Решение № 2-2184/2018 2-75/2019 2-75/2019(2-2184/2018;)~М-2024/2018 М-2024/2018 от 5 июня 2019 г. по делу № 2-2184/2018

76RS0022-01-2018-002484-89

Дело № 2-75/2019

Изг. 06.06.2019 г.


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

город Ярославль

17 апреля 2019 г.

Заволжский районный суд города Ярославля в составе:

председательствующего судьи Ратехиной В.А.,

при секретаре Сизоненко Д.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к закрытому акционерному обществу «<...>» о взыскании задолженности по оплате труда,

у с т а н о в и л:

ФИО1 обратилась в суд с указанным исковым заявлением к ЗАО «<...>». В обоснование исковых требований указано, что на основании решения от 27.05.2013 г. внеочередного общего собрания акционеров ЗАО «<...>» ФИО1 была назначена генеральным директором общества, с истицей был заключен трудовой договор № 23 от 28.05.2013 г. Согласно п. 8.2. устава ЗАО «<...>» срок полномочий генерального директора составляет 5 лет.

01.06.2015 г. между истицей и работодателем было заключено дополнительное соглашение к трудовому договору, согласно условиям которого в случае прекращения трудового договора до истечения срока по инициативе работодателя в соответствии с п. 2 ч. 1 ст. 81 ТК РФ (сокращение численности или штата организации, индивидуального предпринимателя), либо в соответствии с п.2 ч. 1 ст. 278 ТК РФ (в связи с принятием уполномоченным органом юридического лица, либо собственником имущества организации, либо уполномоченным собственником лицом (органом) решения о прекращении трудового договора) работодатель обязуется: письменно уведомить работника о предстоящем прекращении трудового договора, полномочий не позднее, чем за 90 календарных дней до даты прекращения трудового договора; не позднее, чем за 30 календарных дней до даты прекращения трудового договора работнику должна быть выплачена компенсация работодателем в размере 15 000 руб. за каждый полный отработанный месяц с момента заключения трудового договора. В случае несоблюдения работодателем приведенных условий прекращение трудового договора с работником не допускается без его письменного согласия.

01.08.2016 г. между истицей и работодателем было заключено дополнительное соглашение к трудовому договору, согласно условиям которого в связи с нахождением работника в отпуске по уходу за ребенком до трех лет работнику устанавливается неполный рабочий день продолжительностью 4 часа при пятидневной рабочей неделе продолжительностью 20 часов с сохранением заработной платы в размере 15000 руб.

До настоящего времени ФИО1 является генеральным директором общества, продолжает руководить текущей деятельностью общества согласно уставу. За период с августа 2018 г. заработная плата ФИО1 не выплачивалась, имеется задолженность работодателя по выплате заработной платы.

09.10.2018 г. истицей было получено решение единственного акционера общества от 27.09.2018 г. о досрочном прекращении полномочий ФИО1 и избрании на должность генерального директора общества ФИО2 ФИО6 договор, заключенный с истицей, был расторгнут 27.09.2018 г., о чем ФИО1 узнала 11.10.2018 г.

ФИО1 не согласна с указанным решением единственного акционера, полагает его незаконным и необоснованным по причине несоблюдения работодателем установленного сторонами порядка прекращения трудового договора: уведомление о предстоящем увольнении за 90 календарных дней и (или) ранее даты принятия решения о прекращении полномочий (27.09.2018 г.) в адрес истицы не направлялось, о принятом решении истице стало известно 09.10.2018 г.

Кроме того, прекращение трудового договора является незаконным, поскольку в период с 2017 г. до настоящего времени истица находится в отпуске по уходу за ребенком до трех лет.

26.11.2018 г. единственным акционером ЗАО «<...> ФИО7 было принято решение об отмене решения от 27.09.2018 г. Позднее, ориентировочно в декабре 2018 г., ФИО7 было принято решение, которое датировано 28.05.2018 г., о прекращении трудовых отношений между ЗАО «<...>» и ФИО1 в связи с истечением срока трудового договора 28.05.2018 г. (п. 2 ч. 1 ст. 77 ТК РФ) и временном возложении с 29.05.2018 г. функций генерального директора общества на ФИО7

О решении единственного акционера общества от 28.05.2018 г. истица узнала из материалов настоящего гражданского дела.

Ссылаясь на изложенные обстоятельства, ФИО1 с учетом заявления об уточнении исковых требований просила признать незаконным прекращение трудового договора № 23 от 28.05.2013 г. на основании решения от 28.05.2018 г.; взыскать с ответчика задолженность по заработной плате в размере 105 000 руб. за август 2018 г. –февраль 2019 г. (т. 1 л.д. 80, 242).

