Приговор № 1-131/2017 1-899/2016 от 25 апреля 2017 г. по делу № 1-131/2017

Дело № 1-131/17


ПРИГОВОР

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

гор. Южно-Сахалинск 26 апреля 2017 года

Южно-Сахалинский городской суд в составе:

председательствующего - судьи Южно-Сахалинского городского суда Багиной В.В.,

с участием: государственного обвинителя – помощника прокурора гор. Южно-Сахалинска ФИО1,

подсудимой ФИО2,

ее защитника – адвоката Иванова В.А., предъявившего удостоверение <данные изъяты>,

потерпевшей Б. А.С.,

при секретаре судебного заседания Новоселовой Н.М.,

рассмотрев в открытом судебном заседании материалы уголовного дела в отношении:

ФИО2, <данные изъяты>, юридически не судимой,

Содержащейся по настоящему уголовному делу с ДД.ММ.ГГГГ,

обвиняемой в совершении преступления, предусмотренного ч.4 ст.111 УК РФ,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО2 совершила умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, совершенное с применением предмета, используемого в качестве оружия, повлекшее по неосторожности смерть потерпевшего Г. В.Д.

Преступление совершено ей в гор. Южно-Сахалинске при следующих обстоятельствах.

ДД.ММ.ГГГГ примерно в период времени с 22 часов 00 минут до 22 часов 17 минут ФИО2, находясь на кухне квартиры <адрес> в гор. Южно-Сахалинске, распивала спиртные напитки совместно с Б. П.С. и Г. В.Д. В ходе распития спиртных напитков между ФИО2 и Г. В.Д. произошла ссора на почве личных неприязненных отношений, в результате которой у ФИО2 возник преступный умысел, направленный на причинение тяжкого вреда здоровью Г. В.Д.

Реализуя свой преступный умысел ФИО2, находясь в указанное время в указанном месте, действуя умышленно, осознавая общественную опасность, противоправность и фактический характер своих действий в виде причинения тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни Г. В.Д. и желая их наступления, и в то же время не предвидя возможности причинения смерти последнему, хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности должна была и могла предвидеть наступление такого последствия, приискала вблизи кухонной мойки нож, которым умышленно нанесла один удар в область живота Г. В.Д., причинив последнему телесное повреждение в виде проникающего колото-резаного ранения передней брюшной стенки в эпигастральной области, со сквозным повреждением печени и полным рассечением головки поджелудочной железы, которое квалифицируется как телесное повреждение, причинившее тяжкий вред здоровью, по признаку опасности для жизни.

Смерть Г. В.Д. наступила в ГБУЗ «Южно-Сахалинская городская больница им. Анкудинова» ДД.ММ.ГГГГ в 20 часов 30 минут в результате проникающего колото-резаного ранения передней брюшной стенки с повреждением левой доли печени, рассечением головки поджелудочной железы, внутрибрюшным кровотечением, острой массивной кровопотерей, постеморрагической анемией ДВС-синдромом, полиорганной недостаточностью, и состоит в прямой причинно-следственной связи с противоправными действиями ФИО2

Подсудимая ФИО2 в судебном заседании свою вину признала частично, воспользовавшись правом дать показания по существу предъявленного обвинения, пояснила, что у нее не было умысла на причинение тяжкого вреда здоровью Г. В.Д. Так, ДД.ММ.ГГГГ в вечернее время Г. В.Д. и Б. П.С. распивали на кухне алкоголь, она присоединилась к ним, выпила несколько глотков спиртного и ушла в комнату заниматься ребенком. Б. П.С. и Г. В.Д. громко разговаривали и включали на телефоне музыку, на что она делала им замечания и кричала на них. Затем, она вышла в туалет, откуда услышала плачь сына. Вернувшись в комнату, она увидела, как Г. В.Д. держал в руках ее ребенка и тряс его, а затем положил его обратно в кровать. Она стала ругаться с Г. В.Д. по поводу того, что он трогает ее ребенка. В ходе произошедшего конфликта, вытолкнув Г. В.Д. из комнаты, они оказались на кухне, где последний нанес ей удар кулаком в висок, от которого она упала на пол, более ударов он ей не наносил, просто стоял рядом. Встав с пола, она взяла из раковины какой-то предмет за ручку, чтобы отмахнуться от Г. В.Д. При этом какой именно это был предмет, она не видела, но предполагала, что взяла сковороду. Она отмахнулась данным предметом от Г. В.Д., при этом, что именно произошло, и куда пришелся удар, она не поняла. Затем на кухню вошел Б. П.С., который выбил из ее рук указанный предмет, и нанес ей удар, от которого она потеряла сознание. Она пришла в себя, когда дома уже находились сотрудники полиции.

Из показаний подозреваемой ФИО2, данных ей в ходе предварительного следствия ДД.ММ.ГГГГ, исследованных в судебном заседании, с согласия сторон в порядке, предусмотренном п.3 ч.1 ст.276 УПК РФ, следует, что в дневное время ДД.ММ.ГГГГ она совместно с матерью Б. А.С. и малолетним ребенком находились в квартире по адресу: гор. Южно-Сахалинск, <адрес>, когда с работы пришли ее сожитель Б. П.С. и ее брат Г. В.Д., которые стали распивать спиртное на кухне. Ее мать находилась в своей комнате, она находилась в своей комнате с ребенком. Уложив ребенка спать, около 21 часа она вышла в туалет, вернулась через несколько минут, и, зайдя в комнату, увидела, что ее брат Г. В.Д. взял из кроватки ее ребенка, поднял его и стал трясти, затем положил обратно, от чего ребенок проснулся и стал плакать. Она вытолкала своего брата из комнаты, и в проходе между кухней и комнатой они стали ругаться. В ходе ссоры они прошли на кухню, где брат ударил ее кулаком в район виска, от чего она упала на пол, после чего она схватила нож левой рукой, которым ударила наотмашь, не прицеливаясь, в область живота брату. После чего ей стало плохо, она потеряла сознание, когда очнулась, в квартире уже находились сотрудники полиции (том 1 л.д.72-75).

