Апелляционное постановление № 10-25035/2025 от 19 ноября 2025 г. по делу № 01-0353/2025

Судья Устинов А.А. Дело № 10-25035/2025


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

адрес 20 ноября 2025 года.

Апелляционная инстанция по уголовным делам Московского городского суда в составе председательствующего судьи Никишиной Н.В.,

при помощнике судьи Гариевой М.Ш.,

с участием:

прокурора апелляционного отдела уголовно-судебного управления прокуратуры адрес Зайцева И.Г.,

подсудимой Алферовой Л.В.,

защитника – адвоката Палапа Е.В., представившей удостоверение и ордер,

рассмотрела в открытом судебном заседании апелляционное представление первого заместителя прокурора адрес ФИО1 на постановление Замоскворецкого районного суда адрес от 03 октября 2025 года, которым прокурору адрес в порядке ст.237 УПК РФ возвращено для устранения препятствий рассмотрения судом уголовное дело в отношении

Алферовой Л.В., паспортные данные, гражданки Российской Федерации, работающей нотариусом адрес, зарегистрированной и проживающей по адресу: адрес, несудимой, по обвинению в совершении шести преступлений, предусмотренных ч.1 ст.202 УК РФ.

Изложив содержание обжалуемого постановления и доводы апелляционного представления, выслушав мнение прокурора Зайцева И.Г., поддержавшего доводы апелляционного представления, полагавшего необходимым постановление суда отменить, дело вернуть в суд на новое рассмотрение, выступления подсудимой Алферовой Л.В. и адвоката Палапа Е.В., возражавших против удовлетворения апелляционного представления, просивших постановление суда оставить без изменения, суд апелляционной инстанции

У С Т А Н О В И Л :

постановлением Замоскворецкого районного суда адрес от 03 октября 2025 года уголовное дело по обвинению Алферовой Л.В. в совершении шести преступлений, предусмотренных ч.1 ст.202 УК РФ, возвращено прокурору адрес в порядке ст.237 УПК РФ для устранения препятствий его рассмотрения судом.

Мотивируя принятое решение, суд первой инстанции указал, что согласно предъявленному Алферовой обвинению инкриминируемые деяния, относящиеся к категории преступлений небольшой тяжести, совершены, как указано в обвинительном заключении, в период с марта 2021 по март 2023 гг. (эпизоды №№ 2-6), срок давности уголовного преследования по которым, предусмотренный п. «а» ч.1 ст.78 УК РФ, истек до апреля 2025 г. Процессуальный срок, предусмотренный ч.2.2 ст.27 УПК РФ, составляет два месяца. Таким образом, данное уголовное дело поступило в суд за пределами срока, установленного ч.2.2 ст.27 УПК РФ. Кроме того, как указано в предъявленном Алферовой обвинении, нотариальные действия с участием потерпевших фио, ..., ..., ..., фио и фио совершены подсудимой Алферовой соответственно 13.09.2018, 29.11.2018, 12.12.2018, 17.02.2020, 18.09.2020. При этом допрошенные в судебном заседании потерпевшие фио, ФИО2, ..., законный представитель потерпевшей ... показали, что действиями нотариуса Алферовой причинен вред их правам и законным интересам в момент подписания документов и совершения нотариальных действий в указанные даты.

При таких обстоятельствах, суд пришел к выводу, что следственным органом, не прекратившим уголовное преследование Алферовой Л.В. по основаниям, предусмотренным ч. 2.2 ст. 27 УПК РФ и направившим уголовное дело, с утвержденным обвинительным заключением в суд, допущены существенные нарушения уголовно-процессуального законодательства, препятствующие рассмотрению такого дела судом и являющиеся основанием для возвращения его прокурору.

