Апелляционное постановление № 22-1265/2025 от 12 октября 2025 г. по делу № 1-63/2025

Дело № 22-1265


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Киров 13 октября 2025 года

Кировский областной суд в составе судьи Суворовой В.В.,

при секретаре Зыковой Т.А.,

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу защитника – адвоката Казакова С.В., на приговор Котельничского районного суда Кировской области от 26.08.2025 которым

ФИО1, родившийся <дата> в <адрес>,

судимый: 27.03.2025 по ч. 1 ст. 166 УК РФ к штрафу в размере 10000 рублей, который оплачен 13.05.2025,

осужден по п. «а» ч. 2 ст. 264 УК РФ к 3 годам лишения свободы, с заменой наказания на основании ч. 2 ст. 53.1 УК РФ принудительными работами на срок 3 года с удержанием 10 % заработной платы в доход государства с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, на срок 2 года.

В соответствии с ч. 5 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путем полного сложения назначенного наказания с наказанием по приговору от 27.03.2025, окончательно назначено наказание в виде принудительных работ сроком на 3 года, с удержанием 10% заработной платы в доход государства, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, на срок 2 года, со штрафом в размере 10000 рублей.

Постановлено направить ФИО1 к месту отбывания наказания за счет государства самостоятельно в порядке ст. 60.2 УИК РФ. Срок отбывания наказания в виде принудительных работ исчислен со дня прибытия ФИО1 в исправительный центр.

На апелляционный период избранная в отношении осужденного мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении, оставлена без изменения.

После доклада председательствующим материалов дела, апелляционной жалобы и возражений на нее, заслушав выступления: защитника – адвоката Казакова С.В., осужденного ФИО1, поддержавших жалобу, прокурора Сенаторова Ф.С. об оставлении приговора без изменения, суд апелляционной инстанции

у с т а н о в и л:

Смердов признан виновным в том, что он, при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре, <дата> на территории <адрес>, управляя в состоянии алкогольного опьянения автомобилем, нарушил Правила дорожного движения, что повлекло по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью ФИО17.

В апелляционной жалобе защитник осужденного – адвокат Казаков С.В. выражает несогласие с обвинительным приговором, поскольку выводы суда не соответствуют фактическим обстоятельствам дела, не подтверждаются доказательствами, что повлекло назначение наказания, не соответствующего тяжести преступления, личности осужденного.

Полагает, что суд необоснованно расценил показания ФИО1, признавшего вину в ДТП, но не признавшего факт употребления спиртного до ДТП, как способ защиты. Цитирует обжалуемый приговор, приводит собственный анализ исследованных доказательств, указывает на ошибочность вывода суда о доказанности факта управления осужденным автомобилем в состоянии опьянения.

Обращает внимание на то, что свидетель ФИО18 наблюдал и общался с осужденным через продолжительный период времени, очевидцем ДТП не был, освидетельствование ФИО1 также проведено спустя более 1-2 часов после ДТП, что, по мнению защитника, не может свидетельствовать о нахождении осужденного в момент ДТП в состоянии опьянения. При этом факт употребления алкоголя после ДТП Смердов не отрицает.

С учетом изложенного, защитник просит действия осужденного переквалифицировать на ч. 1 ст. 264 УК РФ.

Решение суда об отказе в прекращении уголовного дела в связи с примирением сторон считает необоснованным, поскольку на момент совершения преступления Смердов был не судим, к административной ответственности не привлекался, имел положительные характеристики, полностью возместил причиненный потерпевшему вред, с ним примирился.

Просит отменить постановление суда об отказе в удовлетворении ходатайства потерпевшего о прекращении уголовного дела в связи с примирением сторон, удовлетворить ходатайство потерпевшего, уголовное дело в отношении ФИО1 прекратить на основании ст. 25 УПК РФ. При невозможности прекращения уголовного дела по указанному основанию, приговор суда первой инстанции изменить, переквалифицировать действия осужденного на ч. 1 ст. 264 УК РФ, назначить справедливое наказание с применением ст. 73 УК РФ.

Государственный обвинитель Харченко в возражении на апелляционную жалобу указал на несостоятельность ее доводов, просил приговор суда оставить без изменения.

Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, поданные на нее возражения, выслушав мнения участников процесса, суд апелляционной инстанции полагает, что выводы суда о виновности ФИО1 подтверждены доказательствами, исследованными в судебном заседании, надлежащая оценка которым дана в приговоре.

