Приговор № 22-259/2026 от 11 февраля 2026 г.

судья Федеев М.Е. № 22-259/2026

А П Е Л Л Я Ц И О Н Н Ы Й
П Р И Г О В О Р

Именем Российской Федерации

г. Ханты-Мансийск 12 февраля 2026 года

Судебная коллегия по уголовным делам суда Ханты-Мансийского автономного округа-Югры в составе: председательствующего судьи Блашковой Л.Л., судей: Поспелова И.И., Семагина К.Ю.,

при секретаре Андрейцевой Л.А.,

с участием прокурора Воронцова Е.В.,

осужденного ССВ

защитника - адвоката Бычкова А.А.,

представителя потерпевшей ЧНА,

рассмотрев в открытом судебном заседании материалы уголовного дела по апелляционному представлению гособвинителя прокурора ЛЕА и апелляционной жалобе адвоката ЧНА от имени и в интересах потерпевшей МЛМ на приговор Сургутского районного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от (дата), в отношении

ССВ, <данные изъяты>

который осужден по ч. 4 ст. 111 УК РФ к 7 годам лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.

Срок наказания ССВ исчислен со дня вступления приговора в законную силу.

Мера пресечения ССВ в виде домашнего ареста изменена на заключение под стражей, и он взят под стражу в зале суда

В соответствии с п. «а» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ время содержания ССВ под стражей с (дата) по (дата), а также с (дата) и до вступления приговора в законную силу зачтено в срок лишения свободы из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.

В соответствии с ч. 3.4 ст. 72 УК РФ время содержания ССВ под домашним арестом с (дата) по (дата) зачтено в срок лишения свободы из расчета два дня нахождения под домашним арестом за один день лишения свободы.

Исковые требования потерпевшей МЛМ о взыскании с ССВ компенсации морального вреда, причиненного преступлением, удовлетворены частично и постановлено взыскать с ССВ в пользу МЛМ моральный вред, причиненный преступлением, в размере 1 000 000 (один миллион) рублей.

Разрешен вопрос о судьбе вещественных доказательств.

Заслушав доклад судьи Блашковой Л.Л. о содержании приговора, доводы апелляционной жалобы, апелляционного представления прокурора, выступления осужденного ССВ, адвоката Бычкова А.А., возражавших против апелляционной жалобы и представления, прокурора Воронцова Е.В., поддержавшего доводы апелляционной жалобы представителя потерпевшей и апелляционного представления, судебная коллегия

У С Т А Н О В И Л А:

ССВ признан виновным и осужден за умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, с применением предмета, используемого в качестве оружия, повлекшее по неосторожности смерть потерпевшего.

Обвинялся органом предварительного расследования по ч. 1 ст. 105 УК РФ.

Преступление совершено (дата) на территории КУСТа (адрес) при обстоятельствах изложенных в приговоре.

В судебном заседании подсудимый ССВ вину в совершении преступления признал частично, указывая на то, что защищаясь, нанес удар ножом, отрицал наличие у него умысла на убийство (ФИО)31

В апелляционном представлении гособвинитель прокурор ЛЕА просит приговор отменить, материалы уголовного дела направить на новое судебное рассмотрение, указывая на то, что суд дал действиям ССВ не верную юридическую квалификацию и назначил чрезмерно мягкое наказание, из исследованных судом доказательств следует, что ССВ при нанесении удара ножом потерпевшему в место расположения жизненно важных органов со значительной силой, с поражением сердца и правого легкого, действовал с прямым умыслом на причинение смерти (ФИО)31, от полученного повреждения потерпевший скончался на месте, поэтому его действия надлежит квалифицировать как убийство; к показаниям ССВ о том, что он взял нож, опасаясь угроз со стороны потерпевшего, а также к показаниям свидетелей БСГ и ФФР, данных в ходе судебного разбирательства о том, что потерпевший высказывал словесные угрозы в адрес ССВ о намерении лишить его жизни, суду надлежало отнестись критически, поскольку их показания, данные на предварительном следствии являются более достоверными; при назначении наказания суду надлежало учесть наличие в действиях ССВ отягчающего обстоятельства, предусмотренного ч. 1.1 ст. 63 УК РФ совершение преступления в состоянии алкогольного опьянения, поскольку именно это состояние повлияло на утрату им контроля за своим поведением и привело к совершению преступления в отношении безоружного (ФИО)31.

В апелляционной жалобе адвокат ЧНА от имени потерпевшей МЛМ и её несовершеннолетних детей: ААА, АМА и АИА., просит приговор отменить и вынести новый приговор, признать ССВ виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 105 УК РФ и назначить соответствующее наказание а также взыскать с него в пользу МЛМ и её детей по 2 миллиона рублей каждому в счет компенсации морального вреда, указывая на то, что выводы суда, изложенные в приговоре не соответствуют фактическим обстоятельствам дела, действиям ССВ дана не верная юридическая квалификация и назначено чрезмерно мягкое наказание, поскольку из исследованных судом доказательств следует, что потерпевший (ФИО)31 во время распития спиртных напитков ССВ не угрожал и не применял в отношении него насилия, ССВ после распития спиртных напитков ушел в вагончик и закрыл дверь изнутри, а когда (ФИО)31 постучался в дверь вагончика, поскольку также там проживал, ССВ взял кухонный нож, открыл дверь и молча умышленно нанес удар ножом потерпевшему в грудь с целью убийства, от полученного повреждения потерпевший скончался на месте; кроме того суд в приговоре не дал оценки показаниям свидетеля ФФР, данным в ходе предварительного следствия о том, что он выбил нож из рук ССВ, ударив того кулаком в лоб от чего тот выронил нож, то есть лишил ССВ возможности нанести последующие удары ножом; в обосновании переквалификации действий ССВ суд сослался на показания ССВ, а также на показания свидетелей БСГ и ФФР, данные ими в ходе судебного разбирательства, проигнорировав их показания, а также показания свидетеля ТЮВ, данные в ходе предварительного следствия из которых следует, что потерпевший (ФИО)31 не применял насилия в отношении ССВ и не высказывал в его адрес угрозы убийства; кроме того при разрешении гражданского иска суд не учел, что в результате преступных действий ССВ потерпевшей МЛМ и её несовершеннолетним детям был причинен моральный вред, смерть мужа и отца причинила им нравственные страдания, они остались в тяжелом положении, условия их жизни существенно ухудшились, поскольку погибший (ФИО)31 был единственным кормильцем в семье, поэтому установленная судом сумма компенсации морального вреда является несправедливой и не соразмерной содеянному.

