Апелляционное определение № 33-925/2026 от 6 апреля 2026 г.

Судья Лялина О.Н. Дело № 33-925/2026

№ 2-156/2025

УИД 50RS0040-01-2023-000593-09


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

07 апреля 2026 г. город Смоленск

Судебная коллегия по гражданским делам Смоленского областного суда в составе:

председательствующего судьи Чеченкиной Е.А.,

судей Горчаковой О.М., Цветковой О.С.,

при помощнике судьи Игнатовой Г.А.,

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО3 к ООО «Виалтекс» о возмещении ущерба,

по апелляционной жалобе ООО «Виалтекс» на решение Ленинского районного суда г. Смоленска от 18 декабря 2025 года,

Заслушав доклад судьи Горчаковой О.М., объяснения представителя ответчика ООО «Виалтекс» и третьего лица ФИО4 – ФИО5, возражения представителя истца ФИО3 – ФИО6, судебная коллегия,

установила:

ФИО3, уточнив требования, обратилась в суд с иском к ООО «Виалтекс», в котором просит взыскать с ответчика в свою пользу 179 698 руб. в счет возмещения ущерба, 7000 руб. – оплату экспертизы, 5731 руб. – в возмещение расходов по уплате государственной пошлины при подаче иска; 1125,12 руб. –почтовые расходы.

Требования мотивированы тем, что 07.11.2022 в результате дорожно-транспортного происшествия по вине водителя автомобиля <данные изъяты>, ФИО4, принадлежащему истцу автомобилю <данные изъяты> причинены механические повреждения. Выплаченного страховщиком возмещения в размере 84 000 руб. недостаточно для полного возмещения вреда, в связи с чем с ответчика подлежит взысканию разница между рыночной стоимостью восстановительного ремонта автомобиля на дату ДТП без учета износа деталей и стоимостью восстановительного ремонта автомобиля с учетом износа деталей согласно Единой методике определения размера расходов на восстановительный ремонт в отношении поврежденного транспортного средства, утвержденной Положением Банка России от 04.03.2021 №755-П, по состоянию на дату ДТП.

Определением Реутовского городского суда Московской области от 16.05.2023 в порядке ст. 41 ГПК РФ произведена замена ненадлежащего ответчика ФИО4 на надлежащего ООО «Виалтекс»; процессуальное положение ФИО4 определено как третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора (том 1, л.д. 106).

В судебное заседание истец ФИО3 не явилась, представитель истца ФИО6 уточненные исковые требования поддержал. Указал на то, что между ФИО3 и страховой компанией отсутствует спор относительно формы страхового возмещения и его размера. Истец самостоятельно произвела восстановительный ремонт поврежденного в ДТП транспортного средства; автомобиль в настоящее время продан другому лицу, в распоряжении ФИО3 не находится.

Представитель ответчика ООО «Виалтекс», третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, ФИО4 – ФИО5 исковые требования не признала по тем основаниям, что выбрав способ возмещения вреда в виде страховой выплаты, а не ремонт на СТОА, истец согласилась с размером страховой выплаты и осуществлением на эту сумму ремонта транспортного средства; если бы истец осуществляла ремонт на СТОА, то размер затраченных средств оставался в пределах лимита ответственности страховой компании – 400 000 руб. Оспаривала размер ущерба, а также в последнем судебном заседании заявила об отсутствии вины ФИО4 в ДТП.

Представитель третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, АО «ГСК «Югория», в судебное заседание не явился.

Решением Ленинского районного суда г. Смоленска от 18.12.2025 исковые требования ФИО3 удовлетворены частично, с ООО «Виалтекс» в пользу ФИО3 взыскано 179 698 руб. в возмещение ущерба, 4793,96 руб. в возмещение расходов по уплате государственной пошлины, 990,12 руб. – в возмещение почтовых расходов. В удовлетворении остальной части иска отказано (том 3 л.д.199-204).

В апелляционной жалобе ООО «Виалтекс» просит решение суда отменить и принять новое – об отказе удовлетворении требований, ссылаясь на неправильное определение обстоятельств, имеющих значение для дела, недоказанность установленных судом обстоятельств, несоответствие выводов суда, изложенных в решении, обстоятельствам дела, нарушение судом норм процессуального права (том 4 л.д.7-11).

В судебном заседании суда апелляционной инстанции представитель ответчика ООО «Виалтекс» и третьего лица ФИО4 – ФИО5 доводы апелляционной жалобы поддержала.

Представитель истца ФИО3 – ФИО6 с решением суда согласился, в удовлетворении апелляционной жалобы просил отказать, полагая, что ответчик злоупотребляет своими процессуальными правами.

