Приговор № 22-161/2024 от 12 апреля 2024 г.

Судья Евсегнеева Г.Ю. дело №22-161//2024

АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ
ПРИГОВОР

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Г. Черкесск 12 апреля 2024 года

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Карачаево-Черкесской Республики

в составе:

председательствующего – судьи Лайпановой З.Х.,

при секретаре судебного заседания - помощнике судьи- К.,

с участием:

прокурора отдела прокуратуры КЧР- Хубиева Б.О.,

осужденного ФИО1 и его защитника- адвоката Дубининой Л.Ю.

рассмотрела в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционной жалобе защитника осужденного ФИО1- адвоката Дубининой Л.Ю. и осужденного ФИО1 на приговор Зеленчукского районного суда КЧР от 27.12.2023года.

Заслушав доклад судьи Верховного суда КЧР Лайпановой З.Х., изложившего обстоятельства дела, выслушав объяснения осужденного ФИО1 и его защитника-адвоката Дубининой Л.Ю., поддержавших доводы жалобы, прокурора, полагавшего апелляционную жалобу оставить без удовлетворения, суд апелляционной инстанции

УСТАНОВИЛ:

приговором Зеленчукского районного суда Карачаево-Черкесской Республики от 27.12. 2023 года

ФИО1, <данные изъяты>

<данные изъяты>

осужден: по п.п. «б», «в» ч.2 ст.158 УК РФ к 1 году лишения свободы.

В соответствии со ст.73 УК РФ назначенное наказание постановлено условно с испытательным сроком в 2 года с возложением на него обязанностей.

Решены вопросы о мере пресечения и процессуальных издержках.

ФИО1 признан виновным в краже чужого имущества, совершенной с причинением значительного ущерба, с незаконным проникновением в помещение гр. Потерпевший №1 в <адрес> «а» при обстоятельствах, изложенных в приговоре.

В апелляционной жалобе защитник осужденного ФИО1-адвокат Дубинина Л.Ю. просит приговор отменить, ФИО1 оправдать в связи с его непричастностью к совершению данного преступления по основанию, предусмотренному п.1 ч.1 ст.27 УПК РФ.

Считает приговор незаконным и необоснованным, подлежащим отмене.

В состоявшемся приговоре имеются такие обстоятельства, которые влекут его отмену.

В обоснование вины ФИО1 в совершении кражи суд сослался на оглашенные в судебном заседании показания потерпевшей Потерпевший №1, однако показания ее подтверждают факт кражи из ее домовладения, но никак не причастность к ее совершению ФИО1

Не может служить доказательством вины ФИО1 и протокол осмотра места происшествия от <дата>.

Согласно показаниям свидетеля Свидетель №1, совместно с потерпевшей обнаружившей кражу в <дата>, в тот день во дворе лежал снег, и они видели отпечатки следов во дворе, чему судом не дано надлежащей оценки на причастность к совершению кражи иного лица незадолго до непосредственного обнаружения кражи в <дата>, когда лежал снег, но никак не в середине <дата> года.

Протокол осмотра места происшествия от <дата> не может служить доказательством вины ФИО1, поскольку из его показаний в судебном заседании, а также из показаний свидетеля <ФИО>12, ФИО1 неоднократно сдавал металлолом в этом пункте приема металла.

Из показаний ФИО1 следует, что протокол осмотра места происшествия от <дата> не подписывал.

Его показания в этой части согласуются с заключением почерковедческой экспертизы от <дата> №..., проведенной по постановлению суда, но ни как не указанного судом заключения эксперта от <дата> №..., полученного следователем по результатам исследования подписей свидетеля <ФИО>12

Судом приняты за основу показания свидетеля <ФИО>12, данные им на предварительном следствии и подтвержденные им в ходе судебного разбирательства, но какие именно.

Оглашенными в судебном заседании по ходатайству защитника показаниями свидетеля <ФИО>12 в первом судебном заседании не был подтвержден факт сдачи в пункт приема металла котла, фляг и кастрюль. Им же не был подтвержден факт подписания протокола допроса в качестве свидетеля на предварительном следствии. О том, что подпись в указанном протоколе не <ФИО>12, изложено в заключении эксперта от <дата> №.... При этом, в показаниях <ФИО>12 ни о какой травме руки речи не шло, об этом было заявлено свидетелем через несколько месяцев судебного разбирательства, под нажимом стороны обвинения.