В судебном заседании Смердов вину признал частично. Содержание доводов жалобы защитника о необоснованности осуждения ФИО1 по п. «а» ч. 2 ст. 264 УК РФ, по существу повторяют процессуальную позицию защиты в суде.

В обоснование вывода о виновности ФИО1 суд правильно сослался в приговоре на его собственные показания, данные в ходе предварительного и судебного следствия о том, что <дата> он управлял своим автомобилем «<данные изъяты>» государственный регистрационный знак <данные изъяты>, в котором также находились пассажиры ФИО17, ФИО20. Перед <адрес> автомобиль стало заносить, он не справился с его управлением, произошло ДТП, в результате которого пассажиры получили телесные повреждения. В момент ДТП находился в трезвом состоянии, после ДТП выпил водку, результаты освидетельствования не оспаривает.

Помимо показаний ФИО1, его виновность в совершении преступления подтверждается совокупностью доказательств, проверенных судом и изложенных в приговоре.

Из показаний потерпевшего ФИО17. следует, что <дата> он на автомобиле под управлением ФИО1 ехал в <адрес>, в машину взял бутылку водки, которую начал употреблять дома, в дальнейшем уснул. Утверждает, что Смердов при нем алкоголь не употреблял. Дальнейшие события не помнит, пришел в сознание в больнице. В результате ДТП ему причинен тяжкий вред здоровью.

Из показаний свидетеля ФИО20 следует, что <дата> ехала в автомобиле под управлением ФИО1 из <адрес> в <адрес>, в машине также находился ФИО17. По дороге автомобиль занесло, она потеряла сознание. Очнувшись, увидела, как ФИО1 оказывает помощь ФИО17., из гортани которого шла кровь. Затем к ним подошли женщина с мужчиной, последний вызвал скорую помощь. На месте ДТП она видела у ФИО1 бутылку водки в руках, из которой он пил.

Из показаний свидетелей ФИО25, ФИО26, инспекторов ДПС, следует, что <дата> в <данные изъяты> поступила информация о ДТП с пострадавшими около <адрес>.

На место ДТП они прибыли через 15-20 минут, где медицинские работники оказывали помощь пассажиру автомобиля. Во время установления обстоятельств ДТП у водителя ФИО1 был выявлен признак опьянения - запах алкоголя изо рта. В их присутствии ФИО1 спиртное не употреблял, в результате его освидетельствования было установлено состояние опьянения с результатом 0,702 мг/л абсолютного этилового спирта, с которым Смердов был согласен.

Из показаний свидетелей ФИО27 следует, что недалеко от <адрес> в кювете увидел автомобиль, принадлежащий ФИО1 По просьбе последнего со своего телефона позвонил в службу «112» и сообщил о ДТП с пострадавшими. В автомобиле ФИО1 находились пассажиры – ФИО17 и девушка. Смердов оказывал помощь ФИО17. Через 10 минут приехала бригада скорой помощи, еще через некоторое время на улице увидел ФИО1, который из бутылки пил прозрачную жидкость.

Из показаний свидетеля ФИО18., фельдшера подстанции «Станция скорой медицинской помощи <данные изъяты>», следует, что <дата> выезжал по сообщению о ДТП с пострадавшими вблизи <адрес>, где другая бригада скорой медицинской помощи оказывала помощь мужчине, находящемся в тяжелом состоянии. В это же время на место ДТП прибыл наряд ДПС.

На месте ДТП находились два мужчины и две женщины. Водитель автомобиля «<данные изъяты>» представился ФИО1, от медицинской помощи отказался, визуально находился в состоянии алкогольного опьянения, при нем спиртное не употреблял.

Со слов ФИО20, пассажирки автомобиля «<данные изъяты>», знает, что ДТП произошло потому, что водитель машины ФИО1 был пьян и не справился с управлением.