В судебное заседание суда апелляционной инстанции истец и третьи лица не явились, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежаще по имеющимся в материалах дела адресам посредством направления почтового уведомления и размещения информации на официальном сайте Смоленского областного суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» в срок, достаточный для подготовки к делу и своевременной явки в суд.

Судебная коллегия, руководствуясь ст. 167, ст. 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, определила рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц.

Проверив законность и обоснованность решения суда первой инстанции в соответствии со статьей 327.1 ГПК РФ в пределах доводов, изложенных в апелляционной жалобе, возражениях относительно жалобы, оценив имеющиеся в деле доказательства, судебная коллегия приходит к следующему.

По общему правилу, установленному в п.1 ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Согласно п. 1 ст. 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Согласно п.3 ст.1079 ГК РФ вред, причиненный в результате взаимодействия источников повышенной опасности их владельцам, возмещается на общих основаниях (статья 1064).

В случае, когда ответственность за причинение вреда застрахована в силу того, что ее страхование обязательно, а также в других случаях, предусмотренных законом или договором страхования такой ответственности, лицо, в пользу которого считается заключенным договор страхования, вправе предъявить непосредственно страховщику требование о возмещении вреда в пределах страховой суммы (пункт 4 статьи 931 ГК РФ).

Если же страхового возмещения недостаточно для того, чтобы полностью возместить причиненный вред, лицо, застраховавшее свою ответственность в порядке обязательного страхования в пользу потерпевшего, возмещает разницу между страховым возмещением и фактическим размером ущерба (статья 1072 ГК РФ).

Как установлено судом и следует из протокола об административном правонарушении от 07.11.2022 50 АР № 148004, в 16 часов 20 минут на <данные изъяты> водитель ФИО4, управляя автомобилем <данные изъяты>, при перестроении не уступил дорогу движущемуся попутно без изменения направления движения автомобилю <данные изъяты> под управлением ФИО3, чем нарушил п. 8.4 Правил дорожного движения, тем самым совершил административное правонарушение, предусмотренное ч. 3 ст. 12.14 КоАП РФ (том 1, л.д. 8).

Постановлением должностного лица ГИБДД ГУ МВД России по Московской области от 07.11.2022 № ФИО4 по обстоятельствам, изложенным в названном протоколе об административном правонарушении, признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 3 ст. 12.14 КоАП РФ, с назначением административного наказания в виде административного штрафа (том 1, л.д. 9).

Решением врио командира 10 батальона ДПС 1 полка ДПС (северный) ГИБДД ГУ МВД России по Московской области от 30.11.2022 постановление по делу об административном правонарушении от 07.11.2022 в отношении ФИО4 оставлено без изменения (том 1, л.д. 139, 140, 141-142).

По состоянию на 07.11.2022 ФИО3 являлась собственником автомобиля <данные изъяты> (том 1, л.д. 6, 7), собственником автомобиля <данные изъяты>, являлось ООО «Виалтекс» (том 1, л.д. 87-88).

Согласно выписке из ЕГРЮЛ по состоянию на 15.05.2023 ФИО4 является <данные изъяты>» (том 1, л.д. 89-95).

В период с 04.11.2022 по 08.11.2022 ФИО4 находился в служебной командировке, что следует из приказа ООО «Виалтекс» от 04.11.2022 № К-47, командировочного удостоверения от 04.11.2022 № 95 (том 1, л.д. 96, 97).

АО «ГСК «Югория», застраховавшее гражданскую ответственность ФИО3, как владельца транспортного средства, признав ДТП страховым случаем, осуществило страховое возмещение ФИО3 в денежной форме в размере 84 000 руб. (с учетом износа узлов и деталей по Единой методике) (том 1, л.д. 10, 11, 12, 62).

Гражданская ответственность ООО «Виалтекс», как владельца транспортного средства <данные изъяты>, застрахована в АО «Согаз».

Согласно экспертному заключению ИП ФИО1 от 20.02.2023 № 32/23, представленному истцом, стоимость восстановительного ремонта автомобиля <данные изъяты> в результате ДТП 07.11.2022 составляет 337 144, 89 руб. (том 1, л.д. 68-85).