Оценивая показания <ФИО>12, суд указал, что в судебном заседании его показания не противоречат показаниям, данным на предварительном следствии, что не соответствует фактическим обстоятельствам дела. В показаниях на предварительном следствии Свидетель №2 якобы пояснял, что ФИО1 привез ему похищенные предметы на автомашине примерно в 19 часов в середине <дата> года. Это уже темное время суток и в судебном заседании в этой части Свидетель №2 свои показания не подтвердил, пояснив, что ФИО1 якобы привозил металл в светлое время, с наступлением темноты он пункт закрывает и металл не принимает.

Столь явным и очевидным противоречиям в показаниях <ФИО>12 судом не дано критической оценки.

Вопреки фактическим обстоятельствам дела судом не дана оценка показаниям свидетеля защиты Свидетель №4. Свидетель пояснил, что в его присутствии на вопрос, привозил ли <ФИО>29 фляги и кастрюли, Свидетель №2 и его супруга отрицали этот факт. Супруга <ФИО>20 говорила, что столько металлолома на девятке не поместилось бы.

При наличии таких противоречий суд пришел к выводу, что показания свидетеля защиты не опровергают доказательства, представленные стороной обвинения. Но показания свидетеля не подтверждают причастность ФИО1 к совершению кражи и сдачи металла Свидетель №2.

Суд, ссылаясь на признательные показания ФИО1 в ходе предварительного следствия, указывает, что похищенное он перевозил на принадлежавшей ему автомашине <данные изъяты>. Но эти показания не нашли своего подтверждения в ходе судебного разбирательства. В показаниях ФИО1 такая машина не упоминалась, Свидетель №2, якобы слышал, что подъехала автомашина, но не видел ее.

У суда не возникло сомнений в правдивости показаний <ФИО>12 о том, что подъехавшая по звуку автомашина была именно <данные изъяты>, которую свидетель не видел, и именно ФИО1 подъехал на той машине.

Показания <ФИО>12 основаны на предположении, в связи с чем подлежат признанию недопустимым доказательством в соответствии с п.2 ч.2 ст. 75 УПК РФ.

Свидетель Свидетель №4 подтвердил, что автомашины у <ФИО>4 никогда не было. При наличии существенных противоречий суд ссылается на признательные показания ФИО1 в ходе предварительного следствия, не подтвержденные в судебных заседаниях.

Опровергая доводы защиты в части невозможности поместить громоздкие и объемные предметы в машину «девятку», суд ссылается на использование ФИО1 автомашины <данные изъяты>, но это не грузовой автомобиль, а всего лишь разновидность модели <данные изъяты> в которую также невозможно погрузить десять объемных и громоздких предметов, о чем были даны показания свидетеля Свидетель №1, которая поясняла суду, что похищенные предметы невозможно сложить в машину из-за их объемов.

В обоснование вины ФИО1 суд ссылается на показания свидетеля <ФИО>11, следователя по уголовному делу, о том, что подписи в протоколе допроса в качестве обвиняемого были учинены самим ФИО1.

При этом в заключение почерковедческой экспертизы от <дата> №..., экспертом сделан вывод о наличии двух подписей ФИО1 в протоколе допроса в качестве подозреваемого при разъяснении прав подозреваемому, чего не отрицал и ФИО1, пояснив, что он расписывался в материалах дела всего два раза.

Показания ФИО1 согласуются с заключением эксперта, которому судом фактически не дано надлежащей оценки. При этом судом не приведены основания, по которым показания следователя <ФИО>11 были приняты во внимание. Кроме того показания следователя <ФИО>11, на которые в обоснование вины ссылается суд, в приговоре не содержится.

В соответствии с п.17 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29 ноября 2016г. № 55 «О судебном приговоре» в силу принципа презумпции невиновности обвинительный приговор не может быть основан на предположениях, а все неустранимые сомнения в доказанности обвинения, толкуются в пользу подсудимого. Признание подсудимым своей вины, если оно не подтверждено совокупностью других собранных по делу доказательств, не может служить основанием для постановления обвинительного приговора.

Аналогичные доводы содержаться и в апелляционной жалобе осужденного ФИО1

Ссылаясь на то, что кража была обнаружена в <дата> года, когда потерпевшая и её сестра пришли осмотреть указанное домовладение и увидели, что калитка открыта, замок поврежден, на снегу они увидели следы, считает, что суд не дал никакой оценки данному обстоятельству- к краже могло быть причастно иное лицо незадолго до обнаружения кражи в феврале, но никак в середине ноября.

