Апелляционное постановление № 22-4732/2020 от 21 сентября 2020 г. по делу № 1-21/2020

судья Стерлев А.В. дело №


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

ДД.ММ.ГГГГ <адрес>

Судья <адрес>вого суда ФИО11

при секретаре ФИО3,

с участием прокурора ФИО4, осужденного ФИО1 и его защитника адвоката ФИО5,

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу адвоката ФИО5 в интересах осужденного ФИО1 на приговор Грачевского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, которым

ФИО1, родившийся ****, гражданин РФ, проживающий по адресу: ********, несудимый,

осужден по ч. 3 ст. 264 УК РФ к лишению свободы на срок 2 года 6 месяцев с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортным средством, на срок 2 года, с отбыванием основного наказания в колонии-поселении;

определен самостоятельный порядок следования осужденного к месту отбывания основного наказания в соответствии с предписанием, выданным территориальным органом уголовно-исполнительной системы;

мера пресечения в отношении осужденного до вступления приговора в законную силу оставлена без изменения – в виде подписки о невыезде;

взысканы с ФИО1 в пользу К. А.С. в счет компенсации морального вреда сумму в размере **** рублей, расходы, связанные по оплате юридических услуг в размере **** рублей;

производство по гражданскому иску потерпевшего К.А.С. в части взыскания материального ущерба, оставлено без рассмотрения;

разрешен вопрос о вещественных доказательствах.

Изложив кратко содержание приговора, существо апелляционной жалобы и возражений на нее, заслушав выступления осужденного и адвоката в поддержку жалоб, мнение прокурора об оставлении приговора без изменения,

УСТАНОВИЛ:

при обстоятельствах, изложенных в приговоре, признан виновным в том, что ****** он, управляя автомобилем марки «***» с государственным регистрационным знаком *****, допустил нарушение правил дорожного движения (далее - ПДД), приведшее к наезду на пешехода К. А.А. и повлекшее по неосторожности смерть потерпевшей.

В апелляционной жалобе и дополнении к ней адвокат ФИО5 считает приговор незаконным, необоснованным, несправедливым в связи с несоответствием выводов суда фактическим обстоятельствам дела, существенными нарушениями уголовно-процессуального и уголовного закона. Вина ФИО1 не доказана.

Обвинение построено лишь противоречивых и непоследовательных показаниях свидетеля А. ФИО6 А. А.В. противоречат заключению судебно-медицинской экспертизы от ДД.ММ.ГГГГ, поскольку при повороте головы удар не мог приходиться в левую часть головы. Суд отказал в приобщении диска с видеозаписью, где свидетель А. А.В. сообщает, что он дал такие показания, потому что ему было неудобно перед родителями девочки, что он не усмотрел за ней. На самом деле он не видел момента дорожно-транспортного происшествия.

ФИО7В., К. А.С., К. Е.А., К. С.И. не были очевидцами дорожно-транспортного происшествия.

Заключение эксперта от ДД.ММ.ГГГГ указывает лишь на то, что автомобиль был в исправном состоянии, но не подтверждает вину ФИО1

Осужденный не имел технической возможности остановить автомобиль, ребенок выбежал из-за автобуса резко, и было чуть больше двух секунд и для прохождения ребенка от автобуса до места столкновения. После двух следственных экспериментов проведена экспертиза, по результатам которой был получен ответ, что ФИО1 не имел возможности остановить автомобиль, однако следователь оставил данные о видимости из автомобиля из второго следственного эксперимента, а временные рамки взял из первого следственного эксперимента, где не проверялись ни момент видимости, ни движение автомобиля, а замерялись временные рамки. По результатам сложения двух следственных экспериментов была проведена экспертиза, в заключении которой на момент разворота были добавлены пару доли секунд и эксперт дал ответ, что осужденный располагал технической возможностью остановиться. Комиссионная экспертиза была проведена уже по новым сведениям, что ребенка было видно до момента движения автобуса, а первый следственный эксперимент был проведен по показаниям, что автомобиль двигался, ребенок вышел из-за автомобиля и произошло столкновение.

