Апелляционное определение № 33-3839/2025 от 21 декабря 2025 г.

УИД 68RS0008-01-2024-000019-83 (№ 2-111/2025)

Дело № 33-3839/2025

Судья Руднева С.В.


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

22 декабря 2025 года город Тамбов

Судебная коллегия по гражданским делам Тамбовского областного суда в составе:

председательствующего судьи Рожковой Т.В.,

судей Абрамовой С.А., Туевой А.Н.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Маркосян Я.Г.,

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ООО «Русагро-Тамбов» о взыскании компенсации за нарушение исключительных прав,

по апелляционной жалобе ФИО1 на решение Знаменского районного суда Тамбовской области от 17 апреля 2025 года.

Заслушав доклад судьи Абрамовой С.А., объяснения истца ФИО1, поддержавшего доводы жалобы, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

В статье «Предложил-сделал» Вестника Русагро (корпоративного издания группы компаний «Русагро») №20 за 2017г. (л.д.20,т.2) ФИО12., ведущий инженер по IT Жердевского завода, указал, что на предприятии имеется перевалочная весовая, на которой взвешивается, в том числе, свекла, отправляемая на производство. «На этой перевалочной станции возникла необходимость автоматизации. Такой проект уже был реализован на Знаменском заводе, но там нужен был оператор весовой. Когда «Знаменка» передала мне свой проект, я его доработал и внедрил на нашем заводе: разработал программное обеспечение, настроил оборудование… Мой проект обеспечивает взвешивание автотранспорта с любым грузом, формирует все необходимые отчеты по грузам в 1с, позволяет автоматически формировать транспортные накладные для расчетов с перевозчиками процесса взвешивания. Экономия от внедрения составила более полумиллиона рублей».

26 декабря 2023 года ФИО1 обратился в суд с иском к ООО «Русагро-Тамбов» о взыскании компенсации за нарушение исключительных прав в размере 1 520 000 руб., возложении обязанности выслать в его адрес экземпляр «Вестника Русагро» с опровержением публикации, в обоснование заявленных требований указав, что в период работы в ООО «Русагро-Тамбов» (и его правопредшественников) в 2013 году, переработав и усовершенствовав созданную ранее им же программу ЭВМ, он разработал программу ЭВМ безоператорного взвешивания автотранспорта, которую установил на компьютер общества и дал согласие на использование одного экземпляра программы на Знаменском сахарном заводе.

Однако в конце 2017 года ему из данной публикации стало известно, что его программа без его согласия была передана на Жердевский сахарный завод и использовалась на двух заводах, на что он согласия не давал, после чего он обратился к директору общества с предложением узаконить использование программы путем заключения авторского договора, однако ответа не последовало, поэтому он обратился в правоохранительные органы. Уголовное дело было возбуждено 18 марта 2020 года, а впоследствии прекращено 19 сентября 2021 года. Считает, что программа незаконно использовалась на двух заводах, по меньшей мере, с сентября 2017 года по январь 2021 года, за что ООО «Русагро-Тамбов» обязано уплатить ему компенсацию в двукратном размере стоимости права использования произведения, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование произведения тем способом, который использовал нарушитель. В качестве исходной цены просит использовать цену, выплаченную обществом фирме «НПФ Симплекс» за оснащение одного рабочего места в 2016 году конфигурацией 1С8 «Патока», а именно 380 000 руб., и так как программа использовалась на двух заводах, то сумма компенсации составит 1 520 000 руб. (380 000 руб.*2 + 380 000 руб.*2).

Решением Знаменского районного суда Тамбовской области от 28 марта 2024 года, оставленным без изменения апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Тамбовского областного суда от 3 июля 2024 года, в удовлетворении исковых требований ФИО1 к ООО «Русагро-Тамбов» было отказано в связи с пропуском исковой давности.

Определением судебной коллегии по гражданским делам Второго кассационного суда общей юрисдикции от 5 декабря 2024 года решение Знаменского районного суда Тамбовской области от 28 марта 2024 года и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Тамбовского областного суда от 3 июля 2024 года отменены, дело направлено на новое рассмотрение в Знаменский районный суд Тамбовской области.

Судом кассационной инстанции указано, что с выводами судебных инстанций согласиться нельзя, поскольку они не основаны на непосредственном исследовании судом доказательств, подтверждающих наличие трудовых отношений у истца с ответчиком или его правопредшественником, период трудовых отношений, наличие самого объекта и время его создания. При новом рассмотрении дела суду следует установить юридически значимые обстоятельства, подлежащие доказыванию по данному спору, предложить сторонам представить в суд доказательства доводов по иску и возражений на исковые требования, разрешить спор в соответствии с законом после непосредственного исследования представленных доказательств в материалы дела.

