Приговор № 2-13/2016 2-5/2017 от 19 октября 2017 г. по делу № 2-13/2016

Дело № 2-5/2017 (2-13/2016)


ПРИГОВОР

именем Российской Федерации

г.Владимир 20 октября 2017 года

Владимирский областной суд в составе:

председательствующего судьи Сенина П.М.,

при секретаре Захряпиной Н.А.,

с участием государственных обвинителей –

прокуроров отдела прокуратуры

Владимирской области ФИО1, ФИО2,

подсудимых ФИО3, ФИО4, ФИО5,

защитников - адвокатов Пшека Д.В., Шеховцовой Н.Г., Трубниковой С.Н., Аединовой Ю.С., Дремановой Т.В.,

потерпевших П.., Потерпевший №4, Потерпевший №3, Потерпевший №1,

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело в отношении:

ФИО3, родившегося **** в ****, гражданина России, со средним специальным образованием, официально не трудоустроенного, в браке не состоящего, детей не имеющего, зарегистрированного и проживающего по адресу: ****, судимости не имеющего:

содержащегося под стражей с 25 июня 2015 года,

обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных п.п."а, г, д, ж, з, к" ч.2 ст.105, ч.1 ст.209, ч.3 ст.222 УК РФ;

ФИО4, родившейся **** в г.****, гражданки России, со средним специальным образованием, работавшей до задержания бухгалтером в ООО "****+", "****", "****", "****", в браке не состоящей, имеющей дочь ****.р., зарегистрированной по адресу: ****, фактически проживающей по адресу: **** г.****, не судимой,

содержащейся под стражей с 23 июня 2015 года,

обвиняемой в совершении преступления, предусмотренного ч.4 ст.33 и п."з" ч.2 ст.105 УК РФ;

ФИО5, родившегося **** в г.****, гражданина России, со средним специальным образованием, работавшего до задержания оператором в ООО "****", в браке не состоящего, детей не имеющего, зарегистрированного и проживающего по адресу: **** г.****, не судимого,

содержащегося под стражей с 7 октября 2015 года,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч.ч.4, 5 ст.33 и п.п."ж, з" ч.2 ст.105 УК РФ,

у с т а н о в и л :

ФИО3 совершил убийство пяти лиц, из которых одного из корыстных побуждений, одного организованной группой и по найму, убийство троих сопряжено с бандитизмом, из них одного по найму и двоих с целью скрыть другое преступление, одна женщина убита в состоянии беременности, а один потерпевший с особой жесткостью; он же создал банду в целях нападения на граждан и руководил ею; он же в составе организованной группы незаконно хранил, перевозил и носил огнестрельное оружие и боеприпасы;

ФИО4 совершила подстрекательство к убийству по найму;

ФИО5 совершил подстрекательство к убийству по найму и пособничество в нем.

Преступления совершены при следующих обстоятельствах.

13 мая 2004 года К.В. оформил договор дарения своей комнаты по адресу: **** комн. ****, площадью 12,8 кв.м., в пользу М.И., продолжив по договоренности с ней проживать в указанном жилом помещении.

7 сентября 2011 года М.И. заключила с ФИО3 договор купли-продажи его автомобиля «БМВ 528» 1999 года выпуска за 300 000 рублей, договорившись, что М.И. деньги за автомобиль будет отдавать по мере возможности.

В период с 7 сентября по 25 октября 2011 года ФИО3 потребовал от М.И. отдать ему денежные средства за автомобиль, в том числе продав комнату, подаренную ей К.В. М.И. сообщила, что не может этого сделать, поскольку в комнате проживает ФИО7 А.М., желая возврата имеющегося у М.И. перед ним долга в размере не менее 100 000 рублей, то есть из корыстных побуждений, решил убить К.В., чтобы М.И. смогла продать комнату и вернуть долг.

К совершению преступления ФИО3 в указанный период времени, находясь на территории г.****, привлек своего знакомого С., в отношении которого уголовное дело выделено в отдельное производство и постановлен обвинительный приговор, и предложил ему оказать содействие в убийстве К.В., пообещав за это денежное вознаграждение в размере не менее 25 000 рублей. С. согласился.

ФИО3 разработал план, согласно которому он должен встретить К.В. ночью на ****, сопроводить в безлюдное место, надеть на голову полиэтиленовый пакет и удерживать его до наступления смерти К.В., после чего оставить труп на улице, маскируя убийство под естественную смерть, а С. в это время должен наблюдать за обстановкой и в случае возникновения опасности сообщить об этом ФИО3

В ночь с 25 на 26 октября 2011 года, ФИО3 и С., действуя согласно обсужденному плану и распределенным ролям, проследовали к дому **** по ****, дождались, когда К.В. после употребления спиртных напитков выйдет на улицу, ФИО3 завел его за техническую постройку – котельную, расположенную по адресу: ****, а С. наблюдал за окружающей обстановкой и был готов в случае возникновения опасности предупредить об этом ФИО3 ФИО3 попытался надеть К.В. на голову полиэтиленовый пакет, однако в результате оказываемого сопротивления не смог совершить его убийство. Тогда ФИО3 скорректировал план действий, подозвал С., предложив ему принять участие в убийстве и помочь преодолеть сопротивление К.В., удерживая за руки. С. согласился.

После этого ФИО3 и С. повалили К.В. на землю, С. завел руки К.В. за спину, лишая его возможности защищаться, а ФИО3 надел полиэтиленовый пакет на голову К.В., затянув концы вокруг шеи, перекрыв тем самым дыхательные пути рта и носа для доступа воздуха, и удерживал в таком положении до наступления смерти К.В. Указанными действиями ФИО3 и С., повлекшими асфиксию, К.В. был причинен тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни. Смерть К.В. наступила на месте происшествия в ночь с 25 на 26 октября 2011 года, не позднее 8 часов 35 минут 26 октября 2011 года, в результате асфиксии от закрытия отверстий рта и носа мягким предметом – полиэтиленовым пакетом, вызвавшим полное прекращение доступа воздуха по дыхательным путям в легкие, без образования механических телесных повреждений.

Полиэтиленовый пакет, которым производилось удушение, ФИО3 выбросил.

После обнаружения 26 октября 2011 трупа К.В., М.И., во исполнение ранее достигнутой с ФИО3 договоренности о возврате денежного долга, продала комнату, в которой проживал К.В., за 645 000 рублей, из которых не менее 100 000 рублей передала ФИО3 в счет имевшихся денежных обязательств. ФИО3 впоследствии передал не менее 25 000 рублей С. за участие в преступлении.

После убийства К.В., в период с 2011 по 2013 год, ФИО3, обладая организаторскими способностями, на территории г.****, решил создать устойчивую организованную преступную группу для занятия убийствами людей с целью материального обогащения, в которой отвел себе статус лидера. ФИО3, используя лидерские качества, авторитет в криминальных кругах, а также потребность С., в отношении которого уголовное дело выделено в отдельное производство и постановлен обвинительный приговор, в денежных средствах в качестве дополнительного мотива, в указанный период времени, но не позднее ноября 2013 года, привлек последнего в группу в качестве участника. После этого, не позднее 23 декабря 2013 года, ФИО3 к участию в организованной преступной группе привлек М., в отношении которого также уголовное дело выделено в отдельное производство и постановлен обвинительный приговор, с которым они ранее отбывали наказание в виде лишения свободы в одних учреждениях ФКУ **** и **** УФСИН России по ****, и который после освобождения в августе 2011 года периодически посещал ФИО3 в г.****, в том числе проживая у него дома. ФИО3 до обоих довел разработанный план совместных преступных действий. С. и М. добровольно согласились войти в состав организованной группы для совершения убийств людей с целью материального обогащения.

Таким образом, ФИО3 на территории **** не позднее ноября 2013 года создал устойчивую организованную преступную группу для совершения особо тяжких преступлений, характеризующуюся стабильностью состава и согласованностью своих действий, куда в разное время в качестве участников вовлек С. и М.

Созданная ФИО3 организованная преступная группа характеризовалась признаками организованности и структурированности: наличием организационно-иерархических связей (подчиненность участников группы лидеру), антисоциальной направленностью деятельности, тщательной подготовкой к преступлениям, строгому следованию групповым правилам, разработанным и установленным руководителем группы. Группа имела черты сплоченности, высокую степень однородности группы по таким факторам, как этническая общность, пол, привлечение членов группы к уголовной ответственности, общие интересы, по индивидуально-психологическим параметрам, наличию тесных взаимосвязей её членов и дружеских отношений. Кроме того, созданная группа имела черты устойчивости, заключающиеся в длительности её существования, неоднократном совершении преступлений, авторитете лидера у всех её членов.

С. и М. признали за ФИО3 статус лидера группы, строго подчинялись его указаниям, на постоянной основе поддерживали связь между собой для детализации и уточнения будущих преступных действий, совместно, согласно предварительно распределенным ролям, готовились к совершению преступлений, обсуждая план и полученную информацию.

В соответствии с распределением ролей ФИО3, обладая лидерскими качествами, разрабатывал планы совершения преступлений, осуществлял подготовку орудий и средств совершения убийств, разрабатывал методы конспирации, распределял роли между остальными участниками группы, руководил их действиями, сам принимал активное участие в совершении убийств, распределял преступный доход между членами группы.

Имея умысел на совместное незаконное обогащение путем совершения убийств, ФИО3 распределил роли между участниками группы следующим образом.

С., учитывая наличие хорошей физической подготовки, должен пресекать сопротивление потерпевших и подавлять их волю к сопротивлению, подыскивать заказчиков убийств, устранять препятствия, возникающие при совершении преступлений, с целью повышения мобильности участников группы и перемещения их к месту совершения убийств предоставлять находившийся в его собственности автомобиль, совершать действия по уничтожению следов и орудий совершенных убийств, маскировке истинных мотивов их совершения, в целях выбора оптимального маршрута передвижения к месту убийства и обратно, совместно с иными членами группы изучать место совершения преступления и прилегающую к нему территорию, устанавливать наличие камер видеонаблюдения.

М. должен принимать участие в планировании способов совершения убийств, подавлять волю потерпевших к сопротивлению, во избежание изобличения членов группы следить за обстановкой на месте совершения убийств для предупреждения о предстоящей опасности, с учетом наличия хорошего навыка вождения транспортными средствами управлять автомобилем для доставки членов группы к месту убийств и обратно, планировать пути подъезда и отъезда в безопасное место наиболее благоприятным маршрутом, в целях выбора оптимального маршрута передвижения участвовать в изучении членами группы места преступления и прилегающей к нему территории, установлении камер видеонаблюдения.

Участниками организованной преступной группы по указанию лидера группы соблюдались меры конспирации и принимались меры к инсценировке убийств под разбойные нападения, их возможной маскировке под естественную смерть.

Кроме того, ФИО3, являясь лидером созданной им организованной преступной группы, не имея лицензии, предусмотренной Федеральным законом от 13.12.1996 № 150-ФЗ «Об оружии», вопреки установленному этим Законом порядку, хранил вплоть до 12 июня 2015 года на территории своего жилого дома по адресу: **** **** приобретенное у неустановленных лиц в неустановленное время, но не позднее 10 июня 2015 года, огнестрельное нарезное оружие – пистолет неустановленной марки, пригодный для стрельбы патронами калибра 9 мм, а также боеприпасы к нему – не менее 4-х патронов с обозначением на гильзах «380 AUTO» с оболочечными пулями, имеющими головную часть полусферической формы.

О наличии огнестрельного оружия и возможности его применения во время совершения очередного преступления ФИО3 не позднее 10 июня 2015 года сообщил С. и М., которые добровольно согласились принять участие в нападениях на граждан с целью их убийства с применением оружия, в результате чего созданная ФИО3 устойчивая организованная преступная группа приобрела признак вооруженности.

Указанной организованной группой, а с 10 июня 2015 года - устойчивой вооруженной группой (бандой), в составе С., М. и ФИО3, созданной и возглавляемой последним, действующей в совместных преступных интересах, были совершены убийства в ночь с 23 на 24 декабря 2013 года и 12 июня 2015 года, при следующих обстоятельствах.

В ноябре 2013 года, ФИО3 дал указание С. о необходимости подыскать заказчиков совершения преступлений для извлечения доходов, включая убийства по найму.

С., общаясь со сверстниками и иными лицами, сообщал всем, что имеет широкий круг связей среди криминальных авторитетов, способен оказать содействие в осуществлении противоправных действий за денежное вознаграждение. В процессе общения с коллегой по работе ФИО5, С. узнал о его желании убить сводного брата – И.С., потребляющего наркотические средства и в связи с этим допускающего противоправное поведение в отношении матери и бабушки.

В период с ноября по 23 декабря 2013 года ФИО5, осведомленный о наличии у С. связей с лицами, ранее судимыми и имеющими криминальный авторитет, находясь по месту работы в ООО «****» по адресу: ****, действуя умышленно, в целях причинения смерти И.С. на почве личной неприязни к последнему, возникшей в результате его противоправного и аморального поведения, с просьбой подыскать исполнителей убийства И.С. за денежное вознаграждение в размере 300 000 рублей обратился к С., склонив его к совершению преступления путем подкупа.

С. в тот же период времени довел полученную информацию до ФИО3

ФИО6 распорядился о необходимости совершения убийства И.С. по найму и приступил к его организации и подготовке, разработал план убийства, согласно которому в его совершении должны принять участие все члены организованной группы - С. и М., а также не состоящий в группе "заказчик" убийства – ФИО5

Согласно разработанному ФИО3 плану, ФИО5 и С. для облегчения совершения убийства должны под обманным предлогом вывести И.С. из его квартиры на автомобиле С. "Мазда-3", государственный регистрационный знак ****, якобы для выполнения за вознаграждение сантехнических работ по адресу: ****. ФИО3 и М. должны ожидать приезда потерпевшего у указанного дома. ФИО3 должен выступить исполнителем убийства, которое планировалось совершить путем удушения И.С., а М., исполняя свою роль, должен наблюдать за обстановкой на месте совершения преступления в целях исключения появления на месте убийства посторонних лиц и предупреждения об опасности ФИО3 После чего, согласно плану, ФИО3 и М. с целью сокрытия следов преступления, должны доставить труп на **** городское кладбище № 2, где он будет захоронен сотрудником кладбища, не осведомленным о криминальном характере смерти И.С., в заранее приготовленной для похорон иного лица могиле.

После разработки плана ФИО3, создавая благоприятные условия для совершения убийства и дальнейшего сокрытия следов, договорился с работником **** городского кладбища № 2 о том, что привезет труп человека, якобы скончавшегося естественной смертью, для захоронения в могиле, подготовленной для захоронения иного лица. Работник кладбища согласился захоронить труп. С., ФИО5, а впоследствии и М. добровольно согласились принять участие в совершении указанного преступления.

23 декабря 2013 года, в дневное время, С., находясь по месту работы в ООО «****», узнал от ФИО5, что тот подготовил 300 000 рублей за убийство И.С., указал ФИО5 на необходимость оказания содействия в совершении преступления путем вывода И.С. из его квартиры под обманным предлогом выполнения сантехнических работ. ФИО5 согласился.

23 декабря 2013 года, около 20 часов 30 минут, С. и ФИО5, действуя согласно договоренности, проследовали на автомобиле С. к дому И.С., проживающего по адресу: **** ****., ФИО5 под обманным предлогом выполнения сантехнических работ, содействуя убийству И.С., вывел его из квартиры, посадил в автомобиль к С., а сам остался у дома.

С. привез И.С. к дому ****, где их дожидались ФИО3 и М., указал последним, что именно И.С. необходимо убить, и оставил их.

ФИО3 и М. представились И.С. сотрудниками правоохранительных органов, ФИО3 надел на глаза И.С. шапку, и, в целях подавления сопротивления, ранее подготовленные наручники, после чего они поместили И.С. в автомобиль, ФИО3 дал указание С. сообщить ФИО5 о выполнении убийства И.С. и потребовать передачи оговоренного денежного вознаграждения в сумме 300 000 рублей, после чего ФИО3 и М. отвезли И.С. на автомобиле по управлением М. во двор указанного дома.

С. встретился с ФИО5 у ****, сообщил ему об убийстве И.С., потребовал деньги, и ФИО5 передал С. за убийство И.С. 300 000 рублей, о чем тот по телефону сообщил ФИО3

Затем, в ночь с 23 на 24 декабря 2013 года, ФИО3, убедившись в получении денежного вознаграждения, находясь во дворе ****, вывел И.С. из автомобиля и они проследовали в офисное помещение указанного дома.

В это время М. во избежание изобличения членов группы в совершении преступления остался на улице возле дома следить за окружающей обстановкой в целях предупреждения ФИО3 о возможной опасности.

