Апелляционное определение № 33-9583/2025 от 3 декабря 2025 г.

Судья: Жигалина Е.А. Дело № 33-9583/2025 (2-2582/2025)

Докладчик: Котляр Е.Ю. УИД 42RS0005-01-2025-003622-90


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

4 декабря 2025 г. г. Кемерово

Судебная коллегия по гражданским делам Кемеровского областного суда в составе: председательствующего Казачкова В.В.,

судей: Вязниковой Л.В., Котляр Е.Ю.,

при секретаре Клюевой В.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в порядке апелляционного производства по докладу судьи Котляр Е.Ю.

гражданское дело по апелляционной жалобе представителя общества с ограниченной ответственностью «ОКС» ФИО1

на решение Заводского районного суда г.Кемерово от 4 сентября 2025г.

по иску ФИО2 к обществу с ограниченной ответственностью «ОКС» о признании увольнения незаконным, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда, судебных расходов,

УСТАНОВИЛА:

ФИО2 обратился в суд с иском к обществу с ограниченной ответственностью «ОКС» (далее – ООО «ОКС») о признании увольнения незаконным, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда, судебных расходов, ссылаясь на следующие обстоятельства.

ФИО2 состоял в трудовых отношениях с ООО «ОКС», с 15.05.2023 работал в должности специалиста по экономической безопасности в обособленном подразделении, расположенном по адресу: <адрес>. В его должностные обязанности входила проверка контрагентов, кандидатов на трудоустройство, согласование документов, а также иные задачи, для выполнения которых необходим персональный компьютер с подключенными базами предприятия и телефонная связь.

22.05.2025 истцу стало известно, что приказом № от 16.05.2025 он был уволен по пп. «а» п. 6 ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации в связи с длительным прогулом, имевшим место с 24.04.2025.

С увольнением не согласен, считает его незаконным.

10.04.2025 истец прибыл на работу и обнаружил, что его учетная запись в служебном компьютере и электронный пропуск заблокированы.

Как пояснил работодатель, блокировка доступа к рабочему месту была вызвана участием ФИО2 в <данные изъяты>. Также было указано на то, что трудовой договор, заключенный между истцом и ООО «ОКС», подлежит расторжению в срочном порядке.

Впоследствии генеральный директор ООО «ОКС», в присутствии совладельца компании и юриста, сообщил истцу о предстоящем увольнении.

Истец попросил разъяснить причину возникшей ситуации, предложил расторгнуть договор по соглашению сторон, на что получил отказ.

Переживания привели к ухудшению состояния здоровья истца, в связи с чем он был вынужден обратиться в лечебное учреждение, где был оформлен листок временной нетрудоспособности.

Находясь на больничном, истец продолжал получать требования о явке к ответчику для дачи объяснений по факту отсутствия на рабочем месте 11.04.2025 и 14.04.2025. В период больничного истец несколько раз приезжал на предприятие, но его пропуск был заблокирован, о чем он делал записи в книге движения сотрудников на КПП предприятия.

По окончании периода временной нетрудоспособности он вышел на работу, где обнаружил, что его рабочее место занято другим человеком, а ему предоставлен новый кабинет, не оборудованный необходимой для выполнения служебных функций оргтехникой. Написав заявление о вынужденном простое по вине работодателя, истец покинул территорию предприятия. Так как указанное заявление сотрудники ООО «ОКС» принять отказались, он направил его работодателю посредством Почты России и мессенджера WhatsApp.

Поскольку действия ответчика были направлены на принуждение истца к увольнению, 25.04.2025 истец заявил о неправомерных действиях работодателя в прокуратуру <данные изъяты>, а 28.04.2025 в Государственную инспекцию труда в Кемеровской области.

Впоследствии ответчик неоднократно требовал от истца объяснения по факту отсутствия на рабочем месте, вся переписка велась посредством мессенджера WhatsApp и Почты России.

21.05.2025 посредством мессенджера WhatsApp и Почты России истец направил заявление с требованием разъяснить его текущий статус в организации и предоставить необходимые документы, на что получил уведомление о необходимости ознакомиться с документами.

22.05.2025 истец приехал на предприятие, где получил трудовую книжку, ознакомился с приказом об увольнении и написал заявление на получение справки 2НДФЛ, а также материалов служебной проверки, послуживших основанием для увольнения.

С учетом уточнения исковых требований (л.д.161, 217 том 1), истец просил:

- признать увольнение приказом № от 16.05.2025 по пп. «а» п. 6 ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации за прогул, отсутствие на рабочем месте без уважительных причин незаконным; считать трудовой договор расторгнутым 11.08.2025 в соответствии с п. 3 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации (по собственному желанию);

- взыскать с ООО «ОКС» заработную плату за время вынужденного прогула за период с 24.04.2025 по 11.08.2025 из расчета среднедневной заработной платы в размере <данные изъяты>., с последующим начислением компенсации с 24.04.2025 по день фактической оплаты из расчета 1/150 действующей в это время ключевой ставки Центрального банка Российской Федерации от суммы задолженности; компенсацию морального вреда в размере 250000 руб.; судебные расходы на оплату услуг представителя в размере 30000 руб., почтовые расходы в размере 2606,04 руб.;

- обязать ответчика внести изменения в трудовую книжку ФИО2, в табель учета рабочего времени, внести изменения в ЕФС-1, в личную карточку.