В возражении на апелляционную жалобу адвокат КВБ в интересах осужденного ССВ просит приговор оставить в силе, размер морального вреда определить с учетом его разумности и достаточности.

Проверив материалы уголовного дела, заслушав мнения участников процесса, обсудив доводы апелляционных жалоб, дополнений к ним, апелляционного представления, судебная коллегия приходит к следующему.

В соответствии со ст. 297 УПК РФ приговор суда должен быть законным, обоснованным и справедливым, постановленным в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона и основанным на правильном применении уголовного закона.

В соответствии с п. 1 ч. 1 ст. 73 и п. 1 ст. 307 УПК РФ обвинительный приговор должен содержать описание преступного деяния, признанного судом доказанным, с указанием места, времени, способа его совершения, формы вины, мотивов, целей и последствий преступления.

Согласно ст. 307 УПК РФ, описательно-мотивировочная часть приговора должна содержать доказательства, на которых основаны выводы суда в отношении подсудимого, и мотивы, по которым суд отверг другие доказательства. В описательно-мотивировочной части приговора подлежат юридической оценке фактические обстоятельства, указанные при описании преступного деяния, при этом выводы суда о квалификации преступления должны быть основаны на правильном применении уголовного закона и соответствовать установленным по делу фактическим обстоятельствам.

Постановленный в отношении ССВ приговор данным требованиям закона не отвечает.

В соответствии с п. 3 ч. 1 ст. 389.20 УПК РФ в результате рассмотрения уголовного дела в апелляционном порядке суд вправе принять решение об отмене обвинительного приговора и о вынесении обвинительного приговора.

Согласно ст. 389.23 УПК РФ в случае, если допущенное судом нарушение может быть устранено при рассмотрении уголовного дела в апелляционном порядке, суд апелляционной инстанции устраняет данное нарушение, отменяет приговор, определение, постановление суда первой инстанции и выносит новое судебное решение, в том числе и в сторону ухудшения положения осужденного в силу ч. 1 ст. 389.24 УПК РФ не иначе как по представлению прокурора либо жалобе потерпевшего, частного обвинителя, их законных представителей и (или) представителей. Такой апелляционный повод по данному делу имеется.

Суд первой инстанции, признал установленной вину ССВ в том, что (дата), с 21 часов 15 минут до 21 часов 45 минут, между ССВ и (ФИО)31, находящимися в состоянии алкогольного опьянения, на территории КУСТа (адрес), возникла ссора, после которой ССВ прошел в жилой передвижной вагон, с инвентаризационным (номер), установленном на территории вышеуказанного КУСТа (адрес) и запер входную дверь. (дата), с 21 часов 45 минут до 22 часов 16 минут, (ФИО)31 стал требовать от ССВ открыть входную дверь указанного вагона, последний, действуя умышленно, с целью причинения тяжкого вреда здоровью (ФИО)31, осознавая противоправность и общественно-опасный характер своих действий, не предвидя наступления смерти последнего, хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности должен был и мог предвидеть наступление данных последствий, реализуя свой преступный умысел, направленный на причинение (ФИО)31 тяжких телесных повреждений, вооружился ножом, который использовал в качестве оружия, подошел к входной двери вагона и, впустив (ФИО)31 в указанный вагон, в вышеуказанный период времени, действуя умышленно, на почве личных неприязненных отношений, обусловленных ссорой, нанёс (ФИО)31 в область расположения жизненно-важных органов – в грудную клетку, не менее одного удара ножом, тем самым причинив последнему следующие телесные повреждения:

- колото-резаное ранение грудной клетки, проникающее в грудную полость с повреждениями сердца и правого легкого, с развитием гемотампонады (100мл крови в полости сердечной сорочки) и правостороннего гемопневмоторакса (наличие воздуха и 1500мл крови в плевральной полости), осложнившегося обильной кровопотерей, причинившее тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни и состоящее в прямой причинно-следственной связи с наступившей смертью;

- раны на первом и втором пальцах правой кисти, не причинившие вреда здоровью потерпевшего и не состоящие в причинной связи с его смертью.

В результате указанных преступных действий ССВ смерть (ФИО)31 наступила на месте происшествия от колото-резаного ранения грудной клетки, проникающего в грудную полость с повреждениями сердца и правого легкого, с развитием гемотампонады (100 мл крови в полости сердечной сорочки) и правостороннего гемопневмоторакса (наличие воздуха и 1500 мл крови в плевральной полости), осложнившегося обильной кровопотерей.

Действия ССВ судом квалифицированы по ч. 4 ст. 111 УК РФ как умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, с применением предмета, используемого в качестве оружия, повлекшие по неосторожности смерть потерпевшего.

Мотивируя принятое решение, суд в приговоре указал, что в судебном заседании и по материалам уголовного дела умысел подсудимого на убийство (ФИО)31 установлен и доказан не был.

Учел предшествовавшее противоправное поведение (ФИО)31, который в процессе употребления алкоголя повалил ССВ на пол на живот, сел ему на спину, взял за голову и стал требовать от присутствующих нож, с целью зарезать ССВ данным ножом, что в свою очередь в судебном заседании было подтверждено свидетелем БСГ и показаниями самого подсудимого, при этом подсудимый опасался выполнения высказанных намерений со стороны (ФИО)31, что в свою очередь также подтверждается тем, что свидетель БСГ, пытавшийся прекратить избиение подсудимого, получил от (ФИО)31 удар кулаком по голове, от чего, испугавшись (ФИО)31, вынужден был убежать из слесарного цеха в лес, где был найден сотрудниками ПАО «<данные изъяты>», что было подтверждено показаниями допрошенного в судебном заседании свидетеля ПАН Далее, подсудимый, спасаясь от (ФИО)31, убежал в свой жилой вагон и закрыл за собой замок на двери, после чего, снял с себя одежду и обувь, что в свою очередь подтверждено заключением эксперта (номер) от (дата) (том 1, л.д. 145-159) и показаниями допрошенного в судебном заседании свидетеля ФФР, после чего, услышав крики (ФИО)31, который стал ломиться в дверь жилого вагона, взял в руки нож для защиты от последнего, после чего, впустил (ФИО)31 в жилой вагон (поскольку погибший также проживал в данном вагоне) и направился спать. Вместе с тем, (ФИО)31 кричал в вагоне о том, что будет убивать ССВ, что в свою очередь разбудило находившегося в этом вагоне ФФР, который подтвердил угрозы в адрес подсудимого со стороны погибшего в судебном заседании, после чего, (ФИО)31 побежал в сторону подсудимого, который в процессе борьбы с (ФИО)31, ударил последнего ножом.

