Апелляционное определение № 33-335/2026 33-8046/2025 от 13 января 2026 г.

Дело № 33-335/2026 (33-8046/2025)

№ 2-61/2025

56RS0013-01-2025-000082-42


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

14 января 2026 года г. Оренбург

Судебная коллегия по гражданским делам Оренбургского областного суда в составе:

председательствующего судьи Раковского В.В.,

судей областного суда Булгаковой М.В., Шор А.В.,

с участием прокурора Поповой Е.А.,

при секретаре Шабриной А.И.,

рассмотрев в открытом судебном заседании с использованием системы видео-конференц связи апелляционные жалобы ФИО1, ФИО2 на решение Домбаровского районного суда Оренбургской области от 11 августа 2025 года по гражданскому делу по иску ФИО1 к ФИО2 о компенсации морального вреда.

Заслушав доклад судьи Оренбургского областного суда Раковского В.В., пояснения представителя истца ФИО1 – ФИО14, поддержавшего доводы апелляционной жалобы истца, возражавший против доводов апелляционной жалобы ответчика, заключение прокурора Поповой Е.А., просившей отказать в удовлетворении апелляционных жалоб, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

ФИО1 обратился в суд с вышеназванным исковым заявлением, указав, что (дата) в 01 час 20 минут на 105 км + 750 м. автодороги Ростов-на-Дону-Семикаракорск - (адрес), водитель автомобиля LADA-XRAY, государственный регистрационный знак № - ответчик ФИО2, двигаясь в темное время суток по вышеуказанной автодороге в направлении от (адрес) в сторону (адрес), допустил наезд на пешехода –ФИО3, (дата) года рождения, (родного сына истца) находящегося на краю проезжей части правой полосы движения по ходу движения названного автомобиля, который от полученных телесных повреждении скончался на месте дорожно-транспортного происшествия (далее по тексту – ДТП). Согласно судебно-медицинскому заключению эксперта № от (дата), смерть, сына истца ФИО3 наступила в результате получения травм несовместимых с жизнью и квалифицируются, как причинившие тяжкий вред здоровью по признаку «вред, опасный для жизни человека». Постановлением от (дата) Следственным Отделом Отделения МВД Российской Федерации по (адрес) отказано в возбуждении уголовного дела в отношении ФИО2 в связи с отсутствием в его действиях состава преступления, предусмотренного части 3 статьи 264 Уголовного кодекса Российской Федерации. При этом в данном постановлении не указано на нарушение каких-либо пунктов Правил дорожного движения Российской Федерации, утвержденных постановлением Совета Министров - Правительства Российской Федерации от (дата) № (далее - ПДД РФ) погибшим сыном истца ФИО3, как находящихся в прямой причинно-следственной связи между фактом этих нарушений и последствиями ДТП от (дата). В результате действий ответчика ФИО2 истец лишился своего родного сына ФИО3 - близкого и родного ему человека, эта смерть причиняет ему моральные и нравственные страдания, поскольку он, являясь пенсионером, претерпел глубокую психологическую и моральную травму, связанную с потерей сына. Сын Жаксыбай осуществлял постоянную заботу о нем, как об отце, помогал морально и материально. Из-за пережитого у ФИО1 резко ухудшилось общее состояние здоровья. Причиненный истцу моральный вред в денежном эквиваленте он оценивает в сумму 5 000 000 рублей, который, по его мнению, подлежит взысканию с ответчика - причинителя вреда ФИО2 Кроме того, истец ФИО1, являясь отцом погибшего ФИО3, был вынужден нести незапланированные расходы на его погребение и организацию связанных с этим событием ритуальных обрядов.

Просит суд взыскать в пользу ФИО1 с ФИО2 деньги в сумме 5 000 000 рублей в качестве компенсации морального вреда, причиненного гибелью его сына ФИО3, (дата) года рождения, при ДТП от (дата).

Определением суда от (дата) к участию в деле в качестве лица, дающего заключение, привлечен прокурор Домбаровского района Оренбургской области.

Протокольным определением от (дата), к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено общество с ограниченной ответственностью «Система кабельного телевидения» Телерадиокомпания «Волгодонский вестник» (далее по тексту - ООО СКТТ «Волгодонский вестник»).

Протокольным определением суда от (дата), к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено страховое акционерное общество «РЕСО-Гарантия» (далее по тексту - САО «РЕСО-Гарантия»).

Протокольным определением от (дата) к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора, привлечена ФИО4

Протокольным определением от (дата), к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено акционерное общество «СОГАЗ» (далее по тексту - АО «СОГАЗ»).

Истец ФИО1 в судебное заседание не явился, о дате, времени и месте судебного заседания извещен надлежащим образом. Ранее в судебном заседании просил удовлетворить исковые требования. Дополнительно указал, что сын материально помогал, покупал продукты питания, оплачивал коммунальные услуги. Ответчиком извинения не были принесены. Просил взыскать именно компенсацию морального вреда, расходы на захоронение не просил взыскивать.

Представитель истца ФИО14 в судебном заседании настаивал на удовлетворении исковых требований в полном объеме.

