Решение № 12-100/2017 5-57/2017 7-100/2017 от 15 октября 2017 г. по делу № 12-100/2017

Судья Лазарев А.В.


РЕШЕНИЕ № 7-100/2017

(дело № 5-57/2017)

16 октября 2017 г. г. Ростов-на-Дону

Судья Северо-Кавказского окружного военного суда Костин Игорь Владимирович (<...>), при секретаре Белике А.В., рассмотрев дело об административном правонарушении по жалобам защитника Крехова Д.И. и военнослужащего войсковой части № <данные изъяты>

ФИО1, родившегося ДД.ММ.ГГГГ в <адрес>, подвергавшегося административным наказаниям ДД.ММ.ГГГГ по ст. 12.6 и ч. 1 ст. 12.29 КоАП РФ соответственно, проживающего по адресу: <адрес>

на постановление судьи Нальчикского гарнизонного военного суда от 6 сентября 2017 г. о назначении ФИО1 административного наказания за совершение правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.26 КоАП РФ,

УСТАНОВИЛ:

Согласно судебному постановлению водитель ФИО1 признан виновным в том, что ДД.ММ.ГГГГ в <адрес>, управляя транспортным средством, в нарушение требований п. 2.3.2 Правил дорожного движения РФ отказался от выполнения законного требования уполномоченного должностного лица о прохождении медицинского освидетельствования на состояние опьянения, т.е. совершил правонарушение, предусмотренное ч. 1 ст. 12.26 КоАП РФ. В связи с этим ФИО1 назначено наказание в виде административного штрафа в размере 30000 руб. с лишением права управления транспортными средствами на срок 1 год 11 месяцев.

В жалобах на постановление по делу об административном правонарушении ФИО1 и защитник Крехов, каждый в отдельности, просят судебное постановление ввиду незаконности и необоснованности отменить, производство по делу прекратить.

В обоснование авторы жалоб, ссылаясь на нормы КоАП РФ и нормативные правовые акты, приводя собственный анализ доказательств по делу, утверждают, что дело рассмотрено судьёй необъективно, его выводы не соответствуют имеющимся в деле доказательствам, которым надлежащая оценка не дана. Неустранимые сомнения в доказанности вины должны были толковаться в пользу ФИО1.

Так, в своей жалобе ФИО1 обращает внимание на то, что в протоколе о направлении на медицинское освидетельствование на состояние опьянения отказ от прохождения такого освидетельствования не зафиксирован. Данный протокол содержит лишь сведения об отказе поставить им свою подпись, что само по себе не является основанием для привлечения его к административной ответственности. Кроме того, административный материал составлялся в его отсутствие, без предоставления возможности с ним ознакомиться и дать свои объяснения. Положенные в основу обжалуемого постановления показания сотрудника полиции ФИО2 об обратном не соответствуют действительности, поскольку последний не мог быть опрошен в качестве свидетеля.

Защитник Крехов в своей жалобе указал, что ФИО1 от прохождения медицинского освидетельствования на состояние опьянения не отказывался, свой выдох не фальсифицировал, а лишь закашлял, в связи с чем продувание прервалось. Однако медицинский работник необоснованно сделал заключение об отказе ФИО1 от медицинского освидетельствования на состояние опьянения. Кроме того, перед медицинским освидетельствованием ФИО1 выкурил сигарету, а медицинский работник не предупредил его о недопустимости делать это. Согласно же руководству по эксплуатации алкотестера перед проведением исследования на наличие алкоголя в выдыхаемом воздухе должно пройти не менее трёх минут после выкуривания сигареты. Однако врач не выполнил данное требование, а также не подписал каждую страницу акта медицинского освидетельствования на состояние опьянения. В заключение автор жалобы указал, что ФИО1 не было предложено сдать биологический объект (кровь), а в протоколе об административном правонарушении неверно указаны точное время и место совершения последним административного правонарушения.

Рассмотрев материалы дела и доводы жалоб, нахожу, что судебное постановление соответствует фактическим обстоятельствам содеянного ФИО1 и основано на исследованных судьёй доказательствах, достоверность и допустимость которых сомнений не вызывает. Нормы материального и процессуального права применены правильно.

В соответствии с п. 2.3.2 Правил дорожного движения РФ водитель транспортного средства обязан по требованию должностных лиц, которым предоставлено право государственного надзора и контроля за безопасностью дорожного движения и эксплуатации транспортного средства, проходить освидетельствование на состояние алкогольного опьянения и медицинское освидетельствование на состояние опьянения.

