Апелляционное постановление № 22-415/2025 от 1 июля 2025 г. по делу № 1-81/2023

№ 22-415/2025 судья ФИО2


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Рязань 2 июля 2025 года

Рязанский областной суд в составе

председательствующего судьи Владимировой С.В.,

при секретаре судебного заседания Собашниковой Т.Г.,

с участием

прокурора Бижоновой Ю.Н.,

осужденного ФИО3,

защитника осужденного - адвоката Пришвина В.В.,

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционной жалобе защитника – адвоката Пришвина В.В., возражениями на нее прокурора Шацкого района Рязанской области ФИО6 на приговор Шацкого районного суда Рязанской области от 26 февраля 2025 года, которым

ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженец <адрес><адрес>, гражданин <адрес>, имеющий <скрыто> образование, зарегистрированный по месту жительства по адресу: <адрес>, <скрыто>», военнообязанный, ранее не судимый,

осужден по ст. 138.1 УК РФ к наказанию в виде штрафа в размере 40000 рублей.

Приговором решена судьба вещественных доказательств.

Заслушав доклад судьи Владимировой С.В., выступления осужденного ФИО3 и его защитника – адвоката Пришвина В.В., поддержавших апелляционную жалобу, выступление прокурора Бижоновой Ю.Н., просившей приговор суда оставить без изменения, суд апелляционной инстанции

У С Т А Н О В И Л:

приговором Шацкого районного суда Рязанской области от 26 февраля 2025 года ФИО3 признан виновным в совершении незаконного приобретения и сбыта специальных технических средств, предназначенных для негласного получения информации при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

Подсудимый ФИО3 в судебном заседании вину в совершении преступления не признал.

В апелляционной жалобе защитник осужденного ФИО3 – адвокат Пришвин В.В. считает приговор суда незаконным, необоснованным и подлежащим отмене по основаниям, предусмотренным ст. 389.1 УК РФ, указав на то, что

судом первой инстанции при рассмотрении дела были допущены существенные нарушения УПК РФ, так, суд проигнорировал указания судебной коллегии по уголовным делам, данные в апелляционных постановлениях от 12 сентября 2022 года и 15 мая 2024 года, согласно которым при рассмотрении дела подлежали рассмотрению и проверке изложенные в апелляционных жалобах доводы;

суд, ссылаясь на «незаконность состава суда» в предыдущих судебных разбирательствах, отказал в оглашении показаний ключевых свидетелей, имеющих существенные противоречия с показаниями, данными в ходе данного судебного разбирательства, касающиеся обстоятельств приобретения специального технического устройства, ограничившись оглашением показаний, данных в ходе предварительного следствия;

суд по основанию отсутствия относимости к делу и ненадлежащего состава суда отказал в оглашении показаний свидетеля ФИО9, имеющихся в материалах дела в томе 3 листы дела 8-9, которые существенно противоречат его же показаниям, данным ранее, при этом свидетелем не пояснена причина изменений показаний, указанные показания свидетеля имеют прямое, непосредственное отношение к рассматриваемому делу, что подтверждается другими материалами дела, оглашенными государственным обвинителем в ходе судебного разбирательства, выделенными из материалов уголовного дела в отношении ФИО10;

по аналогичному основанию суд отказал в оглашении показаний ранее допрошенных свидетелей ФИО10, ФИО5, существенно ограничив возможность предоставления доказательств стороны защиты, имеющих существенное значение для оценки имеющихся доказательств, отказ в оглашении показаний указанных свидетелей не позволил стороне защиты реализовать свои права в допросе свидетеля ФИО7, согласно ранее данных показаний которой имелись существенные нарушения при собирании доказательств, используемых при вынесении данного приговора.

Просит приговор Шацкого районного суда Рязанской области от 26 февраля 2025 года отменить и направить уголовное дело на новое рассмотрение в ином составе суда.

В возражениях на апелляционную жалобу прокурор Шацкого района Рязанской области ФИО6 выражает несогласие с доводами апелляционной жалобы, указывает на то, что приговор суда является законным, обоснованным и справедливым, при назначении наказания суд учел характер и степень общественной опасности совершенного подсудимым преступления, личность виновного, обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание, влияние назначенного наказания на исправление осужденного, условия его жизни и семьи, личность ФИО3 и иные обстоятельства. Назначенное наказание отвечает принципу справедливости, является эффективным и достаточным, будет удерживать осужденного от совершения новых преступлений, прививать уважение к законам и формировать навыки правопослушного поведения. Исследованные в ходе судебного заседания собранные доказательства получены в соответствии с требованиями УПК РФ, нарушений, влекущих за собой признание их недопустимыми не допущено, они не имеют существенных противоречий и дополняют друг друга, оснований для признания их недопустимыми не имеется. Также оснований для отмены или изменения приговора суда в апелляционном порядке, предусмотренном ст. 389.15 УПК РФ, не имеется.