Решением Знаменского районного суда Тамбовской области от 17 апреля 2025 года в удовлетворении исковых требований ФИО1 к ООО «Русагро-Тамбов» отказано.

В апелляционной жалобе истец ФИО1 просит отменить решение Знаменского районного суда Тамбовской области от 17 апреля 2025 года, ссылаясь на то, что суд неправильно установил обстоятельства, имеющие значение для дела, поэтому вывод о пропуске им срока исковой давности не основан на законе.

Считает, что вывод суда о разработке им программы в рамках трудовых обязанностей является лишь предположением; приведенные им в опровержение данных обстоятельств доводы судом не рассмотрены. Отсутствие регистрации программы не может служить основанием для вывода суда о принадлежности данной программы ответчику. Исходя из положений ст.ст. 1259, 1262 ГК РФ считает, что для возникновения, осуществления и защиты авторских прав регистрация не требуется, регистрация относится исключительно к компетенции правообладателя и производится только по его желанию.

Указывает, что до 27 декабря 2020 года он не знал и не мог знать о нарушении его исключительного права в этот и последующие дни. Ссылаясь на показания свидетеля ФИО2 указывает, что в течении сезона свеклопереработки 2020 года (до января 2021 года) на Знаменском сахарном заводе использовалась его программа, а заменена на другую она была только весной 2021 года. Считает, что поскольку иск им был подан 26 декабря 2023 года, трехлетний срок исковой давности им не пропущен.

В возражениях на апелляционную жалобу ООО «Русагро-Тамбов» просит отказать в удовлетворении апелляционной жалобы.

Считает, что при обращении в суд истцом пропущен трехлетний срок исковой давности, поскольку спорная программа разработана в 2013г., в 2017 истец обращался к ответчику с предложением о продаже исключительного права на программу, ответа не получил, в 2018г. истец обращался в УМВД России по Тамбовской области с заявлением о проведении проверки, протоколом осмотра от 22.09.2020г. подтверждается, что программа не использовалась (хранение не считает нарушением), показания свидетеля ФИО2 считает ненадлежащим доказательством.

Полагает, что использование программы вопреки воле истца им не доказано, поскольку истец сам установил программу на производственной площадке «Знаменский сахарный завод», принадлежащей ответчику, доказательств использования программы с 18.12.2017 истцом не представлено. Филиалы «Знаменский сахарный завод» и «Жердевский сахарный завод» относились к одному лицу – ответчику, которому переданы права его правопредшественников.

Считает данную программу служебным произведением, ссылаясь на трудовой договор, заключенный с истцом от 27.12.2001г.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Тамбовского областного суда от 14.07.2025 года решение Знаменского районного суда Тамбовской области от 17 апреля 2025 года отменено, гражданское дело направлено в суд первой инстанции для его рассмотрения по существу заявленных требований.

Определением судебной коллегии по гражданским делам Второго кассационного суда общей юрисдикции от 07.10.2025г. апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Тамбовского областного суда от 14.07.2025 года отменено, дело направлено на новое рассмотрение в суд апелляционной инстанции.

В ответе на судебный запрос о предоставлении документов ООО «Русагро-Тамбов» указано, что в суд ответчиком представлена вся имеющаяся документация касательно спорных правоотношений, иные документы отсутствуют, ответчик не претендует на исключительное право в отношении спорной программы, если суд посчитает ее неслужебным произведением. Ссылается на пропуск срока исковой давности, указывает, что истец не представил доказательств факта нарушения его прав (хоть какого-то использования его программы) в пределах 3-летнего срока до обращения истца в суд.

Представитель ответчика ООО «Русагро-Тамбов» в судебное заседание не явился, надлежащим образом извещен о месте и времени рассмотрения дела в соответствии с положениями ст. 113 ГПК РФ, об уважительных причинах неявки судебную коллегию не известил, об отложении судебного заседания не просил.

Исходя из принципа диспозитивности сторон, согласно которому стороны самостоятельно распоряжаются своими правами и обязанностями, осуществляют гражданские права своей волей и в своем интересе (ст. ст. 1, 9 ГК РФ), а также исходя из принципа состязательности, суд вправе разрешить спор в отсутствие лица, участвующего в деле, извещенного о времени и месте судебного заседания, и не представившего доказательства отсутствия в судебном заседании по уважительной причине.