Решением Заводского районного суда г.Кемерово от 4 сентября 2025 г. исковые требования ФИО2 удовлетворены частично: признан незаконным приказ № от 19.05.2025 об увольнении ФИО2 с должности специалиста по экономической безопасности службы контроля и безопасности ООО «ОКС» на основании пп. «а» п. 6 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации.

Изменена формулировка основания увольнения ФИО2 с увольнения по пп. «а» п. 6 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации на увольнение по п. 3 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации (расторжение трудового договора по инициативе работника) и изменена дата увольнения с 19.05.2025 на 11.08.2025.

С ООО «ОКС» в пользу ФИО2 взысканы: средний заработок за время вынужденного прогула за период с 24.04.2025 по 11.08.2025 включительно в размере 198348 руб.; компенсация морального вреда – 30000 руб.; почтовые расходы – 2606,04 руб.; расходы по оплате юридических услуг – 30000 руб.

На ответчика возложена обязанность внести изменения в трудовую книжку ФИО2, сообщить сведения о трудовом стаже и трудовой деятельности ФИО2 в систему Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Кемеровской области - Кузбассу.

В удовлетворении остальной части исковых требований отказано.

Решение в части взыскания среднего заработка за время вынужденного прогула в течение трех месяцев обращено к немедленному исполнению.

С ООО «ОКС» в доход местного бюджета взыскана государственная пошлина в размере 9950,44 руб.

В апелляционной жалобе представитель ООО «ОКС» ФИО1, действующий на основании доверенности, просит решение суда отменить, принять по делу новое решение об отказе в удовлетворении иска.

Ссылаясь на положения ст. 21 Трудового кодекса Российской Федерации, правовую позицию Верховного Суда Российской Федерации, изложенную в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 № 2, считает, что суд первой инстанции пришел к ошибочному выводу об отсутствии в действиях истца дисциплинарного проступка в виде прогула, не дав, в нарушение положений ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, надлежащей оценки имеющимся в деле доказательствам.

Судом не учтено, что отсутствие части оборудования в новом кабинете не могло являться причиной для оставления истцом рабочего места и территории предприятия без разрешения работодателя.

Ответчик был готов обеспечить истцу рабочее место, что отражено в направленном 29.04.2025 электронном письме, при этом работник не вправе в одностороннем порядке определять, что является необходимым для выполнения работы и самовольно прекращать трудовую деятельность. Факты отсутствия истца на рабочем месте в период с 24.04.2025 по 16.05.2025 подтверждаются 13 актами об отсутствии работника на рабочем месте, докладными записками.

Суд также не учел доводы ответчика о соблюдении установленного порядка увольнения. ООО «ОКС» предпринимало все необходимые действия для соблюдения установленной ст. 193 Трудового кодекса Российской Федерации процедуры: составлялись акты об отсутствии работника на рабочем месте; направлялись требования о предоставлении письменных объяснений по фактам отсутствия на рабочем месте (24.04.2025, 25.04.2025, 07.05.2024); 07.05.2025 был составлен акт об отказе истца от ознакомления с требованием о даче объяснений по факту отсутствия на рабочем месте. Истец не озвучил уважительную причину отсутствия и не подтвердил наличие больничного листа.

Уклонение работника от дачи объяснений не является препятствием для применения дисциплинарного взыскания, наличие в приказе ссылки на документы-основания является достаточным для установления факта проступка и его квалификации. Вывод суда о неполноте приказа является излишне формальным, учитывая очевидность сути проступка и соблюдения процедуры, не должен вести к безусловной отмене приказа об увольнении.

Полагает необоснованным взыскание заработной платы за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда и судебных расходов, поскольку истец уволен на законных основаниях и с соблюдением установленного порядка.

Считает определенный ко взысканию размер компенсации морального вреда завышенным. Кроме того, факт причинения истцу нравственных и физических страданий письменными доказательствами не подтверждается, само по себе ухудшение состояния здоровья истца не свидетельствует о причинении ему ответчиком нравственных страданий.

Взыскивая с ответчика расходы на оплату юридических услуг в размере 30000 руб., суд не оценил разумность и обоснованность данных расходов, в решении суда не приведено мотивированного суждения о соответствии взыскиваемой суммы понесенным истцом затратам на оплату услуг представителя, не указаны конкретные обстоятельства, свидетельствующие о необходимости привлечения юриста для защиты интересов истца.

Относительно доводов апелляционной жалобы истцом ФИО2 принесены возражения.