Из показаний обвиняемой ФИО2, данных ей в ходе предварительного следствия ДД.ММ.ГГГГ, исследованных в судебном заседании, с согласия сторон в порядке, предусмотренном п.3 ч.1 ст.276 УПК РФ, следует, что вину в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 111 УК РФ она признает полностью. ДД.ММ.ГГГГ она вместе с матерью занималась хозяйственными делами, а также присматривала за ребенком. В период времени с 15 часов 00 минут до 16 часов 00 минут Г. В.Д. и Б. П.С. пришли с работы, сели за кухонный стол и стали распивать спиртосодержащую жидкость «<данные изъяты>». Примерно в 21 час 00 минут она ушла в туалет, который расположен через коридор напротив входа в спальную комнату, примерно через несколько секунд, она услышала плачь своего ребенка, который показался ей подозрительным, она вышла с туалетной комнаты и направилась к себе в спальную комнату, где увидела Г. В.Д., который взял ее сына и стал трясти, однако увидев ее, он сразу положил ребенка. Данным поводом она была сильно возмущена, в нецензурной форме она спросила, почему он трогает ее ребенка, и стала выталкивать Г. В.Д. из спальной комнаты. Г. В.Д. громко выражался нецензурной бранью на нее и ее ребенка, она высказывала претензии из-за того что он трогал ее сына пока тот спит. Будучи уже на кухне, рядом с входом Г. В.Д. ударил ее кулаком правой руки в область левого виска, от чего она потеряла равновесие и упала вблизи мойки, где ударившись спиной об стену, скатилась на пол. Она, быстро оперившись на мойку, поднялась, автоматически схватила первое, что попалось под руку, сзади на данной мойке, и этим же предметом, как потом оказалось ножом, нанесла удар в область живота Г. В.Д. Что конкретно она взяла в руки, она не знала, и точное место куда нанесла удар Г. В.Д. она назвать не может, так как на тот момент находилась в стрессовом состоянии. После нанесенного ею удара Г. В.Д. молча сел на стул за кухонным столом и схватился обеими руками за живот. В кухню зашел Б. П.С., который увидев Г. В.Д., ударил ее ладонью правой руки по левой щеке, и она потеряла сознание. Очнулась она уже в спальной комнате, где встав с кровати, увидела, что в квартире присутствуют сотрудники полиции, которые задержали ее сожителя Б. П.С., так как его руки были уже в наручниках. В содеянном преступлении чистосердечно раскаивается, убивать своего брата не хотела (том 1 л.д.88-92).

Из показаний обвиняемой ФИО2, данных ей в ходе предварительного следствия ДД.ММ.ГГГГ, исследованных в судебном заседании, с согласия сторон в порядке, предусмотренном п.3 ч.1 ст.276 УПК РФ, следует, что вину в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 111 УК РФ она не признает. Ранее данные показания поддерживает, умысла на причинение тяжкого вреда здоровью Г. В.Д. у нее не было. После того, как она поднялась от удара Г. В.Д., она автоматически схватила первую попавшуюся ручку, находящуюся под грудой посуды, думая, что это была сковородка. Ранее в ходе ссор с Г. В.Д. она била его сковородкой, если он бросался на нее с кулаками. После того, как Б. П.С. нанес ей удар по лицу, она очнулась в спальной комнате, где спал ее сын. В квартире уже находились сотрудники полиции, рядом с которыми находился Б. П.С. в наручниках. Что в тот момент времени происходило, она практически не помнит (том 1 л.д.110-114).

Из протокола проверки показаний на месте от ДД.ММ.ГГГГ и фототаблицы, прилагаемой к нему, следует, что ФИО2 добровольно, в присутствии профессионального защитника и понятых пояснила, каким образом, она, находясь на кухне кв. <адрес> в г. Южно-Сахалинске нанесла ножевое ранение Г. В.Д., а также воспроизвела обстоятельства совершенного ей преступления, продемонстрировав их, в том числе и при помощи статиста (том 1 л.д.94-98).

Согласно сведениям, зафиксированным в протоколе очной ставки между обвиняемой ФИО2 и потерпевшей Б. А.С. от ДД.ММ.ГГГГ, ФИО2 дала показания, аналогичные показаниям, данным ей в качестве обвиняемой ДД.ММ.ГГГГ (том 1 л.д.99-102).

Согласно сведениям, зафиксированным в протоколе очной ставки между обвиняемой ФИО2 и свидетелем Б. П.С. от ДД.ММ.ГГГГ, ФИО2 подтвердила ранее данные показания и пояснила, что после удара Б. П.С. она потеряла сознание и что происходило далее, она не помнит, так как пришла в себя, когда дома уже были сотрудники полиции (том, л.д.143-146).

Несмотря на частичное признание подсудимой ФИО2 своей вины в умышленном причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, совершенное с применением предмета, используемого в качестве оружия, повлекшее по неосторожности смерть потерпевшего Г. В.Д., ее виновность в содеянном подтверждается совокупностью собранных по делу и исследованных в судебном заседании доказательств.

Так, из показаний потерпевшей Б. А.С., данных ею в судебном заседании следует, что ДД.ММ.ГГГГ примерно в 16 часов 00 минут ее сын Г. В.Д. и сожитель ее дочери Б. П.С. пришли домой с работы и сев за кухонным столом стали употреблять алкогольную продукцию. В вечернее время ее дочь ФИО2 присоединилась к ним, при этом последняя была в трезвом состоянии, а Г. В.Д. был пьян. Когда она стала укладывать внука спать, Б. П.С., ФИО2 и Г. В.Д. стали между собой разговаривать на повышенных тонах, после чего она услышала глухой стук, как будто кто-то кого-то стукнул по голове, затем она услышала крик своей дочери: «Мама, помоги мне!», и сразу же пошла на кухню, где увидела, что ФИО2 лежит на полу, а рядом возле нее стояли Б. П.С. и Г. В.Д., которые были возмущены тем, что последняя выпила вместе с ними. ФИО2 самостоятельно встала с пола, каких-либо телесных повреждений она на ней не заметила. Она им сказала, чтобы они вели себя тише. Примерно в 22 часов 15 минут она снова услышала крики своей дочери: «Мама, он опять меня бьет!», и снова направилась на кухню, села с ними за кухонный стол. Затем она пошла в туалет, откуда услышала, что Б. П.С. сказал ФИО2: «Что ты натворила?». Выйдя из туалета, она увидела лежащую на полу дочь, которую бил ногами Б. П.С. За кухонным столом на стуле сидел Г. В.Д., схватившись за живот обоими руками, в районе живота у последнего была кровь, в связи с чем она поняла, что у сына ранение в области живота. Она и Б. П.С. сразу же стали вызывать скорую помощь. Ее дети часто конфликтовали между собой из-за того, что Г. В.Д. злоупотреблял алкоголем и, находясь в состоянии опьянения, вел себя буйно.

Из показаний свидетеля Б. П.С., данных им в судебном заседании следует, что ФИО2 является его гражданской женой. ДД.ММ.ГГГГ примерно в 20 часов он находился по месту жительства подсудимой, распивал на кухне спиртное с братом последней – Г. В.Д. ФИО2 так же пила с ними спиртное, при этом она выпила около 5 рюмок. В ходе вечера, в спальной комнате, между подсудимой и ее братом произошел конфликт, как он понял, ФИО2 была возмущена тем, что Г. В.Д. трогал ребенка. Затем ФИО2 вытолкала брата из спальни на кухню. Он пошел в комнату, посмотреть ребенка, затем услышал звук, будто что-то упало, вернувшись на кухню, он увидел ФИО2 стоявшую с ножом в руке, Г. В.Д. в это время сидел на стуле. Он спросил у ФИО2, что она сделала, а затем ударил ее по лицу и выбил из рук нож. Потом он повернулся и увидел, что Г. В.Д. упал со стула. Он понял, что ФИО3 нанесла Г. В.Д. удар ножом. Лезвие указанного ножа длиной примерно 15-20 см. С левой стороны живота у Г. В.Д. текла кровь, он оказал ему помощь. Затем в кухню зашла Б. А.С., и они вызвали скорую помощь и полицию. Между ФИО2 и Г. В.Д. часто происходили конфликты, когда последний находился в состоянии алкогольного опьянения, они дрались и ругались, ФИО2 била брата сковородой. После случившегося он разговаривал с ФИО2, но она поясняла, что не помнит что произошло.