Ответчик ФИО2 в судебное заседание не явился, о дате, времени и месте судебного заседания извещен надлежащим образом. В своих неоднократных возражениях просил отказать в удовлетворении заявленных требований. Дополнительно пояснил, что трудовую деятельность во время ДТП не осуществлял. Указывал на грубую неосторожность ФИО3 Просил учесть свое материальное положение.

Представитель ответчика ФИО15 в судебном заседании просила отказать в удовлетворении заявленных требований.

Представитель третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, ООО СКТТ «Волгодонский вестник» в судебное заседание не явился, о дате, времени и месте судебного заседания извещен надлежащим образом.

Представители третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора САО «РЕСО-Гарантия», АО «СОГАЗ» в судебное заседание не явились, о дате, времени и месте судебного заседания были извещены надлежащим образом.

Третье лицо, не заявляющее самостоятельные требования относительно предмета спора, ФИО13 в судебное заседание не явилась, о дате, времени и месте судебного заседания извещена надлежащим образом.

Решением Домбаровского районного суда Оренбургской области от 11 августа 2025 года исковые требования ФИО1 удовлетворены частично. Суд постановил: «Взыскать с ФИО2, (дата) года рождения, паспорт серии №, в пользу ФИО1, (дата) года рождения, уроженца р.(адрес), паспорт серии №, компенсацию морального вреда в размере 200 000 рублей.

Взыскать с ФИО2, (дата) года рождения, паспорт серии № в доход местного бюджета судебные расходы по уплате государственной пошлины в размере 3 000 рублей».

Не согласившись с решением суда, ФИО1 подана апелляционная жалоба, в которой он просит решение суда изменить, увеличить размер компенсации морального вреда, удовлетворив исковые требования в полном объеме.

В апелляционной жалобе ФИО2 просит решение суда отменить, ссылаясь на завышенный размер компенсации морального вреда, вынести новое решение, которым снизить размер компенсации морального вреда до 10 000 рублей.

В судебное заседание суда апелляционной инстанции ФИО1, ФИО2, ФИО13, представители САО «РЕСО-Гарантия», АО «СОГАЗ», ООО «Система кабельного телевидения» Телерадиокомпании «Волгодонский вестник» не явились, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежаще. В соответствии со статьями 167, 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации дело рассмотрено в отсутствие не явившихся лиц.

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционных жалоб и проверив законность и обоснованность судебного решения в соответствии со статьей 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в пределах доводов жалоб, судебная коллегия приходит к следующим выводам.

Так, общие основания ответственности за причинение вреда предусмотрены статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которой вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.

Согласно разъяснениям Пленума Верховного Суда Российской Федерации, данным в пункте 18 постановления от 26 января 2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», в силу статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный жизни или здоровью граждан деятельностью, создающей повышенную опасность для окружающих (источником повышенной опасности), возмещается владельцем источника повышенной опасности независимо от его вины.

В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Статьей 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что в случаях, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности, компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Как следует из разъяснений, содержащихся в пункте 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда. При рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий.

В тоже время, пунктом 2 статьи 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации, предусмотрено, что, если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен. При грубой неосторожности потерпевшего и отсутствии вины причинителя вреда в случаях, когда его ответственность наступает независимо от вины, размер возмещения должен быть уменьшен или в возмещении вреда может быть отказано, если законом не предусмотрено иное. При причинении вреда жизни или здоровью гражданина отказ в возмещении вреда не допускается.

В пункте 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении. Размер компенсации морального вреда не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального вреда, убытков и других имущественных требований.

Определяя размер компенсации морального вреда, суду необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда (пункт 26 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда»).

Судом первой инстанции установлено и следует из материалов дела, что (дата) в 01 час 20 минут на 105 км + 750 м. автодороги Ростов-на-Дону - Семикаракорск - (адрес), водитель автомобиля LADA-XRAY, государственный регистрационный знак № - ответчик ФИО2, двигаясь в темное время суток по вышеуказанной автодороге в направлении от (адрес) в сторону г. Волгодонска, допустил наезд на пешехода ФИО3, (дата) года рождения, одетого в одежду темного цвета, находящегося на краю проезжей части правой полосы движения по ходу движения названного автомобиля, который от полученных телесных повреждении скончался на месте ДТП.

Из протокола осмотра места дорожно-транспортного происшествия от (дата) усматривается, что осматривался участок автодороги 105 км. + 750 м. автодороги Ростов-на-Дону - Семикаракорск - (адрес), вид происшествия - наезд, проезжая часть имеет горизонтальный участок с асфальтобетонным покрытием, состояние покрытия сухое, дорожное покрытие шириной для 2 направлений 2 м., число полос движения 2, ширина проезжей части 7,30 м., ширина обочины 3,2 м., ширина разделительной полосы 10 см. На проезжей части нанесены продольная разметка для разрешения встречных потоков транспорта 1,1:1,6. Данный участок пути не освещен. На пересечении главной и второстепенной дороги обнаружен труп мужчины с правой стороны по направлению к (адрес).

