Решение № 2-1182/2017 2-1182/2017~М-1049/2017 М-1049/2017 от 7 декабря 2017 г. по делу № 2-1182/2017

Дело № 2-1182/2017


Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

с. Вавож УР 08 декабря 2017 года

Увинский районный суд Удмуртской Республики в составе:

председательствующего судьи Торхова С.Н.,

при секретаре судебного заседания Бурковой О.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Кооператива «Вавожское районное потребительское общество» к ФИО1 о возмещении материального ущерба, причинённого при исполнении трудовых обязанностей,

УСТАНОВИЛ:

Кооператив «Вавожское районное потребительское общество» (далее по тексту – истец, Кооператив, РайПО) обратилось в суд с иском к ФИО1 (далее по тексту – ответчик), в котором просит взыскать материальный ущерб, причиненный при исполнении трудовых обязанностей в размере 9093,79 рублей, расходов по уплате госпошлины в размере 400 рублей. В обоснование требований указано на наличие с ответчиком трудовых отношений и заключение договора о полной коллективной (бригадной) материальной ответственности. Ответчик работала в Вавожском районном потребительском обществе в должности кладовщика продовольственного склада базы РайПО. На основании распоряжения от 21.05.2016 года № 38 с ответчиком заключен договор об установлении полной коллективной материальной ответственности, в соответствии с которым ФИО1 приняла на себя полную материальную ответственность за недостачу вверенного ей имущества.18.11.2016 года проведена инвентаризация товарно-материальных ценностей, переданных бригаде за период с 21.05.2016 года по 18.11.2016 года. В результате была выявлена недостача товарно-материальных ценностей на сумму 31249,65 рублей. На основании пункта 14 договора о полной коллективной ответственности от 21.05.2016 года сумма ущерба распределена по соглашению, в соответствии с которым с ответчика подлежит возмещению ущерб в размере 11093,79 рублей, с учетом внесенного платежа в размере 2000 рублей, задолженность ответчика в настоящее время составляет 9093,79 рублей.

Претензии, направленные в адрес ФИО1 о возмещении причиненного материального ущерба, ею проигнорированы.

В судебном заседании представитель истца ФИО2, действующая на основании доверенности, исковые требования поддержала в полном объеме по мотивам и основаниям, изложенным в иске. Пояснила, что с ФИО1 заключен договор о полной бригадной материальной ответственности, в соответствии с которым, ответчик приняла на себя обязанность возместить истцу причиненный материальный ущерб. На вопросы суда пояснила, что территория склада находится по улице Интернациональной с. Вавож УР. Территория склада огорожена. Днем пройти через территорию склада возможно, но сам склад заперт. Ночью на складе дежурит сторож. Инвентаризация, в ходе которой была выявлена указанная выше недостача, была очередной, плановой.

Ответчик ФИО1 с исковыми требованиями не согласилась. Суду пояснила, что в представленных истцом доказательствах нет расчета, акта о списании продуктов. Кроме того, согласие с результатами ревизии она не давала, документ не подписывала. С базы, на которой работала кладовщиком, ничего не брала. Сумма недостачи большая, ответчик связывает ее с компьютерной ошибкой либо тем, что на склад имелся открытый доступ, взять товар мог любой желающий. Вход на склад - металлические ворота, которые была возможность запирать, однако рядом со складом имелась каморка, в нее заходили все и могли попасть в склад. Ответчик сообщала работодателю о том, на склад имеется свободный доступ. Также ответчик пояснила, что видела то, что другие работники увозили со склада коробки с продуктами. Возможности выплатить требуемую недостачу у ответчика не имеется, считает, что недостача возникла не по ее вине.

Третье лицо ФИО3 с исковыми требования согласилась, пояснила, что работали на складе втроем, в том числе ФИО1 В работе возникали ошибки, в том числе и у ответчика, вследствие которых могла образоваться недостача. Считает, что в возникновении недостачи виноваты все работники, которые должны нести материальную ответственность. С третьих лиц материальный ущерб взыскан.

Третье лицо ФИО4, извещенная надлежащим образом, в суд не явилась, направила заявление, согласно которому просит данное гражданское дело рассмотреть без ее участия, а также указывает, что с исковыми требованиями согласна.

Суд, выслушав объяснения лиц, участвующих в деле, исследовав имеющиеся по делу письменные доказательства, установив обстоятельства, имеющие значение для рассмотрения и разрешения дела, приходит к следующим выводам.

Истец Вавожское райпо является самостоятельным действующим юридическим лицом, созданным и зарегистрированным в установленном законом порядке.

