Апелляционное постановление № 22-3470/2024 от 22 июля 2024 г.

Судья Бондарец О.А. Дело № 22-3470/2024


А П Е Л Л Я Ц И О Н Н О Е П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

<адрес> 23 июля 2024 года

Нижегородский областной суд в составе:

председательствующего судьи Кисляк Г.А.,

с участием:

прокурора апелляционного отдела прокуратуры <адрес> ФИО1,

осужденной ФИО2,

защитника - адвоката Кашириной Н.Н., представившей удостоверение № и ордер № от ДД.ММ.ГГГГ,

при секретаре судебного заседания Репине Ю.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании 23 июля 2024 года уголовное дело с апелляционной жалобой (с дополнением) защитника осужденной ФИО2– адвоката Кашириной Н.Н. на приговор Кстовского городского суда <адрес> от 05 февраля 2024 года, в соответствии с которым

ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженка <адрес>, гражданка РФ, зарегистрирована и проживает по адресу: <адрес>, образование – высшее, не замужем, на иждивении несовершеннолетних детей не имеет, работающая главным агрономом в <данные изъяты>, ранее не судима,

признана виновной в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 286 УК РФ, за которое ФИО2 назначено наказание в виде лишения свободы сроком на - 3 (три) года;

в соответствии со ст. 73 УК РФ, назначенное ФИО2 наказание в виде лишения свободы постановлено считать условным, с испытательным сроком - 2 (два) года;

в период испытательного срока на ФИО2 возложены обязанности:

- не менять постоянное место жительства без уведомления специализированного государственного органа, осуществляющего контроль за поведением условно осужденных; после вступления приговора в законную силу, встать в данный орган на учет и являться на регистрацию в установленные для этого дни;

мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении оставлена без изменения, до вступления приговора в законную силу;

исковые требования представителя потерпевшего – Министерства науки и высшего образования Российской Федерации – И.Д.Е. удовлетворены:

с ФИО2 взыскано в пользу Министерства науки и высшего образования Российской Федерации возмещение материального ущерба, причиненного преступлением в размере 8467100 рублей;

сохранен наложенный постановлением Кстовского городского суда <адрес> от 28 октября 2022 года арест на имущество, принадлежащее ФИО2, в размере удовлетворенного судом гражданского иска в сумме 8467100 рублей до возмещения материального ущерба, причиненного преступлением;

судьба вещественных доказательств по делу разрешена.

И с возражениями государственного обвинителя Фехретдиновой Ю.В. на апелляционную жалобу защитника осужденной ФИО2 – адвоката Кашириной Н.Н.

Заслушав доклад судьи Кисляк Г.А., мнение сторон защиты и обвинения, изучив материалы уголовного дела, суд, -

УСТАНОВИЛ:

Приговором Кстовского городского суда <адрес> от 05 февраля 2024 года ФИО2 признана виновной и осуждена за совершение должностным лицом действий, явно выходящих за пределы её полномочий и повлекших существенное нарушение прав и законных интересов организаций и охраняемых законом интересов государства, то есть, преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 286 УК РФ.

Согласно данному приговору, ФИО2, исполняя с 15 октября 2018 года обязанности директора ФГУП <данные изъяты>, в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ года, действуя умышленно, за пределами возложенных на неё полномочий, единолично приняла решение о заключении ФГУП «<данные изъяты>» двух договоров поставки семян с ООО «<данные изъяты>», по цене ниже себестоимости продукции, и заключила от имени ФГУП «<данные изъяты>» указанные договоры поставки семян, по цене ниже себестоимости и среднерыночной стоимости продукции на сумму 4919623 рубля 58 копеек и на сумму 3000000 рублей, не согласовав решение о совершении данных сделок с Министерством науки и высшего образования Российской Федерации, что повлекло существенное нарушение прав и законных интересов ФГУП «<данные изъяты>» и Российской Федерации на общую сумму ущерба в размере - 8467100 рублей.

В судебном заседании ФИО2 вину в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 286 УК РФ, не признала.

В апелляционной жалобе (с дополнениями) защитник осужденной ФИО2 – адвокат Каширина Н.Н. указала, что считает вынесенный в отношении ФИО2 приговор незаконным, необоснованным и не соответствующим фактическим обстоятельствам дела.

По мнению защитника, в сделках по поставке зерна озимой пшеницы, совершенных ФИО2, имеет место только количественный признак крупной сделки, поскольку указанные сделки не выходят за пределы обычной хозяйственной деятельности предприятия, соответственно, не могут быть отнесены к категории крупных.

Ссылается на датированное 2016 годом письмо учредителя предприятия – ФАНО России, вошедшего 27.06.2018 г. в состав Минобрнауки, и Определение Верховного суда РФ от 18.03.2015 № 305-ЭС15-881, а также действовавшее до 26.06.2018 г. Постановление Пленума Высшего Арбитражного суда РФ от 16.05.2014 № 28, согласно которым сделки, совершаемые в процессе обычной хозяйственной деятельности предприятия, не нуждаются в специальном одобрении собственника. Обращает внимание, что от нового собственника предприятия – Минобрнауки РФ распоряжение об отмене указанного выше информационного письма не поступало.