Также в материалы дела была представлена видеозапись ДТП, из которой следует, что автомобиль, двигаясь по автодороге в темное время суток с ближним светом фар, производит наезд на человека.

Из письменных объяснений ФИО5 от (дата) следует, что он официально трудоустроен в ООО СКТТ «Волгодонский вестник» в должности техника сети аппаратно-студийного комплекса. Так (дата) он со своей коллегой поехали по служебной необходимости в (адрес) на принадлежащем ему автомобиле LADA-XRAY, государственный регистрационный знак №. Примерно в 23 часа 45 минут они выехали из (адрес), скоростной режим он не нарушал, погодные условия были без осадков. Проехав (адрес) примерно в 01 час 10 минут ФИО5 двигался со скоростью 90-100 км/ч., на автомобиле был включен ближний свет фар, автодорога, по которой он двигался, не освещалась уличными фонарями, то есть был темный участок дороги, примерно за метров пять он увидел, что на краю проезжей части дороги с правой стороны лежит темный предмет. Он попытался сориентироваться и затормозить, однако почувствовал удар в правой части кузова автомобиля, далее после удара он не стал резко тормозить, а плавно съехал на обочину для того, чтобы посмотреть, что случилось. Сразу же за его автомобилем сзади припарковался грузовой автомобиль, водитель которого пояснил ему, что на обочине лежит человек. После чего ФИО5 позвонил в службу 112 и сообщил о случившемся. Как оказалось, что на краю проезжей части дороги лежал мужчина, одетый в темную одежду без каких-либо светоотражающих элементов, признаки жизни не подавал. По приезду сотрудников ДПС и следователя, в присутствии ФИО5 и в присутствии двух понятых был произведен осмотр места ДТП и осмотр автомобиля, в ходе осмотра автомобиля была изъята карта памяти с видеорегистратора. Также ФИО5 пояснил, что предотвратить наезд на лежачего человека он не смог.

Из заключения эксперта № от (дата) следует, что смерть ФИО3, (дата) года рождения, наступила в результате грубой тупой сочетанной несовместимой с жизнью травмы головы, правой верхней конечности, грудной клетки, живота, таза, сопровождавшейся ушибленными ранами мягких тканей лица, кровоподтеками на лице, кровоизлияниями на внутренней поверхности мягких тканей свода черепа, соответственно затылочной и теменной областями слева, многооскольчатыми переломами костей свода, основания и лицевого отдела черепа, разрывами твердой мозговой оболочки, кровоизлияниями под твердую, под- и в мягкие мозговые оболочки вещества головного мозга с прорывом крови в желудочки головного мозга, ушибами вещества головного мозга, обширной раной мягких тканей правой подмышечной впадины и верхней трети правого плеча, открытым многооскольчатым переломом верхней трети правого плеча, ссадинами на передней поверхности грудной клетки справа, неправой боковой поверхности грудной клетки, полными поперечными переломами 2-10-го ребер слева по средне ключичной линии с повреждением пристеночной плевры в области переломов 9-10-го ребер, полными поперечными переломами 2-7-го ребер слева по лопаточной линии с повреждением пристеночной плевры в области переломов 3-4-го ребер, полными поперечными переломами 9-11-го ребер по среднеподмышечной линии с повреждением пристеночной плевры в области переломов 7, 8-го ребер, с кровоизлияниями в окружающие мягкие ткани, выстоянием костных отломков в плевральную полость, полными поперечными переломами 2-7-го ребер справа по около - грудиной с повреждением пристеночной плевры в области 6-7-го ребер, кроме того полными поперечными переломами 4-7-го ребер справа по лопаточной линии без повреждения пристеночной плевры, разрывами легких, селезенки, правой почки, левой доли печени, размозжением правой доли печени, полными разрывами лонного сочленения, правого крестцово-подвздошного сочленения, многооскольчатым переломом гребня правой подвздошной кости, массивным внутренним и наружным кровотечением. На трупе ФИО3 обнаружены телесные повреждения, которые квалифицируются, как причинившие тяжкий вред здоровью по признаку «вред, опасный для жизни человека». Между повреждениями и наступившей смертью имеется прямая причинно-следственная связь. Все повреждения образовались в едином комплексе и механизме травмирования при взаимодействии с твердыми тупыми предметами, незадолго до момента наступления смерти, в частности могли возникнуть при обстоятельствах и в срок момента наезда на ФИО3 легкового автотранспортного средства через голову, грудную клетку, живот и область таза в направлении справа налево. Характер и множественность телесных повреждений обнаруженных на трупе не исключают возможности того, что в момент наезда автотранспортного средства с последующим переездом тела колесами автотранспортного средства ФИО3 находился в горизонтальном положении. Каких-либо повреждений, не укладывающихся в единый механизм автотранспортной травмы при судебно-медицинской экспертизе на трупе ФИО3, не обнаружено. Между вышеуказанными обстоятельствами ДТП и наступлением смерти ФИО3 имеется прямая причинно-следственная связь. При судебно-химическом исследовании в крови трупа ФИО3 обнаружен этиловый спирт, содержание которого составило 2,91+(-) 0,23 промилле. Данная концентрация этилового спирта в крови обычно у живых лиц соответствует клиническим проявлениям сильного опьянения.