Из показаний свидетеля Ш. Н.А., данных на предварительном следствии ДД.ММ.ГГГГ, исследованных в судебном заседании, с согласия сторон, в порядке, предусмотренном ч.1 ст.281 УПК РФ, следует, что она проживает в кв.<адрес> в гор. Южно-Сахалинске, ее квартира расположена напротив кв.№. Проживающие в кв.№ люди заселились примерно <данные изъяты> назад, за время их проживания на них неоднократно от соседей поступали жалобы, она сама неоднократно приходила к ним и высказывала свое недовольство по поводу их поведения, так как из их квартиры в ночное время издается постоянный шум, как будто в квартире дерутся, а также ругаются. С жителями данной квартиры она не знакома, их имена и фамилии ей неизвестны, но она знает, что в квартире проживают девушка с ребенком, ее мать, брат, и сожитель. Со слов соседей ей стало известно о том, что в указанной квартире вечером ДД.ММ.ГГГГ женщина нанесла ножевое ранение своему брату, который от полученного удара скончался (том 1 л.д.160-164).

Из показаний свидетеля К. А.П., данных на предварительном следствии ДД.ММ.ГГГГ, исследованных в судебном заседании, с согласия сторон, в порядке, предусмотренном ч.1 ст.281 УПК РФ, следует, что ДД.ММ.ГГГГ в 22 часа 27 минут диспетчеру станции скорой медицинской помощи поступил вызов с адреса: гор. Южно-Сахалинска, <адрес>, о том, что у человека проживающего по данному адресу ножевое ранение грудной клетки живота. После чего он в составе бригады, состоящей из фельдшера Х. А.В. и водителя Т. Р.В., отправились на место, откуда поступил вызов. Когда они подъехали к подъезду дома, одновременно с ними приехал наряд полиции. Они вместе поднялись на третий этаж, где зайдя в квартиру, он увидел, что в кухне на стуле сидит мужчина, который обеими руками держит себя за живот. На его одежде он увидел пятна бурого цвета, предположительно кровь, также под ним была большая лужа жидкости бурого цвета. Рядом с ним стоял другой мужчина, который придерживал того руками за корпус, данный мужчина находился в состоянии алкогольного опьянения. Также в квартире он видел пожилую женщину и маленького ребенка, там мог находиться кто-то еще, но он мог просто этого не заметить, так как все происходило очень быстро. Он произвел внешний осмотр мужчины, которым впоследствии оказался Г. В.Д. В ходе осмотра он увидел у него проникающее ранение в области передней брюшной стенки, и, измерив давление, пришел к выводу, что состояние у мужчины тяжелое, у него был геморрагический шок, при этом он находился в сознании. Г. В.Д. на момент осмотра находился в состоянии алкогольного опьянения, в связи с чем, реакция его была сильно заторможена. Они сразу же положили пострадавшего на носилки, после чего госпитализировали его в приемное отделение городской больницы гор. Южно-Сахалинска. Во время транспортировки состояние Г. В.Д. не менялось, то есть также оставалось тяжелым. Информация о том, что поводом для вызова явилось ножевое ранение грудной клетки, живота, спины, поступила непосредственно при вызове скорой медицинской помощи, указанная информация после ее поступления автоматически шифруется компьютером в соответствии с международной классификацией болезней, то есть это значит, что при ранении, указанном человеком, вызывающим бригаду, могли быть причинены другие вышеуказанные повреждения. В разделе «диагноз» указан точный диагноз, поставленный пострадавшему врачом по приезду на адрес (том 1 л.д.168-171).

Из показаний свидетеля Х. А.В. данных на предварительном следствии ДД.ММ.ГГГГ, исследованных в судебном заседании, с согласия сторон, в порядке, предусмотренном ч.1 ст.281 УПК РФ, следует, что они аналогичны показаниям свидетеля К. А.П. от ДД.ММ.ГГГГ (том 1 л.д.165-166).

Из показаний свидетеля Б. Т.В., данных на предварительном следствии ДД.ММ.ГГГГ, исследованных в судебном заседании, с согласия сторон, в порядке, предусмотренном ч.1 ст.281 УПК РФ, следует, что у нее есть знакомая Б. А.С., которая ДД.ММ.ГГГГ попросила у нее пожить в принадлежащей ей квартире со своими детьми, поскольку у нее были жилищные проблемы. Так как она фактически проживала с супругом в его квартире по ул. <адрес>, то решила помочь Б. А.С. и ответила на ее просьбу согласием. С того момента Б. А.С. с ее дочерью и сыном стали проживать в принадлежащей ей квартире на основании устной договоренности. Она в их быт не вмешивалась, общения особо не поддерживала. Также ей было известно, что с Б. А.С. и ее родственниками проживал супруг ее дочери Б. П.С. ДД.ММ.ГГГГ Б. А.С. пришла к ней домой, принесла платежные квитанции и в ходе разговора рассказала, что у нее в семье произошла беда, что ее сыну Г. В.Д. нанесли ножевое ранение, и что он находится на лечении в реанимации в больнице в очень тяжелом состоянии. Незадолго до этой встречи с Б. А.С. ей от соседей, проживающих в доме по <адрес>, стало известно, что в ее квартире периодически в вечернее время было шумно. В связи с такими сообщениями соседей она предупреждала Б. П.С. о том, что если они так и дальше будут тревожить покой окружающих жильцов, то пусть съезжают из квартиры, на что последний заверял ее, что шуметь они прекратят. С самим Г. В.Д. она была практически незнакома, со слов Б. А.С. ее сын злоупотреблял спиртными напитками, ни к чему не стремился, в состоянии алкогольного опьянения был агрессивен (том 1 л.д.174-177).

