Апелляционное определение № 11-4233/2026 от 30 марта 2026 г.

УИД 74RS0007-01-2025-005302-61

судья Шовкун Н.А.

дело № 2-4759/2025


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

дело 11-4233/2026

31 марта 2026 года г. Челябинск

Судебная коллегия по гражданским делам Челябинского областного суда в составе:

председательствующего Чертовиковой Н.Я.

судей Белоусовой О.М., Никитенко Н.В.

при секретаре Белобородовой И.С.

рассмотрела в открытом судебном заседании в зале суда гражданское дело по апелляционной жалобе ФИО1 на решение Курчатовского районного суда г. Челябинска от 01 ноября 2025 года по иску прокурора Курчатовского района г. Челябинска в интересах ФИО2 к ФИО1 о признании недействительным договора купли-продажи жилого дома и договора уступки права аренды земельного участка, применении последствий недействительности сделки, прекращение зарегистрированного права и восстановлении записи о правах, по встречному иску ФИО1 к ФИО2 о признании утратившим право пользование жилым помещением и выселении.

Заслушав доклад судьи Белоусовой О.М. по обстоятельствам дела и доводам апелляционной жалобы, пояснения ФИО1, поддержавшей доводы жалобы, прокурора Гиззатуллина Д.З., ФИО2, возражавших по доводам жалобы, судебная коллегия

установила:

Прокурор Курчатовского района г. Челябинска в интересах ФИО2 обратился в суд с уточненным иском к ФИО1 о признании недействительным договора купли-продажи жилого дома, площадью 73,4 кв.м, с кадастровым номером №, расположенного по адресу: <адрес>, заключенного 12 августа 2022 года между ФИО2 и ФИО1 и применении последствий недействительной сделки, прекращении зарегистрированного права собственности ФИО1 на жилой дом по адресу: <адрес>, зарегистрированного 16 августа 2022 года за номером №, восстановлении права собственности ФИО2 на жилой дом, площадью 73,4 кв.м. с кадастровым номером №, расположенный по адресу: <адрес>; признании недействительным договора уступки права аренды земельного участка с кадастровым номером №, площадью 456+/-7,47 кв.м., по адресу: <адрес>, заключенного 12 августа 2022 года между ФИО2 и ФИО1, применении последствий недействительной сделки договора уступки права аренды земельного участка с кадастровым номером №, площадью 456+/-7,47 кв.м., по адресу: <адрес>, прекращении зарегистрированного права аренды земельного участка с кадастровым номером №, площадью 456+/-7,47 кв.м., по адресу: <адрес>; восстановлении зарегистрированного права аренды ФИО2 на земельный участок с кадастровым номером №, площадью 456+/-7,47 кв.м., по адресу: <адрес>.

В обоснование исковых требований указано, что 12 августа 2022 года между ФИО2 и ФИО1 заключен договор купли-продажи жилого дома, площадью 73,4 кв.м. с кадастровым номером №, находящегося по адресу: <адрес>. Дом продан за 700000 рублей. Право собственности покупателя зарегистрировано 16 августа 2022 года, акт приема-передачи дома не составлялся. Жилой дом в пользование покупателя не передан и не принят, ФИО2 по настоящее время проживает в доме, оплачивает коммунальные платежи. 12 августа 2022 года между ФИО2 и ФИО1 заключен договор уступки права аренды земельного участка с кадастровым номером №, площадью 456+/-7,47 кв.м., по адресу: <адрес>. Указанный договор уступки права аренды земельного участка является мнимой сделкой, заключенный лишь для вида, без намерения создать соответствующие правовые последствия, так как не повлек последствия для данного вида договора. Арендные платежи оплачивает прежний арендатор, на его имя поступают уведомления. Ответчик жилым домом и земельным участком не пользуется, интереса в использовании не проявляет.

ФИО1 обратилась со встречным иском к ФИО2 о признании утратившим право пользование жилым помещением и выселении из жилого дома, расположенного по адресу: <адрес>.

В обоснование встречного иска указывает, что является собственником жилого дома по адресу: <адрес>. ФИО2 членом семьи истца не является, соглашение о пользовании жилым помещением между ФИО2 и ФИО1 не заключалось, при этом ответчик по встречному иску чинит препятствия в пользовании жилым домом и земельным участком.

В судебном заседании прокурор Курчатовского района г. Челябинска и истец ФИО2 на удовлетворении исковых требований настаивали по доводам изложенным в исковом заявлении.