Из автотехнической экспертизы, проведенной (дата) было установлено, что скорость движения автомобиля LADA-XRAY в данных дорожных условиях примерно равна 80 км/ч. С технической точки зрения следует отметить, что установленная величина скорости движения автомобиля LADA-XRAY является минимальной. В данной дорожной обстановке водитель автомобиля LADA-XRAY ФИО2 должен был действовать в соответствии с требованиями пунктов 10.1 и 10.3 ПДД РФ. В данной дорожной обстановке водитель автомобиля LADA-XRAY ФИО2 не располагал технической возможностью предотвратить данное ДТП.

Согласно заключению эксперта № от (дата) скорость движения автомобиля LADA-XRAY в данных дорожных условиях примерно равна 80 км/ч. С технической точки зрения следует отметить, что установленная величина скорости движения автомобиля LADA-XRAY является минимальной. В данной дорожной обстановке водитель автомобиля LADA-XRAY ФИО2 должен был действовать в соответствии с требованиями пунктов 10.1 и 10.3 ПДД РФ. В данной дорожной обстановке водитель автомобиля LADA-XRAY ФИО2 не располагал технической возможностью предотвратить данное ДТП. В действиях водителя автомобиля LADA-XRAY ФИО2 в данной ситуации, согласно исходным данным, имеются несоответствия требованиям пунктов 10.1 абзац 1 и 10.3 ПДД РФ, однако данные несоответствия не находились в причинной связи с фактом данного ДТП.

Постановлением следователя Следственного Отдела Отделения МВД Российской Федерации по Семикаракорскому району от (дата) отказано в возбуждении уголовного дела в отношении ФИО5 по основанию, предусмотренному п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, то есть в связи с отсутствием состава преступления.

Данное постановление на момент рассмотрения дела в установленном законом порядке не оспорено и не признано незаконным.

Как указано в постановлении, ФИО2 в данной дорожной ситуации должен был действовать в соответствии с пунктами 10.1 и 10.3 Правил дорожного движения.

Вместе с тем, по мнению районного суда в сложившейся дорожной ситуации водитель ФИО5 не имел технической возможности предотвратить наезд на лежавшего на проезжей части дороги пешехода ФИО3

Между тем данным постановлением установлено, что смерть ФИО3 наступила в результате использования ФИО5 транспортного средства, являющимся источником повышенной опасности. Также установлено, что на момент своей смерти ФИО3 был в алкогольном опьянении.

При таких обстоятельствах, в действиях ФИО2 не установлена вина в причинении вреда здоровью, повлекшего смерть ФИО3

Из ответа Отделением МВД России по Домбаровскому району Оренбургской области от (дата) следует, что собственником транспортного средства LADA-XRAY, государственный регистрационный знак <***>, является ФИО2 Данные сведения подтверждаются карточкой учета ТС от (дата).

Автогражданская ответственность водителя ФИО5 на момент совершения дорожно-транспортного происшествия была застрахована в САО «РЕСО-Гарантия», что подтверждается страховым полисом № ХХХ 0252666733.

В силу пункта 10.1 Правил дорожного движения Российской Федерации, утвержденных постановлением Совета Министров - Правительства Российской Федерации от 23 октября 1993 года № 1090 (далее – Правила дорожного движения), водитель должен вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия, в частности видимость в направлении движения. Скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил.

При возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства.

Таким образом, Правила дорожного движения Российской Федерации предусматривают движение не только с определенной установленной соответствующими ограничениями скоростью, но и со скоростью, являющейся оптимальной в данной конкретной ситуации.

При возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства.

Согласно Правилам «Опасность для движения» - это ситуация, возникшая в процессе дорожного движения, при которой продолжение движения в том же направлении и с той же скоростью создает угрозу возникновения дорожно-транспортного происшествия.

Таким образом, при движении водитель автомобиля должен руководствоваться Правилами дорожного движения, а также соблюдать п. 10.1 Правил дорожного движения.

Для наступления деликтной ответственности необходимо наличие наступления вреда; противоправности поведения причинителя вреда; причинной связи между ними; вины причинителя вреда.

Бремя доказывания отсутствия вины возлагается на причинителя вреда. Потерпевший, в свою очередь представляет доказательства, подтверждающие факт причинения вреда, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Согласно пункта 1.3. Правил дорожного движения участники дорожного движения обязаны знать и соблюдать относящиеся к ним требования Правил, сигналов светофоров, знаков и разметки, а также выполнять распоряжения регулировщиков, действующих в пределах, предоставленных им прав и регулирующих дорожное движение установленными сигналами.

В силу пункта 1.5 Правил дорожного движения участники дорожного движения должны действовать таким образом, чтобы не создавать опасности для движения и не причинять вреда.