В судебном заседании осужденный ФИО3 и его защитник Пришвин В.В. поддержали доводы апелляционной жалобы, пояснив, что суд, отказывая в ходатайстве об оглашении письменных объяснений ФИО9, составленных следователем в рамках уголовного дела, возбужденного в отношении ФИО10, при наличии взаимосвязи двух уголовных дел, ограничил сторону защиты на предоставление доказательств невиновности ФИО3, также отказ в оглашении показаний свидетелей ФИО5 и ФИО9, данных ими ранее в суде по обстоятельствам изъятия у них оптических дисков, содержащих детализации телефонных соединений и выписок с личных банковских счетов, не позволил допросить следователя ФИО7 по обстоятельствам производства выемок, тогда как из ранее данных показаний ФИО5, ФИО9 и ФИО7 усматриваются нарушения норм УПК РФ при производстве указанных следственных действий.

Защитник Пришвин В.В. полагал, что уголовное дело надлежало возвратить на дополнительное расследование в связи с тем, что все доводы ФИО3 не были исследованы на предварительном следствии, в том числе о принадлежности куртки ФИО10, о получении данной куртки ФИО3 от ФИО10 через ФИО9, о личном знакомстве ФИО8 с ФИО9, о переводе денежных средств ФИО9 сожительнице ФИО10 – ФИО5

Защитник Пришвин В.В. указал на то, что ФИО9 и ФИО10, изменяя неоднократно свои показания, не смогли пояснить причину этого.

В дополнение защитник указал на существенное нарушение судом первой инстанции норм уголовно-процессуального закона, влекущее отмену приговора суда и выразившееся в не допуске его в судебное заседание, состоявшееся 06.08.2024, по причине не предъявления им нового ордера, и нарушении права ФИО3 на защиту.

В судебном заседании прокурор ФИО11 возразила против доводов апелляционной жалобы и доводов стороны защиты, приведенных в судебном заседании, пояснив, что приговор суда отвечает требованиям ст. 297 УПК РФ, оснований для возвращения уголовного дела прокурору не имеется, существенных нарушений уголовно-процессуального закона, повлиявших на вынесение приговора, в том числе нарушение права ФИО3 пользоваться помощью защитника, допущено не было.

Проверив материалы уголовного дела, изучив доводы апелляционной жалобы и возражений на нее, заслушав выступления участвующих лиц, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

В силу ст. 297 УПК РФ приговор признается законным, обоснованным и справедливым, если он постановлен в соответствии с требованиями настоящего Кодекса и основан на правильном применении уголовного закона.

Приговор Шацкого районного суда Рязанской области от 26 февраля 2025 года указанным требованиям отвечает не в полной мере.

Суд апелляционной инстанции находит выводы суда о виновности осужденного в совершении преступления, связанного с незаконным сбытом специальных технических средств, предназначенных для негласного получения информации, правильными, основанными на исследованных в судебном заседании доказательствах, которые изложены в приговоре и им дан анализ и оценка.

Вина осужденного ФИО3 в совершении указанного преступления установлена в ходе судебного разбирательства и подтверждается собранными по делу доказательствами, достоверность которых сомнения не вызывает:

- показаниями свидетеля ФИО9, данными им в судебном заседании и в ходе предварительного расследования (оглашенными в порядке ст. 281 УПК РФ), о том, что в 2021 году он помогал своему знакомому ФИО10 записаться на обучение в автошколу с целью получения последним свидетельства о профессии водителя. Примерно в январе 2022 года ФИО10 обращался к нему с просьбой помочь сдать теоретический экзамен на знания правил дорожного движения, которому он сообщил, что у него имеется знакомый, который может помочь в сдаче экзамена. 24 или ДД.ММ.ГГГГ он продиктовал ФИО10 номер телефона ФИО3 для связи, также по просьбе ФИО10 он сообщал ФИО3 о том, что ему необходимо встретиться с ФИО10 в день сдачи экзамена ДД.ММ.ГГГГ и назвал место встречи. Каким образом ФИО3 намеревался оказать помощь ФИО10 в сдаче экзамена, ему не было известно;