Приходя к указанным выводам, суд первой инстанции констатировал наличие в действиях осужденного состава преступления по ч. 4 ст. 111 УК РФ, поскольку по убеждению суда первой инстанции, ССВ осознавал противоправность и общественно-опасный характер своих действий, поскольку наносил удар ножом, имеющим повышенные травматические свойства, по телу человека, при этом ССВ не предвидел наступления смерти (ФИО)31, хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности должен был и мог предвидеть наступление данных последствий.

Вместе с тем при описании преступного деяния, признанного доказанным, фактически приведены такие признаки, и обстоятельства, которые получили неверную правовую оценку, а именно приведенные доказательства не проверены путем сопоставления между собой.

Как правильно указано в апелляционном представлении прокурора, приведенная в приговоре квалификация действий осужденного ССВ не основана на правильном применении уголовного закона, противоречит фактическим обстоятельствам дела, установленным судом, исследованным доказательствам, основана на неправильном применении уголовного закона, в связи, с чем признать приговор законным и обоснованным нельзя. Более того, ряд показаний свидетелей, приведенных в приговоре, не соответствуют протоколу судебного заседания, и аудиозаписи протокола, что привело к искажению обстоятельств, которые были представлены в суде первой инстанции.

Установив приведенные в приговоре обстоятельства, суд первой инстанции дал им неправильную правовую оценку, что повлекло неверную квалификацию действий ССВ, совершившего более тяжкое преступление.

В соответствии со ст. 389.16 УПК РФ, приговор признается не соответствующим фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом первой инстанции, если выводы суда не подтверждаются доказательствами, рассмотренными в судебном заседании; суд не учел обстоятельств, которые могли существенно повлиять на выводы суда.

Таким образом, поскольку судом допущены существенные нарушения закона, устранить которые путем внесения изменений в приговор не представляется возможным, в связи с этим приговор подлежит отмене. Допущенные судом первой инстанции нарушения устранимы в суде апелляционной инстанции. В соответствии со ст. 389.23 УПК РФ, отменяя приговор, судебная коллегия считает необходимым постановить новый приговор по существу предъявленного ССВ обвинению.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции установлено, что ССВ совершил убийство, то есть умышленное причинение смерти другому человеку.

Преступление совершено ССВ при следующих обстоятельствах.

(дата), с 21 часов 15 минут до 21 часов 45 минут, между ССВ и (ФИО)31, находящимися в состоянии алкогольного опьянения, на территории КУСТа (адрес), возникла ссора, в процессе которой (ФИО)31, будучи ее инициатором, повалил ССВ на пол и высказывал в его адрес угрозы. После чего ССВ прошел в жилой передвижной вагон, с инвентаризационным (номер) и запер входную дверь. (дата), с 21 часов 45 минут до 22 часов 16 минут, (ФИО)31 стал требовать от ССВ открыть входную дверь указанного вагона, у ССВ возник преступный умысел, направленный на убийство (ФИО)31, для чего ССВ, вооружившись ножом, подошел к входной двери вагона, и впустив (ФИО)31 в указанный вагон, действуя умышленно, на почве личных неприязненных отношений, обусловленных указанной ссорой, осознавая общественную опасность своих действий, предвидя неизбежность наступления общественно-опасных последствий в виде смерти (ФИО)31 и желая этого, нанёс безоружному и не представляющему для него опасности (ФИО)31 в область расположения жизненно-важных органов - в грудную клетку последнего, не менее 1-го удара ножом, тем самым причинив последнему следующие телесные повреждения:

- колото-резаное ранение грудной клетки, проникающее в грудную полость с повреждениями сердца и правого легкого, с развитием гемотампонады (100мл крови в полости сердечной сорочки) и правостороннего гемопневмоторакса (наличие воздуха и 1500мл крови в плевральной полости), осложнившегося обильной кровопотерей, причинившее тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни и состоящее в прямой причинно-следственной связи с наступившей смертью;

- раны на первом и втором пальцах правой кисти, не причинившие вреда здоровью потерпевшего и не состоящие в причинной связи с его смертью.

В результате указанных преступных действий ССВ смерть (ФИО)31 наступила на месте происшествия от колото-резаного ранения грудной клетки, проникающего в грудную полость с повреждениями сердца и правого легкого, с развитием гемотампонады (100 мл крови в полости сердечной сорочки) и правостороннего гемопневмоторакса (наличие воздуха и 1500 мл крови в плевральной полости), осложнившегося обильной кровопотерей.

В судебном заседании подсудимый ССВ вину в совершении преступления признал частично, в содеянном раскаялся и показал, что находясь в производственном помещении на кустовой площадке месторождении употреблял в компании ФФР, БСГ, ТЮВ и (ФИО)31 принесенный последним спирт, разбавленный водой. В какой-то момент (ФИО)31 на повышенных тонах отправил захмелевшего ФФР спать в вагончик, после чего, принес для употребления еще 0,5 литра разбавленного спирта. Далее, (ФИО)31 внезапно накинулся на него, повалил на пол лицом вниз, поднял его голову и стал требовать от присутствующих, чтобы ему дали нож чтобы «отрезать голову этому барану», подразумевая под этими словами подсудимого. В тот момент, когда БСГ сказал, чтобы (ФИО)31 не трогал его, потерпевший отвлекся, в связи с чем, ему удалось вырваться от (ФИО)31 и убежать в свой жилой вагон, в котором он в свою очередь проживал вместе с (ФИО)31. Добежав до жилого вагона, он закрыл входную дверь на засов, разулся и разделся, при этом через некоторое время он услышал на улице крики (ФИО)31, который разыскивал его, в связи с чем, взял в руки кухонный нож, так как опасался потерпевшего. Далее, через некоторое время (ФИО)31 стал ломиться в жилой вагон, в котором он также проживал. Он открыл входную дверь, в которую забежал (ФИО)31 и побежал в свою секцию, при этом он закрыл дверь вагона и пошел в свою противоположную секцию спать, но через некоторое время (ФИО)31 развернулся и бросился на него, схватил его рукой за голову и стал наклонять вниз. Он в свою очередь, пытаясь освободиться от (ФИО)31, выставил руки вперед, в силу чего, пытаясь оттолкнуть (ФИО)31, ударил последнего ножом. После того, как он увидел у (ФИО)31 телесные повреждения, а также увидел проснувшегося ФФР, находясь в шоковом состоянии он ушел из жилого вагона в слесарный цех, где стал ожидать сотрудников полиции.