В апелляционном представлении заместитель прокурора адрес, выражая несогласие с принятым решением, просит его отменить и направить уголовное дело на новое судебное рассмотрение в Замоскворецкий районный суд адрес. В обоснование своих требований, ссылаясь на положения ст. 237, ч. 2.2 ст. 27 УПК РФ и разъяснения, содержащиеся в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 29 июня 2021 года «О некоторых вопросах судебной практики по делам о преступлениях против интересов службы в коммерческих и иных организациях (статьи 201, 2011, 202, 203 Уголовного кодекса Российской Федерации)», полагает, что судом сделаны неверные выводы относительно даты окончания совершения преступления, полагая, что состав преступления, предусмотренный ч. 1 ст. 202 УК РФ, а именно, использование частным нотариусом своих полномочий вопреки задачам своей деятельности и в целях извлечения выгод и преимуществ для себя или других лиц либо нанесения вреда другим лицам, если это деяние причинило существенный вред правам и законным интересам граждан или организаций либо охраняемым законом интересам общества или государства, по своей конструкции является материальным, и включает в себя деяние, общественно-опасные последствия и причинно- следственную связь между ними. При этом, само по себе деяние в виде совершения нотариального действия нотариусом не является преступлением без общественно-опасных последствий и причинной связи деяния и этими последствиями. Указывает, что из материалов дела следует, что общественно-опасные последствия, совершенные действиями нотариуса адрес Алферовой Л.В., наступили тогда, когда потерпевшим был причин существенный вред в виде лишения права на имущество в результате мошеннических действий, которым способствовала Алферова Л.В. путем совершения нотариальных действий.

Кроме того, автор представления настаивает, что по эпизоду в отношении фио преступление считается оконченным с момента активных мошеннических действий лиц, выраженных в подаче искового заявления в Головинский районный суд Москвы, т.е. 21 июня 2023 года. Следовательно, истечение срока давности и освобождения Алферовой Л.В. от уголовной ответственности по эпизоду потерпевшего ФИО3 является 21 июня 2025 года.

28 мая 2025 года в связи с тем, что по пяти инкриминируемым Алферовой Л.В. преступлениям, где потерпевшими являются ..., ......, ...фио, ФИО4, фио сроки давности истекли, соответственно: 23 ноября 2024 года, 24 марта 2025 года, 03 августа 2023 года и 22 марта 2023 года, Алферовой Л.В. было предложено дать согласие не прекращение в отношении неё уголовного преследования на основании п. 3 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, в связи с истечением сроков давности уголовного преследования, однако Алферова Л.В. возразила против прекращения уголовного преследования в отношении неё по указанным основаниям, в связи с чем производство предварительного расследования было продолжено.

Прокурор в представлении делает вывод, что поскольку производство предварительного расследования по 6 инкриминируемым Алферовой Л.В. преступлениям, предусмотренным ч. 1 ст. 202 УК РФ, началось только 26 мая 2025 года (дата возбуждения указанных уголовных дел), то датой истечения установленного ч. 2.2 ст. 27 УПК РФ срока направления уголовного дела в суд является 26 июля 2025 года, а уголовное дело 24 июля 2025 года с утвержденным обвинительным заключением направлено в порядке ст. 222 УПК РФ в Замоскворецкий районный суд адрес для рассмотрения по существу и поступило в указанный суд 25 июля 2025 года, о чем имеется соответствующая отметка, между тем, в постановлении Замоскворецкого районного суда адрес от 03 октября 2025 года, указано, что уголовное дело направлено с нарушением установленных сроков и поступило в суд лишь 28 июля 2025 года, что не соответствует действительности.

Помимо этого, в представлении прокурор указывает на несоблюдение требований ст. 6.1 УПК РФ, что по ее мнению влечет нарушение разумного срока уголовного судопроизводства и создает дополнительную нагрузку на органы предварительного расследования и впоследствии суда при повторном рассмотрении уголовного дела по существу.

В возражениях на представление прокурора адвокат Палапа Е.В. находит постановление суда законным и обоснованным, а довод прокурора несостоятельными, просит постановление оставить без изменения.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционного представления и поданных возражений, выслушав стороны, суд апелляционной инстанции находит постановление суда законным и обоснованным.

В соответствии с п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ уголовное дело подлежит возвращению прокурору для устранения препятствий в его рассмотрении судом в случае, если обвинительное заключение или обвинительный акт составлены с нарушением требований УПК РФ, что исключает возможность постановления судом приговора или вынесения иного решения на основе данного заключения или акта. По смыслу п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ возвращение уголовного дела прокурору может иметь место, если это необходимо для защиты прав и законных интересов участников уголовного судопроизводства, основанием для возвращения дела прокурору, во всяком случае, являются существенные нарушения норм уголовно-процессуального закона, которые не могут быть устранены в судебном заседании и исключают принятие по делу судебного решения, отвечающего требованиям справедливости.

Вопреки доводам представления прокурора, вывод суда о существенных нарушениях следственным органом требований уголовно-процессуального закона и прокурором, при утверждении обвинительного заключения, неустранимых в судебном заседании и потому исключающих постановление законного и обоснованного приговора или вынесение иного решения, соответствует материалам дела.