- показаниями свидетеля ФИО10, данными им в судебном заседании и в ходе предварительного расследования (оглашенными в порядке ст. 281 УПК РФ), о том, что ДД.ММ.ГГГГ он должен был сдавать теоретический экзамен по правилам дорожного движения в РЭГ ГИБДД МО МВД «Шацкий», в связи с чем он обратился к своему знакомому ФИО9 с просьбой помочь ему со сдачей указанного экзамена. ФИО9 дал ему номер телефона ФИО3, пояснив, что тот окажет ему помощь. ДД.ММ.ГГГГ он приехал совместно с ФИО12 в <адрес>, где примерно в 08 часов 20 минут встретился с ФИО3, к которому пересел в автомобиль. ФИО3 достал из пакета куртку и пояснил, что данная куртка оборудована техническими средствами, с помощью которых он будет видеть билеты и слышать его на экзамене, и тем самым он будет подсказывать ему ответы. Также ФИО3 объяснил ему, как нужно себя вести при сдаче экзамена, как работает данное оборудование. После чего он взял куртку у ФИО3, а затем тайно использовал ее в РЭГ ГИБДД МО МВД России «Шацкий» в ходе сдачи экзамена и которую он впоследствии выдал инспектору, обнаружившему у него указанные технические средства;

- показаниями свидетеля ФИО12, данными в ходе предварительного расследования (оглашенными в порядке ст. 281 УПК РФ), о том, что ДД.ММ.ГГГГ он на своем автомобиле подвозил ФИО10 к остановке в <адрес>, где ФИО10 пересел в подъехавший автомобиль марки «Дацун Ондо», а затем они все вместе поехали в РЭГ ГИБДД МО МВД России «Шацкий», куда они с ФИО10 зашли, и где ФИО10 сдавал экзамен. При этом перед входом в экзаменационный класс ФИО10 снял имеющуюся на нем верхнюю куртку, и остался в флисовой кофте. Через некоторое время ему стало известно, что ФИО10 при сдаче экзамена использовал запрещенные технические средства, в связи с чем экзамен не сдал;

- показаниями свидетеля ФИО13, данными в ходе предварительного расследования (оглашенными в порядке ст. 281 УПК РФ), о том, что, будучи инспектором РЭГ ГИБДД МО МВД России «Шацкий» ДД.ММ.ГГГГ он принимал теоретический экзамен на знание правил дорожного движения у ФИО10, у которого в ходе сдачи экзамена обнаружил техническое средство, используемое им при сдаче экзамена. После чего экзамен был остановлен, ФИО10 выдал используемое им техническое средство, а он сообщил о случившемся в дежурную часть МО МВД России «Шацкий»;

- показаниями свидетеля ФИО5, данными им в судебном заседании и в ходе предварительного расследования (оглашенными в порядке ст. 281 УПК РФ), о том, что от ФИО10 ей стало известно, что ДД.ММ.ГГГГ он сдавал теоретический экзамен в РЭГ ГИБДД МО МВД России «Шацкий», использовав при этом куртку со встроенными в нее техническими средствами, переданную ему мужчиной, с которым его познакомил ФИО9, с целью оказания ему (ФИО10) помощи в сдаче экзамена;

- протоколом очной ставки между подозреваемым ФИО3 и свидетелем ФИО9 от ДД.ММ.ГГГГ, в ходе которой свидетель ФИО9 пояснил, что просил ФИО3 помочь ФИО10 в сдаче экзамена в РЭГ ГИБДД МО МВД России «Шацкий», при этом ФИО3 ему не пояснял, каким образом он окажет помощь в сдаче экзамена, куртку со встроенной видеокамерой он ФИО3 не передавал. Подозреваемый ФИО3 подтвердил на очной ставке показания ФИО9 в той части, что последний просил его помочь сдать экзамен ФИО10, при этом, не поясняя, каким образом тот должен был это сделать;

- протоколом очной ставки между подозреваемым ФИО3 и свидетелем ФИО10 от ДД.ММ.ГГГГ, в ходе которой свидетель ФИО10 пояснил, что ДД.ММ.ГГГГ он впервые увидел в <адрес> ФИО3, который передал ему куртку, оснащенную скрытыми техническими средствами, ранее о которой ему не было известно;

- протоколом выемки от ДД.ММ.ГГГГ с фототаблицей к нему, в ходе которой у ФИО9 изъят оптический диск, содержащий детализацию телефонных соединений абонентского номера №, находящегося в пользовании ФИО9, и выписку с его личного банковского счета;

- протоколом осмотра предметов и документов от ДД.ММ.ГГГГ, в ходе которого была осмотрена детализация телефонных соединений абонентского номера №, находящегося в пользовании ФИО9 и установлены телефонные соединения, как входящие, так и исходящие с абонентским номером №, принадлежащим ФИО10; с абонентским номером №, принадлежащим ФИО3, в частности между абонентами был зафиксирован звонок ДД.ММ.ГГГГ; с абонентским номером №, принадлежащим ФИО5 В представленной выписке с банковской карты ФИО9 № денежных переводов на банковскую карту №, находящуюся в пользовании у ФИО5, не зафиксировано;