Считает, что приказ Минобрнауки РФ № 801 от 30.10.2018 г. свидетельствует об отсутствии необходимости руководителям предприятий согласовывать с собственником имущества реализацию продукции на сумму свыше 10 % уставного фонда, полученной в ходе обычной хозяйственной деятельности. Отмечает, что управление Минобрнауки РФ мотивированной позиции относительно продажи продукции ФГУП <данные изъяты>» никогда не предъявляло.

С учетом изложенного, считает, что совершенные ФИО2 сделки не требовали согласования с собственником имущества, а действия ФИО2 не являются явно выходящими за пределы её полномочий.

Полагает не соответствующим обстоятельствам дела вывод суда о причинении ФИО2 предприятию ущерба в указанной в приговоре сумме.

Обращает внимание, что согласно исследованным в судебном заседании доказательствам, за 2018 год и за 2019 год ФГУП «<данные изъяты>» не оплатило ООО «<данные изъяты>» услуги по производству семян озимой пшеницы на сумму 8447020 рублей. ООО «<данные изъяты>» погасила задолженность предприятия перед Сбербанком в рамках дела о банкротстве на сумму 1807494 рубля и перед другими кредиторами на общую сумму 1396320,96 рублей. Отмечает, что изначально договоры были подписаны как договоры продажи озимой пшеницы на корню, а в связи с необходимостью получения сертификатов, были исправлены, как поставка семян.

Ссылается на то, что с учетом указанных выплат и задолженности, фактическая сумма по двум договорам поставки семян составила 16350834,96 рублей, а цены на семена были занижены с учетом задолженности предприятия перед Агрофирмой и кредиторами. Данные обстоятельства реализации семян озимой пшеницы возникли в связи с предбанкротным состоянием ФГУП «<данные изъяты>» с целью сохранения урожая и выхода из банкротства. Полагает, что ФИО2 действовала в условиях крайней необходимости, чтобы не допустить банкротства предприятия, а полученные от Агрофирмы за пшеницу деньги позволили предприятию убрать другие виды сельскохозяйственной продукции.

В дополнительной апелляционной жалобе защитник осужденной ФИО2 – адвокат Каширина Н.Н. обращает внимание, что согласованию подлежало только отчуждение имущества, переданного предприятию на праве хозяйственного ведения. Считает, что действиями ФИО2 фактического ущерба предприятию не причинено, поскольку цены на зерно озимой пшеницы в двух договорах поставки семян в ООО «<данные изъяты>» были согласованы и снижены за счет неоплаты услуг данному обществу, оказанных предприятию по производству указанного зерна и оплатой обществом долгов предприятия перед кредиторами.

Ссылается на то, что руководители унитарных предприятий никогда не согласовывали с собственником продажу продукции на сумму более 10 % уставного фонда, полученной в ходе обычной хозяйственной деятельности предприятия, что подтверждается показаниями ФИО2, свидетелей ФИО5, ФИО6 и ФИО7 Обращает внимание, что представитель потерпевшего И.Д.Е. указал, что не располагает сведениями о наличии согласований кем-либо из других подведомственных Минобрнауки предприятий вопросов продажи своей продукции на суммы более 10 % уставного фонда с собственником.

Ссылаясь на Определение Верховного Суда РФ от 18.03.2015 г. № 305-ЭС 15-881, оспаривает вывод суда о том, что зерно озимой пшеницы является имуществом предприятия, полученным ФГУП «<данные изъяты>» от использования имущества, переданного предприятию на праве хозяйственного ведения. Указывает, что предприятие в период деятельности было убыточным, прибыль не получало, земля предприятию от собственника в хозяйственное ведение не передавалась, а была передана на праве бессрочного пользования от государства, в то время как ст. 299 ГК РФ указывает только на использование имущества, находящегося у предприятия в хозяйственном ведении. Отмечает, что при производстве зерна предприятием какое-либо имущество, полученное от собственника на праве хозяйственного ведения, не использовалось, а сама по себе земля не может являться иным источником получения имущества. Обращает внимание, что зерно было получено предприятием с использованием услуг сторонней организации - ООО «<данные изъяты>».

Полагает, что определение крупной сделки, данное в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 26.06.2018 г. № 27, должно учитываться судебными органами не только относительно деятельности акционерных обществ, но и унитарных предприятий, ссылаясь, в том числе, на судебные решения арбитражных судов, связанных с обжалованием крупной сделки.

Отмечает, что с учетом взаимозачетов за оказанные предприятию Агрофирмой услуги по производству семян озимой пшеницы, фактически никакого ущерба ФГУП «<данные изъяты>» при заключении договоров поставки семян озимой пшеницы Агрофирме по ценам ниже рыночных, ФИО2 не причинила; данные договоры заключались с целью уборки и реализации пшеницы и выхода предприятия из предбанкротного состояния; согласно уставу, ФГУП «<данные изъяты>» предприятие вправе было самостоятельно устанавливать цены на свою продукцию.

Обращает внимание, что информация о движении денежных средств ООО «<данные изъяты>» за период 2018г. - 2020г. свидетельствует об отсутствии перечислений денежных средств от предприятия в Агрофирму и подтверждает факты перечисления денежных средств Агрофирмой по взаимозачетам напрямую кредиторам ФГУП «Центральное».

