фактические данные. Также считает необходимым учесть то, что Свидетель №1, проходя свидетелем по данному делу, являлась обвиняемой по делу о незаконном сбыте наркотиков, которое также расследовалось ОМВД по <адрес> району, и осуждена она была <адрес> районным судом. Данные обстоятельства дают основания полагать заинтересованность свидетеля Свидетель №1 в сотрудничестве со следствием по делу в отношении ФИО1 № 1 и ФИО1 № 2, чтобы улучшить свою позицию по своему уголовному делу.

Также просит обратить внимание на показания матери ФИО1 № 1 данные в суде о том, что Свидетель №1 звонила ей с целью получения денежного вознаграждения за изменение показаний в пользу ФИО1 № 1, однако она отказалась. Данные обстоятельства ФИО1 № 1 указывал в ходатайствах, которые приобщены к материалам дела, чтобы установить данный факт путем проведения следственных действий, однако в удовлетворении ходатайств было отказано.

В судебном заседании, уже не находясь под влиянием следственного органа, Свидетель №1 дала более правдивые показания, что она не слышала никакого сговора в такси. Кроме этого, пояснила, что ФИО1 № 1 пытался предотвратить хищение у потерпевшего имущества, сказал об этом ФИО1 № 2, а когда тот продолжил, ФИО1 № 1 совершил звонок в полицию и сообщил о преступлении, в результате чего ФИО1 № 2 убежал, а Свидетель №1 пыталась его догнать.

При наличии противоречий в показаниях свидетелей Свидетель №2 и Свидетель №1 необходимо было провести следственный эксперимент в автомобиле, однако этого сделано не было. Следствие ограничилось лишь указанием в протоколе допроса свидетеля Свидетель №1 на ее субъективное мнение, не основанное на объективных данных, что, возможно, водитель ничего не слышал.

Считает, что показания свидетеля Свидетель №2 оглашены незаконно, так как ФИО1 № 1 возражал против их оглашения, что согласно ст. 281 УПК РФ препятствует оглашению ранее данных показаний. Также отмечает, что на стадии предварительного следствия ФИО1 № 1 был лишен возможности защищаться против показаний свидетеля Свидетель №2, поскольку очная ставка между ними не проводилась.

Существенным противоречиям в показаниях свидетелей никакой оценки не дано, они не устранены и в целом, данные показания полежат исключению и не могут учитываться при вынесении любого судебного решения.

ФИО1 № 1 и ФИО1 № 2 написали явки с повинной, в которых изложили обстоятельства совершения ими преступлений в отношении потерпевшего Потерпевший №1, при этом они не сообщают в своих явках с повинной о том, что между ними был какой-либо сговор.

Сторона обвинения исходила от наступивших последствий в виде причинения средней тяжести вреда здоровью потерпевшему и того факта, что около потерпевшего было двое лиц, один из которого похитил имущество потерпевшего, квалифицируя эти действия по ч. 2 ст. 162 УК РФ, однако это является неверным, противоречащим положениям действующего УПК РФ, разъяснениям постановления Пленума Верховного Суда РФ «О судебной практике по делам о краже, грабеже и разбое».

Умысел, корыстный мотив и цель хищения чужого имущества не доказаны, что подтверждается отсутствием описания данных признаков в обвинительном заключении и постановлении о привлечении в качестве обвиняемого.

Прямым доказательством по данному уголовному делу являются показания потерпевшего, данные в суде, а также показания незаинтересованного в исходе дела свидетеля - водителя такси.

Однако, суд первой инстанции, в нарушение закона, позиции Высшего суда РФ, фактически, вынес приговор на основании протоколом допросов свидетелей и потерпевшего данных на предварительном следствии, без анализа с показаниями данными в суде, при этом не аргументируя свою позицию.

Отмечает, что законом не предусмотрен квалифицирующий признак совершения кражи, грабежа или разбоя группой лиц без предварительного сговора, содеянное в таких случаях следует квалифицировать по ч. 1 ст. 158, ч. 1 ст. 161 либо ч. 1 ст. 162 УК РФ.

В приговоре, как и в обвинении в нарушение требований уголовно-процессуального закона отсутствует время, место, обстоятельство вступления ФИО1 № 1 и второго лица в предварительный сговор на совершение разбойного нападения, а также распределение ролей в ходе совершения разбойного нападения.