Из показаний свидетеля К. И.И., данных на предварительном следствии ДД.ММ.ГГГГ, исследованных в судебном заседании, с согласия сторон, в порядке, предусмотренном ч.1 ст.281 УПК РФ, следует, что ДД.ММ.ГГГГ он заступил в ночное дежурство совместно со старшим полицейским отдела вневедомственной охраны К. А.А. Примерно в 22 часа 30 минут от дежурного отдела вневедомственной охраны они получили сообщение о необходимости проехать по адресу: гор. Южно-Сахалинск, <адрес>, в связи с тем, что по указанному адресу гражданин получил ножевое ранение. Они незамедлительно прибыли по адресу, дверь квартиры им открыла пожилая женщина, которая представилась Б. А.С., и сообщила, что в указанной квартире ее дочь с сожителем и ее сыном распивали спиртные напитки, в ходе чего между ФИО2 и Г. В.Д. возник конфликт, в ходе которого ФИО2 ударила ножом Г. В.Д. С разрешения Б. А.С. они прошли в квартиру, где на кухне увидели мужчину, который был практически в бессознательном состоянии, сидел на табуретке, опершись на стену, схватившись обеими руками за живот. Рядом с указанным мужчиной находился еще один мужчина, который наклонился к сидевшему на табуретке мужчине, и придерживал полотенце в области живота последнего, руки этого мужчины были в крови. Также на кухне на полу, вблизи умывальной раковины, без сознания лежала девушка. На полу была лужа крови, стены кухни также были обпачканы кровью. Б. А.С. пояснила, что мужчина, сидевший на табуретке, являлся ее сыном Г. В.Д., стоящий рядом мужчина – сожителем ее дочери - Б. П., а лежащая на полу девушка являлась ее дочерью ФИО2 Также в доме был обнаружен малолетний ребенок, со слов Б. А.С. сын ее дочери. Б. А.С. поясняла, что ее дочь лежит на полу, так как Б. П. ударил ее с силой по лицу. Они помогли ФИО2 подняться с пола и провели ее в одну из комнат квартиры. Затем Б. П., который находился в состоянии сильного алкогольного опьянения, стал агрессивно себя вести, кричал, что он убил Г. В., и ими в отношении Б. П. были применены спецсредства БРС (наручники). После чего ФИО2 стала приходить в себя, и, заметив, что они одели наручники на Б. П., стала кричать, что это она нанесла ножевое ранение Г. В., и что Б. П. ни в чем не виноват. На что Б. П. кричал, что это наоборот он ударил ножом Г. В., чтобы ФИО2 замолчала, и данное преступление он возьмет на себя. Кроме того, ФИО2 также находилась в состоянии сильного алкогольного опьянения. После чего на место происшествия прибыла следственно-оперативная группа, и в ходе осмотра места происшествия в мусорном ведре под умывальной раковиной был обнаружен кухонный нож, лезвие которого было обпачкано веществом бурого цвета. Дальнейшем проведением проверочных мероприятий по указанному сообщению о преступлении занимался следователь СУ УМВД России по городу Южно-Сахалинск. ФИО2 и Б. П.С. были доставлены в УМВД России по городу Южно-Сахалинск для дальнейшего разбирательства (том 1 л.д.189-192).

Из показаний свидетеля К. А.А. данных на предварительном следствии ДД.ММ.ГГГГ, исследованных в судебном заседании, с согласия сторон, в порядке, предусмотренном ч.1 ст.281 УПК РФ, следует, что они аналогичны показаниям свидетеля К. А.А. от ДД.ММ.ГГГГ (том 1 л.д.193-196).

Из показаний свидетеля М. Н.В., данных на предварительном следствии ДД.ММ.ГГГГ, исследованных в судебном заседании, с согласия сторон, в порядке, предусмотренном ч.1 ст.281 УПК РФ, следует, что она проживает по адресу: гор. Южно-Сахалинск, <адрес>, вместе со своей знакомой К. О.В. Примерно с ДД.ММ.ГГГГ в кв.№, расположенной этажом выше, стала проживать семья Б., а именно мать, ее дочь, сын и сожитель дочери. С того момента, как они стали проживать в указанной квартире, они в вечернее и ночное время периодически очень громко шумели, из квартиры иногда доносились грохот и шум вплоть до 5 часов утра. О данных фактах она неоднократно обращалась к участковому, но никаких мер в отношении семьи Б., сотрудниками полиции не принималось. ДД.ММ.ГГГГ они с К. находились дома, примерно после 17 часов и до позднего времени из кв.№ доносился шум и разговоры на повышенных тонах. К. сообщила по этому поводу в отделение полиции, однако за весь вечер никто из сотрудников полиции к ним в квартиру не зашел. Через окно она увидела во дворе служебный автомобиль полиции, открыла входную дверь квартиры, и услышала голос ФИО2, доносящийся из квартиры этажом выше, она кричала, что это она его «пырнула». Спустя некоторое время следователем следственного отдела проводилась проверка показаний ФИО2, в которой она принимала участие в качестве понятой. В ходе этого следственного действия ФИО2 показала всем участникам, как находясь на кухне, она что-то делала у кухонной мойки, затем якобы не глядя взяла с места, рядом с кухонной мойкой, нож, которым наотмашь нанесла удар Г. В.Д. Со слов Боковой, она хотела взять что-то совсем другое, кроме того последняя пыталась убедить всех, что у нее было состояние аффекта (том 1 л.д.201-205).

Из показаний свидетеля К. О.В., данных на предварительном следствии ДД.ММ.ГГГГ, исследованных в судебном заседании, с согласия сторон, в порядке, предусмотренном ч.1 ст.281 УПК РФ, следует, что аналогичны показаниям свидетеля М. А.В. от ДД.ММ.ГГГГ (том 1 л.д.197-200).

В ходе судебного разбирательства по ходатайству стороны государственного обвинения, в судебном заседании также допрошена свидетель С. М.М., которая пояснила, что она работает главным врачом в ГКУЗ «<данные изъяты>», ФИО2 ей знакома, так как она является матерью Б. Д.П., помещенного в их учреждение ДД.ММ.ГГГГ в связи с тем, что ребенок упал с дивана и был доставлен в больницу, при поступлении от матери исходил резкий запах алкоголя, и ребенок был оставлен в больнице. В настоящее время Б. Д.П. находится в учреждении, в связи с прохождением родителями лечения в наркологическом диспансере. За время нахождения ребенка в учреждении, ФИО2 навещала его ДД.ММ.ГГГГ, при этом ни вещи, ни продукты питания ребенку она не приносила. Так же с ФИО2 были взысканы алименты на содержание ребенка, однако от Боковой денежные средства не поступают.

Помимо приведенных показаний подсудимой, потерпевшей, свидетелей, виновность подсудимой ФИО2 в совершении преступления при установленных в судебном заседании обстоятельствах подтверждается материалами дела, исследованными в судебном заседании:

- фактическими данными, зафиксированными в протоколе осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ, фототаблице и плане-схеме, прилагаемым к нему, из которых следует, что объектом осмотра является кв.<адрес> гор. Южно-Сахалинска. В ходе осмотра указанной квартиры обнаружены и изъяты: женский халат, смыв вещества бурого цвета, нож (том 1 л.д.26-35).

- фактическими данными, зафиксированными в протоколе осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ, из которых следует, что объектом осмотра является помещение коридора приемного покоя ГБУЗ «Сахалинская областная больница». В ходе осмотра указанного помещения изъяты: трусы, спортивное трико, носки, свитер, принадлежащие Г. В.Д. (том 1 л.д.36-40).

- фактическими данными, зафиксированными в протоколе осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ, и фототаблице прилагаемой к нему, из которых следует, что объектом осмотра является помещение каб.<адрес> в гор. Южно-Сахалинске. В ходе осмотра указанного помещения изъяты: футболка, джемпер и джинсы, принадлежащие Б. П.С. (том 1 л.д.41-46).