Отмечает, что договор продажи Агрофирме озимой пшеницы «на корню» соответствовал фактическим обстоятельствам и ценам производства неубранного зерна, так как цены в договорах были указаны без затрат ФГУП «<данные изъяты>» на производство семян, все расходы понесло ООО «<данные изъяты>», а отказ в выдаче сертификата был обусловлен тем, что сертификаты выдаются только при наличии договора поставки семян.

Отмечает, что разница между датами предоставления первого (ошибочного) и второго договора поставки составила 1 день, поскольку договоры предоставляются вместе с заявлением в период уборки зерна озимой пшеницы, а не заблаговременно. Продажа пшеницы «на корню» означает её продажу без учета затрат на все последующие стадии уборки.

Полагает, что суд ошибочно отразил в приговоре, что в сертификатах указано только ФГУП «<данные изъяты>», в то время как в сертификатах в 2019 году было указано и ООО «<данные изъяты>».

Считает, что судом не опровергнуты показания свидетелей И.Е.Н., Свидетель №1, ФИО7 по фактам формирования и согласования заниженных цен на семена озимой пшеницы по двум договорам; необоснованно не приняты во внимание обстоятельства погашения Агрофирмой долга перед Сбербанком РФ в качестве обоснования снижения цен на семена, поскольку существенное значение имела не дата погашения долга, а сам факт достижения договоренности между руководителями обстоятельств согласования цен на зерно в период уборки. Отмечает, что долги предприятия оплачивались Агрофирмой с августа по декабрь 2019 года при наличии финансовых возможностей Агрофирмы, на основании достигнутых ранее договоренностей.

Считает, что судом с обвинительной позиции искажены показания свидетеля Свидетель №1; проигнорирован адвокатский запрос в Минобрнауки РФ и полученный на него ответ (т. № л. д. №).

Отмечает, что в 2020 году замечаний от руководства Минобрнауки в адрес действующего руководителя ФГУП «<данные изъяты>» ФИО7 не поступило.

Полагает, что в деле имеются две противоположные позиции Минобрнауки РФ относительно необходимости согласования унитарными предприятиями продажи продукции, полученной в ходе обычной хозяйственной деятельности.

Просит приговор Кстовского городского суда <адрес> от 05 февраля 2024 года в отношении ФИО2 отменить, и вынести по данному уголовному делу оправдательный приговор, в связи с отсутствием в действиях ФИО2 состава преступления.

В возражениях на апелляционную жалобу защитника осужденной ФИО2 – адвоката Кашириной Н.Н. государственный обвинитель Фехретдинова Ю.В. просит вынесенный в отношении ФИО2 приговор Кстовского городского суда <адрес> от 05 февраля 2024 года оставить без изменения, апелляционную жалобу защитника – без удовлетворения, поскольку, по мнению прокурора, данный приговор является законным и обоснованным.

По мнению государственного обвинителя, выводы суда о виновности осужденной в совершении преступления нашли подтверждение в судебном заседании. Полагает, что разъяснения, содержащиеся в п. 9 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.06.2018 г. № 27, к рассматриваемой в рамках настоящего уголовного дела ситуации неприменимы, поскольку в них речь идет о крупных сделках, заключаемых иными юридическими лицами, а не унитарными предприятиями, а в ч. 1 ст. 23 ФЗ от 14.11.2002 г. № 161-ФЗ содержится иное понятие крупной сделки, подлежащей согласованию с собственником предприятий. Указывает, что заключенные ФИО2 сделки по отчуждению зерна соответствуют закрепленному в ч. 1 ст. 23 ФЗ от 14.11.2002 г. № 161-ФЗ понятию крупной сделки, поскольку зерно – это имущество унитарного предприятия, полученное из иных не противоречащих законодательству источников.

Других жалоб, а также иных возражений на апелляционную жалобу (с дополнением) защитника, в суд апелляционной инстанции не поступило.

Осужденная ФИО2, надлежаще извещенная о месте и времени судебного заседания – ДД.ММ.ГГГГ года, при рассмотрении уголовного дела в суде апелляционной инстанции доводы жалобы (с дополнением) защитника поддержала. Просила отменить вынесенный в отношении неё обвинительный приговор, по ч. 1 ст. 286 УК РФ её оправдать.

Защитник осужденной ФИО2 - адвокат Каширина Н.Н. суде апелляционной инстанции просила вынесенный в отношении ФИО2 обвинительный приговор Кстовского городского суда <адрес> от 05 февраля 2024 года отменить и вынести в отношении ФИО2 оправдательный приговор, в связи с отсутствием в действиях ФИО2 состава преступления. Апелляционную жалобу (с дополнением) просила удовлетворить.

Участвующий в суде апелляционной инстанции прокурор Долгов Д.А. считает вынесенный в отношении ФИО2 приговор законным и обоснованным, а назначенное ФИО2 наказание – справедливым и соразмерным содеянному. Просил приговор Кстовского городского суда <адрес> от 05 февраля 2024 года в отношении ФИО2 оставить без изменения, а апелляционную жалобу (с дополнением) защитника – без удовлетворения.