- протоколом выемки от ДД.ММ.ГГГГ с фототаблицей к нему, в ходе которой у ФИО14 изъята детализация телефонных соединений абонентского номера №, находящегося в пользовании ФИО10;

- протоколом осмотра предметов и документов от ДД.ММ.ГГГГ, в ходе которого была осмотрена детализация телефонных соединений абонентского номера №, находящегося в пользовании ФИО10, и установлено телефонное соединение данного абонентского номера с абонентским номером №, принадлежащим ФИО3, имевшее место ДД.ММ.ГГГГ в 08 часов 10 минут 40 секунд;

- протоколом выемки от ДД.ММ.ГГГГ с фототаблицей к нему, в ходе которой у ФИО5 изъят оптический диск, содержащий детализацию телефонных соединений абонентского номера №, находящегося в пользовании ФИО5, и выписку с ее личного банковского счета;

- протоколом осмотра предметов и документов от ДД.ММ.ГГГГ, в ходе которого была осмотрена детализация телефонных соединений абонентского номера № находящегося в пользовании ФИО5, и установлены телефонные соединения, как входящие, так и исходящие с абонентским номером №, находящегося в пользовании ФИО9 В представленной выписке с банковской карты ФИО5 № денежных переводов на банковскую карту №, находящуюся в пользовании у ФИО9, не зафиксировано;

- протоколом осмотра места происшествия с фототаблицей к нему от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому при участии ФИО10 осмотрен участок местности возле остановки общественного транспорта, имеющий географические координаты <адрес> восточной долготы, расположенный в <адрес>, на который ФИО10 указал, пояснив, что именно на данном участке местности ФИО3 передал ему куртку, оборудованную техническими средствами: видеокамерой, беспроводной гарнитурой и двумя мобильными телефонами, после чего подключил все оборудование, показал ему как им пользоваться, сообщив, что с помощью данного оборудования он поможет ему сдать теоретический экзамен в РЭГ ГИБДД МО МВД России «Шацкий», после чего они вместе направились в РЭГ ГИБДД МО МВД России «Шацкий»;

- протоколом осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ с фототаблицей к нему, согласно которому в ходе осмотра помещения экзаменационного класса РЭГ ГИБДД МО МВД России «Шацкий» обнаружены и изъяты куртка синего цвета, два мобильных телефона «Samsung», «Honor 10», электронное устройство в виде миниатюрной гарнитуры (микронаушник);

- заключением эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, согласно выводам которой изъятая в ходе осмотра места происшествия в РЭГ ГИБДД МО МВД России «Шацкий» Wi-Fi видеокамера в виде куртки из тканевого материала синего цвета относится к специальным техническим средствам, предназначенным для негласного получения информации, по признаку камуфлирования под предмет другого функционального назначения. Указанная Wi-Fi видеокамера в виде куртки из тканевого материала синего цвета находится в работоспособном состоянии, при сопряжении со смартфоном обеспечивает передачу видеоизображения с акустическим сопровождением по радиоканалу стандарта Wi-Fi. На установленной карте памяти стандарта microSD формируются видеофайлы с акустическим сопровождением, которые могут быть воспроизведены стандартными программами операционной системы «Windows»;

- сведениями ПАО «МТС» <адрес> о том, что обнаруженная в мобильном телефоне, изъятом в ходе осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ, сим-карта зарегистрирована на ФИО3

Данные доказательства в приговоре изложены полно и правильно, объективно проанализированы и оценены судом в соответствии с положениями ст. ст. 17, 87, 88 УПК РФ, сомнений в своей достоверности, относимости и допустимости не вызывают. Каких-либо объективных данных, свидетельствующих о наличии оснований для оговора ФИО3 со стороны допрошенных по делу лиц, чьи показания положены в основу приговора, в материалах дела не содержится и судом не установлено.

Каких-либо объективных данных, свидетельствующих о наличии неприязненных, конфликтных отношений, либо иных обстоятельств, могущих явиться причиной для оговора осужденного указанными свидетелями, судом первой инстанции не установлено, в материалах уголовного дела не имеется. Не приведено таковых и в апелляционной жалобе.

Несогласие с положенными в основу обвинительного приговора показаниями свидетелей ФИО10, ФИО9 само по себе не влечет их признание недопустимыми и исключение из числа доказательств, а оснований сомневаться в их объективности и достоверности не имеется.