В судебном заседании ФИО2 пояснил, что проживает в доме по настоящее время, несет бремя содержания жилого дома, договор был подписан и составлен ФИО1, с содержанием договора ознакомлен не был. В день подписания договора находился в нетрезвом состоянии и не понимал, что подписывает. Полагал, что подписывает договор с ранее достигнутыми договоренностями по уходу за ним и его содержания. Пояснил, что ФИО1 после подписания договора в доме не появлялась, не ухаживала за ним, за дом и землю не платила. Оплачивал все расходы он через социального работника. В выселении и признании утратившим право пользования жилым помещением просил отказать, ссылаясь на то, что жилой дом является единственным жильем и полагает, что не утратил право пользования как собственник дома.

В судебном заседании ФИО1 просила отказать в удовлетворении исковых требований, ссылаясь на то, что договор заключен, денежные средства переданы, жилой дом приобретала как дачу, в доме жила летом, ухаживала за жилым домом и земельным участком, вносила платежи за коммунальные услуги. На удовлетворении встречных исковых требованиях настаивала.

Третьи лица, на заявляющие самостоятельных требований ППК «Роскадастр» по Челябинской области, Комитет по управлению имуществом и земельным отношениям г. Челябинска в судебное заседание при надлежащем извещении о дате, месте и времени судебного заседания не явились.

Решением суда признан недействительным договор купли-продажи жилого дома, с кадастровым номером №, расположенный по адресу: <адрес>, заключенный 12 августа 2022 года между ФИО2 и ФИО1

Прекращено право собственности ФИО1 на жилой дом с кадастровым номером №, расположенный по адресу: <адрес>.

Признан недействительным договор от 12 августа 2022 года о переуступке прав и обязанностей арендатора по договору долгосрочной аренды № от 17 февраля 2009 года и договора об уступке прав аренды земельного участка от 20 октября 2009 года на земельный участок, с кадастровым номером №, расположенный по адресу: <адрес>.

Прекращено право аренды ФИО1 на земельный участок с кадастровым номером №, расположенный по адресу: <адрес>.

Исключена запись о регистрации права собственности ФИО1, на жилой дом за номером № от 16 августа 2022 года (кадастровый №), расположенный по адресу: <адрес>.

Исключена запись о регистрации права аренды ФИО1, на земельный участок за номером № от 16 августа 2022 года (кадастровый №), расположенный по адресу: <адрес>.

Указано, что решение суда является основанием для регистрации права собственности ФИО2 на жилой дом с кадастровым номером №, расположенный по адресу: <адрес>.

Решение суда является основанием для регистрации права аренды ФИО2 на земельный участок с кадастровым номером №, расположенный по адресу: <адрес>.

Применены последствия признания недействительной сделки купли продажи жилого дома от 12 августа 2022 года и договора уступки права аренды земельного участка от 12 августа 2022 года, заключенных между ФИО2 и ФИО1

В удовлетворении встречных исковых требований ФИО1 о признании утратившим право пользования и выселении ФИО2 из жилого помещения, по адресу: <адрес>, отказано.

Взыскано с ФИО1 в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 3000 руб.

В апелляционной жалобе ФИО1 просит решение суда отменить как незаконное и необоснованное, отказать в удовлетворении исковых требований истцу, ее требования удовлетворить. Суд основывает свои выводы на не соответствующих действительности пояснениях истца (был пьян, денег не получал, договор не читал, сотрудница МФЦ была сообщницей ФИО1) и противоречивых показаниях свидетелей. Суд не принял во внимание передачу денежных средств как факта принятия мер по исполнению своих обязательств как покупателя по договору купли – продажи, повлекшее наступление правовых последствий по сделке со спорным имуществом. ФИО2 не предоставлено доказательств того, что оспариваемые сделки являются мнимыми, притворными, совершенными с целью прикрыть другую сделку. Кроме того, правовыми последствиями сделки недействительный на основании статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации в силу части 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации является двухстороння реституция или возврат каждой из сторон всего полученного по сделке другой стороне.

Представители третьих лиц Комитета по управлению имуществом и земельным отношениям г. Челябинска, Филиала ФГБУ Федеральная кадастровая палата Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Челябинской области в судебное заседание не явились, о времени и месте рассмотрения дела судом апелляционной инстанции извещены, в связи с чем судебная коллегия на основании статей 167, 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации признала возможным рассмотреть дело в их отсутствие. Информация о рассмотрении дела заблаговременно была размещена на официальном сайте Челябинского областного суда в сети Интернет.

Проверив материалы дела, заслушав пояснения ФИО1, поддержавшей доводы жалобы, прокурора Гиззатуллина Д.З., ФИО2, возражавших по доводам жалобы, судебная коллегия приходит к следующему.

