Приговор № 1-5/2018 22-327/2018 от 9 апреля 2018 г. по делу № 1-5/2018

Председательствующий-судья Филюшина И.С. (дело №1-5/2018)

АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ
ПРИГОВОР №22-327/2018

Именем Российской Федерации

9 апреля 2018 года город Брянск

Брянский областной суд в составе

председательствующего Зеничева В.В.,

при секретарях Вовасовой Н.А., Борисовой О.С., Москвине М.И.,

с участием:

прокурора отдела прокуратуры Брянской области Кондрат И.С.,

осужденного ФИО1 и его защитника-адвоката Носова М.М,

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционным жалобам осужденного ФИО1 и в защиту его интересов адвоката Носова М.М. на приговор Почепского районного суда Брянской области от 25 января 2018 года, которым

ФИО1, <данные изъяты>, ранее не судимый,

осужден по ч.1 ст.222.1 УК РФ к 1 году лишения свободы, с применением ст.73 УК РФ, условно с испытательным сроком на 1 год с возложением определенных обязанностей, с применением ст.64 УК РФ без штрафа.

Мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении до вступления приговора в законную силу оставлена без изменения.

Заслушав доклад председательствующего, объяснения осужденного ФИО1 и выступление в защиту его интересов адвоката Носова М.М., поддержавших доводы апелляционных жалоб, мнение прокурора Кондрат И.С., полагавшей об оставлении приговора без изменения, как соответствующего требованиям закона, суд апелляционной инстанции

УСТАНОВИЛ:

Согласно приговору ФИО1 признан виновным в незаконном хранении взрывных устройств, а именно в том, что в один из дней августа 2012 года, в дневное время, в лесном массиве, расположенном вблизи <адрес>, закопал 23 электродетонатора типа ЭДП, содержащих штатное снаряжение взрывчатых веществ и относящихся к категории взрывных устройств, 10 из которых пригодны для использования по назначению, и незаконно хранил их до 23 октября 2015 года, когда в период с 18 час. 15 мин. до 19 час. 10 мин. указанные взрывные устройства в ходе осмотра места происшествия были обнаружены и изъяты из незаконного оборота сотрудниками милиции.

В судебном заседании ФИО1 вину не признал.

В апелляционной жалобе адвокат Носов М.М. в защиту интересов осужденного ФИО1 считает приговор незаконным, необоснованным, несправедливым и подлежащим отмене в связи с несоответствием выводов суда фактическим обстоятельствам дела и неправильным применением уголовного закона. Указывает об отсутствии доказательств виновности ФИО1 в незаконном хранении детонаторов, ссылаясь на то, что место и условия их нахождения свидетельствуют о желании лица избавиться от них, а не сохранить, что, по его мнению, означает, что лицо добровольно отказалось от преступления, в связи с чем не подлежит уголовной ответственности. Обращает внимание суда на противоречивые показания свидетеля Г.Т.С., у которой с ФИО1 сложились неприязненные отношения. Факт неприязненных отношений она подтвердила в судебном заседании, что может свидетельствовать о причинах оговора с ее стороны. Указывает о противоречиях в показаниях свидетелей Щ.А.А., С.А.А., Л.С.И. и протоколе осмотра места происшествия от 23.10.2015 года, в ходе которого сам ФИО1 участия не принимал. Считает, что отсутствие биологических следов ФИО1 на электродетонаторах, также свидетельствует о его невиновности. Просит приговор отменить, а уголовное дело в отношении ФИО1 прекратить за отсутствием в его действиях состава преступления.

В апелляционной жалобе осужденный ФИО1 считает приговор суда незаконным, ссылаясь на отсутствие доказательств его виновности и причастности к обнаруженным детонаторам. Полагает, что уголовное дело в отношении него полностью «сфабриковано» и основано на одних лишь противоречивых показаниях свидетеля Г.Т.С., на которую, по его мнению, сотрудниками правоохранительных органов Белоруссии оказывалось давление и которая испытывает по отношению к нему личные неприязненные отношения. Указывает о незаконности проведенных следственных действий, мотивируя данный довод отсутствием его и свидетеля Г.Т.С. при их проведении. Считает, что судом дана ненадлежащая оценка показаниям свидетеля П.ЕГ., пояснившей о том, что он никогда не говорил ей о детонаторах, и она их ни разу не видела, а также показаниям, данных им в судебном заседании о необходимости ему банки из-под кофе для хранения в гараже гвоздей. Кроме того, обращает внимание на заключение экспертизы об отсутствии принадлежащих ему следов на изъятых детонаторах, а также на противоречия в показаниях сотрудников правоохранительных органов Белоруссии, не устраненные в ходе судебного разбирательства. Просит приговор отменить и вынести в отношении него оправдательный приговор.