ФИО3 же в указанном офисном помещении подыскал полиэтиленовую пленку, которую с силой намотал на голову и шею И.С., ограниченного в свободе движений, перекрыв ему дыхательные пути рта и носа и доступ кислорода, а также сдавив пленкой область шеи, и оставил в таком положении до момента наступления смерти. Действиями ФИО3 И.С. были причинены телесные повреждения в виде тупой травмы шеи: полный поперечный разрыв на месте соединения левого большого рога с телом подъязычной кости; неполный поперечный разрыв на уровне соединения правого большого рога с телом подъязычной кости; перелом правого верхнего рога щитовидного хряща у его основания; перелом правой пластинки щитовидного хряща; трещины левой пластинки щитовидного хряща, которые образовались в результате воздействия тупого твердого предмета: на переднюю поверхность шеи на уровне подъязычной кости и щитовидного хряща в направлении спереди назад и несколько справа налево и сдавления шеи с боков на уровне подъязычной кости, повлекшие причинение тяжкого вреда здоровью по признаку опасности для жизни. Смерть И.С. наступила на месте происшествия в ночь с 23 на 24 декабря 2013 года от механической асфиксии в результате тупой травмы шеи, что находится в прямой причинно-следственной связи с действиями ФИО3

Убедившись в наступлении смерти И.С., ФИО6 и М. упаковали труп в полиэтиленовую пленку и в утреннее время 24 декабря 2013 года вывезли его на автомобиле к **** городскому кладбищу № 2 по адресу: ****, где ФИО6 указал работнику кладбища, не осведомленному об обстоятельствах смерти И.С., на необходимость захоронения трупа И.С. в могилу, подготовленную под захоронение трупа другого лица, что тот и сделал, захоронив труп И.С. в могилу, в которую в тот же день над трупом И.С. был захоронен труп другого лица.

После убийства И.С. С. передал ФИО3 полученное от ФИО5 денежное вознаграждение в размере 300 000 рублей, которые ФИО3 распределил между участниками группы в равных долях, выделив, кроме того, из них деньги в сумме не менее 3 000 рублей работнику кладбища за захоронение трупа.

4 июня 2015 года ФИО4, состоящая в браке с П. А.В., но не проживающая с ним, приехала в **** для решения вопроса о выдаче согласия, связанного с отдыхом их совместной дочери, планируя остаться на ночь у П. А.В.

В ночь с 4 на 5 июня 2015 года ФИО4 прибыла к **** по ****, где проживал П. А.В., который в квартиру их не впустил, в результате чего ФИО4 с дочерью ночевали в гостинице.

5 июня 2015 года, во время встречи между П. А.В. и ФИО4, знающей, что он обратился с исковым заявлением о расторжении брака, состоялась беседа, касающаяся приватизации и раздела указанной квартиры, в результате которой между ними согласие достигнуто не было, и произошла ссора.

После произошедшего ФИО4, испытывая к П. А.В. личную неприязнь и понимая, что без его согласия, в силу требований статьи 2 Закона РФ от 04.07.1991 N 1541-1 "О приватизации жилищного фонда в Российской Федерации", она и ее дочь не смогут приватизировать квартиру, то есть получить свои доли в собственность и впоследствии распорядиться ими и извлечь материальную выгоду, решила убить П. А.В.

Во исполнение задуманного ФИО4, в один из дней в период с 5 по 10 июня 2015 года, находясь по адресу: г.****, подыскивая исполнителя преступления, поделилась своим желанием убить П. А.В. за денежное вознаграждение в размере 1 000 000 рублей со своим знакомым.

В тот же период времени этот знакомый, не осознавая серьезности намерений ФИО4, находясь у их общего знакомого ФИО3 по адресу: ****, сообщил последнему об указанном разговоре с ФИО4

ФИО3, желая получить денежное вознаграждение, в один из дней в указанный период времени проследовал к ФИО4 по указанному адресу, где уточнил у нее серьезность намерений. ФИО4, действуя с той же целью причинения смерти П. А.В. из личной неприязни и корыстных побуждений, предложила ФИО3 совершить убийство П. А.В., пообещав заплатить за это 1 000 000 рублей, склонив тем самым ФИО3 к совершению преступления путем уговоров и подкупа.

Получив согласие ФИО3 на совершение убийства П. А.В., ФИО4 пообещала выплатить указанное денежное вознаграждение после приватизации и продажи квартиры по адресу: ****.

В целях реализации преступного намерения, в один из дней в указанный период, в г.**** ФИО3 получил от ФИО4 сведения о жертве: адрес его проживания, приметы внешности и марку автомобиля потерпевшего, а также сообщил членам организованной группы М. и С. о необходимости совершения убийства по найму ФИО4

С. согласился, а М., узнав, что преступление необходимо совершить в ****, отказался непосредственно причинять смерть П. А.В., в связи с чем ФИО3 дал ему указание выступить в роли водителя автомобиля, доставить ФИО3 и С. к месту убийства и обратно в г.****, поскольку М. обладал знанием расположения города и подъездов к нему. М. с отведенной ему ролью согласился.

В целях совершения преступления, преодоления препятствий при его совершении, возможного оказания сопротивления сотрудникам правоохранительных органов, ФИО3 не позднее 10 июня 2015 года приготовил имевшееся у него огнестрельное нарезное оружие - пистолет неустановленной модели с приспособлением для бесшумной стрельбы, предназначенный для стрельбы патронами калибра 9 мм, и боеприпасы к нему - не менее 4-х патронов с обозначением на гильзах «380 AUTO» с оболочечными пулями, имеющими головную часть полусферической формы. О планах напасть на П. А.В. с применением огнестрельного оружия ФИО3 в разное время сообщил С. и М., которые добровольно согласились принять участие в нападении.

Достигнув предварительной договоренности с С. и М. о совершении нападения на П. А.В. с целью его убийства по найму в составе устойчивой вооруженной преступной группы, ФИО3 разработал план совершения преступления и распределил роли между её членами, в соответствии с которым: С. должен предоставить для передвижения к месту убийства свой автомобиль «Мазда-3» с государственным регистрационным знаком **** регион; М., имеющий навыки вождения и обладающий знанием города ****, должен, управляя автомобилем, доставить ФИО3 и С. к дому потерпевшего; после этого ФИО3 и С. должны проследовать в квартиру П. А.В., где С., обладающий достаточной физической силой, с целью преодоления возможного сопротивления П. А.В., должен ударом сбить его с ног; после этого ФИО3 и С. должны совершить действия, непосредственно направленные на причинение смерти П. А.В., которые, согласно договоренности, выразятся в причинении огнестрельных, ножевых ранений либо утоплении в воде в ванной комнате; после убийства ФИО3 и С., инсценируя разбойное нападение, должны забрать из квартиры потерпевшего ценные вещи, чтобы уничтожить их, вернуться в автомобиль, где их будет дожидаться М., который доставит их обратно в г.**** обеспечив отход участников убийства в безопасное место. В целях создания благоприятных условий совершения преступления планировалось также заранее проследовать к дому П. А.В., изучить место совершения преступления и прилегающую к нему территорию для выбора оптимального маршрута передвижения, установления наличия камер видеонаблюдения как вокруг дома, так и в подъезде потерпевшего, после чего вернуться обратно и более детально обсудить дальнейшие действия.

План совершения убийства П. А.В. обговаривался неоднократно ФИО3, С. и М. в период с 5 по 12 июня 2015 года.

Вечером 10 июня 2015 года ФИО3, находясь у себя дома по адресу: **** г.****, приготовил указанные выше пистолет и не менее 4-х боеприпасов к нему, положил их в имеющуюся у него сумку и дал указание всем членам банды собраться у его дома для выезда в ****.

Около 23 часов 37 минут этого же дня С., М. и ФИО3 на автомобиле С. под управлением М. приехали к дому П. А.В. по адресу: ****, где в ночь с 10 на 11 июня 2015 года обследовали территорию около дома, изучили пути подхода и отхода с места предполагаемого убийства, обнаружили уличные камеры видеонаблюдения, расположенные на соседнем доме. М. проследовал в подъезд № 2 указанного дома, поднялся на **** этаж, осмотрел лестничный марш подъезда и лестничную площадку этажа, увидел, что вход в **** осуществляется через металлическую дверь, убедился в отсутствии в подъезде камер видеонаблюдения, о чем сообщил ФИО3 и С.

При обследовании территории все члены группы определили наиболее благоприятный путь подхода, которым можно избежать фиксации камерами видеонаблюдения, после чего на том же автомобиле под управлением М. вернулись в г.****

На протяжении всей поездки и при обследовании территории около дома П. А.В. ФИО3 имел при себе сумку с указанными пистолетом и не менее, чем 4-мя боеприпасами.

Днем 11 июня 2015 года ФИО3 определил время и место сбора для следования к месту убийства: 06:00 часов следующего дня у его дома, сообщив об этом М. и С.

В период с 11 по 12 июня 2015 года ФИО3 приготовил для применения указанные выше пистолет и боеприпасы, а также нож с двусторонней заточкой. Помимо этого он приготовил халат синего цвета для использования в целях маскировки под работников коммунальных служб, и средства сокрытия следов преступления – матерчатые перчатки с прорезиненной поверхностью в области ладони, завершив тем самым подготовку к преступлению и создав все необходимые условия для совершения убийства.

12 июня 2015 года, около 06:00 часов, М., С. и ФИО3, встретились возле дома последнего, ФИО3 в пакете перенес в автомобиль С. пистолет с прибором бесшумной стрельбы и не менее, чем 4-мя патронами, нож, а также халат и перчатки. ФИО3 и М. определили наиболее благоприятный маршрут передвижения к месту убийства - в объезд трассы ****», через **** и ****.

После дополнительного обсуждения плана действий все члены группы на автомобиле «Мазда – 3» под управлением М. проследовали в ****, прибыв к дому потерпевшего П. А.В. около 09:00 часов 12 июня 2015 года, где, во избежание фиксации камерами уличного видеонаблюдения, остановились у торца дома со стороны первого подъезда на автомобильной дороге.

Не обнаружив около дома автомобиля потерпевшего, в период времени с 09:00 часов до 9 часов 50 минут того же дня, ФИО3 и С., полагая, что П. А.В. находится в своей квартире, вооружившись указанным выше огнестрельным оружием, снаряженным патронами, и ножом, подошли к подъезду № 2, позвонили по домофону в ****, представившись сотрудниками коммунальной службы. Находившийся в это время в квартире несовершеннолетний К. Е.С., **** года рождения, открыл подъездную дверь и впустил их в подъезд, однако дверь в квартиру не открыл.

Сделав вывод, что П. А.В. в квартире нет, ФИО3 и С., ожидая подходящего времени для убийства, вернулись в припаркованный возле дома автомобиль, где их ожидал М., последний вышел, проследовал мимо дома потерпевшего и в районе 9 часов 53 минут увидел проезжавший мимо автомобиль «Тойота» с регистрационным знаком ****, в котором увидел неизвестную ему женщину – К. С.П., сидевшую на переднем пассажирском сиденье, а также узнал по приметам водителя П. А.В., после чего направился в сторону автомобиля «Мазда-3», чтобы предупредить об этом находившихся в нем ФИО3 и С.

В это же время ФИО3 и С., увидев, что автомобиль П. А.В. подъехал к своему дому, проследовали к подъезду № 2, при этом ФИО3 взял пакет с находившимися в нем оружием (нож и пистолет) и предметами маскировки. По пути они встретили М., который предупредил их о прибытии потерпевшего с К. С.П. и стал ожидать в автомобиле.

ФИО3 и С. вошли в подъезд, ФИО3 в целях маскировки и беспрепятственного прохода в квартиру одел халат рабочего коммунальных служб, в карман которого положил нож, под ремень брюк поместил пистолет и сообщил С., что в случае наличия в квартире П. А.В. посторонних лиц, совершит их убийство сам с помощью пистолета.

В период времени с 9 часов 53 минут до 11 часов 00 минут того же дня, ФИО3 и С. проследовали на **** этаж указанного дома к **** позвонили в дверной звонок. После того, как дверь в квартиру открыл П. А.В., С., преодолевая возможное сопротивление со стороны потерпевшего, нанес ему удар кулаком в голову, сбив П. А.В. с ног и причинив физическую боль. ФИО3 и С. вошли в квартиру, закрыв за собой входную дверь, а на шум из кухни в прихожую вышла К. С.П., которая находилась в состоянии беременности с явными свидетельствующими об этом признаками в виде увеличенного живота, и явилась свидетелем совершаемого преступления. После этого С. по указанию ФИО3, преодолевая возможное сопротивление со стороны К. С.П., оттолкнул ее в помещение кухни и нанес удар кулаком в голову, от чего у нее началось кровотечение из носа.

В это же время ФИО3, находясь в прихожей, произвел из пистолета не менее одного выстрела в П. А.В., однако не попал в потерпевшего.

На шум из комнаты в прихожую выбежал К. Е.С., который, увидев происходящее, сказал ФИО3 и С., что К. С.П. беременна и является его матерью. ФИО3 дал указание С. завести всех троих в туалетную комнату и удерживать там.

С., в целях подавления сопротивления П. А.В., К. С.П. и К. Е.С., создавая необходимые условия ФИО3 для убийства, завел их в туалетную комнату и удерживал дверь, препятствуя передвижению потерпевших.

В это время ФИО3 отвернул и привернул обратно прибор бесшумной стрельбы, прошёл в комнату справа от входа в квартиру и дал указание С. привести в нее П. А.В. для его убийства.

С. выполнил указания ФИО3, завел П. А.В. в указанную комнату, где П. А.В. по требованию ФИО3 сел на диван. ФИО3 направил пистолет в голову П. А.В. и нажал на спусковой крючок, однако вследствие осечки выстрела не произошло, а П. А.В. закрылся от выстрела левой рукой. ФИО3 передернул затвор пистолета и с близкого расстояния произвел прицельный выстрел в голову потерпевшего П. А.В. сквозь его левую кисть, причинив телесные повреждения в виде: огнестрельного ранения головы с повреждением костей свода черепа, оболочек и ткани мозга, причинившего тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни, а также сквозного ранения левой кисти с повреждением костей кисти, причинившего вред здоровью средней тяжести по признаку длительности расстройства здоровья свыше трех недель.

Смерть П. А.В. наступила на месте происшествия от огнестрельного ранения головы с повреждением костей свода черепа, оболочек и ткани мозга, в течение нескольких секунд после причинения указанных телесных повреждений.

Убив П. А.В., ФИО3, понимая, что находящиеся в квартире К. Е.С. и К. С.П. могут изобличить его и С. в убийстве П. А.В., с целью его сокрытия, решил совершить их убийство.

ФИО3 проследовал к туалетной комнате, где они находились, после чего умышленно, в целях сокрытия убийства П. А.В., зная, что К. Е.С. сын К. С.П., действуя с особой жестокостью, на глазах матери, доставляя ей особые страдания, произвел из пистолета прицельный выстрел в голову К. Е.С., причинив ему телесные повреждения в виде: сквозного огнестрельного ранения головы, с повреждением лобных и затылочных костей, оболочек и ткани мозга, причинивших тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни, от которых наступила смерть К. Е.С. на месте происшествия в течение нескольких секунд после их причинения.

Продолжая действия по устранению очевидцев преступления, в целях сокрытия совершенного убийства П. А.В. и К. Е.С., находясь у входа в туалетную комнату, ФИО3 произвел выстрел в К. С.П., но промахнулся. К. С.П. упала, ударившись затылочной областью головы о крепление канализационной трубы, получив телесные повреждения в виде: ушибленной раны правой затылочной области, требующей хирургической обработки, причинившей легкий вред здоровью по признаку временного нарушения функций органов в пределах трех недель.

В целях доведения преступного умысла до конца ФИО3 дал указание С. убить К. С.П. ножом, который и передал ему.

Исполняя указания ФИО3 и получив от него нож, С. проследовал в туалетную комнату, где с целью причинения смерти нанес К. С.П. не менее трех ударов ножом в шею спереди. Полагая, что К. С.П. скончалась, ФИО3 забрал нож и смыл с него кровь в ванной комнате. Затем ФИО3 увидел, что К. С.П. подает признаки жизни, и дал указание С. ударить ее ножом в сердце, вновь передав для этой цели нож.

Исполняя указания ФИО3 и получив от него нож, С. проследовал в туалетную комнату, где нанес потерпевшей не менее трех ударов ножом в область плеча, груди и живота.

В результате нанесенных ударов К. С.П. были причинены телесные повреждения в виде 6 проникающих колото–резаных ран шеи, груди, живота и левого плеча, с повреждением щитовидного хряща, верхней и нижней доли левого легкого, петель тонкого кишечника, повлекших причинение тяжкого вред здоровью по признаку опасности для жизни. Смерть К. С.П. наступила от 6 колото–резаных ран шеи, груди, живота и левого плеча, с повреждением щитовидного хряща, верхней и нижней доли левого легкого, петель тонкого кишечника, осложнившихся наружным и внутренним кровотечением с развитием геморрагического шока. Кроме того, в результате смерти К. С.П., от внутриутробной асфиксии наступила смерть её жизнеспособного плода.

Совершив убийство П. А.В., К. Е.С. и К. С.П., в целях сокрытия следов преступления и инсценировки разбойного нападения ФИО3 собрал часть отстрелянных гильз в квартире, а также телефон К. Е.С., а С. взял со стола в кухне квартиры ноутбук К. Е.С., после чего ФИО3 и С. вышли на улицу к автомобилю, в котором их ожидал М.

После этого ФИО3, С. и М. скрылись с места преступления на указанном автомобиле под управлением М. и направились в сторону г.**** по тому же маршруту.

ФИО3 по дороге выбросил часть отстрелянных гильз, а также, разобрав пистолет, выбросил его части. Проезжая мост через реку **** в ****, по указанию ФИО3 автомобиль был остановлен, где ФИО3 и С. выбросили в реку оставшуюся часть пистолета, ноутбук и телефон.

Вина подсудимых в совершении преступлений подтверждается следующими доказательствами, исследованными в ходе судебного разбирательства.

Убийство К.В.