Как следует из материалов дела, 12 августа 2022 года между ФИО2 (продавец) и ФИО1 (покупатель) заключен договор купли-продажи жилого дома, по условиям которого ФИО1 приобрела в собственность жилой дом площадью 73,4 кв.м. с кадастровым номером №, расположенный по адресу: <адрес> границах земельного участка с кадастровым номером №.

Согласно п. 1.3 договора жилой дом оценивается сторонами в 700000 рублей, расчет за приобретаемый дом произведен до подписания настоящего договора.

В подтверждение расчетов между сторонами представлена расписка от 12 августа 2022 года о получении ФИО2 денежных средств в сумме 700000 рублей от ФИО1 в соответствии с договором купли-продажи жилого дома от 12 августа 2022 года.

В соответствии с пунктом 2.1 договора и статьей 556 Гражданского кодекса Российской Федерации ФИО1 приняла недвижимое имущество без составления передаточного акта.

В соответствии с п. 4.1 договора ФИО2 принял на себя обязательства принять оплату по договору, передать в собственность недвижимое имущество и совершить все необходимые действия и формальности для совершения государственной регистрации перехода права собственности на указанное недвижимое имущество.

Сохранение права пользования жилым домом ФИО2 по условиям договора купли-продажи не предусмотрено.

16 августа 2022 года в единый государственный реестр прав на недвижимость внесена запись № о государственной регистрации права собственности на жилой <адрес> в <адрес> за ФИО1

Земельный участок находится в пользовании у ФИО2 на основании договора долгосрочной аренды от 17 февраля 2009 года.

12 августа 2022 года между ФИО2 и ФИО1 заключен договор уступки права аренды земельного участка, согласно которому ФИО2 уступил ФИО1 право аренды на земельный участок с кадастровым номером №, площадью 456+/-7,47 кв.м., расположенный по адресу: <адрес>.

Согласно выписке из Единого государственного реестра прав на недвижимость с 16 августа 2022 года право аренды на земельный участок с кадастровым номером № зарегистрировано за ФИО1

В настоящее время в жилом доме зарегистрирован и проживает ФИО2, что подтверждается паспортом, сведениями из УФМС и не оспаривалось сторонами.

Свидетели ФИО9, Свидетель №1 в судебном заседании пояснили, что ФИО2 приходится им братом, периодически навещали его и помогали по хозяйству, однако, ФИО1 никогда не видели, только слышали от брата, что она помогает ему оформить документы в суде, о намерениях продать жилой дом когда-либо им не сообщал.

Свидетель Свидетель №2, являющаяся социальным работником, пояснила, что жилой дом состоит из трех комнат, в одной из которых живет ФИО12, иные комнаты не благоустроены: отсутствует напольное покрытие, обои, отсутствуют межкомнатные двери, в жилом доме не прибрано и грязно, земельный участок заросший, когда-либо ФИО1 в доме не видела, коммунальные платежи производила сама по поручению ФИО12 из его денежных средств. Жилой дом запирается на замок.

Суд первой инстанции, оценив представленные доказательства, руководствуясь нормами материального права, положениями статей 166, 167, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, разъяснениями постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», установив, что переход права собственности фактически не состоялся, стороны ограничились только формальным подходом к регистрации перехода права собственности, при этом каких-либо мер по содержанию и ремонту жилого дома, внесению коммунальных платежей ФИО1 не осуществлялось, пришел к выводу о признании сделки купли-продажи жилого дома ничтожной, применил последствия недействительности сделки в виде погашения записей о регистрации права собственности ФИО1 на квартиру.

В связи с признанием сделки купли-продажи жилого дома недействительной, принимая во внимание принцип единства объекта капитального строительства и земельного участка, суд пришел к выводу об удовлетворении исковых требований о признании договора уступки права аренды земельного участка недействительным и применении последствий признании указанной сделки.

Разрешая встречные исковые требования о выселении, признании утратившим право пользования жилым помещением, руководствуясь положениями статей 209, 288 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьей 30 Жилищного кодекса Российской Федерации, суд первой инстанции не нашел оснований для удовлетворения исковых требований о признании ФИО2 утратившим право пользования жилым помещением, в связи с признанием договор купли-продажи от 12 августа 2022 года недействительным и за ФИО2 право собственности на спорный жилой дом.