Рассмотрев апелляционную жалобу (с дополнением) защитника осужденной ФИО2 - адвоката Кашириной Н.Н., возражения государственного обвинителя Фехретдиновой Ю.В. на апелляционную жалобу защитника, выслушав доводы сторон и исследовав материалы уголовного дела, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

Выводы суда о виновности осужденной ФИО2 в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 286 УК РФ, соответствуют фактическим обстоятельствам дела и полностью подтверждаются совокупностью доказательств, исследованных и оцененных судом, в соответствии со ст. 88 УПК РФ, с точки зрения относимости, допустимости, достоверности, а в совокупности – достаточности, для постановления обвинительного приговора, и приведенных в приговоре суда. При этом суд указал мотивы, по которым принял одни доказательства и отверг другие, что соответствует требованиям ч. 2 ст. 307 УПК РФ.

Виновность ФИО2 в совершении преступления подтверждается:

- показаниями представителя потерпевшего И.Д.Е., указавшего, что ФГУП «<данные изъяты>» является государственным предприятием, все имущество которого, в том числе, продукция, принадлежит Российской Федерации. ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ ФГУП «<данные изъяты>» в лице директора – ФИО2 заключило два договора поставки семян на суммы 4589100 рублей и 3000000 рублей, не согласовав данные сделки с Минобрнауки. Деятельность ФГУП «<данные изъяты>» была убыточной, отчуждение продукции по цене ниже рыночной и себестоимости продукции, не имеет смысла и влечет негативные правовые последствия. Причиненная в результате действий ФИО2 сумма ущерба – 8467100 рублей является для Минобрнауки существенной;

- показаниями свидетеля И.Е.Н., из которых следует, что ООО «<данные изъяты>» заплатило ФГУП «<данные изъяты>» по одному из договоров поставки семян, заключенных ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ, путем перечисления денежных средств кредиторам ФГУП «<данные изъяты> благодаря чему была закрыта процедура банкротства данного предприятия. Указание в данных договорах продажной цены семян ниже рыночной, было связано с фактическим приобретением не убранной с полей пшеницы, в связи с плохим финансовым состоянием ФГУП «<данные изъяты>», находящимся в состоянии банкротства;

- показаниями свидетеля Свидетель №1 – директора ООО «<данные изъяты>», пояснившей, что возглавляемое ею предприятие покупало у ФГУП «<данные изъяты>» семена для собственного производства зерна на продажу, а они оказывали ФГУП «<данные изъяты>» услуги и техническую помощь в выращивании и сборе зерна, в том числе, по просьбе ФИО2 на протяжении лета 2019 года. Она предложила ФИО2 не оплачивать услуги по производству семян, снизив цену на зерно, которое находилось на корню и Агрофирма своими силами производило уборку данного зерна. Они были вынуждены заключить договор поставки семян, для получения сертификатов в ФГБУ «<данные изъяты>». Из-за снижения цен по второму договору, Агрофирма произвела оплату путем перечисления долга ФГУП «<данные изъяты>» Сбербанку и иных долгов перед организациями;

- показаниями свидетеля ФИО5, пояснившего, что ФГУП «<данные изъяты>» за оказанные услуги расплачивалось с организациями готовой продукцией по цене ниже себестоимости, поскольку денежных средств у предприятия не хватало, учредитель им финансовой помощи не оказывал;

- показаниями свидетеля ФИО10, указавшего, что ФГУП Опытная станция «<данные изъяты>» было убыточным, они неоднократно прибегали к помощи других организаций, которым продавали произведенную продукцию, с учетом полученной от них помощи; продавали зерно в убыток предприятию, так как себестоимость продукции была выше, а дотации они не получали;

- показаниями свидетеля – ФИО11, из которых следует, что летом 2019 года в ФГБУ «<данные изъяты>» обращалась директор ФГУП «<данные изъяты>» - ФИО2 сначала за сертификацией по договору на продажу зерна «на корню» покупателю - ООО «<данные изъяты>», в чем было отказано, поскольку для получения сертификации необходим договор на закупку семян, а не посевов. От предприятия также требуется предоставление документов, что семена произведены и запатентованы ФГУП. ФГУП «<данные изъяты>» может продавать произведенную продукцию на основании акта апробации, произведенного в поле, а также протокола испытаний или по сертификату соответствия после фактической уборки зерна. Получить сертификат возможно только при фактическом наличии произведенных семян, то есть, уже собранных, а не «на корню»;

- показаниями свидетеля ФИО7, указавшего, что в 2019 году ООО «<данные изъяты>» оказало ФГУП «<данные изъяты>» услуги по севу, внесению удобрений, уборке урожая пшеницы, а также оплатило долги перед Сбербанком, что позволило ФГУП «<данные изъяты>» избежать банкротства. Предприятие продавало свою продукцию без согласования с учредителем с учетом письма ФАНО России, поступившего на предприятие в 2016 году;

- заключением эксперта № от 21.07.2022 г., из которого следует, что: разница между стоимостью озимой пшеницы, указанной в договорах поставки семян № от ДД.ММ.ГГГГ и № от ДД.ММ.ГГГГ и себестоимостью данной пшеницы составляет 4919623 рубля 58 копеек; разница между стоимостью озимой пшеницы, указанной в договорах поставки семян № от ДД.ММ.ГГГГ и № от ДД.ММ.ГГГГ и средней рыночной стоимостью данной пшеницы составляет 8467100 рублей;

- Уставом ФГУП «<данные изъяты>»; приказами Минобрнауки о временном исполнении ФИО2 обязанностей директора ФГУП «<данные изъяты>»; трудовым договором; договорами поставки семян № от ДД.ММ.ГГГГ и № от ДД.ММ.ГГГГ; сведениями о среднерыночной стоимости семян пшеницы; письмами из Минобрнауки; справкой об исследовании документов; справкой ФГБУ «<данные изъяты>» о качестве семенного материала; протоколами испытаний семян пшеницы; протоколами выемки и осмотра; а также иными письменными материалами дела, исследованными в судебном заседании.