Несмотря на частичное признание вины, виновность ССВ в совершении преступления подтверждается исследованными доказательствами: показаниями свидетелей, а также письменными и вещественными доказательствами.

Допрошенный в судебном заседании, а также из оглашенных показаний на следствии свидетеля ТЮВ, следует, что находясь на кустовой площадке, водитель (ФИО)31 пригласил его на ужин, в связи с чем, он, ФФР, ССВ, БСГ и (ФИО)31 стали употреблять алкоголь. Через некоторое время он направился в свой жилой вагон спать, раньше его спать ушел ФФР, при нем каких-либо конфликтов не было. После его разбудили и сказали, что (ФИО)31 ударили ножом, после чего, он пришел в жилой вагон последнего, где увидел ФФР, который оказывал первую помощь (ФИО)31, было это примерно около 22:00 часов. Имеющиеся противоречия в показаниях были устранены в суде, путем оглашения показаний на следствии, которые свидетель подтвердил в полном объеме.

В судебном заседании допрошен свидетель БСГ, который указал, что он, подсудимый, ФФР, ТЮВ и (ФИО)31 совместно употребляли спирт в количестве 2 бутылок по 0,5 литра каждая. Раньше всех ушли ФФР и затем ТЮВ, оставшиеся продолжали распивать спиртное. В какой-то момент начался конфликт между подсудимым и (ФИО)31, в результате которого ССВ оказался на полу лицом вниз, а (ФИО)31 сел ему на спину, запрокинул вверх голову ССВ и стал требовать от присутствующих нож с целью «зарезать» ССВ. Желая прекратить поведение (ФИО)31, он подошел к нему, взял его за плечо и попросил прекратить избиение ССВ, на что (ФИО)31 бросился на него и ударил его кулаком по голове сверху. Испугавшись (ФИО)31, он убежал на улицу. На предварительном следствии ничего о данном факте не говорил следователю. Указанные показания соответствуют аудиозаписи протокола судебного заседания.

В связи с существенными противоречиями в показаниях свидетеля БСГ с ранее данными на следствии, по ходатайству государственного обвинителя в суде первой инстанции оглашены его показания на следствии. Из оглашенных показаний на следствии следует, что после того как ФФР и ТЮВ ушли спать они остались втроем. В ходе распития у него с (ФИО)31 возник конфликт, в ходе которого (ФИО)31 ругался матом на него, при этом никто друг друга не бил. Он выбежал на улицу, а (ФИО)31 и ССВ остались в мастерской вдвоем. Позже, когда он замерз, он пошел в свой вагончик, кто находился в вагончике не помнит, так как был сильно пьян. Позже его разбудил сотрудник полиции и сообщил ему, что ССВ нанес ножевое ранение (ФИО)31, в результате чего последний скончался. По какой причине ССВ убил (ФИО)31 ему не известно. (т. 1 л.д. 245-248)

После оглашения показаний на следствии, свидетель указал, что не помнит, что говорил следователю на следствии. В тот момент был адекватным, но много не помнил. Сейчас рассказал, что вспомнил.

Допрошенный в судебном заседании свидетель ФФР, показал, что на кустовой площадке он проживал в жилом вагоне совместно с подсудимым и потерпевшим. Находясь на рабочей вахте они решили отметить 50-летие подсудимого, в связи с чем, (ФИО)31 привез из города две бутылки алкоголя по 0,5 литра каждая. В ходе распития алкоголя ему стало плохо, в связи с чем, пошел в жилой вагон спать. Остальные оставались, что было дальше не знает. Проснулся от шума, кто-то кричал «Э, иди сюда!» Аслан орал, шум это был с улицы. Он сказал: «Идите спать, надоели». А когда проснулся то увидел, что в вагоне (ФИО)31 стоит и держится за сердце и показывает на ССВ, и говорит, что он его зарезал. В руках у ССВ был кухонный нож из кухни вагона. Он сказал ССВ бросить нож, после чего, спросил подсудимого «Что ты наделал?», но последний ничего не ответил, опустил голову и ушел из вагона. Далее, он попытался оказать первую помощь (ФИО)31 путем зажимания раны на груди, при этом, последний через 10 минут умер. (показания приведены согласно протокола допроса в суде и прослушанной адиозаписи).

В связи с существенными противоречиями в показаниях свидетеля ФФР с ранее данными на следствии, по ходатайству государственного обвинителя в суде первой инстанции оглашены его показания на следствии.

Из оглашенных показаний в части противоречий на следствии ФФР следует, что выпив, он решил пойти к себе в вагончик, и лечь спать, а его коллеги остались дальше распивать спиртное. Проснулся он шума и крика и увидел перед собой (ФИО)31, который сказал ему, что ССВ ударил ножом (ФИО)31 У (ФИО)31 из груди в области сердца шла кровь. Далее он увидел ССВ с окровавленным ножом в руке, он выбил нож из рук ССВ путем нанесения одного удара кулаком правой руки в область лба ССВ, от чего последний выронил нож. Далее он стал оказывать помощь (ФИО)31 Из-за чего возник конфликт между (ФИО)31 и ССВ ему не известно. (т. 1 л.д.213-234)

Оглашенные показания на следствии свидетель полностью подтвердил, указав, что тогда помнил лучше. Также дополнительно указал, что в вагоне на вопрос ССВ, что он сделал, последний, ответил: «Ну, так получилось». После уже, утром, когда их везли на освидетельствование, ССВ ему рассказал, что испугался (ФИО)31, так как последний говорил ему, что сейчас будет убивать. Нож взял для самозащиты, и даже сам не помнит, как это произошло. Об этом разговоре следователю не говорил, так как его не спрашивали.