Направление ФИО1 на медицинское освидетельствование на состояние опьянения осуществлено должностным лицом Госавтоинспекции в пределах его компетенции, установленной ч. 2 ст. 27.12 КоАП РФ.

В силу ч. 11 ст. 27.12 КоАП РФ требование сотрудника полиции о прохождении медицинского освидетельствования на состояние опьянения признаётся законным при наличии достаточных оснований полагать, что водитель находится в состоянии опьянения. Поводом для направления этого водителя на медицинское освидетельствование на состояние опьянения является его отказ от прохождения освидетельствования на состояние алкогольного опьянения либо его несогласие с результатами освидетельствования, а равно при наличии достаточных оснований полагать, что лицо находится в состоянии опьянения, отрицательный результат освидетельствования на состояние алкогольного опьянения.

Согласно п. 3 Правил освидетельствования лица, которое управляет транспортным средством, на состояние алкогольного опьянения и оформления его результатов, направления указанного лица на медицинское освидетельствование на состояние опьянения, медицинского освидетельствования этого лица на состояние опьянения и оформления его результатов, утверждённых постановлением Правительства РФ от 26 июня 2008 г. № 475, достаточными основаниями полагать, что водитель находится в состоянии опьянения, является наличие одного или нескольких следующих признаков: запах алкоголя изо рта, неустойчивость позы, нарушение речи, резкое изменение окраски кожных покровов лица, а также поведение, не соответствующее обстановке.

Как видно из протокола о направлении на медицинское освидетельствование на состояние опьянения №, составленного в отношении водителя ФИО1 в связи с наличием запаха алкоголя изо рта, нарушением речи и неустойчивостью позы, обстоятельством, послужившим законным основанием для направления ФИО1 на медицинское освидетельствование, явился его отказ от прохождения освидетельствования на состояние алкогольного опьянения, заявленный сотруднику полиции.

Эти обстоятельства, вопреки утверждениям в жалобах, подтверждаются показаниями сотрудника полиции ФИО6 и приложенной к материалам дела видеозаписью, согласно содержанию которой ФИО1 отказался как от освидетельствования на состояние алкогольного опьянения, так и от медицинского освидетельствования на состояние опьянения.

Довод ФИО1 о том, что в вышеуказанном протоколе не зафиксирован отказ от прохождения медицинского освидетельствования на состояние опьянения, нельзя признать состоятельным. Действительно, как видно из материалов дела, Ильяшенко собственноручно согласился пройти освидетельствование в условиях медицинского учреждения. Однако, будучи доставленным к врачу, ФИО1, фальсифицируя выдох путём его искусственного прерывания, фактически отказался выполнять требования медицинского работника по исследованию выдыхаемого воздуха на наличие алкоголя.

В силу же разъяснений, содержащихся в п. 9 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24 октября 2006 г. № 18 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при применении Особенной части Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях», основанием привлечения к административной ответственности по ст. 12.26 КоАП РФ является отказ лица от прохождения медицинского освидетельствования на состояние опьянения, заявленный как непосредственно должностному лицу Государственной инспекции безопасности дорожного движения, так и медицинскому работнику. В качестве отказа от освидетельствования, заявленного медицинскому работнику, следует рассматривать не только отказ от медицинского освидетельствования в целом, но и отказ от того или иного вида исследования в рамках медицинского освидетельствования.

Согласно п. 19 Порядка проведения медицинского освидетельствования на состояние опьянения (алкогольного, наркотического или иного токсического), утверждённого приказом Минздрава России от 18 декабря 2015 г. № 933н (далее – Порядок), в случае фальсификации выдоха дальнейшее проведение медицинского освидетельствования прекращается и выносится медицинское заключение об отказе от медицинского освидетельствования.

При таких данных, как видно из акта медицинского освидетельствования на состояние опьянения, медицинским работником было вынесено обоснованное заключение об отказе ФИО1 от медицинского освидетельствования на состояние опьянения № что и послужило законным основанием для привлечения последнего к административной ответственности.

Утверждение защитника о том, что наличие у ФИО1 кашля послужило препятствием для надлежащего продувания в алкотестер, является надуманным и противоречит материалам дела, в том числе приобщённой к материалам дела видеозаписи, содержание которой свидетельствует об обратном №

Ссылки защитника Крехова на выкуривание Ильяшенко сигареты перед проведением медицинского освидетельствования и на несоблюдение в связи с этим врачом временного интервала голословны и не могут повлиять на законность и обоснованность привлечения ФИО1 к административной ответственности.