- данными карты вызова скорой медицинской помощи, из которых следует, что в 22 часа 27 минут ДД.ММ.ГГГГ на станцию скорой медицинской помощи поступил вызов от Б. на адрес: гор. Южно-Сахалинск, <адрес>, поводом для которого послужило проникающее ножевое ранение брюшной полости (том 2 л.д.41-42).

- данными справки ГБУЗ «Южно-Сахалинская городская больница им. Ф.С. Анкудинова», из которых следует, что Г. В.Д. находился на лечении с ДД.ММ.ГГГГ в хирургическом отделении по поводу колото-резанного ранения живота, проникающего в брюшную полость, с повреждением левой доли печени, поджелудочной железы, внутрибрюшным кровотечением, геморрагический шок 4 степени (том 1 л.д.61).

- данными выписки из журнала регистрации трупов по гор. Южно-Сахалинску, из которых следует, что смерть Г. В.Д. наступила от полиорганной недостаточности, постгеморрагической анемии, проникающего колото-резанного ранения передней брюшной стенки с повреждением печени и поджелудочной железы (том 1 л.д.61).

- фактическими данными протокола выемки от ДД.ММ.ГГГГ, и фототаблицы, прилагаемой к нему, согласно которым в помещении морга ГБУЗ «Сахалинский областной центр СМЭ» изъяты образцы крови Г. В.Д. (том 2 л.д.13-17).

Предметы, обнаруженные и изъятые ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ в результате осмотров мест происшествия, а также предметы, изъятые в результате произведенной выемки ДД.ММ.ГГГГ, согласно протоколу осмотра предметов от ДД.ММ.ГГГГ, и фототаблице, прилагаемой к нему, были осмотрены, соответствующими постановлениями следователя признаны вещественными доказательствами, приобщены к материалам уголовного дела и уничтожены (том 2 л.д.18-34, 35-36, 37).

- заключением судебно-медицинской экспертизы №, согласно которому у Г. В.Д. имелось одно проникающее колото-резаное ранение передней брюшной стенки в эпигастральной области, со сквозным повреждением печени и полным рассечением головки поджелудочной железы. Длина кожной раны на передней брюшной стенке составляет 6 см, глубина раневого канала составляет не менее 8,5 см. Данное повреждение могло быть нанесено однократным воздействием одного предмета со свойствами колюще-режущего, о чем свидетельствует наличие одиночной линейной раны на передней брюшной стенке, линейного сквозного ранения печени, линейного рассечения поджелудочной железы, преобладание глубины раневого канала над указанными размерами кожной раны. Данное повреждение расценивается как тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни в момент причинения.

Смерть Г. В.Д. наступила в результате проникающего колото-резаного ранения передней брюшной стенки с повреждением левой доли печени, рассечением головки поджелудочной железы, внутрибрюшным кровотечением, острой массивной кровопотерей, постеморрагической анемией ДВС-синдромом, полиорганной недостаточностью.

Установленное колото-резаное ранение состоит в прямой причинно-следственной связи со смертью.

При исследовании жидкой крови от трупа Г. В.Д. установлена группа <данные изъяты> (том 1 л.д.210-218).

- заключением трасологической экспертизы №, согласно которому на сорочке, принадлежащей Г. В.Д., имеется одно сквозное повреждение, которое является колото-резаным, образованным колюще-режущим предметов типа ножа, имеющим однолезвийный клинок. Положение клинка колюще-режущего предмета при образовании повреждений следующее: обух расположен сверху, лезвие – снизу.

Повреждение на сорочке, принадлежащей Г. В.Д., образовано предметом типа ножа (орудием), имеющим такие же форму и размеры (на уровне погружения), а также характер заточки, что и у клинка ножа, представленного на исследования. Данное повреждение могло быть образовано ножом, представленным на исследование (том 1 л.д.235-241).

- заключением судебно-биологической экспертизы вещественных доказательств №, согласно которому кровь потерпевшего Г. В.Д. относится к группе <данные изъяты>.

На предоставленных для исследования предметах: ноже, смыве с места происшествия, женском халате, вещах Г. В.Д.: кофте, футболке, спортивных брюках, носках и трусах, на вещах Б. П.С.: футболке, кофте и джинсовых брюках обнаружена кровь человека группы <данные изъяты>.

Следовательно, эта кровь могла произойти от потерпевшего Г. В.Д. (том 1 л.д.249-253).

Исследовав представленные стороной обвинения доказательства, суд признаёт каждое из приведённых в приговоре доказательств относимым, допустимым, и достоверным, так как они несут в себе информацию об обстоятельствах совершения ФИО2 преступления и объективно отражают место, время, способ и цель совершения преступления, получены в соответствии с требованиями Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, а также не противоречат друг другу, согласуются между собой, объективно дополняют друг друга, подтверждаются письменными доказательствами по уголовному делу, а в своей совокупности являются достаточными и подтверждающими виновность ФИО2 в совершении преступления при установленных судом обстоятельствах.

Оценивая приведенные в приговоре доказательства, суд приходит к следующему.

Так, показания потерпевшей Б. А.С., данные ею в судебном заседании, являются допустимыми доказательствами, поскольку в ходе допроса потерпевшей разъяснялись её процессуальные права, предусмотренные ст.42 УПК РФ, она предупреждалась об уголовной ответственности по ст.307 УК РФ за дачу заведомо ложных показаний по делу.

Показания свидетелей Ш. Н.А., Х. А.В., К. А.П., Б. Т.В., К. И.И., К. А.А., К. О.В. и М. Н.В., данные ими на предварительном следствии, а так же показания свидетеля Б. П.С., данные им в ходе судебного заседания, суд также признаёт допустимыми доказательствами, поскольку перед началом допросов указанным свидетелям разъяснялись их права, предусмотренные ст.56 УПК РФ, свидетели предупреждались об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний.

Оснований не доверять приведённым в приговоре показаниям потерпевшей и свидетелей, суд не усматривает, поскольку они последовательны и нашли своё объективное подтверждение в процессе судебного разбирательства, кроме того причин, по которым потерпевшая и свидетели могли оговорить подсудимую, в судебном заседании не установлено, поскольку последние, а также сама подсудимая пояснили суду, что неприязненных отношений другу к другу они не испытывали. Кроме того, потерпевшая и свидетели перед проведением их допросов предупреждались об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний.

Протоколы следственных действий, в том числе осмотров мест происшествий, суд признает допустимыми доказательствами, поскольку все следственные действия проведены с соблюдением норм уголовно-процессуального закона, с участием понятых. Кроме того, правильность отражения хода следственных действий подтверждена и подписями участвовавших в них лиц.

Перечисленные выше сведения, изложенные в иных документах, суд также признает относимыми, допустимыми и достоверными доказательствами, поскольку они устанавливают существенные обстоятельства дела, получены с соблюдением требований уголовно-процессуального закона и при сопоставлении согласуются с другими доказательствами.

Исследованные в судебном заседании и приведённые в приговоре заключения экспертов составлены с соблюдением требований УПК РФ, все экспертизы по делу произведены компетентными специалистами, достаточно обоснованы, их результаты согласуются с другими материалами дела, поэтому суд расценивает их, как полноценные источники доказательств.