Суд первой инстанции в обоснование наличия предварительного сговора указал, что подсудимые предварительно договорились совершить преступление, согласовав между собой действовать по обстановке, однако в материалах дела нет достоверных данных о предшествующей договоренности, а иные фактические признаки «соисполнительства» не доказаны. Таким образом, исходя из вышеизложенного, предварительный сговор между ФИО1 № 1 и ФИО1 № 2 не доказан, поэтому подлежит исключению из объема предъявленного обвинения.

Кроме этого, сторона защиты полагает, что суд не дал надлежащую оценку сведениям положительно характеризующим ФИО1 № 1. Считает, что суд формально учел все обстоятельства дела, не дав им требуемого законом значения при определении квалификации и наказания.

Исходя из совокупности исследованных в суде доказательств, объема обвинения, в том числе явки с повинной ФИО1 № 1, его показаний, считает, что в действиях ФИО1 № 1 имеется самостоятельный состав преступления, в независимости от действий ФИО1 № 2, предусмотренный ч. 1 ст. 112 УК РФ.

В суде адвокат и осужденный, согласовав позицию, просили оправдать ФИО1 № 1 в инкриминируемом ему деянии.

В основной и дополнительных апелляционных жалобах осужденный ФИО1 № 1 считает приговор незаконным и необоснованным, вынесенным с существенными нарушениями уголовного и уголовно-процессуального законов, просит его отменить, оправдать его в связи с отсутствием в его действиях состава преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 162 УК РФ, признать за ним право на реабилитацию.

В жалобах ссылается на нормы УК РФ и УПК РФ, а также разъяснения Пленумов Верховного Суда РФ, приводит фактически аналогичные доводы с доводами, изложенными адвокатом Яковлевым. Кроме того, считает, что суд стал на сторону обвинения, построил свои выводы на предположениях и искаженных фактах, в том числе относительно умысла, формы и вида вины, мотивов и целей, что привело к неправильной правовой оценке содеянного. Отмечает, что его действия и действия ФИО1 № 2 никаким образом не были связаны. Конфликт у него с потерпевшим Потерпевший №1 начал зарождаться на почве ревности задолго до самого преступления и это подтверждается показаниями потерпевшего и свидетеля Свидетель №1. Относительно самих событий, отмечает, что по приезду на <адрес>, после того как он нанес потерпевшему удар, тот упал и лежал на асфальте. ФИО1 № 2 вышел из такси через 4-5 минут. При этом он лично ничего не похищал в течение этого времени, хотя имел такую возможность. Также указывал ФИО1 № 2 на необходимость вернуть взятое имущество и даже начал звонить в полицию, после чего ФИО1 № 2 и Свидетель №1 с места преступления скрылись с похищенным, а он там остался. Данные обстоятельства подтверждаются материалами дела и свидетельствуют об отсутствии у него корыстного умыла и, соответственно, разбоя по предварительному сговору.

Ходатайства стороны защиты, которые подтвердили бы его показания, судом были необоснованно отклонены. Вместе с тем, было предоставлено достаточно доказательств об отсутствии у него корыстной цели и умысла на хищение чужого имущества.

Предъявленное обвинение в совершении тяжкого умышленного преступления изначально было несостоятельным и на стадии судебного следствия данное обвинение естественным образом было полностью опровергнуто, поскольку фактические данные, источником которых являются обвиняемые, свидетели и потерпевший, были проверены и в совокупности подтвердили его версию события и давало основания сделать правильный вывод, что имело место неумышленное причинение ФИО1 № 1 средней тяжести вреда здоровью потерпевшему, а ФИО1 № 2 совершение грабежа. Каких-либо доказательств того, что между ним и ФИО1 № 2 имелся сговор на совершение преступления, ни следствием, ни судом установлено не было. Кроме того, было достоверно установлено в ходе допроса ФИО1 № 2, что все похищенное имущество осталось у него и никаких денежных средств он ФИО1 № 1 не передавал. Относительно показаний потерпевшего Потерпевший №1, которые являются противоречивыми, в том числе в части причинения ему телесных повреждений, совокупность показаний свидетелей и обвиняемых указывают на то, что они являются ложью, с помощью которой потерпевший пытается сокрыть свою связь с несовершеннолетними Свидетель №1 и ее подругой. Материалами дела подтверждается, что челюсть потерпевший сломал при падении, то есть его противоправные действия нельзя признать умышленными, а уголовный кодекс не предусматривает наказание за неумышленное нанесение средней тяжести вреда здоровья. Данные обстоятельства указывают на незаконное привлечение его к уголовной ответственности, поскольку инкриминируемое преступление он не совершал.