Допрошенный в судебном заседании свидетель ПАН, указал, что находясь в своем жилом вагоне на месторождении услышал, как кто-то пробегает по улице, после чего, к нему в вагон поднялся (ФИО)31, который находился в возбужденном состоянии и как он понял, последний какого-то искал. Далее, (ФИО)31 ушел, а он лег спать, но через некоторое время ему сообщили, что кого-то зарезали, в связи с чем, он принял решение сообщить о данном факте начальству. Далее, он зашел в один из жилых вагонов, где увидел ФФР, который держал (ФИО)31, который был еще живой. ФФР сказал, что (ФИО)31 ножом ударил ССВ, в связи с чем, он пошел искать ССВ, которого обнаружил в помещении сушильного цеха, где стал с ним разговаривать, на что подсудимый ему пояснил, что (ФИО)31 в ходе распития спиртного стал его избивать в присутствии коллег, после чего, ему удалось вырваться и уйти в свой вагон. Пояснил, что он, мужчина в возрасте, и какому-то молодому себя избивать и оскорблять он не позволит. ССВ был с запахом перегара из полости рта и, по его мнению, не сильно пьяный. Далее, через некоторое время на кустовую площадку приехал служебный автомобиль ПАО «<данные изъяты>», который доставил находящегося в состоянии сильного алкогольного опьянения БСГ, которого в свою очередь обнаружили на некотором расстоянии от кустовой площадки, спавшим в снегу.

Допрошенный в судебном заседании свидетель ШАЯ, показал, что работал в бригаде вместе с подсудимым и погибшим. В один из вечеров, находясь в своем жилом вагоне, он услышал крики ФФР о том, что кого-то порезали, в связи с чем, он направился в жилой вагон ФФР, где обнаружил последнего, а также (ФИО)31 с телесным повреждением в области груди, при этом (ФИО)31 был еще живой. Они подняли (ФИО)31 с пола и положили на кровать. От ФФР он узнал, что удар ножом нанес подсудимый. Далее, он направился на улицу, где встретил ПАН, который сказал, что подсудимый находится в «сушилке», в связи с чем, он направился к подсудимому. Спросив подсудимого о том, зачем он так сделал, ССВ сказал ему, что (ФИО)31 обижал его;

Допрошенный в судебном заседании свидетель АНТ, указал, что находился на кустовой площадке в день, когда зарезали (ФИО)31, при этом от других работников слышал, что во время конфликта (ФИО)31 бил подсудимого, в связи с чем, БСГ, испугавшись, убежал из слесарного цеха, где последние употребляли алкоголь, в лес, после чего, был обнаружен спавшим на снегу на перекрестке дорог сотрудниками ПАО «Сургутнефтегаз»;

Из оглашенных показаний свидетеля СОГ, в порядке ст.281 УПК РФ, с согласия сторон, следует, что находясь на вахте, на кустовой площадке (адрес) (дата), около 22 часов, находясь на улице, он слышал крики мужчин (том 2, л.д. 9-11);

Из оглашенных показаний свидетелей КРД и ИАЕ, в порядке ст.281 УПК РФ следует, что были на кустовой площадке №(адрес), (дата), около 22 часов 00 минут к ним в вагончик зашел ФФР, который позвал с собой ШАЯ, после чего, спустя один час, они увидели скорую помощь и им стало известно о причинении (ФИО)31 телесных повреждений (том 2, л.д.20-21, 28-30);

Допрошенный свидетель СИГ показал, что около 01 часа ночи (дата) ему позвонили с кустовой площадки и сообщили о драке, в ходе которой подсудимый ударил ножом (ФИО)31, в связи с чем, он вызвал сотрудников полиции, которым пояснил месторасположение кустовой площадки. Подсудимого может охарактеризовать только с положительной стороны;

Из оглашенных показаний свидетеля ИНШ, в порядке ст.281 УПК РФ, следует, что он, как водитель скорой помощи, прибыл с бригадой медиков в составе ННВ и ГНВ, на территорию куста (адрес). (том 2, л.д.48-50);

Из оглашенных показаний свидетеля ННВ, в порядке ст.281 УПК РФ, следует, что как фельдшер скорой медицинской помощи (дата), после поступления сообщения в 22 часа 16 минут, прибыли на куст около 22 часов 40 минут, после чего, их сопроводили в передвижной вагон, где было обнаружено тело (ФИО)31, при этом в помещении стоял резких запах алкоголя. Одежда (ФИО)31 была пропитана кровью, между 5-6 ребрами имелось проникающее ножевое ранение с ровными краями, без истекания крови, на кофте (ФИО)31, в области верхушки сердца имелся косо-вертикальный разрез. (дата), в 22 часа 46 минут была констатирована биологическая смерть (ФИО)31 с согласия сторон. (том 2, л.д.51-54);

Допрошенная в судебном заседании потерпевшая МЛМ, указала, что являлась супругой погибшего (ФИО)31, которого характеризует только с положительной стороны. Поддержала заявленные исковые требования, как в своих интересах, так и детей, указав на моральные и нравственные страдания;

Помимо показаний потерпевшей и свидетелей, виновность осужденного ССВ подтверждается письменными и вещественными доказательствами, исследованными в суде первой инстанции:

- протоколом осмотра места происшествия от (дата) (том 1, л.д. 23-37), согласно которому было осмотрено помещение жилого вагона на кустовой площадке (адрес), где в ходе осмотра был обнаружен труп (ФИО)31, а также изъяты в том числе кухонный нож, смыв вещества бурого цвета, тряпка синего цвета с пятнами вещества бурого цвета, два следа рук;

- актом медицинского освидетельствования от (дата) (том 1, л.д.54), согласно которого у подсудимого (дата), в 08 часов 28 минут было установлено состояние алкогольного опьянения;

- протоколом выемки от (дата) (том 1, л.д. 62-66), согласно которому были изъяты образцы крови (ФИО)31, его ногтевые пластины с кистей рук, его кофта темно-синего цвета и брюки синего цвета;

- заключением эксперта (номер) от (дата) (том 1, л.д. 79-85), согласно которому на трупе (ФИО)31 обнаружено телесное повреждение в виде колото-резаного ранения грудной клетки, проникающее в грудную полость, с повреждением сердца и правого легкого, с развитием гематампонады и правостороннего гемопневмоторокса, что в свою очередь возникло от ударно-травматического воздействия плоским колюще-режущим орудием либо предметом типа ножа и повлекло за собой тяжкий вред здоровью, опасный для жизни человека в соответствии с пунктом 6.1.9 Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, утвержденных приказом Минздравсоцразвития №194н от 24.04.2008 года, повлекшим за собой смерть (ФИО)31; после возникновения указанного повреждения некоторое время (ФИО)31 мог совершать целенаправленные действия; раны на первом и втором пальцах правой кисти могли образоваться при оказании сопротивления при хватании за нож и вреда здоровью не причинили, согласно пункта 9 вышеуказанных Медицинских критериев; при возникновении вышеуказанных телесных повреждений подсудимый и (ФИО)31 находились лицом друг к другу, при этом следов волочения на трупе (ФИО)31 не имелось; на момент смерти (ФИО)31 находился в состоянии алкогольного опьянения средней степени;