Показания подсудимой ФИО2, как на предварительном следствии, так и в судебном заседании суд признаёт допустимыми доказательствами, поскольку ФИО2, как в ходе предварительного следствия, так и в судебном заседании допрошена в соответствии с требованиями норм УПК РФ, с участием защитника. Перед дачей показаний ФИО2 разъяснялись ее права, предусмотренные ст.ст.46, 47 УПК РФ, а также то, что ее показания могут быть использованы в качестве доказательств по уголовному делу, в том числе при ее последующем отказе от этих показаний, а также ей разъяснялись положения ст.51 Конституции РФ, в соответствии с которыми она вправе отказаться свидетельствовать против себя самой.

Протоколы допросов подписаны как самой ФИО2, так и ее защитником.

При этом заявлений, замечаний по содержанию показаний ФИО2 от участвующих лиц не поступило.

Стабильность и последовательность показаний ФИО2 также подтверждена ей при проведении проверки показаний на месте. Так, при проведении данного следственного действия ФИО2 не только рассказывала, но и показывала, каким именно образом ей были причинены телесные повреждения Г. В.Д. Механизм причинения потерпевшему телесных повреждений, подробно зафиксирован в соответствующем протоколе, составленном в соответствии с требованиями ст.ст. 166, 194 УПК РФ.

Информация, сообщенная ФИО2 сотрудникам правоохранительных органов является не только последовательной, что позволяет прийти к выводу о ее достоверности, но и отличается детализацией произошедших событий, которые не могли быть известны сотрудникам правоохранительных органов.

Более того показания ФИО2 об обстоятельствах совершения ей преступления, согласуются с документальными доказательствами по уголовному делу, а именно с выводами судебно-медицинской экспертизы № о количестве и характере травматических воздействий, которыми Г. В.Д. причинены телесные повреждения, повлекшие его летальный исход, механизме, локализации и орудии причинения выявленных телесного повреждения.

А что касается высказываний стороны защиты в прениях о том, что по делу необходимо было провести трассологическую экспертизу, которая дала бы ответ на вопрос о направленности удара, нанесенного ФИО2, то указанные высказывания являются необоснованными, поскольку назначение указанной стороной защиты экспертизы не относится к числу экспертиз, назначение и производство которых обязательно в соответствии с положениями статьи 196 УПК РФ, в связи с чем, нормы процессуального закона органом следствия нарушены не были, основания для назначения такого исследования в суде первой инстанции также отсутствовали.

Оценив показания подсудимой ФИО2 данные ей в качестве обвиняемой в ходе предварительного следствия, а так же в ходе судебного заседания о том, что поднявшись с пола, после удара, нанесенного ей Г. В.Д., она автоматически схватила первое, что попалось под руку сзади на мойке, и этим же предметом, как потом оказалось ножом, нанесла удар в область живота Г. В.Д., при этом, что конкретно она взяла в руки, она не знала, и точное место, куда нанесла удар Г. В.Д., она назвать не может, так как на тот момент находилась в стрессовом состоянии. Впоследствии подсудимая поясняла, что она автоматически схватила первую попавшуюся ручку в раковине, находящуюся под грудой посуды, полагая, что это была сковородка, суд приходит к выводу, об их недостоверности.

Так, на первоначальном этапе предварительного следствия в ходе допроса в качестве подозреваемой ФИО2 последовательно поясняла об обстоятельствах возникшего ДД.ММ.ГГГГ в кв.<адрес> в г. Южно-Сахалинске между ней и ее братом Г. В.Д. словесного конфликта, в ходе которого последний ударил ее кулаком в район виска, от чего она упала на пол, после чего схватила левой рукой со стола нож, которым ударила наотмашь, не прицеливаясь, в область живота брату.

Учитывая, что данные показания подсудимой ФИО2, объективно подтверждённые совокупностью других собранных по делу доказательств, были даны ей на допросе, проведенном с соблюдением всех требований уголовно-процессуального законодательства, с участием профессионального защитника, после разъяснения процессуальных прав, в том числе права не свидетельствовать против себя, отказаться от дачи показаний, подавать замечания на протокол, и принимая во внимание, что ФИО2 собственноручно удостоверила правильность изложения своих показаний в протоколе допроса, суд признаёт приведённые выше показания ФИО2, данные на досудебной стадии в качестве подозреваемой, относимыми, допустимыми и достоверными доказательствами по делу, а ее пояснения в ходе допросов в качестве обвиняемой, а так же в ходе судебного разбирательства о том, что она схватила первую попавшуюся в раковине ручку, предполагая, что это ручка сковороды, а не ножа, отвергает как несостоятельные и приходит к выводу, что эти доводы подсудимой являются способом ее защиты от предъявленного обвинения.

Оснований считать, что данные в ходе предварительного следствия в качестве подозреваемой показания ФИО2 были обусловлены самооговором, не имеется.

В остальной части, все исследованные в судебном заседании показания ФИО2, в том числе и ее пояснения в судебном заседании об обстоятельствах совершения преступления, суд признает достоверными.

Что касается показаний подсудимой ФИО2 о том, что поводом к произошедшему между ней и Г. В.Д. конфликту явилось то обстоятельство, что последний, находясь в состоянии алкогольного опьянения, брал на руки и тряс ее ребенка, а так же, что в ходе конфликта Г. В.Д. нанес ей удар в височную область, от которого она упала на пол, то суд, подвергая их анализу и оценке, приходит к следующему.

Как следует из диспозиции ч.1 ст. 37 УК РФ состояние необходимой обороны -это защита личности и прав обороняющегося от общественно-опасного посягательства, если это посягательство было сопряжено с насилием, опасным для жизни обороняющегося, либо с непосредственной угрозой применения такого насилия.

Насилием, опасным для жизни, признаются действия, вызывающие состояние, угрожающее жизни человека, которое может закончиться смертью. К таким действиям относится избиение группой лиц, нанесение ударов со значительной силой в жизненно-важные органы человека, последствием которых может явиться причинение тяжкого вреда здоровью. Таких действий со стороны потерпевшего не было.

Оценивая ситуацию, необходимо учитывать интенсивность нападения, его внезапность, способность обороняющего отразить агрессию.

Что касается превышения пределов необходимой обороны, то под превышением пределов необходимой обороны признаются умышленные действия, явно не соответствующие характеру и степени общественной опасности посягательства.

Данные доводы опровергаются показаниями самой подсудимой о том, что Г. В.Д. потреся ребенка, положил его обратно в кровать, а так же, исходя из ее показаний следует, что Г. В.Д. в ходе ссоры нанес ей только один удар, после чего просто стоял возле нее, наблюдая как она поднимается с пола, в связи с чем, суд приходит к выводу, что у ФИО2 не было необходимости защищать своего ребенка, либо самой защищаться от Г. В.Д. при помощи ножа, так как их безопасности последний не угрожал. Кроме того, из обстоятельств дела видно, что ФИО2 до последнего момента, даже после нанесенного ей Г. В.Д. удара, имела реальную возможность прекратить конфликт и уйти с места происшествия. Но, несмотря на это, действуя целенаправленно, подсудимая взяла нож и нанесла им удар в область расположения жизненно важного органа - в живот. При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу, что оснований утверждать, что во время конфликта имелась реальная опасность для жизни и здоровья подсудимой, либо ее малолетнего сына, и она превысила пределы необходимой обороны, не имеется.