Совокупность приведенных в приговоре доказательств подтверждает правильность выводов суда о виновности ФИО2 в совершении указанного выше преступления, и опровергает доводы жалоб защитника о несоответствии выводов суда фактическим обстоятельствам дела.

В судебном заседании установлено, что ФИО2 в период времени с ДД.ММ.ГГГГ до ДД.ММ.ГГГГ исполняла обязанности директора Федерального государственного предприятия «<данные изъяты>».

В силу занимаемой должности, ФИО2 являлась должностным лицом, наделенным организационно-распорядительными и административно-хозяйственными полномочиями.

Материалами дела подтверждено, что ФГУП «<данные изъяты>» по своей организационно-правовой форме является Федеральным государственным унитарным предприятием, собственником имущества которого является Российская Федерация.

Согласно статье 23 Федерального закона "О государственных и муниципальных унитарных предприятиях" крупной сделкой является сделка или несколько взаимосвязанных сделок, связанных с приобретением, отчуждением или возможностью отчуждения унитарным предприятием прямо либо косвенно имущества, стоимость которого составляет более десяти процентов уставного фонда унитарного предприятия или более чем в 50 тысяч раз превышает установленный федеральным законом минимальный размер оплаты труда (пункт 1).

В силу статьи 23 Закона N 161-ФЗ, крупная сделка может быть совершена унитарным предприятием лишь с согласия собственника имущества унитарного предприятия (пункт 3). Приведенная норма права императивно устанавливает обязательность получения согласия собственника для заключения крупных сделок с целью защиты интересов собственника имущества предприятия и исключения возможности неправомерного отчуждения имущества.

Таким образом, Федеральный закон "О государственных и муниципальных унитарных предприятиях" N 161-ФЗ не содержит условия о том, что к крупным сделкам не относятся сделки, совершаемые в процессе обычной хозяйственной деятельности унитарного предприятия. В связи с этим в целях решения вопроса об отнесении сделки к крупной не имеет значения, совершена ли она в процессе обычной хозяйственной деятельности.

Вопреки позиции стороны защиты, разъяснения, содержащиеся в п. 9 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26 июня 2018 года № 27 «Об оспаривании крупных сделок и сделок, в совершении которых имеется заинтересованность», к рассматриваемой в рамках настоящего уголовного дела ситуации неприменимы, поскольку преамбула Постановления Пленума ВС РФ N 27 содержит прямое указание на его применение исключительно к хозяйственным обществам.

Согласно п. 13 Постановления Пленума Высшего Арбитражного суда РФ от 16.05.2014 № 28, на которое обращает внимание защитник, применение указанного Постановления допускалось в отношении сделок, совершенных государственными и муниципальными унитарными предприятиями, кооперативами, а также автономными организациями и иными некоммерческими организациями, если иное не предусмотрено законом или не вытекает из существа отношений.

К сделкам, совершенным после 1 января 2017 г. кооперативами, унитарными предприятиями и иными организациями (за исключением хозяйственных обществ), положения Пленума ВС РФ N 27 не применяются.

Ссылка стороны защиты на датированное 2016 годом информационное письмо учредителя предприятия – ФАНО России, вошедшего 27.06.2018 г. в состав Минобрнауки, также не свидетельствует об обратном, поскольку данное письмо нормативно-правовым актом не является, носит информативный характер. После реорганизации ФГУП «<данные изъяты>», и передачи полномочий в Минобрнауки РФ, данной организацией какие-либо указания, касающиеся возможности заключения ФГУП «<данные изъяты>» крупных сделок, совершаемых в процессе обычной хозяйственной деятельности, без согласования с собственником предприятия, - в адрес ФГУП «<данные изъяты>» не направлялись.

Тот факт, что земля ФГУП «<данные изъяты>» была передана на праве бессрочного пользования от государства, а не в хозяйственное ведение, на выводы суда о необходимости согласования крупной сделки по реализации выращенных на данной земле семян пшеницы не влияет.

Согласно п. 1 ст. 269 ГК РФ, лицо, которому земельный участок предоставлен в постоянное (бессрочное) пользование, осуществляет владение и пользование этим участком в пределах, установленных законом, иными правовыми актами и актом о предоставлении участка в пользование.

Лицо, которому земельный участок предоставлен в постоянное (бессрочное) пользование, вправе (если иное не предусмотрено законом) самостоятельно использовать участок в целях, для которых он предоставлен.

Согласно п. 1 ст. 11 Федерального закона от 14.11.2002 N 161-ФЗ "О государственных и муниципальных унитарных предприятиях", имущество унитарных предприятий может формироваться за счет любых не противоречащих законодательству источников.

При этом имущество государственного или муниципального унитарного предприятия находится соответственно в государственной или муниципальной собственности и принадлежит такому предприятию на праве хозяйственного ведения или оперативного управления (п. 2 ст. 113 ГК РФ, п. 1 ст. 2 Федерального закона N 161-ФЗ).

