Приговор № 1-472/2017 от 19 декабря 2017 г. по делу № 1-472/2017

Дело № 1-472/2017


ПРИГОВОР

Именем Российской Федерации

20 декабря 2017 года г. Серпухов Московской области

Серпуховский городской суд Московской области в составе:

председательствующего судьи Дворягиной О.В.,

с участием государственного обвинителя – старшего помощника Серпуховского городского прокурора Кравчука В.В.,

защитника Семикозова В.С., имеющего регистрационный №50/5935 в реестре адвокатов Московской области, представившего удостоверение <номер> и ордер <номер> от 27.11.2017г. Адвокатского кабинета № 1310 Адвокатской палаты Московской области,

потерпевшего Х.,

подсудимого ФИО1,

при секретаре Домрачевой Е.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело в отношении ФИО1, родившегося <дата> в <адрес>, гражданина Украины, зарегистрированного по <адрес>, проживающего по <адрес>, холостого, на иждивении имеющего несовершеннолетнего ребенка, не работающего, имеющего среднее специальное образование, на территории РФ невоеннообязанного, ранее не судимого, под стражей по настоящему делу содержащегося с 23.06.2017 г.,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 105 УК РФ,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 совершил убийство, то есть умышленное причинение смерти другому человеку.

Преступление совершено при следующих обстоятельствах.

08 июня 2017 года в период времени с 08 часов 00 минут по 14 часов 00 минут, более точное время не установлено, ФИО1 совместно с Т., с которой проживал и вел общее хозяйство, и Ф. находился в квартире С., расположенной по <адрес>, где в помещении кухни с указанными лицами распивал спиртное.

В ходе совместного распития спиртного, С., будучи в состоянии алкогольного опьянения, в присутствии ФИО1, высказал Ф. претензии по поводу пропажи денег из дома. Данное обстоятельство не понравилось ФИО1, который посчитал их необоснованными и, не желая присутствия С. в кухне, проводил последнего в жилую комнату, где уложил на диван. Затем ФИО1 вернулся в помещение кухни, где вместе с Т. и Ф. продолжили распивать спиртное. Несколько раз С. выходил из комнаты и, обращаясь к ФИО1, требовал от последнего покинуть его квартиру. В результате этого у ФИО1, находившегося в состоянии алкогольного опьянения, из чувства внезапно возникшей личной неприязни к С., возник преступный умысел, направленный на совершение убийства, то есть умышленного причинения смерти С., с целью прекращения ранее высказанных последним требований покинуть его дом.

Реализуя свой преступный умысел, направленный на убийство С., ФИО1, в вышеуказанный период времени, находясь в квартире по вышеуказанному адресу, отвел последнего в жилую комнату, после чего вернулся в кухню, где взял со стола нож хозяйственно-бытового назначения, с которым прошел в комнату, где в продолжении реализации своего преступного умысла, удерживая нож в левой руке, действуя умышленно, осознавая общественную опасность и противоправность своих действий, предвидя возможность и неизбежность наступления общественно-опасных последствий в виде наступления смерти С., и желая этого, нанес клинком данного ножа, не менее четырех ударов в область шеи и не менее одного удара в область живота последнего, после чего с места происшествия скрылся.

В результате умышленных действий ФИО1 причинил С. следующие повреждения:

- колото-резаное ранение передней поверхности шеи слева в нижней трети с повреждением внутренней яремной вены; колото-резаное ранение передней поверхности шеи слева в нижней трети, проникающее в левую плевральную полость с повреждением щито-шейного ствола левой подключичной артерии, скопление крови в левой плевральной полости (1300 мл), признаки острой кровопотери: полосчатые кровоизлияния под внутренней оболочкой сердца, запустевание аорты и крупных магистральных сосудов, неинтенсивные островчатые трупные пятна, малокровие внутренних органов, колото-резаное ранение боковой поверхности живота справа, проникающее в брюшную полость с повреждением нижней полой вены, следы крови в брюшной полости, которые по признаку опасности для жизни, согласно п. 6.1.26 «Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека», утвержденных приказом МЗ и СР РФ от 24.04.2008 №194н, расцениваются как тяжкий вред здоровью.

- колото-резаные ранения мягких тканей боковой поверхности шеи справа в верхней трети и передней поверхности шеи справа в нижней трети, которые у живых лиц по признаку кратковременного расстройства здоровья продолжительностью не свыше 3-х недель, согласно п. 8.1 «Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека», утвержденных приказом МЗ и СР РФ от 24.04.2008 №194н, расцениваются как легкий вред здоровью (в том числе каждая в отдельности).

Смерть С. наступила на месте происшествия в течение короткого промежутка времени, исчисляемого минутами (1, 2, 3 минуты, но не более десятка минут) от колото-резаных ранений передней поверхности шеи слева в нижней трети с повреждением внутренней яремной вены и передней поверхности шеи слева в нижней трети, проникающем в левую плевральную полость с повреждением щито-шейного ствола левой подключичной артерии со скоплением крови в левой плевральной полости, осложнившихся острой кровопотерей. Между причиненным тяжким вредом здоровью и наступлением смерти С. имеется прямая причинно-следственная связь.

