Решение № 2-791/2017 2-791/2017~М-328/2017 М-328/2017 от 29 марта 2017 г. по делу № 2-791/2017

№ 2-791/2017


Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

30 марта 2017 года г. Белгород

Октябрьский районный суд г. Белгорода в составе:

председательствующего судьи Орловой Е.А.,

при секретаре Оганесян К.О.,

с участием истца К.С.А., ответчика (ИП) Д.И.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску К.С.А к (ИП) Д.И.А о взыскании задолженности по заработной плате,

У С Т А Н О В И Л:

К.С.А. работала воспитателем в частном детскому саду «название» (ИП) Д.И.А., расположенном по адресу: ***.

В период с 15.06.2016 по 30.12.2016 К.С.А. не выплачена заработная плата за совмещение должности помощника воспитателя в сумме 30 750 руб.

Ссылаясь на отказ ответчика в добровольном порядке выплатить ей задолженность по заработной плате, К.С.А. обратилась в суд с иском, с учетом уточнения просит: установив факт трудовых отношений истца с ответчиком, взыскать с (ИП) Д.И.А. в пользу К.С.А. задолженность по заработной плате за совмещение должности помощника воспитателя в сумме 30 750 руб. за период с 15.06.2016 по 31.12.2016.

Истец К.С.А. исковые требования поддержала.

Ответчик Д.И.А. исковые требования не признала в полном объеме.

Изучив материалы дела, выслушав объяснения истца К.С.А., ответчика Д.И.А., показания свидетелей К.Т.В., М.И.В., В.Т.Ю., В.Я.А., предупрежденных об уголовной ответственности за отказ от дачи показаний и за дачу заведомо ложных показаний по ст. ст. 307, 308 УК РФ, а также свидетелей Д.И.В., Р.И.А., которым разъяснено положение ст. 51 Конституции РФ и ст. 307 УК РФ, суд приходит к следующему выводу.

Согласно ст. 21 Трудовому кодексу РФ (далее - ТК РФ) работник имеет право на своевременную и в полном объеме выплату заработной платы в соответствии со своей квалификацией, сложностью труда, количеством и качеством выполненной работы. Данному праву работника корреспондирует соответствующая обязанность работодателя (абз. 7 ч. 2 ст. 22 ТК РФ) выплачивать в полном размере причитающуюся работникам заработную плату в сроки, установленные в соответствии с Трудовым кодексом, коллективным договором, правилами внутреннего трудового распорядка, трудовыми договорами.

Статьей 135 ТК РФ предусмотрено, что заработная плата работнику устанавливается трудовым договором в соответствии с действующими у данного работодателя системами оплаты труда.

В силу ч. 1 ст. 60.2 ТК РФ с письменного согласия работника ему может быть поручено выполнение в течение установленной продолжительности рабочего дня (смены) наряду с работой, определенной трудовым договором, дополнительной работы по другой или такой же профессии (должности) за дополнительную оплату (статья 151 настоящего Кодекса).

В соответствии с ч. 2 ст. 60.2 ТК РФ поручаемая работнику дополнительная работа по другой профессии (должности) может осуществляться путем совмещения профессий (должностей).

Правилами ст. 151 ТК РФ предусмотрено, что при совмещении профессий (должностей), расширении зон обслуживания, увеличении объема работы или исполнении обязанностей временно отсутствующего работника без освобождения от работы, определенной трудовым договором, работнику производится доплата, при этом размер доплаты устанавливается по соглашению сторон трудового договора с учетом содержания и (или) объема дополнительной работы (ст. 60.2 ТК РФ).

Как следует из материалов дела и установлено в ходе судебного разбирательства К.С.А. работала в частном детском саду «название» в спорный период времени воспитателем с выполнением функциональных обязанностей воспитателя и помощника воспитателя без оформления трудового договора и внесения записи в трудовую книжку. Частный детский сад открыт на ИП Д.И.А. На момент рассмотрения дела ответчику Д.И.А. указанный частный детский сад не принадлежит, она прекратила свою деятельность в качестве индивидуального предпринимателя с 03.03.2017, что подтверждается выпиской из ЕГРИП.

В силу ст. ст. 23, 24 ГК РФ утрата государственной регистрации в качестве индивидуального предпринимателя лишает его права осуществлять предпринимательскую деятельность, но не освобождает от обязанности отвечать по своим обязательствам всем принадлежащим ему имуществом, за исключением имущества, на которое в соответствии с законом не может быть обращено взыскание.