Протокольным определением суда к участию в деле в качестве третьих лиц были привлечены ГУ – Ярославское региональное отделение Фонд социального страхования Российской Федерации, ФИО7

В судебном заседании истица ФИО1 вновь заявила об уточнении исковых требований, просила: 1) признать решение от 28.05.2018 г. единственного акционера общества незаконным и недействительным; 2) взыскать задолженность по заработной плате перед ФИО1 за период с 01.08.2018 г. по 31.03.2019 г. в размере 120 000 руб.

Протокольным определением суд отказал в принятии к производству данного заявления об уточнении исковых требований, поскольку неоднократное увеличение размера исковых требований за счет добавления новых периодов (после подачи иска) приведет к затягиванию процесса, и принятие к производству соответствующего уточненного требования снизит эффективность судебной защиты. Кроме того, в указанном случае права истицы не нарушаются, истица вправе подать новый иск, заявив о взыскании задолженности по заработной плате за новый период. Также суд учитывает, что в судебных заседаниях, состоявшихся ранее, истице предлагалось уточнить исковые требования по п. 1 просительной части иска, вместе с тем такое уточнение поступило в суд только в последнее судебное заседание. При этом ранее к производству суда было принято требование о признании незаконным прекращения трудового договора на основании решения единственного акционера от 27.09.2018 г., то есть фактически истцом ставился вопрос о признании указанного решения недействительным. Впоследствии в судебном заседании от 28.03.2019 г. истица отказалась от данного требования, производство по делу в части исковых требований истца о признании незаконным прекращения трудового договора № 23 от 28.05.2013 г. на основании решения от 28.05.2018 г. было прекращено.

В связи с изложенным судом рассматривались и разрешались исковые требования о взыскании с ответчика задолженности по заработной плате в размере 105 000 руб. за август 2018 г. – февраль 2019 г. (т. 1 л.д. 80, 242). В обоснование указанных требований истица дополнительно сослалась на обстоятельства, изложенные в письменных пояснениях, приобщенных к делу. Одновременно ФИО1 ходатайствовала о признании решения единственного акционера общества от 28.05.2018 г. подложным и исключении данного решения из числа доказательств по делу, с целью проверки заявления о подложности данного документа просила назначить судебную техническую экспертизу.

Представитель ответчика – ФИО2, действующий на основании доверенности (т. 1 л.д. 50), возражал против удовлетворения иска по основаниям, изложенным в письменном отзыве, просил в удовлетворении иска отказать (т. 1 л.д. 127-132). Полагал, что увольнение истицы с должности генерального директора общества в связи с истечением срока трудового договора 28.05.2018 г. было осуществлено в соответствии с законом. ФИО1 в последний рабочий день 28.05.2018 г. было объявлено о решении единственного акционера общества, однако от подписи в приказе об увольнении, оформления прекращения трудовых отношений истица отказалась, о чем был составлен акт от 28.05.2018 г. Кроме того, истицей не было предоставлено доказательств, свидетельствующих о том, что с 28.05.2018 г. истица была допущена к работе с ведома или по поручению работодателя. Решений о возложении с 28.05.2018 г. функций генерального директора на ФИО1 не принималось. Одновременно ответчик заявил о подложности дополнительных соглашений от 01.06.2015 г. и 01.08.2015 г. к трудовому договору № 23 от 28.05.2013 г., приказа генерального директора ЗАО «<...>» № 1 от 10.01.2017 г., и с целью проверки заявления о подложности данных документов ходатайствовал о назначении судебной технической экспертизы по делу (т. 1 л.д. 58).

Рассмотрев соответствующие ходатайства сторон о назначении судебной технической экспертизы, суд определил в удовлетворении данных ходатайств отказать, поскольку в деле имеется достаточно доказательств в обоснование требований и возражений, назначение судебной технической экспертизы приведет к необоснованному затягиванию процесса.

Третье лицо – ГУ – Ярославское региональное отделение Фонд социального страхования Российской Федерации просило рассмотреть дело в отсутствие своего представителя.

Третье лицо ФИО7 в судебное заседание не явился, о дате, времени и месте судебного заседания извещен надлежащим образом.

Суд определил рассмотреть дело при имеющейся явке.

Выслушав объяснения лиц, участвующих в деле, допросив свидетелей Свидетель №3, Свидетель №4, ФИО3, ФИО4, ФИО5, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующему.

Судом установлено, что в соответствии с п. 8.2. устава ЗАО «<...>», на основании протокола внеочередного общего собрания акционеров ЗАО «<...>» от 27.05.2013 г. ФИО1 была назначена генеральным директором общества сроком на 5 лет с 27 мая 2013 г. (т. 1 л.д. 268). Сведения о ФИО1 как о лице, имеющем право без доверенности действовать от имени юридического лица, внесены в ЕГРЮЛ 04.06.2013 г. (т. 1 л.д. 28).