Таким образом, во взаимосвязи положений ст. 269, 113 ГК РФ, ст. 2, 18 Федерального закона от 14.11.2002 N 161-ФЗ "О государственных и муниципальных унитарных предприятиях", плодами, продукцией и доходами от использования имущества, а равно от использования предоставленного в постоянное (бессрочное) пользование земельного участка, и имуществом, приобретенным унитарным предприятием или учреждением по договору или иным основаниям, унитарное предприятие владеет на праве хозяйственного ведения.

С учетом данных требований закона, вопреки доводам стороны защиты, семена пшеницы являются имуществом унитарного предприятия, полученным из иных не противоречащих законодательству источников (ч. 1 ст. 11 Федерального закона "О государственных и муниципальных унитарных предприятиях") - в результате использования земель, переданных предприятию государством на праве постоянного (бессрочного) пользования.

В связи с изложенным, директор ФГУП «<данные изъяты>» ФИО2, при заключении сделок, связанных с поставкой предприятием семян пшеницы на сумму свыше 10 процентов уставного фонда (свыше 2000000 рублей) обязана была руководствоваться статьей 23 Федерального закона "О государственных и муниципальных унитарных предприятиях" № 161 ФЗ от 14.11.2002 года, а также п. 18, 19, 22 Устава ФГУП «Центральное».

Установив, что уставный фонд ФГУП «<данные изъяты>» составляет 20 000 000 рублей, а стоимость семян по договорам поставки, заключенными с ФГУП «<данные изъяты>» с ООО «<данные изъяты>», составили, соответственно – по договору поставки семян № от ДД.ММ.ГГГГ – 4 919 623 рубля 58 копеек, и по договору поставки семян № от ДД.ММ.ГГГГ – 3 000 000 рублей, суд верно указал, что данные договоры поставки семян являются для ФГУП «<данные изъяты>» крупными сделками, стоимость каждой из которых превышает 10 процентов уставного фонда предприятия (как по цене, указанной в договорах, так и по себестоимости и среднерыночной стоимости). Соответственно, для заключения каждой из указанных сделок требовалось предварительное согласие собственника имущества Предприятия, функции и полномочия которого от имени РФ осуществляло Министерство науки и высшего образования РФ.

Вместе с тем, согласия Министерства науки и высшего образования РФ на заключение договоров поставки семян № от ДД.ММ.ГГГГ и № от ДД.ММ.ГГГГ ФИО2, как руководителем ФГУП «<данные изъяты>», получено не было.

С учетом изложенного, судом сделан обоснованный вывод о превышении ФИО2 должностных полномочий при заключении ею единолично, как руководителем ФГУП «<данные изъяты>», с ООО «<данные изъяты>» договоров поставки семян за № от ДД.ММ.ГГГГ на сумму 4919623 рубля 58 копеек и за № от ДД.ММ.ГГГГ на сумму 3000000 рублей, без согласования данных договоров, как отвечающих критериям крупных сделок, с Министерством науки и высшего образования РФ.

Вопреки доводам защитника, ответ заместителя директора Департамента координации деятельности организаций в сфере сельскохозяйственных наук ФИО12 за №-О от ДД.ММ.ГГГГ, не опровергает выводы суда об отнесении заключенных руководителем ФГУП «<данные изъяты>» ФИО2 договоров поставки семян от ДД.ММ.ГГГГ и от ДД.ММ.ГГГГ к категории крупных сделок, поскольку приговор в данной части основан на анализе исследованных доказательств и соответствующих норм права.

Суд апелляционной инстанции также отмечает, что ответ заместителя директора Департамента координации деятельности организаций в сфере сельскохозяйственных наук нормативно-правовым актом не является, а лицо, давшее указанный ответ, не наделено правом – давать официальное разъяснение или толкование положений нормативного правового акта.

Судом правильно установлено, что действия ФИО2 по заключению договоров поставки семян пшеницы по ценам ниже как рыночных, так и себестоимости указанной продукции, без согласования данных сделок, являющихся крупными, с Министерством науки и высшего образования РФ, привели к причинению убытков в размере разницы между стоимостью продукции ФГУП «<данные изъяты>», указанной в договорах с ООО «<данные изъяты>» и среднерыночной стоимостью аналогичной продукции, и повлекли существенное нарушение прав и законных интересов указанной организации, а также охраняемых законом интересов государства.

Оценка существенности допущенных нарушений интересов ФГУП «<данные изъяты>» и охраняемых законом интересов государства основана на конкретных фактах и анализе нормативных актов, так как принятое ФИО2 единолично решение по отчуждению продукции предприятия по ценам ниже как среднерыночных, так и себестоимости данной продукции не имело экономического смысла, и, с учетом стабильной убыточности ФГУП «<данные изъяты>», влекло негативные последствия как для самого предприятия, так и для его учредителя - Российской Федерации.

Позиция защиты о том, что цена на зерно в рассматриваемых договорах поставки была определена с учетом имеющейся у ФГУП «<данные изъяты>» задолженности перед ООО «<данные изъяты>», судом первой инстанции проверена и мотивировано отвергнута.