Не приняты во внимание судом и показания свидетеля Свидетель № 3, которая сообщила, что ей звонила Свидетель №1 с предложением за денежное вознаграждение поменять свои ложные показания на правдивые. Это было новое обстоятельство по делу, поэтому Свидетель №1 по ним вопросы не задавались, так как она допрашивалась до указанного свидетеля, а в дополнительном ее допросе стороне защиты было отказано.

Также отмечает, что протокол судебного заседания не соответствует его аудиозаписи, согласно которой свидетелями и потерпевшим в суде давались ответы на вопросы, указывающие на его невиновность в инкриминируемом преступлении.

Кроме того, отмечает, что следователь, не желая терять тяжесть обвинения, не уведомил о продлении предварительного следствия по делу, чем нарушил его право на защиту.

Версия произошедшего, выдвинутая стороной обвинения, при установленных в суде обстоятельствах и содержащихся в материалах дела доказательствах, даже не подаётся логике, поскольку построена исключительно на предположениях, что является недопустимым.

Таким образом, осужденный приходит к выводу, что рассмотрение дела было формальным, суд принял сторону обвинения и нарушил право обвиняемых на защиту, а именно вопреки требованиям уголовно-процессуального закона безосновательно отказал защите в ходатайствах, которые бы подтвердили его невиновность в разбое, при этом удовлетворил ходатайства прокурора об оглашении показаний свидетелей, данных ими на предварительном следствии, и при квалификации содеянного не принял во внимание показания свидетеля Свидетель №1, данные в ходе судебного заседания о том, что никакого сговора на совершение преступления между ФИО1 № 1 и ФИО1 № 2 она не слышала, а показания несовершеннолетней Свидетель №1 на следствии, данные без законного представителя, то есть с существенными нарушениями закона, являются не допустимым доказательством.

Выводы суда о том, что его показания надуманные и не соответствуют действительности, основаны на предположениях, что недопустимо. Все сомнения в виновности обвиняемого, которые в данном деле судом устранены не были, толкуются в его пользу, однако судом данные требования закона соблюдены не были.

Вину в предъявленном обвинении он не признает полностью, вопреки указанному в приговоре о частичном признании вины.

Также ФИО1 № 1 указывает на неправильное применение судом уголовного закона- ст.ст. 70, 71 УК РФ и назначении ему наказания в виде 6 лет 4 месяцев лишения свободы при частичном сложении. Так, постановлением суда от ДД.ММ.ГГГГ ему заменено не отбытое наказание в виде лишения свободы на 1 год 3 месяца исправительных работ, с удержанием из заработной платы 5% в доход государства. С ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ он был официально трудоустроен и с его заработной платы удерживалось 5%, то есть наказание в виде исправительных работ в размере 2 месяцев 20 дней он отбыл. Таким образом, при указанных обстоятельствах, даже при полном сложении назначенного по данному делу наказания и не отбытого наказания в виде исправительных работ – из расчета 3 дня исправительных работ за 1 день лишения свободы, ему не могло быть назначено более 6 лет 3 месяцев 20 дней лишения свободы. Усматривается очевидное пристрастие суда, имеющее карательный уклон, выразившееся в нарушении применения уголовного закона и многочисленных нарушениях уголовно-процессуального закона, что в следствии привело к незаконному привлечению его к уголовной ответственности и осуждению за преступление, которое он не совершал.