В подтверждение факта возникновения трудовых отношений истицей предоставлены в материалы дела копии трудового договора № 23 от 28.03.2013 г. и дополнительных соглашений к нему от 01.06.2015 г. и 01.08.2016 г. (т. 1 л.д. 7-10). Данные документы судом не принимаются в качестве достоверных, поскольку в нарушение п. 3 ст. 69 Федерального закона от 26.12.1995 N 208-ФЗ «Об акционерных обществах» от имени ЗАО «<...>» подписаны неуполномоченным лицом и/или без принятия решения уполномоченного органа общества, доказательств того, что в период заключения дополнительных соглашений к трудовому договору истица являлась единственным акционером общества, в материалах дела не имеется.

Вместе с тем, факт возникновения трудовых отношений между ФИО1 и ЗАО «<...>» подтверждается иными доказательствами по делу: записью в трудовой книжке, приказом о приеме на работу № 23 от 28.05.2013 г. и не оспаривается ответчиком (т. 1 л.д. 267).

Из материалов дела следует, что 27.09.2018 г. было принято решение единственного акционера ЗАО «<...>» ФИО7 (т. 1 л.д.11) о прекращении полномочий генерального директора ЗАО «<...>» ФИО1 досрочно, и избрании генеральным директором общества ФИО2, сроком на 5 лет. К данному решению суд относится критически и не принимает его в качестве достоверного доказательства прекращения трудовых отношений с истицей: в решении не указана ни дата прекращения полномочий ФИО1, ни дата назначения ФИО2 на должность генерального директора, решение единственного акционера по вопросу заключения трудового договора с ФИО2 не принималось, указанный трудовой договор в материалах дела отсутствует. Кроме того, 26.11.2018 г. данное решение было отменено ФИО7 (т. 1 л.д. 56). По аналогичным доводам суд критически подходит к оценке приказа № 1-д от 27.09.2018 г. о вступлении в должность генерального директора ФИО2 (т. 1 л.д. 25).

Оценивая решение единственного акционера ЗАО «<...>» от 28.05.2018 г. в соответствии с которым трудовые отношения между ЗАО «<...>» и ФИО1 были прекращены в связи с истечением срока трудового договора 28.05.2018 г. (п. 2 ч. 1 ст. 77 ТК РФ) и функции генерального директора общества с 29.05.2018 г. были временно возложены на ФИО7 (т. 1 л.д. 51), а также составленные на основании данного решения приказ о прекращении трудового договора от 28.05.2018 г., соглашение о расторжении трудового договора, суд также приходит к выводу о недостоверности данных доказательств.

Из содержания решения от 27.09.2018 г. следует, что волеизъявление единственного акционера общества было направлено на прекращение трудовых отношений с истицей, начиная с 27.09.2018 г. Следовательно, как минимум до 27.09.2018 г. генеральным директором общества являлась ФИО1 При таких обстоятельствах суд считает, что указанная в тексте решения единственного акционера дата – 28.05.2018 г. – не соответствовала дате, когда данное решение было принято фактически. Кроме того, суд учитывает и то обстоятельство, что в нарушение ч.1 ст. 79 ТК РФ истица не была предупреждена в письменной форме не менее чем за три календарных дня до увольнения о прекращении трудового договора в связи с истечением срока его действия.

Доводы ответчика о том, что до сведения ФИО1 было доведено содержание решения от 28.05.2018 г., приказа о прекращении трудового договора и иных документов (т.1 л.д. 53), что, якобы, подтверждается актом об отказе в совершении юридически значимых действий, опровергаются материалами дела, а именно: командировочным удостоверением, авансовым отчетом, согласно которым истица в период с 27.05.2018 г. по 28.05.2018 г. (20:22) находилась в командировке в г. Москве.

На основании изложенного суд приходит к выводу о том, что достаточных и достоверных доказательств в подтверждение факта прекращения трудовых отношений с истицей ответчик в материалы дела не предоставил. Волеизъявление самой ФИО1 на прекращение трудовых отношений выражено не было.

В отношении ФИО1 решение о прекращении полномочий генерального директора общества, в том числе после 27.09.2019 г., ответчиком в установленном законом порядке не принималось.

Из материалов дела следует, что единственным акционером общества решений о назначении на должность генерального директора другого лица также не принималось, в связи с чем на основании положений п. 3 ст. 69 Федерального закона от 26.12.1995 N 208-ФЗ «Об акционерных обществах» суд считает, что полномочия ФИО1, осуществляющей функции единоличного исполнительного органа, после истечения их срока являются действительными. В то же время суд критически относится к составленному ФИО1 приказу от 10.01.2017 г. № 1 о продлении полномочий генерального директора общества с 10.01.2017 г. сроком на 5 лет (т. 1 л.д. 18), поскольку в материалах дела отсутствует соответствующее решение единственного акционера.