Протокол проверки показаний на месте был проведен без защитника <ФИО>9 и потерпевшей, тем самым нарушено его право на защиту.

В возражениях на апелляционную жалобу государственный обвинитель <ФИО>10 просит приговор оставить без изменения, а жалобы осужденного и его защитника- без удовлетворения.

Считает, что доводы апелляционных жалоб являются необоснованными, фактически направлены на переоценку исследованных в ходе судебного разбирательства доказательств вины подсудимого и удовлетворению не подлежат.

В жалобе защитник Дубинина Л.Ю. указывает, что суд в обоснование вины ФИО1 сослался на оглашенные показания потерпевшей Потерпевший №1, при этом последняя, якобы, не указывает на причастность осужденного к совершению кражи.

Данный довод защитника является необоснованным, показания потерпевшей Потерпевший №1 подтверждают факт кражи из ее домовладения. Автор апелляционной жалобы указывает на то, что не может служить доказательством вины ФИО1 протокол осмотра места происшествия от <дата>, ввиду того, что в середине <дата> года не могло быть снега во дворе домовладения, принадлежащего потерпевшей.

Однако суд в своем приговоре признал протокол осмотра места происшествия от <дата>- письменным доказательством, подтверждающим вину осужденного, ввиду того, что в нем отражено расположение объектов, подсобных помещений и наличие повреждений, которые имеют значение для уголовного дела.

Также, защитник Дубинина Л.Ю. указывает на то, что протокол осмотра места происшествия от <дата> не может служить доказательством вины ФИО1, однако, судом, указанное письменное доказательство,

признано подтверждающим вину ФИО1, так как последний в ходе осмотра указал, куда именно сложил предметы после процедуры их взвешивания.

Данное обстоятельство подтверждается и показаниями свидетеля <ФИО>12, данными им в ходе судебного заседания.

При этом свидетель Свидетель №2 дал на заседании суда показания, которые последовательны, непротиворечивы, не содержат каких-либо двусмысленных выводов, четко изобличают факт сдачи в <дата> года именно ФИО1 в пункт приема металла в <адрес>, алюминиевых кастрюль и фляг в конкретный период времени.

Кроме того, Свидетель №2 в суде пояснил, что до судебного разбирательства к нему приезжали родители ФИО1 - супруги <ФИО>21, его односельчане, с которыми он знаком и сообщили ему, что их сын ФИО1 хороший человек и этого преступления якобы не совершал.

Факт их встречи, в ходе которой были обсуждены вопросы уголовного преследования ФИО1, достоверно установлен в ходе судебного разбирательства, и именно эти обстоятельства, обусловленные обращением стороны защиты к данному свидетелю, послужили причиной неоднозначной позиции <ФИО>12 в начале судебного следствия.

Таким образом, суд обосновано признал показания свидетеля <ФИО>12, допрошенного в соответствии со статьей 278 УПК РФ, доказательством, подтверждающим вину ФИО1

Вопреки доводам жалобы относительно оценки показаний свидетеля Свидетель №4 судом в приговоре не указано на факт подтверждения данными показаниями вины ФИО1, верно приведены выводы о том, что показания свидетеля Свидетель №4 не опровергают представленных стороной обвинения доказательств.

Судом в обжалуемом приговоре правильно и обоснованно дана оценка доводам стороны защиты о невозможности поместить похищенные предметы в легковой автомобиль марки <данные изъяты>, как носящим предположительный характер; также судом опровергнута позиция стороны защиты о доказательстве непричастности подсудимого к краже по причине отсутствия автомобиля в их семье, поскольку в своих показаниях подсудимый ФИО1 и свидетель Свидетель №2 подтвердили то, что ФИО1 привез похищенные предметы на автомобиле.

В ходе судебного заседания был допрошен следователь <ФИО>11 в виду того, что заключение эксперта не позволяет решить вопрос об исполнителе подписи в протоколах допросов ФИО1 в качестве подозреваемого и обвиняемого.

Следователь пояснил, что все подписи от имени ФИО1 были выполнены самим ФИО1 с участием адвоката.

Нарушений процессуального закона при рассмотрении уголовного дела допущено не было, поскольку судом дана надлежащая оценка всем доказательствам по обстоятельствам совершенного преступления, в соответствии с принципами состязательности и равноправия сторон.

Проверив материалы дела, выслушав участвующих в деле лиц, судебная коллегия приходит к следующим выводам.