Оценив версию подсудимой об отсутствии у нее умысла на причинение тяжкого вреда здоровью Г. В.Д., и совершении ею преступления по неосторожности, суд приходит к следующему.

Так, в ходе судебного заседания достоверно установлено, что причиной совершения преступления явилось противоправное поведение потерпевшего Г. В.Д., что подтверждается показаниями самой ФИО2, а так же свидетелей Б. А.С. и Б. П.С., о том, что находясь в состоянии алкогольного опьянения Г. В.Д. вел себя агрессивно, и в ходе конфликта действительно нанес ФИО2 удар в височную область. Так же судом установлено, что между подсудимой и потерпевшим неоднократно возникали словестные конфликты и драки на фоне злоупотребления последним спиртными напитками. Таким образом, суд приходит к выводу о наличии неприязненных отношений между ФИО2 и Г. В.Д. на протяжении длительного времени, что могло послужить поводом к возникновению у ФИО2 умысла на причинение Г. В.Д. тяжкого вреда здоровью.

Доводы подсудимой о том, что взяв предмет из раковины, она не предполагала, что берет нож, а думала, что данным предметом является сковорода, судом признаны несостоятельными, так как они опровергаются показаниями самой подсудимой, данными в ходе допроса в качестве подозреваемой, признанными судом достоверными, о том, что она взяла в руки именно нож. Так же, указанные доводы опровергаются характером и глубиной нанесенного ранения, а именно 8,5 см, что свидетельствует о целенаправленности нанесения удара.

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу о наличии у подсудимой умысла на причинение Г. В.Д. тяжкого вреда здоровью, повлекшего по неосторожности смерть потерпевшего, и оснований утверждать, что ФИО2 причинила смерть потерпевшему по неосторожности, не имеется.

Таким образом, оценив совокупность исследованных в судебном заседании доказательств, суд признает их достаточными для признания ФИО2 виновной в совершении преступления при установленных судом обстоятельствах, и квалифицирует действия ФИО2 по ч.4 ст.111 УК РФ - как умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, совершенное с применением предметов, используемых в качестве оружия, повлекшее по неосторожности смерть потерпевшего.

Свои выводы о квалификации действий подсудимой ФИО2 по части 4 ст.111 УК РФ суд основывает на следующем.

На основе анализа исследованных в судебном заседании доказательств, суд пришел к выводу, что конфликт, сложившийся на почве внезапно возникших неприязненных отношений, явившийся поводом к совершению преступления, не являлся достаточно веской причиной для возникновения у ФИО2 умысла на причинение смерти потерпевшему. Какого-либо корыстного мотива в ходе судебного разбирательства также не установлено. В ходе ссоры, и вследствие примененного к ней насилия, ФИО2, безусловно, желала причинить Г. В.Д. тяжкий вред здоровью, и именно с этой целью умышленно нанесла ему удар ножом в область живота. Вместе с тем, исходя из характера и локализации нанесенного удара, а также поведения подсудимой после этого, суд пришел к выводу, что она не предвидела, что может причинить смерть Г. В.Д., в то время как могла и должна была предвидеть возможность наступления этих общественно опасных последствий. В данном случае смерть Г. В.Д. наступила по неосторожности.

Об отсутствии умысла на причинение смерти Г. В.Д., свидетельствует также тот факт, что после нанесения удара ножом, ФИО2 видела, что потерпевший жив и, что нанесенный ей удар не лишил его жизни. Вместе с тем, учитывая, что потерпевший все еще находился в непосредственной близости от нее, ничего не препятствовало ей нанести еще удары ножом в район расположения каких-либо жизненно-важных органов до прихода на кухню Б. П.С., однако, подсудимая остановилась и делать этого не стала, что свидетельствует об отсутствии у нее умысла на убийство Г. В.Д.

Тот факт, что смерть потерпевшего наступила не сразу, после причинения ему телесных повреждений, не исключает виновности ФИО2 в совершении данного преступления. В ходе судебного разбирательства установлено, что именно причиненное подсудимой телесное повреждение в виде проникающего колото-резаного ранения передней брюшной стенки с повреждением левой доли печени, рассечением головки поджелудочной железы, привело к смерти потерпевшего.

Несмотря на тот факт, что Г. В.Д. не была своевременно и надлежащим образом оказана медицинская помощь, так как скорая помощь приехала примерно через 30 минут, тем не менее, наступление его смерти состоит в прямой причинно-следственной связи лишь с действиями подсудимой, и не связано с неоказанием медицинской помощи.

Оценив доводы подсудимой о том, что поводом к совершению преступления явилось то, что потерпевший побеспокоил сон ее малолетнего ребенка, суд пришел к выводу, что данное обстоятельство, не являлось столь тяжким, чтобы спровоцировать возникновение у нее физиологического аффекта. Безусловно, сложившийся конфликт мог вызвать у неё чувство злости и спровоцировать совершение преступления, но не привел к возникновению сильного душевного волнения. Указанный вывод суда подтверждается так же выводами заключения судебно-психиатрической комиссии экспертов № №, согласно которого ФИО2 в состоянии физиологического аффекта не находилась в момент совершения преступления в отношении Г. В.Д., эмоциональное состояние стресса и его производные фрустрация, растерянность у ФИО2 не выявлены при совершении противоправных действий в отношении Г. В.Д.

Преступление подсудимой совершено умышленно, поэтому она подлежит ответственности за совершенное деяние, поскольку судом не установлено законных оснований препятствующих этому.

Исходя из заключения судебно-психиатрической комиссии экспертов №, подсудимая ФИО2 хроническим психическим расстройством не страдала и не страдает в настоящее время. В период совершения преступления ФИО2 могла осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими. В момент инкриминируемого ей деяния каких-либо временных болезненных расстройств психической деятельности ФИО2 также не обнаруживала.

В настоящее время по своему психическому состоянию ФИО2 может предстать перед следствием и судом и нести ответственность за содеянное, а также принимать участие в следственных действиях. Как не страдающая хроническим психическим заболеванием в применении к ней каких-либо принудительных мер медицинского характера ФИО2 не нуждается (том 2 л.д.5-9).

Помимо заключения комиссии экспертов суд учитывает, что в судебном заседании ФИО2 достаточно хорошо ориентировалась в ситуации, в процессе рассмотрения дела неадекватных реакций, ставящих под сомнение психическую полноценность, не проявляла, на учёте у врачей нарколога и психиатра не состоит (том 2 л.д.76, 78, 89, 90).

Заключение о психическом состоянии ФИО2 дано квалифицированными, компетентными специалистами в области судебной психиатрии, подтверждается данными о ее личности, поэтому сомнений в его достоверности у суда не имеется.