Подсудимый ФИО1 в судебном заседании вину признал полностью, в содеянном раскаялся, в судебном заседании принес свои извинения потерпевшему, и показал, что 08.06.2017 г. около 10 часов он вместе с Т. и Ф. пришел к С., где они вчетвером, сидя на кухне, распивали спиртные напитки. Во время распития алкоголя С. неоднократно высказывал в адрес Ф. претензии по поводу кражи денег, что ему не понравилось. Затем, когда С. прошел в жилую комнату квартиры, он вошел туда, и ножом с деревянной рукоятью нанес последнему один удар в живот и два в шею, отчего С. упал на диван. Впоследствии он выбросил нож в кусты рядом с домом С. Не отрицал, что повреждения, имеющиеся у погибшего, причинил ему он, однако, количество нанесенных ударов точно не помнит, поскольку находился в состоянии сильного алкогольного опьянения, данное состояние, по его мнению, привело к совершению им преступления. Совершение указанного преступления заранее он не планировал. Просил суд строго его не наказывать.

Из показаний подсудимого ФИО1, данных на стадии предварительного следствия, оглашенных в судебном заседании в порядке п. 1 ч. 1 ст. 276 УПК РФ, по ходатайству государственного обвинителя, следует, что 08.06.2017 около 10 часов утра он совместно с Т. и Ф. пришел к дому С. по <адрес>, с целью распития спиртного. Из-за того, что входная дверь квартиры С. была закрыта, он постучал, а когда С. открыл ее, то с разрешения последнего вошел внутрь, где они вчетвером, сидя на кухне, распивали спиртные напитки. Во время распития алкогольных напитков С. высказывал в адрес Ф. претензии по поводу кражи денег, при этом С. толкнул Ф., что ему не понравилось. Тогда он взял со стола, находящегося в комнате, нож с деревянной рукоятью, предварительно надев на руки тряпичные перчатки белого цвета, и удерживая нож левой рукой, нанес С. не менее двух ударов в область живота, отчего С. упал на диван, после чего он нанес С. не менее двух ударов в область шеи. При этом Ф. выбежала из комнаты после первых ударов. Затем он вышел из комнаты, на улицу, где выбросил нож в кусты. Также он снял с себя перчатки, которые убрал в пакет вместе с бутылкой из-под спиртного (т. 1 л.д. 215-220).

Из показаний подсудимого ФИО1, данных на стадии предварительного следствия, оглашенных в судебном заседании в порядке п. 3 ч. 1 ст. 276 УПК РФ, по ходатайству государственного обвинителя, следует, что во время распития спиртных напитков С. неоднократно просил покинуть его дом, при этом когда они находились с ним в комнате, он разозлился на С. из-за этого, вышел на кухню, где взял нож, после чего нанес один удар в живот, а затем слева и справа в область шеи не менее четырех раз. Выйдя из комнаты, он взял перчатки, о которые вытер нож (т. 2 л.д. 71-73).

Вина подсудимого ФИО1 в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 105 УК РФ подтверждается представленными стороной обвинения и исследованными судом доказательствами.

Потерпевший Х. показал, что С. приходится ему отцом. После смерти его матери Ю. отец проживал один, имел пристрастие к алкогольным напиткам. Он приезжал к отцу каждые 2-3 дня, посторонних лиц при этом в квартире никогда не видел. 08.06.2017 от Г. ему стало известно, что квартира отца открыта, приехав на место, он увидел С. без признаков жизни. Позже от сотрудников полиции он узнал, что смерть отца является насильственной. Наказание в отношении подсудимого оставил на усмотрение суда.

Из показаний свидетеля Т., данных на стадии предварительного следствия, оглашенных в судебном заседании в порядке ч. 1 ст. 281 УПК РФ, по ходатайству государственного обвинителя, в связи с неявкой в судебное заседание свидетеля, с согласия участников процесса следует, что 08.06.2017 около 10 часов утра она вместе с ФИО1 и Ф. пришла к дому С., по <адрес>. В закрытую дверь квартиры С. стучался ФИО1, после чего С. открыл дверь, пригласил войти, где они стали распивать спиртные напитки. Во время распития спиртного, ФИО1 отводил С. в комнату и укладывал его спать, а последний просил ФИО1 уйти из его квартиры. В какой-то момент ФИО1 взял на кухне со стола нож с деревянной рукоятью и ушел в комнату, примерно через 10 минут он вышел из комнаты, держа в руке окровавленный нож, на руках были одеты тряпичные перчатки, испачканные кровью. ФИО1 о перчатки вытер кровь с ножа, а затем вышел на порог дома и выбросил нож в траву. Далее она вместе с Ф. заходила в комнату, где видела лежащего на полу С., у которого на шее была кровь, он не подавал признаков жизни, его рука была холодной (т. 1 л.д. 192-197).

Из показаний свидетеля Ф., данных на стадии предварительного следствия, оглашенных в судебном заседании в порядке ч. 1 ст. 281 УПК РФ, по ходатайству государственного обвинителя, в связи с неявкой в судебное заседание свидетеля, с согласия участников процесса следует, что 08.06.2017 около 10 часов утра она вместе с Т. и ФИО1 пришла к С. На стук в дверь С. открыл и впустил их в квартиру, после чего они вчетвером находились в кухне и распивали спиртное. ФИО1 пытался уложить спать С., когда в очередной раз ФИО1 увел С. в комнату, то оттуда послышались хрипы. Через некоторое время ФИО1, выйдя из комнаты, взял нож и ушел обратно. Затем он снова пришел на кухню, при этом держал в руке нож, на лезвии которого была кровь. Затем он вышел на порог и выбросил нож в траву, пояснив, что убил С. Также ФИО1 собрал в пакет бутылки из-под спиртного, туда же положил перчатки, об которые обтер нож от крови. Позже, ФИО1 выбросил пакет в мусорный контейнер, когда они втроем возвращались домой (т. 2 л.д. 38-41).