С учетом данных обстоятельств, судебная коллегия в силу ст.ст. 167, 327 ГПК РФ, полагает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившегося участника процесса, извещенного о рассмотрении дела.

Заслушав объяснения истца, изучив материалы дела, проверив законность и обоснованность судебного решения в пределах доводов апелляционной жалобы и возражений на жалобу в соответствии с ч. 1 ст. 327.1 ГПК РФ, судебная коллегия приходит к следующему.

В силу ст. 195 ГПК РФ решение суда должно быть законным и обоснованным.

Согласно ст. 196 ГПК РФ, при принятии решения суд оценивает доказательства, определяет, какие обстоятельства, имеющие значение для рассмотрения дела, установлены и какие обстоятельства не установлены, каковы правоотношения сторон, какой закон должен быть применен по данному делу и подлежит ли иск удовлетворению.

На основании ст. 198 ГПК РФ в мотивировочной части решения суда должны быть указаны обстоятельства дела, установленные судом; доказательства, на которых основаны выводы суда об этих обстоятельствах; доводы, по которым суд отвергает те или иные доказательства; законы, которыми руководствовался суд.

В соответствии с Постановлением Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 23 от 19 декабря 2003 года "О судебном решении" решение является законным, в том случае, когда оно принято при точном соблюдении норм процессуального права и в полном соответствии с нормами материального права, которые подлежат применению к данному правоотношению, или основано на применении в необходимых случаях аналогии закона или аналогии права (ч. 1 ст. 1, ч. 3 ст. 11 ГПК РФ).

Решение является обоснованным тогда, когда имеющие значение для дела факты подтверждены исследованными судом доказательствами, удовлетворяющими требованиям закона об их относимости и допустимости, или обстоятельствами, не нуждающимися в доказывании (статьи 55, 59 - 61, 67 ГПК РФ), а также тогда, когда оно содержит исчерпывающие выводы суда, вытекающие из установленных фактов.

Данным требованиям закона решение суда первой инстанции не соответствует.

Как установлено судами первой и апелляционной инстанций и следует из материалов дела, в период с 01.01.2002г. по 31.12.2003г. ФИО1 работал в ОАО «Русский сахар» (с 21.10.2002 ОАО «Знаменский сахарный завод», правопреемником которого является ООО "Русагро-Тамбов") в должности начальника бюро ИИВТ, с 01.07.2004г. – в должности начальника отдела информационных технологий, 02.06.2014г. трудовой договор расторгнут; работал в ОАО «Русагро-Тамбов» кладовщиком с 23.08.2016г. по 04.02.2017г., с 05.02.2017 по 15.02.2017, с 01.09.2017 по 09.01.2018г., что подтверждается записями в трудовой книжке ФИО1 (т.2,л.д.36-40).

В 2013 году ФИО1 была разработана конфигурация на базе программы «1С:Предприятие 8.2» под названием «Грузовая проходная 3.01», с целью автоматизации взвешивания грузов на автомобильных весах, что не оспаривалось ответчиком; экземпляр программы с указанием авторства истца приобщен к материалам дела.

ООО «Русагро-Тамбов» договор с ФИО1 на использование вышеуказанного программного обеспечения не заключало.

Вместе с тем, ФИО1 установил на производственной площадке Знаменского сахарного завода один экземпляр данной программы для ЭВМ, не возражал против использования ответчиком ООО «Русагро-Тамбов» данного экземпляра программы, что следует из его объяснений в суде апелляционной инстанции.

18.12.2017г. ФИО3 подал в ООО «Русагро Тамбов» заявление (т.2,л.д.35), в котором, ознакомившись с приведенной выше статьей в «Вестнике Русагро», просил заключить с ним договор об уступке его исключительных прав на программу, однако ответ не получил.

18.03.2020 года дознавателем ОД МОМВД России «Знаменский» было возбуждено уголовное дело №*** по ч.1 ст.146 УК РФ («присвоение авторства (плагиат), если это деяние причинило крупный ущерб автору»).

Постановлением начальника ОД МОМВД России «Знаменский» 19.09.2021 года уголовное дело было прекращено за отсутствием события преступления, предусмотренного ч.1 ст.146 УК РФ.

Обратившись в суд 26 декабря 2023 года, ФИО1 сослался на использование второго экземпляра созданной им программы на другой производственной площадке ООО «Русагро-Тамбов» в г.Жердевка, на что он согласия ответчику не давал.