Пунктом 4.1 Правил дорожного движения Российской Федерации, утвержденных постановлением Совета Министров - Правительства Российской Федерации от 23 октября 1993 года № 1090, пешеходы должны двигаться по тротуарам, пешеходным дорожкам, велопешеходным дорожкам, а при их отсутствии - по обочинам. При движении по краю проезжей части пешеходы должны идти навстречу движению транспортных средств.

При переходе дороги и движении по обочинам или краю проезжей части в темное время суток или в условиях недостаточной видимости пешеходам рекомендуется, а вне населенных пунктов пешеходы обязаны иметь при себе предметы со световозвращающими элементами и обеспечивать видимость этих предметов водителями транспортных средств.

В силу пункта 4.3 пешеходы должны переходить дорогу по пешеходным переходам, в том числе по подземным и надземным, а при их отсутствии - на перекрестках по линии тротуаров или обочин. На регулируемом перекрестке допускается переходить проезжую часть между противоположными углами перекрестка (по диагонали) только при наличии разметки 1.14.1 или 1.14.2, обозначающей такой пешеходный переход. При отсутствии в зоне видимости перехода или перекрестка разрешается переходить дорогу под прямым углом к краю проезжей части на участках без разделительной полосы и ограждений там, где она хорошо просматривается в обе стороны. Требования настоящего пункта не распространяются на велосипедные зоны.

На нерегулируемых пешеходных переходах пешеходы могут выходить на проезжую часть (трамвайные пути) после того, как оценят расстояние до приближающихся транспортных средств, их скорость и убедятся, что переход будет для них безопасен. При переходе дороги вне пешеходного перехода пешеходы, кроме того, не должны создавать помех для движения транспортных средств и выходить из-за стоящего транспортного средства или иного препятствия, ограничивающего обзорность, не убедившись в отсутствии приближающихся транспортных средств (пункт 4.5 Правил дорожного движения Российской Федерации).

Выйдя на проезжую часть (трамвайные пути), пешеходы не должны задерживаться или останавливаться, если это не связано с обеспечением безопасности движения. Пешеходы, не успевшие закончить переход, должны остановиться на островке безопасности или на линии, разделяющей транспортные потоки противоположных направлений. Продолжать переход можно лишь убедившись в безопасности дальнейшего движения и с учетом сигнала светофора (регулировщика) (пункт 4.6 Правил дорожного движения Российской Федерации).

Таким образом, пешеход в темное время суток обязан иметь при себе предметы со световозвращающими элементами и обеспечивать видимость этих предметов водителями транспортных средств.

Истец в обоснование требований указал, что смерть близкого человека нанесла ему неизгладимую рану на психическое и моральное состояние, что он до сих пор переживает смерть сына.

В рассматриваемом случае факт причинения истцам морального вреда очевиден и не подлежит самостоятельному доказыванию. Смерть родного человека является наиболее тяжелым и необратимым по своим последствиям событием, влекущим глубокие и тяжкие страдания, переживания, вызванные такой утратой, затрагивающие личные структуры, психику, здоровье, самочувствие и настроение.

Согласно пункту 5 «Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2018)», в удовлетворении требования о компенсации морального вреда не может быть отказано на основании того, что невозможно точно установить характер и степень телесных повреждений. Сам факт причинения таких повреждений является достаточным основанием для удовлетворения иска о компенсации морального вреда. Привлечение ответчика к уголовной или административной ответственности не является при этом обязательным условием для удовлетворения такого иска.

Учитывая изложенное, истец обратился в суд с иском, в котором просил взыскать с ответчика в счет возмещения морального вреда денежные средства в размере 5 000 000 рублей.

Таким образом, по мнению суда первой инстанции, причинение нравственных и физических страданий истцу нашли свое подтверждение в ходе судебного разбирательства.

Как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации, в силу присущего гражданскому судопроизводству принципа диспозитивности только истец определяет, защищать ему или нет свое нарушенное или оспариваемое право (часть первая статьи 4 ГПК РФ), к кому предъявлять иск (пункт 3 части второй статьи 131 ГПК РФ) и в каком объеме требовать от суда защиты (часть третья статьи 196 ГПК РФ) (Определения Конституционного Суда Российской Федерации от (дата) №-О, от (дата) №-О).

В силу пункта 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от (дата) № «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», причинение морального вреда потерпевшему в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях предполагается, и сам факт причинения вреда здоровью, в том числе при отсутствии возможности точного определения его степени тяжести, является достаточным основанием для удовлетворения иска о компенсации морального вреда.

Привлечение лица, причинившего вред здоровью потерпевшего, к уголовной или административной ответственности не является обязательным условием для удовлетворения иска.

Согласно пункту 18 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от (дата) № «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», наличие причинной связи между противоправным поведением причинителя вреда и моральным вредом (страданиями как последствиями нарушения личных неимущественных прав или посягательства на иные нематериальные блага) означает, что противоправное поведение причинителя вреда повлекло наступление негативных последствий в виде физических или нравственных страданий потерпевшего.

Как указано в пункте 21 названного Пленума, моральный вред, причиненный деятельностью, создающей повышенную опасность для окружающих, подлежит компенсации владельцем источника повышенной опасности (статья 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу пункта 22 Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» моральный вред подлежит компенсации независимо от формы вины причинителя вреда (умысел, неосторожность). Вместе с тем при определении размера компенсации морального вреда суд учитывает форму и степень вины причинителя вреда (статья 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Как следует из пункта 25 Пленума, суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.