Согласно ст. 297 УПК РФ приговор суда должен быть законным, обоснованным и справедливым, он признается таковым, если постановлен в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона и основан на правильном применении уголовного закона.

В соответствии с ч.4 ст.302 УПК РФ обвинительный приговор не может быть основан на предположениях и постановляется лишь при условии, что в ходе судебного разбирательства виновность подсудимого в совершении преступления подтверждена совокупностью исследованных судом доказательств.

Неустранимые сомнения в виновности лица, возникающие при оценке доказательств, в силу ст.49 Конституции РФ должны быть истолкованы в пользу этого лица.

Из материалов уголовного дела усматривается, что суд первой инстанции, рассматривая данное уголовное дело, не выполнил указанные требования закона.

В судебном заседании достоверно установлено, что в период времени с <дата> по <дата> из домовладения, расположенного в <данные изъяты> была совершена кража алюминиевых изделий.

Однако, лицо или лица, совершившие данную кражу, материалами уголовного дела не установлены.

Предъявленное ФИО1 обвинение в совершении указанного преступления, доказательствами, исследованными в судебном заседании, не доказано.

Так, в судебных заседаниях от <дата> (л.д.97,т.3) и <дата>(л.д.3-7,т.4) подсудимый ФИО1 показал, что его позвали в отдел полиции по другому уголовному делу. Следователь <ФИО>30 ему сказал, чтобы он признался по данному делу. Если он не признается, то следователь на него повесит больше уголовных нераскрытых дел. следователь его вызывал из дома, допрашивал, говорил, что адвокат придет, но адвоката не было, они начинали и заканчивали без адвоката. Во время следствия он адвоката не видел вообще. Адвокат с ним на выводку не ездил, и в кабинете его не было. Следователь обещал, что, если он возьмет кражу на себя, сделает отказной, если он не возьмет, то он его пугал другой статьей, давали подзатыльники. В этом доме он никогда не был, кражу не совершал. Когда он понял, что отказного не будет, он перестал все брать на себя и расписываться. Он расписывался всего 2 раза.

При осмотре места происшествия в пункте приема металла ему сказали, чтобы он ткнул в любое место, он ткнул, его сфотографировали(л.д.112,т.3).

Согласно заключению почерковедческой экспертизы от <дата> №...(л.д.154-163, т.2), назначенной судом первой инстанции по ходатайству государственного обвинителя(л.110,т.3), были проверены подписи в протоколе осмотра места происшествия от <дата> года(л.д.59-64,т.1), в объяснение от <дата> ФИО1(л.д.65-66,т.1), в протоколе допроса подозреваемого ФИО1 от <дата>(л.д.79-84, т.1), в протоколе проверки показаний на месте от <дата>(л.д.85-90, т.1), в протоколе допроса обвиняемого ФИО1 от <дата>(л.д.111-116, т.1), только 2 подписи в графе «подозреваемый» на листе дела 83 протокола допроса в качестве подозреваемого, выполнены ФИО1

Эксперт пришел к однозначному выводу, что другие подписи от имени ФИО1 в этом же протоколе и в других документах, направленных на исследование, выполнены одним лицом, но экспертным путем не удалось установить, являются ли эти подписи вариантами признаков почерка ФИО1, не проявившимися в представленных образцах, либо же эти признаки являются признаками почерка другого лица (лиц). Отсутствие однозначности в оценке различий не позволило решить вопрос об исполнителе «ни в категорической, ни в вероятной форме».

Таким образом, выводы данной экспертизы однозначно подтверждают показания подсудимого ФИО1 в судебном заседании(л.д.89,т.3), что он только 2 раза расписывался в процессуальных документах.

При таких обстоятельствах протокол осмотра места происшествия от <дата> (л.д.59-64,т.1) должен быть признан недопустимым доказательством, т.к. согласно выводам проведенной почерковедческой экспертизы, подписи от имени ФИО1 выполнены не им.