Квалификация действий ФИО3 по ст. 138.1 УК РФ, как незаконный сбыт специальных технических средств, предназначенных для негласного получения информации, является правильной, оснований для иной правовой оценки содеянного не имеется.

Разрешая вопрос, относится ли указаннае выше Wi-Fi видеокамера в виде куртки из тканевого материала синего цвета к специальным техническим средствам, предназначенным для негласного получения информации, суд обоснованно использовал в качестве доказательств вышеуказанное заключение эксперта.

При этом, выводы эксперта о наличии у исследованного устройства комплекса необходимых признаков, достаточных для их отнесения к категории специальных технических средств, предназначенных для негласного получения информации, суд правильно признал обоснованными и достоверными, поскольку последние в полной мере соотносятся с положениями действующего законодательства.

В данном случае, как следует из диспозиции ст. 138.1 УК РФ, уголовная ответственность предусмотрена, в том числе, за незаконный сбыт специальных технических средств, предназначенных для негласного получения информации.

При этом по смыслу закона любые технические устройства могут быть признаны специальными техническими средствами при условии, если они обладают качествами и свойствами, позволяющими с их помощью негласно получать информацию.

Поскольку любое ограничение конституционных прав граждан путем использования негласных методов и средств допускается не иначе как в случаях, установленных Федеральным законом от 12 августа 1995 года № 144-ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности», в соответствии со ст. 6 данного Закона перечень специальных технических средств, предназначенных для негласного получения информации в процессе осуществления оперативно-разыскной деятельности, устанавливается Правительством РФ.

Согласно пункту 1 Перечня видов специальных технических средств, предназначенных (разработанных, приспособленных, запрограммированных) для негласного получения информации в процессе осуществления оперативно-разыскной деятельности, утвержденного Постановлением Правительства РФ от 1 июля 1996 года № 770, к таким средствам отнесены, в том числе, специальные технические средства для негласного получения и регистрации акустической информации.

При этом, как предусмотрено ч. 9 ст. 6 Федерального закона от 12 августа 1995 года № 144-ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности», п. 2 ч. 1 ст. 12 Федерального закона от 4 мая 2011 года № 99-ФЗ «О лицензировании отдельных видов деятельности», пп. «а» п. 3 Положения о лицензировании деятельности по разработке, производству, реализации и приобретению в целях продажи специальных технических средств, предназначенных для негласного получения информации, утвержденного Постановлением Правительства РФ от 12 апреля 2012 года № 287, разработка, производство, реализация и приобретение в целях продажи специальных технических средств, предназначенных для негласного получения информации, подлежат лицензированию в соответствии с законодательством РФ, и могут осуществляться только индивидуальными предпринимателями и юридическими лицами, осуществляющими на законных основаниях соответствующую предпринимательскую деятельность.

Поскольку, исследованными доказательствами достоверно установлено, что осужденный ФИО3 без соответствующей лицензии преднамеренно с целью получения материальной выгоды передал устройство, обладающее качествами и свойствами, позволяющими с их помощью скрытно, то есть негласно, получать акустическую информацию без ведома ее обладателя, то есть применять его в качестве средства посягательства на конституционные права граждан, суд обоснованно квалифицировал его действия по ст. 138.1 УК РФ, как незаконный сбыт технических средств, предназначенных для негласного получения информации.

Помимо этого при сбыте указанного специального технического средства ФИО3 не предъявлял к ФИО10 каких-либо условий и ограничений по порядку его использования. Умысел ФИО3 был направлен на получение прибыли от незаконного оборота специального технического средства, используемого при сдаче экзамена, и после его сбыта он не смог бы контролировать порядок его дальнейшего использования.

Об имеющихся корыстных побуждениях свидетельствуют показания ФИО10, пояснявшего, что он должен был передать денежные средства в размере около 40000 рублей ФИО3 после успешной сдачи экзамена.

Показания осужденного ФИО3 о том, что он не сбывал специальное техническое средство, предназначенное для негласного получения информации, а только оказывал путем его использования помощь при сдаче теоретического экзамена на знание ПДД РФ ФИО10, которому данное средство принадлежит, судом первой инстанции обосновано отвергнуты, поскольку совокупностью исследованных в ходе судебного следствия доказательств, представленных стороной обвинения, установлено обратное.

Так, из показаний ФИО10 следует, что Wi-Fi видеокамера в виде куртки из тканевого материала синего цвета ему не принадлежала, впервые он ее увидел, когда ФИО3 ему ее передавал и объяснял, что при помощи данного средства он окажет ему помощь при сдаче экзамена и разъяснял порядок ее использования.