Представитель ответчика ООО «ОКС» ФИО1, действующий на основании доверенности, в заседании суда апелляционной инстанции поддержал доводы апелляционной жалобы.

Истец ФИО2 поддержал письменные возражения на апелляционную жалобу, просил оставить решение суда первой инстанции без изменения.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22 июня 2021г. № 16 «О применении судами норм гражданского процессуального законодательства, регламентирующих производство в суде апелляционной инстанции», в соответствии с частями 1, 2 ст. 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд апелляционной инстанции проверяет законность и обоснованность судебного постановления суда первой инстанции только в обжалуемой части исходя из доводов, изложенных в апелляционной жалобе, представлении и возражениях относительно них.

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, возражений, заслушав участников процесса, проверив, в соответствии с ч.1 ст.327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, законность и обоснованность судебного решения, исходя из доводов, изложенных в апелляционной жалобе, судебная коллегия приходит к следующему.

Частью 2 статьи 21 Трудового кодекса Российской Федерации установлено, что работник обязан, в частности, добросовестно исполнять свои трудовые обязанности, возложенные на него трудовым договором, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, соблюдать трудовую дисциплину, выполнять установленные нормы труда.

В соответствии с частью 1 статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель имеет право требовать от работников исполнения ими трудовых обязанностей, соблюдения правил внутреннего трудового распорядка, привлекать работников к дисциплинарной и материальной ответственности в порядке, установленном Трудовым кодексом Российской Федерации, иными федеральными законами.

Пунктом 3 части 1 статьи 192 Трудового кодекса Российской Федерации установлено, что за совершение дисциплинарного проступка, то есть неисполнение или ненадлежащее исполнение работником по его вине возложенных на него трудовых обязанностей, работодатель имеет право применить дисциплинарное взыскание в виде увольнения по соответствующим основаниям, предусмотренным этим Кодексом.

Основания расторжения трудового договора по инициативе работодателя предусмотрены статьей 81 Трудового кодекса Российской Федерации.

Так, подпунктом «а» пункта 6 части 1 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации определено, что трудовой договор может быть расторгнут работодателем в случае однократного грубого нарушения работником трудовых обязанностей - прогула, то есть отсутствия на рабочем месте без уважительных причин в течение всего рабочего дня (смены), независимо от его (ее) продолжительности, а также отсутствия на рабочем месте без уважительных причин более четырех часов подряд в течение рабочего дня (смены).

При наложении дисциплинарного взыскания должны учитываться тяжесть совершенного проступка и обстоятельства, при которых он был совершен (часть 5 статьи 192 Трудового кодекса Российской Федерации).

Как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации, решение работодателя о признании конкретной причины отсутствия работника на работе неуважительной и, как следствие, об увольнении его за прогул может быть проверено в судебном порядке. При этом, осуществляя судебную проверку и разрешая конкретное дело, суд действует не произвольно, а исходит из общих принципов юридической, а следовательно, и дисциплинарной ответственности (в частности, таких как справедливость, соразмерность, законность) и, руководствуясь подпунктом «а» пункта 6 части 1 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации во взаимосвязи с другими его положениями, оценивает всю совокупность конкретных обстоятельств дела, в том числе причины отсутствия работника на работе (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 19 февраля 2009 г. №75-О-О, от 24 сентября 2012 г. № 1793-О, от 24 июня 2014 г. №1288-О, от 23 июня 2015 г. №1243-О, от 26 января 2017 г. №33-О и др.).

В пункте 23 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» разъяснено, что при рассмотрении дела о восстановлении на работе лица, трудовой договор с которым расторгнут по инициативе работодателя, обязанность доказать наличие законного основания увольнения и соблюдение установленного порядка увольнения возлагается на работодателя.

При рассмотрении дела о восстановлении на работе лица, уволенного по пункту 6 части 1 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации, работодатель обязан представить доказательства, свидетельствующие о том, что работник совершил одно из грубых нарушений трудовых обязанностей, указанных в этом пункте (пункт 38 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. №2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации»).

Исходя из общепризнанных принципов и норм международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации основными принципами правового регулирования трудовых отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений признаются, в частности, свобода труда, включая право на труд, который каждый свободно выбирает или на который свободно соглашается, право распоряжаться своими способностями к труду, выбирать профессию и род деятельности, запрещение принудительного труда и дискриминации в сфере труда (абзацы первый - третий статьи 2 Трудового кодекса Российской Федерации).