Принимая решение об отказе в удовлетворении заявленных истцом требований, суд первой инстанции исходил из того, что истец не оформлял право автора на разработанную им программу, фактически с момента её изготовления согласился с возникновением права на её использование ответчиком, программа является служебным произведением, в связи с чем право требовать компенсацию за нарушение отсутствующего исключительного права на результат интеллектуальной деятельности у истца отсутствует.

При этом суд пришел к выводу о пропуске истцом 3-х летнего срока исковой давности по иску о защите имущественного права в виде взыскания денежной компенсации за нарушение исключительного авторского права, определив начало исчисления срока с момента обращения истца в правоохранительные органы в январе 2018 года с заявлением о пресечении преступного нарушения его имущественных прав.

Судебная коллегия с указанными выводами суда согласиться не может, поскольку они основаны на неправильной оценке представленных доказательств и не соответствуют нормам материального права, регулирующего спорные правоотношения.

В соответствии с положениями ст. 1225 Гражданского кодекса Российской Федерации, программы для электронных вычислительных машин (программы для ЭВМ) являются одним из видов результатов интеллектуальной деятельности и приравненными к ним средствами индивидуализации юридических лиц, товаров, работ, услуг и предприятий, которым предоставляется правовая охрана (интеллектуальной собственностью). Интеллектуальная собственность охраняется законом.

В силу п. 4 ст. 1259 Гражданского кодекса Российской Федерации, для возникновения, осуществления и защиты авторских прав не требуется регистрация произведения или соблюдение каких-либо иных формальностей.

В отношении программ для ЭВМ и баз данных возможна регистрация, осуществляемая по желанию правообладателя в соответствии с правилами статьи 1262 настоящего Кодекса.

Правовой режим программ для ЭВМ аналогичен литературным произведениям, на них распространяются авторские и исключительные права. Соответственно автором программы признается гражданин (граждане), творческим трудом которого она создана (ст. 1257, 1258 Гражданского кодекса Российской Федерации).

К авторским правам статья 1255 Гражданского кодекса Российской Федерации относит интеллектуальные права на произведения науки, литературы и искусства (пункт 1), указывая, что автору произведения принадлежат следующие права: 1) исключительное право на произведение; 2) право авторства; 3) право автора на имя; 4) право на неприкосновенность произведения; 5) право на обнародование произведения (пункт 2).

Согласно ст. 1228 Гражданского кодекса Российской Федерации, автором результата интеллектуальной деятельности признается гражданин, творческим трудом которого создан такой результат (п.1).

Исключительное право на результат интеллектуальной деятельности, созданный творческим трудом, первоначально возникает у его автора. Это право может быть передано автором другому лицу по договору, а также может перейти к другим лицам по иным основаниям, установленным законом (п.3).

В силу п.1 ст. 1229 Гражданского кодекса Российской Федерации, гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (статья 1233), если настоящим Кодексом не предусмотрено иное. Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением). Другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом.

Способы использования произведения приведены в пункте 2 статьи 1270 Гражданского кодекса, которыми, в частности, считаются воспроизведение произведения, то есть изготовление одного и более экземпляра произведения или его части в любой материальной форме, в том числе в форме звуко- или видеозаписи, изготовление в трех измерениях одного и более экземпляра двухмерного произведения и в двух измерениях одного и более экземпляра трехмерного произведения. При этом запись произведения на электронном носителе, в том числе запись в память ЭВМ, также считается воспроизведением (подпункт 1).

В силу п.1 ст.1280 ГК РФ, лицо, правомерно владеющее экземпляром программы для ЭВМ или экземпляром базы данных (пользователь), вправе без разрешения автора или иного правообладателя и без выплаты дополнительного вознаграждения:

1) осуществлять действия, необходимые для функционирования программы для ЭВМ или базы данных (в том числе в ходе использования в соответствии с их назначением), включая запись и хранение в памяти ЭВМ (одной ЭВМ или одного пользователя сети), внесение в программу для ЭВМ или базу данных изменений исключительно в целях их функционирования на технических средствах пользователя, исправление явных ошибок, если иное не предусмотрено договором с правообладателем;

2) изготовить копию программы для ЭВМ или базы данных при условии, что эта копия предназначена только для архивных целей или для замены правомерно приобретенного экземпляра в случаях, когда такой экземпляр утерян, уничтожен или стал непригоден для использования. При этом копия программы для ЭВМ или базы данных не может быть использована в иных целях, чем цели, указанные в подпункте 1 настоящего пункта, и должна быть уничтожена, если владение экземпляром таких программы или базы данных перестало быть правомерным.