Из показаний свидетеля Г., данных на стадии предварительного следствия, оглашенных в судебном заседании в порядке ч. 1 ст. 281 УПК РФ, по ходатайству государственного обвинителя, в связи с неявкой в судебное заседание свидетеля, с согласия участников процесса следует, что она является соседкой С. 08.06.2017 около 08 часов 10 минут С. приходил к ней, брал в долг деньги, а позже она слышала за стенкой, смежной с квартирой С., как последний кого-то просил уйти. После 19 часов она вышла на улицу и обратила внимание, что дверь в квартиру С. открыта, после чего прошла внутрь, где увидела, что С. лежал на полу, на левом боку, прикоснувшись к его лицу она почувствовала, что оно холодное, и поняла, что он умер. Она вышла из квартиры и сообщила о смерти С. его сыну. Позже, ей стало известно, что причина смерти С. насильственная (т. 1 л.д. 72-75).

Свидетель М. в судебном заседании показала, что ей знаком С. 08.06.2017 около 10 часов утра она шла по улице Оборонной г. Серпухова. Когда она проходила мимо дома С., то видела, что в его дом заходили женщина и мужчины. Впоследствии от сотрудников полиции она узнала об обнаружении трупа С. с признаками насильственной смерти.

Из показаний свидетеля М., оглашенных в судебном заседании в порядке ч. 3 ст. 281 УПК РФ, следует, что ей знаком С., который проживал по <адрес>. При жизни С. злоупотреблял спиртными напитками, изредка она встречала его на улице, приветствовала, но личного общения не поддерживала. 08.06.2017 около 10 часов утра она шла по улице Оборонной г. Серпухова. Когда она проходила мимо дома <номер>, то видела, что в калитку, ведущую к квартире С., прошли две женщины и мужчина, которые настойчиво стучали по входной двери квартиры. 08.06.2017 г. вечером от сотрудников полиции она узнала об обнаружении трупа С. с признаками насильственной смерти (т. 1 л.д. 78-81).

Свидетель В. пояснил, что он является старшим оперуполномоченным МУ МВД России "Серпуховское", 08.06.2017 г. в дежурную часть поступило сообщение об обнаружении в квартире <адрес> трупа С. с признаками насильственной смерти, а именно колото-резаными ранениями в области шеи и живота. В ходе проведения оперативно-розыскных мероприятий был установлен ФИО1, который пояснил, что 08.06.2017 г. он совместно с Т. и Ф., находился в квартире С., который начал предъявлять претензии Ф. по поводу кражи у него денег, что не понравилось ФИО1, в связи с чем он причинил С.. ножевые ранения. К. написал явку с повинной о событиях, имевших место 08.06.2017 г., добровольно, без какого-либо психического или физического воздействия.

Вина подсудимого ФИО1 в совершении вышеуказанного преступления также подтверждается письменными материалами уголовного дела:

- рапортом об обнаружении признаков преступления от 08.06.2017, из которого следует, что 08.06.2017 в 20 часов 46 минут в квартире <адрес> обнаружен труп С. с признаками насильственной смерти (т. 1 л.д. 21);

- протоколом осмотра места происшествия от 08.06.2017 и фототаблицей к нему, согласно которым осмотрена квартира <адрес>, территория, прилегающая к дому, обстановка квартиры, труп С., а также изъяты 2 окурка сигарет марок «LD», «Royals», светлая дактилоскопическая пленка со следами пальцев рук, откопированных с бутылки объемом 1,5 литра, а также выпил фасадной части мебельного шкафа (т. 1 л.д. 22-40);

- телефонограммой от 09.06.2017 г., согласно которой при исследовании трупа С. установлено, что смерть наступила от двух колото-резаных ранений передней поверхности шеи слева в нижней трети с повреждением внутренней яремной вены, щитошейного ствола, одно из которых проникает в левую плевральную полость, осложнившихся обильной кровопотери (т. 1 л.д. 41);

- протоколом осмотра места происшествия от 20.06.2017 и фототаблицей к нему, согласно которым осмотрена квартира <адрес>, территория, прилегающая к дому, обстановка квартиры, а также изъяты нож и светлая дактилоскопическая пленка (т. 1 л.д. 175-188);

- справкой о результатах проверки, согласно которой установлено совпадение между следом № 3 папиллярных узоров следов рук, изъятых в ходе осмотра места происшествия по <адрес> безымянным пальцем правой руки в дактилокарте на имя ФИО1 (т. 1 л.д. 190);

- протоколом явки с повинной ФИО1 от 22.06.2017, согласно которому ФИО1 сообщил о совершенном им преступлении, а именно о том, что он 08.06.2017, находясь в квартире по <адрес>, будучи в состоянии алкогольного опьянения, он взял нож с деревянной рукояткой, которым нанес С. удары в область живота и шеи (т. 1 л.д. 203);

- протоколом осмотра места происшествия от 26.06.2017 и фототаблицей к нему, согласно которым осмотрена территория, прилегающая к дому <адрес>, а также изъят нож (т. 1 л.д. 227-235);

- протоколом проверки показаний обвиняемого ФИО1 на месте от 30.06.2017, из которого следует, что он полностью подтвердил показания, данные им в качестве подозреваемого и обвиняемого, продемонстрировав на месте, как наносил удары ножом С. (т. 2 л.д. 1-18);

- протоколом очной ставки между обвиняемым ФИО1 и свидетелем Т. от 14.09.2017, из которого следует, что обвиняемый ФИО1 подтвердил показания, данные им ранее, уточнив при этом, что он находился в комнате до нанесения ножом ударов С. один, свидетеля Ф. в комнате не было; нож, которым он причинил телесные повреждения С., он взял в кухне, затем, выйдя из комнаты в кухню, он обтирал нож от крови об перчатки, одетые на руках; после убийства С. он собирал в пакет пустые бутылки из-под алкоголя (т. 2 л.д. 51-57);