Также в основу приговора положены письменные доказательства:

- протокол осмотра места происшествия от <дата>, которым зафиксирована обстановка на месте ДТП – <адрес>;

- протокол дополнительного осмотра места происшествия от <дата>, в ходе которого обнаружена пустая бутылка из-под водки объемом 0,5 литра;

- акт освидетельствования на состояние алкогольного опьянения, согласно которому <дата> в <данные изъяты> у ФИО1 установлено состояние опьянения, показания средства измерения – 0,702 мг/л;

- заключение эксперта № от <дата>, согласно которому у ФИО17, обнаружены повреждения: раны в лобной области справа (2), слева (1), в области нижнего века правого глаза (1), правой щеки (1), левой ушной раковины (1), в подбородочной области (1), в области шеи (2), кровоподтёки в области правого и левого глаз, субконъюнктивальные кровоизлияния правого и левого глаз, ссадины в области лица, кистей рук, перелом лобной кости слева, стенок правой и левой орбит, гайморовых пазух, скуловых костей, лобных отростков скуловых костей, перелом костей носа, решётчатой кости, ушиб головного мозга средней степени тяжести, субарахоноидальные кровоизлияния, перелом 2, 3 ребер справа, поперечных отростков первого и второго грудных позвонков, травматический шок первой степени тяжести. Указанные повреждения могли возникнуть <дата> от действия твердого тупого предмета либо при ударе о таковой, чем могли быть выступающие части салона автомобиля либо подобные им предметы, в совокупности причинили тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни человека;

- заключение эксперта № от <дата>, согласно которому в рассматриваемой дорожно-транспортной ситуации водителю автомобиля «<данные изъяты>» для обеспечения безопасности движения следовало руководствоваться требованиями п. 1.5 (абзац 1) и п. 10.1 (абзац 1) Правил дорожного движения;

- протокол осмотра предметов от <дата>, в ходе которого осмотрена бутылка водки, объемом 0,5 литра, изъятая в ходе дополнительного осмотра места происшествия, и справка следователя, согласно которой при проверке имеющейся на данной бутылке федеральной специальной марки на официальном сайте «Единый социальный портал алкогольного рынка» установлено, что она реализована <дата> в <данные изъяты> в магазине «<данные изъяты>».

Вина ФИО1 в совершении преступления подтверждается и иными, изложенными в приговоре доказательствами.

Оценив все доказательства по делу в их совокупности, суд обоснованно пришел к выводу о доказанности вины осужденного в совершенном преступлении. Вопреки доводам жалобы, изложенные в приговоре выводы соответствуют имеющимся доказательствам, правильно оценены судом и надлежащим образом обоснованы, мотивированы. Суд апелляционной инстанции с данными выводами согласен.

Оснований не доверять положенным в основу приговора заключениям экспертов у суда не имелось, поскольку они соответствуют требованиям ст. 204 УПК РФ, выполнены квалифицированными экспертами, имеющими необходимый опыт работы, выводы которых являются полными и непротиворечивыми.

Какие-либо не устраненные судом существенные противоречия в доказательствах, требующие их истолкования в силу ст. 14 УК РФ в пользу осужденного, по делу отсутствуют. Все значимые обстоятельства по делу установлены верно. Оснований для переоценки выводов суда, о чем ставится вопрос в апелляционной жалобе защитника, не имеется.

Судебное следствие проведено с соблюдением требований ст.ст. 273-291 УПК РФ объективно, без обвинительного уклона.

Судом первой инстанции в полном объеме проверена версия стороны защиты о том, что Смердов в момент ДТП управлял автомобилем в трезвом состоянии, и отвергнута, как несостоятельная. Проанализированы показания осужденного, потерпевшего и свидетелей, в том числе, ФИО18 и ФИО20, иные, изложенные в приговоре доказательства.

Таким образом, исходя из установленных судом фактических обстоятельств дела, вопреки доводам стороны защиты, Смердов обоснованно признан виновным в совершении преступления, предусмотренного п. «а» ч. 2 ст. 264 УК РФ. Квалифицирующий признак установлен судом верно, выводы суда о квалификации действий осужденного подтверждаются совокупностью доказательств, приведенных в приговоре. Оснований для иной квалификации действий ФИО1 не имеется.

Довод защитника о проведении медицинского освидетельствования спустя значительное время после ДТП не свидетельствует о каком-либо нарушении закона, влекущем недопустимость полученных результатов.

Ссылки стороны защиты, основанные на показаниях осужденного, потерпевшего и свидетеля ФИО20 о том, что Смердов не управлял автомобилем в состоянии алкогольного опьянения, проверены и обоснованно отклонены судом первой инстанции, изложившим в обжалуемом приговоре убедительные мотивы принятого решения, с которыми суд апелляционной инстанции согласен.

Иная, по сравнению с приговором, оценка стороной защиты доказательств не свидетельствует о нарушении судом первой инстанции требований уголовного и уголовно-процессуального законов.