Использование результата интеллектуальной деятельности, средства индивидуализации (в том числе их использование способами, предусмотренными настоящим Кодексом), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную настоящим Кодексом, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается настоящим Кодексом.

В связи с этим предмет доказывания по рассматриваемому спору составляют следующие обстоятельства: факт использования одним лицом программы другого лица, объем такого использования, отсутствие законных оснований для использования такой программы ответчиком, наличие прав на защищаемую программу у истца.

Как разъяснено в пункте 55 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 N 10 "О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации", при рассмотрении дел о защите нарушенных интеллектуальных прав судам следует учитывать, что законом не установлен перечень допустимых доказательств, на основании которых устанавливается факт нарушения (статья 55 ГПК РФ, статья 64 АПК РФ). Поэтому при разрешении вопроса о том, имел ли место такой факт, суд в силу статей 55 и 60 ГПК РФ, статей 64 и 68 АПК РФ вправе принять любые средства доказывания, предусмотренные процессуальным законодательством.

С учетом вышеизложенного, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что ООО «Русагро-Тамбов», являясь лицом, правомерно владеющим одним экземпляром программы для ЭВМ, созданной в 2013г. и принадлежащей истцу, который был им добровольно передан ответчику для использования исключительно на заводе в р.п.Знаменка, без разрешения правообладателя в 2017г. изготовило и использовало в коммерческой деятельности на производственной площадке в г.Жердевка второй экземпляр данной программы, при этом в г.Жердевка программа использовалась до весны 2021г., что подтверждается совокупностью исследованных судом доказательств по делу, в том числе, приведенной выше статьей «Предложил-сделал» Вестника Русагро (корпоративного издания группы компаний «Русагро») №20 за 2017г. (л.д.20,т.2), исходя из которой, ФИО12 работавший ведущим инженером производственных сетей и АСП, подтверждает, что им внедрена в производство на заводе в г.Жердевка данная программа, скопированная с компьютера в р.п.Знаменка, и затем им (ФИО12.) адаптированная для работы на данной производственной площадке; показаниями допрошенного судом в качестве свидетеля ФИО15 работавшего ведущим инженером по ИТ, исходя из которых, точно ему не известно, когда перестала использоваться спорная программа, скорее всего, она использовалась до весны 2021г., когда произошел переход на модернизированную версию программы.

На основании договора подряда *** от 01.10.2020г. (л.д.28-31,т.1) подрядчиком ФИО1 оказаны заказчику ООО «Русагро-Тамбов» услуги по разработке программного обеспечения сбора информации, архивации данных и настройки автоматической передачи данных автомобильных весов, расположенных в свеклопункте, в срок до 15.10.2020г.

Исходя из объяснений истца и свидетельских показаний ФИО2 в суде первой инстанции, материалов уголовного дела, по данному договору подряда ФИО1 фактически была проведена модернизация разработанной ранее программы, которая внедрялась в производство постепенно, при этом прежняя версия спорной программы использовалась на предприятии до весны 2021г.

В связи с чем, данный договор также принимается судом апелляционной инстанции в качестве доказательства, наряду с иными собранными по делу доказательствами, подтверждающего, что использование спорной программы продолжалось на заводе в г.Жердевка, по крайней мере, до весны 2021г.

Ответчиком доказательств в опровержение данного вывода, подтверждающих более раннюю дату прекращения использования программы на заводе в г.Жердевка, в нарушение ст.12, ч.1 ст.56 ГПК РФ не представлено. Протокол осмотра места происшествия от 22.09.2020г. составлен дознавателем ОД МОМВД России «Знаменский» на производственной площадке в р.п.Знаменка, в связи с чем не подтверждает факт неиспользования программы на производственной площадке в г.Жердевка. При этом вопреки доводам ответчика, хранение компьютерной программы как особого объекта авторского права в памяти компьютера само по себе при отсутствии доказательств правомерности хранения также является способом неправомерного использования программы для ЭВМ как произведения, о чем разъяснено в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 08.06.2016 N 308-ЭС14-1400 ("Бюллетень Верховного Суда РФ", 2017, N 2).

