Приговор № 1-33/2017 от 5 июля 2017 г. по делу № 1-33/2017

П Р И Г О В О Р

Именем Российской Федерации

г. Нестеров 06 июля 2017 года

Нестеровский районный суд Калининградской области в составе:

председательствующего судьи Белеховой В.А.,

при секретарях Панаховой Т.Ю., Вощевской Е.В., Самадовой О.Б.,

с участием государственного обвинителя Аскерова Э.Ю.,

подсудимого ФИО1,

защитника Вербицкой Е.А.,

а также с участием потерпевшего Г.,

рассмотрев материалы уголовного дела в отношении ФИО1, <данные изъяты>, судимого по приговору Нестеровского районного суда Калининградской области от 19 августа 2015 года по п. «а» ч.3 ст. 158 УК РФ к 1 году лишения свободы без штрафа и без ограничения свободы, на основании ст.73 УК РФ (с учетом постановлений Нестеровского районного суда Калининградской области от 29 февраля 2016 года и от 30 июня 2016 года о продлении испытательного срока) наказание определено условным с испытательным сроком 1 год 4 месяца,под стражей по данному делу находится с 27 января 2017 года,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч.4 ст.111 УК РФ,

у с т а н о в и л:

ФИО1 совершил умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, повлекшее по неосторожности смерть потерпевшего, при следующих обстоятельствах.

В период с 28 ноября 2016 года по 29 ноября 2016 года ФИО1, находясь по месту своего жительства в квартире, расположенной по адресу: <адрес>, распивал спиртные напитки вместе с проживающими в этой квартире Д.Н., Б., а также их соседкой Г.Г., в ходе чего Г.Г. заснула на полу в кухне вышеуказанной квартиры.

29 ноября 2016 года ФИО1 в дневное время (точное время не установлено), будучи в состоянии алкогольного опьянения, имея личные неприязненные отношения к Г.Г., вызванные тем, что она на протяжении длительного времени в состоянии алкогольного опьянения лежала на полу и не покидала его место жительства, действуя умышленно, в целях причинения тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, нанес лежавшей на полу в квартире по вышеуказанному адресу Г.Г. не менее двадцати ударов ногами в область головы, тела и конечностей, при этом не менее двух ударов в область головы.

В этот же день, 29 ноября 2016 года в вечернее время (точное время не установлено) Г.Г., не способная самостоятельно передвигаться, была перенесена родственниками в квартиру по месту своего жительства, расположенную по адресу: <адрес>, откуда 01 декабря 2016 года она была госпитализирована в ГБУЗ «Областная клиническая больница Калининградской области», где 02 декабря 2016 года в 08 часов 35 минут вследствие полученных телесных повреждений скончалась.

Смерть Г.Г. наступила в результате закрытой тупой внутричерепной травмы с правосторонней субдуральной гематомой (130 мл удалено во время операции, около 40 мл обнаружено во время вскрытия), с кровоизлиянием под мягкую мозговую оболочку выпуклой поверхности правой теменно-височной области и её разрывом, кровоизлияниями в вещество головного мозга выпуклой поверхности правой теменно-височной области, с кровоподтеком в области век правого глаза и кровоизлиянием в подлежащих мягких тканях, ссадинами в правой височной области (1) и в области сосцевидного отростка правой височной кости (1), осложнившейся отеком и сдавлением головного мозга.

Данная закрытая тупая внутричерепная травма состоит в прямой причинно-следственной связи со смертью и относится к телесным повреждениям, повлекшим за собой причинение тяжкого вреда здоровью по признаку опасности для жизни. Иные многочисленные причиненные потерпевшей телесные повреждения не состоят в прямой причинно-следственной связи со смертью.