Каких-либо оснований не доверять положенным в основу приговора показаниям свидетелей судом первой инстанции не установлено. Не усматривает их из материалов дела и суд апелляционной инстанции. Также суд апелляционной инстанции не усматривает по делу каких-либо данных, свидетельствующих об оговоре ФИО1 свидетелями, в том числе, свидетелем ФИО18.

Управление ФИО1 автомобилем в состоянии опьянения установлено по результатам соответствующего освидетельствования, что отвечает разъяснениям, изложенным в п. 10.1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 09.12.2008 № 25 «О судебной практике по делам о преступлениях, связанных с нарушением ПДД и эксплуатации транспортных средств, а также с их неправомерным завладением без цели хищения».

Показания осужденного, потерпевшего и свидетеля ФИО20, утверждавших о том, что Смердов в момент ДТП был трезв, не опровергают показания свидетеля ФИО18 и результаты медицинского освидетельствования, с которыми осужденный был согласен. При этом версию ФИО1 о том, что спиртное он употребил после ДТП, нельзя признать убедительной.

Кроме того, употребление водителем алкогольных напитков после ДТП, к которому он причастен, запрещено абз. 4 п. 2.7 ПДД, в связи с чем, указанные доводы защиты не могут свидетельствовать о не установлении состояния опьянения ФИО1.

При указанных обстоятельствах оснований для изменения квалификации действий осужденного, в том числе по мотивам, приведенным в апелляционной жалобе, не имеется.

Приговор соответствует требованиям ст.ст. 297, 307 УПК РФ, суд подробно изложил описание преступного деяния, признанного доказанным, с указанием места, времени, способа его совершения, а также доказательства, на которых основаны выводы суда о виновности осужденного, их оценка произведена судом в соответствии с правилами, установленными ст. 88 УПК РФ.

Существенных нарушений требований УПК РФ, допущенных в ходе предварительного и судебного следствия, суд апелляционной инстанции не усматривает.

Наказание ФИО1 назначено судом в соответствии с требованиями ст.ст. 6, 43, 60 УК РФ, в пределах санкции инкриминированного деяния, а также с учетом характера и степени общественной опасности содеянного, данных о личности осужденного.

Судом правильно установлены обстоятельства, смягчающие наказание осужденного: частичное признание вины, раскаяние в содеянном, принесение извинений потерпевшему, оказание помощи потерпевшему непосредственно после преступления, иные действия, направленные на заглаживание вреда, причиненного потерпевшему (оказание бытовой и материальной помощи ФИО17), оказание помощи родителям.

Вышеуказанные факты подтверждаются материалами уголовного дела и, наряду с иными данными, характеризующими личность ФИО1, были в полной мере учтены судом при постановлении приговора.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, оценив в совокупности вышеуказанные обстоятельства, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о назначении наказания в виде лишения свободы с его заменой в соответствии с ч. 2 ст. 53.1 УК РФ принудительными работами и назначением дополнительного наказания в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, не найдя оснований для применения положений ч. 6 ст. 15, ст.ст. 64, 73 УК РФ, аргументировав свое решение об этом надлежащим образом. Каких-либо иных сведений, которые могли бы повлиять на вид и размер наказания, не представлено.

Таким образом, сведений и обстоятельств, влияющих на назначение наказания и не принятых судом первой инстанции во внимание, в том числе предусмотренных ч.ч. 1 и 2 статьи 61 УК РФ, по делу не имеется.

Оснований, исключающих в соответствии с ч. 7 ст. 53.1 УК РФ назначение осужденному принудительных работ, из материалов уголовного дела и доводов апелляционной жалобы не усматривается.

Выводы суда по вопросам назначения наказания в приговоре мотивированы. По своему виду и размеру назначенное ФИО1 наказание является справедливым и соразмерным содеянному, определено с учетом сведений о личности осужденного, отвечает целям, установленным ч. 2 ст. 43 УК РФ, все заслуживающие внимания обстоятельства при назначении наказания учтены. Оснований полагать, что назначенное наказание является несправедливым вследствие чрезмерной суровости, для смягчения наказания, в том числе назначения наказания с применением положений ст. 73 УК РФ, о чем ставится вопрос в апелляционной жалобе защитником, не имеется.