- заключением эксперта (номер) от (дата) (том 1, л.д.104-105), согласно которому повреждение – резанная рана на ладонной поверхности средней фаланги 2-го пальца правой кисти у ССВ возникло от действия острого предмета при прямолинейном поступательном движении за 1 -3 суток до экспертизы, не причинившее вреда здоровью человека; повреждение – ссадины в области левой брови (1), на левой боковой поверхности шеи (2) у ССВ возникло от действия тупых твердых предметов за 1-3 суток до экспертизы, не причинившее вреда здоровью человека;

- заключением эксперта (номер) от (дата) (том 1, л.д. 110-113), согласно которому в смыве вещества бурого цвета с левого края стола жилого вагона, на клинке ножа, на тряпке, на вещах ССВ (футболке, джинсах) обнаружена кровь человека, при этом на рукоятке ножа обнаружены клетки эпидермиса и кровь человека;

- заключением эксперта (номер) от (дата) (том 1, л.д. 115-117), согласно которому на кофте и брюках (ФИО)31 обнаружена кровь человека; в подногтевом содержимом с обеих рук (ФИО)31 также обнаружена кровь и клетки эпидермиса человека;

- заключением эксперта (номер) от (дата) (том 1, л.д. 122-130), согласно которому биологические следы с изъятых смыва стола, тряпки, футболки подсудимого, клинка ножа, рукоятки ножа полностью совпадают с образцами крови (ФИО)31; биологические следы с брюк ССВ не исключают возможность смешания биологических следов его и (ФИО)31;

- заключением эксперта (номер) от (дата) (том 1, л.д.132-138), согласно которому биологические следы с ногтевых срезов с правой и левой рук (ФИО)31, его кофты и брюк полностью совпадают с образцами крови (ФИО)31;

- заключением эксперта (номер) от (дата) (том 1, л.д. 145-159), согласно которому изъятые с места происшествия следы пальцев рук оставлены подсудимым, при этом след босой ноги также оставлен ступней ноги ССВ;

- заключением эксперта (номер) от (дата) (том 1, л.д.164-171), согласно которому на кожном лоскуте от трупа (ФИО)31 имеется одна колото-резаная рана; на кофты погибшего также имеется повреждение, соответствующее колото-резаной ране; повреждение на кофте и колото-резаная рана на груди трупа причинены в результате воздействия клинком, имеющим ширину около 30мм до уровня погружения, одно острое лезвие и П-образный на поперечном сечении обух шириной около 1,5мм; повреждения на кофте и рана на груди (ФИО)31 могли быть причинены представленным на экспертизу кухонным ножом, изъятым с места происшествия; данные повреждения не исключают возможности их возникновения одномоментно, в результате одного воздействия;

- заключением эксперта (номер) от (дата) (том 1, л.д. 177-180), согласно которого изъятый с места происшествия нож к холодному оружию не относится и является ножом хозяйственно-бытового назначения;

- протоколом выемки от (дата) (том 2, л.д. 95-100), согласно которому у подсудимого были изъяты, в том числе джинсы синего цвета и футболка, со следами крови;

- протоколом осмотра от (дата) (том 2, л.д.66-79), согласно которому были осмотрены в том числе кофта и брюки погибшего, содержащие следы крови и повреждение на передней стороне кофты.

Каких-либо оснований для признания вышеуказанных доказательств недопустимыми в соответствии со ст. 75 УПК РФ судебная коллегия не усматривает. Совокупность исследованных доказательств, содержание которых приведено выше, судебной коллегией признается достаточной для постановления обвинительного приговора. Оценивая в соответствии с требованиями ст. ст. 17, 88 УПК РФ все исследованные доказательства в совокупности, судебная коллегия находит допустимыми и достаточными для установления всех значимых обстоятельств, которые в силу ст. 73 УПК РФ подлежат доказыванию, в том числе события преступления и виновности ССВ в его совершении.

Судебная коллегия, оценивая показания осужденного ССВ, принимает их, отмечая, что установленный конфликт между ССВ и (ФИО)31, инициатором которого был последний, прекращен в вагончике, где они распивали спиртное, и на улице, где (ФИО)31 кричал. Последующие показания осужденного о нападении и защите от (ФИО)31 не согласуются с изученными и представленными в суде материалами.

Так, из показаний свидетеля ФФР как на следствии, так и в суде следует, что конфликта в вагончике между ССВ и (ФИО)31 он не видел и не слышал. Шум до это был на улице, кричал (ФИО)31: «Эй. Иди сюда». Каких-либо угроз свидетель не слышал. После этого уснул, а когда через некоторое время проснулся, «то увидел, что в вагоне (ФИО)31 стоит и держится за сердце и показывает на ССВ, и говорит, что он его зарезал. Он увидел ССВ с окровавленным ножом в руке, выбил нож из рук ССВ путем нанесения одного удара кулаком правой руки в область лба ССВ, от чего последний выронил нож. Далее он стал оказывать помощь (ФИО)31 Из-за чего возник конфликт между (ФИО)31 и ССВ ему не известно. (т. 1 л.д.213-234) В вагоне на вопрос ССВ, что он сделал, последний, ответил: «Ну, так получилось».

Версию о защите от (ФИО)31, так как последний его хотел убить, ССВ ему сообщил лишь на следующий день по пути на освидетельствование.

Шум на улице подтверждают и другие свидетели, в частности свидетель ПАН, указал, что к нему поднимался (ФИО)31, был возбужден и кого-то искал, никому не угрожал. Также свидетелю ПАН сразу после случившегося ССВ до приезда полиции пояснял, что (ФИО)31 в ходе распития спиртного стал его избивать в присутствии коллег, после чего, ему удалось вырваться и уйти в свой вагон. Пояснил, что он, мужчина в возрасте, и какому-то молодому себя избивать и оскорблять он не позволит. Был, по его мнению не сильно пьян.