Впоследствии ФИО3 произведен ремонт транспортного средства <данные изъяты> стоимость работ составила 48 800 руб., что подтверждается заказ-нарядом от 21.03.2023 № 0000039593, чеком об оплате от 21.03.2023 (том 2, л.д. 50, 53); стоимость запасных частей составила 238 900 руб., что подтверждается товарным чеком от 23.02.2023 № 175187334, справкой по оплате АО «Тинькофф Банк» (том 2, л.д. 52, 56); стоимость работ составила 22 840 руб., что подтверждается заказ-нарядом от 24.01.2023 № 0000009553, чеком об оплате от 01.02.2023 (том 2, л.д. 51, 54, 55).

Согласно результатам проведенной ИП ФИО2. по делу комплексной судебной автотехнической, оценочной экспертизы от 05.11.2025 № 12-11/25 (том 3, л.д. 98-134) объем и характер повреждений автомобиля <данные изъяты>, соответствуют механизму ДТП, имевшего место 07.11.2022, в ходе которого повреждены следующие детали: бампер передний (разрыв в левой части с утратой фрагментов); заглушка буксировочной проушины переднего бампера (разрыв, смещение); капот (смятие с изгибом жесткости в передней левой части на площади около 10 %, сколы ЛКП, коррозия металла); крыло переднее левое (смятие с изгибом ребер жесткости на площади около 50 %, сколы ЛКП); дверь передняя левая (сколы ЛКП в передней торцевой части); фара передняя левая (разрушения рассеивателя, разрыв корпуса); подкрылок передний левый (разрыв); решетка радиатора левая (разрыв в левой части); крышка фароочистителя левого (разрыв); держатель форсунки фароочистителя левый (разрыв); поворотник передний левый (разрыв); усилитель арки крыла переднего левого верхний (смятие, залом, изгиб ребер жесткости); шрус передний внутренний левый (разрыв); рычаг нижний передний левый (смятие, изгиб); амортизатор передний левый (смятие, изгиб, разрыв); кулак поворотный левый (смятие, изгиб); опорное кольцо пружины передняя левая верхняя (смятие, изгиб); диск колеса переднего левого (задиры с утратой фрагментов материала); стойка стабилизатора передняя левая (смятие, изгиб); наконечник рулевой тяги передний левый (смятие, изгиб); крышка блока предохранителей (разрыв в области креплений).

Стоимость восстановительного ремонта автомобиля <данные изъяты>, в связи с повреждениями, полученными в результате ДТП, имевшего место 07.11.2022, согласно Единой методике по состоянию на 07.11.2022 составляет: 128 757 руб. – без учета износа деталей, 87 458 руб. – с учетом износа деталей.

Рыночная стоимость восстановительного ремонта автомобиля <данные изъяты>, в результате ДТП, имевшего место 07.11.2022, определяемая по рыночным ценам в Московской области без учета износа автомобиля по состоянию на 07.11.2022 составляет 287 947 руб., по состоянию на 21.03.2023 – 296 148 руб.

Утрата товарной стоимости автомашины в данном случае не рассчитывается, так как согласно методике исследования автомашина на момент ДТП эксплуатировалась более 5 лет.

При изучении заказ-наряда от 24.01.2023 № 0000009553 установлено: все выполненные ремонтные работы являются необходимыми и применимыми в данном случае для проведения восстановительного ремонта автомашины; замена детали (ШРУС внутр. – позиция 7 заказ-наряда) не является необходимым для ремонта автомашины, так как нигде ранее не зафиксирована деформация данной детали; все заменяемые запасные части, указанные в заказ-наряде, являются запчастями-аналогами (неоригинальными).

При изучении заказ-наряда от 21.03.2023 № 0000039593 установлено: все выполненные ремонтные работы являются необходимыми и применимыми в данном случае для проведения восстановительного ремонта автомашины, кроме покраски капота (так как деталь ранее имела сквозную коррозию, что исключает ее окраску согласно методике исследования); каталожные номера заменяемых запасных частей в заказ-наряде не указаны; стоимость нормо-часа на работы непостоянная величина (меняется сумма в зависимости от заменяемой детали).

При изучении товарного чека от 23.02.2023 № 175187334 установлено: все выполненные ремонтные работы являются необходимыми и применимыми в данном случае для проведения восстановительного ремонта автомашины; все заменяемые запасные части, указанные в товарном чеке, являются оригинальными и требующими замены.

Учитывая в расчете вышеуказанные заказ-наряды и товарный чек, рыночная стоимость восстановительного ремонта автомашины составляет по состоянию на дату 07.11.2022 267 156 руб., по состоянию на 21.03.2023 (дата проведения восстановительного ремонта) – 274 537 руб.

Эксперт ФИО2 будучи опрошенным судом, выводы вышеупомянутого заключения поддержал в полном объеме.