Размер компенсации морального вреда не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального вреда, убытков и других имущественных требований.

В силу пункта 26 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», определяя размер компенсации морального вреда, суду необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда.

Как следует из пункта 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни.

При определении размера компенсации морального вреда суду необходимо устанавливать, допущено причинителем вреда единичное или множественное нарушение прав гражданина или посягательство на принадлежащие ему нематериальные блага.

Согласно пункту 28 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», под индивидуальными особенностями потерпевшего, влияющими на размер компенсации морального вреда, следует понимать, в частности, его возраст и состояние здоровья, наличие отношений между причинителем вреда и потерпевшим, профессию и род занятий потерпевшего.

В силу пункта 29 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», разрешая спор о компенсации морального вреда, суд в числе иных заслуживающих внимания обстоятельств может учесть тяжелое имущественное положение ответчика-гражданина, подтвержденное представленными в материалы дела доказательствами (например, отсутствие у ответчика заработка вследствие длительной нетрудоспособности или инвалидности, отсутствие у него возможности трудоустроиться, нахождение на его иждивении малолетних детей, детей-инвалидов, нетрудоспособных супруга (супруги) или родителя (родителей), уплата им алиментов на несовершеннолетних или нетрудоспособных совершеннолетних детей либо на иных лиц, которых он обязан по закону содержать).

Тяжелое имущественное положение ответчика не может служить основанием для отказа во взыскании компенсации морального вреда.

Согласно пункту 30 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», при определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В связи с этим сумма компенсации морального вреда, подлежащая взысканию с ответчика, должна быть соразмерной последствиям нарушения и компенсировать потерпевшему перенесенные им физические или нравственные страдания (статья 151 Гражданского кодекса Российской Федерации), устранить эти страдания либо сгладить их остроту.

Судам следует иметь в виду, что вопрос о разумности присуждаемой суммы должен решаться с учетом всех обстоятельств дела, в том числе значимости компенсации относительно обычного уровня жизни и общего уровня доходов граждан, в связи с чем исключается присуждение потерпевшему чрезвычайно малой, незначительной денежной суммы, если только такая сумма не была указана им в исковом заявлении.

Учитывая вышеизложенное, суд первой инстанции, оценив представленные доказательства в их совокупности и взаимной связи по правилам статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, руководствуясь положениями статей 15, 151, 1064, 1079, 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации, исходя из того, что поскольку гибель близкого человека во всех случаях приводит к нравственным страданиям и факт причинения истцу морального вреда в связи со смертью сына предполагается, пришел к выводу о том, что моральный вред, причиненный в результате дорожно-транспортного происшествия от источника повышенной опасности, подлежит взысканию с виновного в причинении вреда лица.

Компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности (абзац второй статьи 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации).

При отсутствии вины владельца источника повышенной опасности, при наличии грубой неосторожности лица, жизни или здоровью которого причинен вред, суд не вправе полностью освободить владельца источника повышенной опасности от ответственности (кроме случаев, когда вред причинен вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего). В этом случае размер возмещения вреда, за исключением расходов, предусмотренных абзацем третьим пункта 2 статьи 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации, подлежит уменьшению (абзац второй пункта 23 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина»).

Вопрос о том, является ли допущенная потерпевшим неосторожность грубой, в каждом случае должен решаться с учетом фактических обстоятельств дела (характера деятельности, обстановки причинения вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего, его состояния и др.) (абзац третий пункта 17 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина»).

В абзаце пятом пункта 17 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» внимание судов обращено на то, что размер возмещения вреда в силу пункта 3 статьи 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации может быть уменьшен судом с учетом имущественного положения причинителя вреда - гражданина, за исключением случаев, когда вред причинен действиями, совершенными умышленно.

Как разъяснено в пункте 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», при определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

Из изложенного следует, что суду при определении размера компенсации морального вреда членам семьи потерпевшего в случае его смерти необходимо в совокупности оценить конкретные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных именно этим лицам физических или нравственных страданий, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав как основополагающие принципы, предполагающие установление судом баланса интересов сторон. Если при причинении вреда жизни или здоровью гражданина имела место грубая неосторожность потерпевшего и отсутствовала вина причинителя вреда, в случаях, когда его ответственность наступает независимо от вины, суд не вправе полностью освободить владельца источника повышенной опасности от ответственности, но размер возмещения вреда должен быть уменьшен судом. Вопрос о том, является ли допущенная потерпевшим неосторожность грубой, в каждом случае должен решаться судом с учетом фактических обстоятельств дела. Размер возмещения вреда также может быть уменьшен судом с учетом имущественного положения причинителя вреда (гражданина). При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении во избежание произвольного завышения или занижения судом суммы компенсации.