В судебном заседании подсудимый ФИО1 первоначально отрицал свою причастность к преступлению, поясняя, что никаких ударов Г.Г. он не наносил, в дальнейшем после просмотра видеозаписи его допроса в качестве подозреваемого и видеозаписи проверки показаний на месте свою вину в предъявленном обвинении признал частично. Излагая свою версию событий, он пояснил, что 28 ноября 2016 года примерно в обеденное время он распивал спиртные напитки на кухне по месту своего жительства вместе со своей матерью Д.Н., её сожителем Б., жителем поселка А.А. и Г.Г.. Затем он ушёл на работу, а когда вернулся домой, Г.Г. в нетрезвом виде лежала на полу в кухне около дверного проёма в зал, она лежала на спине, голова её была направлена в сторону зала. Каких-либо телесных повреждений на ней не было, кроме старого синяка, который был у неё под глазом, она была в сознании, по её просьбе он дал ей воды. В это время его мать ушла за спиртным в магазин, Б. лежал на полу возле стола в зале, а А.А. лежал в зале на кровати. А.А. ему сказал, что они пытались поднять с пола Г.Г., но так как по комплекции она была женщина крупная и тяжёлая, а они все были пьяные, они поднять её не смогли. Вскоре к ним в квартиру зашел сожитель Г.Г. Т., увидел лежащую на полу Г.Г., поинтересовался тепло ли в доме, после чего сказал, что пусть она проспится у них, также сказал, что об этом он сообщит её сыну Г.. Когда его мать Д.Н. вернулась из магазина и принесла с собой вино, Г.Г. также вместе со всеми, не вставая с пола, пила вино, была в сознании и разговаривала с ними. Распив спиртное, все легли спать. Рано утром в начале восьмого часа он проснулся, Г.Г. лежала на том же месте, она попросила его принести ей воды. Он предложил Г.Г. помочь подняться и лечь на диван, но она сказала, что немного полежит и пойдет домой, после этого он ушел на работу. Домой он вернулся в состоянии алкогольного опьянения примерно ближе к обеду, Г.Г. продолжала лежать на полу. Его разозлило то, что она лежит второй день на полу и не уходит, не дает возможности спокойно войти и выйти из зала, он стал её будить ногой, но она спала и не реагировала. Чтобы её разбудить, он начал наносить ей удары ногами по телу, сколько нанес ударов, не помнит, примерно 2-3 удара он нанес ногой, обутой в резиновые галоши, в область головы с правой стороны в височную часть. После этого он пошел спать, и что происходило дальше, он не помнит. Сослался на то, что убивать Г.Г. не хотел, удары наносил не сильно, просто хотел её разбудить, чтобы она ушла домой.

Вина подсудимого в совершении преступления подтверждается совокупностью собранных по делу допустимых и достоверных доказательств.

Так, потерпевший Г. пояснил в суде, что 29 ноября 2016 года от Т. ему стало известно, что его мать Г.Г. второй день лежит на полу в квартире у соседей Дробышевских. Вместе со своей сожительницей Ч.О. около 17 часов в этот же день они на такси приехали в <адрес>. Когда он зашел в дом Дробышевских, мать лежала на полу, в доме находились Д.Н., её сожитель Б. и ФИО1, все были в нетрезвом виде, в квартире валялись пустые и не допитые винные бутылки. Когда он хотел поднять мать с пола, ФИО1 пытался ему в этом препятствовать, говорил, зачем он её трогает. Поскольку ему было одному сложно поднять мать, он позвонил своему знакомому Ш., он помог перенести мать домой. Когда её переносили, одежда подвернулась, и на теле были видны синяки, мать жаловалась, что ей было больно. В своем доме они положили мать в прихожей, договорившись с Т., что в последующем, когда она очнется, он поможет ей лечь на диван. После этого они с Ч.О. уехали к себе домой в <адрес>. На следующий день Т. позвонил ему и сказал, что мать не приходит в сознание, тогда он снова к ней поехал, ей вызвали скорую помощь, которая отвезла её в больницу. Кто её избил, он не спрашивал, сама она об этом тоже не говорила.

Свидетель Т. в судебном заседании пояснил, что он являлся сожителем Г.Г., 28 ноября 2016 года примерно в обеденное время Г.Г. ушла из дома, не сказав ему, куда она идет. Ближе к вечеру он нашел её в доме у соседей Дробышевских, она в нетрезвом виде лежала на полу в кухне в проходе в зал, что-то бормотала. Он позвал её домой, но она сказала, что идти не может, тогда он решил оставить её, чтобы проспалась, пояснив, что в последнее время Г.Г. злоупотребляла спиртными напитками. Когда на следующий день 29 ноября 2016 года после обеда он зашел в дом Дробышевских, Г.Г. по прежнему лежала на полу в квартире. С той стороны, где у нее под глазом был старый синяк, был виден свежий, из него текла какая-то слизь, когда он пытался её пошевелить, она жаловалась, что ей больно. Также на правой руке были видны следы от ожога или царапины, которых раньше не было. Когда её перенесли домой, и она лежала в прихожей, она просила пить, говорила, что ей больно, пыталась, что- то сказать, но у нее не получалось. Синяки на её теле он увидел только тогда, когда перед приездом скорой помощи её стали переодевать. Когда он заходил в дом Дробышевских на второй день, там находился подсудимый, его мать и её сожитель Б.. Раньше у Г.Г. был конфликт с ФИО1, поскольку он проник в их дом и похитил из него имущество, за что потом был осужден.