- протоколом очной ставки между обвиняемым ФИО1 и свидетелем Ф. от 14.09.2017, из которого следует, что обвиняемый ФИО1 подтвердил показания, данные им ранее, уточнив при этом, что он находился в комнате до нанесения ножом ударов С. один, свидетеля Ф. в комнате не было; нож, которым он причинил телесные повреждения С., он взял в кухне, затем, выйдя из комнаты в кухню, он обтирал нож от крови об перчатки, одетые на руках; после убийства С. он собирал в пакет пустые бутылки из-под алкоголя (т. 2 л.д. 58-64);

- заключением судебно-медицинской экспертизы № 907 от 07.07.2017, согласно которой при судебно-медицинской экспертизе трупа С. установлены: колото-резаное ранение (рана №3) передней поверхности шеи слева в нижней трети с повреждением внутренней яремной вены; колото-резаное ранение (рана №4) передней поверхности шеи слева в нижней трети проникающее в левую плевральную полость с повреждением щито-шейного ствола левой подключичной артерии, скопление крови в левой плевральной полости (1300 мл); Признаки острой кровопотери: полосчатые кровоизлияния под внутренней оболочкой сердца, запустевание аорты и крупных магистральных сосудов, неинтенсивные островчатые трупные пятна, малокровие внутренних органов. Колото-резанное ранение (рана №5) боковой поверхности живота справа проникающая в брюшную полость с повреждением нижней полой вены, следы крови в брюшной полости; Колото-резанные ранения (раны №№1, 2) мягких тканей боковой поверхности шеи справа в верхней трети и передней поверхности шеи справа в нижней трети.

При судебно-химическом исследовании коцентрация этилового спирта в крови и биосреде составляет 2,6 и 3,3 промилле соответственно, указанная концентрация этилового спирта в крови у живых лиц может соответствовать сильному алкогольному опьянению.

При судебно-гистологическом исследовании: инфильтрующие, расслаивающие кровоизлияния в мягких тканях ран №№ 2, 3, 5 с неравномерным отеком, без лейкоцитарной реакции и резорбции.

Наличие признаков наружного и внутреннего кровотечений, темно-красных кровоизлияний в мягких тканях раневых каналов с неравномерным отеком, без лейкоцитарной реакции и признаков резорбции, развитие признаков острой кровопотери позволяют считать, что колото-резаные ранения причинены С. прижизненно, незадолго до наступления смерти, в короткий промежуток времени, исчисляемый минутами.

Ранение живота с повреждением нижней полой вены было причинено после причинения ранений передней поверхности шеи слева с повреждением внутренней яремной вены и щито-шейного ствола, на что указывает наличие малого количества крови в брюшной полости.

Прямолинейная форма кожных ран, ровные неосадненные края, наличие П-образных и противоположных им остроугольных концов, отсутствие межтканевых перемычек в концах ран, преобладание длины раневых каналов над длиной кожных ран, свидетельствует о том, что раны шеи и живота являются колото-резаными и причинены пятью воздействиями колюще-режущего орудия с плоским клинком, имеющим острие, обух и лезвие.

Длина кожных ран и раневых каналов позволяют считать, что максимальная ширина погрузившейся части клинка колюще-режущего орудия составила около 1,9 см, длина погрузившейся части не менее 10 см.

Раневой канал раны №1 на боковой поверхности шеи справа в верхней трети проходит сверху вниз, спереди назад и справа налево.

Раневой канал раны №2 на передней поверхности шеи справа в нижней трети проходит спереди назад, сверху вниз и слева направо.

Раневой канал раны №3 на передней поверхности шеи слева в нижней трети проходит спереди назад, сверху вниз и справа налево.

Раневой канал раны №4 на передней поверхности шеи слева в нижней трети проходит сверху вниз, спереди назад и справа налево.

Раневой канал раны №5 на боковой поверхности живота справа проходит спереди назад, несколько справа налево и горизонтально.

Колото-резаные ранения передней поверхности шеи слева в нижней трети с повреждением внутренней яремной вены и щито-шейного ствола левой подключичной артерии, по признаку опасности для жизни, согласно п. 6.1.26 «Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека», утвержденных приказом МЗ и СР РФ от 24.04.2008 №194н, расцениваются как тяжкий вред здоровью.

Колото-резаное ранение боковой поверхности живота справа проникающее в брюшную полость с повреждением нижней полой вены по признаку опасности для жизни, согласно п.6.1.26 «Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека», утвержденных приказом МЗ и СР РФ от 24.04.2008 №194н, расценивается как тяжкий вред здоровью.

Колото-резаные ранения мягких тканей боковой поверхности шеи справа в верхней трети и передней поверхности шеи справа в нижней трети у живых лиц по признаку кратковременного расстройства здоровья продолжительностью не свыше 3-х недель, согласно п. 8.1 «Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека», утвержденных приказом МЗ и СР РФ от 24.04.2008 №194н, расцениваются как легкий вред здоровью (в том числе каждая в отдельности).

Смерть С. наступила от колото-резаных ранений передней поверхности шеи слева в нижней трети с повреждением внутренней яремной вены и передней поверхности шеи слева в нижней трети проникающего в левую плевральную полость с повреждением щито-шейного ствола левой подключичной артерии со скоплением крови в левой плевральной полости, осложнившихся острой кровопотерей. Между причиненным тяжким вредом здоровью и наступлением смерти С. имеется прямая причинно-следственная связь.