Свидетель ФИО9 отрицал факт принадлежности Wi-Fi видеокамеры в виде куртки из тканевого материала синего цвета, как ему, так и ФИО10, поясняя, что ему не было известно каким образом будет оказываться ФИО3 помощь ФИО10 при сдаче экзамена.

В своих показаниях ФИО1 пояснял, что передав вышеуказанное техническое средство ФИО10, он не намеревался требовать его обратно.

Судом первой инстанции правомерно приняты в качестве достоверных показания свидетеля ФИО10, поскольку они не противоречивы и подтверждаются другими материалами уголовного дела.

К вышеуказанным показаниям ФИО3 суд апелляционной инстанции также относится критически, поскольку они опровергаются совокупностью вышеуказанных доказательств, кроме того судом апелляционной инстанции учитывается, что в силу своей профессии (мастер производственного обучения вождению) ФИО3 не мог не знать порядок сдачи теоретического экзамена на знание ПДД РФ, что, соглашаясь оказать помощь ФИО10 в сдаче данного экзамена, он заранее не мог не осознавать, каким именно образом им будет оказана помощь. Кроме того, из показаний ФИО3 следует, что перед передачей специального технического средства он сам привел его в работоспособное состояние, использовав принадлежащие ему сотовые телефоны. Также к показаниям ФИО3 о бескорыстной помощи ФИО10 суд апелляционной инстанции относится критически, поскольку они опровергаются показаниями ФИО10 о платности услуг ФИО3

Иные доводы стороны защиты о непричастности ФИО3 к совершению сбыта технических средств, предназначенных для негласного получения информации, и все приведенные в развитие этих доводов утверждения, проверялись судом первой инстанции и обоснованно были отклонены с приведением мотивов принятых решений. Оснований не согласиться с выводами суда не имеется.

Вместе с тем приговор подлежит изменению по следующим основаниям.

Согласно ст. 389.15 УПК РФ одним из оснований отмены или изменения судебного решения в апелляционном порядке является существенное нарушение уголовно-процессуального закона.

К такому нарушению относится несоблюдение судом требований УПК РФ при постановлении приговора.

В силу ст. 297 УПК РФ приговор должен быть законным, обоснованным и справедливым и признается таковым, если он соответствует требованиям уголовно-процессуального законодательства, предъявляемым к его содержанию, процессуальной форме и порядку постановления, а также основан на правильном применении уголовного закона.

Как следует из приговора, при описании преступного деяния, признанного доказанным, суд указал, что не позднее 08 часов 10 минут ДД.ММ.ГГГГ у ФИО3 из корыстных побуждений возник преступный умысел, направленный на незаконное приобретение специального технического средства, предназначенного для негласного получения информации, по признаку камуфлирования под предмет другого функционального назначения – Wi-Fi видеокамеры в виде куртки из тканевого материала синего цвета, с целью последующего сбыта и получения за это материальной выгоды. Далее ФИО3, реализуя свой преступный умысел, в указанные период времени и дату приобрел у неустановленного лица, в отношении которого материалы уголовного дела выделены в отдельное производство, указанное специальное техническое средство, предназначенное для негласного получения информации.

В силу ст.ст. 73, 307 УПК РФ описательно-мотивировочная часть обвинительного приговора должна содержать описание преступного деяния, признанного судом доказанным, с указанием места, времени, способа его совершения, формы вины, мотивов, целей и последствий преступления, с учетом предъявленного обвинения и пределов судебного разбирательства, установленных в ст. 252 УПК РФ.

В соответствии со ст. 302 УПК РФ обвинительный приговор не может быть основан на предположениях и постановляется судом на достоверных доказательствах, когда по делу исследованы все возникшие версии, а имеющиеся противоречия выяснены и оценены, и лишь при условии, если в ходе судебного разбирательства виновность подсудимого в совершении преступления доказана.

Обязательным условием наступления уголовной ответственности является установление и доказывание всех обстоятельств, составляющих объективную сторону преступления.

Из материалов уголовного дела усматривается, что органами предварительного следствия и судом (с учетом ст. 252 УПК РФ) не установлены точное время, место и обстоятельства, при которых ФИО3 незаконно приобрел специальное техническое средство, предназначенное для негласного получения информации.

Ссылка в приговоре на показания ФИО3, данные им, как в судебном заседании, так и в ходе предварительного расследования, о незаконном приобретении им специальных технических средств, предназначенных для негласного получения информации, у ФИО9, несостоятельна, поскольку из его показаний не следует, что он незаконно приобретал указанное техническое средство у ФИО9, указанные показания ФИО3 сводятся к избранной им линии защиты, направленной на избежание уголовной ответственности по факту сбыта специального технического средства, предназначенного для негласного получения информации, путем дачи показаний о принадлежности данного средства ФИО10 и утверждения о ложности показаний ФИО10 и ФИО9

Других доказательств, позволяющих суду сделать однозначные выводы об обстоятельствах приобретения ФИО3 специального технического средства, предназначенного для негласного получения информации, не приведено.