Из пояснений в суде свидетеля Ш. следует, что 29 ноября 2016 года ближе к вечеру по просьбе Г. он помогал переносить его мать Г.Г. из дома Дробышевских в дом, где она проживала, по дороге они её не роняли, несли аккуратно, каких-то повреждений на теле он не видел, так как на улице было темно, когда её донесли до дома и положили в прихожей, он сразу ушел.

В судебном заседании свидетель Ч.О. дала показания в целом аналогичные показаниям потерпевшего Г., пояснив также о том, что в доме ФИО3 жаловалась ей, что ей больно, говорила, что у нее сильно болит голова. В это время подсудимый ФИО1 стал выгонять её и Г.Г. из дома, выражался в их адрес нецензурной бранью, кричал, чтобы они убирались из дома.

Как усматривается из пояснений свидетеля Д.Н., 28 и 29 ноября 2016 года она находилась по месту своего жительства в состоянии алкогольного опьянения и недостаточно хорошо помнит детали происходящего. Пояснила, что Г.Г. находилась в их доме 28 и 29 ноября 2016 года, лежала на полу в квартире в нетрезвом виде. При этом указала, что её сын ФИО1 никаких ударов Г.Г. не наносил, он хорошо к ней относился и не мог её так сильно избить, Пояснила, что во время совместного распития спиртных напитков никто не ругался, конфликтов не было, кто мог Г.Г. так сильно избить, что впоследствии она умерла, она не знает.

Свидетель А.А. показал в суде, что 28 ноября 2016 года вместе с Д.Н., Б. и Г.Г. распивал спиртные напитки в квартире Дробышевских, ночевал у них, а утром ушел домой. ФИО1 он вообще не видел в квартире в это время, никаких конфликтов в квартире не происходило, он не видел, чтобы кто-то избивал Г.Г..

Из пояснений свидетеля Ю. в суде следует, что он 29 ноября 2016 года в дневное время заходил домой к Дробышевским, Г.Г. в это время лежала на полу, ФИО1 спал на диване, в доме также находились Д.Н. и Б.. В его присутствии Г.Г. ни на что не жаловалась, конфликтов не происходило, никто её не бил, в квартире он находился не долго, выпил с ними и ушел домой.

Свидетель Е. в суде пояснил, что является сотрудником полиции, 27 января 2017 года подсудимый ФИО1 изъявил желание дать ему явку с повинной, в которой он добровольно указал, что 29 ноября 2016 года в квартире по месту своего жительства нанес ногой лежавшей на полу Г.Г. несколько ударов по туловищу и три удара в правую часть головы. Когда он с ним беседовал, ФИО1 сказал, что его замучила совесть и он решил обо всем рассказать, сказал, что примерно в обеденное время 29 ноября 2016 года вернулся домой в состоянии сильного алкогольного опьянения, его разозлило то, что Г.Г. все также в нетрезвом виде лежит на полу. Тогда он стал её будить, но поскольку она никак не реагировала, он стал наносить ей удары по туловищу и около трех раз ударил ногой в правую височную область головы, а потом пошел спать. Также свидетель пояснил, что до этого ФИО1 неоднократно пытались допросить по данному факту, но это не представлялось возможным, ввиду того, что он постоянно имитировал приступы эпилепсии. Также в дальнейшем стало известно от жителей поселка <данные изъяты> о том, что после того как Г.Г. умерла, ФИО1 уехал в поселок <данные изъяты>, чтобы скрыться от сотрудников полиции.

Допрошенные в судебном заседании свидетели П. и С.В. пояснили, что они были очевидцами того, как в январе 2017 года ФИО1, находясь в нетрезвом состоянии, в центре поселка <данные изъяты> Нестеровского района Калининградской области недалеко от магазина, где они с ним встретились, на вопрос: «Как дела?» громко крикнул: «А я бабку убил («замочил»), а потом сказал, что пошутил.