Остальные повреждения, в том числе колото-резаное ранение живота с повреждением нижней полой вены в прямой причинно-следственной связи с наступлением смерти С. не состоят.

После причинения колото-резаных ранений передней поверхности шеи слева в нижней трети с повреждением внутренней яремной вены и передней поверхности шеи слева в нижней трети проникающего в левую плевральную полость с повреждением щито-шейного ствола левой подключичной артерии, смерть С. наступила в течение короткого промежутка времени, исчисляемого минутами (1, 2, 3 минуты, но не более десятка минут) при этом потерпевший в течение короткого промежутка времени должен был утратить способность к совершению активных действий.

Причинение ран на шее сопровождалось наружным кровотечением, которое было обильным.

Степень выраженности трупных явлений на момент осмотра трупа на месте обнаружения (08.06.2017 в 23 часа 57 минут) позволяет считать, что смерть С. могла наступить в срок около 10-16 часов до осмотра трупа на месте его обнаружения (т. 2 л.д. 81-97);

- заключением эксперта № 655 от 27.06.2017, согласно которому, след обуви на фрагменте деревянной мебели, изъятый в ходе осмотра места происшествия от 08.06.2017 пригоден для идентификации обуви по групповому признаку, данный след оставлен частично подметочной частью подошвы обуви (типа кроссовка) на левую ногу (т. 2 л.д. 123, 124);

- протоколом выемки от 14.06.2017, согласно которому, из Серпуховского отделения ГБУЗ МО Бюро «СМЭ» изъяты – рубашка, спортивные брюки, пиджак, куртка, трусы с трупа С., кровь на марле, образец марли; срезы ногтевых пластин кистей рук, смывы кистей рук трупа С. (т. 2 л.д. 127-129);

- протоколом выемки от 20.07.2017, согласно которому, из Серпуховского отделения ГБУЗ МО Бюро «СМЭ» изъят кожный лоскут с ранами № 3 и № 4 трупа С. (т. 2 л.д. 132-135);

- заключениями экспертов №2396 от 24.07.2017 и № 2849 от 20.09.2017, согласно которым, на рубашке, пиджаке, куртке, трусах С. обнаружена кровь человека. На спортивных брюках С. обнаружены следы крови. Препараты ДНК, выделенные из следов крови на рубашке, пиджаке, куртке, спортивных брюках и трусах С. содержат индивидуальную, идентичную ДНК мужской генетической принадлежности и обнаруживают генотипические признаки, которые не отличаются от генотипа С. Условная (расчетная) вероятность того, что следы крови в данных объектах произошли от С., составляет не менее 99, 999999994% (т. 2 л.д. 144-147, 150-163);

- заключениями экспертов №2397 от 20.07.2017 и №2850 от 20.09.2017, согласно которым, на окурке марки «LD» и окурке марки «Royals» - обнаружена слюна, в подногтевом содержимом с правой и левой рук, в смыве с левой руки трупа С. установлено присутствие крови человека. В препарате ДНК из следов со слюной на окурке сигареты «LD», содержится индивидуальная, идентичная ДНК мужской генетической принадлежности и обнаруживаются генотипические признаки, которые не отличаются от генотипа ФИО1 Условная (расчетная) вероятность того, что слюна на окурке сигареты «LD» произошла от ФИО1, составляет не менее 99, 999999999955%. В препарате ДНК из следов со слюной на окурке сигареты «Royals», выявлен смешанный генотип. В препарате ДНК обнаруживается суммарное совпадение амплифицированных фрагментов как с препаратом ДНК, выделенным из образца слюны ФИО1, так и с препаратом ДНК из образца слюны Т. То есть на окурке сигареты «Royals» не исключено присутствие биологического материала и ФИО1, и Т.

Препараты ДНК, полученные из следов крови в подногтевом содержимом с правой и левой рук трупа С., содержат индивидуальную, идентичную ДНК мужской генетической принадлежности и обнаруживают генотипические признаки, которые не отличаются от генотипа С. Условная (расчетная) вероятность того, что следы крови произошли от С., составляет не менее 99, 999999994% (т. 2 л.д. 173-175, 178-197);

- протоколом выемки от 22.06.2017 г., из которого следует, что была произведена выемка личных вещей ФИО1 (т. 2 л.д. 210-213);

- заключением эксперта №888 от 03.09.2017, согласно которому, след обуви на фрагменте фасадной части тумбы, изъятый в ходе осмотра места происшествия от 08.06.2017, оставлен мужским кроссовком на левую ногу, изъятым у ФИО1 (т. 2 л.д. 227-230);

- протоколом получения образцов для сравнительного исследования от 01.09.2017 г., согласно которого у ФИО1 были получены образцы папиллярных узоров правой и левой кистей, а также ладоней обеих рук (т. 2 л.д. 240, 241);

- заключением эксперта № 889 от 05.09.2017, согласно которому, один след пальца руки на светлой дактилоскопической пленке, изъятой в ходе осмотра места происшествия от 08.06.2017, пригодный для идентификации личности, оставлен безымянным пальцем правой руки ФИО1 (т. 2 л.д. 242-249);