Судебная коллегия не находит оснований не согласиться с выводами суда первой инстанции, поскольку они основаны на правильном применении норм материального и процессуального права и правильном определении обстоятельств, имеющих значение по делу, установленных на основании исследованных в судебном разбирательстве доказательств, которым дана оценка по правилам, предусмотренным ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, результаты которой изложены в мотивировочной части решения в соответствии с требованиями, закрепленными ст. 198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Пунктом 1 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Согласно пункту 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Мнимая сделка характеризуется несоответствием волеизъявления подлинной воле сторон, в связи с чем, сделка является мнимой в том случае, если уже в момент ее совершения воля обеих сторон не была направлена на возникновение, изменение, прекращение соответствующих гражданских прав и обязанностей.

Для признания сделки мнимой на основании пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации необходимо установить, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать правовые последствия, характерные для сделок данного вида. При этом обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из сторон. Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнять либо требовать ее исполнения.

Указанная норма закона подлежит применению в том случае, если все стороны, участвующие в сделке, не имели намерений ее исполнять или требовать ее исполнения. Неисполнение одной стороной сделки своих обязательств само по себе не свидетельствует о мнимом характере сделки. Исполнение договора хотя бы одной из сторон уже свидетельствует об отсутствии оснований для признания договора мнимой сделкой.

В силу статьи 454 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену).

Из разъяснений, содержащихся в пункте 86 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», следует, что фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов.

Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей. В то же время для этой категории ничтожных сделок определения точной цели не требуется.

Установление факта того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной.

Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся.

Поэтому факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон.

Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств.

Как следует из материалов дела, ФИО2 являлся собственником жилого дома, расположенного по адресу: <адрес>. Данное жилое помещение является единственным жильем ФИО2, иного недвижимого имущества в собственности истца не имеется.

Согласно договору купли-продажи от 12 августа 2022 года ФИО2 продал указанный жилой дом ФИО1, стоимость жилого дома составила 700000 руб. (пункт 1.3 договора).

В этом же пункте договора указано, что расчет за приобретаемый дом произведен до подписания настоящего договора.

В пункте 2.1 договора указано, что ФИО1 приняла недвижимое имуществом без составления передаточного акта.

В подтверждение оплаты по договору ФИО2 выдала ФИО1 расписку в получении 700000 руб.

Кроме того, из пояснений ФИО1, данных в суде апелляционной инстанции, следует, что расписка составлялась лично ФИО1, в день заключения договора купли – продажи денежные средства ФИО2 не передавались, ФИО2 ее только подписал. Денежные средства передавались дома у ФИО2 до заключения договора купли – продажи

Согласно письменным объяснениям ФИО1, данных старшему помощнику прокурора Курчатовского района г. Челябинска, а также при рассмотрении дела судом первой инстанции, следует, что договор купли-продажи был заключен с истцом и исполнен, при этом была устная договоренность о бессрочном проживании ФИО2 в жилом доме, ключей от жилого дома у нее не было.

Из объяснений ФИО2, данных в суде первой и апелляционной инстанций, следует, что данную сделку не совершал, не знал, что подписывает договор купли-продажи, ФИО2 полагал, что подписывает договор по которому ФИО1 будет готовить ему еду из его продуктов, никакие денежные средства от ФИО1 он не получал.

Кроме того, сведений и доказательств того, что у истца появилась в данный период времени указанная денежная сумма, либо он совершал какие-либо крупные покупки, в материалах дела не имеется. Наоборот, опровергается показаниями социального работника, которая показала, что в доме истца ничего не изменилась, в доме очень грязно, две комнаты не жилые, в доме находятся и находились только вещи ФИО2

На основании изложенного, судебная коллегия приходит к выводу о том, что денежные средства ФИО1 ФИО2 не передавались.

ФИО1 в порядке ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не представлено доказательств нахождения у нее в распоряжении данной суммы, свправки о размере пенсии и инвалидность брата, который умер, не подтверждают наличие денежных средств на момент заключения договора купли - продажи у ФИО1.

Переход права собственности на квартиру от продавца к покупателю зарегистрирован в установленном порядке в ЕГРН 16 августа 2022 года.

После заключения сделки ФИО2 остался проживать в квартире, нести бремя ее содержания, оплачивать жилищно-коммунальные услуги.

Согласно статье 223 Гражданского кодекса Российской Федерации право собственности у приобретателя вещи по договору возникает с момента ее передачи, если иное не предусмотрено законом или договором (пункт 1), в случаях, когда отчуждение имущества подлежит государственной регистрации, право собственности у приобретателя возникает с момента такой регистрации, если иное не установлено законом (пункт 2).

Отчуждение недвижимого имущества относится к таким случаям (пункт 1 статьи 551 Гражданского кодекса Российской Федерации), при этом регистрация перехода права собственности, являясь завершающим этапом переноса права собственности и актом признания его со стороны государства, не подменяет передачу имущества его приобретателю и не отменяет необходимости такой передачи (статья 556 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Иной подход приводил бы к существенной правовой неопределенности в силу разъединения титула и фактического владения имуществом и возникновению рисков не только для сторон сделки, но и для любых третьих лиц, полагающихся на сведения публичного реестра, а также к недостоверности его самого.