Подсудимый ФИО3 виновным себя не признал и показал, что М.И. знает с 2004 года, в 2007 году прекратил общаться. Затем встретил случайно в 2011 году. Она пожаловалась на трудную жизнь, сказала, что нет машины. 7 сентября 2011 года отдал ей свой автомобиль «БМВ-528», оформил договор купли-продажи за 300 тысяч рублей, хотя автомобиль стоил дороже, сказал, что деньги отдаст, когда будет возможность. Сам в деньгах не нуждался. 100 тысяч рублей она отдала сразу, 100 тысяч рублей отдавала частями, с оставшимися 100 тысячами рублей ее не торопил. В один из дней сентября - октября 2011 года, когда автомобиль уже был переоформлен на М.И., ехали вдвоем, она попросила остановиться на ****, вышла, поговорила со стоящим в 30-ти метрах дедом (К.В.), вернулась и сказала, что он подарил ей комнату. Через какое-то время при встрече попросила довезти ее на ****, чтобы зайти к деду. Он ожидал на стоянке, через 10 минут она вернулась, они уехали. Больше про К.В. с ней не разговаривал и не знал, как он выглядит, подробностями их взаимоотношений не интересовался. В октябре 2011 года М.И. сказала, что К.В. умер, попросила вывезти вещи из комнаты на свалку, чтобы продать комнату. Он (ФИО12) нашел машину, договорился со С.В. о помощи в вывозе вещей за вознаграждение, тот согласился. Выбрав день переезда, он (ФИО12) с М.И. забрали С.В., поехали смотреть, куда вывозить вещи, проезжая мимо ****, М.И. неопределенно махнула рукой, сказала, что здесь за кочегаркой умер К.В., замерз пьяный. Когда вывезли вещи из комнаты, предложил М.И. помощь с косметическим ремонтом комнаты, чтобы подороже продать, так как у него имелись стройматериалы. После ремонта М.И. продала комнату и отдала ему 100 тысяч рублей. Каких-либо действий, которые могли причинить вред К.В., не совершал. М.И. его оговаривает из мести, поскольку у них были близкие отношения, он (ФИО12) хотел ей подарить дом, уехав на Украину, но не сделал этого, кроме того, несколько раз выгонял ее из своего дома.

Вместе с тем, вина ФИО3 в совершении преступления подтверждается следующими доказательствами.

Так, из оглашенных показаний обвиняемого ФИО3 от 29.07.2015 с применением видеозаписи следует, что в 2011-2012 году, М.И. была должна ему 100-150 тысяч рублей. Она рассказала про комнату, которую оформила на деда. Он (ФИО12) решил ускорить возврат М.И. долга, попросил С.В. помочь "разобраться" с человеком. Около 23 часов вышел пьяный дед, он (ФИО12) толкнул его, С.В. сжал деду руки, а он (ФИО12) надел на голову пакет. Все происходило на улице, между гаражей. Когда дед умер, пакет снял и положил труп лицом вниз. Через 5 дней М.И. по телефону сказала, что дед умер, о том, что он убил К.В., не знала, попросила помочь вывезти вещи из комнаты, продала ее и отдала ему (ФИО12у) около 200 тысяч рублей. Убийство совершили, чтобы М.И. скорее вернула деньги (том 13 л.д.69-90).

С.В.., уголовное дело в отношении которого выделено в отдельное производство в связи с заключением досудебного соглашения о сотрудничестве, в судебном заседании подтвердил свои показания на предварительном следствии от 03.11.2015, согласно которым, в 2011 году ФИО12 предложить ему последить за обстановкой во время удушения дедушки К.В., владеющего квартирой на ****, за которым ухаживала риэлтор М.И. и к ней в случае смерти деда должна перейти квартира. У ФИО12а был какой-то интерес к этой квартире, он знал, где и с кем употребляет алкогольные напитки К.В.. Однажды вечером ФИО12 и М.И. приехали на адрес, ФИО12 увидел деда в состоянии сильного алкогольного опьянения, сказал ему (С.В.), чтобы тот следил за лишними свидетелями, а сам отвел деда за котельную. Через 5-7 минут он (С.В.) решил посмотреть, ФИО12 шел навстречу и ругался, что не получилось задушить деда, сказал, чтобы он (С.В.) держал руки и передал ему перчатки, затем повалил деда на землю, он (С.В.) держал деда, а потом сел коленями сверху. В это время ФИО12 накинул черный полиэтиленовый пакет на голову деда, тот уже не кричал, края пакета были затянуты ФИО12ом на шее К.В. около 5-7 минут, К.В. перестал дышать и ФИО12 снял пакет, а он (С.В.) опустил руки. Они пошли к машине, взяв с собой пакет и перчатки. За помощь в совершении этого убийства ФИО12 обещал ему 25 000 рублей, заплатил ли, не помнит (том 15 л.д.126-133).

В ходе дополнительного допроса 19.05.2016 С.В. уточнил, что происходило это примерно осенью 2011 года, ФИО12 говорил, что надо убить К.В., так как М.И. должна ему деньги, которые может отдать только после смерти К.В. и продажи его жилья. По плану ФИО12а убийство нужно совершить ночью, на улице, в безлюдном месте, рядом с местонахождением К.В., как оказалось - на ****, хотел надеть на деда наручники и удушить пакетом, а он (С.В.) должен был следить за обстановкой. В октябре 2011 года, после обсуждения плана, поздним вечером М.И. на автомобиле привезла его и ФИО12а к дому **** по ****, где со слов ФИО7 злоупотреблял спиртными напитками, они вышли из автомобиля, дождались, когда из дома вышел К.В., который был очень сильно пьян, ФИО12 завел его за котельную рядом. ФИО12 пытался один удушить деда, но у него не получилось, и ФИО12 позвал его. Он (С.В.) пришел, ФИО12 повалил К.В. на землю лицом вниз, его (С.В.) попросил держать деду руки, чтобы тот не сопротивлялся, что он и сделал, держа руки К.В. в районе запястий. ФИО12 надел на голову К.В. пакет и держал минут 5-7, пока тот не задохнулся. Они поняли, что дед умер, так как он перестал дышать и шевелиться. ФИО12 снял пакет, забрал его с собой и где–то выкинул, а деда приподнял и бросил на землю, тот остался лежать на земле лицом вниз. Они уехали на автомобиле М.И.. Спустя некоторый промежуток времени ФИО12 упоминал, что жилье К.В. продано, и отдал ему 25 000 рублей за участие в убийстве (том 15 л.д.158-167).

В ходе проверки показаний на месте 28.04.2016 С.В. подтвердил свои показания, указав место убийства К.В. за домом **** по ****, продемонстрировал последовательность своих действий и действий ФИО3, указал, что труп оставили лежать лицом вниз, а в области головы К.В. должна быть ссадина от того, что труп ударился головой, когда ФИО12 бросил его на землю (том 15 л.д.142-150).

Свидетель М.И. показала, что с 2004 года ухаживала за одиноким мужчиной К.В., имеющим комнату в квартире по адресу: г.****., за что он оформил на нее договор дарения своей комнаты, но продолжал в ней проживать. В этой квартире комнату также имела З.Е.Н.. Она (М.И.) помогала ему по хозяйству, оплачивала квартплату, зная, что комната в дальнейшем достанется ей. К.В. употребляя спиртные напитки. С ФИО12ом познакомилась через бывшего мужа, помогая ему с пропиской после освобождения из мест лишения свободы, затем долгое время не общались, возобновили общение в 2010 году. ФИО12 продал ей за 200 000 рублей машину «БМВ» третьей модели и сказал, что рассчитаются потом, в связи с чем она имела перед ФИО12ом денежный долг. 100 000 рублей она ему отдала сразу, а в 2011 году он начал требовать оставшиеся 100 000 рублей, торопил ее с возвратом. ФИО12 около 10-ти раз ходил с ней к К.В., знал, где тот живет. В конце октября 2011 года ФИО12 позвонил и попросил поехать до ****, они приехали на **** сидела в машине примерно в 500 метрах от дома К.В., ФИО12 вышел, потом откуда-то появился С.В., они отошли по своим делам, она их ждала. Примерно через час увидела пьяного К.В., хотела довезти его на машине, но он был грязный, поэтому попросила ФИО12а довести его до дома пешком, ФИО12 пошел его провожать, С.В. был рядом с ним. Они пошли прямо, а куда потом повернули, она не видела. К.В. падал, но сопротивления не оказывал. Минут через 10 ФИО12 и С.В. вернулись и они уехали. Через некоторое время ФИО12 сказал, что задушил деда пакетом, а С.В. стоял рядом. Она не поверила, через 2 дня позвонила З.Е.Н., сказала, что деда нет, написали заявление в милицию, опознали К.В., похоронили. Как она (М.И.) поняла, ФИО12 убил К.В., чтобы она быстрее продала квартиру и рассчиталась с долгами за машину. ФИО12 знал, что квартира оформлена на нее, он и до и после убийства предлагал продать ее. До убийства она отвечала, что не может этого сделать, так как там живет К.В.. После убийства ФИО12 помог ей сделать предпродажный ремонт квартиры, они вдвоем вынесли лишние вещи на помойку. Квартиру продала примерно за 600 тысяч рублей, 100 тысяч отдала ФИО12у в счет долга.

В ходе проверки показаний на месте на предварительном следствии М.И. указала на место в районе дома ****, куда она подвозила ФИО12а и где он встретил К.В., а также в лесу по близости находился С.В.. Кроме того, указала на место в районе **** по ****, где ФИО12 сообщил об убийстве К.В. (том 6 л.д.89-102).

Из протокола осмотра места происшествия от 26.10.2011 следует, что возле тропинки, ведущей в лесной массив, в 40 метрах от дома **** обнаружен труп в положении лежа на животе. В теменной области головы трупа обнаружена ссадина (том 2 л.д.42-46).

31 октября 2011 года М.И. опознала труп К.В. (том 9 л.д.59).

Свидетель З.Е.Н. – соседка К.В. по квартире – показала, что К.В. часто выпивал. Когда видела его в последний раз, он ушел в состоянии опьянения и не вернулся. Позвонила М.И., через неделю они подали заявление в милицию, им сообщили, что его нашли мертвым около котельной, сказали, что он в состоянии сильного опьянения упал и замерз. О том, что его убили, узнала через год от сотрудников полиции. М.И. познакомилась с К.В., когда помогала ей (З.Е.Н.) переезжать в эту квартиру 13 лет назад. Какие у них были отношения, не знает, но квитанция за квартиру приходила на имя М.И., а не К.В., тот говорил, что переписал комнату на М.И.. М.И. сама приносила и передавала через нее (З.Е.Н.) К.В. деньги на выпивку, приносила продукты. Первое время М.И. приходила к нему 2-3 раза в месяц, после того, как он переписал на нее квартиру, стала ходить реже – раза два в полгода. В последнее время перед смертью К.В. к нему никто не приходил, но возможно такое, что к нему приходили в ее (З.Е.Н.) отсутствие, а он ей об этом не говорил. После смерти К.В. М.И. с каким-то мужчиной сделала косметический ремонт в комнате и продала ее.

Из заключения комиссионной судебной медицинской экспертизы № 127/16 от 18.05.2016 следует, что смерть К.В. наступила быстро, по асфиксическому типу, что подтверждается признаками быстро наступившей смерти, установленными при судебно-медицинском исследовании трупа К.В. В момент наступления смерти К.В. находился в состоянии алкогольного опьянения. Экспертная комиссия пришла к выводу, что в данном случае имела место смерть от закрытия отверстий рта и носа при набрасывании полиэтиленового пакета на голову потерпевшего. Смерть К.В. наступила не менее чем за 3 часа до осмотра трупа на месте происшествия, который проводился 26.10.2011 в 11 часов 35 минут, и за 48-72 часа до судебно-медицинского исследования, которое проводилось 28.10.2011 в 12 ч. 45 мин. Взаиморасположение К.В. и нападавшего могло быть любым, при котором возможно надевание на голову полиэтиленового пакета (том 9 л.д.33-50).

Согласно заключению комиссионной судебной медицинской экспертизы № 282/16 от 15.08.2016, механическая асфиксия от закрытия отверстий рта и носа по признаку опасности для жизни квалифицируется как тяжкий вред, причиненный здоровью человека (том 9 л.д.75-92).

В ходе осмотра правоустанавливающих документов на комнату **** по **** установлено, что по состоянию на 01.12.2003 комната находилась в собственности К.В.; 13.05.2004 К.В. подарил ее М.И. по договору дарения; 13.09.2004 датировано нотариально заверенное заявление К.В. о том, что у него не имеется супруги, которая бы имела право собственности на комнату; 09.12.2011 М.И. продала комнату З.Е. за 645 000 рублей (том 4 л.д.119-125).

Согласно договору купли–продажи автомобиля, акту приема-передачи и договору поручения, 07.09.2011 М.И. приобрела у ФИО3 автомобиль «БМВ 528», 1999 года выпуска (том 4 л.д.173-176).

Таким образом, приведенными доказательствами полностью подтверждается вина ФИО3 в совершении убийства К.В. Суд не усматривает существенных противоречий в показаниях С.В. и М.И., события происходили давно и в ночное время, они могли запамятовать отдельные детали произошедшего, в частности, с какой стороны ФИО3 заводил К.В. за котельную, а доводы ФИО3 о том, что он не мог проводить К.В. до дома и вернуться за столь короткое время, не опровергают его виновность в убийстве, оценку же действиям М.И. в части возможной осведомленности об убийстве суд не дает, поскольку судебное разбирательство в отношении нее не проводилось. В целом же картина убийства восстановлена с помощью взаимодополняемых показаний М.И., С.В. и самого ФИО3 на предварительном следствии, которые согласуются между собой и подтверждаются комиссионным экспертным заключением о насильственном характере смерти К.В. Указанное заключение экспертизы, в свою очередь, подробно и убедительно объясняет, по какой причине при первоначальном судебно-медицинском исследовании трупа К.В. был сделан ошибочный вывод о естественном характере его смерти.

Показания соседки К.В. по квартире о том, что она не видела там ФИО3, а в последнее время редко видела и М.И., не свидетельствуют о том, что М.И. как одна, так и с ФИО3 не могла приходить к К.В. в отсутствие З.Е.Н., что последняя и подтвердила в ходе своего допроса. В любом случае на квалификацию действий ФИО3 это обстоятельство никак не влияет, о местонахождении К.В. и местах распития им спиртного он мог быть осведомлен из любых источников, в том числе со слов М.И.

Доводы же ФИО3 о том, что он помогал М.И. делать предпродажный ремонт комнаты лишь по причине наличия у него стройматериалов и из удовольствия, суд оценивает критически и полагает, что эти действия свидетельствуют о заинтересованности подсудимого в скорейшей продаже комнаты и возврате долга, для чего и было совершено убийство К.В.

Указанные ФИО3 основания для его оговора со стороны М.И. надуманы и неубедительны, а ее показания согласуются как с показаниями самого ФИО3 на предварительном следствии, так и с показаниями С.В.

Как установлено судом, мотивом для совершения преступления явилось желание ФИО3 скорейшего возврата долга со стороны М.И., следовательно, его действия по убийству К.В. подлежат квалификации как убийство, совершенное их корыстных побуждений. Квалифицирующий признак совершения убийства группой лиц или группой лиц по предварительному сговору ФИО3 не вменялся.

Убийство И.С.

Подсудимый ФИО3 виновным себя признал частично и показал, что примерно летом 2013 года к нему обратился С.В. и попросил помочь разобраться с наркоманом (И.С.), который мучает семью, и не дает никакого покоя, за что ему один человек обещал 180 тысяч рублей. Он (ФИО12) сказал, что требуется собрать еще 300 тысяч, в расчете на то, что этого не получится, и вопрос отпадет сам собой. Возможно, 23 декабря С.В. сказал, что требуемая сумма собрана и надо убить наркомана. Он (ФИО12) сказал привезти его на ****. В тот момент не собирался убивать наркомана, хотел поговорить, но допускал возможность наступления его смерти. Сам для страховки поехал на кладбище к копщику могил Я.А. на случай, если разговор с наркоманом плохо закончится. Сказал, что плохо одному наркоману и если он умрет, то он (ФИО12) привезет тело утром. Вечером позвонил С.В., сказал, что сейчас подъедет с наркоманом. В это же время позвонил М.М.О., который собирался заехать переночевать, он (ФИО12) встретил М.М.О. на вокзале и сразу поехал на ****. По дороге коротко объяснил М.М.О., что надо разобраться с наркоманом, не уточняя, как именно, попросил надеть имевшуюся куртку с обозначением ОМОНа и сделать вид, что он сотрудник МВД, чтобы произвести на И.С. впечатление. Когда заехали во двор на ****, С.В. и И.С. уже ждали. Он (ФИО12) вышел из автомобиля, представился сотрудником МВД, надел на И.С. наручники, натянул шапку на глаза и посадил в машину. Оглянувшись, увидел уезжающего С.В., которому не давал никаких указаний, но как понял, тот поехал к ФИО8 за деньгами. Проехав 20-30 метров, он (ФИО12) остановился у складского помещения, зашел с И.С. внутрь, М.М.О. сказал стоять на улице. Он (ФИО12) хотел ограничиться беседой с И.С., для убедительности ударить и отпустить его, убивать не хотел, но вышло иначе. И.С. понял, что они не сотрудники МВД, повысил на него голос, нагрубил. Он (ФИО12) ударил И.С. два раза и, видимо, попал в шею, тот упал, изо рта и тела потекла жидкость с запахом. Одевал ли на голову пакет, не помнит, возможно одевал после того, как тот упал и успокоился. И.С. не дышал. Чтобы не пачкать помещение, обмотал тело пищевой пленкой, оставил там, отвез М.М.О. к себе домой, сказал, что скоро приедет. Позвонил С.В., они встретились, С.В. передал 300 тысяч рублей, спросил, как будут делить деньги. Он (ФИО12) понял, что С.В. ошибочно решил, что нужно всего 300 тысяч рублей, в то время как он (ФИО12) говорил о 500 тысячах. Тогда он (ФИО12), чтобы взять себе побольше денег, сказал, что надо еще заплатить М.М.О. и на кладбище, С.В. оставил 97 тысяч рублей, остальные деньги забрал себе. Затем вернулся на ****, занес в автомобиль тело И.С., поехал домой, тело лежало в машине до утра. Утром собрался ехать на кладбище, М.М.О. поехал с ним. На кладбище Я.А. открыл ворота, они заехали, вдвоем с М.М.О. подтащили труп к могиле, М.М.О. вернулся в машину. Он (ФИО12) опустил труп в могилу, рядом положил несколько купюр для Я.А., они уехали. Специально М.М.О. для этих целей не вызывал, денег ему не передавал, тот оказался рядом по стечению обстоятельств. Он (ФИО12) роли не распределял, план не разрабатывал, ФИО8 не знал.