Свидетель С.А. в судебном заседании подтвердил, что слышал о таком разговоре от П. и С.В., кроме того пояснил, что действительно в январе 2017 года ФИО1 стал проживать в пос. <данные изъяты>.

Изложенное объективно подтверждается письменными материалами дела.

Так, в материалах дела имеются протоколы осмотра места происшествия вместе с фототаблицами к ним от 01 декабря 2016 года и от 02 декабря 2016 года, из которых видно, что местом осмотра являлись квартира <адрес> и дом <адрес>. Из данных протоколов следует, что в ходе осмотра следов борьбы, следов крови не обнаружено. С места происшествия ничего не изымалось (т.1, л.д.7-14, 15-23, 51-57).

Из протокола проверки показаний на месте от 27 января 2017 года, в ходе которого использовалась видеосъёмка, которая просматривалась в судебном заседании, видно, что подсудимый ФИО1 в ходе проверки его показаний на месте с участием адвоката, специалиста-криминалиста подробно показал и пояснил, каким способом он наносил удары Г.Г. (т.1, л.д.161-168).

Из протокола выемки от 27 января 2017 года и фототаблицы к нему следует, что у ФИО1 была изъята пара резиновых галош, в которых он находился 29 ноября 2016 года (т.1, л.д.171-174).

Протоколом осмотра от 20 марта 2017 года была осмотрена данная пара резиновых галош, в дальнейшем постановлением от 20 марта 2017 года они были приобщены к делу в качестве вещественных доказательств (т.1, л.д.227-233).

Как следует из заключения эксперта № от 28 марта 2017 года по экспертизе вещественных доказательств, происхождение крови и клеток на галошах от Г.Г. исключается, но не исключается от ФИО1 (т.1, л.д. 242-245).

Согласно рапорту помощника оперативного дежурного отделения полиции по Нестеровскому району МО МВД России «Гусевский» от 01 декабря 2016 года в 18 часов 35 минут в дежурную часть поступило сообщение от фельдшера скорой помощи ГБУЗ «Нестеровская центральная районная больница» о том, что Г.Г. госпитализирована в ГБУЗ «Областная клиническая больница Калининградской области» с диагнозом: травматическая субдуральная гематома, кома (т.1, л.д.49), а из карты вызова скорой медицинской помощи № от 01 декабря 2016 года следует, что вызов в скорую помощь поступил в 12 часов 15 минут (т.1, л.д.131).

Из имеющегося в материалах дела рапорта старшего оперуполномоченного ОУР УМВД России по городу Калининграду от 02 декабря 2016 года следует, что в помещении отделения реанимации Калининградской областной больницы была проведена проверка сообщения об обнаружении трупа Г.Г., в ходе проверки было установлено, что она скончалась в больнице 02 декабря 2016 года в 08 часов 35 минут (т.1, л.д.70).

Согласно заключению эксперта по экспертизе трупа № от 05 декабря 2016 года при исследовании трупа Г.Г. были обнаружены повреждения в области головы в виде закрытой тупой черепно-мозговой травмы, различные повреждения в области таза и туловища, а также в области верхних и нижних конечностей. Её смерть наступила в результате закрытой тупой внутричерепной травмы с правосторонней субдуральной гематомой (130 мл удалено во время операции, около 40 мл обнаружено во время вскрытия), с кровоизлиянием под мягкую мозговую оболочку выпуклой поверхности правой теменно-височной области и её разрывом, кровоизлияниями в вещество головного мозга выпуклой поверхности правой теменно-височной области, с кровоподтеком в области век правого глаза и кровоизлиянием в подлежащих мягких тканях, ссадинами в правой височной области (1) и в области сосцевидного отростка правой височной кости (1), осложнившейся отеком и сдавлением головного мозга. Данная травма образовалась от не менее двух травматических воздействий твердым тупым предметом (предметами), конструктивные особенности следооставляющей поверхности которого (которых) не отобразились. Вышеназванная травма могла образоваться незадолго до поступления в медицинский стационар. Указанная травма у живых лиц по признаку опасности для жизни квалифицируется как тяжкий вред здоровью и состоит в прямой причинной связи с наступлением смерти. Незадолго до поступления в стационар Г.Г. было причинено не менее 20 травматических воздействий каким-либо тупым твердым предметом (предметами): не менее двух в область головы, как минимум один в область правой половины грудной клетки, как минимум один в область левой половины грудной клетки, не менее двух в область живота, как минимум один в область спины слева, как минимум один в область левой ягодицы, как минимум один в область крыла правой подвздошной кости, как минимум один в область правого плеча, не менее трёх в область правого предплечья, как минимум один в область правой кисти, не менее двух в область левого плеча, как минимум один в область левого предплечья, как минимум один в область правого коленного сустава, как минимум один в область левого коленного сустава (т.1, л.д.26-39).