За автобусом находилось препятствие в виде груды гравийно-песчаной смеси. Во время проведения следственного эксперимента высота груды уменьшилась на 30-40 %, что подтверждается показаниями свидетеля А. ФИО8 груды была полтора метра, ребенок был ростом один метр шестьдесят сантиметров, что говорит о том, что ребенка могло быть не видно. Диск с фотографиями места происшествия не был исследован экспертом, поскольку последним лицом, опечатавшим диск, был следователь.

Не было выяснено, стояла ли потерпевшая весь период времени у автобуса или подошла к нему, когда ФИО1 был ближе к автобусу, чем расстояние в 69 метров, на каком расстоянии был ФИО1 от места совершения дорожно-транспортного происшествия.

При осмотре автомобиля выявлены механические повреждения. Протокол подтверждает показания ФИО1 о том, что удар был причинен зеркалом. То есть, дорожно-транспортное происшествие было совершено в тот момент, когда ФИО1 уже проезжал, а ребенок выбежал.

Не учтены в полной мере данные, характеризующие личность осужденного, а именно: наличие на иждивении троих детей, не судимого, а также не учтено отсутствие сведений, которые могли бы характеризовать его с отрицательной стороны.

Просит приговор отменить, вынести оправдательный приговор.

В возражениях на апелляционную жалобу представитель потерпевшего адвокат ФИО9 считает приговор законным, обоснованным и справедливым. Позиция стороны защиты направлена на избежание уголовной ответственности. Единственным очевидцем дорожно-транспортного происшествия был А. А.В., который дал последовательные показания. В ходе предварительного следствия были проведены следственные эксперименты, протоколам которых судом дана надлежащая правовая оценка. Заключение судебно-медицинской экспертизы подтверждает лишь факт наличия у потерпевшей телесных повреждений, полученных в дорожно-транспортном происшествии. Наличие груды гравийно-песчаной смеси не имеет отношения к видимости пешехода. При проведении следственного эксперимента на определение видимости и различимости пешехода, с участием осужденного, представителя потерпевшего и понятых, было достоверно установлено, что при соблюдении ПДД, ФИО1 должен был видеть ребенка, который двигался к проезжей части дороги, но проявил невнимательность. Осужденный не явился ни на одно из судебных заседаний. Находясь под подпиской о невыезде, осужденный совершил административное правонарушение, связанное с управлением автотранспортными средствами, что отрицательно его характеризует. Просит приговор оставить без изменения.

В силу ч. 7 ст. 389.13 УПК РФ апелляционное рассмотрение произведено без проверки доказательств, исследованных судом первой инстанции, что, однако, не лишает суд апелляционной инстанции права ссылаться на них.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционных жалоб, суд апелляционной инстанции считает следующее.

Вопреки жалобам стороны защиты выводы суда о виновности ФИО1 соответствуют фактическим обстоятельствам дела и основаны на доказательствах, исследованных в судебном заседании, подробно изложенных и надлежаще оцененных судом в приговоре.

В частности, в приговоре отражен анализ:

показаний свидетелей, в том числе ФИО10, непосредственно присутствующего на месте происшествия;

заключений экспертов от ДД.ММ.ГГГГ№, от ДД.ММ.ГГГГ №, от ДД.ММ.ГГГГ №, от ДД.ММ.ГГГГ №;

протокола осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ, отражающего участок местности, где произошло дорожно-транспортное происшествие;

протоколов осмотра предметов от ДД.ММ.ГГГГ и от ДД.ММ.ГГГГ;

протокола выемки от ДД.ММ.ГГГГ;

протоколов следственных экспериментов от 09 февраля, 12 марта и ДД.ММ.ГГГГ

Суд дал надлежащую оценку доводам стороны защиты и обвинения, исследованным в судебном заседании, и с соблюдением п. 2 ст. 307 УПК РФ привел мотивы, по которым отверг эти доводы, признал достоверными одни доказательства и отверг другие.