Из оглашенных показаний ФИО3 на предварительном следствии с применением видеозаписи следует, что С.В. сказал, что к нему обратился человек с просьбой избавиться от брата, он (ФИО12) сообщил, что это будет стоить 300 000 рублей, попросил М.М.О. помочь, С.В. сказал, чтобы он выманил наркомана из квартиры под предлогом оказания помощи в ремонте сантехники. Затем они проследовали до ****, где он (ФИО12) и М.М.О. представились наркоману сотрудниками полиции, надели наручники и шапку, отвезли на базу. С.В. отправился за деньгами. Наркомана задушили, одев пакет на голову, замотали в целлофан. Позже он (ФИО12) переговорил с начальником кладбища, чтобы тот закопал тело (том 13 л.д.69-90).

В ходе проверки показаний на месте с применением видеозаписи ФИО3 продемонстрировал свои действия, указал место захоронения трупа слева от центрального входа на Муниципальное городское кладбище № 2 по адресу: г.****, с координатами **** (том 13 л.д.103-108).

Подсудимый ФИО5 виновным себя признал полностью и показал, что отношения у него с братом были плохие, поскольку И.С. злоупотреблял алкоголем, употреблял наркотики, постоянно издевался над матерью и бабушкой, вымогал у них деньги. Он (ФИО8) заступался за них. И.С. в состоянии опьянения становился злым, агрессивным, избивал маму и бабушку. Последней каплей терпения стало то, что он в конце ноября - начале декабря 2013 года в очередной раз вымогал деньги, а получив отказ, пригрозил, что сегодня всех убьет, взял нож на кухне и закрылся в своей комнате. Они всю ночь не спали, закрыли и забаррикадировали межкомнатную дверь, чтобы он не застал их врасплох. На следующий день он (ФИО8) рассказал об этой проблеме коллеге по работе С.В., со слов которого знал, что у него знакомые люди в криминальных кругах, и попросил его убить брата за вознаграждение. С.В. сказал, что найдет нужных людей, при нем кому-то позвонил и сказал, что это будет стоить 300 тысяч рублей. Он от безысходности согласился, так как опасался за жизнь мамы и бабушки, но у него было только 180 000 рублей. 2-3 недели собирал деньги, собрав нужную сумму, сказал С.В., тот стал придумывать, как вывести брата из квартиры под обманным предлогом. По предложению С.В. решили вывести его под предлогом заработка ремонтом сантехники, а С.В. его должен был увезти на машине. Так и сделали. В ночь с 23 на 24 декабря 2013 года, около 21 часа, после работы, они со С.В. проехали к дому, он (ФИО8) поднялся в квартиру, мама спала, брат согласился выйти, они спустились к машине С.В., ожидавшего на стоянке, брат сел в машину и они уехали. Через час С.В. позвонил, сказал, то о чем договаривались, готово, велел приходить на стоянку с деньгами. Он вышел и передал С.В. деньги. С.В. сказал, что И.С. больше никто не найдет. В своих действиях раскаивается, но другого выхода не видел. После исчезновения И.С. жизнь бабушки и мамы изменилась, дома стало спокойно, тихо и безопасно.

Согласно протоколу чистосердечного признания ФИО5 от 07.10.2015, который по своему содержанию фактически представляет явку с повинной, он собственноручно сообщил, что в декабре 2013 года обратился к С.В. с просьбой выполнить заказное убийство брата, С.В. нашел нужных людей для этого и выполнил его просьбу. Заплатил С.В. 300 000 рублей (том 17 л.д.2-3).

С.В. подтвердил свои показания на предварительном следствии, согласно которым он знаком с ФИО8 с 17 лет, с 2012 года вместе работали в ООО «****». Несколько раз ФИО8 рассказывал о своем брате И.С., который был героиновым наркоманом, отвратительно себя вел, воровал деньги и вещи, обижал мать и не давал спокойно жить. ФИО8 и мама спали за закрытыми дверями, так как опасались за свою жизнь. ФИО8 обратился к нему (С.В.), чтобы тот помог устранить брата любым путем. Посоветовавшись с ФИО12ом, сказал ФИО8, что они готовы это сделать за 300 000 рублей. У ФИО8 уже были 180 000 рублей, а когда он в декабре собрал всю сумму, то снова обратился к ним. ФИО12 через него (С.В.) передал ФИО8, что ему необходимо выманить брата из квартиры и под каким–либо предлогом посадить в машину С.В.. ФИО12 к этому делу хотел привлечь М.М.О.. В декабре 2013 года он (С.В.) встретился сначала с ФИО12ом, а потом поехал на место работы за ФИО8, чтобы отвезти домой. ФИО8 поднялся домой и предложил брату починить трубу в офисе за деньги, И.С. согласился, и через 10 минут они спустились. И.С. сел в машину, и они (С.В. и И.С.) поехали по адресу г.****, по приезду он (С.В.) позвонил ФИО12у. Через 5 минут подъехал М.М.О. в жилете «ОМОН», крикнул: «стоять, госнаркоконтроль», надел наручники на И.С., и они с ФИО12ом посадили И.С. в автомобиль. ФИО12 сказал ему (С.В.), чтобы он забрал деньги. Он (С.В.) позже передал ФИО12у 300 000 рублей, тот отдал ему 97 000 рублей, сказав, что еще 3 000 рублей надо отдать начальнику кладбища, чтобы И.С. похоронили «двойным дном». ФИО8 некоторое время переживал, а через месяц сказал, что доволен, так как его и маму больше никто не тревожит (том 15 л.д.119-125).

Из оглашенных показаний С.В. от 19.05.2016, также подтвержденных им в судебном заседании, следует, что он говорил в своем окружении, что общается в таком кругу, где сможет выполнить любые просьбы за деньги. В итоге, общаясь на работе с ФИО8, узнал о его желании причинить смерть И.С.. ФИО8 сказал, что готов отдать за убийство 300 000 рублей и нужно немного времени, чтобы их подкопить. Он (С.В.) сообщил о разговоре ФИО12у, тот согласился, он (С.В.) сказал ФИО8, что поможет в убийстве брата. Затем ФИО12 разработал план убийства, привлек к его совершению его (С.В.) и М.М.О.. По указанию ФИО12а нужно было выманить И.С. из квартиры с помощью ФИО8. Когда ФИО8 выманил И.С. из квартиры под предлогом ремонта водопровода, он (С.В.) посадил И.С. к себе в автомобиль Мазда и отвез на ****, на базу к ФИО12у и М.М.О., которые представились сотрудниками правоохранительных органов, кто-то из них, возможно ФИО12, надел наручники, они вместе с М.М.О. затащили И.С. в микроавтобус и заехали на территорию базы, а он (С.В.) уехал и ждал указаний. Впоследствии со слов ФИО12а узнал, что они с М.М.О. удушили И.С. пакетом и закопали труп на городском кладбище, привлекая к этому мужчину по кличке «Ушастый». Впоследствии ФИО12 дал ему (С.В.) 97 000 рублей за участие в убийстве, сообщив, что по 3 000 рублей от каждой доли пришлось отдать «Ушастому». Таким образом, ему, ФИО12у и М.М.О. досталось по 97 000 рублей (том 15 л.д.158-167).

В ходе проверки показаний на месте с применением видеозаписи С.В. подтвердил эти показания, находясь у мебельной фабрики **** по адресу г.****, продемонстрировал на месте действия как свои, так и соучастников преступления (том 15 л.д.142-151).

М.М.О.., уголовное дело в отношении которого выделено в отдельное производство, также подтвердил свои показания на предварительном следствии от 14.03.2016, согласно которым, в один из дней конца 2013 года, он и ФИО12 находились на базе на ****. ФИО12 сказал, что С.В. привезет наркомана, который всем мешает жить, и его нужно убить. Согласился, так как не мог отказаться, понимал, что возможно за это получит деньги, так как они с ФИО12ом от всех совместных дел имели прибыль и делились друг с другом. Разговор по поводу денежных средств за убийство не помнит за давностью событий, но возможно он был. Он (М.М.О.) и ФИО12 заранее договорились, что представятся наркоману сотрудниками правоохранительных органов и под этим предлогом наденут наручники. Идея и план убийства были приготовлены ФИО12ом. Через некоторое время они на базе встретились со С.В. и этим наркоманом. Кто именно пришел первый, не помнит. Он (М.М.О.) и ФИО12, в соответствии с планом, поставили наркомана лицом к машине, представились сотрудниками правоохранительных органов, ФИО12 надел на него наручники, раскатали ему вязаную шапку, закрыв глаза. Затем он (М.М.О.) и ФИО12 затащили наркомана в автомобиль, С.В. ушел. Они подъехали к будке на территории базы, завели наркомана внутрь, вышли, огляделись, ФИО12 вернулся в будку, а он (М.М.О.) по совместной договоренности следил на улице за появлением посторонних, чтобы сообщить об этом ФИО12у. Кроме ФИО12а и наркомана в будке никого не было, затем ФИО12 вышел, сказал, что все сделал. Спустя не более 5 минут они заглянули в будку и увидели, что наркоман лежит на полу без движения, голова и шея обмотаны пищевой пленкой. Он (М.М.О.) понял, что ФИО12 убил его, удушив пленкой. На следующий день, около 6 часов утра, они повезли труп на микроавтобусе на новое городское кладбище г.****, так как ФИО12 договорился с работником кладбища по кличке "Ушастый" закопать труп. Организацию убийства и сокрытие трупа на себя взял ФИО12. По приезду на кладбище ФИО12 поговорил с "Ушастым" наедине, вернулся, и они заехали на территорию кладбища. ФИО12 показал, куда нужно отнести труп, он (М.М.О.) и ФИО12 отнесли труп до свежевыкопанной могилы, положили в нее и уехали. Не исключает, что труп могли замотать во что-то. Не исключает, что получил от ФИО12а деньги за убийство, так как периодически бывал у ФИО12а и они выручали друг друга деньгами в случае необходимости (том 14 л.д.84-86).

М.М.О.. также подтвердил свои показания на предварительном следствии от 01.06.2016, согласно которым он принял совместно с ФИО12ом и С.В. участие в убийстве И.С., так как не мог отказать ФИО12у, осознавал, что действует с ними совместно и в их интересах, однако хотел лишь оказать помощь, не принимая личного участия в причинении смерти (том 14 л.д.180-183).

Потерпевшая Потерпевший №1 – мать ФИО25 – показала, что дети от разных браков проживали в одной квартире вместе с ее (Р.) матерью. Жили в ужасных моральных условиях. Старший сын И.С. был неблагополучным, последние 7 лет употреблял наркотики (героин), пил, "дебоширил", бил ее, издевался над бабушкой, угрожал ножом, требовал денег, в последнее время не работал, перебивался случайными заработками, имел кредиты на большие суммы, которые она выплачивала и после его смерти, развелся, лишен родительских прав на сына. Жил в отдельной комнате, приводил друзей, продавал вещи из дома, относился к домашним пренебрежительно. Пока младший сын ФИО8 служил в армии, поведение И.С. сильно ухудшилось, ей с бабушкой приходилось уходить из дома, забирать деньги и документы. В 2011 году ФИО8 вернулся из армии, И.С. высказывал угрозы и в его адрес, вел себя неадекватно, она его сильно боялась. ФИО8, наоборот, был внимательный, послушный, ответственный, учился, занимался спортом, не пил, не курил, после армии устроился на работу сначала грузчиком, потом в ООО "****". Он ругался на И.С., требовал не кричать на мать, а она старалась сделать так, чтобы они меньше общались, чтобы избежать конфликтов. 23 декабря 2013 года они находились дома, И.С. находился в своей комнате, около 10 часов вечера с работы пришел ФИО8. В это время она видела И.С. в последний раз, легла спать. Они находилась в своей комнате с закрытой дверью, выходил ли И.С., не видела. 24 декабря в 6 часов утра она, как обычно, оставила для И.С. пачку сигарет в прихожей, а когда вернулась с работы, увидела, что сигареты не тронуты, в комнате И.С. постель была не разобрана, подумала, что он не ночевал и ушел к друзьям. 30 декабря 2013 года И.С. пришло предписание явиться для отбывания назначенного ему наказания за наркотики, стала его искать, друзья его не видели. 5 января 2014 года написала в полицию заявление о розыске. 7 октября 2015 года приехали из полиции и сказали, что нужно опознать труп И.С., который нашли на кладбище. Экспертиза показала, что это труп И.С.. ФИО8 задержали. Со слов сотрудников знает, что ФИО8 признался, что «заказал» И.С.. Находясь в СИЗО, ФИО8 писал ей письма, в которых просил прощения за содеянное, говорил, что все осознал, подробности не рассказывал.

В своем заявлении от 05.01.2014 Потерпевший №1 просит принять меры к розыску сына И.С., который 24.12.2013 ушел из дома и не вернулся (том 1 л.д.220).

Свидетель Ф.Г. – сестра Потерпевший №1 – охарактеризовала с крайне отрицательной стороны И.С. и исключительно положительно ФИО5 Сестра постоянно жаловалась на дебоширство И.С., тот требовал деньги, продавал вещи из дома, имел много кредитов, которые приходилось за него выплачивать. Однажды перед Новым годом сестра позвонила, сказала, что И.С. нет дома. 2 января она сказала, что он так и не пришел. Они написали заявление в милицию. Через некоторое время сестра сказала, что Ралдугина арестовали, и он сознался во всем. Думает, что он действовал из жалости, большой любви к бабушке и матери и из сострадания к ним.

Из оглашенных показаний свидетеля Ф.М. – двоюродного брата ФИО5 – следует, что И.С. злоупотреблял наркотическими средствами, ему постоянно нужны были деньги, в связи с чем тот хулиганил, набрасывался на мать, а ФИО8 был ее единственным защитником. Их мать даже хотела покончить жизнь самоубийством из-за действий И.С., он всех довел до такой степени, что с ним невозможно было жить и общаться, вел себя отвратительно, аморально и противоправно. ФИО8 охарактеризовал исключительно с положительной стороны, тот защищал мать и уважал ее, поэтому всегда переживал из-за отношений с И.С., имел с ним конфликты на этой почве (том 5 л.д.238-239).

В судебном заседании также были приобщены и исследованы:

- решение суда от 15.12.2009 о лишении И.С. родительских прав, согласно которому орган опеки и попечительства утверждает, что И.С. с 2007 года не выполняет свои родительские обязанности по воспитанию и содержанию сына, не осуществляет необходимый контроль, не занимается физическим, психическим, духовным, нравственным развитием ребенка, не интересуется его здоровьем, не обеспечивает продуктами питания, не покупает подарки, материально не помогает, ведет аморальный образ жизни, злоупотребляет спиртными напитками, не работает, привлекался к уголовной ответственности;

- письмо заместителя начальника УФСИН России ****, из которого следует, что в соответствии с приговором **** от 20 октября 2013 года, И.С. надлежит явиться за получением предписания для самостоятельного следования в колонию-поселение для отбывания наказания не позднее 9 января 2014 года; на почтовом конверте имеется почтовый штамп от 24 декабря 2013 года;

- трудовая книжка И.С., из которой следует, что его трудовая деятельность началась в 1993 году и закончилась в 2007 году;

- постановление о возбуждении исполнительного производства от 21 мая 2015 года на основании судебного решения от 02.05.2013 о взыскании с И.С. 21 851 рублей 45 копеек в пользу ООО "****+".

Свидетель Я.А., работавший в то время рабочим ритуальных услуг кладбища, показал, что в декабре 2013 года по просьбе своего знакомого ФИО3 хоронил человека. Днем в сторожку подъехал ФИО12 и сказал, что у наркомана передозировка наркотиками, он может умереть в ближайшее время, родственников у него нет, спросил, можно ли его похоронить без милиции. Вечером или утром следующего дня позвонил ФИО12 и сказал, что этот человек умер, он (Я.А.) согласился его похоронить, приехал на работу в 7 часов утра, выкопал могилу для другого тела из Дома инвалидов слева от центрального входа на кладбище. Затем, время не помнит, подъехали ФИО12 и М. (фамилию не знает), привезли завернутое как мумию тело, сказали, что привезли наркомана, опустили его в выкопанную могилу, присыпали землей, он (Я.А.) выровнял песок. В этот же день в этой могиле похоронили бабушку из Дома инвалидов. ФИО12 заплатил ему 5 или 10 тысяч рублей, как за официальную копку могилы.