- заключением эксперта № 604 от 22.08.2017, согласно которому, ФИО1 каким-либо хроническим психическим расстройством, временным психическим расстройством, слабоумием, иным болезненным состоянием психики не страдает. В период, относящийся к инкриминируемому ему деянию, у ФИО1 также не было признаков какого-либо временного психического расстройства, деятельность его носила последовательный, целенаправленный характер, в его действиях отсутствовали признаки бреда, галлюцинаций, нарушенного сознания, он находился в состоянии простого алкогольного опьянения. Данные психиатрического освидетельствования не выявили у ФИО1 какой-либо психической симптоматики, аффективных нарушений, расстройств памяти и интеллекта, эмоционально-волевой сферы при достаточно критическом отношении к инкриминируемому ему общественно опасному деянию. Как не страдающий хроническим психическим расстройством, временным психическим расстройством, слабоумием либо иным болезненным состоянием психики, в период времени, относящийся к совершению инкриминируемого ему деяния, ФИО1 мог в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими. В настоящее время ФИО1 по своему психическому состоянию также может осознавать фактический характер своих действий и руководить ими, может правильно воспринимать обстоятельства, имеющие значение для уголовного дела, и давать о них показания, может понимать характер и значение уголовного судопроизводства и своего процессуального положения, а также обладать способностью к самостоятельному совершению действий, направленных на реализацию вышеуказанных процессуальных прав и обязанностей. ФИО1 в применении принудительных мер медицинского характера не нуждается. Индивидуально-психологические особенности ФИО1 не оказали существенного влияния на его сознание, контроль и руководство своими действиями. ФИО1 в инкриминируемой ситуации мог в полной мере понимать фактический характер и общественную опасность своих действий и мог в полной мере руководить ими. В момент инкриминируемого деяния ФИО1 в состоянии физиологического аффекта не находился. Об этом свидетельствует отсутствие в этот период трехфазной динамики протекания эмоциональной реакции, характерной для этого состояния, субъективной внезапностью ее наступления, отсутствием резких, взрывного характера изменений психических процессов. Не выявляется также и постаффективного состояния с явлениями слабости, астении, терминальном сном, фрагментарным воспроизведением содеянного. Не обнаружены и нарушения восприятия, смысловой оценки ситуации. Поведение его носило произвольный, целенаправленный характер, что позволяет констатировать отсутствие у ФИО1 на момент правонарушения физиологического аффекта (т. 3 л.д. 7-9);

- протоколом осмотра предметов от 13.09.2017, из которого следует, что был осмотрен нож с деревянной рукоятью, изъятый в ходе осмотра места происшествия от 26.06.2017, с участка местности перед домом, по <адрес>. Нож изготовлен промышленным способом, является кухонным и к категории холодного оружия не относится (т. 3 л.д. 11-16);

- протоколом осмотра предметов от 24.09.2017, из которого следует, что были осмотрены предметы, изъятые в ходе осмотра места происшествия от 08.06.2017, по <адрес> - светлая дактилоскопическая пленка, фрагмент деревянной мебели (мебельного ящика), 2 окурка сигарет марок «LD», «Royals»; полученные в ходе проведения дактилоскопической судебной экспертизы – следокопировальная пленка; изъятые у подозреваемого ФИО1 в ходе личного обыска при задержании 23.06.2017 – кроссовки «saijun»; биологический материал, полученный у свидетеля Т. 22.06.2017, свидетелей Т., ФИО1, Л. 16.06.2017 и подозреваемого ФИО1 23.06.2017; изъятая из Серпуховского отделения ГБУЗ МО Бюро «СМЭ» 14.06.2017 - одежда С., срезы ногтевых пластин с левой и правой кистей трупа С., смывы с ладоней левой и правой рук С., марли с образцом крови С. При осмотре вещей С. обнаружены наложения вещества бурого цвета, похожего на кровь, а также следы от вырезов, в связи с ранее произведенным экспертным исследованием указанных предметов; изъятые из Серпуховского отделения ГБУЗ МО Бюро «СМЭ» 20.06.2017 – кожный лоскут трупа С., осмотр которого произведен без вскрытия упаковки (т. 3 л.д. 19-26).

Анализируя собранные данные, суд пришел к следующему выводу.

Потерпевший Х., свидетели М., В., как на предварительном следствии, так и в судебном заседании дают последовательные, логически обоснованные, не противоречащие друг другу и материалам дела показания, поэтому, не доверять им, оснований нет, как и показаниям свидетелей Т., Ф., Г., оглашенных в судебном заседании в порядке ч.1 ст. 281 УПК РФ, поскольку они также логичны, последовательны, не противоречат показаниям потерпевшего, свидетелей, допрошенных в ходе судебного следствия, материалам уголовного дела, оснований для оговора указанными лицами подсудимого ФИО1 в ходе судебного следствия установлено не было.

Письменные документы, указанные выше, собраны в соответствии с требованиями УПК РФ, и принимаются как доказательства по делу, грубых нарушений Закона при их получении и предоставлении в дело, которые могли бы послужить безусловным основанием к признанию их недопустимыми, в соответствии со ст. 75 УПК РФ, судом не установлено.

Заключения экспертов составлены компетентными лицами, полно, грамотно, в соответствии с требованиями закона, учетом достижений науки. Выводы экспертов не противоречат материалам дела. Поэтому заключения экспертов принимаются как доказательства по делу.

Сами экспертизы были проведены в рамках данного уголовного дела на основании вынесенных постановлений.

Протоколы допросов свидетелей оформлены в соответствии с положениями ст.ст. 189, 190 УПК РФ, каких-либо нарушений при даче показаний свидетелями судом не установлено, в связи с чем они являются доказательствами по делу.