В частности, приговор содержит оценку показаниям свидетеля А. А.В. в части того, что в момент дорожно-транспортного происшествия К. А.А. была повернута к двигающемуся автомобилю и соответственно к нему лицом. Согласно выводам заключения эксперта от ДД.ММ.ГГГГ №, в момент первичного удара К. А.А. была обращена левой боковой поверхностью тела к автомобилю. При установленных обстоятельствах суд первой инстанции обоснованно в этой части показания свидетеля отверг.

Вопреки доводам апелляционной жалобы адвоката ФИО5, у суда апелляционной инстанции также нет оснований сомневаться в остальной части показаний свидетеля А. А.В., поскольку они последовательны, логичны, и при их сопоставлении в главном и целом совпадают между собой в деталях. Судом обосновано не установлено обстоятельств, указывающих на наличие у А. А.В. причин оговаривать ФИО1

Суд обоснованно расценил показания осужденного о том, что он не видел потерпевшую, как способ защиты, поскольку как следует из показаний свидетеля А. А.В., К. А.А. перед дорожно-транспортным происшествием простояла на проезжей части три секунды.

Вопреки доводам жалобы адвоката ФИО5 о том, что судом необоснованно отказано в приобщении диска с показаниями свидетеля А. А.В., суд апелляционной инстанции считает следующее. Суд первой инстанции, разрешив его при постановлении приговора, обоснованно указал, что процессуальных оснований для его удовлетворения не имеется.

Вопреки доводам жалобы адвоката о том, что заключение эксперта от ДД.ММ.ГГГГ № говорит о том, что в дорожно-транспортной обстановке ФИО1 не располагал технической возможностью снижения скорости (экстренным торможением) и предотвращения наезда на пешехода, суд апелляционной инстанции считает следующее.

После установления и получения всех данных и обстоятельств по уголовному делу следователем была назначена комиссионная экспертиза, согласно заключения которой (от ДД.ММ.ГГГГ №) ФИО1 должен был вести автомобиль со скоростью, не превышающей установленное в населенных пунктах ограничение 60 км/ч, а при возникновении опасности для движения с целью предотвращения происшествия должен был принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства, т.е. должен был действовать в соответствии с требованиями пунктов: 10.1 и 10.2 ПДД РФ.

Согласно заключению экспертизы ФИО1 располагал технической возможностью снижением скорости (экстренным торможением) остановиться до места наезда и предотвратить наезд на К. А.А. в момент возникновения опасности для движения и при исходных данных, указанных в постановлении о назначении экспертизы, как при фактической (превышенной) скорости движения 70 км/ч, так и при разрешенной в населенном пункте скорости, не превышающей 60 км/ч. Скорость водителя составляла 70 км/ч. При этом, ФИО1 располагал технической ложностью снижением скорости (экстренным торможением) остановиться и предотвратить наезд на К. А.А. в заданный момент возникновения опасности для движения и при исходных данных, как три фактической (превышенной) скорости движения 70 км/ч, так и при разрешенной в населенном пункте скорости, не превышающей 60 км/ч.

При этом суд апелляционной инстанции исходит из того, что эксперт располагал материалами уголовного дела, а в ходе производства экспертизы эксперт не ходатайствовал о предоставлении ему дополнительных материалов, необходимых для дачи заключения.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, диск с видеозаписью, просмотренный в ходе судебного следствия, был приобщен к материалам уголовного дела в соответствии с требованиями ст. 154 УПК РФ, в связи с чем суд апелляционной инстанции не может принять доводы защиты в части недопустимости в качестве доказательства по делу заключения эксперта в связи с использованием названного диска в ходе экспертизы.