В возражении на апелляционную жалобу осужденного заместитель прокурора района Гусевской А.П., указывая о законности и обоснованности приговора суда, как в части признания ФИО1 виновным в совершении инкриминируемого преступления, так и в части назначенного ему наказания, просит апелляционную жалобу оставить без удовлетворения.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционных жалоб, возражения, суд апелляционной инстанции считает, что обвинительный приговор в отношении ФИО1 подлежит отмене с вынесением по делу оправдательного приговора по следующим основаниям.

Согласно ст.297 УПК РФ приговор суда должен быть законным, обоснованным и справедливым, то есть постановленным в соответствии с требованиями УПК РФ и основанным на правильном применении уголовного закона.

В соответствии с п.1 ч.1 ст.389.15 УПК РФ основаниями отмены или изменения судебного решения в апелляционном порядке являются несоответствие выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом первой инстанции.

В соответствии с пп.1,2 ст.389.16 УПК РФ приговор признается не соответствующим фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом первой инстанции, если выводы суда не подтверждаются доказательствами, рассмотренными в судебном заседании, суд не учел обстоятельства, которые могли существенно повлиять на выводы суда.

На основании п.2 ч.1 ст.389.20 УПК РФ в результате рассмотрения уголовного дела в апелляционном порядке суд вправе принять решение об отмене обвинительного приговора и о вынесении оправдательного приговора.

Судом апелляционной инстанции установлено, что ФИО1 в неустановленное время в неустановленном месте приобрел 23 электродетонатора типа ЭДП, содержащих штатное снаряжение взрывчатых веществ и относящихся к категории взрывных устройств. Непродолжительное время хранил их по месту жительства в <адрес>. В 2012 году он расторг брак с женой П.Т.В., которая после развода стала писать на него необоснованные жалобы в милицию. Он вспомнил об электродетонаторах и решил от них избавиться, боясь их обнаружения и привлечения его к ответственности. С этой целью он, в один из дней августа 2012 года, закопал банку с 23 электродетонаторами в лесном массиве, расположенном вблизи <адрес>, чтобы ее никто не нашел. 23 октября 2015 года, в период с 18 до 19 часов указанная банка с взрывными устройствами была обнаружена работниками милиции.

Суд апелляционной инстанции полагает, что правильно установив фактические обстоятельства дела, суд пришел к неверному выводу о доказанности всех элементов объективной и субъективной стороны состава преступления, предусмотренных ч.1 ст. 222.1 УК РФ.

С субъективной стороны преступление, предусмотренное ч.1 ст.222.1 УК РФ, совершается умышленно, то есть лицо осознает общественную опасность своих действий (бездействия), предвидит возможность или неизбежность наступления общественно опасных последствий и желает их наступления (прямой умысел) либо лицо сознает общественную опасность своих действий (бездействия), предвидит возможность наступления общественно опасных последствий, не желает, но сознательно допускает эти последствия либо относится к ним безразлично (косвенный умысел).

При этом, по смыслу уголовного закона, под незаконным хранением взрывных устройств следует понимать сокрытие указанных предметов в помещениях, тайниках, а также в иных местах, обеспечивающих их сохранность, то есть хранение взрывчатых устройств - это не просто их нахождение при субъекте по независящим от виновного причинам, а умышленное целенаправленное деяние.

Между тем, исследованные судом первой инстанции и приведенные в приговоре доказательства не подтверждают наличие у ФИО1 прямого либо косвенного умысла на незаконное хранение взрывных устройств.

Согласно ст.88 УПК РФ каждое доказательство подлежит оценке с точки зрения относимости, допустимости, достоверности, а все собранные доказательства в совокупности - достаточности для разрешения уголовного дела.