Суд принимает как доказательства по делу показания подсудимого, данные им на стадии предварительного следствия в качестве подозреваемого и обвиняемого, а также протокол проверки показаний на месте, согласно которым, он подтверждал, что взял в руки нож и нанес С. один удар ножом в живот и четыре удара в шею, учитывая, что они были даны подсудимым с соблюдением требований УПК РФ, в присутствии защитника. Данные показания согласованы с показаниями свидетелей, заключением судебно-медицинской экспертизы о количестве телесных повреждений, обнаруженных на теле С., механизме их образования. В ходе предварительного следствия подсудимому были разъяснены его процессуальные права, положения ст. 51 Конституции РФ, в его допросе участвовал адвокат, о чем свидетельствуют подписи в составленных протоколах допроса, что исключало возможность оказания на подсудимого какого-либо воздействия. Свои показания, данные в качестве подозреваемого и обвиняемого, ФИО1 подтвердил и в ходе проверки его показаний на месте.

Перед началом следственных действий он предупреждался о том, что его показания могут быть использованы в качестве доказательств по делу даже в случае последующего отказа от них. Он самостоятельно в присутствии защитника рассказывал об обстоятельствах совершения преступления, протоколы составлялись в ходе производства следственных действий, замечаний у участников не возникало. О применении насилия и других недозволенных методов со стороны какого-либо сотрудника правоохранительных органов, им не заявлялось, и об этом ничто объективно не свидетельствовало.

Суд принимает, как доказательство по делу протокол явки подсудимого ФИО1 с повинной, так как, явка с повинной оформлена в соответствии с требованиями, предусмотренными ст.142 УПК РФ, при этом, ФИО1, действительно, являясь подозреваемым по уголовному делу, добровольно сообщил о совершении им преступления, процедурные действия по которому, в соответствии со ст.46 УПК РФ в отношении него не были проведены.

Суд принимает как доказательство по делу заключение судебно-медицинской экспертизы № 907 от 07.07.2017г., так как выводы данной экспертизы соответствуют показаниям подсудимого, допрошенных свидетелей, учитывая, что в ходе проведения экспертиз, эксперт установил наличие телесных повреждений у С., определил степень тяжести данных повреждений, механизм их образования, давность причинения телесных повреждений, и установил прямую причинно-следственную связь между причиненными колото-резаными ранениями передней поверхности шеи слева в нижней трети с повреждением внутренней яремной вены и передней поверхности шеи слева в нижней трети, проникающем в левую плевральную полость с повреждением щито-шейного ствола левой подключичной артерии со скоплением крови в левой плевральной полости, осложнившихся острой кровопотерей, и наступлением смерти С. При указанных обстоятельствах, данная экспертиза не содержит каких-либо противоречий, является относимым и допустимым доказательством по делу.

Совокупность собранных и исследованных в ходе судебного следствия доказательств, позволяет считать доказанной полностью вину подсудимого ФИО1 в совершении вышеуказанного преступления.

Действия ФИО1 правильно квалифицированы по ч. 1 ст. 105 УК РФ, как убийство, то есть умышленное причинение смерти другому человеку.

Судом с достоверностью установлены в ходе судебного разбирательства при оценке совокупности доказательств обстоятельства совершения преступления, форма вины, мотив, цель и способ причинения телесных повреждений потерпевшему.

Мотивом совершения преступления явилось чувство внезапно возникшей личной неприязни к С. в связи с требованиями в адрес подсудимого об оставлении жилища пострадавшего, в связи с чем, имея умысел, направленный на причинение смерти С., подсудимый взял нож хозяйственно-бытового назначения, зашел в комнату, где находился С. и нанес последнему не менее четырех ударов в область шеи и не менее одного удара в область живота, чем причинил колото-резаные ранения передней поверхности шеи слева в нижней трети с повреждением внутренней яремной вены и передней поверхности шеи слева в нижней трети, проникающем в левую плевральную полость с повреждением щито-шейного ствола левой подключичной артерии со скоплением крови в левой плевральной полости, осложнившихся острой кровопотерей, вследствие которых, наступила смерть потерпевшего на месте происшествия.

О направленности умысла подсудимого на лишение жизни С. свидетельствует количество нанесенных ударов потерпевшему, локализация телесных повреждений, а именно, нанесение не менее пяти ударов в жизненно-важные органы – шею и живот человека, предметом, способным причинить тяжкий вред здоровью и лишить жизни человека. В момент причинения телесных повреждений погибшему, от которых наступила его смерть, подсудимый осознавал в полной мере общественную опасность своих действий и руководил ими, что также следует из выводов заключения амбулаторной комплексной психолого-психиатрической судебной экспертизы № 604 от 22.08.2017г., и свидетельствует о том, что на момент совершения преступления подсудимый был вменяем.

В настоящее время, согласно выводам данной экспертизы, подсудимый также может нести уголовную ответственность за содеянное.

При назначении вида и размера наказания подсудимому ФИО1, суд учитывает характер и степень общественной опасности содеянного подсудимым, данные о личности последнего, совокупность смягчающих наказание обстоятельств, имеющихся в распоряжении суда к моменту постановления приговора, наличие отягчающего наказание обстоятельства, влияние назначенного наказания на исправление подсудимого, а также на условия жизни его семьи.

Подсудимый ФИО1 ранее не судим, совершил особо тяжкое преступление, на учетах в психоневрологическом и наркологическом диспансерах не состоит, не привлекался к административной ответственности, по месту жительства жалоб со стороны соседей на его поведение не поступало.

Обстоятельствами, смягчающими наказание подсудимого, предусмотренными ст. 61 УК РФ, суд признает его явку с повинной, признание вины, раскаяние в содеянном, состояние здоровья подсудимого и его матери, пенсионный возраст матери, принесение публичных извинений в зале судебного заседания потерпевшему Х., наличие на иждивении несовершеннолетнего ребенка, матери.