Таким образом, суд не установил и не указал в приговоре обстоятельства, составляющие объективную сторону приобретения специального технического средства, предназначенного для негласного получения информации, и подлежащие доказыванию по уголовному делу, что является обязательным условием наступления уголовной ответственности, в связи с чем из приговора подлежит исключению осуждение ФИО3 за незаконное приобретение специальных технических средств, предназначенных для негласного получения информации, со смягчением назначенного наказания.

С учетом сведений ГБУ РО «<скрыто>», ГБУ РО «<скрыто>», а также поведения осужденного в судебном заседании, суд обоснованно признал ФИО3 вменяемым в отношении совершенного им преступления.

Суд первой инстанции при назначении наказания в соответствии с требованиями ст.ст. 43, 60 УК РФ учел характер и степень общественной опасности совершенного ФИО3 преступления, данные о его личности, отсутствие смягчающих и отягчающих наказание обстоятельств, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи.

Суд первой инстанции принял во внимание, что ФИО3 женат, несовершеннолетних детей на иждивении не имеет, работает, имеет постоянное место жительства.

Оснований полагать, что при назначении осужденному ФИО3 наказания суд не учел подлежащие учету в силу уголовного закона смягчающие обстоятельства, не имеется, данных о наличии таких обстоятельств материалы уголовного дела не содержат и суду апелляционной инстанции не представлены.

Обстоятельств, отягчающих наказание ФИО3, предусмотренных ст. 63 УК РФ, суд первой инстанции не усмотрел, не усматривает их наличие и суд апелляционной инстанции.

Оценив совокупность всех вышеуказанных обстоятельств, суд пришел к обоснованному выводу о назначении ФИО3 наказания в виде штрафа.

Суд первой инстанции правильно не усмотрел обстоятельств, в том числе исключительных, связанных с целями и мотивами преступления, поведением подсудимого во время и после совершения преступления, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступления, и пришел к мотивированному выводу об отсутствии оснований для применения положений ст. 64 УК РФ.

Суд апелляционной инстанции находит обоснованным решение о не применении судом положений ч. 6 ст. 15 УК РФ и изменении категории преступления.

Оснований для постановления в отношении ФИО3 приговора без назначения наказания или же его освобождения от наказания судом правомерно не установлено.

Вопрос о вещественных доказательствах разрешен судом первой инстанции верно.

Каких-либо нарушений, допущенных органом предварительного расследования, препятствующих постановлению приговора и влекущих возвращение уголовного дела прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ, суд первой инстанции обоснованно не установил, и принял решение о возможности рассмотрения дела по существу. Не усматривает наличие таких оснований и суд апелляционной инстанции.

Сторона защиты указывает на наличие оснований для возвращения уголовного дела прокурору ввиду не исследования доводов ФИО3 в ходе предварительного расследования. Между тем данное обстоятельство не является основанием для возвращения уголовного дела, поскольку не содержится в ст. 237 УПК РФ.

Как следует из материалов дела судом первой инстанции проверена позиция подсудимого о принадлежности куртки ФИО10 и о ее получении подсудимым от последнего, о переводе денежных средств за данную куртку ФИО9 сожительнице ФИО10 – ФИО5 путем допроса указанных лиц и других свидетелей, исследования письменных доказательств по делу, указанные доказательства суд проанализировал и проверил в соответствии с положениями ст. 87 УПК РФ путем сопоставления с иными доказательствами, имеющимися в уголовном деле.

Содержащиеся в апелляционных постановлениях от ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ указания судом первой инстанции выполнены путем всестороннего, полного и объективного рассмотрения уголовного дела.

В соответствии с требованиями УПК РФ в судебном заседании суда первой инстанции непосредственно были исследованы показания свидетелей, имевшиеся противоречия в их показаниях устранены путем оглашения в порядке ст. 281 УПК РФ показаний, данных ими на предварительном следствии, которые допрошенные в судебном заседании свидетели подтвердили, им дана надлежащая оценка.