Кроме того ФИО1 № 1 считает, что предпочтение суда стороны обвинения началось еще с досудебной стадии, поскольку судья Крылло безосновательно отказывал в удовлетворении жалоб и ограничивал в ознакомлении с материалами уголовного дела. Поведение судьи уже тогда говорило о том, что уголовное дело на рассмотрение попадет ему и итоговое решение по нему уже было фактически принято. Пристрастие суда можно увидеть, прослушав аудиозапись процесса и сравнив его с протоколом судебного заседания, который искажен и не полный. Считает, что при указанных обстоятельствах судья должен был заявить самоотвод.

Приговор не соответствует требованиям ст. 297 УПК РФ, подлежит отмене, поскольку изложенные в нем выводы не соответствуют фактическим обстоятельствам дела, так как они не подтверждаются доказательствами, установленными в судебном заседании, при этом обстоятельства, которые могли существенно повлиять на выводы суда, не учтены, а также не указано в приговоре, по каким основаниям, при наличии противоречивых доказательств, суд принял одни из этих доказательств и отверг другие.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционных жалоб и выслушав стороны, судебная коллегия находит приговор суда законным и обоснованным.

Выводы суда о виновности осужденного ФИО1 № 2 в совершении мошенничества в отношении Потерпевший №2, а также ФИО1 № 1 и ФИО1 № 2 в совершении разбойного нападения на Потерпевший №1 подтверждены материалами дела и основаны на совокупности доказательств, исследованных в судебном заседании, анализ которых приведен в приговоре.

О совершении ФИО1 № 2 мошенничества свидетельствуют исследованные судом доказательства:

- показания ФИО1 № 2, который вину признал и показал, что путём обмана похитил телефон у знакомой Потерпевший №2, который сдал в ломбард;

- показания потерпевшей Потерпевший №2 о том, что ФИО1 № 2 попросил у нее телефон, чтобы позвонить. Обманул ее, ушел, не вернув телефон стоимостью <***> рублей (т.1 л.д. 175-177, 194-198);

аналогичные показания потерпевшей Потерпевший №2 при проведении очной ставки с обвиняемым ФИО1 № 2 (т. 2 л.д. 223-228);

-протокол принятия устного заявления Потерпевший №2 о хищении у нее телефона стоимостью <***> рублей (т. 1 л.д. 56);

- протоколы осмотра договора комиссии, подтверждающего, что ФИО1 № 1 сдал в магазин за 5 000 рублей мобильный телефон «похищенный ФИО1 № 2 у Потерпевший №2». Возвращение телефона комитенту договором не предусмотрено (т. 1 л.д. 204-206, 207-209, 211);

- справкой о стоимости телефона <***> рублей (т. 1 л.д. 213);

- протокол явки с повинной ФИО1 № 2 о хищении им телефона у Потерпевший №2 (т. 2 л.д. 181);

- протокол проверки показаний на месте ФИО1 № 2, в ходе которого тот рассказал о совершенном обмане и реализации телефона через ФИО1 № 1 в комиссионный магазин (т. 2 л.д. 216-222).

Вина осужденных в разбое подтверждается исследованными доказательствами:

- показаниями потерпевшего Потерпевший №1 в суде и в ходе предварительного следствия (т. 1 л.д.76-81) установлено, что вечером ДД.ММ.ГГГГ он с Свидетель №1 договорились встретиться около его дома. Он не знал, что его таким образом хотят выманить из дома. Свидетель №1 сообщила, что подъехала. Он вышел ее встречать, хотел оплатить такси. С собой взял телефон, 2 000 рублей, банковские карты и ключи от дома. Свидетель №1 не увидел. Неподалеку от калитки стоял припаркованный автомобиль с выключенными фарами. Б-вым зрением увидел стремительно приближающегося к нему молодого парня, который, что-то крикнул и нанес ему удар в область челюсти, после которого он упал на асфальт. На какое-то время потерял сознание. До нанесения удара заметил за автомобилем еще одного человека. Примерно через 5-10 минут очнулся, обнаружил, что у него похищено имущество: мобильный телефон стоимостью <***> рублей, деньги 2 000 рублей, картхолдер с банковскими картами, ключи от квартиры. Всего ему причинен материальный ущерб на сумму 52 000 рублей.