На основании изложенного суд признает ФИО2 по отношению к содеянному вменяемой.

Обстоятельств, влекущих освобождение ФИО2 от уголовной ответственности или от наказания, предусмотренных главами 11 и 12 УК РФ, судом не установлено.

При определении размера и вида наказания подсудимой, суд, руководствуясь требованиями ст.60 УК РФ, учитывает характер и степень общественной опасности совершенного ей преступления, данные о личности виновной, обстоятельства, смягчающие наказание, а также влияние назначенного наказания на исправление осуждённой и условия жизни ее семьи.

Исследовав биографические сведения о подсудимой, а также обстоятельства, характеризующие ее личность, суд установил следующее.

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

Совершённое ФИО2 преступление, предусмотренное ч. 4 ст. 111 УК РФ, относится к категории особо тяжких, направлено против жизни и здоровья.

Принимая во внимание фактические обстоятельства совершённого ФИО2 деяния и высокую степень его общественной опасности, суд возможности применения к ней положений ч.6 ст.15 УК РФ и оснований для изменения категории преступления на менее тяжкую не находит.

В соответствии с ч. 2 ст. 61 УК РФ, суд в качестве смягчающих наказание обстоятельств относит частичное признание ФИО2 своей вины, <данные изъяты>.

В соответствии с п. «и» ч.1 ст.61 УК РФ, суд признаёт смягчающим подсудимой наказание обстоятельством активное способствование расследованию преступления, поскольку подсудимая ФИО2 на досудебной стадии активно сотрудничала с правоохранительными органами, при даче показаний, а также при их проверке на месте рассказала о деталях своих действий, предоставив органам предварительного следствия сведения, которыми они ранее не располагали.

Кроме того, с учётом установленных в судебном заседании фактических данных и мнения сторон, в соответствии с п. «з» ч.1 ст.61 УК РФ, суд относит к смягчающим наказание обстоятельствам противоправность и аморальность поведения потерпевшего, явившегося поводом для преступления, выразившихся в оскорблении и нанесении удара в височную область подсудимой непосредственно перед совершением преступления, а также в соответствии с п. «г» ч. 1 ст. 61 УК РФ наличие у виновной на иждивении малолетнего ребенка <данные изъяты> года рождения.

Обстоятельствам, отягчающих наказание подсудимой ФИО2, судом не установлено.

Несмотря на наличие у подсудимой смягчающих наказание обстоятельств, суд не находит оснований для назначения ей наказания ниже низшего предела (ст.64 УК РФ), поскольку в судебном заседании не установлено наличие исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступления, ролью виновной, ее поведением во время или после совершения преступления, а также других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности содеянного ей.

Вместе с тем, при определении размера наказания, назначаемого подсудимой ФИО2 суд учитывает положения ч.1 ст.62 УК РФ, согласно которой при наличии смягчающих обстоятельств, предусмотренных пунктами «и» и (или) «к» части первой статьи 61 УК РФ, и отсутствии отягчающих обстоятельств срок или размер наказания не могут превышать двух третей максимального срока или размера наиболее строгого вида наказания, предусмотренного соответствующей статьей Особенной части УК РФ.

В связи с вышеизложенным, учитывая данные о личности подсудимой ФИО2, которая юридически не судима, <данные изъяты>, учитывая состояние ее здоровья, а также учитывая установленные обстоятельства дела, характер и высокую степень общественной опасности совершенного ФИО2 деяния, относящегося в силу ст.15 УК РФ, к категории особо тяжкого, поведение подсудимой во время и после совершения преступления, суд не усматривает оснований для применения к подсудимой положений ст.73 УК РФ, и приходит к выводу, что для достижения целей наказания – исправления осуждённой, предупреждения совершения ей новых преступлений, а также восстановления социальной справедливости, ФИО2 необходимо назначить наказание в виде реального лишения свободы.

Суд не применяет к ФИО2 дополнительное наказание в виде ограничения свободы, поскольку, по мнению суда, лишения свободы достаточно для достижения целей наказания.

В связи с осуждением ФИО2 к лишению свободы за совершение особо тяжкого преступления, суд, руководствуясь п. «б» ч. 1 ст. 58 УК РФ, назначает ей отбывание наказания в исправительной колонии общего режима, и, на основании ч. 3 ст. 72 УК РФ, засчитывает подсудимой в срок лишения свободы время содержания её под стражей до судебного разбирательства из расчета один день за один день, с ДД.ММ.ГГГГ.

Гражданский иск по уголовному делу не заявлен. Процессуальные издержки по уголовному делу отсутствуют.

Решая, в соответствии со ст.81 УПК РФ, вопрос о судьбе предметов, приобщенных органом предварительного следствия к делу в качестве вещественных доказательств, суд приходит к следующему:

- женский халат – надлежит вернуть законному владельцу – ФИО2;

- мужская футболка розового цвета, джемпер серого цвета, джинсовые брюки – надлежит вернуть законному владельцу – Б. П.С.;

- смыв вещества бурого цвета, трусы, спортивное трико, пара носков, футболка с изображением волка, свитер серого цвета в клетку – как не представляющие ценности и не истребованные ни одной из сторон, подлежат уничтожению;

- нож – как орудие преступления, подлежит уничтожению.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.307-309 УПК РФ, суд

П Р И Г О В О Р И Л:

Признать ФИО2 виновной в совершении преступления, предусмотренного ч.4 ст.111 УК РФ и назначить ей наказание в виде 08 (восьми) лет лишения свободы с его отбыванием в исправительной колонии общего режима.

Меру пресечения ФИО2 в виде заключения под стражу до вступления приговора в законную силу оставить прежней, отменить по вступлении приговора в законную силу.

Срок отбывания наказания ФИО2 исчислять с ДД.ММ.ГГГГ.

Зачесть в срок отбывания наказания ФИО2 время содержания её под стражей с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ.

По вступлении приговора в законную силу вещественные доказательства:

- женский халат – вернуть законному владельцу – ФИО2;

- мужская футболка розового цвета, джемпер серого цвета, джинсовые брюки – вернуть законному владельцу – Б. П.С.;

- смыв вещества бурого цвета, трусы, спортивное трико, пара носков, футболка с изображением волка, свитер серого цвета в клетку, нож – уничтожить.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Сахалинский областной суд через Южно-Сахалинский городской суд в течение 10 суток со дня его провозглашения, а осуждённой ФИО2, содержащейся под стражей, - в тот же срок со дня вручения ей копии приговора.

В случае подачи апелляционной жалобы осуждённая вправе ходатайствовать о своём участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции в течение 10 суток со дня вручения ей копии приговора, или в тот же срок со дня вручения ей копии апелляционной жалобы или апелляционного представления, затрагивающих ее интересы.

Судья Южно-Сахалинского

городского суда В.В. Багина

ДД.ММ.ГГГГ Сахалинский областной суд

судебный акт ОСТАВЛЕН БЕЗ ИЗМЕНЕНИЯ.