Судом первой инстанции было отказано в ходатайствах защиты об оглашении показаний свидетелей ФИО9, ФИО10, ФИО5, данных ранее в суде (ч. 3 ст. 281 УПК РФ). Как следует из заявленных стороной защиты ходатайств и пояснений в суде апелляционной инстанции, стороной защиты было заявлено об оглашении показаний свидетелей в части приобретения ФИО3 специального технического средства и по обстоятельствам изъятия у ФИО9 и ФИО5 оптических дисков, содержащих детализации телефонных соединений и выписок с личных банковских счетов. Также судом первой инстанции было отказано в удовлетворении ходатайства стороны защиты об исследовании показаний свидетеля ФИО9, содержащихся в письменных объяснениях.

Протоколы выемок от ДД.ММ.ГГГГ (у свидетеля ФИО9 оптического диска, содержащего детализацию телефонных соединений и выписку с личного банковского счета), от ДД.ММ.ГГГГ (у свидетеля ФИО5 оптического диска, содержащего детализацию телефонных соединений и выписку с личного банковского счета) соответствуют требованиям ст. 183 УПК РФ. Из протоколов следует, что оптические диски выданы свидетелями добровольно, они в установленном порядке изъяты, приобщены к материалам уголовного дела в качестве доказательств, осмотрены. Свидетели ФИО9 и ФИО5 в судебном заседании подтвердили факт выдачи следователю оптических дисков. Таким образом, они на законном основании исследованы судом первой инстанции и получили соответствующую оценку в приговоре. Сведений о том, что содержащаяся на указанных оптических дисках информация не соответствует действительности, не имеется.

Решение суда первой инстанции об отказе в оглашении показаний свидетелей ФИО9 и ФИО5, данных ими ранее в суде, не свидетельствует о том, что их показания могли повлиять на вопрос допустимости протоколов выемок оптических дисков, поскольку как указано выше, протоколы соответствуют требованиям ст. 183 УПК РФ, а оснований подвергать сомнению информацию, содержащуюся на оптических дисках, не имеется.

Судом первой инстанции правомерно отказано в оглашении показаний ФИО9, содержащихся в письменных объяснениях от ДД.ММ.ГГГГ (т. №), поскольку процессуальная фиксация сведений в виде показаний возможна исключительно в результате совершения такого следственного действия, как допрос. Закрепление сведений, имеющих значение для уголовного дела, в виде объяснений не соответствует требованиям допустимости и не является уголовно-процессуальным доказательством. Объяснения, получаемые на стадии возбуждения уголовного дела, имеют ограниченное значение, заключающееся, прежде всего, в установлении объективной стороны и иных признаков преступления, их достаточности для начала осуществления уголовного преследования. Кроме того в ходе получения объяснений ФИО9 он не предупреждался об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний.

Существенных нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих отмену приговора, не имелось.

Как следует из материалов уголовного дела в судебном заседании, состоявшемся ДД.ММ.ГГГГ, судьей не был допущен в качестве защитника ФИО3 адвокат Пришвин В.В. ввиду не предоставления им ордера, подтверждающего его полномочия. Между тем, судебное заседание было отложено из-за отсутствия защитника и не извещения подсудимого за пять дней до начала судебного заседания. Впоследствии в рассмотрении уголовного дела принимал участие адвокат Пришвин В.В. в качестве защитника, которым был предоставлен суду ордер (т. 4 л.д. 111, 130). Таким образом, действия суда первой инстанции не повлекли ограничения гарантированных УПК РФ прав ФИО3 на защиту.

Нарушений требований закона, влекущих отмену или изменений приговора по иным основаниям, в том числе по доводам апелляционной жалобы, судом апелляционной инстанции не установлено.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 389.15, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

П О С Т А Н О В И Л:

приговор Шацкого районного суда Рязанской области от 26 февраля 2025 года в отношении ФИО3 - изменить.

- исключить из осуждения ФИО3 незаконное приобретение специальных технических средств, предназначенных для негласного получения информации;

- считать ФИО3 осужденным по ст. 138.1 УК РФ за незаконный сбыт специальных технических средств, предназначенных для негласного получения информации;

- смягчить назначенное ФИО3 по ст. 138.1 УК РФ наказание в виде штрафа до 30000 рублей.

В остальной части приговор Шацкого районного суда Рязанской области от 26 февраля 2025 года в отношении ФИО3 - оставить без изменения; апелляционную жалобу защитника Пришвина В.В. - без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке, предусмотренном главой 47.1 УПК РФ путем подачи кассационных жалоб (представлений) через суд первой инстанции в течение шести месяцев со дня вступления в законную силу итогового судебного решения.

В случае пропуска указанного срока или отказа в его восстановлении кассационные жалобы (представления) подаются непосредственно в суд кассационной инстанции и рассматриваются в порядке, предусмотренном статьями 401.10 - 401.12 УПК РФ.

Осужденный ФИО3 вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Судья С.В. Владимирова