Суд, являющийся органом по разрешению индивидуальных трудовых споров, в силу части 1 статьи 195 ГПК РФ должен вынести законное и обоснованное решение. Обстоятельством, имеющим значение для правильного рассмотрения дел об оспаривании дисциплинарного взыскания или о восстановлении на работе и подлежащим доказыванию работодателем, является соблюдение им при применении к работнику дисциплинарного взыскания вытекающих из статей 1, 2, 15, 17, 18, 19, 54 и 55 Конституции Российской Федерации и признаваемых Российской Федерацией как правовым государством общих принципов юридической, а следовательно, и дисциплинарной ответственности, таких как справедливость, равенство, соразмерность, законность, вина, гуманизм. В этих целях работодателю необходимо представить доказательства, свидетельствующие не только о том, что работник совершил дисциплинарный проступок, но и о том, что при наложении взыскания учитывались тяжесть этого проступка и обстоятельства, при которых он был совершен (часть 5 статьи 192 Трудового кодекса Российской Федерации), а также предшествующее поведение работника, его отношение к труду. Если при рассмотрении дела о восстановлении на работе суд придет к выводу, что проступок действительно имел место, но увольнение произведено без учета вышеуказанных обстоятельств, иск может быть удовлетворен (абзацы первый, второй, третий, четвертый пункта 53 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. №2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации»).

По смыслу приведенных нормативных положений Трудового кодекса Российской Федерации, правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации, при рассмотрении судом дела по спору о законности увольнения работника на основании подпункта «а» пункта 6 части 1 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации (за прогул) обязательным для правильного разрешения названного спора является установление обстоятельств и причин (уважительные или неуважительные) отсутствия работника на рабочем месте.

Статьей 193 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрен порядок применения дисциплинарных взысканий.

Согласно части 1 статьи 193 Трудового Кодекса Российской Федерации до применения дисциплинарного взыскания работодатель должен затребовать от работника письменное объяснение. Если по истечении двух рабочих дней указанное объяснение работником не предоставлено, то составляется соответствующий акт.

Непредставление работником объяснения не является препятствием для применения дисциплинарного взыскания.

Дисциплинарное взыскание применяется не позднее одного месяца со дня обнаружения проступка, не считая времени болезни работника, пребывания его в отпуске, а также времени, необходимого на учет мнения представительного органа работников.

За каждый дисциплинарный проступок может быть применено только одно дисциплинарное взыскание.

Приказ (распоряжение) работодателя о применении дисциплинарного взыскания объявляется работнику под роспись в течение трех рабочих дней со дня его издания, не считая времени отсутствия работника на работе. Если работник отказывается ознакомиться с указанным приказом (распоряжением) под роспись, то составляется соответствующий акт.

Судом первой инстанции установлено и подтверждается материалами дела, что с 15.05.2023 ФИО2 работал у ответчика специалистом по экономической безопасности службы контроля и безопасности. Указанные обстоятельства подтверждаются приказом о приеме работника на работу, трудовым договором, сведениями из трудовой книжки на имя истца (л.д.16, 17-19, 176-172 том 1).

Из содержания трудового договора № от ДД.ММ.ГГГГ следует, что работодатель предоставляет работнику работу по определенной трудовой функции и обязуется обеспечить условия труда в соответствии с договором, а работник обязуется лично добросовестно выполнять предоставленную ему работу с соблюдением условий договора, правил внутреннего трудового распорядка, иных локальных нормативных актов, действующих у работодателя. Рабочее место работника находится по адресу: <адрес>

Согласно разделу 6 договора, работодатель оплачивает труд работника путем выплаты ему ежемесячного оклада в размере <данные изъяты>. в месяц без учета действующего районного коэффициента. Заработная плата выплачивается два раза в месяц, не позднее 14 числа и 29 числа каждого месяца.

16.05.2025 ответчиком издан приказ № об увольнении ФИО2 из ООО «ОКС» 24.04.2025 по пп. «а» п. 6 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации (прогул) (л.д. 60 том 1). С этим приказом истец ознакомлен 22.05.2025, что подтверждается подписью истца. Данный приказ указан в качестве основания внесения записи в трудовую книжку истца (л.д.182 том 1).

Согласно письменным пояснениям ответчика, данный приказ является проектом, не имевшим юридической силы до его утверждения генеральным директором ООО «ОКС» 19.05.2025 (л.д.203 том 1).

19.05.2025 ответчиком издан приказ № об увольнении ФИО2 из ООО «ОКС» 24.04.2025 по пп. «а» п. 6 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации (прогул) (л.д. 102 том 1).

Основанием для издания приказа об увольнении истца по пп. «а» п. 6 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации (прогул) послужили: требование о представлении письменных пояснений за 24.04.2025, 25.04.2025, 07.05.2025; акты об отсутствии на рабочем месте за период с 24.04.2025 по 16.05.2025 в количестве 13 шт.; докладная записка заместителя директора по безопасности ФИО9 от 07.05.2025; акт от 07.05.2025 об отказе в ознакомлении с требованиями о необходимости дать письменные пояснения.

Из актов об отсутствии ФИО2 на рабочем месте от 24.04.2025, 25.04.2025, 28.04.2025, 29.04.2025, 30.04.2025, 05.05.2025, 06.05.2025, 07.05.2025, 12.05.2025, 13.05.2025, 14.05.2025, 15.05.2025, 16.05.2025, составленных заместителем директора по безопасности ФИО9, следует, что ФИО2 отсутствовал на рабочем месте без уважительной причины с 12-30 час. до 17-00 час. 24.04.2025, и с 08-00 час. до 17-00 час. 25.04.2025, 28.04.2025, 29.04.2025, 30.04.2025, 05.05.2025, 06.05.2025, 07.05.2025, 12.05.2025, 13.05.2025, 14.05.2025, 15.05.2025, 16.05.2025 (л.д.70-82 том 1).