В ходе осмотра места происшествия установлено, что в могиле **** **** городского кладбища № 2 по адресу: ****, где имеется захоронение Б.Т., **** г.р., дата смерти: ****, на участке местности с координатами: **** под гробом последней обнаружен полиэтиленовый сверток, внутри которого находится труп мужского пола с выраженными гнилостными изменениями. Сверху на могиле установлен крест (том 3 л.д.98-111).

Согласно копии свидетельства о смерти Б.Т., имеющегося в ГБСУСО МО «**** дом-интернат для престарелых и инвалидов», она умерла **** года (том 18 л.д.197).

Согласно сведениям, предоставленным МКУ «ЦРК СПД **** муниципального района», Б.Т. умерла ****, захоронена **** на территории **** городского кладбища № 2 (**** участок, место захоронения ****) (том 18 л.д.199).

Согласно протоколу заявления Потерпевший №1 о пропавшем без вести, у И.С. были короткие волосы на голове, в районе плеча правой руки имел татуировку в виде кельтского узора (том 1 л.д.226-233).

3 ноября 2015 года Потерпевший №1 опознала в обнаруженном трупе И.С. (том 9 л.д.20).

Согласно заключению судебно-медицинской экспертизы трупа И.С. № 1199 от 06.11.2015, при исследовании трупа обнаружено:

выраженные гнилостные изменения кожных покровов, мягких тканей и внутренних органов с явлениями формирующегося жировоска;

тупая травма шеи: полный поперечный разрыв на месте соединения левого большого рога с телом подъязычной кости; неполный поперечный разрыв на уровне соединения правого большого рога с телом подъязычной кости; перелом правого верхнего рога щитовидного хряща у его основания; перелом правой пластинки щитовидного хряща; трещины левой пластинки щитовидного хряща;

труп упакован в сверток при помощи куска полиэтиленовой пленки и двух мешков для строительного мусора, фиксированных скотчем; руки завернуты за спину и фиксированы в области запястий свернутой в жгут полиэтиленовой пленкой;

на плечах трупа имеются татуировки в виде "языков пламени" и "рунических символов".

При судебно-химическом исследовании в доставленной мышце не обнаружен этиловый спирт.

Установлены следующие механизмы образования повреждений:

- полный поперечный разрыв на месте соединения левого большого рога с телом подъязычной кости является конструкционным и образовался при смещении (отклонении) дистального отдела левого рога кнутри;

неполный поперечный разрыв на уровне соединения правого большого рога с телом подъязычной кости является конструкционным и образовался при смещении (отклонении) дистального отдела правого рога кнутри.

повреждение (перелом) правого верхнего рога щитовидного хряща является конструкционным и образовалось в результате смещения пластины щитовидного хряща спереди назад от воздействия (воздействий) тупого предмета (предметов) в область переднего отдела гортани в направлении спереди назад несколько справа налево,

перелом на правой пластинке щитовидного хряща является локальным и образовался, наиболее вероятно, в месте травматического воздействия (воздействий) тупого твердого предмета (предметов) в область переднего отдела гортани в направлении спереди назад несколько справа налево;

- трещины на левой пластинке щитовидного хряща, наиболее вероятно, образовались в результате смещения пластины (правой) щитовидного хряща спереди назад от воздействия (воздействий) тупого твердого предмета в область переднего отдела гортани в направлении спереди назад несколько справа налево.

Таким образом, комплекс повреждений тупой травмы шеи мог образоваться в результате воздействия/ий тупого (-ых) твердого (-ых) предмета (-ов): на переднюю поверхность шеи на уровне подъязычной кости и щитовидного хряща в направлении спереди назад и несколько справа налево и сдавления шеи с боков на уровне подъязычной кости. В связи с выраженными гнилостными изменениями однозначно высказаться о прижизненности повреждений в области шеи, не представляется возможным.

Каких-либо других телесных повреждений, а также травматических повреждений внутренних органов и костей скелета на фоне гнилостных изменений трупа, не обнаружено.

Непосредственная причина смерти вследствие выраженных гнилостных изменений не установлена. Однако с учетом обстоятельств, при которых обнаружен труп, отсутствия хронических заболеваний которые могли бы привести к наступлению смерти, а также обнаружения травматических повреждений подъязычной кости и хрящей гортани, эксперт не исключает возможности наступления смерти от механической асфиксии в результате тупой травмы шеи.

Указанный комплекс повреждений тупой травмы шеи по признаку опасности для жизни квалифицируется, как тяжкий вред здоровью.

Таким образом, в случае наступления смерти в результате механической асфиксии в результате причиненной тупой травмы шеи, между причиненным тяжким вредом здоровью и наступлением смерти может быть установлена прямая причинно-следственная связь.

С учетом степени выраженности гнилостных изменений, смерть наступила более 2-х месяцев к моменту обнаружения трупа 07.10.2015. Наступление смерти в декабре 2013 года не исключается (том 9 л.д.7-18).

Таким образом, обстоятельства причинения смерти И.С. полностью установлены, а вина ФИО5 и ФИО3 полностью доказана совокупностью исследованных в судебном заседании доказательств. Судом установлено, что брат ФИО5 на фоне употребления наркотических средств существенно ухудшил условия жизни своей семьи, на протяжении длительного времени проявлял агрессию в отношении матери и бабушки, требовал у них деньги, продавал имущество, а в последнее время еще и угрожал всем жильцам квартиры убийством, что является как противоправным поведением, поскольку наказуемо в административном и уголовном порядке, так и аморальным по отношению к самым близким людям.

ФИО5, не желая терпеть такого поведения, в том числе опасаясь за жизнь, здоровье и благополучие своих родных, решил убить И.С., обратившись с этой целью к своему коллеге, пообещав ему вознаграждение, а тот в свою очередь сообщил о возможности обогатиться за счет убийства ФИО3 ФИО3 назвал сумму, за которую был готов убить И.С., спланировал преступление, привлек к его совершению двоих участников организованной группы, распределив между ними, а также "заказчиком" убийства роли, подготовил место для сокрытия трупа и следов убийства, после чего лично, при непосредственном содействии участников группы, убил И.С., получив за это денежное вознаграждение.

Доводы ФИО3 о том, что он хотел ограничиться разговором с И.С., и о случайном характере его смерти, опровергаются действиями самого ФИО3, который еще до встречи с жертвой договорился с работником кладбища о захоронении трупа в могиле иного лица, что и сделал после смерти И.С., а также характером телесных повреждений на трупе, которые образовались от воздействия/ий тупого (-ых) твердого (-ых) предмета (-ов) на переднюю поверхность шеи в направлении спереди назад и несколько справа налево и сдавления шеи с боков, что опровергает версию подсудимого о смерти И.С. от двух ударов и, напротив, подтверждает оглашенные показания ФИО3 об удушении потерпевшего.

Тот факт, что ФИО3 не был знаком с ФИО5, не является препятствием для того, чтобы спланировать преступление и распределить роли, доведя необходимую информацию до инициатора убийства через участника организованной группы, непосредственно контактировавшего с ФИО5

Показания ФИО3 о возникшем недопонимании относительно размера вознаграждения не влияют на квалификацию его действий как убийства, совершенного по найму, для чего размер вознаграждения не имеет значения. При таких обстоятельствах, учитывая также, что ФИО3 действовал в составе созданной и возглавляемой им организованной группы, его действия по убийству И.С. суд квалифицирует как убийство, совершенное организованной группой, по найму.

Действия ФИО5, который сначала путем подкупа склонил своего коллегу к убийству И.С. за вознаграждение, а затем оказал в этом содействие, под обманным предлогом выведя И.С. из квартиры, подлежат квалификации как подстрекательство к убийству по найму и пособничество в нем.

При этом в судебном заседании не нашла своего подтверждения квалификация действий ФИО5 по ч.ч.4 и 5 ст.33 и п."ж" ч.2 ст.105 УК РФ, поскольку установлено, что он обратился с просьбой убить брата к одному лицу, с которым и оставил потерпевшего после того, как вывел его из дома. Кто именно будет совершать убийство И.С., каким способом, при каких обстоятельствах и в каком составе, ФИО5 не знал, поэтому нести ответственность за подстрекательство и пособничество в убийстве, совершенном группой лиц по предварительному сговору, он не может, этот квалифицирующий признак из объема его обвинения подлежит исключению.

Убийство П. А.В., К. С.П., К. Е.С.,

незаконные хранение, перевозка и ношение

огнестрельного оружия и боеприпасов

Подсудимый ФИО3 виновным себя в убийстве не признал, в незаконных действиях с оружием и боеприпасами фактически признал, и показал, что 4 июня 2015 года ФИО11 звонила ему утром и просила отвезти ее в ****. Он был нетрезв и отказался. Она просила найти кого-либо из знакомых, но он не смог. 5 июня Л.В. привез к нему домой ФИО11 с дочерью, которых встретил на ****, сказал, что ребенок хочет есть, о чем говорили, не помнит, Боброва говорила, что дочь голодная, ее в **** не накормили, затем Л.В. отвез их домой. 7 июня у него (ФИО12а) дома отмечали день рождения Ч.Е., Л.В. говорил, что муж Бобровой обидел ФИО11 и дочь, предложил убить П.. Сказал, что это надо ему (Л.В.). Он ничего не ответил. 8 июня Л.В. вновь рассказывал, как П. обидел ФИО11 и ее дочь, сказал, что П. надо убить, это надо Л.В., а сам он не может это сделать, так как ФИО11 может об этом узнать, затем на уголке от газеты написал сумму 1 миллион и адрес: ****. На вопрос, за что, Л.В. ответил, такая сумма за помощь ему. У Л.В. были долги перед Бобровой, он хотел с ней рассчитаться, обманным путем предложив продать свою квартиру и отдать деньги якобы для строительства дома на участке ФИО12а. Деньги хотели вдвоем присвоить. Л.В. сказал, что предложит Бобровой выйти за него замуж, поскольку она все равно разводится, а на своего мужа заявление писать не будет. В это же время к Л.В. обратилась женщина, чтобы он помог ей продать часть дома, оформив для этого дарственную на Л.В.. Они эту часть дома также хотели присвоить. Л.В. сказал, что деньги за помощь в устранении П. он (ФИО12) либо возьмет с квартиры Бобровой в г.****, либо заберет половину от дома, который оценили в 2 миллиона рублей. 10 июня вновь приехал Л.В., спросил, когда он поедет в ****. Он (ФИО12) спросил, как выглядит П., с кем живет. Л.В. ответил, что живет один, замкнутый и необщительный. Чтобы узнать, как он выглядит, поехали на рабочую квартиру Бобровой на ****, от которой у Л.В. были ключи. В этой квартире с включенного компьютера он (ФИО12) с социальной сети «Одноклассники» сделал две ксерокопии фотографии П., на которых он стоит у автомобиля темного цвета и в парке. Л.В. открыл их на сайте дочери Бобровой без пароля. Л.В. сказал, что у П. автомобиль «Тойота». После этого пришла ФИО11. Он (ФИО12) собрался уходить, спросил у Бобровой, все ли в силе, имея в виду строительство дома, та ответила утвердительно - он ушел домой, где застал С.В. и М.М.О., рассказал М.М.О. предложение Л.В., тот отказался участвовать. Предложил С.В., сказал, что он должен будет только толкнуть, ударить в лицо П. и зайти в квартиру, пообещал за это 250 тысяч рублей, тот согласился, сказал С.В., что П. – муж Бобровой, живет один, показал фотографии. Сказал также С.В., что он получит деньги после продажи квартиры Бобровой, не уточняя, какой именно. Кто просил это сделать, не говорил. М.М.О. уговорили только подвезти их до ****, так как он местный и хорошо водит машину. М.М.О. отказался от вознаграждения. В этот же вечер, около 22 часов, на автомобиле С.В. "Мазда" под управлением М.М.О. съездили в ****, посмотрели, где живет П., камеры, увидели у подъезда «Тойоту» темного цвета, М.М.О. поднимался на этаж, он (ФИО12) сказал, что поедут на преступление утром 12 июня, потому что ночью П. не откроет дверь, а днем много посторонних, затем вернулись в г.****. 11 июня также к нему (ФИО12у) приходил Л.В., чтобы узнать, когда он едет в ****. Пообещал сказать ему, но не сказал. 12 июня примерно в 6 часов утра С.В. приехал к его (ФИО12а) дому, он (ФИО12) выпил 250 грамм водки, положил в пакет пистолет с глушителем (пистолет ФИО12 в конце 2013 года ему отдал друг, которого сейчас нет в живых, и с тех пор пистолет хранился у него с двумя обоймами по 8 патронов; у пистолета был переделан ствол, добавлена насадка, чтобы можно накрутить глушитель), нож длиной около 30 см, халат темный, перчатки белые хлопчатобумажные, поехали в **** через ****. Он (ФИО12) всю дорогу спал, на АЗС еще выпил около 125 грамм водки. По приезду автомобиля П. у дома не было, они встали за домом ****, он (ФИО12) и С.В. пошли в квартиру к П., М.М.О. отъехал на 200 метров. С.В. набрал на домофоне номер квартиры, дверь в подъезд открыли, поднялись на **** этаж, позвонили в квартиру, дверь не открыли, вернулись в машину, решив немного подождать. М.М.О. пользовался телефоном, хотя он (ФИО12) оба раза говорил им отключить телефоны. Он (ФИО12) спросил, когда М.М.О. включил телефон, тот ответил, что не выключал, использовал как навигатор. М.М.О. вышел из машины, сказал, если по возвращении их не будет, останется в ****. Он (ФИО12) задремал, его разбудил С.В., сказал, что проехал черный автомобиль, он (ФИО12) допил остатки водки в бутылке, взял пакет, в котором находились халат, нож и перчатки, пистолет был за поясом. По дороге к подъезду встретили М.М.О. и прошли дальше, каких-либо знаков от М.М.О. не видел. С.В. дернул дверь подъезда, вошли, поднялись до квартиры, на площадке он (ФИО12) надел халат и перчатки, выглядел как рабочий. Пистолет взял в руку. В какой руке был пакет с ножом, не помнит. Позвонил в квартиру П., тот открыл дверь, он (ФИО12) дернул дверь на себя, С.В. ударил П. в лицо, тот упал. Зашли в квартиру, он (ФИО12) закрыл за собой дверь и 4-5 раз выстрелил в П., который сидел на полу. Он (ФИО12) терял координацию, поэтому в П. не попал, хотя стреляет хорошо, часто тренировался в тире. В пистолете осталось 3-4 патрона. Из-за плохого самочувствия облокотился о стену, С.В. вышел с кухни, на вопрос С.В., что случилось, обманул его, что был криво прикручен глушитель. Затем справа из комнаты появился К., а потом из кухни женщина. Молодой человек был в плавках, выглядел примерно на 20 лет, говорил ли что-то, не знает. Что женщина беременная, не видел. С.В. сказал зайти в туалет (кому именно, он (ФИО12) не понял), П. поднялся, С.В. взял у него (ФИО12а) из руки пистолет и пошел в комнату с П.. Он (ФИО12) из комнаты услышал хлопок выстрела. Женщина и мальчик находились в туалете, дверь была открыта, ее никто не держал. Остальные патроны С.В. расстрелял в К., (выстрелил 2-3 раза с близкого расстояния – те упали), куда именно попал, он (ФИО12) не видел. С.В. отдал ему пистолет с отъехавшим затвором, решив, что пистолет сломался, хотя на самом деле кончились патроны. Он (ФИО12) вставил другую обойму. Приказов убивать женщину и нож С.В. он (ФИО12) не давал. Нож лежал в пакете, который он (ФИО12) бросил на пол при входе. С.В. сказал, что женщина жива и может их опознать. С.В. стоял к нему спиной лицом к туалету, когда С.В. повернулся, увидел в его руках нож. Он (ФИО12) зашел в комнату, увидел на диване лежащего П., которому пуля попала в лоб. Взял в столе телефон и положил в пакет, С.В. тоже принес компьютер и положил в пакет, туда же положил нож в чехле. Зачем брали вещи из квартиры, объяснить не может. Впоследствии все выбросили. Нож в квартире П. он (ФИО12) в руки не брал и не мыл. С.В. сказал, что в туалете идет вода. Они вышли к машине, где их ждал М.М.О.. В подъезде снял халат и перчатки, положил их в пакет, пистолет был за поясом. М.М.О. не должен был их везти обратно, но поскольку получилась неожиданная ситуация и в квартире оказалось много людей, обратно также поехал М.М.О., чтобы не ехать по федеральной дороге. По пути в г.**** он (ФИО12) разбирал пистолет и выбрасывал его части. Остановившись у реки ****, выкинули телефон и ноутбук, сломав пополам. К этому времени уже были выброшены все части пистолета. В г.**** он (ФИО12) выбросил нож с моста в р. ****. Одежду выбросил на свалку. По дороге разговаривали со С.В., удивлялись, что в квартире оказалось столько людей, С.В. сказал, что так поступил, чтобы он (ФИО12) не упрекал его в слабости, как с И.С., сказал, что почувствовал, что женщина была беременная. М.М.О. просил не говорить об этом в его присутствии. Доехали до его (ФИО12а) дома, М.М.О. со С.В. уехал. В тот же день к нему (ФИО12у) приходили гости, отмечали «День России». Он (ФИО12) звонил Л.В., сказал, что сделал все, о чем просил. 14 июня отмечали день рождения М.М.О., ненадолго приезжали Л.В. с Бобровой, затем Л.В. увез ФИО11 и вернулся. Он (ФИО12) рассказал Л.В., как все произошло, и что его информация о П. оказалась неверной. С кем ездил в ****, не говорил. Л.В. сказал, что хочет заняться **** квартирой и забрать автомобиль П. и теперь ему нужно обязательно жениться на Бобровой. Он (ФИО12) рассчитывал, что Л.В. уговорит ФИО11 отдать ему деньги на строительство дома, а он (ФИО12) собирался уехать на Украину. Но впоследствии понял, что Л.В. отказался расплачиваться, хотя он имел часть дома, подаренную С.Е.. Просьба устранить П. была Л.В., с Бобровой у него (ФИО12а) доверительных отношений не было, об убийстве П. с ней не договаривался. Показания на следствии давал такие, какие нужны были следователю, оговорил себя, рассчитывая на заключение досудебного соглашения о сотрудничестве, смягчение наказания себе и С.В..