Ответчик ФИО1 состояла в трудовых отношениях с истцом: на основании приказа работодателя № 4 от 25.01.2016 принята на работу стажером по специальности продавец в магазин «Арбат» на неопределенный срок, с ней заключен письменный трудовой договор. Приказом № 31 от 30.04.2016 ФИО1 переведена на должность кладовщика. 26.12.2016 на основании приказа № 110 о прекращении трудового договора уволена на основании п. 3 ст. 77 ТК РФ (собственное желание).

Также в судебном заседании исходя из представленных доказательств установлено, что с ответчиком был заключен договор о полной коллективной (бригадной) материальной ответственности, руководителем коллектива являлась ФИО3 По условиям договора ответчик, являющаяся членом одной бригады, принимает на себя коллективную (бригадную) материальную ответственность за не обеспечение сохранности имущества, вверенного им для хранения и реализации (раздел 1 договора); основанием для привлечения членов коллектива (бригады) к материальной ответственности является прямой действительный ущерб, непосредственно причиненный коллективом (бригадой) работодателю (п.12 договора); при отсутствии между членами бригады соглашения о распределении недостачи подлежащий возмещению ущерб определяется между членами коллектива пропорционально месячной тарифной ставке (должностному окладу) и фактически проработанному времени за период от последней инвентаризации до дня обнаружения ущерба (п.14 договора). Указанный договор был подписан ответчиком и третьим лицом (ФИО4).

В межинвентаризационный период с 21.05.2016 по 18.11.2016 членами бригады являлись ФИО3, ФИО4 и ФИО1 Данный факт не оспаривается ни одной из сторон.

В силу специфики работ, совместно выполняемых работниками Вавожского райпо, выражающихся в реализации, хранении товаров (продукции), и невозможностью разграничить ответственность каждого работника за недостачу вверенного им имущества, с указанными работниками законно и обоснованно был заключен договор о полной коллективной (бригадной) материальной ответственности за недостачу вверенного работникам имущества.

На основании приказа работодателя № 68а от 18.11.2016 о проведении инвентаризации назначена рабочая инвентаризационная комиссия, о чем уведомлены ответчик и третьи лица.

18 ноября 2016 года в магазине была проведена инвентаризация товарно-материальных ценностей за межинвентаризационный период с 21.05.2016 г. по 18.11.2016 г.

18 и 19 ноября 2016 г. по результатам инвентаризации фактического наличия ценностей были оформлены сличительная ведомость и инвентаризационная опись. На основании которых установлена недостача на сумму 31249,65 руб., что является отражением расхождения между показателями по данным бухгалтерского учета и данными инвентаризационной описи. Произведенный истцом расчет недостачи суд полагает обоснованным и арифметически верным.

Следовательно, при проведении инвентаризации ТМЦ на продовольственном складе и оформлении ее результатов работодателем (Вавожским райпо) были соблюдены требования ст.247 ТК РФ.

Инвентаризационная опись, сличительная ведомость подписаны всеми членами бригады.

По факту выявления недостачи с работников коллектива не были отобраны письменные объяснения.

Согласно ч. 2 ст. 247 ТК РФ истребование от работника письменного объяснения для установления причины возникновения ущерба является обязательным.

Между тем, несоблюдение работодателем требований об обязательном получении объяснений работника не является существенным нарушением процедуры установления причины возникновения ущерба. Из смысла ч. 2 ст. 247 ТК РФ следует, что давать объяснения является правом, а не обязанностью работника, отсутствие объяснения не исключает обязанности работодателя доказать законность установления причины возникновения ущерба и не лишает работника впоследствии дать соответствующие объяснения в суде, учитывая, что в силу ч. 4 ст. 245 ТК РФ именно судом при взыскании ущерба в судебном порядке определяется степень вины каждого члена коллектива (бригады).

Исходя из размера начисленной заработной платы, отработанного времени каждым членом бригады и выявленной суммы недостачи установлен коэффициент распределения недостачи на каждого из ответчиков, и установлен размер недостачи, взыскиваемой с каждого из ответчиков.

Сумма выявленной недостачи - 31249,65 руб. распределена работодателем между продавцами магазина, работавшими в межинвентаризационный период, следующим образом: ФИО3 – 12488,85 руб., ФИО4 - 12488,85 руб., ФИО1 – 11271,95 руб., что подтверждается справкой-расчетом распределения недостачи. ФИО1 частично недостача возмещена в сумме 2000 руб., что подтверждается выпиской по счету.

Согласно ст. 5 ТК РФ регулирование трудовых отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений в соответствии с Конституцией РФ и федеральными конституционными законами осуществляется трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права.