В соответствии с заключением эксперта № (дополнительная экспертиза по материалам уголовного дела) от 21 апреля 2017 года нельзя исключить, что телесные повреждения, стоящие в прямой причинно-следственной связи с наступлением смерти Г.Г. могли образоваться в срок и при обстоятельствах, указанных ФИО1 в ходе его допроса в качестве обвиняемого от 01 февраля 2017 года, а также при проверке показаний на месте от 27 января 2017 года (т.2, л.д.28-42).

Медицинские экспертные исследования проведены в соответствии с требованиями Федерального закона «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации», с применением соответствующих методик, на основании постановлений следователя, в государственном учреждении специалистом, квалификация которого сомнения не вызывает, в пределах поставленных вопросов, входящих в компетенцию эксперта, которому разъяснены положения ст. 57 УПК РФ и он предупрежден об уголовной ответственности за заведомо ложное заключение.

Заключения данных экспертиз соответствуют требованиям ст. 204 УПК РФ, выводы научно обоснованы, надлежащим образом мотивированы и сомнений не вызывают.

Судебно-медицинский эксперт отдела экспертизы трупов бюро судебно-медицинской экспертизы Калининградской области ФИО14 подтвердила в суде обоснованность выводов проведенных по делу экспертиз, пояснив, что причиненные Г.Г. телесные повреждения, состоящие в прямой причинно-следственной связи со смертью, не свойственны для падения, при вскрытии трупа макро и микро изменений, свидетельствующих о наличии у Г.Г. какой-либо старой травмы головы, при исследовании обнаружено не было, морфологические особенности закрытой тупой внутричерепной травмы, с учетом времени нахождения Г.Г. в стационаре и состояния её здоровья, дают основания полагать, что эта травма могла образоваться незадолго до поступления в стационар, при обстоятельствах, указанных ФИО1 в ходе его допроса в качестве обвиняемого 01 февраля 2017 года, а также при проверке показаний на месте 27 января 2017 года, более точно об этом высказаться не представляется возможным.

Суд принимает за основу показания ФИО1, данные им при допросе в качестве подозреваемого 27 января 2017 года и обвиняемого 01 февраля 2017 года, а также последующие его показания в судебном заседании, поскольку они подробны, последовательны, согласуются как между собой, так и с показаниями свидетелей, потерпевшего, заключением эксперта относительно причинения телесных повреждений Г.Г..

Судом просматривалась видеозапись допроса подсудимого в качестве подозреваемого, было очевидно, что он последовательно и уверенно в присутствии защитника, следователя криминалиста, будучи предупрежденным о том, что его показания в случае отказа от них могут быть использованы в качестве доказательств по делу, рассказывал об обстоятельствах распития спиртных напитков в квартире, о месте нахождения потерпевшей в квартире, о её состоянии, о том, что его разозлило, о том, что он обошел её с правой стороны и начал будить ногой, но она не реагировала, тогда он около 2-3 раз пнул её ногой по голове в височную область с правой стороны, а также стал наносить удары по телу. В судебном заседании подсудимый подтвердил, что данные показания соответствуют действительности и давал он их добровольно.

При просмотре судом видеозаписи проверки показаний на месте также было видно, что подсудимый с демонстрацией своих действий на манекене последовательно показывал, как все происходило, после просмотра видеозаписи он также согласился с последовательностью и содержанием зафиксированных событий.

Доводы подсудимого в судебном заседании о том, что он не хотел убивать Г.Г., о том, что он очень хорошо к ней относился, в связи с чем очень сожалеет о случившемся, а также его доводы о том, что удары ногой по голове он наносил не сильные, просто хотел разбудить её, чтобы она ушла домой, причинять тяжкий вред её здоровью не желал, суд находит несостоятельными.