Согласно докладной записке заместителя директора по безопасности ФИО9 от ДД.ММ.ГГГГ (л.д.83 том 1), до сведения генерального директора ООО «ОКС» доведена информация о том, что с 05.05.2025 по 07.05.2025 на протяжении рабочего дня с 08-00 час. до 17-00 час. специалист по экономической безопасности службы контроля и безопасности ФИО2 отсутствовал на рабочем месте, о чем было составлено три акта (ежедневно) об отсутствии работника на рабочем месте. Ранее была подана докладная записка об отсутствии работника на рабочем месте в период с 25.04.2025 по 30.04.2025, составлены акты об отсутствии работника на рабочем месте, что подтверждает факт длительного прогула работника.

Также докладная записка содержит сведения о том, что в ходе проведенной проверки факт блокировки учетной записи и карточки турникета на имя ФИО2 не нашел своего подтверждения.

24.04.2025 ФИО2 подано заявление о приостановлении работы, обоснованное отсутствием в новом кабинете условий для работы и оборудования, необходимого для выполнения трудовых обязанностей. В ответ ФИО2 было направлено письмо с указанием на незаконность его действий, необходимость соблюдения правил внутреннего трудового распорядка и иных локальных нормативных актов, регулирующих трудовой распорядок.

Указано, что для выяснения причин отсутствия ФИО2 на рабочем месте 07.05.2025 был осуществлен выезд к работнику. В ходе разговора ФИО2 выразил отказ от принятия требования о предоставлении письменного объяснения по факту отсутствия на рабочем месте, о чем был составлен акт об отказе в ознакомлении с требованиями. ФИО2 не озвучил уважительную причину отсутствия на рабочем месте, подтвердил отсутствие больничного листа, внешне был физически здоров.

Заместитель директора по безопасности выразил мнение о необходимости инициировать мероприятия по привлечению ФИО2 к дисциплинарной ответственности.

Из акта № от 07.05.2025 об отказе в ознакомлении с требованиями о необходимости дать письменные объяснения усматривается, что он составлен комиссией в составе: ведущего специалиста по кадровому делопроизводству ФИО5, заместителя директора по безопасности ФИО9, заместителя начальника юридического отдела ФИО6, в присутствии свидетеля ФИО7 (л.д.84 том 1).

Приказом генерального директора ООО «ОКС» от ДД.ММ.ГГГГ сформирована комиссия для проведения служебного расследования для установления обстоятельств и причин совершения ФИО2 дисциплинарного проступка, комиссии поручено в срок до 16.05.2025 провести служебное расследование и оформить его результаты актом (л.д.201 том 1).

Согласно акту № от 16.05.2025 (л.д.212-214 том 1), в ходе служебного расследования комиссией исследованы следующие документы: заявление ФИО2 от 24.04.2025 о необходимости сообщить ему основания перевода в другой кабинет и о намерениях ФИО2 отсутствовать на рабочем месте; объяснительная записка ФИО2 за день отсутствия - 24.04.2025; копия трудового договора от ДД.ММ.ГГГГ; правила внутреннего трудового распорядка ООО «ОКС»; табель учета рабочего времени за апрель, май 2025 года; докладная записка от 07.05.2025; акт об отказе в ознакомлении с требованиями о необходимости дать письменные объяснения от 07.05.2025; приказ о применении мер дисциплинарного взыскания за март 2025 г.; акты об отсутствии на рабочем месте за период с 24.04.2025 по 16.05.2025.

По результатам проведенного служебного расследования комиссией предложено вынести на рассмотрение генерального директора ООО «ОКС» вопрос о привлечении специалиста по экономической безопасности службы контроля и безопасности ФИО2 к дисциплинарной ответственности в виде увольнения.

При этом, требование (уведомление) о необходимости дать письменное объяснение в адрес ФИО2 не направлялось, о заседании комиссии по вопросу о применении в отношении него дисциплинарного взыскания истец не уведомлялся, доказательств иного ответчиком в суд первой инстанции не представлено. Такие доказательства не представлены и в суд апелляционной инстанции.

Разрешая спор и удовлетворяя требования истца о признании незаконным дисциплинарного взыскания в виде увольнения, суд первой инстанции, оценив в соответствии со статьями 59, 60, 67 и 71 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации представленные в материалы дела доказательства, пришел к выводу о нарушении ответчиком процедуры увольнения истца, поскольку доказательств как самого факта совершения истцом дисциплинарного проступка в виде прогула, так и наличия законного основания увольнения истца не представлено, истец не был уведомлен о проведении в отношении него служебного расследования, с результатами расследования не ознакомлен.