Свои показания потерпевший Потерпевший №1 подтвердил при проведении очной ставки с ФИО1 № 1 (т. 2 л.д. 54-58) и проведении проверки показаний на месте (т.1 л.д. 109-115);

- показаниями свидетеля Свидетель №1 в суде и на предварительном следствии (т. 1 л.д. 143-148, 149-154) о том, что ДД.ММ.ГГГГ она гуляла с ФИО1 № 1, употребляли алкоголь, ей позвонил Потерпевший №1. Из-за звонка ФИО1 № 1 очень вспылил и тихим голосом, чтобы не услышал Потерпевший №1, сказал ей соглашаться на предложение о встрече. ФИО1 № 1 знал, что Потерпевший №1 имеет хорошее материальное положение. ФИО1 № 1 заказал такси и позвонил ФИО1 № 2, которому сказал, что «есть одно дело». На такси они заехали за ФИО1 № 2. ФИО1 № 1 попросил ее пересесть вперед. В момент следования к месту жительства Потерпевший №1 она несколько раз поворачивалась назад, т.к. не могла понять, зачем они едут туда втроем. Когда она повернулась в очередной раз, отчетливо увидела, как ФИО1 № 1 ударил левой рукой в плечевую часть правой руки ФИО1 № 2 и, наклонившись ближе к нему, сказал: «мы едем за деньгами, только сначала выхожу я, из нецензурного смысла фразы следует, что (применяю насилие), а далее сразу за мной ты». Приехали. ФИО1 № 1 сказал ей выходить и идти к Потерпевший №1, который уже вышел ей на встречу, однако она не успела дойти до Потерпевший №1. В этот момент выбежал из такси ФИО1 № 1, и нанес удар Потерпевший №1 в область челюсти, тот потерял сознание и встать уже не мог. После удара ФИО1 № 2 выбежал из такси и молча начал осматривать лежащего на асфальте Потерпевший №1 и подбирать все, что осталось на земле. Помнит, что он точно взял телефон, наличные денежные средства, какие-то карты, также она обнаружила, что на асфальте лежали ключи, которые ФИО1 № 2 также подобрал. ФИО1 № 1 был не против действий ФИО1 № 2, так как действовали они согласованно. ФИО1 № 2, взяв имущество, начал быстрым шагом отходить, она побежала за ним, так как не знала, как ей добраться домой, денег у нее не было, она собиралась доехать до дома также на такси вместе с ними. Куда после этого пошел ФИО1 № 1, она не видела, однако потом он подобрал ее с ФИО1 № 2 на том же такси.

Свои показания Свидетель №1 подтвердила при проведении очных ставок с ФИО1 № 1 (т. 2 л.д. 62-69) и ФИО1 № 2 (т. 2 л.д. 169-176);

- показаниями свидетеля Свидетель №2 (т. 1 л.д. 161-165, 169-172) о том, что он работает в такси. Приехал на заказ. К нему в автомобиль на заднее сиденье сели ФИО1 № 1 и Свидетель №1. На останове общественного транспорта «<адрес>» к ним подсел ФИО1 № 2. При этом Свидетель №1 пересела на переднее пассажирское сиденье. Во время поездки Свидетель №1 несколько раз оборачивалась назад к парням, о чем те говорили, он не слышал. Приехали на <адрес> автомобиля вышла Свидетель №1 и ФИО1 № 1, которые направились к дому №. Вскоре он услышал крики. ФИО1 № 2 выбежал из автомобиля и направился к свои знакомым. Он понял, что произошла драка. Примерно через минут 5-7 вернулся ФИО1 № 1, рассказал, что ударил пожилого человека, так как тот педофил. По дороге забрали Свидетель №1 и ФИО1 № 2, приехал на <адрес>, где высадил пассажиров.

Аналогичные показания Свидетель №2 дал при проведении очной ставки с ФИО1 № 2 (т. 2 л.д. 153-157);

- протоколом принятия устного заявления Потерпевший №1 о нападении на него с применением насилия опасного для жизни и здоровья и похищении имущество на 52 000 рублей (т. 1 л.д. 44);

- при предъявлении для опознания, потерпевший Потерпевший №1 опознал ФИО1 № 1, который совершил на него нападение (т. 2 л.д. 48-51);

- протоколом следственного эксперимента, в ходе которого Потерпевший №1 воспроизвел произошедшее на него нападение, указал свое расположение и месторасположение ФИО1 № 1 в момент применения к нему насилия последним (т. 4 л.д. 42-47);

