Решение № 12-187/2018 от 14 августа 2018 г. по делу № 12-187/2018

Судья Трудолюбова Е.И. Дело № 12-187/2018


РЕШЕНИЕ

Судья Верховного Суда Удмуртской Республики Сентякова Н. Н., рассмотрев в открытом судебном заседании в городе Ижевске Удмуртской Республики 15 августа 2018 года жалобу ФИО1 на постановление судьи Якшур-Бодьинского районного суда Удмуртской Республики от 12 июля 2018 года, которым производство по делу об административном правонарушении, предусмотренном статьей 6.1.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (далее – КоАП РФ) в отношении ФИО2 прекращено за отсутствием в его действиях состава административного правонарушения,

установила:

1 ноября 2017 года младшим лейтенантом полиции УУП ОМВД России по Якшур-Бодьинскому району в отношении ФИО2 был составлен протокол об административном правонарушении, предусмотренном статьей 6.1.1 КоАП РФ.

По результатам рассмотрения данного протокола судья районного суда постановил указанное выше решение.

Не согласившись с постановлением, ФИО1 обратилась с жалобой в Верховный Суд Удмуртской Республики, в которой просила постановление судьи отменить, направить материалы дела в ОМВД России по Якшур-Бодьинскому району УР для проведения административного расследования. В качестве оснований для отмены постановления указывает, что судьей при вынесении постановления были нарушены нормы материального и процессуального права, а именно протокол об административном правонарушении и другие материалы дела должны были быть направлены на рассмотрение мировому судье судебного участка Якшур-Бодьинского района Удмуртской Республики, поскольку фактически административного расследования уполномоченным должностным лицом проведено не было. Обращает внимание, что вина ФИО2 в совершении административного правонарушения подтверждается психологическим заключением в отношении малолетнего ФИО3, который присутствовал при противоправных действиях ФИО2 в отношении нее, а также подтверждается выводами, изложенными в заключение эксперта № от 18 сентября 2017 года, в котором указано о телесных повреждениях ФИО1 Также указывает, что 15 сентября 2017 года она как хозяйка помещения и участка земли присутствовала при осмотре места происшествия участковым до вечера и не смогла попасть на прием к судебно-медицинскому эксперту в тот же день, поскольку рабочий день эксперта был окончен. При этом в этот же день она обратилась с жалобами на телесные повреждения в скорую помощь, где указанные телесные повреждения, причиненные ей ФИО2, были зафиксированы медицинским работником. Однако дежурным врачом ошибочно написано «телесные повреждения в виде кровоподтеков на левом и правом предплечье» должно быть написано «на обоих плечах, в средней трети кровоподтеки размером до 5х10см». 16 и 17 сентября 2017 года были выходными днями, в которых судебно-медицинский эксперт не работал, поэтому она обратилась к судебно-медицинскому эксперту лишь 18 сентября 2017 года. Показания свидетеля ФИО4 соответствуют показаниям свидетеля ФИО5 и ее показаниям и согласуются с выводами психологического заключения в отношении малолетнего ребенка. Указывает, что ФИО2 является представителем ФИО6 по трем гражданским дела и поэтому она заинтересована в положительном исходе дела и не заинтересована в привлечении его к административной ответственности. Полагает, что аудиозапись, приобщенная к материалам дела, является недопустимым доказательством по делу.

Изучив доводы жалобы, выслушав потерпевшую ФИО1 поддержавшую доводы жалобы, ФИО2 и его защитника Коробейникова М.С. (доверенность от 23 января 2018 года сроком на пять лет), полагавших жалобу необоснованной, проверив материалы дела, прихожу к следующим выводам.

Согласно статье 6.1.1 КоАП РФ нанесение побоев или совершение иных насильственных действий, причинивших физическую боль, но не повлекших последствий, указанных в статье 115 Уголовного кодекса Российской Федерации, если эти действия не содержат уголовно наказуемого деяния, влечет наложение административного штрафа в размере от пяти тысяч до тридцати тысяч рублей, либо административный арест на срок от десяти до пятнадцати суток, либо обязательные работы на срок от шестидесяти до ста двадцати часов.

Объективную сторону данного правонарушения образует совершение любых насильственных действий в отношении потерпевшего, которые повлекли физическую боль, но не причинили легкого вреда здоровью и не содержат признаков уголовно наказуемого деяния.

Из протокола об административном правонарушении от 1 ноября 2017 года, составленного младшим лейтенантом полиции УУП ОМВД России по Якшур-Бодьинскому району следует, что 15 сентября 2017 года около 10 часов 30 минут ФИО2, находясь в кухонном помещении по адресу: <...> а, толкал и хватал за предплечья ФИО1, чем совершил иные насильственные действия, причинившие физическую боль.