Установив указанные нарушения, суд пришел к выводу об изменении формулировки основания увольнения на увольнение по п.3 ч.1 ст.77 Трудового кодекса Российской Федерации, изменении даты увольнения на 11.08.2025 и взыскал с ответчика в пользу истца заработную плату за время вынужденного прогула в размере 198348 руб., возложил обязанность внести изменения в трудовую книжку ФИО2, сообщить сведения о трудовом стаже и трудовой деятельности истца в систему Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Кемеровской области – Кузбассу.

Руководствуясь положениями статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации, разъяснениями, содержащимися в пункте 63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», исходя из установления факта нарушения трудовых прав истца, суд первой инстанции пришел к выводу о возложении на ответчика обязанности компенсировать истцу причиненный моральный вред, взыскав с ответчика компенсацию в размере 30000 руб.

Судебная коллегия находит эти выводы правильными, поскольку они основаны на исследованных судом доказательствах, которым дана аргументированная правовая оценка, при этом мотивы, по которым суд пришел к указанным выводам, исчерпывающим образом изложены в решении суда и являются обоснованными.

Довод апелляционной жалобы о наличии в действиях истца дисциплинарного проступка в виде прогула отклоняется судебной коллегией как несостоятельный, поскольку противоречит материалам дела.

В соответствии со статьей 72.2 Трудового кодекса Российской Федерации простой - это временная приостановка работы по причинам экономического, технологического, технического или организационного характера. Нормы действующего законодательства Российской Федерации не регламентируют порядок оформления простоя работника.

В соответствии со ст. 157 Трудового кодекса Российской Федерации о начале простоя, вызванного поломкой оборудования и другими причинами, которые делают невозможным продолжение выполнения работником его трудовой функции, работник обязан сообщить своему непосредственному руководителю, иному представителю работодателя.

Материалами дела подтверждается, что 24.04.2025, по окончании больничного листа, истец ФИО2 вышел на работу, где обнаружил, что его рабочее место занято другим человеком. Специалист по персоналу ФИО8 пояснила, что с этого дня истец работает в другом кабинете.

Новый кабинет не был оборудован необходимой для работы оргтехникой, что подтверждается представленными в материалы дела фотографиями и ответчиком в ходе судебного заседания не оспаривалось.

Из пояснений истца следует, что заместитель директора по безопасности ФИО9 ничего не пояснил ему по поводу укомплектования рабочего места оргтехникой и всем необходимым для выполнения служебных функций, в связи с чем истец написал заявление о вынужденном простое по вине работодателя в соответствии со ст. 157 Трудового кодекса Российской Федерации, покинул территорию предприятия, в тот же день указанное заявление отправил посредством Почты России, продублировав посредством мессенджера WhatsApp специалисту по работе с персоналом ФИО10, получение письма работодателем подтверждается уведомлением в приложении Почты России.

Факты невозможности осуществления ФИО2 трудовой деятельности, подтвержденные истцом и не опровергнутые в установленном законом порядке ответчиком, а также установленные обстоятельства выхода 24.04.2025 истца на работу и перевод его в другой кабинет, не оборудованный необходимыми техническими средствами, свидетельствуют о том, что истец не мог осуществлять возложенные на него должностные обязанности. В нарушение требований ст. 22 Трудового кодекса Российской Федерации работодателем не было предоставлено работнику оборудованное рабочее место, не обеспечены условия труда и не предоставлена работа.

При этом суд апелляционной инстанции учитывает пояснения истца, подтвержденные перепиской (л.д.20, 21, 27-28 том 1), о том, что еще до открытия листка нетрудоспособности, в апреле 2025 г. истцу была заблокирована учетная запись и электронный пропуск, а работодатель искал причины для увольнения истца по негативным основаниям в связи с якобы допущенными истцом <данные изъяты>.

Доводы апелляционной жалобы о соблюдении порядка применения дисциплинарного взыскания также отклоняются судебной коллегией, поскольку противоречат материалам дела.

Приказ о формировании комиссии для проведения служебного расследования причин совершения ФИО2 дисциплинарного проступка вынесен генеральным директором ООО «ОКС» ДД.ММ.ГГГГ.

Доказательств направления в адрес ФИО2 после ДД.ММ.ГГГГ требования (уведомления) о необходимости дать письменные объяснения ответчиком не представлено. Также не представлено сведений об уведомлении истца о заседании комиссии по вопросу применения дисциплинарного взыскания.

По результатам служебного расследования 19.05.2025 ответчиком издан приказ № об увольнении ФИО2 из ООО «ОКС» 24.04.2025 по пп. «а» п. 6 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации (прогул) (л.д. 102 том 1). Ознакомление истца с проектом приказа от 16.05.2025 не снимает с работодателя обязанность в течение трех рабочих дней со дня издания приказа о применении дисциплинарного взыскания ознакомить с ним работника. Таким образом, ФИО2 должен был быть ознакомлен под роспись с приказом №, утвержденным генеральным директором ООО «ОКС» 19.05.2025. Доказательств ознакомления ФИО2 с указанным приказом в материалы дела ответчиком не представлено.