К.С.А. не настаивала на оформлении трудовых отношений с работодателем, поскольку находится на пенсии.

В подтверждение права осуществлять функции воспитателя и помощника воспитателя истцом представлены следующие документы: диплом об окончании Белгородского педагогического училища в 1983 году по специальности «воспитание в дошкольных учреждениях», трудовая книжка, медицинская книжка.

В соответствии со ст. 15 ТК РФ под трудовыми отношениями понимаются отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы), подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором.

В силу ст. 20 ТК РФ сторонами трудовых отношений являются работник и работодатель.

Исходя из положений данных норм трудового законодательства, регламентирующих основание возникновения трудовых отношений и их субъектный состав, сторонами трудовых отношений, возникших в связи с допуском истца к работе, являются К.С.А. и работодатель – (ИП) Д.И.А.

Выполняя функции воспитателя и помощника воспитателя истец руководствовалась личным трудовым опытом и должностными инструкциями, которые находятся в свободном доступе в Интернете.

Какая-либо документация по кадровому учету, выплате заработной платы (ИП) Д.И.А. не велась. Работники на ее ведении не настаивали, поскольку заработную плату получали на руки без каких-либо отчислений в ИФНС России по г. Белгороду, УПФ РФ.

Управляющим в частном детском саду «название» был в спорный период времени муж ответчика – Д.И.В., который опрошен судом в качестве свидетеля. Из показаний данного свидетеля следует, что в частном детском саду «название» работало два воспитателя К.С.А. (до 31.12.2016) и продолжает работать М.И.В. Заработную плату работники получали на руки, чтобы не производить налоговые и пенсионные отчисления, учетных документов не вели, поскольку оба работника являются пенсионерами, на официальном оформлении и внесении записи в трудовую книжку, заключении трудового договора работники не настаивали. Ввиду того, что с июня 2016 года в детском саду количество детей стало существенно уменьшаться, Д.И.В. предложил К.С.А. и М.И.В. два варианта: сократить единицу воспитателя и оставить помощника воспитателя, либо оставить две единицы воспитателя, которые за ту же заработную плату будут осуществлять также функции помощника воспитателя. К.С.А. и М.И.В. выбрали второй вариант. Факт задержки выплаты заработной платы Д.И.В. подтвердил. В ноябре 2016 года К.С.А. стала настаивать, чтобы ей выплатили заработную плату также за совмещение должности помощника воспитателя, однако, поскольку такого соглашения с ней не заключалось, ей в этом требовании было отказано, после чего она уволилась в конце декабря 2016 года. Оставшиеся выплаты истцу произведены. В июле и ноябре 2016 года он доплатил К.С.А. и М.И.В. по 1000 руб. Материальное обеспечение частного детского сада напрямую зависит от количества детей, т.е. от оплаты родителей, иного финансирования не имеется.

Свидетель М.И.В. дала аналогичные показания, дополнительно суду пояснив, что она и К.С.А. выбрали вариант, по которому при уменьшении детей в саду остается два воспитателя, которые будут также выполнять функции помощника воспитателя за заработную плату воспитателя: мыть посуду, раскладывать еду, убирать и т.п. В связи с такими условиями работы они работали обе в одну смену с 7 час. 30 мин до 19 час. 00 мин. в течение пяти рабочих дней. М.И.В. доплатили по 1000 руб. в июле и ноябре 2016 года. С работодателем вопрос о доплате за осуществление функций помощника воспитателя не обсуждался.

Свидетели К.Т.В., В.Т.Ю., В.Я.А., а также свидетель Р.И.А. (племянница истца), также дали показания относительно того, что видели как воспитатели выполняли функции помощника воспитателя, в том числе: занимались уборкой помещения, убирали прилегающую территорию, мыли посуду, горшки, высаживали саженцы.

Суд принимает показания свидетелей и оценивает их в совокупности с установленными обстоятельствами дела и иными доказательствами по правилам ст. 67 ГПК РФ.

Ссылки истца на показания свидетелей К.Т.В., В.Т.Ю., В.Я.А., Р.И.А., М.И.В. в качестве подтверждения совмещения профессий (должностей) суд отклоняет, поскольку выполнение функциональных обязанностей помощника воспитателя К.С.А. не свидетельствует о совмещении должностей и необходимости дополнительной оплаты за работу.