Довод защитника Крехова о том, что отбор биологического объекта для направления на химико-токсикологическое исследование не производился, также является необоснованным. Поскольку при проведении исследования выдыхаемого воздуха на наличие алкоголя ФИО1 фальсифицировал выдох, то у врача не имелось оснований для продолжения медицинского освидетельствования и отбора биологического объекта.

С учётом изложенного факт отказа ФИО1 от выполнения законного требования сотрудника полиции о прохождении медицинского освидетельствования на состояние опьянения сомнений не вызывает, а доводы авторов жалоб об обратном являются надуманными и направлены на избежание ФИО1 административной ответственности.

Вопреки ошибочному мнению защитника, отсутствие на первой странице акта медицинского освидетельствования на состояние опьянения подписи врача не может свидетельствовать о получении данного доказательства с нарушением закона.

Беспредметен и довод ФИО1 о том, что протокол о направлении на медицинское освидетельствование на состояние опьянения содержит лишь сведения об отказе поставить им свою подпись. Содержание данного протокола свидетельствует, что Ильяшенко свою подпись в нём поставил и согласился проехать в медицинское учреждение.

Ссылку ФИО1 в жалобе на то, что сотрудник полиции ФИО7 не мог являться свидетелем по делу, нельзя признать состоятельной.

Законодательство об административных правонарушениях не содержит нормы, устанавливающей запрет на вызов в судебное заседание в качестве свидетеля должностного лица административного органа.

Исходя из положений ч. 1 ст. 25.6 КоАП РФ, свидетелем по делу об административном правонарушении может являться любое лицо, которому могут быть известны обстоятельства дела, подлежащие установлению.

Аналогичная позиция изложена в п. 10 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24 марта 2005 г. № 5 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при применении Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях», согласно которому при рассмотрении дел о привлечении лиц к ответственности за административное правонарушение в случае необходимости не исключается возможность вызова в суд должностного лица, составившего протокол об административном правонарушении, для выяснения возникших вопросов.

Сотрудник полиции ФИО2 был вызван в судебное заседание и опрошен с соблюдением процессуальных требований КоАП РФ. Его показания являлись предметом исследования и оценки наряду с другими доказательствами по делу и обоснованно признаны достоверными и допустимыми.

Вопреки утверждению ФИО1, административный материал составлялся сотрудником полиции в его присутствии. При этом копии процессуальных документов были вручены ФИО1, ему были разъяснены права, предусмотренные ст. 51 Конституции РФ и ст. 25.1 КоАП РФ, а также предоставлена возможность дать объяснения, о чём свидетельствуют собственноручные подписи ФИО1 в соответствующих документах. От удостоверения собственноручной подписью факта вручения копии протокола об отстранении от управления транспортным средством ФИО1 отказался, что подтверждается соответствующей записью сотрудника полиции и содержанием видеозаписи. В связи с этим довод ФИО1 о лишении его возможности сделать замечания по содержанию протокола об административном правонарушении в связи с неразъяснением его прав следует признать необоснованным, а сам протокол – составленным в полном соответствии с требованиями закона.

Неточное указание в протоколе об административном правонарушении времени и места совершения ФИО1 административного правонарушения (<адрес>) также не свидетельствует о существенном нарушении процессуальных требований и не влечёт отмену судебного постановления, поскольку в ходе судебного разбирательства на основании имеющихся в деле доказательств бесспорно установлено, что событие правонарушения имело место в ночное время <адрес>

Исходя из вышеприведённых фактических обстоятельств по делу, ссылку в жалобах на наличие по делу неустранимых сомнений в доказанности вины ФИО1 в совершении административного правонарушения, нельзя признать состоятельной.

Таким образом, обстоятельства, подлежащие доказыванию по делу об административном правонарушении, установлены судьёй в достаточном объёме и получили должную оценку в соответствии с требованиями ст. 26.11 КоАП РФ, а изложенный в обжалуемом постановлении вывод о наличии в действиях Ильяшенко события и состава правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.26 КоАП РФ, является обоснованным и мотивированным.

Нарушений, которые могли бы дать основания для вывода о необходимости отмены судебного постановления, из дела не усматривается.

Назначенное ФИО1 административное наказание соответствует тяжести содеянного, данным о личности виновного и определено с учётом обстоятельства, отягчающего административную ответственность, в пределах санкции ч. 1 ст. 12.26 КоАП РФ.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 30.6 и 30.7 КоАП РФ, судья

РЕШИЛ:

Постановление судьи Нальчикского гарнизонного военного суда от 6 сентября 2017 г. о назначении ФИО1 административного наказания за совершение правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.26 КоАП РФ, оставить без изменения, а жалобы ФИО1 и защитника Крехова Д.И. – без удовлетворения.

Судья И.В. Костин