В судебном заседании оглашались показания обвиняемого ФИО3 на предварительном следствии, полученные с применением видеозаписи, от 09.07.2015, согласно которым он признал вину в совершении убийства и показал, что 7 июня 2015 года к нему домой приехал Л.В., сказал, что ФИО11 съездила **** и ее муж плохо отнесся к ней и дочери, не пустил домой ночевать, а когда девочка попросила покушать, не накормил. 8 июня 2015 года опять пришел Л.В. и в состоянии опьянения сказал, что Бобровой надо помочь, сказал, что с ней договорится, а он (ФИО12) за это миллион получит, написал на бумажке адрес и число миллион. Он (ФИО12) согласился, спросил у Л.В., с кем живет муж, тот ответил, что один. Для страховки решил взять с собой С.В., у которого есть машина, объяснил ему роль, сказав ударить по лицу, когда зайдут в квартиру, оттолкнуть потерпевшего, а дальше он (ФИО12) все сделает сам. С.В. согласился. 9 июня 2015 года вечером позвонил Бобровой, приехал к ней на ****, спросил, что случилось. Она рассказала ту же историю, попросил показать фотографию мужа, Боброва показала фотографию мужа с машиной - черная Тойота. 10 июня попросил М.М.О. довезти до **** по нужному адресу, пообещав отблагодарить. М.М.О. согласился, от вознаграждения отказался. Вечером ездили по нужному адресу, смотрели, где расположены камеры и обстановку на месте. 12 июня 2015 года, около 9-10 часов, приехали втроем в ****, за рулем был М.М.О., ехали через ****, где меньше камер и постов ДПС. Приехав к дому потерпевшего, увидели, что его машины нет. К квартире поднимались два раза, первый раз никто не открыл. Через 5-10 минут появилась Тойота, зашли в подъезд, дернув пластиковую дверь, позвонили в квартиру, открыл П., С.В. толкнул его внутрь, он (ФИО12) зашел, П. побежал в комнату справа от входа и сел на кровать, он (ФИО12) выстрелил из пистолета ФИО12 с переделанным стволом, с глушителем, который у него был за пазухой. Пуля попала в голову, и мужчина упал поперек кровати. Затем услышал голос, увидел молодого человека в трусах, от неожиданности поднял пистолет и выстрелил, тот забежал в туалет и сел. Он (ФИО12) хотел выходить, увидел, как с кухни женщина забежала в туалет, выстрелил, на пистолете перекосило раму. С.В. её добил ножом. Всего произвел 4 выстрела, в магазине было 5 патронов. Нож он (ФИО12) брал с собой, тот находился в машине - наверное, С.В. его взял из машины. Затем С.В. взял телефон и ноутбук, положили все в пакет, вышли, сели к М.М.О. в машину. По дороге домой он (ФИО12) разбирал пистолет по запчастям и выкидывал. Проезжая мимо озера, сломал ноутбук, выбросил его и телефон в воду. Нож выбросил в реку **** в г.****. Вернувшись домой, отмечали праздник День России, у него готовили шашлык ФИО11 и Л.В., он (ФИО12) сказал им, что сделал все, о чем просили. Во время убийства на руках у них были хлопчатобумажные перчатки, на себя одел халат, чтобы замаскироваться под рабочих. С.В. обещал деньги, объяснил, что получат за все это миллион. Кто был заказчиком, не знает. "Суетился" больше всех Л.В. (том 13 л.д.49-68).

В ходе проверки показаний на месте с применением видеозаписи ФИО3 указал на берег реки ****, где были выброшены ноутбук и телефон с места убийства (том 13 л.д.91-102).

Подсудимая ФИО4 виновной себя не признала и показала, что никого и никогда не подстрекала к убийству, денег не платила, организацией убийства не занималась. В браке с П. состояла с 1997 года. Первоначально отношения были очень хорошие, после 2007 года отношения стали деловыми, уважение друг к другу сохранили, скандалов и физического насилия не было. Она (ФИО11) никогда не угрожала мужу. Они не пытались уличить друг друга в изменах. В 2007 году предложила расторгнуть брак, П. отказался, отношения были ровными до 2011 года. Еще в 2010 году П. рассказал о своей любовнице С.К.. В 2011 году он получил очень серьезную черепно-мозговую травму, лечился, она (ФИО11) принимала активное участие в лечении, контактировала с любовницей П.. О существовании К.С.П. узнала в ходе расследования уголовного дела. Когда дочь ей рассказывала о тете С., которая есть у папы, думала, что речь идет о С.К.. 5 июня 2015 года П. сообщил, что собирается подавать на развод, они в присутствии дочери стали обсуждать дальнейшее существование, говорили о пользовании квартирой, она (ФИО11) предлагала несколько вариантов, в том числе приватизацию, продажу квартиры и раздел денег, раздел лицевых счетов, приватизацию хотя бы комнаты на дочь, кроме того, попросила компенсировать часть поездки дочери на отдых, затем предложила ее покормить, П. стал вести себя агрессивно, повышал голос, кричал, говорил, что у него нет денег, она (ФИО11) попросила говорить тише, он не останавливался, предъявлял претензии, говорил, что она (ФИО11) ему всю жизнь сломала. Пытаясь остановить его, спросила, почему он так себя ведет, сказала, что он ужасно выглядит и от него пахнет смертью, что соответствовало действительности, но угроз П. не высказывала. Запах смерти действительно существует, она ранее чувствовала его от своих брата и отца перед их смертью. Как выяснилось, на развод П. подал еще 2 июня, но ничего раньше не говорил. Она попросила его оставить в суде оба ее номера телефонов, чтобы легче было известить и не затягивать бракоразводный процесс. Договорились встретиться в суде. Эта встреча ее расстроила и обидела. Больше П. не звонила, впоследствии получила телефонограмму из суда, сделала запись в ежедневнике. Смерть П. ей была невыгодна, потому что он должен ей более полумиллиона рублей (невыплаченные алименты за 10 лет по их общей договоренности), должен деньги матери (50 000 рублей), не сможет разделить ущерб, который может быть причинен дочерью до достижения ею совершеннолетия, она не будет получать в дальнейшем алименты на дочь. Считает, что если и был «заказ» на убийство, то это сделал Л.В.. ФИО12 не отрицает, что Л.В. обратился к нему с просьбой ликвидировать ее мужа. Она же об этом ничего не знала. Она имела длительное знакомство с Л.В., тесно общалась с ним с 5 февраля 2011 года. Он же познакомил ее с ФИО12ом, представив своим другом, с которым она впоследствии поддерживала приятельское общение. Л.В. был знаком с П., был в квартире на ****, когда привозил ее для оформления документов зимой 2012-2013 года. 4 июня 2015 года, после телефонного разговора с П., Л.В. отвез на автомобиле "Гольф", которым часто пользовался ФИО12, ее и дочь на железнодорожную станцию, откуда они добрались до ****. В **** П. их не встретил, на звонки не отвечал, она скандалов на лестничной площадке не устраивала, попыталась найти его в течение получаса, после чего на такси уехали в гостиницу. В 8:55 утра 5 июня встретились с П., поехали к нотариусу, после оформления документов П. повез их на автовокзал, в машине состоялся указанный выше напряженный разговор, но ругательств и угроз в адрес друг друга не было. Выехав из ****, позвонила Л.В., он сказал, что встретит их. По дороге перезванивались с Л.В., вкратце рассказала о поездке, высказала свое возмущение поведением П., Л.В. сказал, что таких, как ее муж, убивать надо, встретил их, отвез к ФИО12у, чтобы покормить ребенка. Всерьез слова Л.В. не восприняла. Сама к ФИО12у она попасть не могла, так как у него не работает звонок и попасть к нему без предварительного звонка по телефону невозможно. У ФИО12а пробыли около часа, Л.В. с ФИО12ом говорили о посторонних вещах, она в присутствии ФИО12а никаких подробностей поездки не рассказывала. Затем Л.В. отвез их с дочерью домой на **** и уехал. 6 июня провела дома с детьми, рабочие вопросы решала по телефону. 7 июня до 19 часов была в квартире на ****, решала вопросы с поездкой дочери и бабушки в аэропорт, около 20 часов приехал Л.В., предложил съездить к его новому дому. Она согласилась, поехали, но дом не нашли, Л.В. сказал, что машину надо оставить у ФИО12а, доехали до него - там отмечался день рождения Ч.Е.. Она (ФИО11) через несколько минут ушла, Л.В. остался. Походив по магазинам, на такси вернулась домой. Ни ФИО12а, ни С.В. в этот день не видела, с М.М.О. только поздоровалась. 8 июня рано утром пришла в свой офис на ул. ****, занялась работой. Звонил Л.В., спрашивал, где он был накануне и почему у него болит рука. 9,10,11 июня работала в г.****, на такси, так как Л.В. пьянствовал. 10 июня около 18 часов пришла в офис, там были довольно пьяный Л.В. и трезвый ФИО12. ФИО12 собирался уходить, пригласил ее на день рождения Г.. В компьютере были открыты проекты таунхаусов. Л.В. уехал около 21 часа. 12 июня весь день была в офисе, несколько раз звонил Л.В., приглашал на застолье, она отказалась. 13 июня после 13 часов она и Л.В. ездили на рынок и в магазин, вечер провела в офисе. 14 июня после 12 часов она и Л.В. ездили в магазин за подарком, после чего Л.В. отвез ее в офис, а сам сказал, что поехал к ФИО12у. Она пообещала, что с 17 до 18 часов подъедет, когда приехала, выяснилось, что день рождения еще и у М.М.О.. Пробыла на празднике около 2 часов, домой ее отвез А., который был трезв. Никаких разговоров об убийстве в ее присутствии не было. 15 июня с утра до обеда ездила по работе с А., после обеда Л.В. забрал машину из автосервиса, предупредил, что будет в г.**** по своим делам. Когда вечером около 20 часов вернулась в офис, увидела в "Одноклассниках" соболезнования, позвонила Д.В.. Узнала, что случилось, позвонила близким людям, сообщила об этом. Рядом была сестра (К.Н.), почти сразу приехал сын, поговорили о случившемся, сын уехал. Ночью приехала на ****. 16 июня хотела ехать в ****, но чувствовала себя очень плохо. Утром позвонил, а потом пришел Л.В., от него пахло спиртным, он начал разговор о заключении брака, она ответила отказом, он настойчиво развивал эту тему, а на ее вопрос, все ли с ним в порядке, улыбаясь ответил, что это все произошло из-за нее, и что он (Л.В.) заказал П.. Она не поверила, спросила, чем он расплатился, Л.В. в ответ положил на стол копии документов на дом, который ему подарила С.Е.. Потом сказал, что пошутил. Затем он продемонстрировал пистолет, похожий на револьвер или наган, сказав, что из него можно убить, и продолжил развивать тему брака. Сказал, что хочет помочь ей, так как у него приватизация не использована. Он предложил заключить брак, зарегистрироваться во **** квартире на правах мужа, она и дочь должны выписаться и прописаться в **** квартире, а Л.В. приватизирует квартиру на себя одного и продаст "напрямую от собственника". Предложил после продажи квартиры снять с него письменно долговые обязательства (на сумму 300 000 рублей). В разговоре не упоминались ни ФИО12, ни М.М.О., ни С.В.. С 17 по 21 июня Л.В. возвращался к теме заключения брака, а по поводу «своего заказа» просил забыть, сославшись на опьянение. После задержания следователь устроил ей с Л.В. встречу, на которой Л.В. в присутствии следователя говорил ей, что она должна согласиться с тем, что «заказала» только своего мужа, тогда ФИО12у и ей дадут минимальный срок, сказал, что надо делать все, что скажет следователь, написать все, что продиктуют, продемонстрировав кровоподтеки на своем животе. Считает, что ФИО12 к совершению преступления также непричастен, а Л.В. ее оговаривает, чтобы освободиться от долговых обязательств.

М.М.О. в судебном заседании подтвердил оглашенные показания от 30.06.2015, с приложением схемы и видеозаписи, согласно которым информацию об убийстве он получил от ФИО12а после того, как увидел, что тот 10 июня 2015 года общался со С.В.. В этот же вечер он, ФИО12 и С.В. на автомобиле С.В. "Мазда" поехали во **** посмотреть район, где находится дом П.. Ехали по **** дороге, через южную объездную, въезжали через «****», приехали на **** около полуночи, нашли этот дом и вернулись обратно. Второй раз туда поехали 12 июня 2015 года в 6 часов утра. За ними заехал С.В. на том же автомобиле. Он (М.М.О.) сел за руль. Поехали через ****, потом через южную объездную, через «****». Приехали около 9:00-9:30, доехали до ****-го дома, развернулись, встали, поднялись наверх к 13-му дому. ФИО12 и С.В. вышли, вернулись минут через 30, сказали, что звонили в квартиру потерпевшего через домофон, чей-то мужской голос им открыл подъезд, поднялись на этаж, позвонили в дверь, но им не открыли, поэтому вернулись. Он (М.М.О.) хотел остаться в ****, вышел из машины по своим делам, прошел вдоль **** дома, разговаривая по телефону спустился к дому **** - одноподъездной высотке, на которой есть камеры. В это время заметил, как проехала черная "Тойота" ****, принадлежащая П., и заметил, что в машине еще есть женщина. Быстрым шагом вернулся назад, чтобы предупредить ФИО12а и С.В., они в это время шли ему навстречу. Встретившись у последнего подъезда, знаком показал им, что в машине двое, и пошел к машине. Минут через 40 увидел С.В. с ФИО12ом, которые шли к машине. ФИО12 прошел мимо, С.В. замешкался, хотел сесть в машину, но потом пошел дальше за ФИО12ом. Он (М.М.О.) проехал до разворота автобусов, там ФИО12 и С.В. сели на заднее сиденье и они поехали в г.**** тем же путем. В руках у них был пакет с оружием, ноутбуком, телефоном, ключами из квартиры. По пути были выброшены ключи от квартиры, части пистолета, обойма, патроны. Где-то в районе ****, у озера, он (М.М.О.) предложил выбросить все остальное. ФИО12 и С.В. выбросили в воду ноутбук, разломав его на две части, телефон и пистолет в разобранном виде.

Пистолет находился на хранении у ФИО12а. Во **** пистолет был у ФИО12а в штанах.

Во время убийства он (М.М.О.) был одет в синих замшевых ботинках, синих джинсах, светлой рубашке с длинным рукавом. ФИО12 - в короткой футболке, спортивных штанах, кроссовках и черной бейсболке, а С.В. - в спортивных штанах, кроссовках, кофте с капюшоном и бейсболке. При совершении убийства ФИО12 и С.В. пользовались светлыми строительными тряпичными перчатками с резиной.

С их слов знает, что дверь в квартиру открыл сам хозяин; при стрельбе ФИО12 использовал прибор бесшумной стрельбы - видимо из-за него пули отрикошетило в сторону, потому что он произвел несколько выстрелов и промахнулся; потом заклинило ствол, ФИО12 перезаряжал его. Знает также из разговора ФИО12а и С.В., что когда они зашли в квартиру, выбежал сын, женщина находилась на кухне, кричала, сначала ударили женщину по лицу, чтобы та не кричала, сын заступился за нее и также получил по лицу.

ФИО12 рассказал, что к нему изначально обратилась ФИО11 с целью ликвидировать своего бывшего мужа из-за отношения последнего к ней и к их совместной дочери. ФИО11 обещала за убийство деньги в размере 1-1,5 миллиона рублей и машину потерпевшего - это должно было произойти после раздела имущества. ФИО12 и С.В. сказали, что убили всех как свидетелей. Слышал от них, что делали контрольный выстрел в голову, а у женщины были ножевые ранения, кого-то убивали в туалете.

ФИО12 встречался с Бобровой в тот же день, разговора между ними не слышал.

Знает также, что ФИО12 приготовил пистолет заранее. Ноутбук и телефон брали из квартиры с целью инсценировки ограбления (том 14 л.д.19-33).

Также М.М.О. в судебном заседании подтвердил свои показания от 18.01.2016, согласно которым за несколько дней до убийства, в начале июня 2015 года, он видел, как ФИО12 у себя дома на **** общался с Л.В.. На его (М.М.О.) вопрос, что Л.В. тут делает, ФИО12 рассказал, что у его знакомой ФИО4 есть муж, который очень плохо себя ведет по отношению к ней (Бобровой) и их общей дочери. ФИО12 говорил, что ФИО11 ездила во ****, поругалась с мужем, тот даже не пустил свою дочь домой, в результате чего ФИО11 возненавидела мужа. Тогда же ФИО12 сказал, что мужа Бобровой необходимо убить. Со слов ФИО12а, при разговоре с ФИО13 узнал, что ФИО11 за убийство мужа должна оформить в собственность и продать какую-то квартиру, впоследствии сумму вознаграждения ФИО12 обсуждал со С.В.. С ним (М.М.О.) конкретной суммы вознаграждения не обсуждалось, однако ФИО12 говорил, что он может получить за это вознаграждение, не обозначая сумму.