Предметом доказывания в рамках рассматриваемого дела является: факт совершения насильственных действий ФИО2 в отношении потерпевшей ФИО1; причинение насильственными действиями физической боли потерпевшей ФИО1; причинно-следственная связь между насильственными действиями, совершенными ФИО2 в отношении потерпевшей ФИО1, и последствиями в виде физической боли, причиненной потерпевшей.

Приходя к выводу об отсутствии в действиях ФИО2 состава административного правонарушения, судья районного суда, проанализировав показания потерпевшей, объяснения свидетелей, психологическое заключение МБДОУ «Детский сад №1», аудиозапись, пришел к выводу об отсутствии неопровержимых выводов о том, что со стороны ФИО2 в отношении ФИО1 имело место нанесение иных насильственных действий, причинивших физическую боль, но не повлекших последствий, указанных в статье 115 УК РФ.

Очевидных доказательств того, что именно от действий ФИО2 у потерпевшей ФИО1 появились телесные повреждения не представлено.

С указанными выводами судьи первой инстанции полагаю возможным согласиться, поскольку они основаны на верной оценке имеющихся в материалах доказательств, в соответствии с требованиями статьи 26.11 КоАП РФ.

Так, из материалов дела усматривается, что ФИО2 последовательно, в том числе и в суде, не признавал себя виновным в совершении насильственных действий, причинивших физическую боль ФИО1 и пояснял, что в момент конфликта между ФИО1 и ФИО6 пытался встать между ними и отодвинуть их плечом друг от друга. В это время ФИО1 хватала ФИО6, возможно и ФИО6 хваталась за ФИО1, чтобы не упасть и от этого у нее могли возникнуть телесные повреждения. При этом все время в руках он держал посуду.

Непосредственным свидетелем конфликта между ФИО2 и ФИО1 являлась ФИО6, которая утверждала о том, что ФИО2 пытался предотвратить противоправные действия ФИО1 в отношении нее, которая вела себя агрессивно, толкала, хватала за руки и за предплечья, причиняя ей физическую боль. ФИО2, держа тарелки в руках, встал между ней с ФИО1, чтобы предотвратить противоправный действия ФИО1

Такое развитие событий подтвердили и свидетели ФИО7 и ФИО8, указав, что поводом к конфликту послужило грубое и недостойное поведение ФИО1, которая кричала, толкала, выталкивала и хватала за плечи ФИО2 и ФИО6 При этом, ФИО2 никаких насильственных действий не применял, чтобы ФИО1 не хваталась за ФИО6, ФИО2, держа в руках тарелки, пытался встать между ними.

Судья районного суда обоснованно отнесся критически к показаниям ФИО5, поскольку он является супругом ФИО1 и его можно отнести к заинтересованным в исходе дела лицам.

А также к показаниям ФИО4, оценив его объяснения, данные им 4 апреля 2018 года, поскольку они противоречивы, непоследовательны и расходились с показаниями других свидетелей.

Таким образом, из опрошенных объяснений свидетелей не следует, что ФИО2 причинял повреждения либо иные насильственные действия в отношении ФИО1

Согласно заключению эксперта № от 18 сентября 2017 года у потерпевшей ФИО1 установлены следующие повреждения: кровоподтеки на плечах, характерные для действия твердого тупого предмета, механизм образования и срок причинения которых не противоречит обстоятельствам, изложенным в постановлении. Данные телесные повреждения вреда здоровью не причинили.

При осмотре потерпевшей 15 сентября 2017 года в БУЗ УР «Якшур-Бодьинская РБ МЗ УР» дежурным врачом у ФИО1 были обнаружены множественные кровоподтеки на обоих предплечьях, ссадина в области левой лопатки, в с/з обоих предплечий кровоподтеки размером до 5x10 см.

Как видно из заключения эксперта № 184 от 18 сентября 2017 года и медицинской справки от 15 сентября 2017 года, выданной БУЗ УР «Якшур-Бодьинская РБ М3 УР», результаты освидетельствования ФИО1 отличаются от друга по локализации и размерам обнаруженных телесных повреждений. Кроме того, наличие имеющихся повреждений на теле ФИО1, не соответствует тем действиям со стороны ФИО2, которые были вменены ему в вину, в отношении ФИО1 и при которых могли они образоваться.