В ходе судебного разбирательства подсудимый ФИО1 заявил, что к нему применялись неправомерные действия следователя <ФИО>11 В связи с чем была проведена доследственная проверка в порядке ст.ст.144, 145 УПК РФ(л.д.23-30,т.3), в ходе которой была назначена почерковедческая экспертиза, согласно выводам которой (заключение эксперта №... от <дата>) подписи от имени <ФИО>12, изображения которых расположены в строках «свидетель» на 94 и 95 листе в копии протокола допроса свидетеля от <дата>, выполнены <ФИО>12 Подписи от имени <ФИО>13, изображения которых расположены на листе 96 в этом же протоколе выполнены одним лицом, но не самим <ФИО>12, а другим лицом с подражанием какой-то подлинной подписи <ФИО>12

При изучении протокола допроса свидетеля <ФИО>12 видно, что подпись от имени <ФИО>12 подделан под содержанием самого текста, что подтверждает показания данного свидетеля в судебном заседании от <дата>(л.д.84, т.3), согласно которым Свидетель №2 при оглашении его показаний, данных на предварительном следствии (л.д.94-96, т.1) показал, что он такие показания не давал, он подписывал чистые бланки в отделе. При предъявлении Свидетель №2 его подписей в указанном протоколе, он показал, что подписи не особо похожи на его подписи, и слова не он писал, он так не пишет, что подтверждает выводы эксперта.

Однако, свидетель Свидетель №2 вновь допрошенный в судебном заседании <дата>(л.д.118,т.3) изменил свои показания, подтвердил показания, данные им на предварительном следствии, указав, что в ходе предыдущего допроса в суде он перепутал это дело с другими делами, поскольку ему часто сдают металлолом, кастрюли, которые потом находят у него. Осмотрев протокол допроса (л.д.94-96, в т.1) подтвердил, что подписи в нем принадлежат ему, он подписывал протокол, однако в связи с травмой руки у него проблемы с письмом, подписи могут сильно отличаться. У него рука травмирована более 10 лет. После короновируса у него с памятью проблемы. Привозил на «<данные изъяты>» было светло, ночью они не работают.

Анализируя показания данного свидетеля, суд в основу приговора берет его показания, данные в ходе судебного заседания от <дата>(л.д.84, т.3). т.к. он давал четкие показания, не говорил о проблемах памяти и о травме руки, эти показания не противоречат однозначному выводу эксперта, что подписи выполнены не <ФИО>12. приводят к выводу о фальсификации протокола допроса от <дата> указанного свидетеля.

Суд апелляционной инстанции также исходит из того, что после подробных показаний, данных <ФИО>12 в судебном заседании <дата>, необходимости вновь его допрашивать <дата> не было, что свидетельствует о том, что в отношении данного свидетеля оказывалось давление.

Более того <дата>(л.д.267-232,т.4) <ФИО>12 вновь допрашивают в судебном заседании, вновь оглашают его показания на предварительном следствии. Это обстоятельство подтверждает показания свидетеля <ФИО>19 о том, что Свидетель №2 звонил ему и говорил, что ему угрожают.

Если при допросе <дата> Свидетель №2 показывал, что ФИО1 привозил посуду, как ему кажется, на черной «девятке» после обеда или к вечеру. Было светло, ночью они не работают, то <дата> он показал, что машину он не видел, со двора не выходил, слышал только звук, подтвердив также, что в темное время суток они не работают, он закрывал в 17 часов, было тепло, в светлое время суток.

Таким образом, не установлено время совершения кражи.

Свидетель Свидетель №1 в судебном заседании от <дата> (л.д.80-81,т.3) в этой части показала, что в октябре 2021 года по объявлению приходил покупатель на дом, они ему показывали этот дом. Все было на месте.

Таким образом, кража могла произойти от октября 2021 по <дата>, когда кража была обнаружена.

Если ФИО1 совершил кражу, как установлено в приговоре в 18 часов в <адрес>, то когда было сдано похищенное в пункт приема металла в <адрес>, если в середине ноября темнеет рано, а в 17 часов, как показал Свидетель №2 они закрывали пункт приема, если из показаний этого же свидетеля следует, что ФИО1 привез посуду в светлое время суток.

Не установлено, на какой автомашине было вывезено все похищенное. Речь идет о <данные изъяты> или <данные изъяты>. Обе машины- легковые.

Из показаний, данных ФИО1 на предварительном следствии, у него была автомашина ВАЗ 2114, номера которой он не помнит, которую продал неизвестно кому в декабре 2021 года, однако в ходе судебного заседания он показал, что у него такого автомобиля не было. О том, что у ФИО1 не было автомобиля, показали и его родители- допрошенные в судебном заседании.

Ни в ходе предварительного следствия, ни в ходе судебного разбирательства не было установлено, на чем привез похищенное, если таковое имело место, ФИО1

Не установлено, каким образом алюминиевый котел емкостью 100л., алюминиевая кастрюля емкостью 50л., 2 алюминиевые кастрюли емкостью по 25л., 4 алюминиевые фляги емкостью по 40л., и 2 алюминиевые фляги емкостью по 25л. поместились в «<данные изъяты>» или <данные изъяты>.