Свидетелю ШАЯ о причинах нанесения удара ножом (ФИО)31, ССВ лишь сказал, что последний его обижал.

Свидетель БСГ подтвердил наличие возникшего конфликта в вагончике, где распивали спиртное, указал и подтвердил при этом противоправное поведение (ФИО)31, который напал на ССВ, ударил его, о дальнейших событиях ему не известно.

Анализ данных показаний свидетельствует, о формировании мотива у ССВ отомстить (ФИО)31 за его противоправное поведение во время совместного распития, при этом не подтверждает выдвинутую им позднее версию о продолжении противоправных действий, нападения на него (ФИО)31 в жилом вагончике. О последнем сразу после случившегося ССВ не сообщал и не рассказывал, включая прибывших на место сотрудников следственной группы. Эту версию он рассказал свидетелю ФФР на следующий день, хотя до этого ему говорил другое.

Ни один из свидетелей и из материалов дела не усматривается, что в жилом вагончике (ФИО)31 был вооружен, имел при себе какие-то предметы, или продолжал вести себя агрессивно.

Оснований не доверять показаниям приведенных свидетелей у судебной коллегии не имеется, они последовательны и не противоречат друг другу, личной или иной заинтересованности в оговоре осужденного с их стороны не установлено.

Протокол осмотра места происшествия, указывает на отсутствие следов борьбы в вагончике, где по версии ССВ на него напали, место нанесения удара не далеко от входа в вагон.

При таких обстоятельствах, версия зашиты о самообороне или ее превышении, не находит своего подтверждения. Судебной коллегией установлено, что конфликт между ССВ и (ФИО)31 имел место, в результате противоправного поведения (ФИО)31 до, и, безусловно, явилось одним из мотивов возникших личных неприязненных отношений, на почве которых через небольшой промежуток времени, ССВ действуя умышленно, осознавая общественную опасность своих действий, предвидя неизбежность наступления общественно-опасных последствий в виде смерти (ФИО)31 и желая этого, нанёс безоружному и не представляющему для него опасности (ФИО)31 в область расположения жизненно-важных органов - в грудную клетку последнего, не менее 1-го удара ножом.

Об умышленности действий ССВ свидетельствует совокупность всех обстоятельств содеянного: предшествующие события, когда возникли неприязненные отношения; открытие входной двери с ножом в руках; сам нанесенный удар в область расположения жизненно-важного органа, являлся достаточным для лишения жизни, что с учетом характера причиненного ранения (длина раневого канала - 13 см, направление удара - грудная клетка, повреждение сердца и правового легкого), наличия обильного кровотечения из раны, являлось очевидным для осужденного и не требовало продолжения нанесения ударов для осуществления умысла на убийство, который был реализован фактически совершенными действиями.

Каких-либо неустранимых сомнений в виновности ССВ, подлежащих трактовке в его пользу в соответствии с ч. 3 ст. 14 УПК РФ, не имеется, как и оснований для его оправдания.

Таким образом, действия ССВ органом предварительного следствия квалифицированы правильно, с чем соглашается судебная коллегия, квалифицируя их по ч. 1 ст. 105 УК РФ - то есть умышленное причинение смерти другому человеку.

При доказанности вины лицо подлежит справедливому наказанию.

При назначении наказания осужденному ССВ судебная коллегия учитывает, что им совершено умышленное преступление, которое относится, в соответствии со ст.15 УК РФ, к категории особо тяжких.

С учетом конкретных обстоятельств и общественной опасности преступления, оснований для изменения категории преступления, совершенного подсудимым, на менее тяжкую, в порядке, предусмотренном ч. 6 ст. 15 УК РФ, не имеется.

Судебной коллегией принята во внимание личность осужденного ССВ имеющего постоянное место жительства и место работы, женатого, имеющего несовершеннолетнего ребенка, ранее не судимого, характеризующегося по месту жительства посредственно, по месту работы – положительно, под диспансерным наблюдением врача-психиатра и врача психиатра-нарколога не состоящего, психическими заболеваниями не страдающего, согласно заключению судебно-психиатрической комиссии экспертов от (дата) (номер) (том 1, л.д. 186-190).

К обстоятельствам, смягчающим наказание осужденному, судебная коллегия в соответствии ч. 1 ст. 61 УК РФ относит – п. «и» - активное способствование расследованию преступления, поскольку осужденный на стадии предварительного следствия давал признательные показания о своей причастности к причинению телесных повреждений (ФИО)31; наличие п. «з» – противоправность поведения потерпевшего, явившегося поводом для преступления, поскольку (ФИО)31 незадолго до совершения преступления, в процессе распития алкоголя, будучи инициатором ссоры, повалил ССВ на пол и высказывал в его адрес угрозы, что было подтверждено показаниями подсудимого и допрошенного в судебном заседании свидетеля БСГ, который от агрессивного поведения (ФИО)31 убежал в лес.

В соответствии с ч. 2 ст. 61 УК РФ к иным обстоятельствам, смягчающим наказание, судебная коллегия относит частичное признание вины, раскаяние в содеянном, наличие несовершеннолетнего ребенка и принятие мер, направленных на возмещение морального вреда, причиненного преступлением, поскольку представитель потерпевшей получила от стороны защиты 200 000 рублей в качестве частичного возмещения морального вреда, что в свою очередь было подтверждено в судебном заседании и представленной распиской от (дата).

Обстоятельств отягчающих наказание не усматривается. Судебная коллегия, вопреки доводам обвинения, не признает в качестве обстоятельства, отягчающего наказание осужденного, совершение преступления в состоянии опьянения, вызванного употреблением алкоголя, поскольку, хотя состояние алкогольного опьянения ССВ и подтверждено медицинскими документами, суду при рассмотрении уголовного дела и при апелляционном рассмотрении не представилось возможным установить, насколько указанное состояние повлияло на поведение осужденного непосредственно перед и в ходе совершения преступления.

С учётом обстоятельств дела, тяжести совершённого осужденным преступления, его личности, наличия смягчающих и отсутствия отягчающих обстоятельств, принимая во внимание влияние назначенного наказания на исправление осужденного, жизнь его семьи, а также в целях предотвращения совершения им новых преступлений, принципа справедливости, судебная коллегия приходит к выводу, что ССВ представляет значительную опасность для общества в связи с чем должен быть лишен свободы, так как его исправление и перевоспитание невозможно без изоляции от общества. Кроме того, наказание должно нести воспитательный момент и для общества. Наказание ему должно быть назначено в пределах санкции статьи УК РФ, с учетом смягчающих обстоятельств, с применением положений ч. 1 ст. 62 УК РФ.