Иные доводы, приведенные защитником в апелляционной жалобе в части оспаривания экспертного заключения как доказательства по делу, о недостоверности выводов эксперта не свидетельствуют, наличие оснований, предусмотренных ст. 75 УПК РФ, для признания данного доказательства недопустимым, не подтверждают.

Заключение экспертизы от ДД.ММ.ГГГГ № является обоснованным и научно-мотивированным, а компетентность эксперта не вызывает сомнений.

Судом было достоверно установлено, что органами предварительного расследования полно, точно и подетально на основании протокола осмотра места происшествия, с участием понятых, в ходе нескольких следственных экспериментов (также с участием понятых) установлены все обстоятельства произошедшего. От понятых замечаний не поступало.

Следственный эксперимент от ДД.ММ.ГГГГ проводился с целью определения конкретной видимости пешехода из автомобиля когда К. А.А. располагалась до автобуса и до момента ее столкновения с автомобилем, и для того, чтобы установить, мог ли ФИО1 видеть ее ноги из-под автобуса, а также путь ее движения к месту столкновения. Все полученные данные внеслись в постановление о назначении экспертизы. Статиста выбирали сходного по возрасту, телосложению, росту, весу. Одежда, которая была на погибшей, такая же была на статисте.

Таким образом, доводы апелляционной жалобы адвоката о том, что ФИО1 не видел К.А.А. подлежат отклонению, как необоснованные.

Вопреки доводам апеллянта, в судебном заседании суда первой инстанции было достоверно установлено, что гравийно-песчаная груда находилась между автобусом, стоящим на обочине и домом и видимость под автобусом и на проезжую часть не ограничивала.

Судебное следствие проведено полно и объективно, с соблюдением принципа состязательности сторон. Нарушений норм уголовно-процессуального закона, влекущих за собой отмену приговора, по делу не допущено.

Фактические обстоятельства дела судом установлены правильно и полно изложены в приговоре.

Действия ФИО1 судом правильно квалифицированы по ч. 3 ст. 264 УК РФ.

Правильно квалифицировав действия ФИО1, суд с учетом совокупности обстоятельств, влияющих на назначение наказания, с соблюдением ст. ст. 6, 43, 60, 61 УК РФ справедливо назначил осужденному основное наказание в виде лишения свободы на определенный срок, приведя мотивы об этом, и дополнительное наказание ввиду его обязательности.

Вопреки доводам адвоката суд, при назначении вида и меры наказания ФИО1 принял во внимание характер, степень общественной опасности содеянного, его личность, обстоятельства смягчающие наказание, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи.

Судом обоснованно учтено, что ФИО1 на учетах у врачей психиатра и нарколога не состоит.

Не установив отягчающих по делу обстоятельств, суд отнес к обстоятельствам, смягчающим наказание наличие малолетних детей, оказание помощи потерпевшей непосредственно после совершения преступления.

Таким образом, учтены все обстоятельства, указанные адвокатом ФИО5 в апелляционной жалобе.

При этом суд первой инстанции правомерно не нашел оснований для применения положений ст. ст. 64 и 73 УК РФ.

Исходя из фактических обстоятельств преступления и степени его общественной опасности, суд правомерно не счел возможным изменение категории преступления на менее тяжкую в соответствии с ч. 6 ст. 15 УК РФ.

Принимая во внимание обстоятельства совершенного осужденным преступления, суд апелляционной инстанции не считает возможной замену лишения свободы принудительными работами в порядке ст. 53.1 УК РФ.

Нарушений уголовного и уголовно-процессуального законов, влекущих отмену приговора, по делу не допущено.

А потому апелляционная жалоба адвоката ФИО5 не подлежит удовлетворению.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 389.13, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

приговор Грачевского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО1 оставить без изменения, а апелляционную жалобу адвоката - без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в вышестоящий суд в порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ.

Судья

Мотивированное решение изготовлено ДД.ММ.ГГГГ