Суд апелляционной инстанции принимает во внимание, что условиями договоров поставки семян за № от ДД.ММ.ГГГГ и за № от ДД.ММ.ГГГГ не были предусмотрены ни уменьшение цены товара – семян пшеницы, в случае оплаты покупателем - ООО «<данные изъяты>» долгов ФГУП «<данные изъяты>» перед Сбербанком РФ, либо иными кредиторами; ни зачет в счет цены приобретаемого товара задолженности ФГУП «<данные изъяты>» перед ООО «<данные изъяты>» за оказанные Агрофирмой услуги, в том числе, связанные с уборкой зерна.

В силу пункта 1 статьи 161 ГК РФ договоры юридических лиц между собой должны заключаться в письменной форме.

В соответствии с пунктом 1 статьи 452 ГК РФ, соглашение об изменении или о расторжении договора совершается в той же форме, что и договор, если из закона, иных правовых актов, договора или обычаев делового оборота не вытекает иное.

Из заключенных между ООО «<данные изъяты>» и ФГУП «<данные изъяты>» договоров оказания услуг от ДД.ММ.ГГГГ, от ДД.ММ.ГГГГ, от ДД.ММ.ГГГГ, от ДД.ММ.ГГГГ, усматривается, что, если иное не согласовано сторонами, оплата услуг Исполнителя по данным договорам должна была производиться путем перечисления денежных средств с расчетного счета заказчика (ФГУП «<данные изъяты>») на расчетный счет ООО «<данные изъяты>».

Как следует из материалов уголовного дела, соглашения об изменении условий договоров оказания услуг между Исполнителем - ООО «<данные изъяты>» и Заказчиком - ФГУП «<данные изъяты>», касающихся уборки и реализации пшеницы в 2019 году, в том числе в части порядка и условий оплаты Заказчиком услуг Исполнителя, между сторонами не заключались.

Письма за подписью Врио директора ФГУП «<данные изъяты>» ФИО2 на имя директора ООО «<данные изъяты>» Свидетель №1, содержащие просьбы о перечислении ООО «<данные изъяты>» денежных средств в счет погашения задолженностей ФГУП «<данные изъяты>» перед кредиторами; платежные поручения, подтверждающие выполнение этих просьб, - не могут расцениваться как соглашения об изменении порядка и условий исполнения договоров оказания услуг в части взаиморасчетов между сторонами.

Из представленных документов следует, что указанные перечисления денежных средств имели место как до, так и после заключения спорных договоров. Ссылок на то, что погашение задолженностей за ФГУП «Центральное» связано с взаиморасчетами именно по договорам о продаже семян пшеницы за № от ДД.ММ.ГГГГ и за № от ДД.ММ.ГГГГ, данные письма не содержат.

Кроме того, ряд писем об оплате долгов ФГУП «<данные изъяты>» был направлен на имя директора ООО «<данные изъяты>», и указанные в письмах суммы были оплачены Агрофирмой после заключения договоров продажи семян пшеницы по заниженным ценам – ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ Вместе с тем, цена реализуемого ФГУП «<данные изъяты>» зерна не могла зависеть от ненаступивших событий и даже не состоявшихся (в письменном виде) договоренностей.

Информация о движении денежных средств ООО «<данные изъяты>» за период 2018 г. – 2020 г., в которой отсутствуют сведения о перечислении ФГУП «<данные изъяты>» в Агрофирму денежных средств по договорам оказания услуг, - не может расцениваться как подтверждение фактов перечисления денежных средств Агрофирмой по взаимозачетам напрямую кредиторам ФГУП «<данные изъяты>», поскольку в установленном п. 1 ст. 452 ГК РФ порядке соглашений об ином порядке оплаты услуг, кроме предусмотренного договорами - «в безналичном порядке, путем перечисления денежных средств с расчетного счета Заказчика на расчетный счет Исполнителя», сторонами не оформлялось.

Доводы стороны защиты и свидетеля Свидетель №1 о том, что указанная в договорах поставки цена семян пшеницы была обусловлена также фактической продажей данной пшеницы «на корню», опровергаются выданными ФГБУ «<данные изъяты>» сертификатами на семена, протоколами испытаний, актами апробации, в которых в качестве заявителя и производителя семян пшеницы указано только ФГУП «<данные изъяты>»; а также показаниями свидетеля - заместителя руководителя ФГБУ «<данные изъяты>» ФИО11, из которых следует, что получить сертификат на семена возможно только при фактическом наличии произведенных семян, то есть, уже собранных, а не «на корню».

Вопреки доводам защитника, условий для крайней необходимости по смыслу ст. 39 УК РФ, при установленных судом обстоятельств деяния, в том числе и событий, предшествующих заключению договоров поставки семян по заведомо заниженным ценам (начатая процедура банкротства предприятия, и получение возможности убрать выращенную сельскохозяйственную продукцию), - не имелось, а для предотвращения причинения материального ущерба бюджету РФ в лице Минобрнауки России при выращивании и уборке зерна, ФИО2 было достаточно выполнение ею своих должностных полномочий в соответствии с действующим законодательством.

При этом суд апелляционной инстанции принимает во внимание, в том числе, показания представителя потерпевшего – И.Д.Е., из которых следует, что ФИО2 не информировала лицо, представляющее интересы собственника предприятия - Минобрнауки России о проблемах, имеющихся в финансово-хозяйственной деятельности ФГУП «<данные изъяты>».