Кроме того, приказ о привлечении работника к дисциплинарной ответственности должен содержать подробное описание места, времени, обстоятельств совершения работником дисциплинарного проступка, четкую и понятную для работника формулировку вины во вменяемом ему работодателем дисциплинарном проступке, ссылку на нормы локальных нормативных актов, которые были нарушены работником.

Отсутствие в приказе о привлечении лица к дисциплинарной ответственности указанных выше обстоятельств свидетельствует об отсутствии правовых оснований для квалификации действий работника как дисциплинарного проступка, поскольку проступок не может характеризоваться как понятие неопределенное, основанное лишь на внутреннем убеждении работодателя, а вывод о виновности работника не может быть основан на предположениях работодателя о фактах, которые не подтверждены в установленном порядке.

Вместе с тем, данным требованиям приказ № от 19.05.2025 об увольнении ФИО2 по пп. «а» п. 6 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации не отвечает, поскольку в нем не содержится описания времени, места совершенного проступка, не указано, какой локальный нормативный акт работодателя был нарушен работником, отсутствует основание издание приказа - реквизиты документов, которые подтверждают совершение работником проступка (докладной записки, объяснений работника), сведений об оценке работодателем тяжести совершенного дисциплинарного проступка, а равно сведений о том, на основании чего работодателем была избрана мера дисциплинарного воздействия в виде увольнения.

Доводы ответчика об очевидности сути проступка, совершенного ФИО2, не опровергают вывод суда первой инстанции по указанным выше основаниям.

Суть проступка должна быть понятна и очевидна, прежде всего, для лица, привлекаемого к дисциплинарной ответственности.

Вместе с тем, из искового заявления и пояснений истца в ходе судебного разбирательства следует, что он не знал об увольнении и его причинах, как не знал и о причинах отношения к нему работодателя, создавшего условия, при которых истец был лишен возможности исполнять свои должностные обязанности.

Доводы апелляционной жалобы об отсутствии доказательств причинения истцу морального вреда являются необоснованными, поскольку при нарушении работодателем трудовых прав работника последний всегда испытывает нравственные страдания, независимо от того, причинен ли ему указанными действиями материальный ущерб.

Разрешая требования о возмещении расходов по оплате юридических услуг, суд первой инстанции, установив, что данные расходы вызваны необходимостью ФИО2 обратиться в суд за защитой нарушенных прав, пришел к выводу о наличии оснований для взыскания с ответчика ООО «ОКС» в пользу истца расходов по оплате юридических услуг, оказанных ФИО11, поскольку несение истцом расходов подтверждено представленными документами, а именно: актом об оказании услуг по договору № от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому исполнителем ФИО11 заказчику ФИО2 оказаны следующие услуги: правовое консультирование в устной форме, требующее изучение и анализ документов заказчика; составление искового заявления (л.д.165 том 1); факт оплаты подтверждается распиской от ДД.ММ.ГГГГ (л.д.166 том 1).

Определяя размер судебных расходов, подлежащих взысканию с ООО «ОКС», суд первой инстанции признал размер понесенных истцом судебных расходов, связанных с оплатой юридических услуг, отвечающим требованиям разумности и справедливости, в связи с чем удовлетворил требования о возмещении расходов на юридические услуги в полном объеме (30000 руб.).

Признавая правильным вывод суда о необходимости взыскания с ООО «ОКС» в пользу ФИО2 судебных расходов по оплате юридических услуг, суд апелляционной инстанции считает, что заслуживают внимания доводы апелляционной жалобы о завышенном размере этих расходов.

Гарантированная частью 1 статьи 46 Конституции Российской Федерации судебная защита прав и свобод каждого включает, в частности, правовой механизм восстановления имущественной массы лица, право которого было нарушено, на его затраты, связанные с судебной защитой.

В соответствии с частью 1 статьи 88 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

В силу положений абзаца пятого статьи 94 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся расходы на оплату услуг представителя.

Частью 1 статьи 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации определено, что стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Как указал Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлении от 11 июля 2017 г. № 20-П, признание права на присуждение судебных расходов за лицом (стороной), в пользу которого состоялось судебное решение, соответствует принципу полноты судебной защиты, поскольку призвано восполнить такому лицу вновь возникшие и не обусловленные деятельностью самого этого лица потери, которые оно должно было понести в связи с необходимостью участия в судебном разбирательстве. Гражданское процессуальное законодательство при этом исходит из того, что критерием присуждения судебных расходов при вынесении решения является вывод суда о правомерности или неправомерности заявленного истцом требования.