Кроме того, суд признает в качестве обстоятельства, смягчающего наказание, активное способствование подсудимого в расследовании преступления, учитывая, что непосредственно после совершения преступления ФИО1 добровольно написал явку с повинной, в которой подробно изложил обстоятельства совершенного им преступления, дал признательные показания, будучи допрошенным в качестве подозреваемого, подтвердил данные показания и в ходе их проверки на месте, уточнив впоследствии обстоятельства и способ нанесения ударов после проведения очных ставок со свидетелями, с учетом заключения судебно-медицинской экспертизы № 907 от 07.07.2017 г., будучи допрошенным в качестве обвиняемого. Приведенные обстоятельства свидетельствуют об активной роли подсудимого в расследовании данного преступления.

Кроме того, исходя из установленных в судебном заседании обстоятельств совершения преступления, суд пришел к выводу о том, что именно состояние алкогольного опьянения, в которое подсудимый ФИО1 сам себя привел, употребляя спиртные напитки 08.06.2017г., сняло внутренний контроль за поведением подсудимого, вызвало его агрессию к потерпевшему Х., что привело к совершению им особо тяжкого преступления против личности, учитывая индивидуально-психологические особенности подсудимого ФИО1, указанные в заключении амбулаторной комплексной судебной психолого-психиатрической экспертизы такие как эмоциональная неустойчивость со вспыльчивостью, агрессивностью и импульсивностью.

Поэтому, принимая во внимание, что обстоятельством, способствовавшим совершению особо тяжкого преступления, направленного против жизни и здоровья человека, явилось алкогольное опьянение подсудимого ФИО1, суд в соответствии с ч.1.1 ст. 63 УК РФ признает обстоятельством, отягчающим наказание подсудимого, совершение преступления в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя.

С учетом данных о личности подсудимого ФИО1, степени общественной опасности совершенного преступления, конкретных обстоятельств его совершения, наличия смягчающих и отягчающего наказание обстоятельств, принимая во внимание цели наказания, суд считает не возможным исправление подсудимого ФИО1 без изоляции от общества, и применение к нему ст. 73 УК РФ, поскольку назначение более мягкого вида наказания подсудимому ФИО1, нежели лишение свободы, не сможет обеспечить достижение целей уголовного наказания, будет противоречить интересам общества и социальной справедливости.

При этом, суд считает возможным не назначать дополнительное наказание подсудимому в виде ограничения свободы, учитывая данные о его личности.

Судом не установлено исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами совершения преступления, поведением подсудимого во время или после совершения преступления, и других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступления, в связи с чем, не имеется оснований для назначения наказания в соответствии со ст. 64 УК РФ ниже низшего предела. Указанные выше смягчающие наказание обстоятельства как отдельно, так и в их совокупности не являются исключительными обстоятельствами по делу.

Оснований для применения ст. 15 ч. 6 УК РФ и изменения категории преступления на менее тяжкую не имеется с учетом фактических обстоятельств совершения преступления, степени его общественной опасности.

Учитывая наличие в действиях подсудимого отягчающего наказание обстоятельства, суд при назначении наказания не применяет положения ч. 1 ст. 62 УК РФ.

Для отбывания наказания подсудимый ФИО1 подлежит направлению, в соответствии со ст. 58 УК РФ, в исправительную колонию строгого режима.

За осуществление защиты подсудимого ФИО1 в суде в порядке ст. 51 УПК РФ вынесено постановление о выплате защитнику - адвокату Семикозову В.С. вознаграждения в размере 1100 рублей.

Вместе с тем, в соответствии со ст.ст. 131 ч. 2 п. 5, 132 ч. 6 УПК РФ процессуальные издержки возмещаются за счет средств федерального бюджета в случае имущественной несостоятельности лица, однако ФИО1 таковым лицом не является, трудоспособен, от адвоката не отказывался, в связи с чем, процессуальные издержки, взысканные за оказание юридической помощи адвокату Семикозову В.С. в сумме 1100 рублей, за счет средств федерального бюджета, подлежат последующему взысканию с осужденного, который в судебном заседании согласился возместить указанные расходы.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 307-309 УК РФ, суд

ПРИГОВОРИЛ

ФИО1 признать виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 105 УК РФ, и назначить наказание в виде лишения свободы на срок 7 (семь) лет с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Срок отбывания наказания ФИО1 исчислять с 20 декабря 2017 года, зачесть в срок отбытия наказания период нахождения ФИО1 под стражей с 23 июня 2017 года по 19 декабря 2017 года.

Меру пресечения ФИО1 до вступления приговора в законную силу не изменять, оставить прежней - в виде содержания под стражей.

Взыскать с ФИО1 в доход федерального бюджета процессуальные издержки в сумме 1100 рублей 00 копеек.

Вещественные доказательства по уголовному делу:

- нож, светлую дактилоскопическую пленку, фрагмент деревянной мебели, 2 окурка сигарет марок «LD», «Royals», следокопировальную пленку, предметы одежды с трупа С., биологические объекты, изъятые с трупа С., биологические объекты, изъятые у Т., ФИО1, Л., А., Б. – уничтожить;

- кроссовки марки «Saijun» возвратить осужденному по принадлежности.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Московский областной суд через Серпуховский городской суд Московской области в течение 10 суток со дня провозглашения, а осужденным, содержащимся под стражей, – в тот же срок со дня вручения ему копии приговора.

В случае подачи апелляционной жалобы, осужденный в течение 10 суток вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции, а также вправе в тот же срок обратиться с аналогичным ходатайством в случае принесения апелляционного представления и (или) апелляционной жалобы, затрагивающих его интересы, а также поручать осуществление своей защиты избранному им защитнику, либо ходатайствовать перед судом о назначении защитника.

Председательствующий: О.В. Дворягина