Разрешая заявленные исковые требования, суд руководствовался положениями статей 15, 931, 1064, 1068, 1072, 1079 Гражданского кодекса, разъяснениями, данными в п. 19 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», в п.п. 63, 64 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 08.11.2022 № 31 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств», в п.п. 12, 13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», правовой позицией, изложенной в п.5 Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 10.03.2017 № 6-П «По делу о проверке конституционности статьи 15, пункта 1 статьи 1064, статьи 1072 и пункта 1 статьи 1079 ГК РФ в связи с жалобами граждан А.С. Аринушенко, ФИО7 и других», оценил собранные по делу доказательства по правилам ст.67 ГПК РФ и нашел установленным факт причинения истцу материального ущерба, наличие причинно-следственной связи между наступлением вреда и противоправностью поведения водителя ФИО4, а потому ФИО3 имеет право на возмещение убытков новыми, оригинальными запасными частями, в связи с чем с ООО «Виалтекс», как владельца транспортного средства на момент ДТП, в пользу ФИО3 подлежат взысканию 179 698 руб., т.е. разница между размером ущерба 267 156 руб. (стоимость восстановительного ремонта согласно заказ-наряду от 21.03.2023 № 0000039593, товарному чеку от 23.02.2023 № 175187334, заказ-наряду от 24.01.2023 № 0000009553, с учетом результатов судебной экспертизы) и надлежащим размером страховой выплаты 87 458 руб. (стоимость восстановительного ремонта по Единой методике с учетом износа деталей, определенная экспертом).

С учетом разъяснений, приведенных в п. 64 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 08.11.2022 № 31«О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» суд отметил, что реализация потерпевшим права на получение страхового возмещения в форме страховой выплаты, в том числе и в случае, предусмотренном подпунктом «ж» пункта 16.1 статьи 12 Закона об ОСАГО, является правомерным поведением и сама по себе не может расцениваться как злоупотребление правом. При этом суд принял во внимание, что в судебном заседании представитель истца подтвердил, что согласованной со страховщиком формой страхового возмещения является страховая выплата; спора относительно формы страхового возмещения и выплаченного размера страхового возмещения между АО «ГСК «Югория» и ФИО3 не имеется.

Руководствуясь ст.ст. 88, 94, 98 ГПК РФ, суд также взыскал с ООО «Виалтекс» расходы по уплате государственной пошлины в размере 4793,96 руб., 990,12 руб. почтовых расходов.

Оснований не согласиться с такими выводами суда по доводам апелляционной жалобы судебная коллегия не усматривается.

Доводы жалобы о том, что судом допущено нарушение норм процессуального права, выразившееся в отказе в назначении по делу судебной экспертизы на предмет установления механизма ДТП, пунктов Правил дорожного движения, которыми должны были руководствоваться водители транспортных средств, наличия технической возможности избежать столкновения, соответствия действий водителей требованиям Правил дорожного движения, а выводы суда по соответствующим обстоятельствам являются предположительными и не основанными на доказательствах, отклоняются судебной коллегией в силу следующего.

Судом были исследованы материалы дела об административном правонарушении, из которых следует, что водитель ФИО4, управляя автомобилем Лада <данные изъяты>, при перестроении не уступил дорогу движущемуся попутно без изменения направления движения автомобилю <данные изъяты> под управлением ФИО3, чем нарушил п. 8.4 Правил дорожного движения, что послужило основанием для его привлечения к административной ответственности постановлением должностного лица, оставленного без изменения решением вышестоящего должностного лица, которое он в судебном порядке не оспаривал.

Согласно письменным объяснениям ФИО3 от 07.11.2022 она двигалась во второй полосе справа со скоростью 90-100 км/ч, как вдруг автомобиль <данные изъяты>, резко перестроился из третьей полосы слева, чтобы резко повернуть направо в поворот. Она (ФИО3) пыталась тормозить, чтобы избежать столкновения, подавала звуковой сигнал, но автомобиль <данные изъяты> продолжал поворачивать направо через две полосы. Затормозить удалось только, когда произошло столкновение и <данные изъяты> занесло к отбойнику. Она ехала прямо, не совершая маневра. Погодные условия хорошие, видимость тоже (том 1, л.д. 130).

Согласно письменным объяснениям ФИО4 от 07.11.2022 он решил повернуть направо, съехать с дороги на заправку, чтобы позвонить и отдохнуть. Перестроившись в крайний правый ряд, уже входил в поворот, но неожиданно почувствовал удар в правое заднее крыло и правую заднюю дверь своего автомобиля. После чего машину развернуло по часовой стрелке и ударило в отбойник, который расположен на повороте. В его машину врезался автомобиль <данные изъяты>, которым управляла девушка (том 1, л.д. 131).