ФИО12 знаком с Бобровой несколько лет, та часто вместе с Л.В. приходила в гости к ФИО12у, проводила с последним совместный досуг, присутствовала на праздниках, днях рождениях и т.п.

Со слов ФИО12а прозвучало, что убийство заказала ФИО4 ввиду ненависти к мужу. Организацией убийства занимался ФИО12, который приготовил орудия преступления, перчатки, халат для маскировки, разработал план, способ и механизм совершения преступления, обозначил место его совершения – ****, механизм конспирации, подыскал информацию о потерпевшем, подыскал другого исполнителя убийства – С.В..

После того, как он (М.М.О.) сказал ФИО12у, что непосредственного участия в убийстве принимать не будет, тот стал подыскивать подходящего человека, который обеспечит транспортом и поможет совершить убийство. ФИО12 обратился с этой целью к С.В., у которого имелся автомобиль "Мазда-3", а после сообщил ему (М.М.О.), что убийство он совершит со С.В., а его (М.М.О.) попросил показать дорогу, довезти их к месту убийства, так как он хорошо ориентируется в **** и давно за рулем. ФИО12 попросил его управлять автомобилем С.В. и ехать по такой дороге, где меньше камер видеофиксации дорожных правонарушений. Он (М.М.О.) согласился. У ФИО12а были данные о муже Бобровой, которые он сообщил ему (М.М.О.) и С.В., назвав его приметы и автомобиль - черная «Тойота». По указанию ФИО9 должен был обезвредить потерпевшего ударом в лицо, чтобы они беспрепятственно и быстро зашли в квартиру. ФИО12 пояснил, что во время передвижения к месту убийства, совершения убийства и возвращения обратно всем необходимо выключить сотовые телефоны, чтобы не отследили их маршрут. Также он сказал, что к месту убийства нужно предварительно съездить, проверить пути подъезда к дому, видеокамеры в подъезде и на улице, чтобы в день убийства проследовать к дому незамеченными. По указанию ФИО12а договорились встретиться возле его дома 10 июня 2015 года вечером для поездки "на разведку". Так и сделали. По дороге помнит, что ФИО12 и С.В. между собой обсуждали, как будут действовать при убийстве, при этом о стрельбе не договаривались, хотели либо задушить П., либо зарезать и забрать ценные вещи, чтобы это было похоже на обычный пьяный разбой, чтобы никто не понял, что убийство произошло по найму. ФИО12 также планировал выманить П. на улицу, и только в том случае, если он дома будет один, планировали убийство в квартире. В итоге в ту ночь все проследовали на автомобиле С.В. к адресу потерпевшего, все контакты которого были у ФИО12а. Приехали около полуночи, у подъезда дома П. увидели его автомобиль «Тойота» черного цвета. Он (М.М.О.) по указанию ФИО12а заходил в подъезд, белую пластиковую дверь открыл сильным рывком руками, поднялся на этаж П., убедился, что камер в подъезде нет, вернувшись, сообщил о двери и камерах ФИО12у и С.В.. Втроем они обходили окрестность дома, осматривая территорию и пути подъезда, обнаружили на доме напротив видеокамеру. В тот момент он (М.М.О.) был в джинсах и возможно светлой футболке, ФИО12 и С.В. были в кепках, возможно он тоже надевал кепку, у С.В. была кофта с капюшоном, который тот надевал на кепку, у ФИО12а была сумка на ремне. Под камерой видеонаблюдения проходили втроем не один раз. Осмотревшись, уехали и решили подъезжать к дому с другой стороны, где нет видеокамеры. В г.**** вернулись рано утром 11 июня, выспавшись, втроем встретились у ФИО12а, договорились поехать на убийство 12 июня 2015 года в 6 часов утра, встретившись у ФИО12а.

12 июня 2015 года в 6 часов утра все встретились у дома ФИО12а. Он (М.М.О.) сел за руль автомобиля С.В., ФИО12 сел назад, С.В. - на переднее пассажирское сиденье. ФИО12 приготовил пистолет неизвестной марки и большой нож длиной около 30 см с двусторонней заточкой, типа штык-ножа. Пистолет применять не хотел, брал на случай, если что-то пойдет не так и действовать нужно будет быстро и без промедлений. Поехали по дороге через ****, так как там минимальное количество камер видеонаблюдения. Во **** въехали по Южной объездной дороге через ****, чтобы объехать пост ДПС. В соответствии с планом все заранее выключили телефоны. Подъехав к дому П., между 9 и 10 утра, С.В. и ФИО12 ушли в его подъезд, спустя несколько минут вернулись. Возможно С.В. сказал, что в квартире находится какой-то парень, в домофон ответил очень юный голос, не похожий на взрослого мужчину, начали предполагать, кто это может быть, возможно, чей-то ребенок. Он (М.М.О.) понял, что убийства в этот день не будет, так как в квартире есть посторонний ребенок. Тем более, автомобиля мужа Бобровой рядом не было. Он (М.М.О.) решил пойти по своим делам, вышел из машины, включил телефон, в магазине рядом с домом потерпевшего положил на телефон деньги и позвонил знакомой девушке. ФИО12 и С.В. остались в автомобиле. Уходя, сказал им, что если его не будет 30-40 минут, они должны уехать без него, так как он останется со своей знакомой. Двигаясь вдоль подъездов ****, увидел проезжавший автомобиль «Тойота» черного цвета с номером, о котором говорил ФИО12. Понял, что это машина мужа Бобровой, за рулем был мужчина небольшой комплекции, худощавого телосложения, как он понял – П., на переднем пассажирском сиденье сидела женщина. Понял также, что в квартире у П. кто-то третий. Решил предупредить об этом ФИО12а и С.В., быстрым шагом пошел к машине, на углу дома встретил С.В. и ФИО12а. К этому времени П. с женщиной уже зашли подъезд. Он (М.М.О.) показал ФИО12у и С.В. пальцами, что из машины вышли двое, они со С.В. пошли дальше к подъезду, он (М.М.О.) сел в машину, отогнал его ближе к ул.**** Через 30 – 40 минут они вернулись, первым шел ФИО12, немного позади С.В.. ФИО12 сразу прошел мимо, С.В. сначала хотел сесть в автомобиль, немного замешкался и прошел дальше. Он (М.М.О.) проехал еще дальше от дома убитого, ФИО12 и С.В. сели в автомобиль, и между собой стали обсуждать произошедшее. Говорили, что в квартире было трое, что зашли в подъезд, позвонили в квартиру, дверь открыл потерпевший, на шум из комнаты выбежал ребенок, который сказал, что женщина беременная, обсуждали, как ФИО12 стрелял из пистолета, говорили, что зарезали женщину. Они поехали в ****, по пути ФИО12 выбрасывал части пистолета, патроны, магазин, возможно, что-то еще. При убийстве ФИО12 и С.В. также использовали светлые тряпичные строительные перчатки с прорезиненными ладонями, которые приискал ФИО12 и о применении которых заранее договаривались. Проехав мост через реку ****, остановились, так как он (М.М.О.) предложил выкинуть все, что у них было из квартиры, и пистолет. С собой ФИО12 и С.В. из квартиры забрали ноутбук и мобильный телефон. Ноутбук сломали на несколько частей, выкинули все вещи, а также то, что осталось от пистолета, в реку. Он (М.М.О.) оставил ФИО12а и С.В. в ****, а сам уехал во ****. 14 числа он праздновал день рождения ФИО12а к него дома в г.****, туда же приходили Л.В. и ФИО11, оба общались с ФИО12ом. Его (М.М.О.) после убийства С.В. просил поговорить с ФИО12ом насчет того, чтобы истребовать деньги с Бобровой в двойном или тройном размере, так как вместо одного человека были убиты трое. С.В. сказал, что за это необходимо сразу истребовать с Бобровой какую-нибудь сумму денег, а не дожидаться продажи квартиры. С.В. также говорил, что со слов ФИО12а знает, что ФИО11 должна продать квартиру мужа и из этих денег расплатиться с ними, однако прозвучало, что за все это квартиры не хватит, нужно еще будет продавать и машину, так как произошло не по плану, убили троих, среди которых ребенок и беременная женщина (том 14 л.д.77-83).

Из оглашенных показаний М.М.О.., просмотревшего в ходе допроса видеозаписи с камер наружного наблюдения, следует, что на видеозаписи со второй камеры на доме **** по ул.****, датированной 10 июня 2015 года, в период с 23 часов 37 минут 13 секунд по 23 часа 38 минут 19 секунд и с 23 часов 43 минут 30 секунд по 23 часа 45 минут 30 секунд, видны он, ФИО12 и С.В.. С.В. в толстовке с капюшоном, он (М.М.О.) в белой одежде, позади с сумкой на плече шел ФИО12. В это время они прибыли на «разведку» к дому П., обходили территорию вокруг дома и осматривали окрестности, заметили эту камеру, он (М.М.О.) заходил в подъезд потерпевшего, они нашли место за домом, где отсутствуют камеры, и решили в день убийства оставить автомобиль там. На видеозаписи с первой камеры на доме ****, датированной 12 июня 2015 года, в период с 9 часов 50 минут 15 секунд по 9 часов 51 минуту 46 секунд и с 9 часов 53 минут 49 секунд по 9 часов 54 минуты 27 секунд, видно, как он проходит вдоль подъездов ****, в руках у него телефон, бумажник, он пытался пообщаться с девушкой. В этот момент он ушел от ФИО12а и С.В., решив, что убийства не будет. Затем видно, как он скрылся из виду, после чего из–за дома выехал автомобиль потерпевшего и направился к дому **** по ****, проехав в непосредственной близости от него. Увидев П. и женщину, он быстрым шагом направился обратно, чтобы сообщить об увиденном ФИО12у и С.В. (том 14 л.д.87-89).

Из оглашенных показаний М.М.О. от 01.06.2016 также следует, что он принял совместно с ФИО12ом и С.В. участие в убийстве П., так как не мог отказать ФИО12у, осознавал, что действует с ними совместно и в их интересах, был в курсе всех ролей, так как план действий по совершению преступления обсуждался между ними. От получения денег за участие в убийстве отказался (том 14 л.д.180-183).

В ходе проверок показаний на месте с применением видеозаписи, М.М.О. подтвердил свои показания, указал на место совершения убийства в ****, дом потерпевшего, место ожидания С.В. и ФИО12а на автомобиле, путь следования от места убийства до г.****, место, где останавливались и выбрасывали патроны и части пистолета. Кроме того, указал на **** в котором получал все указания относительно убийства, на берег реки ****, где были сброшены ноутбук и телефон с места убийства, а также пистолет (том 14 л.д.44-51, 56-63).

С.В. в судебном заседании подтвердил свои показания на предварительном следствии, полученные с применением видеозаписи, согласно которым 7 июня 2015 года ФИО12 предложил ему заработать 250 тысяч рублей за помощь в убийстве мужчины, он согласился. ФИО12 сказал, что заказчица жена мужчины Галя. В ночь с 10 на 11 или с 9 на 10 июня они ездили на его (С.В.) машине "Мазда 3" вместе с ФИО12ом и его другом М. на разведку в **** к ****, где осматривались и проверяли камеры. М. ходил в подъезд, поднялся к квартире ****, сказал, что в подъезде камер нет. 11.06.2015 ФИО12 назначил встречу 12.06.2015 возле его дома в г.**** для поездки на убийство. Встретились в 6 утра 12.06.2015 и на его (С.В.) машине под управлением М. поехали в ****, в объезд камер видеонаблюдения - через ****. По приезду на место позвонили в домофон, мужской голос открыл дверь в подъезд, он (С.В.) и ФИО12 поднялись наверх, но дверь в квартиру никто не открыл. М. был на улице, сказал, что объект приехал на машине, они (ФИО12 и С.В.) поднялись обратно к квартире погибшего, тот открыл дверь, он (С.В.) ударил ему в лицо кулаком, тот упал, они с ФИО12ом вошли в квартиру. Из кухни вышла женщина, он (С.В.) подбежал и ударил ее кулаком в нос, пошла кровь. ФИО12 сразу стал стрелять из пистолета с глушителем, но ни в кого не попал. Из комнаты вышел парень, у ФИО12а произошла осечка, он (С.В.) по требованию ФИО12а завел всех в туалет, чтобы тот перезарядил пистолет. ФИО12 прикрутил заново глушитель и сказал вывести мужчину в комнату справа от входа, что он и сделал. Мужчина сел на диван, ФИО12 допустил осечку, перезарядил пистолет и выстрелил в голову, убив мужчину - тот упал на спину. Затем ФИО12 выстрелил в голову несовершеннолетнего парня примерно 15-ти лет на вид, затем выстрелил в женщину. ФИО12 сказал, что женщина живая, достал из кармана и дал ему (С.В.) нож, дав указание добить женщину. Он послушал и воткнул нож в шею женщине. ФИО12 помыл нож в ванной комнате, сказал, что женщина жива и указал ему (С.В.) ударить ее в сердце. Он (С.В.) послушал, но попал в руку, затем ударил в сердце. Оба были в белых строительных тряпичных перчатках. В кухне со стола забрали ноутбук, ФИО12 еще взял телефон, чтобы инсценировать разбой. Вышли, сели в машину, обратно ехали так, чтобы не попасть под камеру. ФИО12 на ходу разбирал и выкидывал пистолет, стреляные гильзы из коридора. На озере ближе к **** выкинули ноутбук, сломав его полам, телефон, туда же ФИО12 выкинул оставшиеся части пистолета. Нож ФИО12 забрал с собой. ФИО12 и он (С.В.) по указанию ФИО12а, выкинули всю одежду в мусорный контейнер.

ФИО12 рассказал, что ФИО16 заказала убийство мужа, а расплатится после того, как продаст квартиру или машину. Перед тем, как поехать на убийство, по указанию ФИО12а все отключили свои телефоны. ФИО12 предполагал, что там будет женщина, но это было маловероятно, сказал, что сделает все сам. Когда шли убивать, уже не звонили в домофон, а просто дернули входную дверь (том 15 л.д.14-17, 18-45).

В ходе проверки показаний на месте с применением видеозаписи С.В. подтвердил свои показания, продемонстрировал свои действия и действия ФИО3 в квартире **** по ****, местонахождение потерпевших, а также указал место, куда были выброшены изъятые из квартиры вещи, и дом ФИО12а, в котором договаривались об убийстве (том 15 л.д.50-82).

Из оглашенных показаний С.В. также следует, что 7 июня 2015 года он находился у ФИО12а дома по адресу: г.****, ФИО12 предложил заработать 250 000 рублей, для чего надо убить мужчину в ****. Он (С.В.) также должен предоставить для этого свой автомобиль. Он согласился. ФИО12 подробно объяснил его роль, указав, что он должен будет зайти с ФИО12ом в квартиру, обезвредить мужчину ударом кулака в лицо, а затем нужно будет совместно утопить мужчину в ванной или зарезать, в зависимости от обстоятельств. На его вопросы ФИО12 объяснил, что к нему обратилась хорошая знакомая Галя, которая также общается с Л.В.. Со слов ФИО12а жертва – муж Гали, очень её обидел, и она заказала убийство, за которое передаст деньги, которые должна выручить от продажи квартиры мужа. Получив его (С.В.) согласие, ФИО12 занялся организацией убийства, получил полную информацию о потерпевшем, фото, марку и номер автомобиля, адрес, указав, что эту информацию предоставила заказчица ФИО16, разработал детальный план, учитывая все мелочи, предусмотрел запасные ходы действий, подготовил несколько орудий преступления – пистолет с глушителем и нож, так как потерпевшего необходимо было убить без крови, в случае, если что-то пойдет не так - убить ножом, а если появятся третьи лица, нужно действовать быстро и стрелять из пистолета. Друг ФИО12а М.М.О. был наделен ролью водителя и сам отказался принимать участие причинении смерти, поэтому основные вопросы ФИО12 обсуждал с ним (С.В.). Именно ФИО12 распределил роли между ними, приготовил средства маскировки: синий халат, чтобы придать ФИО12у вид работника ЖКХ, сантехника или рабочего, а также чтобы хозяин квартиры открыл дверь, тряпичные перчатки белого цвета с прорезиненной ладонью, чтобы не оставить следов, а в целях инсценировки разбойного нападения и сокрытия реального мотива преступления с места убийства необходимо было похитить какие-либо ценности. Подготовка к убийству занимала несколько дней, в план входило и то, чтобы все соучастники в момент поездки выключили мобильные телефоны, так как их могут установить сотрудники полиции. ФИО12 объяснил М.М.О., что ехать надо таким путем, чтобы не попасться камерам видеонаблюдения и сотрудникам ДПС, так как у ФИО12а с собой огнестрельное оружие. ФИО12, распределив роли, включил также в план преступления «разведку»: проверку путей подъезда к месту убийства, изучение обстановки вокруг дома, проверку видеокамер в подъезде потерпевшего, во дворе дома и окрестностях, чтобы действовать без промедления, хорошо ориентироваться и быстро скрыться.