С мотивированным выводом суда о назначении ФИО1 окончательного наказания по правилам ч. 5 ст. 69 УК РФ, с применением принципа полного сложения наказаний, суд апелляционной инстанции согласен, поскольку он основан на материалах уголовного дела и законе. Нарушений уголовного закона в данной части судом не допущено, и оснований для изменения принципа сложения наказания суд апелляционной инстанции не усматривает.

Заявленное потерпевшим ФИО17 ходатайство о прекращении в отношении ФИО1 уголовного дела на основании ст. 25 УПК РФ - за примирением сторон, вопреки доводам апелляционной жалобы, верно оставлено судом без удовлетворения.

В соответствии с правовой позицией Конституционного Суда РФ, сформулированной в Определении от 04.06.2007 № 519-О-О, полномочие суда отказать в прекращении уголовного дела в связи с примирением сторон, вытекающее из взаимосвязанных положений статей 76 УК РФ и 25 УПК РФ, направлено на достижение конституционно значимых целей дифференциации уголовной ответственности и наказания, усиления их исправительного воздействия, предупреждения новых преступлений и тем самым – защиты личности, общества и государства от преступных посягательств. При этом указание в названных статьях на возможность, а не обязанность освобождения от уголовной ответственности и прекращения уголовного дела означает необходимость принятия соответствующего решения с учетом всей совокупности обстоятельств конкретного дела, включая степень общественной опасности совершенного деяния.

Такая же позиция отражена в п. 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27.06.2013 № 19 «О применении судами законодательства, регламентирующего основания и порядок освобождения от уголовной ответственности», согласно которому при разрешении вопроса об освобождении лица, совершившего преступление, от уголовной ответственности в связи с примирением с потерпевшим судам следует учитывать конкретные обстоятельства уголовного дела, включая особенности и число объектов преступного посягательства, их приоритет, наличие свободно выраженного волеизъявления потерпевшего, изменение степени общественной опасности лица, совершившего преступление, после заглаживания вреда и примирения с потерпевшим, личность совершившего преступление, обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание.

Отказывая в удовлетворении ходатайства о прекращении уголовного дела за примирением сторон, суд правильно указал, что объектами преступного посягательства, предусмотренного статьей 264 УК РФ, являются общественные отношения в сфере безопасности дорожного движения и эксплуатации транспортных средств, а также здоровье и жизнь человека.

Несмотря на совершение ФИО1 впервые преступления средней тяжести, данные о его личности, принятие мер к оказанию потерпевшему помощи после ДТП, а также моральной поддержки и материальной помощи, в материалах дела отсутствуют и в судебном заседании не представлены доказательства, подтверждающие заглаживание ФИО1 вреда, причиненного интересам общества и государства, которые привели бы к такому снижению общественной опасности содеянного, которое позволило бы освободить осужденного от уголовной ответственности.

Также при принятии решения по ходатайству потерпевшего судом учтены положения ст.ст. 49, 123 Конституции РФ и мнение ФИО1, который вину по предъявленному обвинению признал частично, был не согласен с тем, что управлял транспортным средством в состоянии опьянения.

Таким образом, доводы апелляционной жалобы о необоснованном отказе в удовлетворении ходатайства о прекращении уголовного дела в связи с примирением сторон несостоятельны. Наличие такого ходатайства не является безусловным основанием для прекращения уголовного дела, поскольку, в соответствии с положениями уголовно-процессуального закона принятие решения о прекращении дела не является обязанностью суда. Отказывая в удовлетворении ходатайства потерпевшего о прекращении уголовного дела, суд обоснованно принял во внимание фактические конкретные обстоятельства дела, сведения о личности ФИО1, а также характер общественной опасности совершенного преступления, и надлежаще мотивировал свое решение, оснований сомневаться в его обоснованности и справедливости не имеется.

Существенных нарушений уголовного, уголовно-процессуального закона, допущенных предварительным, либо судебным следствием, которые могут повлечь за собой отмену или изменение приговора, в том числе по доводам апелляционной жалобы защитника, не установлено.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 389.13, 389.20, 389.28 и 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции,

п о с т а н о в и л:

Приговор Котельничского районного суда Кировской области от 26.08.2025 в отношении ФИО1 оставить без изменения, апелляционную жалобу защитника – адвоката Казакова С.В., без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке по правилам гл. 47.1 УПК РФ в Шестой кассационный суд общей юрисдикции. В случае принесения представления, либо обжалования постановления суда апелляционной инстанции, стороны вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий Суворова В.В.