Решая вопрос о виновности либо невиновности водителей в совершении дорожно-транспортного происшествия суд исходил из того, что в силу п. 10.1 ПДД при возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства. Гражданско-правовая ответственность причинителя вреда в рассматриваемом случае наступает, если у водителя имелась техническая возможность избежать дорожно-транспортного происшествия и между его действиями и наступившими последствиями установлена причинная связь.

Исходя из разъяснений, содержащихся в пункте 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 09.12.2008 № 25 «О судебной практике по делам о преступлениях, связанных с нарушением правил дорожного движения и эксплуатации транспортных средств, а также с их неправомерным завладением без цели хищения», при решении вопроса о технической возможности предотвращения дорожно-транспортного происшествия судам следует исходить из того, что момент возникновения опасности для движения определяется в каждом конкретном случае с учетом дорожной обстановки, предшествующей дорожно-транспортному происшествию. Опасность для движения следует считать возникшей в тот момент, когда водитель имел объективную возможность ее обнаружить.

Допрошенный в судебном заседании эксперт ФИО2., имеющий образование и квалификацию в области проведения трасологической экспертизы и экспертизы по обстоятельствам ДТП, к которой относится разрешение вопросов, какими положениями Правил дорожного движения должны руководствоваться участники дорожного движения, о технической возможности избежать ДТП, показал, что согласно схеме места ДТП от 07.11.2022, составленной сотрудниками ГИБДД (том 1, л.д. 128-129), автомобильная дорога, по которой двигались автомобили <данные изъяты>, под управлением ФИО4 и <данные изъяты>, под управлением ФИО3, имеет четыре полосы движения. Обозначено два места столкновения транспортных средств, со слов ФИО3 и ФИО4 Автомобили осуществляли движение попутно. Автомобиль <данные изъяты> осуществлял движение в пределах своей полосы; автомобиль <данные изъяты> осуществляет перестроение с левой полосы на правую. В первом случае (со слов ФИО3) автомобиль <данные изъяты> начинает, а во втором случае (со слов ФИО4) завершает маневр перестроения. Автомобиль <данные изъяты> в обоих случаях двигается в пределах своей полосы. По месту обоих столкновений, обозначенных на схеме места ДТП сотрудниками ГИБДД, исходя из повреждений, полученных обоими автомобилями, можно однозначно утверждать, что <данные изъяты> двигался в пределах своей полосы. Наличествует скользящее столкновение: повреждение автомобилей происходит при движении обоих автомобилей. Относительно вопроса о возможности проведения экспертного исследования о наличии технической возможность избежать ДТП эксперт показал, что установление такой технической возможности требует проведения соответствующих расчетов, в том числе остановочного пути. Для проведения расчетов требуются объективный исходные данные: скорости движения обоих автомобилей, вещная обстановка (видимость, следы торможения, разлет осколков, видеозаписи). Данные, имеющиеся в материалах дела: схема места ДТП, письменные пояснения участников ДТП, фото поврежденного автомобиля <данные изъяты>, фото, представленные стороной ответчика в дополнение к ходатайству о назначении экспертизы, не содержат информации, позволяющей объективно установить наличие технической возможности избежать ДТП, то есть произвести соответствующие расчеты.

В силу п. 8.4 Правил дорожного движения при перестроении водитель должен уступить дорогу транспортным средствам, движущимся попутно без изменения направления движения. При одновременном перестроении транспортных средств, движущихся попутно, водитель должен уступить дорогу транспортному средству, находящемуся справа.

Таким образом, судом на основании имеющихся в деле доказательства правильно установлено, что водитель ФИО3 осуществляла движение прямо, без изменения траектории, в пределах своей полосы движения автомобильной дороги. В свою очередь, водитель ФИО4, начав маневр перестроения с левой полосы движения в правую, с целью заезда в поворот, в нарушение п. 8.4 Правил дорожного движения не уступил дорогу автомобилю <данные изъяты> под управлением ФИО3, движущемуся попутно, без изменения направления движения. У водителя ФИО4 имелась техническая возможность избежать дорожно-транспортного происшествия в том случае, если бы он убедился в безопасности своего маневра; между действиями ФИО4, как водителя транспортного средства, и наступившими последствиями в виде повреждения автомобиля <данные изъяты> под управлением ФИО3 установлена причинная связь.

В соответствии с абзацем вторым части 1 статьи 327.1 ГПК РФ суд апелляционной инстанции принимает дополнительные (новые) доказательства, если признает причины невозможности представления таких доказательств в суд первой инстанции уважительными.