Доводы ответчика о том, что ООО «Русагро-Тамбов», являясь лицом, правомерно владеющим одним экземпляром программы, вправе было свободно ею распоряжаться любым способом, включая изготовление других экземпляров программы, основаны на неверном толковании приведенных выше положений п.1 ст.1280 ГК РФ, исходя из которых, лицо, правомерно владеющее экземпляром программы для ЭВМ, вправе без разрешения автора или иного правообладателя и без выплаты дополнительного вознаграждения осуществлять действия, необходимые для функционирования программы для ЭВМ, а также изготовить копию программы для ЭВМ только при условии, что эта копия предназначена только для архивных целей или для замены правомерно приобретенного экземпляра в случаях, когда такой экземпляр утерян, уничтожен или стал непригоден для использования. В данном случае бесспорно установлено, что на производственной площадке в г.Жердевка программа была установлена в целях использования в хозяйственной деятельности.

Лицензионный или какой-либо иной договор между сторонами о предоставлении права использования спорного программного обеспечения не заключался. Между тем, несоблюдение письменной формы влечет недействительность лицензионного договора (п.2 ст.1235 ГК РФ).

Возражая против удовлетворения исковых требований, ответчик сослался на то обстоятельство, что данная программа является служебным произведением.

Данный довод отклоняется судебной коллегией как несостоятельный.

В силу п.2 ст. 1295 Гражданского кодекса Российской Федерации, исключительное право на служебное произведение принадлежит работодателю, если трудовым или гражданско-правовым договором между работодателем и автором не предусмотрено иное.

Как разъяснено в п. 104 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 N 10 "О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации", суд устанавливает, является ли конкретное произведение служебным, исходя из положений законодательства, действовавшего на момент создания такого произведения. Статья 1295 Гражданского кодекса Российской Федерации, действующая с 1 января 2008 года, под служебным произведением понимает произведение науки, литературы или искусства, созданное в пределах установленных для работника (автора) трудовых обязанностей. Для определения того, является ли созданное работником после 31 декабря 2007 года по конкретному заданию работодателя произведение служебным, необходимо исследовать вопрос о том, входило ли это задание в пределы трудовых обязанностей работника. Если такое задание работодателя в его трудовые обязанности не входило, то созданное произведение не может рассматриваться как служебное - исключительное право на него принадлежит работнику, его использование работодателем возможно лишь на основании отдельного соглашения с работником и при условии выплаты ему вознаграждения.

При наличии спора между автором и работодателем о том, является ли конкретное созданное автором произведение служебным, следует учитывать, что содержание трудовых обязанностей работника и факт создания произведения науки, литературы или искусства в пределах этих обязанностей доказываются работодателем.

Распределение бремени доказывания ответчику неоднократно разъяснялось, однако надлежащих доказательств в обоснование заявленных доводов им не представлено, напротив, исходя из представленного ответа на судебный запрос, он просит рассмотреть дело по имеющимся доказательствам, поскольку иные документы у него отсутствуют.

Не представлен действующий на момент создания спорного произведения трудовой договор между ФИО1, который с 01.07.2004г. работал в должности начальника отдела информационных технологий, и ОАО «Знаменский сахарный завод», правопреемником которого является ООО "Русагро-Тамбов".

Представленный в материалы дела трудовой договор от 27.12.2001г., заключенный с работником ФИО1 о приеме на работу на должность начальника бюро информатизации и вычислительной техники (т.2,л.д.11) не может быть принят в качестве допустимого и относимого доказательства по делу, поскольку заключен на иной срок – с 01.12.2002г. по 31.12.2003г., кроме того, отличается наименование должности, которую занимал истец. Не опровергнуты объяснения истца, исходя из которых, его трудовые функции значительно отличались, и в период работы начальника отдела информационных технологий в его трудовые функции входило не программирование, а выполнение административных функций.

Свидетельские показания сотрудников ООО «Русагро-Тамбов» также не могут быть приняты в качестве надлежащих доказательств, поскольку носят субъективный характер; свидетели, являясь работниками ответчика, заинтересованы в благоприятном для него исходе дела. Письменных доказательств дачи истцу задания в рамках служебных обязанностей по разработке программы (конфигурации) не представлено.

Доводы ответчика о том, что произведение создано истцом на рабочем месте, с использованием платформы «1С. Предприятие 8», лицензия на использование которой приобретена работодателем, судебной коллегией отклоняются, с учетом разъяснений п.104 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23 апреля 2019 г. N 10 "О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации", согласно которым, сам по себе факт использования автором для создания произведения материалов работодателя не может служить основанием для вывода о том, что созданное автором произведение является служебным.

Таким образом, истцом в нарушение положений ст.12, ч.1 ст.56 ГПК РФ не доказан факт наличия у него исключительных прав на спорное программное обеспечение; надлежащих доказательств, подтверждающих, что программа создана ФИО1 по служебному заданию ООО «Русагро-Тамбов», не представлено.