- протоколом осмотра места происшествия у ФИО1 № 2 изъят мобильный телефон Потерпевший №1. При изъятии ФИО1 № 2 пояснил, что мобильный телефон он похитил у Потерпевший №1, когда тот находился без сознания после нанесенных ударов ФИО1 № 1 (т. 1 л.д. 58-62);

- заключением эксперта у Потерпевший №1 установлено наличие телесных повреждений, относящихся к повреждениям, причинившим средней тяжести вред здоровью (т. 1 л.д. 122-123);

- заключением эксперта №, согласно которому перелом ветви нижней челюсти (мыщелкового отростка справа со смещением), не мог быть причинен при падении с высоты собственного роста на асфальт. Кровоподтек параорбитальной области справа (кровоподтек век), а также кровоподтек на левой щеке, могли быть получены при падениях с высоты собственного роста и ударах о выступающие предметы (т. 4 л.д. 31-33);

- справкой о стоимости похищенного телефона (т. 4 л.д. 60);

- протоколами явки с повинной, в которых осужденный ФИО1 № 2 признает кражу имущества у находящегося без сознания Потерпевший №1, а ФИО1 № 1 нанесение телесных повреждений. В явке ФИО1 № 2 также указал, что часть похищенных денежных средств он передал ФИО1 № 1 (т. 1 л.д. 217-218, 223-224);

а также другими, приведенными в приговоре доказательствами.

Показания потерпевших и свидетелей, судом обоснованно признаны достоверными, поскольку они согласуются друг с другом, письменными доказательствами, исследованными в ходе судебного разбирательства и приведенными в приговоре, поэтому доводы осужденных и адвокатов о недоказанности разбойного нападения являются несостоятельными.

Приведенные судом доказательства полно и объективно исследованы в ходе судебного разбирательства, их анализ, оценка подробно изложены в приговоре. Поэтому доводы жалоб о том, что приговор является незаконным и необоснованным, так как выводы суда, изложенные в приговоре, не соответствуют фактическим обстоятельствам дела, установленным судом, судебная коллегия находит необоснованными.

Вопреки доводам жалоб, суд первой инстанции дал в приговоре оценку версии защиты, показаниям потерпевшего Потерпевший №1, свидетелей Свидетель №1 и Свидетель №2, уличающим осужденных, и пришел к обоснованному выводу, что их показания являются последовательными, не противоречивыми, согласуются с материалами дела и дополняют друг друга. Оснований для оговора осужденных со стороны потерпевшего и свидетелей, а также их заинтересованности в исходе дела, судом первой инстанции, как и судебной коллегией, не установлено.

Вопреки утверждению об этом адвоката уголовно-процессуальный закон не требует обязательной видеофиксации допроса несовершеннолетнего свидетеля в возрасте 17 лет. Допрос Свидетель №1 был проведен в присутствии законного представителя, тем самым требования ст.ст. 189-191 УПК РФ были соблюдены. Оснований для признания протоколов ее допросов (т.1 л.д.143-148, 149-154) недопустимым доказательством, нет.

С учетом нахождения свидетеля Свидетель №2 в зоне СВО, суд обоснованно, в соответствии с УПК РФ, невзирая на мнение ФИО1 № 1, огласил его показания в ходе предварительного расследования.

Доводы осужденного ФИО1 № 1 о том, что он ни с кем в преступный сговор не вступал, были предметом рассмотрения суда первой инстанции и опровергнуты совокупностью, приведенных в приговоре доказательств, в том числе показаниям Свидетель №1, оснований не доверять которым у судебной коллегии не имеется.

Каких либо нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих признание приведенных судом и судебной коллегией доказательств недопустимыми, в том числе заключения дополнительной экспертизы по делу, не допущено. Оснований сомневаться в правильности определения степени тяжести вреда здоровью потерпевшего Потерпевший №1 не имеется, т.к. средняя тяжесть вреда здоровью по длительности расстройства здоровью также определена и Порядком определения степени тяжести вреда здоровью человека от ДД.ММ.ГГГГ как временное расстройство здоровья продолжительностью свыше 3 недель от момента причинения травмы (более 21 дня).