К таким причинам относятся, в частности, необоснованное отклонение судом первой инстанции ходатайств лиц, участвующих в деле, об истребовании, о приобщении к делу, об исследовании дополнительных (новых) письменных доказательств либо ходатайств о вызове свидетелей, о назначении экспертизы, о направлении поручения; принятие судом решения об отказе в удовлетворении иска (заявления) по причине пропуска срока исковой давности или пропуска установленного федеральным законом срока обращения в суд без исследования иных фактических обстоятельств дела.

Обязанность доказать наличие обстоятельств, препятствовавших лицу, ссылающемуся на дополнительные (новые) доказательства, представить их в суд первой инстанции возлагается на это лицо (статья 12, часть 1 статьи 56 ГПК РФ).

Дополнительные (новые) доказательства не могут быть приняты судом апелляционной инстанции, если будет установлено, что лицо, ссылающееся на них, не представило эти доказательства в суд первой инстанции, поскольку вело себя недобросовестно или злоупотребляло своими процессуальными правами.

Из материалов дела следует, что на протяжении рассмотрения настоящего гражданского дела в течение более двух с половиной лет при неоднократном обсуждении вопроса о назначении по делу судебной экспертизы, самих вопросов, подлежащих постановке на разрешение эксперта, ответчик, а также третье лицо ФИО4 не заявляли о том, что ФИО4 Правил дорожного движения не нарушал, его действия не находятся в причинно-следственной связи с последствиями ДТП, а также о наличии каких-либо нарушений в действиях ФИО3, в том числе о наличии у нее возможности избежать столкновения путем торможения.

Соответствующие доводы и ходатайство о назначении судебной автотехнической экспертизы были заявлены только в ходатайстве, поступившем в суд 04.12.2025 перед последним судебным заседанием, после получения результатов судебной автотехнической экспертизы, установившей в соответствии с механизмом ДТП перечень повреждений и стоимость их восстановительного ремонта.

В суде апелляционной инстанции представитель ответчика заявила о том, что действительно вина ФИО4 в ДТП не оспаривалась, о возможности представления соответствующих доказательств ответчик был осведомлен, однако считает, что соответствующие доводы сторона ответчика вправе заявить до удаления суда в совещательную комнату, в связи с чем в обязанность суда входит назначение соответствующей экспертизы.

При таких обстоятельствах, с учетом длительности рассмотрения настоящего дела и защиты потерпевшим своего права, судебная коллегия исходит из того, что существенное изменение позиции ответчика и корректировка доводов после проведения по делу судебной экспертизы с целью получения необоснованного преимущества и затягивания рассмотрения дела по существу, свидетельствует о злоупотреблении процессуальным правом, а потому оснований для удовлетворения ходатайства ответчика о назначении по делу судебной автотехнической экспертизы не имелось как у суда первой инстанции, так и у суда апелляционной инстанции (принцип эстоппеля).

Из материалов дела следует, что ответчику обеспечена равная с истцом возможность реализации своих процессуальных прав, он не был ограничен в представлении доказательств, имел достаточно времени для доказывания своей позиции по делу. Каких-либо сведений о нарушении принципов состязательности и равноправия сторон материалы дела не содержат.

Кроме того, допрошенный в судебном заседании эксперт автотехник ФИО2 указал на отсутствие возможности провести объективные расчеты возможности избежать столкновения ввиду отсутствия исходных данных во всех имеющихся документах (о скорости, вещной обстановке – видимости, следах торможения, разлета осколков, видеозаписи). Указание ответчика на возможность такого расчета применительно к разрешенной на данном участке дороги скорости движения и скорости, указанной самими участниками ДТП, не может быть признано заслуживающим внимания, так как такая возможность будет определена лишь теоретически безотносительно к фактическим обстоятельствам рассматриваемого ДТП и не может быть положена в основу принятого решения.

К тому же, несмотря на мнение ответчика, юридическая квалификация действий участников ДТП, их соответствие требованиям Правил дорожного движения Российской Федерации и, как следствие, установление лица, виновного в совершении дорожно-транспортного происшествия, относится к исключительной компетенции суда. Имеющихся в деле доказательств достаточно для установления данных юридически значимых обстоятельств, само по себе несогласие с оценкой которых не свидетельствует об ошибочности выводов суда, является субъективным мнением ответчика о том, как должно быть рассмотрено дело, оценены имеющиеся доказательства и каков должен быть его результат.

Нарушений правил оценки доказательств, предусмотренных статьями 56, 59, 60, 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судом апелляционной инстанции не установлено.