Во избежание подобных ситуаций принудительная государственная регистрация права собственности в порядке пункта 3 статьи 551 Гражданского кодекса Российской Федерации осуществляется, например, только при условии исполнения обязательства продавца по передаче (вручению) имущества покупателю (пункт 61 постановления Пленумов Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29 апреля 2010 года № 10/22 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав»).

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 20 августа 2020 года № 305-ЭС19-3996(6), статьи 551, 556 Гражданского кодекса Российской Федерации определяют момент исполнения продавцом недвижимого имущества обязанности по его передаче покупателю: передача должна состояться до государственной регистрации перехода права собственности, условие о передаче имущества после государственной регистрации перехода права может быть согласовано сторонами в договоре или закреплено в законе. Основная обязанность по договору купли-продажи - передача недвижимости покупателю, являющаяся необходимой предпосылкой для регистрации перехода права собственности. Если такая передача не состоялась, и стороны договора не предусмотрели, что переход права собственности не зависит от исполнения обязанности продавца передать имущество, а составили заведомо недостоверный передаточный акт и искусственно исключили из юридического состава, требующегося для регистрации перехода права собственности, фактическую передачу имущества по договору купли-продажи, покупатель считается не приобретшим право собственности.

Таким образом, сделка по отчуждению недвижимости без фактической передачи имущества не влечет переход права собственности даже в случае его государственной регистрации.

Цель, которую преследовали стороны по ничтожной в силу мнимости (пункт 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации) сделке, не имеет значения, поскольку для этой категории ничтожных сделок определения точной цели не требуется (определение Верховного Суда Российской Федерации от 25 июля 2016 года по делу № 305-ЭС16-2411).

Мнимость (изначальное отсутствие намерения исполнять сделку) никаких иных правовых последствий, кроме тех, которые связаны с недействительностью сделки, не порождает (пункт 1 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации), при этом срок исковой давности в этом случае не течет, поскольку ничтожная сделка не исполнялась (пункт 101 постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Проанализировав поведение сторон, условия договора купли-продажи от 12 августа 2022 года, представленные в материалы дела доказательства и показания свидетелей, судебная коллегия приходит к выводу о том, что заключенная между сторонами сделка не исполнена, контроль за имуществом, являющимся предметом сделки сохранился за продавцом - ФИО2, покупатель - ФИО1 после заключения договора требований о вселении в жилой дом не заявляла, ключи от жилого дома ответчику не передавались, платежеспособность для приобретения имущества, как и несение расходов на содержание дома ФИО1 не подтвердила, что свидетельствует о том, что стороны на момент совершения сделки не имели своей целью создать правовые последствия, характерные для договора купли-продажи, и не создали их в дальнейшем, сделка сторонами не исполнена, в связи с чем, договор купли-продажи дома от 12 августа 2022 года является мнимой сделкой.

Выраженные в апелляционной жалобе доводы об исполнении сделки, о наличии договоренностей относительно использования ФИО2 имущества после заключения договора, о доказанности платежеспособности ответчика и намерении приобрести спорное имущество не состоятельны, поскольку ФИО2 после заключения договора остался проживать в доме, а ответчик во владение спорным имуществом не вступила (в частности, ключей от квартиры у ответчика не было, содержание дома и земельного участка не осуществлялось). Договоренность, на которую ссылается ответчик, в письменном виде (в условиях договора) зафиксирована не была. Наличие денежных средств для передачи по сделке не подтверждено достаточными и достоверными доказательствами.

Доводы апелляционной жалобы правовых оснований к отмене решения суда не содержат, по существу сводятся к изложению обстоятельств, являющихся предметом исследования и оценки суда первой инстанции и к выражению несогласия с произведенной судом оценкой представленных по делу доказательств, и выводы суда не опровергают. Суд апелляционной инстанции не находит оснований для переоценки доказательств, представленных сторонами по делу.

Нарушений норм материального и процессуального права при рассмотрении дела судом не допущено. Учитывая требования закона и установленные судом обстоятельства, суд правильно разрешил возникший спор, оснований для отмены решения суда первой инстанции в апелляционном порядке, предусмотренных статьей 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, не имеется.

Руководствуясь статьями 328, 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

решение Курчатовского районного суда г. Челябинска от 01 ноября 2025 года оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

Председательствующий

Судьи

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 08 апреля 2026 года