В соответствии со ст. 232 Трудового кодекса РФ сторона трудового договора (работодатель или работник), причинившая ущерб другой стороне, возмещает этот ущерб в соответствии с Кодексом и иными федеральными законами. Трудовым договором или заключаемыми в письменной форме соглашениями, прилагаемыми к нему, может конкретизироваться материальная ответственность сторон этого договора. При этом договорная ответственность работодателя перед работником не может быть ниже, а работника перед работодателем - выше, чем это предусмотрено Кодексом или иными федеральными законами. Расторжение трудового договора после причинения ущерба не влечет за собой освобождения стороны этого договора от материальной ответственности, предусмотренной настоящим Кодексом или иными федеральными законами.

Из содержания главы 39 ТК РФ следует, что материальная ответственность работника перед работодателем не зависит от организационно-правовой формы последнего.

В соответствии со ст.20 ТК РФ работодателем является физическое либо юридическое лицо (организация), вступившее в трудовые отношения с работником.

Согласно ст. 233 Трудового кодекса РФ материальная ответственность стороны трудового договора наступает за ущерб, причиненный ею другой стороне этого договора в результате ее виновного противоправного поведения (действий или бездействия), если иное не предусмотрено Кодексом или иными федеральными законами.

Материальная ответственность наступает при одновременном наличии следующих условий: противоправного поведения (действий или бездействия) причинителя вреда; причинной связи между противоправным действием и материальным ущербом; вины в совершении противоправного действия (бездействия).

В силу ст. 238 Трудового кодекса РФ работник обязан возместить работодателю причиненный ему прямой действительный ущерб, под которым понимается реальное уменьшение или ухудшение наличного имущества работодателя, а также необходимость для него произвести затраты либо излишние выплаты на приобретение, восстановление имущества либо на возмещение ущерба, причиненного работником третьим лицам.

К прямому действительному ущербу могут быть отнесены, например, недостача денежных или имущественных ценностей, порча материалов и оборудования, расходы на ремонт поврежденного имущества, выплаты за время вынужденного прогула или простоя, суммы уплаченного штрафа.

В силу статьи 242 Трудового кодекса РФ, полная материальная ответственность работника состоит в его обязанности возмещать причиненный работодателю прямой действительный ущерб в полном размере.

Материальная ответственность в полном размере причиненного ущерба возлагается на работника в случае недостачи ценностей, вверенных ему на основании специального письменного договора или полученных им по разовому документу (ст. 243 ТК РФ).

В качестве основания возложения на ответчиков полной материальной ответственности истцом в исковом заявлении указано на заключение с ними договора о полной коллективной (бригадной) материальной ответственности.

В силу ст. 244 Трудового кодекса РФ письменные договоры о полной коллективной (бригадной) материальной ответственности могут заключаться с работниками, непосредственно обслуживающими или использующими денежные и товарные ценности или иное имущество. Должности продавцов и кладовщиков включены в Перечни работ и категорий работников, с которыми могут заключаться указанные договоры, а также типовые формы этих договоров утверждены постановлением Минтруда РФ от 31 декабря 2002 года № 85.

Суд считает установленным, что договор о коллективной (бригадной) материальной ответственности был заключен с ответчиком как с лицом, непосредственно обслуживающим или использующим денежные, товарные ценности или иное имущество совместно, невозможности разграничения ответственности каждого работника.

Суд также считает установленным размер причиненного работодателю ущерба, который в соответствии с частью первой статьи 246 Трудового кодекса РФ при утрате и порче имущества определяется по фактическим потерям, исчисляемым исходя из рыночных цен, действующих в данной местности на день причинения ущерба, но не ниже стоимости имущества по данным бухгалтерского учета с учетом степени износа этого имущества.

При этом в соответствии с п. 15 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 16.11.2006 № 52 «О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю», работник может нести ответственность лишь в пределах прямого действительного ущерба и при наличии причинно-следственной связи между виновными действиями работника и наступившими не благоприятными последствиями у работодателя.

Исходя из представленных сторонами суду доказательств, установлено, что ответчик находилась в трудовых отношениях с работодателем, она являлась материально ответственным лицом, с нем заключен договор о полной коллективной (бригадной) материальной ответственности.

Инвентаризация, целью которой является выявление фактического наличия имущества, сопоставление фактического наличия имущества с данными бухгалтерского учета, проверка полноты отражения учета обязательств, проведена истцом в соответствии с Приказом от 13.06.1995 №49 Министерства финансов РФ «Об утверждении методических указаний по инвентаризации имущества и финансовых обязательств». Ответчиками к началу проведения ревизии предоставлены все расходные и приходные документы на ТМЦ, при участии материально ответственных лиц установлено фактическое наличие товарно-материальных ценностей, в том числе оприходованные, выбывшие и списанные, описи подписаны материально ответственными лицами и всеми членами инвентаризационной комиссии.