Доводы жалобы о необоснованном отказе в назначении судебной экспертизы с осмотром автомобиля, в привлечении в качестве третьего лица нового собственника автомобиля <данные изъяты> ФИО8, необходимости истребования дополнительных доказательств реальности приобретения ФИО3 деталей для ремонта транспортного средства, перечисления за них денежных средств, возможного возврата приобретенных деталей и возврата денежных средств на них, обоснованы ответчиком необходимостью установления суммы, затраченной истцом на восстановительный ремонт автомобиля, однако не могут повлиять на существо принятого решения, так как истцом представлены документы, подтверждающие приобретение запасных частей и выполнение ремонтных работ на общую сумму 309 740 руб.: заказ-наряд от 21.03.2023 № 0000039593, чек об оплате от 21.03.2023 на сумму 48 000 руб. (том 2, л.д. 50, 53); товарный чек от 23.02.2023 № 175187334, справка по оплате АО «Тинькофф Банк» на сумму 238 900 руб. (том 2, л.д. 52, 56); заказ-наряд от 24.01.2023 № 0000009553, чек об оплате от 01.02.2023 на сумму 22 840 руб., (том 2, л.д. 51, 54, 55).

По заключению судебной экспертизы, рыночная стоимость восстановительного ремонта автомобиля по рыночным ценам в Московской области без учета износа автомобиля по состоянию на 07.11.2022 составляет 287 947 руб., по состоянию на дату проведения восстановительного ремонта 21.03.2023 - 296 148 руб. С учетом заказ-нарядов и товарного чека, рыночная стоимость восстановительного ремонта автомашины определена экспертом равной 267 156 руб. по состоянию на 07.11.2022 и в размере 274 537 руб. по состоянию на 21.03.2023.

Истцом ко взысканию предъявлен ущерб в размере понесенных расходов с учетом заключения судебной экспертизы, размер которого (267 156 руб.) менее среднерыночной стоимости ремонта, в связи с чем оснований для истребования дополнительных доказательств, а также проверки реальности установки приобретенных деталей на транспортное средство не имеется, как и полагать, что представленные истцом документы на приобретение деталей не соответствуют действительности.

Следует при этом согласиться с указанием суда на то, что ФИО3 имеет право на возмещение убытков в размере стоимости восстановительного ремонта транспортного средства новыми, оригинальными запасными частями, несмотря на то, что в настоящее время работоспособность транспортного средства восстановлена доступным для истца способом.

В пункте 13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что если для устранения повреждений имущества истца использовались или будут использованы новые материалы, то за исключением случаев, установленных законом или договором, расходы на такое устранение включаются в состав реального ущерба истца полностью, несмотря на то, что стоимость имущества увеличилась или может увеличиться по сравнению с его стоимостью до повреждения; размер подлежащего выплате возмещения может быть уменьшен, если ответчиком будет доказано или из обстоятельств дела следует с очевидностью, что существует иной, более разумный и распространенный в обороте способ исправления таких повреждений подобного имущества.

Из содержания пункта 5 Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 10.03.2017 № 6-П «По делу о проверке конституционности статьи 15, пункта 1 статьи 1064, статьи 1072 и пункта 1 статьи 1079 ГК РФ в связи с жалобами граждан А.С. Аринушенко, ФИО7 и других» следует, что по смыслу вытекающих из статьи 35 Конституции Российской Федерации во взаимосвязи с ее статьями 19 и 52 гарантий права собственности, определение объема возмещения имущественного вреда, причиненного потерпевшему при эксплуатации транспортного средства иными лицами, предполагает необходимость восполнения потерь, которые потерпевший объективно понес или - принимая во внимание, в том числе, требование пункта 1 статьи 16 Федерального закона «О безопасности дорожного движения», согласно которому техническое состояние и оборудование транспортных средств должны обеспечивать безопасность дорожного движения, - с неизбежностью должен будет понести для восстановления своего поврежденного транспортного средства.

Согласно абзацу 3 пункта 5 названного Постановления Конституционного Суда Российской Федерации замена поврежденных деталей, узлов и агрегатов - если она необходима для восстановления эксплуатационных и товарных характеристик поврежденного транспортного средства, в том числе с учетом требований безопасности дорожного движения, - в большинстве случаев сводится к их замене на новые детали, узлы и агрегаты. Поскольку полное возмещение вреда предполагает восстановление поврежденного имущества до состояния, в котором оно находилось до нарушения права, в таких случаях - притом, что на потерпевшего не может быть возложено бремя самостоятельного поиска деталей, узлов и агрегатов с той же степенью износа, что и у подлежащих замене, - неосновательного обогащения собственника поврежденного имущества не происходит, даже если в результате замены поврежденных деталей, узлов и агрегатов его стоимость выросла.