В данном случае, определяя размер, подлежащей взысканию компенсации морального вреда, суд первой инстанции учитывал то, что смертью близкого истцу человека, ответчиком причинены значительные нравственные страдания, так как гибель близкого человека, в результате которой он продолжает испытывать глубокие нравственные страдания, сами по себе являются необратимыми обстоятельствами, нарушающими психическое благополучие членов семьи, неимущественное право на родственные и семейные связи.

Размер присуждаемой ФИО1 компенсации морального вреда в данном конкретном случае был определен районным судом с учетом характера причиненных нравственных и физических страданий, исходя из принципа разумности и справедливости.

Из свидетельства о рождении от (дата) серии IV-РЖ № следует, что ФИО3, (дата) года рождения, является сыном ФИО1, что также подтверждается выпиской из записи акта о рождении № от (дата), место государственной регистрации – Отдел ЗАГС Оренбургской области исполнительного комитета Домбаровского районного совета Народных депутатов.

Согласно записи акта о смерти № от (дата), место государственной регистрации – Отдел ЗАГС муниципального образования Домбаровский район Оренбургской области ФИО3, (дата) года рождения, умер (дата), причиной смерти явилась грубая тупая сочетанная травма головы, туловища, конечностей с переломами костей скелета, повреждением внутренних органов, пешеход, пострадавший при столкновении с легковым автомобилем, что также подтверждается свидетельством о смерти от (дата) серии III-РА №, а также справкой о смерти № № от (дата).

Из справки о составе семьи, выданной администрацией муниципального образования Домбаровский поссовет Домбаровского района Оренбургской области от (дата) следует, что ФИО1, (дата) года рождения, зарегистрирован и проживает по адресу: (адрес), в состав его семьи входят и совместно проживают ФИО13 – жена, (дата) года рождения.

Из справки военного комиссариата Ясненского городского округа, Светлинского и Домбаровского районов Оренбургской области от (дата) № ФИО3, (дата) года рождения, призван на военную службу по мобилизации (дата).

Из справки администрации муниципального образования Домбаровский поссовет (адрес) от (дата) ФИО1 зарегистрирован и проживает по адресу: (адрес), в состав его семьи входят и совместно проживают: ФИО13 – жена, (дата) года рождения.

Из представленной в материалы дела выписки из ЕГРН от (дата) № № следует, что ФИО1 по состоянию на (дата) принадлежат следующие объекты недвижимого имущества: земельный участок с кадастровым номером: №, для сельскохозяйственного использования, земельный участок с кадастровым номером: №, для ведения личного подсобного хозяйства, здание (жилой дом), с кадастровым номером: №, находящийся в собственности.

Согласно ответу Отделения Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по (адрес) от (дата) № № ФИО1, (дата) года рождения, имеет средства пенсионных накоплений в размере 1 829 рублей 81 копейки.

Из ответа начальника РЭО Госавтоинспекции МУ МВД России «Орское» от (дата) усматривается, что на имя ФИО1, (дата) года рождения, согласно карточки учета транспортного средства зарегистрирован автомобиль марки ВАЗ-21102, легковой седан, 2001 года выпуска.

Согласно представленному в материалы дела трудовому договору от (дата), заключенного между ООО «СКТВ»/ТРК «Волгодонский вестник» и ФИО5, последний принят на работу в порядке и на условиях данного договора. Договор подписан ФИО5 и генеральным директором ООО «СКТВ»/ТРК «Волгодонский вестник» ФИО7, данные обстоятельства также подтверждаются приказом о приеме на работу ФИО5 от (дата) №-л.

Из ответа Отделения МВД России по (адрес) от (дата) следует, что собственником транспортного средства LADA-XRAY, государственный регистрационный знак <***>, является ФИО2 Данные сведения подтверждаются карточкой учета ТС от (дата).

Согласно представленного в материалы дела уведомления в Едином государственном реестре недвижимости от (дата) № № отсутствуют сведения о зарегистрированных объектах недвижимого имущества на имя ФИО2, (дата) года рождения.

Согласно справке о доходах и суммах налога физического лица на имя ФИО2 за (дата), его ежегодный общий доход составляет сумму в размере 487 469 рублей 12 копеек.

Согласно справке о доходах и суммах налога физического лица на имя ФИО2 за (дата), его ежегодный общий доход составляет сумму в размере 464 179 рублей 86 копеек.

Согласно справке о доходах и суммах налога физического лица на имя ФИО2 за (дата) по состоянию на (дата), его общий доход составляет сумму в размере 165 229 рублей 24 копейки.

ФИО2 также открыт банковский счет № от (дата), остаток на (дата) составляет сумму в размере 1 951 рублей; остаток на (дата) составляет сумму в размере 43 744 рубля 07 копеек; остаток на (дата) составляет сумму в размере 304 рубля 01 копейка.

Из свидетельства о заключении брака от (дата) серии II-АН № следует, что ФИО2, (дата) года рождения, и ФИО8, (дата) года рождения, (дата) заключили брак, о чем составлена актовая запись № Отделом ЗАГС администрации (адрес).

Согласно справке серии № № ФИО8, (дата) года рождения, имеет 3 группу инвалидности, инвалид с детства (бессрочно).