Ни один из опрошенных лиц не был непосредственным свидетелем наличия между сторонами настоящего спора, каких-либо договоренностей, заключения каких-либо договоров, соглашений и т.п. Свидетель М.И.В. не отрицала того, что каких-либо соглашений или договоренностей о выплате ей и К.С.А. заработной платы за осуществление функциональных обязанностей помощника воспитателя с работодателем не заключалось и не оговаривалось.

Факт трудовых отношений с 15.06.2016 по 31.12.2016 между ответчиком и истцом не оспаривается, также не отрицается Д.И.А., что в указанный период времени К.С.А. выполняла функциональные обязанности воспитателя и помощника воспитателя.

Частный детский сад финансируется за счет родительской оплаты иного дохода не установлено.

Ввиду значительного сокращения (с 22 до 11-9) детей, посещающих частный детский сад «название», работодателю не требовался второй воспитатель, у которого заработная плата выше заработной платы помощника воспитателя. К.С.А. и М.И.В. приняли предложение работодателя осуществлять обязанности как воспитателя, так и помощника воспитателя за заработную плату воспитателя в виду сокращения численности детей в детском саду.

Каких-либо письменных заявлений (согласия) о совмещении профессий (должностей) истец в адрес работодателя не направляла, а соответственно, не имеется соответствующих распорядительных актов о привлечении К.С.А. к работе по совмещению должностей за определенную заработную плату в указанный период времени.

Истец дала согласие на выполнение функциональных обязанностей воспитателя и помощника воспитателя: с июня 2016 года добровольно продолжала выполнять обязанности помощника воспитателя до 31.12.2016.

Основанием выполнения дополнительного объема работ является соглашение работника и работодателя, которое должно быть выражено в письменной форме и содержать, в том числе, условие о размере доплаты.

Однако, доказательств этому в нарушение положений ст. 56 ГПК РФ, согласно которым каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основание своих требований и возражений, истцом в материалы дела не представлено.

Из приведенных положений ст. ст. 60.2, 151 ТК РФ следует, что совмещение - это дополнительная и не предусмотренная трудовым договором работа по другой профессии (должности), чем определена в трудовом договоре.

Трудовой договор с истцом не заключался по обоюдному соглашению, поэтому осуществление воспитателем одновременно функций помощника воспитателя нельзя квалифицировать как совмещение профессий (должностей), ввиду чего не имеется оснований и для взыскания доплаты за совмещение по ст. 151 ТК РФ.

При таких обстоятельствах суд не рассматривает расчет истца, который составлен исходя из средней ставки помощника воспитателя 11 000 руб. (на двух воспитателей по 5 500 руб./месяц).

Аргументы К.С.А. о том, что при поступлении на работу между сторонами не было соглашения об осуществлении воспитателем также функций помощника воспитателя, судом отклоняются, поскольку приступив к работе воспитателя, истец добровольно не пожелала заключить с работодателем трудовой договор не настаивала и на ознакомлении ее с должностной инструкцией, т.е. предельный объем ее функциональных обязанностей по должности воспитателя не был установлен.

Доводы истца о том, что выплатив по 1000 руб. в июле и ноябре 2016 года ответчик признал факт совмещения должностей, подлежат отклонению, поскольку заработную плату и иные материальные выплаты работникам следует рассматривать в качестве экономически оправданных расходов (издержек) любого работодателя и, при условии обоснований их получения и разумности, данные выплаты не могут сами по себе рассматриваться в качестве заработной платы за совмещение профессий (должностей).

В силу ч. 3 ст. 196 ГПК РФ суд принимает решение по заявленным истцом требованиям.

Иных требований истцом К.С.А. не заявлялось.

На основании изложенного учитывая, что трудовой договор между истцом и ответчиком не заключался, вместе с тем, сторонами не оспаривается факт наличия трудовых отношений между ними в спорный период времени, которые официально не оформлялись по соглашению сторон, функциональные обязанности по должности воспитателя и помощника воспитателя конкретно определены не были, с письменными заявлениями о совмещении должностей К.С.А. в адрес работодателя не обращалась, суд приходит к выводу, что истец не доказала наличие оснований для взыскания задолженности по заработной плате за совмещение профессий (должностей).

Учитывая вышеустановленные обстоятельства в их совокупности, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении исковых требований.

Руководствуясь ст. ст. 194 – 199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

в удовлетворении иска К.С.А к (ИП) Д.И.А о взыскании задолженности по заработной плате за совмещение должностей отказать.

Решение может быть обжаловано в Белгородский областной суд в течение месяца с момента изготовления мотивированного решения суда путем подачи апелляционной жалобы через Октябрьский районный суд города Белгорода.