Отклоняя доводы об истечении срока исковой давности, судебная коллегия исходит из следующего.

В соответствии со статьей 195 Гражданского кодекса Российской Федерации исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, права которого нарушено.

Общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 настоящего Кодекса (часть 1 статьи 196).

В силу статьи 199 Кодекса требование о защите нарушенного права принимается к рассмотрению судом независимо от истечения срока исковой давности (часть 1).

Исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения.

Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске (часть 2).

В соответствии с частью 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

В пункте 10 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 сентября 2015 года N 43 "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности" разъяснено, что в силу положений статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации бремя доказывания обстоятельств, свидетельствующих об истечении срока исковой давности, несет сторона, заявившая о применении срока исковой давности.

Заявление ответчика о пропуске срока исковой давности является необоснованным, поскольку нарушение допущенное ответчиком, являющееся предметов рассмотрения по данному делу, является длящимся и охватывает период до весны 2021г., соответственно, обратившись в суд с иском 26.12.2023г., ФИО1 срок исковой давности не пропустил.

Учитывая изложенное, доводы ответчика об отсутствии в его действиях нарушения исключительных прав истца на произведение, в защиту которых предъявлен иск, отклоняются как неподтвержденные документально и основанные на неверном толковании заявителем норм материального права.

С учетом изложенного, судебная коллегия приходит к выводу о признании доказанным факта нарушения исключительных прав ответчиком в связи с использованием объекта интеллектуальной собственности, принадлежащего истцу, в связи с чем подлежат удовлетворению требования истца о взыскании компенсации за нарушение исключительного права.

Определяя размер компенсации, судебная коллегия исходит из следующего.

В силу пункта 3 статьи 1252 ГК РФ (в ранее действовавшей редакции), в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом для отдельных видов результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, при нарушении исключительного права правообладатель вправе вместо возмещения убытков требовать от нарушителя выплаты компенсации за нарушение указанного права. Компенсация подлежит взысканию при доказанности факта правонарушения. При этом правообладатель, обратившийся за защитой права, освобождается от доказывания размера причиненных ему убытков. Размер компенсации определяется судом в пределах, установленных настоящим Кодексом, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости.

Как разъяснено в п.59 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 N 10 "О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации", в силу пункта 3 статьи 1252 ГК РФ правообладатель в случаях, предусмотренных Гражданским кодексом Российской Федерации, при нарушении исключительного права имеет право выбора способа защиты: вместо возмещения убытков он может требовать от нарушителя выплаты компенсации за нарушение указанного права. При заявлении требований о взыскании компенсации правообладатель вправе выбрать один из способов расчета суммы компенсации, указанных в подпунктах 1, 2 и 3 статьи 1301, подпунктах 1, 2 и 3 статьи 1311, подпунктах 1 и 2 статьи 1406.1, подпунктах 1 и 2 пункта 4 статьи 1515, подпунктах 1 и 2 пункта 2 статьи 1537 ГК РФ.

Ответственность за нарушение исключительного права на произведение предусмотрена ст. 1301 ГК РФ, в соответствии с которой в случаях нарушения исключительного права на произведение автор или иной правообладатель наряду с использованием других применимых способов защиты и мер ответственности вправе требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации:

1) в размере от десяти тысяч рублей до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения;

2) в двукратном размере стоимости контрафактных экземпляров произведения;

3) в двукратном размере стоимости права использования произведения, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование произведения тем способом, который использовал нарушитель.

Как разъяснено в пункте 62 Постановления N 10, рассматривая дела о взыскании компенсации, суд, по общему правилу, определяет ее размер в пределах, установленных Гражданским кодексом Российской Федерации (абзац второй пункта 3 статьи 1252). По требованиям о взыскании компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей суд определяет сумму компенсации исходя из представленных сторонами доказательств не выше заявленного истцом требования. Суд определяет размер подлежащей взысканию компенсации и принимает решение (статья 196 ГПК РФ, статья 168 АПК РФ), учитывая, что истец представляет доказательства, обосновывающие размер компенсации (абзац пятый статьи 132, пункт 1 части 1 статьи 149 ГПК РФ, пункт 3 части 1 статьи 126 АПК РФ), а ответчик вправе оспорить как факт нарушения, так и размер требуемой истцом компенсации (пункты 2 и 3 части 2 статьи 149 ГПК РФ, пункт 3 части 5 статьи 131 АПК РФ).