Суд не может согласить с данными доводами, поскольку полагает, что умысел ФИО1 на причинение тяжкого вреда здоровью подтверждается характером и направленностью его действий: он нанес Г.Г. не менее 2-3 ударов обутой ногой в жизненно важную часть тела - в область головы, причинив закрытую тупую черепно-мозговую травму. Нанося удары в область головы, он осознавал общественную опасность своих действий. Он не желал наступления смерти Г.Г., но при необходимой внимательности и предусмотрительности должен был и мог предвидеть опасные последствия своих действий.

К показаниям в суде свидетелей Д.Н. и А.А. суд относится критически, полагая, что в силу нахождения их в состоянии алкогольного опьянения они не достаточно хорошо помнили детали происходящего.

Судом неоднократно принимались все необходимые меры по вызову и обеспечению явки на судебное разбирательство свидетеля защиты Б. для дачи им показаний, объявлялся его привод, однако это не представилось возможным сделать.

Совокупность приведенных доказательств, характер действий подсудимого, способ совершения преступления и последствия совершенного позволяют суду считать вину подсудимого доказанной и квалифицировать его действия по ч.4 ст.111 УК РФ - умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, повлекшее по неосторожности смерть потерпевшего.

При этом суд не усматривает оснований для какой-либо иной, помимо предусмотренной ч.4 ст. 111 УК РФ, квалификации действий подсудимого.

Доводы защитника о переквалификации действий подсудимого на ч.1 ст. 109 УК РФ суд находит несостоятельными, поскольку локализация причиненных телесных повреждений (область головы), их количество, способ причинения телесных повреждений (резиновые галоши на ногах), то, что удары наносились лежащей на полу и не оказывающей сопротивление потерпевшей, учитывая ее состояние и возраст, - всё это в совокупности свидетельствует о том, что подсудимый имел умысел на причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни потерпевшей, повлекшего по неосторожности ее смерть.

Из заключения амбулаторной судебно-психиатрической экспертизы № от 30 марта 2017 года следует, что ФИО1 хроническим психическим расстройством не страдает, а обнаруживает признаки <данные изъяты>, способность осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими у него не нарушена, в применении принудительных мер медицинского характера он не нуждается.

С учетом изложенного, а также поведения подсудимого ФИО1 в судебном заседании, чьё психическое и физическое состояние не вызывает у суда сомнений во вменяемости, суд признаёт ФИО1 вменяемым лицом, подлежащим уголовной ответственности.

При назначении наказания суд учитывает характер и степень общественной опасности совершенного подсудимым преступления, обстоятельства совершения данного преступления, личность подсудимого, характер и степень общественной опасности ранее совершенного преступления, обстоятельства, в силу которых исправительное воздействие предыдущего наказания оказалось недостаточным, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденного и условия жизни его семьи.

Из имеющихся в деле характеризующих сведений видно, что подсудимый ФИО1 характеризуется посредственно, <данные изъяты>, замечен в употреблении спиртных напитков, в таком состоянии вспыльчив, привлекался к административной ответственности за появление в общественных местах в состоянии алкогольного опьянения, на проводимые беседы реагирует, но выводов не делает.

Обстоятельством, отягчающим наказание подсудимого ФИО1, суд признает совершение данного преступления в состоянии опьянения, вызванного употреблением алкоголя. К выводам о признании в качестве отягчающего обстоятельства совершение данного преступления в состоянии опьянения, вызванного употреблением алкоголя, суд приходит с учетом характера и степени общественной опасности преступления, обстоятельств его совершения, влияния состояния опьянения на поведение подсудимого, а также личности виновного, полагая, что состояние алкогольного опьянения способствовало совершению данного преступления.

Других отягчающих наказание подсудимого обстоятельств по делу нет.

К обстоятельствам, смягчающим наказание подсудимого ФИО1, в соответствии с требованиями ст.61 УК РФ суд относит частичное признание подсудимым своей вины, раскаяние в содеянном, явку с повинной, его молодой возраст.

Суд признает явку с повинной как смягчающее обстоятельство, поскольку подсудимый в судебном заседании согласился с данной явкой, сказал, что давал её добровольно, несмотря на то, что давал её в отсутствие защитника.