Таким образом, судья районного суда сделал правильный вывод о том, что материалы дела не содержат каких-либо документальных сведений, что именно от действий ФИО2 появились телесные повреждения у потерпевшей ФИО1

К справке врача ФИО9 от 27 июля 2018 года об ошибочности описанных 15 сентября 2017 года повреждений у ФИО1 необходимо отнесись критически, поскольку данная справка выдана через значительный промежуток времени после событий 15 сентября 2017 года. При этом достоверность описанных в справке от 27 июля 2018 года повреждений ФИО1, полученных 15 сентября 2017 года, подвергается сомнению, так как не представлена заверенная выписка из журнала первичного осмотра потерпевшей в БУЗ УР «»Якшур-Бодьинская РБ МЗ УР».

При таких обстоятельствах, оценив в совокупности имеющиеся доказательства, судья районного суда пришел к правильному выводу об отсутствии в действиях ФИО2 состава административного правонарушения, предусмотренного статьей 6.1.1 КоАП РФ.

Ссылка в жалобе на то, что протокол об административном правонарушении и другие материалы дела в отношении ФИО1 должны были быть направлены на рассмотрение мировому судье судебного участка Якшур-Бодьинского района Удмуртской Республики, не может быть принята во внимание.

Из смысла абзаца 7 пункта 3 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 марта 2005 года N 5 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при применении Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях» следует, что в случае, если административное расследование проводилось, то дело подлежит рассмотрению судьей районного суда.

Согласно материалам дела, 15 сентября 2017 года Отделом МВД России по Якшур-Бодьинскому району было вынесено определение о возбуждении дела об административном правонарушении и проведении административного расследования.

Должностными лицами Отдела МВД России по Якшур-Бодьинскому району фактически проводилось административное расследование, поскольку была назначена и проведена судебно-медицинская экспертиза тяжести вреда здоровью потерпевшей, проводились иные процессуальные действия, в том числе опросы потерпевшей, ФИО2, 1 ноября 2017 года должностным лицом составлен протокол об административном правонарушении, предусмотренном статьей 6.1.1 КоАП РФ, в отношении ФИО2, что в соответствии с частью 3 статьи 28.5 КоАП РФ свидетельствует об окончании административного расследования.

В связи с чем, довод о подведомственности данного дела мировому судье подлежит отклонению.

Довод жалобы о том, что вина ФИО2 в совершении административного правонарушения подтверждается психологическим заключением в отношении малолетнего ФИО3, который присутствовал при противоправных действиях ФИО2, не может являться основанием для отмены судебного постановления, поскольку из представленного психологического заключения педагога-психолога не представляется возможным сделать однозначный вывод о том, что ФИО2 причинял ФИО1 физическую боль и хватал ее за плечи. В заключении упоминается лишь то обстоятельство, что «ребенок испугался дядю, который держал его маму». Кроме того, из объяснений свидетелей следует, что в момент конфликта детей рядом не было, они играли на улице.

Доводы жалобы о том, что вина ФИО2 в совершении административного правонарушения подтверждается выводами, изложенными в заключение эксперта № 184 от 18 сентября 2017 года, проверялись судом первой инстанции при рассмотрении дела по существу, и суд обоснованно пришел к выводу об их несостоятельности, поскольку присутствуют противоречия в части локализации обнаруженных телесных повреждений в заключение эксперта, показаний ФИО1 и медицинской справки, а также промежуток времени после описываемых событий и обращением к эксперту.

Ссылка в жалобе на причины позднего обращения в экспертную организацию, подлежат отклонению, поскольку не влияет на правильность выводов суда.

Указание в жалобе на то, что ФИО2 является представителем ФИО6 по трем гражданским дела и поэтому она заинтересована в положительном исходе дела и не заинтересована в привлечении его к административной ответственности, не может являться основанием для отмены судебного постановления, поскольку не основан на законе.

Вместе с тем, ссылка в жалобе на то, что приобщенная аудиозапись к материалам дела не является допустимым доказательством по делу, заслуживает внимание, так как установить, когда, кем и при каких обстоятельствах она была сделана, не представляется возможным. Следовательно, аудиозапись подлежит исключению из числа доказательств по настоящему делу.

Жалоба не содержит доводов, влекущих отмену или изменение принятого по делу постановления по делу об административном правонарушении. Постановление является законным и обоснованным, существенных процессуальных нарушений при его принятии не допущено.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 30.2 - 30.9 КоАП РФ,

решила:

постановление судьи Якшур-Бодьинского районного суда Удмуртской Республики от 12 июля 2018 года, которым производство по делу об административном правонарушении, предусмотренном статьей 6.1.1 КоАП РФ в отношении ФИО2 прекращено за отсутствием в его действиях состава административного правонарушения оставить без изменения, жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

Судья Верховного Суда

Удмуртской Республики Н.Н. Сентякова

Копия верна: Судья