Оснований для применения ст. 64 УК РФ не усматривается. По смыслу закона, если смягчающие обстоятельства учтены судом при назначении наказания по правилам ст. 62 УК РФ, они сами по себе не могут повторно учитываться при применении ст. 64 УК РФ.

Дополнительный вид наказания в виде ограничения свободы, суд принял решение не применять исходя из наличия смягчающих обстоятельств.

Местом отбывания наказания подсудимому в соответствии с п. «в» ч.1 ст.58 УК РФ определить исправительную колонию строгого режима.

Мера пресечения в отношении ССВ в связи с вступлением приговора в законную силу подлежит отмене, с зачетом времени содержания под стражей и отбытия наказания.

Судебная коллегия считает возможным весь объем вещественных доказательств по уголовному делу, хранящихся в камере хранения вещественных доказательств СУ СК России по ХМАО-Югре, уничтожить.

Процессуальные издержки рассмотрены в отдельном определении, при оплате труда адвоката.

В материалах дела представлен гражданский иск, поддержанный в судебном заседании потерпевшей МЛМ, действующая от своего имени и имени своих троих несовершеннолетних детей, о взыскании с подсудимого компенсации морального вреда, причиненного преступлением, в размере 8 000 000 рублей, по два миллиона рублей в пользу каждого. Исковые требования поддержаны представителем потерпевшей, – адвокатом ЧНА, которая исковые требования в суде первой инстанции, поддержала в размере 7800000 рублей, с учетом принятия от стороны защиты в качестве компенсации морального вреда, причиненного преступлением. В суде апелляционной инстанции, поддержав доводы апелляционной жалобы, настаивала на взыскании в пользу каждого потерпевшего по 2 000 000 рублей, общей суммы 8 000 000 рублей.

Осужденный (гражданский ответчик) ССВ, с исковыми требованиями согласился в суде первой инстанции. В суде апелляционной инстанции, просил рассмотреть вопрос о снижении размера компенсации с учетом его материального положения, принятых мер к возмещению.

Выслушав мнения сторон, суд, с учетом принципов разумности и справедливости, считает возможным удовлетворить исковые требования. В соответствии со ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающие на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренным законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Под моральным вредом понимаются физические и нравственные страдания, причиненные действием (бездействием), посягающие на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающие его личные неимущественные права, либо нарушающие имущественные права гражданина (ст. 151 ГК РФ), п. 1 Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 N 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда».

Разрешая по уголовному делу иск о компенсации потерпевшему причиненного ему преступлением морального вреда, судебная коллегия руководствуется положениями ст. ст. 151, 1099, 1100, 1101 ГК РФ, учитывая характер причиненных каждому потерпевшему физических и (или) нравственных страданий, связанных с их индивидуальными особенностями. Так, супруга потеряла близкого человека, с которым воспитывала малолетних детей. Каждый из детей потерял близкого родственника в лице отца, что негативно сказывается на них, для них эта утрата является невосполнимой. Судебная коллегия учитывает степень вины осужденного, совершившего умышленное преступление, его материальное положение (факт того, что работал, имеет иждивенцев), работоспособный возраст. Также учитывает при определении размера компенсации морального вреда факт установления противоправного поведения потерпевшего, явившегося поводом для преступления, что безусловно влияет на размер компенсации. С учетом изложенного, учитываться требования разумности и справедливости, судебная коллегия находит справедливым взыскать в пользу каждого ребенка по 2000 000 рублей, в пользу супруги 1800 000 рублей. В целом требования истцов, с учетом изложенных обстоятельств, вопреки доводам осужденного, являются не завышенными, разумными и справедливыми. Судебная коллегия незначительно уменьшая размер взыскания в пользу супруги исходит лишь из степени нравственных и физических страданий для нее по сравнению с другими истцами, к коим относятся дети.

На основании изложенного и руководствуясь п. 3 ч. 1 ст. 389.20, ст. 389.28 УПК РФ, судебная коллегия

П Р И Г О В О Р И Л А :

Приговор Сургутского районного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от (дата) в отношении ССВ – отменить.

Постановить новый апелляционный приговор.

Признать ССВ виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 105 УК РФ и назначить ему наказание в виде лишения свободы сроком на 8 (восемь) лет, с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Срок наказания ССВ исчислять с (дата).

Зачесть в соответствии с п. «а» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ в окончательное наказание ССВ время содержания под стражей по настоящему приговору, с (дата) по (дата), а также с (дата) и до (дата) (с учетом отбывания наказания) зачесть последнему в срок лишения свободы из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.

В соответствии с ч. 3.4 ст. 72 УК РФ, время содержания ССВ под домашним арестом с (дата) по (дата) зачесть последнему в срок лишения свободы из расчета два дня нахождения под домашним арестом за один день лишения свободы.

При вступлении приговора в законную силу весь объем вещественных доказательств по уголовному делу, хранящихся в камере хранения вещественных доказательств СУ СК России по ХМАО-Югре, уничтожить.

Исковые требования потерпевшей МЛМ, а также в интересах несовершеннолетних детей: ААА (дата) года рождения, АМА (дата) года рождения и АИА (дата) года рождения о взыскании с ССВ компенсации морального вреда, причиненного преступлением, удовлетворить частично.

Взыскать с ССВ в пользу МЛМ моральный вред, причиненный преступлением, в размере 1 800 000 рублей.

Взыскать с ССВ в пользу ААА, (дата) года рождения, в лице законного представителя (матери) МЛМ моральный вред, причиненный преступлением, в размере 2 000 000 рублей.

Взыскать с ССВ в пользу АМА, (дата) года рождения, в лице законного представителя (матери) МЛМ моральный вред, причиненный преступлением, в размере 2 000 000 рублей.

Взыскать с ССВ в пользу АИА, (дата) года рождения, в лице законного представителя (матери) МЛМ моральный вред, причиненный преступлением, в размере 2 000 000 рублей.

Настоящий апелляционный приговор вступает в силу со дня его провозглашения и может быть обжалован в Седьмой кассационный суд общей юрисдикции в порядке главы 47.1 УПК РФ в течение шести месяцев со дня вступления в законную силу, а осужденным к лишению свободы - в тот же срок со дня получения его копии.

Участники процесса вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий

Судьи