Замечания на протокол судебного заседания ФИО1 № 1 судом рассмотрены и обоснованно отклонены. Удовлетворение их судом привело бы к искажению хода судебного разбирательства в выгодном для осужденного свете.

Действия ФИО1 № 2 по ч. 1 ст. 159 УК РФ также квалифицированы судом правильно.

Выводы суда о доказанности вины ФИО1 № 2 в совершении указанного преступления, квалификации являются убедительными, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, установленным судом.

Квалификация действий осужденных ФИО1 № 1 и ФИО1 № 2 по ч. 2 ст. 162 УК РФ в совершении ими разбоя с применением насилия опасного для жизни и здоровья, группой лиц по предварительному сговору, судом дана правильно, с приведением оснований такой квалификации, с которыми судебная коллегия соглашается.

Судом первой инстанции вопреки утверждению об этом адвоката в приговоре установлено, когда и где осужденные вступили между собой в предварительный сговор на совершение разбойного нападения на Потерпевший №1. Об этом свидетельствуют действия осужденных, объединенные единым умыслом, направленным на достижение единого преступного результате- завладение имуществом потерпевшего Потерпевший №1. При этом их действия были взаимосвязаны и согласованны, каждый из осужденных выполнял отведенную ему роль в совместном преступлении. При этом согласно уголовному закону не имеет значения, что насилия к потерпевшему применял только один из соучастников, поскольку второй воспользовался этим результатом и совершил хищение.

Все доказательства вопреки утверждениям, изложенным в жалобах осужденного ФИО1 № 1 и адвоката, рассмотрены в суде на основе состязательности сторон и оценены в приговоре с соблюдением правил ст. 88 УПК РФ.

Данных, которые давали бы основания подвергать сомнению достоверность показаний потерпевшего и свидетелей, при проверке дела не установлено.

Изложенные в приговоре доказательства и версии в защиту подсудимых надлежаще проанализированы, в приговоре указано, почему одни доказательства признаны достоверными, а другие - отвергнуты.

Версия защиты о неверной квалификации действий подсудимых, как разбоя была предметом исследования суда первой инстанции и обоснованно отвергнута с приведением соответствующих мотивов. Судебная коллегия с этими выводами суда соглашается, т.к. они основаны на исследованных доказательствах и являют собой попытку осужденных выстроить линию защиты от предъявленного обвинения в совершении тяжкого преступления.

В ходе судебного разбирательства стороны не были ограничены в праве представления доказательств и заявлении ходатайств. По заявленным ходатайствам судом приняты мотивированные и обоснованные решения. Все представленные сторонами доказательства, признанные судом допустимыми были исследованы в судебном заседании в полном объеме и в судебном решении им дана надлежащая оценка.

Нарушений требований уголовно-процессуального закона, выразившихся в лишении или ограничении гарантированных УПК РФ прав участников уголовного судопроизводства, либо несоблюдении процедуры судопроизводства судом не допущено. Протокол судебного заседания составлен в соответствии с требованиями ст. 259 УПК РФ.

Обвинительный приговор постановлен с соблюдением требований ст. 302 УПК РФ. На основании положений, предусмотренных ст. ст. 307 и 308 УПК РФ, в приговоре указаны обстоятельства, установленные судом, дан анализ доказательствам, обосновывающим вывод о виновности осужденных, мотивированы выводы суда относительно квалификации преступления, вида и размера наказания, режима исправительной колонии.

Доводы жалобы ФИО1 № 1 о рассмотрении дела судом, не обеспечивающем беспристрастность и объективность, обоснованными не являются, поскольку тот факт, что судья отказал в удовлетворении жалобы ФИО1 № 1 в порядке ст. 125 УК РФ, а также выносил решения об ограничении ему времени с ознакомлением с материалами дела, сами по себе не свидетельствуют о предвзятости судьи и не являются основанием для его отвода или самоотвода.

Все доводы апелляционных жалоб осужденных и адвокатов о несоответствии выводов суда фактическим обстоятельствам дела, неправильном применением уголовного закона, нарушении уголовно-процессуального закона содержат лишь субъективные суждения осужденных и защитников относительно убедительности доказательств, которые приведены в обоснование обвинения и направлены на переоценку доказательств, исследованных в судебном заседании.