Учитывая фактические обстоятельства преступления и степень его общественной опасности суд не находит оснований для изменения категории преступления на менее тяжкую в соответствии с ч.6 ст.15 УК РФ.

Подсудимый ФИО1 совершил преступление, относящееся к категории особо тяжких, в период испытательного срока при условном осуждении за преступление, предусмотренное п. «а» ч.3 ст. 158 УК РФ, относящееся к категории тяжких, по приговору Нестеровского районного суда Калининградской области от 19 августа 2015 года (потерпевшей по данному делу являлась Г.Г.).

В соответствии с ч. 5 ст. 74 УК РФ в случае совершения условно осужденным в течение испытательного срока умышленного тяжкого или особо тяжкого преступления суд отменяет условное осуждение и назначает ему наказание по правилам, предусмотренным статьей 70 настоящего Кодекса.

ФИО1 совершил особо тяжкое преступление, имеющее высокую степень общественной опасности, направленное против жизни и здоровья, в период условного осуждения, что свидетельствует о том, что он не сделал должных выводов и на путь исправления не встал.

В связи с этим суд приходит к выводу, что для достижения целей и задач наказания его исправление возможно лишь в условиях изоляции от общества с назначением наказания, связанного с лишением свободы, но без применения дополнительного наказания в виде ограничения свободы.

Гражданский иск по делу не заявлен.

При решении вопроса о вещественных доказательствах суд исходит из положений статей 81, 82 УПК РФ.

В соответствии с ч.1 ст.132 УПК РФ процессуальные издержки взыскиваются с осужденных или возмещаются за счет средств федерального бюджета.

Оснований для возмещения процессуальных издержек в виде сумм, выплаченных защитнику по назначению, с подсудимого ФИО1 за счет федерального бюджета не имеется, оснований для освобождения его от возмещения процессуальных издержек как полностью, так и частично, суд не усматривает.

В связи с этим с ФИО1 подлежит взысканию за осуществление защиты по назначению адвокатом Вербицкой Е.А. на предварительном следствии сумма 7 700 рублей и в суде сумма 2 750 рублей, всего подлежит взысканию 10 450 рублей.

Руководствуясь ст. ст. 307-309 УПК РФ, суд

п р и г о в о р и л:

ФИО1 признать виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 111 УК РФ, и назначить ему наказание в виде 06 (шести) лет 6 (шести) месяцев лишения свободы.

В соответствии с ч.5 ст. 74 УК РФ условное осуждение, назначенное ФИО1 по приговору Нестеровского районного суда Калининградской области от 19 августа 2015 года, отменить и к назначенному наказанию в соответствии со ст. 70 УК РФ по совокупности приговоров частично присоединить неотбытое наказание по вышеуказанному приговору, и окончательно определить наказание в виде 07 (семи) летлишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Меру пресечения ФИО1 до вступления приговора суда в законную силу оставить без изменения - заключение под стражу.

Срок наказания ФИО1 исчислять со дня постановления приговора, зачесть в срок отбытия наказания время содержания ФИО1 под стражей с 27 января 2017 года по 05 июля 2017 года включительно.

Вещественные доказательства: одна пара галош, принадлежащих ФИО1, хранящиеся в камере хранения вещественных доказательств Нестеровского районного суда Калининградской области, - уничтожить.

Взыскать с ФИО1 в доход федерального бюджета процессуальные издержки за участие защитника по назначению на предварительном следствии и в суде в размере 10 450 (десять тысяч четыреста пятьдесят) рублей.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Калининградского областного суда через Нестеровский районный суд в течение 10 суток со дня постановления приговора, а осужденным ФИО1, содержащимся под стражей, в течение 10 суток с момента вручения приговора.

В случае подачи апелляционной жалобы осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции, заявив об этом в своей апелляционной жалобе, либо в течение 10 дней со дня получения копии апелляционного представления, копии апелляционной жалобы, затрагивающих его интересы.

Кроме этого осужденный вправе пригласить защитника для участия в рассмотрении дела судом апелляционной инстанции либо ходатайствовать перед судом о назначении защитника, либо о рассмотрении дела без защитника, о чем должен в письменном виде сообщить в суд, постановивший приговор в течение 10 суток со дня вручения ему копии приговора, либо копии апелляционного представления, апелляционной жалобы.

Судья В.А. Белехова