Как следует из обжалуемого постановления, суд первой инстанции надлежащим образом мотивировал свой вывод о том, что нарушения, допущенные органом предварительного следствия, являются существенными, исключают возможность постановления приговора или иного окончательного решения на основе имеющегося в деле обвинительного заключения, которое утверждено по истечении срока давности привлечения к уголовной ответственности и при наличии оснований прекращения уголовного преследования, закрепленных законодательно в ч. 2.2 ст.27 УПК РФ.

Так, освобождение от уголовной ответственности в связи с истечением сроков давности на основании ст. 78 УК РФ возможно, только если привлекаемое к ответственности лицо против этого не возражает, либо если наступили обстоятельства, указанные в ч. 2.2 ст. 27 УПК РФ.

Согласно разъяснениям, данным в п. 5 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17 декабря 2024 г. № 39 «О практике применения судами норм уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих основания и порядок возвращения уголовного дела прокурору» внимание судов обращено на то, что положения ч. 2.2 ст. 27, ст. 281, 282 и п. 3.1 ч. 1 ст. 208 УПК РФ закрепляют гарантии обязательного прекращения или приостановления уголовного преследовала в отношении подозреваемого, обвиняемого на стадии предварительного расследования при наличии соответствующих оснований и не допускают в этих случаях составления следователем, дознавателем обвинительного документа.

В частности, если по уголовному делу о преступлении, по которому истекли сроки давности уголовного преследования, производство продолжено в связи с возражением обвиняемого против его прекращения по данному основанию, но дело не передано в суд или не прекращено по иному основанию в установленные частью 2.2 статьи 27 УПК РФ сроки, то оно подлежит прекращению в связи с непричастностью обвиняемого к совершению преступления.

С учетом этого по смыслу пункта 1 части 1 статьи 237 УПК РФ невыполнение в указанных случаях следователем, дознавателем своей процессуальной обязанности по прекращению или приостановлению предварительного расследования, составление по его результатам обвинительного документа и направление прокурором уголовного дела в суд, влекущие негативные последствия для лица, в отношении которого вопреки требованиям закона продолжается уголовное преследование, препятствуют рассмотрению такого дела судом и являются основанием для возвращения его прокурору.

Согласно ч. 2.2 ст. 27 УПК РФ, если производство по уголовному делу продолжено в обычном порядке в связи с наличием возражений подозреваемого или обвиняемого против прекращения уголовного преследования по основанию, указанному в пункте 3 части первой статьи 24 настоящего Кодекса, и уголовное дело не передано в суд или не прекращено по иному основанию в порядке, установленном настоящим Кодексом, уголовное преследование подлежит прекращению по основанию, предусмотренному п.1 ч.1 ст. 24 УПК РФ, по истечении двух месяцев производства предварительного расследования с момента истечения сроков давности уголовного преследования в отношении лица, подозреваемого или обвиняемого в совершении преступления небольшой тяжести.

Вопреки доводам представления, по смыслу закона преступление, предусмотренное ст. 202 УК РФ, является оконченным с момента наступления общественно опасных последствий, выражающихся в существенном вреде правам и законным интересам граждан или организаций либо охраняемым законом интересам общества или государства, при этом именно само по себе нотариальное удостоверение нотариусом Алферовой Л.В. документов, на основании которых потерпевшие в последующем лишились собственности, то есть фактически создав условия для перехода права собственности, нанесло существенный вред правам и законным интересам потерпевших фио, ..., ..., ..., фио и фио.

Доводы прокурора о том, что окончанием преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 202 УК РФ, следует считать даты, когда потерпевшие лишились права собственности на принадлежащие им доли в квартирах в результате мошеннических действий, которым способствовала Алферова Л.В. путем совершения нотариальных действий по удостоверению договоров об ипотеке, соглашений об отступном, не основаны на законе, поскольку Алферовой Л.В. не вменяется участие в группе лиц, совершивших мошеннические действия по отношению к указанным потерпевшим, ее обвинение ограничено и полностью охватывается составом преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 202 УК РФ, следовательно, время совершения ею преступлений ограничено датой, когда ею были произведены нотариальные действия, и которое не может зависеть от времени наступления общественно-опасных последствий от мошеннических действий иных лиц, несмотря на наличие между действиями Алферовой и наступившими последствиями в виде лишения права собственности причинно-следственной связи.