Соответственно, при исчислении размера расходов, необходимых для приведения транспортного средства в состояние, в котором оно находилось до повреждения, и подлежащих возмещению лицом, причинившим вред, должны приниматься во внимание реальные, то есть необходимые, экономически обоснованные, отвечающие требованиям завода-изготовителя, учитывающие условия эксплуатации транспортного средства и достоверно подтвержденные расходы, в том числе расходы на новые комплектующие изделия (детали, узлы и агрегаты).

С учетом вышеприведенного правового регулирования замена поврежденных деталей автомобиля на новые не является неосновательным обогащением потерпевшего за счет причинителя вреда, поскольку такая замена направлена не на улучшение транспортного средства, а на восстановление его работоспособности, функциональных и эксплуатационных характеристик.

В этой связи судом верно определен размер ущерба, подлежащего взысканию с ООО «Виалтекс» в пользу истца, как разница между размером ущерба 267 156 руб. и надлежащим размером страховой выплаты 87 458 руб. (стоимость восстановительного ремонта по Единой методике с учетом износа деталей с учетом достигнутого между страховщиком и потерпевшим соглашения о выплате возмещения в денежной форме), определенных по результатам судебной экспертизы, оснований ставить под сомнение выводы которой отсутствуют. Судебная экспертиза, положенная в основу решения суда, проведена в соответствии с нормами действующего законодательства, доказательств, указывающих на ее недостоверность, либо ставящих под сомнение изложенные в ней выводы, в материалы дела не представлено и соответствующих доводов в апелляционной жалобе не приведено.

Доводы апелляционной жалобы о нарушении судом норм процессуального права и нарушении права стороны ответчика на представление доказательств, нарушении принципа состязательности и равноправия сторон, в связи с чем не в полной мере были установлены обязательства, имеющие значение для дела, что ставит под сомнение справедливость судебного разбирательства и обоснованность выводов суда, изложенных в решении, судебной коллегией отклоняются, как полностью противоречащие материалам дела, так как в рассматриваемом случае судом были созданы условия для реализации сторонами их процессуальных прав, всестороннего и полного исследования доказательств, установления фактических обстоятельств и правильного применения законодательства.

В силу статьи 195 ГПК РФ решение суда должно быть законным и обоснованным.

В мотивировочной части решения суда должны быть указаны обстоятельства дела, установленные судом; доказательства, на которых основаны выводы суда об этих обстоятельствах; доводы, по которым суд отвергает те или иные доказательства; законы, которыми руководствовался суд (часть 4 статьи 198 ГПК РФ).

Согласно постановлению Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19.12.2003 № 23 «О судебном решении» решение является законным в том случае, когда оно принято при точном соблюдении норм процессуального права и в полном соответствии с нормами материального права, которые подлежат применению к данному правоотношению, или основано на применении в необходимых случаях аналогии закона или аналогии права (часть 1 статьи 1, часть 3 статьи 11 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации). Решение является обоснованным тогда, когда имеющие значение для дела факты подтверждены исследованными судом доказательствами удовлетворяющими требованиям закона об их относимости и допустимости или обстоятельствами, не нуждающимися в доказывании (статьи 55, 59 - 61, 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации), а также тогда, когда оно содержит исчерпывающие выводы суда, вытекающие из установленных фактов.

Указанные требования процессуального закона судом первой инстанции выполнены в полном объеме.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, суд при разрешении спора руководствовался нормами права, подлежащими применению, с достаточной полнотой исследовал все доказательства собранные в ходе разрешения спора, юридически значимые обстоятельства по делу судом установлены правильно, выводы суда не противоречат материалам дела, основаны на всестороннем, полном и объективном исследовании имеющихся в деле доказательств, судом приняты во внимание доводы участвующих в деле лиц, доказательства были получены и исследованы в таком объеме, который позволил суду разрешить спор.

Оснований для отмены или изменения решения суда в апелляционном порядке, предусмотренных ст. 330 ГПК РФ, судебная коллегия не усматривает.

Руководствуясь ст.ст. 328-329 ГПК РФ, судебная коллегия

определила:

решение Ленинского районного суда г. Смоленска от 18 декабря 2025 года оставить без изменения, апелляционную жалобу ООО «Виалтекс» - без удовлетворения.

Председательствующий

Судьи

Мотивированное апелляционное определение изготовлено: 20.04.2026.