Размер подлежащей взысканию компенсации должен быть судом обоснован. При определении размера компенсации суд учитывает, в частности, обстоятельства, связанные с объектом нарушенных прав, характер допущенного нарушения, срок незаконного использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации, наличие и степень вины нарушителя (в том числе носило ли нарушение грубый характер, допускалось ли оно неоднократно), вероятные имущественные потери правообладателя, являлось ли использование результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, права на которые принадлежат другим лицам, существенной частью хозяйственной деятельности нарушителя, и принимает решение исходя из принципов разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения.

Заявляя требования о взыскании компенсации в двукратном размере стоимости права использования произведения, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование произведения тем способом, который использовал нарушитель, истец в качестве исходной цены просит использовать цену, выплаченную ответчиком фирме «НПФ Симплекс» за оснащение одного рабочего места в 2016 году конфигурацией 1С8 «Патока», а именно 380 000 руб., и так как программа использовалась на двух заводах, то сумму компенсации просит взыскать в размере 1 520 000 руб. (380 000 руб.*2 + 380 000 руб.*2).

Данный расчет судебной коллегией проверен и признан верным, ответчиком не опровергнут, встречного расчета им не представлено, доводов о наличии оснований для снижения размера компенсации не приведено.

Вместе с тем, доводы истца о нарушении его исключительных прав в результате использования экземпляра программы, установленного на производственной площадке в р.п.Знаменка, не нашли подтверждения в ходе судебного разбирательства, учитывая, что экземпляр программы установлен там самим истцом, и против его дальнейшего использования сам истец не возражал. Поскольку данный экземпляр программы использовался ответчиком правомерно, оснований для взыскания компенсации в данной части не усматривается.

Судебная коллегия, принимая во внимание характер допущенного нарушения, степень вины нарушителя, срок незаконного использования результата интеллектуальной деятельности, вероятные убытки правообладателя, использование спорной программы в хозяйственной деятельности нарушителя, позволившее ему существенно снизить свои издержки, приходит к выводу о наличии оснований для снижения размера компенсации до 760 000 руб., что соответствует двукратному размеру стоимости права использования произведения, определяемому исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование произведения (380 000 руб.*2), признает такой размер компенсации обоснованным, соразмерным и справедливым.

При таких обстоятельствах, с ответчика в пользу истца подлежит взысканию компенсация в размере 760 000 руб.

Отказывая в удовлетворении заявленных ФИО1 требований о возложении на ответчика обязанности выслать в его адрес экземпляр «Вестника Русагро» с опровержением приведенной выше публикации в номере №20 за 2017г., судебная коллегия исходит из того, что истцом в данной части не доказан факт нарушения его исключительных прав на произведение, поскольку исходя из текста публикации, сотрудник ООО «Русагро-Тамбов» указывает лишь, что внедренная ранее на заводе в р.п.Знаменка программа (конфигурация) внедрена им после проведенной адаптации на заводе в г.Жердевке. То есть, авторство истца никем не оспаривалось. Доказательств модификации программы истец не представил, напротив, исходя из его объяснений в суде апелляционной инстанции, добавление впоследствии новых функций (добавление макетов для печати ТТН и др.) реализовано через внешние модули, что не требовало вмешательства в исходный код программы. Вопрос о том, произведена ли модификация программы, относится к области специальных знаний, в связи с чем для его разрешения судом истцу разъяснялось право заявлять ходатайство о назначении по делу судебной экспертизы, однако такого ходатайство им не заявлено, денежные средства для оплаты ее проведения предварительно на депозитный счет суда им не внесены. В связи с чем, предусмотренных законом оснований для удовлетворения иска в данной части судебная коллегия не усматривает.

Таким образом, решение суда подлежит отмене с принятием по делу нового решения о частичном удовлетворении заявленных требований.

Руководствуясь статьями 328-330 ГПК РФ, судебная коллегия

О П Р Е Д Е Л И Л А:

Решение Знаменского районного суда Тамбовской области от 17 апреля 2025г. отменить, принять по делу новое решение.

Исковые требования ФИО1 удовлетворить частично.

Взыскать с ООО «Русагро-Тамбов» (ИНН ***) в пользу ФИО1 (паспорт ***) компенсацию в размере 760 000 руб.

В удовлетворении исковых требований в большем размере - отказать.

Апелляционное определение вступает в законную силу с даты его принятия.

Председательствующий

Судьи

Мотивированное апелляционное определение составлено 27.01.2026г.