Из материалов дела следует, что после истечения срока трудового договора истица добросовестно продолжила осуществлять руководство текущей деятельности общества, что подтверждается табелями учета рабочего времени за спорный период времени, показаниями свидетелей Свидетель №3., Свидетель №4., ФИО4., ФИО3., ФИО5. Истицей оформлялись первичные документы по работе с поставщиками, в спорный период времени истица представляла организацию в судах судебной системы Российской Федерации, федеральных органах исполнительной власти, а также в кредитных организациях.

Достаточных и достоверных доказательств осуществления руководства текущей деятельностью иным лицом, в том числе ФИО7, назначенным на должность генерального директора в установленном законом порядке, в материалы дела не предоставлено. Напротив, из приказа о приеме на работу от 18.12.2017 г., трудовой книжки следует, что ФИО7 был трудоустроен в ЗАО «<...>» в должности заместителя генерального директора с окладом 9500 руб. В период с мая 2018 г. по июль 2018 г. ФИО7 получал заработную плату по расходным кассовым ордерам, подписанным генеральным директором общества ФИО1

Рассматривая исковые требования истца о взыскании задолженности по оплате труда, суд приходит к следующему. Истцом заявлены требования о взыскании задолженности по заработной плате в размере 105 000 руб. за август 2018 г. – февраль 2019 г., в том числе НДФЛ (т. 1 л.д. 242). Расчет судом проверен, признан арифметически верным, соответствующим материалам дела и закону. Ответчиком расчет истца не оспорен, контррасчета суду не предоставлено.

Из табеля учета рабочего времени видно, что ФИО1 выполняла трудовые обязанности генерального директора ЗАО «<...>» в указанный период времени.

Из приказа о приеме на работу от 28.05.2013 г. следует, что с момента назначения ФИО1 как генеральному директору общества начислялся и выплачивался должностной оклад в размере 15 000 руб. в месяц. Задолженность по заработной плате за период с марта 2017 г. по май 2018 г. исходя из указанного размера оклада была взыскана на основании судебного приказа № 2.3.-179/2018 от 13.06.2018 г. мирового судьи судебного участка № 3 Ленинского судебного района г. Ярославля. Доказательств, обосновывающих установление иного размера оклада, ответчиком в материалы дела не предоставлено.

В соответствии со ст. 37 Конституции РФ каждый имеет право на вознаграждение за труд без какой бы то ни было дискриминации и не ниже установленного федеральным законом минимального размера оплаты труда.

В статье 21 ТК РФ в числе основных трудовых прав работника закреплены права на своевременную и в полном объеме выплату заработной платы, что является важнейшей гарантией по оплате труда работников. Данное право корреспондирует обязанности работодателя выплачивать в полном размере причитающуюся работникам заработную плату в сроки, установленные в соответствии с ТК РФ, коллективным договором, правилами внутреннего трудового распорядка, трудовыми договорами (ст. 22 ТК РФ).

В силу положений статьи 136 ТК РФ заработная плата выплачивается не реже чем каждые полмесяца в день, установленный правилами внутреннего трудового распорядка, коллективным договором, трудовым договором.

На основании изложенного суд находит исковые требования истца о взыскании задолженности по заработной плате за период с августа 2018 г. по февраль 2019 г., в сумме 105 000 руб. (включая НДФЛ) обоснованными и подлежащими удовлетворению.

Согласно ст. 393 ТК РФ при обращении в суд с иском по требованиям, вытекающим из трудовых отношений, работники освобождаются от оплаты пошлин и судебных расходов. В соответствии с ч. 1 ст. 103 ГПК РФ издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов в местный бюджет пропорционально удовлетворенной части исковых требований.

В соответствии с положениями ст. 103 ГПК РФ с ответчика подлежит взысканию в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации, госпошлина в сумме 3300 руб.

В соответствии со ст.56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается в обоснование своих требований и возражений. Суд считает, что истец предоставил суду доказательства законности и обоснованности своих требований в пределах удовлетворенных.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 56, 98, 103, 194-199 ГПК РФ, суд

р е ш и л:

Исковые требования ФИО1 к закрытому акционерному обществу «<...>» о взыскании задолженности по оплате труда удовлетворить.

Взыскать с закрытого акционерного общества «<...>» в пользу ФИО1 задолженность по оплате труда за период с 01.08.2018 г. по 28.02.2019 г. в размере 105 000 руб. (Сто пять тысяч рублей).

Взыскать с закрытого акционерного общества «<...>» в бюджет городского округа г. Ярославль государственную пошлину в размере 3300 рублей.

Решение суда может быть обжаловано сторонами и другими лицами, участвующими в деле в апелляционном порядке путем подачи апелляционной жалобы в Ярославский областной суд через Заволжский районный суд г. Ярославля в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья В.А. Ратехина