Доводы, приведенные защитником в апелляционной жалобе (с дополнениями к ней), о необоснованном осуждении ФИО2; об отсутствии умысла на совершение инкриминируемого ей преступления; о том, что она действовала в пределах своих должностных полномочий, - были тщательно и в полном объеме проверены судом первой инстанции, однако не нашли своего подтверждения и были обоснованно признаны несостоятельными, поскольку опровергаются исследованными в судебном заседании доказательствами и материалами дела, приведенными в приговоре.

Вопреки доводам защитника, показания представителя потерпевшего и свидетелей, были полно и объективно исследованы в совокупности с другими доказательствами и получили оценку суда в соответствии с требованиями ст. 88 УПК РФ.

Приведенная защитником в апелляционной жалобе (с дополнениями) оценка показаний свидетелей и письменных доказательств, является субъективной, опровергающейся фактическими обстоятельствами дела. Суд, оценивая доказательства по делу, подробно и четко мотивировал свои выводы в приговоре, не соглашаться с которыми у суда апелляционной инстанции оснований не имеется.

Доводы апелляционной жалобы (с дополнениями) защитника направлены на иную оценку доказательств, не влияют на законность и обоснованность постановленного приговора и не опровергают выводы суда о виновности осужденной.

Каких-либо нарушений уголовно-процессуального закона, которые бы лишали или ограничивали гарантированные УПК РФ права участников уголовного судопроизводства, нарушали процедуру уголовного судопроизводства при рассмотрении уголовного дела судом первой инстанции, а также на стадии досудебного производства по делу, судом апелляционной инстанции не установлено.

Все ходатайства, заявленные стороной защиты в ходе предварительного следствия и в суде, были рассмотрены следователем и судом в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, а принятые по ним решения являются обоснованными и мотивированными. Сам по себе отказ суда в удовлетворении ходатайств стороны защиты при соблюдении процедуры их рассмотрения не свидетельствует об ущемлении прав подсудимой и о наличии у суда обвинительного уклона.

Суд апелляционной инстанции считает, что вина ФИО2 в совершении преступления предусмотренного ч. 1 ст. 286 УК РФ – совершение должностным лицом действий, явно выходящих за пределы её полномочий и повлекших существенное нарушение прав и законных интересов организаций и охраняемых законом интересов государства, - доказана в полном объеме. Действиям ФИО2 судом дана правильная правовая оценка и квалификация.

Назначая осужденной ФИО2 наказание, суд учел характер и степень общественной опасности совершенного ФИО2 преступления, данные о личности виновной, обстоятельства, смягчающие наказание, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденной и на условия жизни её семьи.

Обстоятельствами, смягчающими наказание ФИО2, судом обоснованно признаны, в соответствии с ч. 2 ст. 61 УК РФ – возраст подсудимой, состояние её здоровья и состояние здоровья членов её семьи.

Обстоятельств, отягчающих наказание ФИО2, не установлено.

С учетом обстоятельств совершенного преступления, данных о личности и здоровья осужденной, в целях восстановления социальной справедливости, исправления ФИО2 и предупреждения совершения ею новых преступлений, суд признал необходимым назначить осужденной наказание в виде лишения свободы, однако с учетом положительных сведений о личности ФИО2, суд обоснованно счел возможным исправление подсудимой без реального отбывания наказания в виде лишения свободы, в связи с чем при назначении наказания применил положения ст. 73 УК РФ.

Оснований для применения положений ч. 6 ст. 15, ч. 1 ст. 62, ст. 64, 53.1 УК РФ, исходя из установленных фактических обстоятельств и данных о личности ФИО2, суд апелляционной инстанции не усматривает.

Согласно пункту 3 статьи 25 Федерального закона N 161-ФЗ собственник имущества унитарного предприятия вправе предъявить иск о возмещении убытков, причиненных унитарному предприятию, к руководителю унитарного предприятия.

Гражданский иск потерпевшего удовлетворен судом обоснованно в связи с причинением в результате действий осужденной материального ущерба Российской Федерации. При этом судом денежные средства правомерно взысканы в пользу Министерства науки и высшего образования Российской Федерации, осуществляющего в соответствии с Положением о Министерстве науки и высшего образования Российской Федерации, утвержденного Постановлением Правительства РФ от 15.06.2018 г. № 682, в том числе, функции и полномочия собственника федерального имущества, закрепленного за организациями, подведомственными Министерству.

Решение о сохранении ареста на имущество принято в соответствии с требованиями положениями ст. 115 УПК РФ и п. 11 ч. 1 ст. 299 УПК РФ.

Нарушений уголовного и уголовно-процессуального закона, влекущих отмену либо изменение приговора, не допущено.

Апелляционная жалоба (с дополнениями) защитника осужденной ФИО2– адвоката Кашириной Н.Н. удовлетворению не подлежит.

Руководствуясь ст. 389.13, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд, -

П О С Т А Н О В И Л:

Приговор Кстовского городского суда <адрес> от 05 февраля 2024 года в отношении ФИО2 оставить без изменения.

Апелляционную жалобу (с дополнениями) защитника осужденной ФИО2 – адвоката Кашириной Н.Н. - оставить без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано сторонами в кассационном порядке, предусмотренном главой 47.1 УПК РФ, в судебную коллегию по уголовным делам Первого кассационного суда общей юрисдикции, в течение шести месяцев со дня вступления судебного решения в законную силу.

ФИО2 разъясняется право ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции

Председательствующий: Г.А. Кисляк