Из свидетельства о рождении от (дата) серии III-АН № следует, что ФИО9, (дата) года рождения, является сыном ФИО2 и ФИО10

Разрешая спор, принимая во внимание положения статей 2, 151, 209, 1064, 1079, 1083, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению, части 4 статьи 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд первой инстанции обоснованно пришёл к выводу о взыскании компенсации морального вреда с ФИО2 как собственника транспортного средства.

При этом, при определении размера компенсации причиненного морального вреда, суд первой инстанции также учитывал и обстоятельства, при которых произошло дорожно-транспортное происшествие, повлекшее смерть близкого родственника истца, а именно: действия ответчика, который не скрылся с места дорожно-транспортного происшествия, вызвал ДПС ГИБДД, дал показания по делу, состояние опьянения умершего ФИО3 и неосторожные действия ФИО3, нарушившего Правила дорожного движения и проявившего неосмотрительность, личность ответчика, имущественное положение обоих сторон, характер и степень причиненных истцу нравственных страданий, причиненных смертью близкого ему человека, что само по себе является необратимым обстоятельством, тяжелейшим событием в его жизни, неоспоримо причинившим нравственные страдания, влечет состояние субъективного эмоционального расстройства, нарушает неимущественное право на семейные и родственные связи, связанные с этим моральные страдания, материальное положение сторон, а также требования разумности и справедливости, пришел к выводу о том, что требования подлежат частичному удовлетворению в размере 200 000 рублей.

Судебная коллегия соглашается с выводом суда первой инстанции о наличии правовых оснований для возложения на ответчика ФИО2 гражданско-правовой ответственности по компенсации морального вреда.

Судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции, принимает во внимание, что гибель близкого родственника сама по себе является необратимым обстоятельством, которое влечет состояние субъективного эмоционального расстройства, поскольку утрата близкого человека рассматривается в качестве наиболее сильного переживания, нарушает неимущественное право на семейные связи, взыскание денежной компенсации будет способствовать восстановлению баланса между последствиями нарушения прав истца и степенью ответственности, применяемой к ответчику.

Вместе с тем, судебная коллегия не может согласиться с взысканной судом первой инстанции суммы компенсации морального вреда, поскольку данный вывод сделан без учета

Доводы апелляционной жалобы истца о том, что представленные в материалы дела результаты экспертизы являются необоснованными и некорректными, в связи с чем действия ответчика и причинно-следственная связь совершенного ДТП не была доказана, судебная коллегия отклоняет, поскольку эксперты были предупреждены об уголовной ответственности перед проведением экспертизы у судебной коллегии не имеется оснований не доверять результатам указанной экспертизы.

В то же время, судебная коллегия находит доводы апелляционной жалобы ответчика о завышенном размере компенсации морального вреда, заслуживающими внимания.

Так, судебная коллегия, исследовав материалы дела, пришла к выводу, что судом первой инстанции не в полном объеме учтены все фактические обстоятельства дела, такие как нахождение ФИО3 на проезжей части в состоянии алкогольного опьянения, что подтверждает тот факт, что в крови ФИО3 обнаружен этиловый спирт, содержание которого составило 2,91+(-) 0,23 промилле, а также нахождения его в темной одежде без светоотражающих элементов в лежачем положении.

Судебная коллегия, исходит из того, что нахождение потерпевшего на проезжей части подтверждает вину потерпевшего ФИО3 в произошедшем ДТП.

С учетом указанного, установив, что грубая неосторожность самого ФИО3 содействовавшая возникновению ему вреда, приведшего к его гибели, по мнению судебной коллегии подтверждена, сумма в размере 150 000 рублей в счет компенсации морального вреда в пользу ФИО1 является разумной и справедливой, обеспечивающей баланс прав и законных интересов сторон.

Определяя размер компенсации морального вреда в сумме 150 000 рублей в пользу отца истца, судебная коллегия исходит из положений части 2 статьи 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации и учитывает степень вины самого потерпевшего, а именно, его нахождение в состоянии алкогольного опьянения на проезжей части дороги, то есть там, где его быть не должно было, пришла к выводу, что указанные обстоятельства гибели ФИО3 свидетельствуют о том, что смерть от полученных телесных повреждений наступила в результате его грубой неосторожности. Кроме того, при определении размера, подлежащего взысканию в пользу истца вреда, судебной коллегии учтено материальное положение ответчика.

При таких обстоятельствах, обжалуемое решение суда подлежит изменению в части взыскания компенсации морального вреда, снизив размер до 150 000 рублей в пользу отца потерпевшего.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 328, 329, 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

решение Домбаровского районного суда Оренбургской области от 11 августа 2025 года в части взыскания с ФИО2 в пользу ФИО1 компенсации морального вреда в размере 200 000 рублей изменить, взыскав сумму 150 000 рублей.

В остальной части решение оставить без изменения, апелляционные жалобы ФИО1, ФИО2 без удовлетворения.

Председательствующий: В.В. Раковский

Судьи: М.В. Булгакова

А.В. Шор

В окончательной форме апелляционное определение изготовлено 27 января 2026 года.