Из представленных материалов установлено, что на момент предъявления Алферовой Л.В. 07 июля 2025 года обвинения в совершении шести преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 202 УК РФ, относящихся к категории преступлений небольшой тяжести, по всем шести преступлениям истекли сроки давности, поскольку, как указано в обвинении, она совершила нотариальные действия с участием потерпевших фио, ..., ..., Кшуташвили, фио и фио: 13 сентября 2018, 29 ноября 2018, 12 декабря 2018, 17 февраля 2020 и 18 сентября 2020, соответственно сроки давности истекли: 13 сентября 2020 года, 29 ноября 2020 года, 12 декабря 2020 года, 17 февраля 2022 года и 18 сентября 2020 года, о чем следователю было известно не только на момент предъявления обвинения, но и на момент возбуждения уголовного дела.

Доводы прокурора о том, что поскольку уголовное дело возбуждено 28 мая 2025 года, то и сроки, предусмотренные ч. 2.2 ст. 27 УПК РФ следует исчислять с указанной даты противоречат требованиям закона.

Так в соответствии с п. 3 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, уголовное дело не может быть возбуждено, а возбужденное уголовное дело подлежит прекращению в случае если, к моменту его возбуждения истекли сроки давности. Таким образом уголовное дело не могло быть возбуждено изначально, а поскольку уголовное дело было возбуждено, то в силу требований закона, при наличии возражений обвиняемого о прекращении уголовного дела в связи с истечением сроков давности, следователь был обязан прекратить уголовное преследование по основанию, предусмотренному п.1 ч.1 ст. 24 УПК РФ в связи с наступлением обстоятельств, предусмотренных ч. 2.2 ст. 27 УПК РФ, даже при отсутствии заявленного ходатайства, поскольку данная норма права не содержит требований о заявительном характере о прекращении уголовного дела по истечении двух месяцев со дня истечения сроков давности в связи с наступлением обстоятельств, предусмотренных ч.2.2 ст. 27 УПК РФ.

В связи с вышеизложенным, доводы прокурора о том, что производство по уголовному делу было продолжено в обычном порядке в связи с наличием возражений обвиняемой против прекращения уголовного преследования по основанию, указанному в пункте 3 части первой статьи 24 УПК РФ, также не основаны на требованиях закона, суд апелляционной инстанции находит их произвольными, не основанными на нормах права, поскольку в силу ст. 78 УК РФ, лицо освобождается от уголовной ответственности, если со дня совершения преступления истекли два года после совершения преступления небольшой тяжести, в связи с чем полагать, что нормой ч. 2.2 ст. 27 УПК РФ предусмотрено исчисление двухмесячного срока производства по уголовному делу с момента его возбуждения (уже после истечения срока давности привлечения к уголовной ответственности) оснований не имеется, а суждения прокурора являются ошибочными, основанными на неверном понимании законов.

Поскольку оснований, которые бы приостанавливали течение сроков давности привлечения к уголовной ответственности, предусмотренных ч. 3 ст. 78 УК РФ, материалы дела не содержат, ввиду того, что Алферова Л.В. от следствия не скрывалась и в розыск не объявлялась, а норма ч. 2.2 ст. 27 УПК РФ дает четкое определение, что уголовное дело не может быть направлено в суд по истечении установленных в ней сроков после истечения сроков давности привлечения к уголовной ответственности, в соответствии со сроком, установленным для каждой категории преступлений, суд апелляционной инстанции находит доводы прокурора несостоятельными и не подлежащими удовлетворению.

Исходя из вышеизложенного, суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что судом первой инстанции принято законное и обоснованное решение о возвращении уголовного дела в отношении Алферовой Л.В. прокурору. Постановление суда мотивировано, соответствует положениям ч. 4 ст. 7 УПК РФ, выводы суда основаны на фактических обстоятельствах, установленных судом. Не согласиться с выводами суда первой инстанции оснований не имеется.

При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены либо изменения решения суда первой инстанции по доводам апелляционного представления.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

П О С Т А Н О В И Л:

Постановление Замоскворецкого районного суда адрес от 03 октября 2025 года, которым прокурору адрес в порядке ст.237 УПК РФ возвращено для устранения препятствий рассмотрения судом уголовное дело в отношении Алферовой Л.В., оставить без изменения, а апелляционное представление - без удовлетворения.

Настоящее постановление может быть обжаловано в соответствии с требованиями главы 47.1 УПК РФ во Второй кассационный суд общей юрисдикции.

Председательствующий Н.В. Никишина