Это означает, что суд обязан вначале оценить каждое доказательство в отдельности, проверить его относимость, допустимость, достоверность, а затем оценить все собранные доказательства в совокупности, которая должна являться достаточной для доказывания обстоятельств, перечисленных в ст.73 УПК РФ.

В силу п.2 ч.1 ст.73 УПК РФ при производстве по уголовному делу подлежат доказыванию виновность лица в совершении преступления, форма его вины и мотивы.

Однако, отразив в описательно-мотивировочной части приговора показания свидетелей, признав их достоверными, суд не высказал суждений и не конкретизировал свои выводы относительного того, чьи показания подтверждают те или иные обстоятельства, подлежащие доказыванию в соответствии со ст.73 УПК РФ,

Так, выводы суда о виновности ФИО1 в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.222.1 УК РФ, основаны на приведенных в приговоре доказательствах: показаниях свидетелей Г.Т.С., П.Е.Г., С.А.А., Ч.С.В., Л.С.И., а также письменных доказательствах: протоколе осмотра места происшествия от 23.10.2015 года, заключении судебной взрывотехнической экспертизы №3-1/1588 от 16 ноября 2015 года.

Вместе с тем, указанные доказательства не подтверждают выводы суда о виновности ФИО1 в незаконном хранении взрывных устройств.

Показания свидетеля Г.Т.С., из которых следует, что в один из дней августа 2012 года ФИО1, собираясь подвезти ее на своем автомобиле на работу в <адрес>, по пути сказал, что ему надо заехать в лесной массив и закопать электродетонаторы, оставшиеся у него с прошлого места работы, чтобы их не обнаружила милиция. Остановившись в лесном массиве, ФИО1, достав из багажника саперную лопатку, отошел к одному из деревьев, метрах в 50-ти от автомобиля, при этом она видела, как он закапывал пакет. В 2015 году, когда в отношении ФИО1 проводилась проверка по факту незаконного хранения боеприпасов, она указала сотрудникам правоохранительных органов примерное место, куда ФИО1 спрятал электродетонаторы, не подтверждают умысла ФИО1 на незаконное хранение электродетонаторов. Показания свидетеля П.Е.Г., из которых следует, что в период брака с ФИО1, после 2000 года, она по его просьбе получила отправленный им грузовой контейнер с принадлежащим ему имуществом, которое было упаковано в деревянные и металлические армейские ящики. Приехав в очередной отпуск, ФИО1, распаковывая эти ящики, попросил у нее пустую жестяную банку из-под кофе, емкостью 200 мл, и она дала ему эту банку, что не свидетельствует о виновности ФИО1 в совершении инкриминируемого ему преступления.

Аналогичные показания свидетелей С.А.А. – первого заместителя начальника, начальника криминальной милиции Калинковичского РОВД, и Ч.С.В. – начальника отдела уголовного розыска Калинковичского РОВД о том, что 23.10.2015 года при получении ими информации от сотрудников Мозырского районного отдела КГБ информации о хранении ФИО1 электродетонаторов в лесном массиве, они выехали на место происшествия, где находилась следственно-оперативная группа. В ходе осмотра места происшествия была обнаружена металлическая банка, закопанная в землю на глубину около 20 см. Данная банка находилась в полимерном пакете, после вскрытия которого в самой банке был обнаружен сверток, в котором находились 23 электродетонатора, подтверждают факт обнаружения работниками милиции банки с детонаторами. Данных о том, что они принадлежат осужденному не имелось, свидетелем того, как закапывался пакет, была Г.Т.С., которая допрашивалась работниками милиции уже после обнаружения электродетонаторов.

Показания свидетеля Л.С.И. – эксперта ЭКС Калинковичского районного отдела ГКСЭ Республики Беларусь, пояснившего о том, то 23.10.2015 года в составе следственно-оперативной группы он выезжал на место происшествия – лесной массив вблизи <адрес>, где уже находились сотрудники милиции и Мозырского КГБ. В ходе проведения осмотра в месте, установленном с помощью металлоискателя, был выкопан пакет, в котором находилась банка из-под кофе, внутри которой был сверток с 23 металлическими предметами цилиндрической формы с проводами, внешне похожими на электродетонаторы, подтверждают факт обнаружения детонаторов.

Протокол осмотра места происшествия со схемой и фототаблицами к нему от 23.10.2015 года, в ходе которого был обнаружен и изъят полимерный пакет светлого цвета, внутри которого имелась банка из-под кофе «Nestle», закрытая полимерной крышкой, внутри банки находился полимерный сверток светлого цвета с 23 предметами, схожими с электродетонаторами, также не имеет доказательственного значения для установления умысла у ФИО1 на совершение преступления, поскольку содержит сведения, о месте изъятия электродетонаторов и описании внешнего вида найденных детонаторов.

Заключение судебной взрывотехнической экспертизы №3-1/1588 от 16.11.2015 года, подтверждает, что изъятые с места происшествия 23 однотипных изделия промышленного изготовления являются электродетонаторами типа ЭДП, содержащими взрывчатые вещества, и относятся к категории взрывных устройств (10 электродетонаторов пригодны для использования по назначению, 13 – не пригодны для использования по назначению, при этом снаряжение изделий пригодно для производства взрыва).

В то же время в приговоре приведены показания ФИО1, данные им в судебном заседании, из которых следует, что детонаторов у него никогда не было, он не знает, как они выглядят. При прохождении службы, он не был связан с взрывчатыми веществами. Г.Т.С. его оговорила, испытывая к нему неприязнь.

Проанализировав и оценив вышеприведенные доказательства, сопоставив их друг с другом, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что они являются относимыми, допустимыми и достоверными, однако их совокупность не подтверждает виновность ФИО1 в совершении инкриминируемого ему преступления и наличие у него умысла на незаконное хранение взрывчатых устройств.

При этом суд учитывает положения ст.14 УПК РФ, согласно которой обвиняемый считается невиновным, пока его виновность в совершении преступления не будет доказана в предусмотренном УПК РФ порядке и установлена вступившим в законную силу приговором суда. Подозреваемый или обвиняемый не обязан доказывать свою невиновность. Бремя доказывания обвинения и опровержения доводов, приводимых в защиту подозреваемого или обвиняемого, лежит на стороне обвинения. Все сомнения в виновности обвиняемого, которые не могут быть устранены в порядке, установленном УПК РФ, толкуются в пользу обвиняемого. Обвинительный приговор не может быть основан на предположениях.

Суд первой инстанции правильно указал в приговоре о том, что показания ФИО1, данные им в ходе предварительного следствия в качестве подозреваемого от 26.11.2015 года (т.1 л.д.64-65) нельзя использовать как доказательство виновности последнего в совершении инкриминируемого ему преступления, но в тоже время они могут быть использованы в качестве доказательства невиновности ФИО1 в совершении инкриминируемого ему преступления, поскольку ФИО1 признавал электродетонаторы своими, привезенными с воинской службы в Российской Армии, хранил их по месту жительства в <адрес>. В 2012 году он развелся со своей женой П.Т.В., которая стала писать на него необоснованные жалобы. Он вспомнил, что в сарае закопана банка с детонаторами и решил от них избавиться. Он нашел банку в сарае, и решил закопать в лесу, чтобы ее никто не мог найти и использовать, таким образом избавиться от них. В милицию он электродетонаторы не отнес, так как боялся, что его могут привлечь к ответственности. Он на автомобиле поехал в лес, где закопал банку с электродетонаторами. Примерно он может указать место, где закопал банку, так как он особо не запоминал его, ввиду того, что не собирался за ними возвращаться, а хотел от них избавиться.

Данные показания ФИО1 никем не опровергнуты.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п.11 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 12 марта 2002 года №5 «О судебной практике по делам о хищении, вымогательстве, и незаконном обороте оружия, боеприпасов, взрывчатых веществ и взрывных устройств», под незаконным хранением взрывчатых устройств следует понимать их сокрытие в помещениях, тайниках, а также в иных местах, обеспечивающих их сохранность.

ФИО1 признан виновным в незаконном хранении 23 электродетонаторов, которые закопал в лесном массиве, расположенном вблизи <адрес>.

Однако тайник, обнаруженный работниками милиции 23 октября 2015 года в данном лесном массиве, не обеспечивал сохранности взрывных устройств, что подтверждается заключением взрывотехнической экспертизы №3-1/1588 от 16 ноября 2015 года, из которой следует, что 13 электродетонаторов не пригодны для использования по назначению, а пригодными являются только 10 из них.

Суд первой инстанции установил период незаконного хранения ФИО1 электродетонаторов - с одного из дней августа 2012 года до 23 октября 2015 года, но как следует из материалов уголовного дела, ФИО1 в указанный период каких-либо умышленных целенаправленных действий по использованию электродетонаторов не осуществлял, к так называемому тайнику не подходил, т.е. он выбросил электродетонаторы, избавившись от них.

Свидетель Л.С.И. – эксперт ЭКС Калинковичского районного отдела ГКСЭ Республики Беларусь, пояснил, что 23.10.2015 года в составе следственно-оперативной группы он выезжал на место происшествия – лесной массив вблизи <адрес>, где был выкопан пакет, в котором находилась банка из-под кофе. С учетом имеющейся в банке воды и внешнего вида места раскопки, данная банка была закопана давно.

Кроме этого, судом не установлено обстоятельств, свидетельствующих о том, что ФИО1 своими действиями причинил вред или создал угрозу причинения вреда личности, обществу и государству.

Суд первой инстанции не принял во внимание доводы ФИО1 о необъективности показаний свидетеля Г.Т.С., хотя из материалов дела следует, что свидетель Г.Т.С. находится в неприязненных отношениях с осужденным, что она подтверждала и в судебном заседании. Кроме того, свидетель неоднократно в ходе предварительного следствия меняла свои показания, то утверждала в показаниях от 01.12.2015 года, что когда они на автомашине ФИО1 приехали в лесной массив, то последний сказал ей, что ему что-то необходимо выбросить. Он взял сверток и саперную лопату, но что хотел выбросить, ей не сказал. От работников милиции она узнала, что в пакете находились боеприпасы. В показаниях от 06.01.2016 года свидетель Г.Т.С. утверждала, что приехав в лесной массив, ФИО1 ей сказал, что надо выкинуть какой-то мусор, для чего взял саперную лопату и сверток, что было в свертке, ей не говорил.

Таким образом, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что во всех показаниях (как данных в ходе предварительного следствия, так и положенных судом первой инстанции в основу приговора) свидетель Г.Т.С. не была достоверно осведомлена об умысле ФИО1 на дальнейшее хранение детонаторов в лесу либо об отказе от хранения детонаторов. В связи с чем показания свидетеля Г.Т.С., положенные в основу приговора, не свидетельствуют о виновности ФИО1 в совершении инкриминируемого ему преступления.

На основании вышеизложенного, суд первой инстанции, признавая ФИО1 виновным в незаконном хранении взрывных устройств, не принял во внимание отсутствие данных о наличии у него умысла на хранение детонаторов.

Суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что приведенные в приговоре доказательства не подтверждают наличие у ФИО1 умысла на незаконное хранение взрывных устройств, а поэтому в действиях осужденного отсутствует состав преступления, предусмотренный ч.1 ст.222.1 УК РФ.

В связи с этим постановленный в отношении ФИО1 обвинительный приговор подлежит отмене, а осужденный - оправданию по основанию, предусмотренному п.2 ч.1 ст.24 УПК РФ, то есть за отсутствием в его действиях состава вышеуказанного преступления.

В соответствии с ч.1 ст.134 УПК РФ суд апелляционной инстанции считает необходимым признать за оправданным ФИО1 право на реабилитацию, разъяснив ему предусмотренное ст.133 УПК РФ право на возмещение имущественного ущерба, устранение последствий морального вреда, восстановление трудовых, пенсионных и иных прав.

Мера пресечения в отношении ФИО1 в виде подписки о невыезде подлежит отмене.

Руководствуясь п.3 ч.2 ст. 302 УПК РФ, п.5 ч.1 ст.389.20, ст.389.28 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПРИГОВОРИЛ:

Приговор Почепского районного суда Брянской области от 25 января 2018 года в отношении ФИО1 отменить.

Вынести по делу оправдательный приговор.

ФИО1 в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.222.1 УК РФ, признать невиновным и за отсутствием в его деянии состава преступления - оправдать.

Признать за оправданным ФИО1 право на реабилитацию в порядке, предусмотренном гл.18 УПК РФ.

Меру пресечения в отношении ФИО1 - подписку о невыезде и надлежащем поведении – отменить.

Приговор может быть обжалован в кассационном порядке в президиум Брянского областного суда.

Председательствующий В.В. Зеничев