Более того из показаний свидетеля Свидетель №1 в судебном заседании следует, что из подвала вынесли всю алюминиевую посуду, то есть украли. Они с сестрой даже не все сказали, сестра вспомнила не все похищенное, что свидетельствует о том, что похищенного было больше, чем указано в уголовном деле.

Котел емкостью 100л. они переносили в подвал вдвоем, он был объемным

Суд апелляционной инстанции исключает из числа доказательств также протокол проверки показаний на месте от <дата>(л.д.85-90,т.1), как недопустимое.

Из протокола проверки показаний на месте следует, что потерпевшая Потерпевший №1 участвовала в данном следственном действий. Из содержания текста следует, что она открывала дверь следственной группе и подписывала протокол.

Однако в ходе судебного заседания было установлено, что Потерпевший №1 не присутствовала в ходе проверки показаний на месте, а за нее подписи учиняла его сестра-свидетель по делу Свидетель №1 в кабинете у следователя, что последняя и подтвердила в судебном заседании.

Из показаний ФИО1 в этой части также следует, что на проверку показаний на месте ездили он и следователь, защитника при этом не было, что подтверждается фототаблицей к протоколу проверки показаний на месте.(л.д.89-90,т.1), согласно которому ФИО1 стоит один у ворот домовладения.

В судебном заседании допрошенный в качестве свидетеля следователь <ФИО>11 (л.д.12-15,т.4) показал, что ФИО1 собственноручно ставил подписи под всеми документами, вину признавал полностью, на него не оказывалось давление. Он дал ему признательные показания.

Однако данные показания свидетеля опровергаются выводами почерковедческой экспертизы, приведенной выше, и данные показания суд апелляционной инстанции не может признать допустимыми и взять в основу обвинения ФИО1, так как в соответствии со ст. 38 УПК РФ свидетель является должностным лицом досудебного производства по данному уголовному делу, субъектом доказывания.

При таких обстоятельствах достоверность заявлений подсудимого показаниями следователя <ФИО>11 проверить невозможно.

Таким образом, на основании представленных стороной обвинения доказательств, установить вину ФИО1 в совершении инкриминируемого ему преступления, не представляется возможным, в силу их недостаточности, в связи с чем ФИО1 подлежит оправданию за непричастностью к совершению преступления.

Непричастность к совершению преступления (п. 1 ч.1 ст.27 УПК РФ) означает недостаточность собранных по уголовному делу доказательств для признания подсудимого виновным, что и было установлено по результатам рассмотрения дела.

В соответствии со ст. 389.15 УПК РФ, основаниями для отмены судебного решения в апелляционном порядке являются, среди прочего: несоответствие выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом первой инстанции; существенное нарушение уголовно-процессуального закона, неправильное применение уголовного закона.

В соответствии с положениями ст. 389.16 УПК РФ приговор признается не соответствующим фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом первой инстанции, если выводы суда не подтверждаются доказательствами, рассмотренными в судебном заседании, если суд не учел обстоятельств, которые могли существенно повлиять на выводы суда.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 389.13, 389.15, 389.20, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПРИГОВОРИЛ:

приговор Зеленчукского районного суда Карачаево-Черкесской Республики от <дата> в отношении ФИО1 отменить.

ФИО1 по предъявленному по п.п. «б», «в» ч.2 ст.158 УК РФ обвинению оправдать на основании п.2 ч.2 ст.302 УПК РФ- подсудимый не причастен к совершению данного преступления.

Меру пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении отменить.

Признать за ФИО1 право на реабилитацию.

Процессуальные издержки в размере <данные изъяты> рублей возместить за счет средств федерального бюджета и отнести на счет средств федерального бюджета.

Уголовное дело направить руководителю следственного отдела Межмуниципального отдела МВД России «<данные изъяты>» <адрес> для производства предварительного расследования и установления лица, подлежащего привлечению в качестве обвиняемого в соответствии с ч.3 ст.306 УПК РФ.

Апелляционный приговор может быть обжалован в Пятый кассационный суд общей юрисдикции в порядке сплошной кассации, предусмотренном статьями 401.7 и 401.8 УПК РФ, в течение 6 месяцев со дня его вынесения, через суд первой инстанции.

При этом оправданный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий З.Х. Лайпанова