Исходя из инвентаризационной описи, правильность отражения в которой товарно-денежных средств в магазине на момент проведения ревизии подтверждена подписями материально ответственных лиц, потому суд считает установленным, что истцу причинен ущерб в размере заявленного иска.

Из содержания договора о полной коллективной (бригадной) материальной ответственности следует, что на коллектив материально ответственных лиц возложена обязанность бережно относиться к вверенному имуществу, принимать меры по предотвращению ущерба, в установленном порядке вести учет, составлять и своевременно представлять отчеты о движении и остатках вверенного коллективу имущества, своевременно ставить в известность работодателя о всех обстоятельствах, угрожающих сохранности вверенного коллективу имущества (п. 7).

Отсутствие своей вины в образовании недостачи ответчик не доказала, хотя, как следует из разъяснений Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 16 ноября 2006 г. N 52 "О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю", бремя доказывания отсутствия своей вины в причинении ущерба лежит на работнике, с которым заключен договор о полной материальной ответственности (пункт 4).

Согласно статье 56 ГПК РФ каждая из сторон должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом. В обязанности суда в силу ст.67 ГПК РФ входит лишь оценка доказательств, их представление, согласно ст.56 названного Кодекса, – правомочие сторон.

Таким образом, истцом доказаны правомерность заключения с работниками договора о коллективной (бригадной) материальной ответственности, наличие недостачи, противоправность поведения (действия или бездействие) причинителя вреда; вина работника в причинении ущерба; причинная связь между поведением работника и наступившим ущербом; наличие прямого действительного ущерба, размер причиненного ущерба, соблюдение правил заключения договора о коллективной (бригадной) материальной ответственности.

Доводы ответчика о том, что на территорию рядом со складом имелся допуск посторонних лиц через незапертые металлические ворота, не свидетельствует о том, что допуск посторонних лиц мог быть осуществлен непосредственно на склад.

На основании изложенного, суд пришел к выводу о том, что работодателем были созданы условия для обеспечения сохранности и надлежащего исполнения членами бригады своих трудовых обязанностей в доступной для истца форме; инвентаризация проведена законным составом комиссии в присутствии материально-ответственных лиц, которая установила нарушение работниками требований должностных инструкций, вину в недостаче товаров; размер недостачи подтверждается инвентаризационной описью, сличительной ведомостью результатов инвентаризации; при подсчете размера ущерба работодатель списал суммы естественной убыли, учел стоимость товаров по розничным ценам в соответствии с учетной политикой предприятия, с чем суд соглашается.

Как общее правило, наличие вины в причинении ущерба должна доказать та сторона, которой причинен ущерб, но исключение составляют случаи, когда с работником заключен договор о полной материальной ответственности, когда вина работника в причинении ущерба презюмируется.

При подготовке дела к судебному разбирательству ответчику было разъяснено бремя доказывания, в том числе отсутствие вины в возникновении недостачи. Но доказательств, подтверждающих отсутствие вины в причинении работодателю материального ущерба, ответчиком не представлено.

Суд считает, что материальная ответственность распределена между материально ответственными лицами пропорционально, исходя из размера месячной тарифной ставки (должностного оклада) каждого материально ответственного лица, времени, которое он фактически отработал в составе коллектива за период от последней инвентаризации до дня обнаружения ущерба, что соответствует требованиям действующего законодательства.

Истцом правильно при определении размера ущерба учтены розничные цены на товар, что соответствует установленной истцом учетной политике на предприятии торговли, то есть расчет исходит из фактической стоимости имущества на момент причинения ущерба.

Согласно ст. 250 ТК РФ суд может снизить размер ущерба, подлежащий взысканию с работника, с учетом степени и формы вины, материального положения работника и других обстоятельств, за исключением случаев, если ущерб причинен преступлением, совершенным в корыстных целях.

Но ответчик не просила суд о снижении размера ущерба. В связи с чем оснований для уменьшения суммы ущерба суд не находит.

Требование истца о возмещении расходов по уплате государственной пошлины в порядке статьи 98 ГПК РФ подлежит удовлетворению в размере 400 руб. пропорционально размеру удовлетворённых требований.

Учитывая вышеизложенное, руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования Кооператива «Вавожского районной потребительское общество» удовлетворить.

Взыскать с ФИО1 в пользу Кооператива «Вавожского районной потребительское общество» в счёт возмещения материального ущерба (недостачи) 9093,79 рублей и судебные расходы по уплате государственной пошлины в размере 400 рублей.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Верховный Суд Удмуртской Республики в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме путем подачи жалобы через Увинский районный суд УР.

Решение в окончательной форме изготовлено 15 декабря 2017 года.

Председательствующий судья С.Н. Торхов