Таким образом, обязанность суда взыскивать расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах является одним из предусмотренных законом правовых способов, направленных против необоснованного завышения размера оплаты услуг представителя.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 10 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016 г. № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» лицо, заявляющее о взыскании судебных издержек, должно доказать факт их несения, а также связь между понесенными указанным лицом издержками и делом, рассматриваемым в суде с его участием. Недоказанность данных обстоятельств является основанием для отказа в возмещении судебных издержек.

В пункте 11 постановления Пленума от 21 января 2016 г. № 1 Верховный Суд Российской Федерации указал, что, разрешая вопрос о размере сумм, взыскиваемых в возмещение судебных издержек, суд не вправе уменьшать его произвольно, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов.

Вместе с тем, в целях обеспечения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон, суд вправе уменьшить размер судебных издержек, если заявленная к взысканию сумма издержек, исходя из имеющихся в деле доказательств, носит явно неразумный (чрезмерный) характер.

В пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016 г. № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» разъяснено, что расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, взыскиваются судом с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах (часть 1 статьи 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Кроме того, обязанность суда взыскать расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах является одним из предусмотренных законом правовых способов, направленных на реализацию требований части 3 статьи 17 Конституции Российской Федерации, согласно которой осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц.

Согласно пункту 13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016 г. № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства.

Разумность судебных издержек на оплату услуг представителя не может быть обоснована известностью представителя лица, участвующего в деле.

Из приведенных положений процессуального закона следует, что обязанность суда взыскивать расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах является одним из предусмотренных законом правовых способов, направленных против необоснованного завышения размера оплаты услуг представителя. Критерии оценки разумности расходов на оплату услуг представителя определены в разъяснениях названного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации.

Исходя из анализа указанных норм, судебные расходы присуждаются, если они понесены фактически, являлись необходимыми и разумными.

Решение вопроса о пределах взыскания сумм расходов на оплату услуг представителя отнесено статьей 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации к компетенции суда, рассмотревшего дело, поэтому суд может ограничить взыскиваемую в возмещение соответствующих расходов сумму, если сочтет ее чрезмерной с учетом конкретных обстоятельств, используя в качестве критерия разумность понесенных расходов.

Поскольку разумность размеров, как оценочная категория, определяется индивидуально, с учетом особенностей конкретного дела, при оценке разумности заявленных расходов на оплату услуг представителя необходимо обратить внимание на сложность, характер рассматриваемого спора и категорию дела, на объем выполненной представителем работы.

Согласно разъяснениям, содержащимся пункте 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016 г. № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» расходы представителя, необходимые для исполнения его обязательства по оказанию юридических услуг, например расходы на ознакомление с материалами дела, на использование сети «Интернет», на мобильную связь, на отправку документов, не подлежат дополнительному возмещению другой стороной спора, поскольку в силу статьи 309.2 ГК РФ такие расходы, по общему правилу, входят в цену оказываемых услуг, если иное не следует из условий договора (часть 1 статья 100 ГПК РФ).

Указанные положения процессуального закона судом первой инстанции не были учтены, а также не приняты во внимание возражения ответчика относительно заявленных к возмещению судебных расходов (л.д.172-174 том 1).

В суде апелляционной инстанции истец пояснил, что его представителем были оказаны следующие услуги – изучение правовых документов и составление искового заявления.

Договор об оказании юридических услуг в материалы дела не представлен.

Соответственно, изучение документов и ознакомление с материалами дела самостоятельной оплате не подлежат, а входят в цену услуги по составлению искового заявления.

Составление иска по данному делу особой сложности не представляет, а потому стоимость этой услуги в размере 30000 руб. не соответствует требованиям разумности и справедливости.

Статусом адвоката представитель истца не обладает, доказательств обратного истцом не представлено.

С учетом изложенного, учитывая объем оказанных ФИО11 услуг (составление иска), объем и содержание искового заявления, подготовка которого не представляла сложности с точки зрения изложения фактических обстоятельств и применения норм материального права, учитывая объем трудозатрат представителя и количество времени, которое представитель мог затратить на подготовку искового заявления, судебная коллегия полагает, что с ответчика ООО «ОКС» в пользу истца подлежат взысканию расходы по оплате юридических услуг в размере 5000 руб. По мнению суда апелляционной инстанции, указанный размер отвечает требованиям разумности и справедливости, а также обеспечивает необходимый баланс процессуальных прав и обязанностей сторон.

Таким образом, решение суда первой инстанции в части размера расходов на оплату юридических услуг подлежит изменению.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 328, 329, 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Решение Заводского районного суда г.Кемерово от 4 сентября 2025г. изменить в части взыскания в пользу истца расходов по оплате юридических услуг.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «ОКС» в пользу ФИО2 расходы по оплате юридических услуг в размере 5000 (пять тысяч) рублей.

В остальной части решение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу представителя общества с ограниченной ответственностью «ОКС» ФИО1 – без удовлетворения.

Председательствующий В.В. Казачков

Судьи Л.В. Вязникова

Е.Ю. Котляр

В окончательной форме апелляционное определение изготовлено 17.12.2025.