Вывод суда первой инстанции о вменяемости ФИО1 № 1 и ФИО1 № 2, с учетом обстоятельств дела и заключений эксперта о психическом состоянии здоровья, у суда апелляционной инстанции сомнений не вызывает.

Наказание осужденным назначено в соответствии с требованиями ст. ст. 6, 43, 60 УК РФ, которое в полной мере учитывает установленные судом фактические обстоятельства дела, характер и степень общественной опасности содеянного, данные о личности виновных, наличие обстоятельств смягчающих и отягчающих наказание, влияние назначенного наказания на исправление осужденных, условия жизни их семей.

Сведений об обстоятельствах, которые в силу ст. 61 УК РФ безусловно подлежали признанию в качестве смягчающих наказание осужденным, но не были признаны таковыми судом первой инстанции или ставили под сомнение справедливость назначенного наказания, материалы уголовного дела не содержат и суду апелляционной инстанции не представлено.

Обстоятельством, отягчающим наказание ФИО1 № 2 и ФИО1 № 1, признан рецидив преступлений, который по своему виду является опасным в связи с чем, им правомерно назначено наказание с учетом требований, предусмотренных ч. 2 ст. 68 УК РФ.

Оснований для назначения осужденным условного наказания с применением положений ст. 73 УК РФ (в силу закона), а также для изменения категории преступлений на менее тяжкую, в соответствии с ч. 6 ст. 15 УК РФ, не имеется.

Вывод суда о назначении осужденным основного наказания в виде лишения свободы, ФИО1 № 1 дополнительного наказания в виде ограничения свободы надлежаще мотивирован.

Исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступлений, поведением осужденных во время или после их совершения, других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности совершенных преступлений в действиях ФИО1 № 2 и ФИО1 № 1 по делу не установлено в связи с чем, решение суда о назначении каждому осужденному наказания без применения положений ст. 64 и ч. 3 ст. 68 УК РФ, является правильным.

Правила назначения наказания, предусмотренные ст.ст. 69, 70 и 71 УК РФ, судом первой инстанции соблюдены.

Срок окончательного наказания, назначенного осужденному ФИО1 № 2 по правилам ч. 5 ст. 69 УК РФ, судом исчислен верно.

Вид исправительного учреждения, где осужденным надлежит отбывать наказание, определен судом верно, в соответствии со ст. 58 УК РФ. Также судом первой инстанции верно произведен зачет срока содержания осужденных под стражей в срок лишения свободы, в соответствии с положениями ст. 72 УК РФ.

Оснований полагать, что назначенное осужденным наказание является чрезмерно суровым, а вследствие этого несправедливым, суд апелляционной инстанции не находит. Назначенное осужденным наказание отвечает критериям законности и справедливости, поэтому суд апелляционной инстанции не находит оснований для его смягчения.

Таким образом, при рассмотрении дела судом первой инстанции нарушений норм уголовного и уголовно-процессуального законов, влекущих отмену либо изменение приговора, в том числе и по доводам апелляционных жалоб и дополнительно сообщенным в судебном заседании, судебной коллегией не установлено.

Каких-либо нарушений уголовно-процессуального закона, которые могли бы поставить под сомнение законность и обоснованность приговора, не допущено, оснований для его отмены или внесения изменений суд апелляционной инстанции не усматривает.

Руководствуясь статьями 389.13, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, судебная коллегия

определила:

приговор <адрес> районного суда города Севастополя от ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО1 № 1 и ФИО1 № 2 оставить без изменения, апелляционные жалобы осужденных и адвокатов - без удовлетворения.

Определение может быть обжаловано в порядке главы 47.1 УПК РФ в судебную коллегию по уголовным делам Четвёртого кассационного суда общей юрисдикции в течение шести месяцев со дня его вынесения, через суд первой инстанции, а осуждённым, содержащимся под стражей, - в тот же срок со дня вручения ему копии такого судебного решения.

В случае подачи кассационной жалобы, осуждённые вправе ходатайствовать о своём участии в заседании суда кассационной инстанции, о чём должны указать в жалобе, либо в отдельном ходатайстве или возражениях на кассационное представление.

Председательствующий:

Судьи: