Апелляционное определение № 22-6051/2025 22-78/2026 от 21 января 2026 г.

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Уфа 22 января 2026 года

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда

Республики Башкортостан

в составе председательствующего Медведева А.Б.,

судей Везденева К.Е. и Хафизова Н.У.,

при секретаре судебного заседания ФИО5,

с участием прокурора ФИО6,

осужденного ФИО1 в режиме видеоконференц-связи и его адвоката ФИО11,

рассмотрела в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционным жалобам адвоката ФИО11 и осужденного ФИО1, апелляционному представлению с дополнением государственного обвинителя ФИО7 на приговор Стерлитамакского городского суда РБ от дата.

Изучив материалы уголовного дела и доводы апелляционного представления с дополнением и апелляционных жалоб, выслушав выступление прокурора ФИО6 об удовлетворении апелляционного представления с дополнением, мнение осужденного ФИО1 и его адвоката ФИО11 о незаконности приговора по доводам апелляционных жалоб,

У С Т А Н О В И Л А:

По обжалуемому приговору ФИО1, дата года рождения, не судимый:

осужден по ч.3 ст.30, п. «а» ч.4 ст.228.1, ч.3 ст.30, п. «а» ч.4 ст.228.1, ч.3 ст.30, п.п. «а, г» ч.4 ст.228.1 УК РФ, на основании ч.2 ст.69 УК РФ, к 9 годам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Мера пресечения в виде заключения под стражу оставлена без изменения.

Срок наказания постановлено исчислять со дня вступления приговора в законную силу. В срок наказания зачтено время содержания под стражей в соответствии со ст.72 УК РФ.

Постановлено вопрос о вещественных доказательствах разрешить при рассмотрении уголовного дела, выделенного в отношении иного лица в отдельное производство.

ФИО1 признан виновным в совершении двух покушений на незаконный сбыт наркотических средств, совершенный с использованием информационно-телекоммуникационных сетей (включая сеть «Интернет»), в значительном размере, организованной группой, не доведенных до конца по не зависящим от него обстоятельствам. Также признан виновным в совершении покушения на незаконный сбыт наркотических средств, совершенный с использованием информационно-телекоммуникационных сетей (включая сеть «Интернет»), организованной группой, в крупном размере, не доведенный до конца по не зависящим от него обстоятельствам.

Обстоятельства совершения преступлений изложены в описательно-мотивировочной части приговора.

В судебном заседании подсудимый ФИО1 вину признал частично, не соглашаясь с квалификацией совершения преступлений в составе организованной группы, отрицал осведомлённость о составе наркотического средства.

В апелляционной жалобе адвокат ФИО11 считает приговор подлежащим отмене в связи с несоответствием выводов суда фактическим обстоятельствам дела, существенными нарушениями уголовно-процессуального закона и неправильным применением уголовного закона. Указывает, что ФИО1 признал вину в совершении действий, направленных на сбыт наркотического средства (гашиш), отрицая совершение преступления в составе организованной группы. Полагает, что приговор изложен в редакции обвинительного заключения, без указания фамилии соучастника преступления, в отношении которого уголовное дело выделено в отдельное производство, у которого умысел на незаконный сбыт наркотиков возник до встречи с ФИО1, который приобрел наркотики, инструменты для фасовки, создал интернет-магазин и приступил к реализации преступного намерения. Оспаривая обоснованность выводов о совершении преступления в составе организованной группы, считает выводы суда о виновности ФИО1 по изъятым в квартире иного лица наркотическим средствам, необоснованным, о покушении иным лицом на сбыт данных наркотических средств, самостоятельно, при отсутствии воли ФИО1.

Обращает внимание, что в судебных прениях защита дала правовую оценку допустимости доказательств, в частности справок об исследовании наркотических средств и последующих экспертиз, поставив под сомнение наличие в изъятых веществах эфира метила. По его мнению, суд необоснованно расценил это как сообщение новых обстоятельств и по собственной инициативе возобновил судебное следствие, нарушив ст. 294 УПК РФ и принцип состязательности сторон.

Указывает, что опровергая доводы защиты о недопустимости справок об исследовании, суд сослался на Закон о государственной экспертной деятельности, указав о возможности проведения предварительного исследования доказательств на стадии доследственной проверки. Однако полагает, что порядок проверки сообщений о преступлениях регламентирован УПК РФ (ст. 144), и не предусматривает проведение исследований лицом, не предупреждённым об уголовной ответственности. Утверждает о заинтересованности эксперта, состоявшего в штате органа дознания, который не был предупреждён об уголовной ответственности, в связи с чем осуществлял манипуляции с вещественными доказательствами, не отражённые в справках. По его мнению, справки об исследовании получены с нарушением требований УПК РФ, являются недопустимыми доказательствами, последующие экспертизы не устраняют сомнения в том, что эфир метила мог попасть в вещество в результате указанных манипуляций. Указывает, что экспертизы предметов, контактировавших с веществом (весы, скальпель), выявили следы только гашиша, что подтверждает умысел на сбыт именно гашиша без эфира метила. Эти обстоятельства, по мнению автора жалобы, являются основанием для переквалификации содеянного по менее тяжкому преступлению.

Отмечая роль ФИО1 в преступлении, которая сводилась к предоставлению технической возможности фиксации мест закладок, считает назначенное наказание чрезмерно суровым и не соответствующим требованиям ст. 60 УК РФ. Указывает, что ФИО1 не приобретал наркотические средства, не создавал интернет-магазин, не получал доход от сбыта. Обращает внимание, на активное способствование ФИО1 раскрытию и расследованию преступления, изобличению иного лица, что признано судом смягчающим обстоятельством. По его мнению, суд необоснованно отказался от применения ст. 64 и ст. 73 УК РФ. Просит приговор отменить, принять новое решение о переквалификации действий ФИО1 по первому и второму преступлению, оправдании его по третьему преступлению, применить положения ст. 64 и ст. 73 УК РФ.

В апелляционной жалобе осужденный ФИО1, указывая на частичное признание вины, поясняет, что согласился помочь другу детства разложить наркотические средства, его роль сводилась лишь к фотосьемке на свой телефон мест закладок, оборудованных иным лицом, и отправлении эти фотографии ему, для размещения в «телеграмме». Подтверждает, что находясь в гостях, иное лицо сообщило о намерении заняться сбытом наркотических средств, о приобретении оптовой партии, ее расфасовке, приготовлении для оборудования закладок, после чего вечером они разложили часть наркотических средств в городе. Отмечает, что обнаруженные в кармане наркотики ему передало иное лицо для оборудования закладок, но он был задержан сотрудниками полиции. Обращает внимание на раскаяние, на сотрудничество с сотрудниками полиции, которым он сообщил пароль от телефона, о местах закладок, выдал имеющиеся наркотические вещества. Считает назначенное наказание суровым. Оспаривает правовую оценку его действий, поскольку, со слов иного лица, закладки оборудованы с незначительными дозами гашиша, но там был обнаружен эфир метила, чего он не мог предположить. Соглашается с выступлением защитника в прениях о нарушениях уголовно-процессуального закона при проведении экспертиз в отношении наркотических средств, не позволяющих признать их допустимыми доказательствами, поскольку сотрудниками, не предупрежденными об уголовной ответственности, проводились какие-то манипуляции, в ходе которых в веществе обнаружен эфир метила. Полагает, что данное обстоятельство влияет на вес наркотика и, следовательно, повлекло квалификацию действий по более тяжкой статье. Также оспаривает свою причастность к приобретению наркотических средств иным лицом и хранении их у себя дома, поскольку они приобретены до их встречи, без согласования. Указывает, что узнал об их приобретении и хранении с целью сбыта только после сообщения иным лицом. Полагает об учете судом смягчающих обстоятельств не в полном объеме и без надлежащей их оценке. Просит приговор отменить.

В апелляционном представлении с дополнением государственный обвинитель ФИО7, обращая внимание на характер и степень тяжести преступлений, полагает приговор несправедливом из-за чрезмерной мягкости назначенного наказания. Отмечает, что в нарушение ст.307 УПК РФ, суд в описательно-мотивировочной части приговора должным образом не мотивировал правильность квалификации действий ФИО1 как трех самостоятельных преступлений. Предлагает приговор изменить по доводам представления с дополнением, соразмерно усилив наказание ФИО1.

Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционных представления с дополнением и жалоб, выслушав участников судебного заседания, судебная коллегия приходит к следующему.

Суд апелляционной инстанции считает, что выводы суда первой инстанции об обстоятельствах совершенного ФИО1 деяния верными, основанными на совокупности исследованных судом доказательств, обоснованно признанных судом допустимыми, оцененными в соответствии со ст. 88 УПК РФ, которым дана надлежащая оценка.

Так суд в основу приговора обоснованно положил показания ФИО1 данные как в ходе предварительного, так и судебного следствия, согласно которым дата, его одноклассник, с которым учился с 1 класса, пригласил к себе домой, рассказал об открытии магазина по продаже наркотиков, попросил помочь, фотографировать на телефон места закладок. На столе, на кухне лежали пакет с наркотиком гашиш, электронные весы, пустые пакетики, магниты, изолента черного цвета. Где одноклассник купил наркотики, ему не говорил. Они вдвоем решили сделать пробные бесплатные закладки наркотика гашиш по 0,2 грамма, для получения хороших отзывов о магазине, для привлечения клиентов в магазин. Договорились доход от продажи наркотиков делить пополам. После чего одноклассник на столе разрезал скальпелем гашиш на части, взвесил на весах, взвешенные части гашиша он упаковал в пакетики, пакетики с гашишем и магнит он обернул изолентой черного цвета. Около 4 час. 30.10.2024г. они оборудовали бесплатные пробные закладки наркотика гашиш для того, чтобы привлечь клиентов в магазин «...». Одноклассник прикреплял сверток с гашишем к металлическим предметам на улице, а он фотографировал места закладок своим телефоном, и снимки отправлял тому на «...». При нем сделали пять закладок, зашли в компьютерный клуб, они делали закладки по пути, потом на такси поехали до дома одноклассника. Фото скинули в компьютерном клубе. Он придумал рекламу магазину для привлечения клиентов: «Магазин «...» открыл свои двери, заходите, получите бесплатные пряники на пробу!», «Хочу представить вам самый ровный магазин с восточными пряниками, в честь открытия раздаются пробы, все клады на магните и находятся в городе, кто успел, тот и улетел!». Ему позвонил отец, попросил приехать помочь. Одноклассник дал ему три свертка, попробовать эти закладки положить по пути домой. По пути возможности разложить наркотики не было. Он договорился с одноклассником о встрече возле магазина «...», он приехал туда на такси и там его задержали, при задержании у него обнаружили три закладки с наркотическим веществом. Ему объяснили, что он задержан за распространение наркотиков в другом магазине по реализации наркотических средств, «...». Он действительно ранее работал там два месяца, когда его задержали, он там уже не работал. Наркотических средств, которые он получал от «...» при нем не было. Массу наркотиков и закладку формировал одноклассник, он не знал вес. Когда он был доставлен в отдел полиции, то в присутствии понятых у него ватными дисками сотрудник полиции взял смывы с ладоней, в правом боковом кармане сотрудник полиции обнаружил три свертка с магнитом. Также у него был изъят его «...», три банковские карты: «...», «...», «...», а также ключи от квартиры родителей и его сестры. Изъятые предметы были сотрудниками полиции упакованы в разные бумажные конверты, которые были опечатаны, и он их подписал. Потом сотрудник полиции отрезал ножницами ткань с правого бокового кармана куртки, упаковал ее в бумажный конверт, опечатал, и он подписал конверты. Он подписал составленные сотрудниками полиции протоколы. Был сотрудником полиции осмотрен его телефон с его участием, где имелась в «...» переписка с чатом под ником «...». Это ник одноклассника, который открыл в «...» магазин по продаже гашиша под ником «...». В отделе он увидел задержанного одноклассника, в отношении которого дело выделено в отдельное производство.

Достоверность признательных показаний ФИО1 не вызывает сомнений у суда апелляционной инстанции, поскольку они подтверждаются иными доказательствами, положенными в основу приговора.

Так, из показаний свидетеля Свидетель №2 следует, что она арендовала квартиру, в которой начала проживать с иным лицом, в отношении которого дело выделено в отдельное производство. дата в вечернее время сожитель куда-то сходил, затем вернулся. Она около 1 час. датаг. легла спать в зале, сожитель сказал, что ждёт ФИО1, с которым собирается в компьютерный зал поиграть в компьютерные игры. Через некоторое время она услышала, что пришел ФИО1 и её сожитель, которые посидели на кухне и ушли. Когда звонила сожителю, тот говорил, что находится в компьютерном клубе вместе с ФИО1. Около 6 час. она услышала, как сожитель и ФИО1 вернулись домой. Затем ФИО1 ушел, сожитель лег спать. Около 15 час. Сожитель ушел за сигаретами в магазин, на звонки не отвечал, около 20 час. в квартиру пришли сотрудники полиции, её сожитель и ФИО1, а также понятые. Она дала согласие на осмотр квартиры. Сотрудник полиции разъяснил порядок проведения осмотра квартиры, права и обязанности участвующих лиц и предложил её сожителю выдать наркотики и предметы, имеющие отношение к наркотикам. Сожитель в присутствии понятых из-за микроволновой печи, находящейся на холодильнике, достал пакет и передал сотруднику полиции. Когда развернули пакет, она увидела, что внутри находятся свертки изоленты черного цвета, полиэтиленовый пакетик с веществом в виде комка темного цвета, электронные весы, мотки изоленты черного цвета, пустые полиэтиленовые пакетики, скальпель, прозрачная пластиковая колба с круглыми магнитами. Сотрудник полиции развернул свертки изоленты, в каждом из них находился магнит и полиэтиленовый пакетик с комком вещества темного цвета. Сожитель сказал, что в пакетике и свертках изоленты находится наркотик гашиш.

Свидетели Свидетель №3, Свидетель №4, Свидетель №5, Свидетель №7 и Свидетель №6 дали показания по обстоятельствам проводимых оперативно-розыскных мероприятий по выявлению, изобличению, пресечению и документированию преступной деятельности ФИО1 в сфере незаконного оборота наркотических средств.

Как следует из положенного в основу приговора протокола осмотра сотового телефона марки «...», с участием ФИО1, который добровольно сообщил пароль для разблокировки экрана, в ходе которого установлены переписка и медиафайлы о преступной деятельности осуждённого, в том числе в соучастии с лицом, в отношении которого уголовное дело выделено в отдельное производство.

Суд также обоснованно положил в основу приговора протоколы осмотра мест происшествий с фототаблицами к ним, согласно которым с участием иного лица, в отношении которого дело выделено в отдельное производство и ФИО1, произведены осмотры участков местности, в которых они указали оборудованные ими тайники-закладки с наркотическими веществами, которые были обнаружены и изъяты при данных следственных действиях, справки об исследованиях и заключения экспертов о виде, количестве и составе наркотических средств.

Доводы стороны защиты о недопустимости справок и заключений экспертов о виде, количестве и составе наркотических средств, неубедительны.

Отсутствие в справке об исследовании ссылки на предупреждение эксперта об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ, не является основанием для предположения о даче им заведомо ложного заключения.

Суд обоснованно указал на соответствие выданных до возбуждения дела экспертных справок Федеральному закону «О государственной судебно-экспертной деятельности», также нормам УПК РФ, не исключающих участие эксперта при проверке сообщения о преступлении.

Вопреки доводам, нахождение экспертного учреждения в составе подразделения Министерства внутренних дел Российской Федерации, не свидетельствует о наличии личной заинтересованности эксперта в исходе уголовного дела, о его умышленных действиях по изменению состава исследуемых объектов.

Более того, судебная коллегия исходит из презумпции незаинтересованности лица производящего предварительное расследование в умышленных действиях по фальсификации доказательств, поскольку ему, обладающему юридическими познаниями в области уголовного права, очевидны преступность и наказуемость таких действий.

Наличие на поверхности весов и скальпеле следов наркотика только растительного происхождения, отсутствии следов наркотика синтетического происхождения, также не является основанием для сомнения в обоснованности заключения экспертов о виде изъятых наркотиков, а связано, по мнению суда апелляционной инстанции, количественным преобладанием в смеси наркотика растительного происхождения над синтетическим.

При этом, оценивая выводы суда о получении экспертами на исследование именного того наркотического средства, которое было изъято у ФИО1, из мест оборудованных им с участием иного лица тайников-закладок, а также по месту жительства иного лица, судебная коллегия принимает во внимание заключения экспертов, согласно которым, в смывах рук осуждённого, на срезе кармана его куртки обнаружены следы смеси тех же наркотических средств (т 2 л.д. 85-87, 96-98).

При таких обстоятельствах оснований для сомнения в достоверности справок экспертов, заключения экспертов о количестве виде и составе наркотического средства, не имеется.

Доводы стороны защиты об умысле ФИО1 на приобретение наркотика растительного происхождения без синтетических примесей, не влияет на квалификацию преступления, размеры наркотических средств по каждому конкретному эпизоду установлены правильно. При этом, в отношении смеси, содержащей то или иное наркотическое средство, суд правильно исходил из общей массы смеси, в которой находится данное вещество, определяя размеры наркотических средств как крупные, поскольку запрещённые к свободному обороту наркотические средства, очевидно для осуждённого, не являются предметом государственной стандартизации по чистоте и составу смести, при этом, фигурирующие по делу наркотические средства входят в Список наркотических средств и психотропных веществ, оборот которых в Российской Федерации запрещен в соответствии с законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации, для которых размеры устанавливаются из веса всей смеси.

Также несостоятельны доводы стороны защиты об отсутствии умысла ФИО1 на покушение на сбыт наркотического средства, обнаруженного по месту жительства иного лица, в отношении которого уголовное дело выделено в отдельное производство.

Как следует из положенных в основу приговора доказательств, в том числе и показаний самого ФИО1, он и иное лицо, в жилище последнего вступили в сговор о совершении преступлений, связанных с незаконным оборотом наркотиков, иное лицо, в отношении которого дело выделено в отдельное производство на столе разрезало скальпелем гашиш на части, взвесило на весах, взвешенные части гашиша упаковало в пакетики, после чего взяло с собой несколько свертков с наркотиком гашиш, и они с ним пошли пешком от его дома в сторону торгового дома «...», по дороге оборудовали тайники-закладки, он фотографировал с программой «...» автоматически определяющей координаты фотоснимков. После того, когда он находился в жилище соучастника, последний дал ему ещё три пакетика с наркотиками. ФИО1 также показал о том, что он с соучастником преступления договорились разделить преступный доход от продажи наркотиков пополам.

Поскольку, ФИО1 вступил в сговор с иным лицом о совместной преступной деятельности по сбыту наркотиков, соучастник преступления, очевидно для осуждённого, забрал, а также передал ему только часть наркотических средств, умыслом ФИО1 был охвачен сбыт всей массы наркотиков, в том числе хранящихся в жилище иного лица, в отношении которого уголовное дело выделено в отдельное производство.

Эти и другие доказательства положенные в основу приговора полностью подтверждают обоснованность выводов суда при установлении судом фактических обстоятельств совершения ФИО1 общественно-опасных действий.

Вместе с тем, при юридической оценке содеянного, суд неправильно применил уголовный закон, что в соответствии со ст. 38915 и ст. 38918 УПК РФ, является основанием для изменения приговора.

Так, суд, мотивируя совершение ФИО1 совершения своих действий в составе организованной группы, указал на следующие обстоятельства: ФИО1 и иное лицо, в отношении которого уголовное дело выделено в отдельное производство, знакомы с детства, являются одноклассниками, что свидетельствует об их устойчивости, совместно работали курьерами-закладчиками наркотиков у интернет-магазина «...», сбывали наркотические средства – мефедрон и гашиш на территории городов адрес, были посвящены в процесс направленный на незаконный сбыт наркотических средств. 25.10.2024г. они совместно перестали работать на интернет-магазин «...». 29.10.2024г. ФИО1 согласился на предложение иного лица, в отношении которого дело выделено в отдельное производство работать по сбыту наркотиков в интернет-магазине «...» (созданном иным лицом, в отношении которого дело выделено в отдельное производство в программе обмена мгновенными сообщениями «...»). Они вместе должны были покупать оптовые партии наркотика гашиш в интернет-магазинах, расфасовывать гашиш в свертки и продавать его через закладки дороже, чем закупочная стоимость, доход от продажи наркотиков делить пополам.

В дальнейшем, суд указывает на совместные преступные действия ФИО1 и иного лица, их планы, обстоятельства их задержания, и приходит к выводу о том, что они заранее объединились в группу с целью незаконного сбыта наркотических средств на территории адрес. ФИО1, вступая в группу, знал, что она имеет руководителя, состоит из лиц, роли которых распределены таким образом, чтобы составляли взаимосвязанную цепочку действий, направленных на систематический сбыт в течение длительного времени приобретаемых и поставляемых организатором наркотических средств путем использования информационно-коммуникационной сети «Интернет», с целью получения быстрых и высоких доходов, при этом умысел был направлен на сбыт всей полученной иным лицом, в отношении которого дело выделено в отдельное производство партии наркотика.

Судебная коллегия не соглашается с данными выводами суда по следующим основаниям.

Суд правильно в приговоре указал, на то, что организованная группа характеризуется, устойчивостью, наличием в ее составе организатора (руководителя) и заранее разработанного плана совместной преступной деятельности, распределением функций между членами группы при подготовке к совершению преступления и осуществлении преступного умысла.

Между тем, определяя роль иного лица, в отношении которого уголовное дело выделено в отдельное производство как организатора, руководителя преступной группы, описывая объективную сторону доказанных действий каждого, суд указал на следующие обстоятельства: иное лицо и ФИО1 должны были покупать оптовые партии наркотика гашиш в интернет-магазинах, расфасовывать гашиш в свертки и продавать его через закладки дороже, чем закупочная стоимость, доход от продажи наркотиков делить пополам. Данные установленные судом обстоятельства согласуются полностью с показаниями ФИО1 от дата, положенные в основу приговора, что он дата пришёл к однокласснику поздно вечером, который в его присутствии упаковал на кухне наркотические средства, вместе поехали делать пробные закладки, одноклассник сооружал тайники, он со специальной программой фотографировал и скинул в телефон соучастника, когда вернулись обратно в квартиру, он, то есть ФИО1, сам придумал рекламу магазину для привлечения клиентов: «Магазин «...» открыл свои двери, заходите, получите бесплатные пряники на пробу!», «Хочу представить вам самый ровный магазин с восточными пряниками, в честь открытия раздаются пробы, все клады на магните и находятся в городе, кто успел, тот и улетел!». Иное лицо, в отношении которого дело выделено в отдельное производство выложило рекламу в своей группе «...» в приложении «...». Он тоже подписался на группу (канал) «...» для увеличения количества подписчиков, с целью продвижения канала. В суде в этой части ФИО1 показал, что они рекламу придумывали с соучастником вместе.

Достоверность данных показаний подтверждается протоколами осмотров телефонов как ФИО1, так и его соучастника, о том, что телеграмм канал «Магазин «...», аккаунт «...» созданы дата, все фотографии тайников закладок с привязкой к данному магазину и аккаунту, также выполнены в эту дату.

При таких обстоятельствах, каких-либо доказательств о том, что иное лицо, в отношении которого уголовное дело выделено в отдельное производство, осуществлял над ФИО1 какие-либо организационные или руководящие функции в совместной преступной деятельности, материалы дела не содержат. Приобретение наркотических средств для сбыта заранее, и предложение совершить совместные преступные действия, не свидетельствуют о наличии организационных или руководящих функций при совершении общественно опасных действий.

Из положенных в основу приговора доказательств, наличие какой-либо организованной структуры, чётко оговоренные распределение обязанностей, кроме одноклассника осуждённого, наличие иных соучастников преступления, не усматривается.

Выводы суда о том, что иное лицо выполняло какие-либо руководящие или организационные функции, не только не подтверждены материалами дела, они опровергаются положенными в основу приговора доказательствами. В частности указание об осуществлении иным лицом контроля прибыли и распределения доходов между участниками преступной деятельности, в зависимости от выполняемых каждым функций при совершении преступлений, опровергается показаниями ФИО1 о том, что они договорились доходы от сбыта наркотиков распределить поровну. Доказательств опровергающих эти показания осуждённого, приговор не содержит.

С учётом изложенного, а также принимая во внимание, что ФИО1 и иное лицо, в отношении которого уголовное дело выделено в отдельное производство, при общественно-опасных действиях, в совершении которых признан виновным осуждённый, осуществляли свою деятельность без чёткого разграничения своих обязанностей, в течение короткого промежутка времени, составляющей менее одних суток, их соучастие образовывают обычное соисполнительство, что свидетельствует о совершении ими преступления группой лиц по предварительному сговору.

По обжалуемому приговору, совместная предыдущая преступная деятельность ФИО1 и иного лица, в отношении которого уголовное дело выделено в отдельное производство, в качестве курьеров-закладчиков наркотиков в интернет-магазина «...», не была предметом доказывания по уголовному делу, выводы суда о том, что они совместно при работе в данном интернет-магазине, сбывали наркотические средства – мефедрон и гашиш, голословны, поскольку в деле наркотических средств, имеющих отношение к данному интернет-магазину, с результатами судебных экспертиз, не имеется.

При таких обстоятельствах из действий осуждённого подлежит исключению квалифицирующий признак совершения ФИО1 преступления организованной группой, действия их подлежат квалификации как совершение преступления группой лиц, по предварительному сговору.

Вместе с тем, доводы апелляционной жалобы стороны защиты и апелляционного представления государственного обвинителя об отсутствии мотивировки выводов суда по квалификации каждого эпизода действий ФИО1 как самостоятельные преступления образовывающих их совокупность, являются обоснованными.

Оценивая установленные судом фактические обстоятельства совершённых ФИО1 действий, а также совокупность доказательств, учитывая, что все изъятые наркотические средства относятся к одному виду с одинаковыми примесями, что свидетельствует об их происхождении из одной партии, осуждённый и иное лицо, в отношении которого уголовное дело выделено в отдельное производство, каких-либо действий для оборудования тайников-закладок в разных территориях не предпринимали, после размещения первой части наркотиков в тайники-закладки, соучастник преступления, передавая ФИО1 дополнительные пакетики с наркотиками, какого-либо мнения по территории их размещения не высказал. При этом, по условиям предварительного сговора ФИО1 с соучастником преступления, информацию конкретным потребителям о местонахождении тайника-закладки должно было передавать иное лицо, в отношении которого уголовное дело выделено в отдельное производство.

При таких обстоятельствах, судебная коллегия приходит к выводу о доказанности умысла ФИО1 по эпизодам покушения на незаконный сбыт наркотических средств массами 0,144 грамма, 0,145 грамма и 5,401 грамма на совершение единого, продолжаемого преступления, подлежащего квалификации по ч. 3 ст. 30, п. «г» части 4 статьи 2281 УК РФ - покушение на незаконный сбыт наркотических средств, совершенный с использованием информационно-телекоммуникационных сетей (включая сеть «Интернет»), группой лиц по предварительному сговору, в крупном размере, не доведенное до конца по независящим от него обстоятельствам.

При назначении ФИО1 наказания, суд принял в во внимание характер и степень общественной опасности содеянного, обстоятельства его совершения, учёл данные о личности осужденного, смягчающие наказание обстоятельства, а также влияния назначенного наказания на его исправление.

Судом в полной мере приняты во внимание все имеющие значение по делу обстоятельства, в том числе и те, на которые ссылаются осуждённый и его защитник в своих апелляционных жалобах.

Доводы стороны защиты о том, что интернет-магазин создан иным лицом, в отношении которого уголовное дело выделено в отдельное производство, им же приобретено заранее наркотическое средство для сбыта, доходы от преступной деятельности осуждённый не получал, только представлял техническую возможность фиксации мест закладок, не является основанием для смягчения наказания. Как следует из положенных в основу приговора доказательств, ФИО1 помогал сообщнику преступления придумать рекламные тексты по сбыту наркотических средств, они заранее договорились о разделении выручки от продажи наркотиков поровну на двоих. Таким образом, ФИО1 был в равной степени с иным лицом заинтересован в деятельности созданного соучастником преступления интернет-магазина по сбыту наркотиков.

Вопреки утверждениям осуждённого и его защитника ФИО11, все активные действия ФИО1 после его задержания, в том числе представление пароля от своего телефона, изобличающие иное лицо показания, судом приняты во внимание при назначении наказания. Данные обстоятельства, а также раскаяние в содеянном, частичное признание вины, молодой возраст осуждённого, скоропостижная смерть отца, гибель близкого родственника ..., наличие заболеваний ФИО1, обоснованно признаны смягчающими наказание.

Иных обстоятельств, подлежащих признанию смягчающими наказание, стороной защиты не представлено.

Суд, назначая осуждённому наказание с применением положений ч. 1 ст. 62 и ч. 3 ст. 66 УК РФ, правильно установил максимальные пределы возможного наказания, принял во внимание все иные имеющие для определения вида и размера наказания обстоятельства.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, судебная коллегия, с учётом фактических обстоятельств совершения осуждённым преступления, степени его общественной опасности, целей и мотивов совершения, приходит к выводу, что перечисленные смягчающие наказание обстоятельства, как в отдельности, так и в совокупности, не являются исключительными. При таких обстоятельствах, суд обоснованно указал на отсутствие оснований для применения положений ст. 64 УК РФ.

Фактические обстоятельства совершённого преступления и степень общественной опасности содеянного, свидетельствуют об отсутствии оснований для изменения категорий преступлений на менее тяжкую с применением ч. 6 ст. 15 УК РФ.

По мнению суда апелляционной инстанции, назначение ФИО1 условного наказания, не будет способствовать достижению целей наказания предусмотренных ст. 43 УК РФ по восстановлению социальной справедливости и исправлению осуждённого, в связи с чем, оснований для удовлетворения доводов стороны защиты о применении положений ст. 73 УК РФ, не находит.

Поскольку судебная коллегия приходит к выводу о менее тяжком виде соучастия ФИО1 в совершении преступления, отсутствия совокупности преступления, оснований для удовлетворения апелляционного представления государственного обвинителя мотивированного чрезмерной мягкостью назначенного наказания, также не имеется, переквалификация действий осуждённого влечёт смягчение наказания.

Иных оснований для изменения приговора, судебная коллегия не усматривает.

Вид исправительного учреждения строгого режима определен судом в соответствии с требованиями п. «в» ч. 1 ст. 58 УК РФ.

Вопросы о мере пресечения и вещественных доказательствах разрешены в соответствии с требованиями закона.

Зачёт времени содержания ФИО1 под стражей в срок отбытия лишения свободы соответствует нормам ст. 72 УК РФ.

Иных оснований для изменения приговора не имеется, в остальной части он является законным и обоснованным.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 38913, ст. 38920, ст. 38928, ст. 38933 УПК РФ, судебная коллегия

О П Р Е Д Е Л И Л А:

Приговор Стерлитамакского городского суда РБ от дата в отношении ФИО1 изменить, чем частично удовлетворить апелляционное представление государственного обвинителя и апелляционные жалобы адвоката ФИО11 и осужденного ФИО1

Исключить из действий осуждённого ФИО1 квалифицирующий признак совершение преступления организованной группой.

Действия ФИО1 по эпизодам покушения на незаконный сбыт наркотических средств массами 0,144 грамма, 0,145 грамма и 5,401 грамма, квалифицировать как одно преступление, совершённое с единым умыслом по ч. 3 ст. 30, п. «г» части 4 статьи 2281 УК РФ - покушение на незаконный сбыт наркотических средств, совершенный с использованием информационно-телекоммуникационных сетей (включая сеть «Интернет»), группой лиц по предварительному сговору, в крупном размере, не доведенное до конца по независящим от него обстоятельствам, по которому назначить наказание в виде лишения свободы сроком 7 (семь) лет 6 (шесть) месяцев.

В остальной части приговор оставить без изменения, а апелляционное представление государственного обвинителя, апелляционные жалобы адвоката ФИО11 и осужденного ФИО1 – без удовлетворения.

Апелляционное определение может быть обжаловано в кассационном порядке, установленном главой 471 УПК РФ, в судебную коллегию по уголовным делам Шестого кассационного суда общей юрисдикции (г. Самара) путем подачи кассационной жалобы или представления:

- в течение шести месяцев со дня вступления в законную силу итогового судебного решения через суд первой инстанции для рассмотрения в предусмотренном ст.ст. 4017 и 4018 УПК РФ порядке;

- по истечении вышеуказанного срока – непосредственно в суд кассационной инстанции для рассмотрения в предусмотренном ст.ст. 40110- 40112 УПК РФ порядке.

В случае обжалования судебного решения в кассационном порядке осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий:

Судьи:

справка: дело 22-78/2026

(22-6051/2025)

судья Залман А.В.