После обсуждения плана и распределения ролей, вечером 10 июня 2015 года около 21 часа он, ФИО12 и М.М.О. поехали на его автомобиле "Мазда–3" под управлением М.М.О. в ****. У ФИО12а уже были приметы потерпевшего, марка его автомобиля с номером и адрес. На место приехали в период с 23 до 24 часов 10.06.2015. У ФИО12а с собой в сумке через плечо был пистолет с глушителем на случай, если что-то пойдет не так, чтобы отстреливаться. Приехав к нужному дому, поставили машину с торца дома, на котором висела видеокамера. Всего увидели две видеокамеры на одном доме напротив дома потерпевшего. М.М.О. по указанию ФИО12а заходил в подъезд потерпевшего, дернув пластиковую дверь подъезда на себя, сказал, что камер в подъезде нет, входная дверь в квартиру потерпевшего металлическая. Возвращаясь к автомобилю, попали в поле зрения камер, уехали. На следующий день встретились у ФИО12а дома, тот сказал, что на убийство поедут 12 июня, встречаются в 6 утра у его дома. Утром 12 июня он (С.В.) подъехал к дому ФИО12а, за руль сел М.М.О., ФИО12 приготовил пистолет с глушителем, нож, халат, перчатки и сказал, что если что-то пойдет не так, будут использовать нож, а в случае чего - и пистолет. Вновь обсудили, что инсценируют ограбление. После дополнительного обсуждения плана поехали в ****. Подъехав к дому потерпевшего, заметили, что его машины нет. Он (С.В.) и ФИО12 все равно пошли в квартиру на случай, если потерпевший дома, в домофон ответил голос юного парня, открыл дверь в подъезд. Поднялись на нужный этаж, позвонили в ****, дверь никто не открыл. Вернулись в машину к М.М.О., сказали ему, что в квартире другой человек, дверь им не открыли. М.М.О. сказал, что пойдет прогуляется и посмотрит обстановку, возможно, говорил, что останется по личным делам. Он (С.В.) и ФИО12, находясь в машине, мельком увидели автомобиль, похожий на автомобиль потерпевшего, вновь пошли в сторону его подъезда. У торца дома встретили М.М.О., тот что-то прошептал, сказал что объект прибыл, махнул рукой, и они (С.В. с ФИО12ом) направились в подъезд, рядом стоял автомобиль Тойота черного цвета. М.М.О. ушел в машину, а ФИО12 сказал, что если в квартире будет кто-то еще, он сделает все сам, а его (С.В.) роль будет прежней - обезвредить потерпевшего и помочь его убить. В этот раз в домофон не звонили, он (С.В.) открыл подъезд, дернув с силой за ручку двери, ФИО12, зайдя в подъезд, одел халат, нож положил в карман, пистолет был под ремнем. Позвонили в квартиру, дверь открыл мужчина, по описанию понял, что это был нужный человек, он (С.В.), согласно плану, сразу ударил потерпевшего кулаком в лицо, и тот упал на спину на пол в прихожей, они вошли. На шум из кухни слева от входа выбежала женщина - не полная, но с животом. Он (С.В.) по указанию ФИО12а оттолкнул её внутрь кухни и ударил в лицо кулаком, у нее из носа потекла кровь, она громко вскрикнула, и из комнаты выбежал молодой парень, закричал: «Что вы делаете, она же беременная!». ФИО12 в прихожей стал стрелять из пистолета, ни в кого не попал и приказал ему всех завести в туалет, что он и сделал, удерживая дверь рукой и ногой. ФИО12 что-то разобрал в пистолете, отвернул глушитель, привернул обратно и сказал, чтобы он вывел мужа Бобровой в спальную справа от входа, что он и сделал. Мужчина по указанию Мазура сел на разложенный диван в комнате, ФИО12 направил пистолет в голову и нажал на спусковой крючок, произошла осечка, мужчина закрылся от выстрела рукой. ФИО12 перезарядил пистолет, передернув затвор, и выстрелил в голову мужчины, пуля прошла сквозь руку мужчины в лоб, и тот упал спиной на диван. ФИО12 быстро открыл дверь туалета и выстрелил в голову мальчику, тот упал, как бы присев спиной к стене. ФИО12 сразу же выстрелил в женщину, та упала, ударившись головой об стену, но ФИО12 промахнулся и попал то ли вскользь, то ли совсем не попал. У ФИО12а опять что-то случилось с пистолетом, он дал ему нож и приказал добить её. Он (С.В.) послушался, нанес не менее двух ударов ножом женщине в шею, но удары были не сильные. Он (С.В.) убедился, что женщина беременная, сказал об этом ФИО12у, но тому было все равно. После этих ударов подумали, что женщина умерла, ФИО12 помыл нож в ванной комнате, однако, посмотрев на нее, сказал, что она еще живая и сказал ударить в сердце. Он (С.В.) попал женщине в руку, потом в правый бок, ФИО12 крикнул: «Ты что, не знаешь где сердце!», он (С.В.) не менее трех раз ударил в область сердца. Затем они, согласно разработанному ФИО12ом плану, забрали из дома ноутбук и телефон, чтобы инсценировать разбой, и ушли. При убийстве использовали перчатки, ничего голыми руками не трогали. ФИО12 забрал из квартиры некоторые стреляные гильзы. Они вернулись в автомобиль, при этом М.М.О. немного отъехал, он (С.В.) замешкался и прошел с ФИО12ом немного вперед, так как они испугались камер. М.М.О. проехал еще немного вперед, они сели в автомобиль, М.М.О. отвез их в ****, по пути ФИО12 выкинул патроны, части пистолета, гильзы, а на реке около **** - оставшуюся часть пистолета, телефон и ноутбук, который сломали на две части и извлекли аккумулятор (том 15 л.д.134-141).

С.В. также подтвердил свои показания, данные им после просмотра видеозаписей с камер наблюдения, согласно которым, на записи со второй камеры **** за 10 июня 2015 года, с 23 часов 37 минут 13 секунд по 23 часа 38 минут 19 секунд и с 23 часов 43 минут 30 секунд по 23 часа 45 минут 30 секунд, видны он (С.В.), ФИО12 и М.М.О.. Он (С.В.) одевал капюшон, в белой одежде М.М.О., позади мужчина с сумкой на плече – ФИО12. В это время они ходили на «разведку» к дому потерпевшего, М.М.О. заходил в подъезд. На записи с первой камеры **** за 12 июня 2015 года с 9 часов 50 минут 15 секунд по 9 часов 51 минуту 46 секунд видно, что вдоль подъездов **** проходит М.М.О., в руках у него телефон и бумажник, затем из-за дома с камерой выехал автомобиль черного цвета «Тойота», который направился к дому **** по ****, после чего произошли события, о которых он ранее давал показания (том 15 л.д.152-154).

С.В. также подтвердил оглашенные показания, в которых он добавил что он и ФИО12 слышали, как женщина в квартире неоднократно называла мальчика сыном, а тот ее - мамой. Думал, что ФИО12 выстрелом попал в женщину, так как она упала головой назад, сдвинула унитаз, ударилась затылком о стену и, возможно, о канализационную трубу, из головы пошла кровь. Однако, они заметили что она шевелилась, после чего ФИО12 сказал нанести ей удары ножом. Возможно, пуля прошла мимо или пистолет не выстрелил. ФИО12 перед убийством сказал, что если в квартире кто-то будет еще, то придется убивать всех, как свидетелей, чтобы не рассказали правоохранительным органам (том 15 л.д.155-157).

Подтвердил С.В. и свои дополнительные показания, согласно которым ФИО12 неоднократно говорил, что убийство П. заказала ФИО11, ее целью было завладение квартирой, чтобы в том числе рассчитаться с ними за убийство, вторым мотивом была личная неприязнь к П., который сильно обидел ФИО11. О том, чтобы Л.В. заказывал убийство, не слышал, слышал лишь, что Л.В. сообщил ФИО12у, что ФИО11 хочет убить мужа (том 15 л.д.168-170).

Свидетель Л.В. показал, что знаком с ФИО12ом 7-8 лет, тесно общались. С Бобровой знаком со школы, с 2011 года вместе работали, он (Л.В.) возил ее на машине, общались каждый день. У Бобровой были две машины, на одной из которых (Киа) он возил ФИО11, другой (Фольксваген) пользовался ФИО12. ФИО11 с ФИО12ом познакомил он (Л.В.), с 2011 года ФИО11 и ФИО12 нормально общались, ходили друг к другу в гости, вместе отмечали праздники. П. видел несколько раз, когда привозил ФИО11 в **** в войсковую часть, где тот служил, для встреч с дочерью. П. и ФИО11 жили раздельно, общались по телефону, конфликтов у них не было, ФИО11 мужу в его присутствии никогда не угрожала. Последний раз видел П., когда привозил ФИО11 в **** посмотреть квартиру, которую они получили. ФИО11 с дочерью там были прописаны, она просила у П. ключи от квартиры, тот всегда ей отказывал. Со слов Бобровой у них заранее был решен вопрос с разводом и с разделом квартиры пополам. 4 июня 2015 года Боброва последний раз ездила в **** за доверенностью на вывоз ребенка. Она предварительно созванивалась с П. и говорила, что приедет с дочерью, поехала после обеда, планировала заночевать в ****. Со слов Бобровой они приехали ночью, она не смогла дозвониться до П. по телефону, приехала к квартире - дверь никто не открыл, они с дочерью заночевали в гостинице. Утром 5 июня они встретились, оформили доверенность, и он сразу отправил их в г.**** Ребенок хотел кушать, но отец сказал, что мама покормит в г.****. Встреча была очень холодной и неприятной, ФИО11 была не в настроении, позвонила ему (Л.В.), чтобы встретил с автобуса, но он был выпивши, поэтому ФИО11 с дочкой вышли на въезде в г.**** и пошли к ФИО12у, который живет недалеко, ребенок поел и они поехали домой. Оставив ребенка дома на ****, Боброва поехала к себе на рабочую квартиру на ул.****, там он (Л.В.) с ней встретился и она рассказала об этой поездке, он высказал недовольство поведением П., ФИО11 сказала, что ее "достал" этот супруг и что она бы его убила, миллиона бы не пожалела. Он ответил, что если она хочет, он может поговорить на эту тему с ФИО12ом, но всерьез это не воспринял, решил, что она просто возбуждена и разозлена. В этот же день или на следующий поехал к ФИО12у, там выпивали, он рассказал о поездке Бобровой и разговоре с ней, уехал. Где-то через день, возможно 8 июня, приехал к Бобровой, возможно, на ее рабочую квартиру на ул.****, точно не помнит, и она рассказала спокойно, без эмоций, что к ней приезжал ФИО12, они разговаривали по поводу событий в ****, и она договорилась с ФИО12ом, что он за миллион рублей убьет ее мужа. Таких денег у нее не было и она должна была рассчитаться деньгами от продажи квартиры в ****. После этого они встречались с ФИО12ом и Бобровой практически каждый день. В один из этих дней, возможно 9 июня, к Бобровой на ул.**** приезжал ФИО12 и при нем (Л.В.) спрашивал, в силе ли то, о чем договаривались, ФИО11 ответила - да, в силе. Как он (Л.В.) понял, это было подтверждение ФИО12у на убийство, так как других договоренностей он не знал. Примерно 13 июня ему позвонил ФИО12 и сказал, что во **** вопрос решил, как он (Л.В.) понял – ФИО12 выполнил договоренность. В один из дней после 14 июня, ночью, позвонила ФИО11, сказала, что ей кто-то из знакомых сообщил об убийстве мужа и кого-то еще, подробности узнала из интернета, была взволнована. На следующий день он (Л.В.) встречался с ФИО12ом, спросил его, что там произошло, вы же говорили только про мужа, ФИО12 объяснил, что не собирался больше никого убивать, но у него не было другого выхода, что когда он убил мужа, на звук из ванны вышли жена и ее сын, ФИО12 был без маски, они увидели его лицо, поэтому он убил их. Исходя из информации в интернете, он (Л.В.) спросил у ФИО12а, зачем надо было резать женщину, ФИО12 ответил, что перекосило патрон в патроннике. На вопрос, почему у соседей снизу с потолка капала кровь, ФИО12 ответил, что сын, падая, свернул сантехнику, вода смешалась с кровью и протекла к соседям. ФИО12 также говорил, что в дверь к потерпевшему позвонили, открыл П., был сбит с ног. Говорил также, что накануне убийства с кем-то ездили на разведку. На вопрос о камерах наблюдения ФИО12 ответил, что кто-то был в бейсболке, кто-то в капюшоне, постарались пройти мимо камер. Он Л.В.) знал о том, что у Бобровой с П. в пределах месяца должен был состояться бракоразводный процесс. Сыну Бобровой сказал в успокоительных целях, чтобы он не переживал, если будут возникать вопросы, решит их. Со слов или ФИО12а или Бобровой знает, что Боброва показывала ФИО12у фотографии машины, П., дала номер и марку машины, адрес. На следствии смотрел записи с камер видеонаблюдения, на одной записи по походке узнал ФИО12а, на другой был человек, очень похожий на М.. ФИО11 никогда не говорила, что с ФИО12ом договаривался он, а не она, и что он же должен с ним рассчитаться. Бобровой оформить квартиру в **** на свое имя после убийства П. не предлагал, это невозможно, так как он в квартире не зарегистрирован и не родственник Бобровой, выйти за себя замуж ей не предлагал. Примерно в сентябре от кого-то из знакомых в г.**** узнал, что поскольку ФИО12у пришлось убить троих человек вместо одного, Бобровой повысили гонорар за убийство до двух миллионов рублей. Случаев, чтобы он просил ФИО11 позвонить ФИО12у с ее телефона, не было. Ездила ли ФИО11 к ФИО12у без него, не знает.

Потерпевшая Потерпевший №2 – сестра П. А.В. – показала, что брат был военным пенсионером. По выходу на пенсию ему дали квартиру в ****. Об убийстве брата узнала 15 июня 2015 года, сразу подумали на его жену ФИО4, с которой они вместе не жили, Боброва проживала в г.****, но зарегистрирована была вместе с общей дочерью в квартире П.. За 2-3 дня до случившегося П. звонил старшей сестре, сказал, что они с Бобровой разводятся и "война" – то есть раздел имущества - еще впереди, он со всем этим разберется. Со слов ФИО26 постоянно говорила, чтобы он продал и поделил квартиру. Про конфликты с женой не говорил, говорил, что ФИО11 не разрешает общаться с дочерью. На 23-24 июня были назначены проводы в армию племянника, а П. говорил, что у него в это время должен состояться суд по поводу развода. К.С.П. жила с братом 2-3 года до трагедии, она была на 6-7 месяце беременности от него.

Свидетель Л.Е. – сестра П. А.В. – подтвердила свои частично оглашенные показания на предварительном следствии и показала, что брат, увольняясь со службы, получил квартиру от войсковой части. С женой не жил, около 2-х последних лет жил с К.С.П., у которой был сын К.Е.С.. К.С.П. была беременна. Последний раз П. звонил за 2-3 дня до 12 июня, сказал, что у него будет развод с Бобровой, но это маленькая проблема, а в дальнейшем с ней будет война из-за этой квартиры (том 5 л.д.72-74).

Потерпевшая Потерпевший №3 – мать К. С.П. и бабушка К. Е.С. – показала, что последние 2,5 года дочь проживала с П. А.В. на ****. Внук часто к ним ездил, а в последнее время на каникулах жил у них. У К.С.П. конфликтов ни с кем не было. Дочь говорила, что 8 или 9 июня 2015 года к П. приезжала жена ФИО4, у них был скандал, П. жену в квартиру не пустил, разговор был на лестничной площадке. После этого дочь сослуживцам рассказывала, что ФИО11 встретила ее около дома и угрожала: «Ты мне всю жизнь испоганила и за это поплатишься». Об этом знает со слов двух женщин – коллег К.С.П.. П. говорил жене, что К.С.П. беременна, а дочь говорила ей (Потерпевший №3), что П. пропишет будущего ребенка в свою квартиру. Говорила также, что она в квартирные вопросы П. с женой не лезет. Считает, что ФИО11 знала об отношениях П. с К.С.П., так как на зимние каникулы к П. приезжала их с Бобровой дочь, в то время как у него были К.С.П., внук и внучка. Они вместе гуляли, ходили на каток. Дочка П. сказала маме, что папа живет с другой женщиной, у которой есть сын. 12 июня 2015 года поздно вечером не могли найти внука – он уехал на **** еще 10 июня. Позвонили туда - никто не ответил, дочь на звонки тоже не отвечала. Звонили 13 и 14 июня – никто не отвечал. Последний раз разговаривала с дочерью 11 июня около 17 часов, с внуком - 10 июня, отправляя его к матери. Вечером 14 июня полиция сообщила, что они убиты. Внук, уезжая к маме, брал с собой ноутбук. У К.С.П. была беременность 6,5 месяцев, большой живот, 27 июня она должна была уйти в декретный отпуск. После убийства была в квартире, ноутбука внука там не видела. Осмотрев в судебном заседании вещественное доказательство: ноутбук «DELL Inspirion 3542» и его составные части, обнаруженные в реке ****, узнала в нем ноутбук внука.

Потерпевший Потерпевший №4 – брат К. С.П. и дядя К. Е.С. – показал, что сестра в последнее время проживала с П.А.В. на ****. 9 июня слышал разговор сестры с матерью, в котором сестра говорила, что к ним приезжала ФИО11, П. ее в дом не пустил, был какой-то скандал на лестничной площадке, который было слышно в квартире. Со слов сестры знает, что у П. с Бобровой в конце июня должен состояться бракоразводный процесс, на развод подал П., единого мнения у них по этому вопросу не было. Сестра была беременна сроком 6-7 месяцев, было видно живот. Со слов матери знает, что П. собирался зарегистрировать будущего ребенка у себя. Племянник навещал маму. Последний раз пошел к ней 10 июня 2015 года, взял с собой ноутбук, похожий на тот, который осматривался в судебном заседании. После убийства ноутбук пропал.

Свидетель Л.В.В. – жена потерпевшего Потерпевший №4 – показала, что К.С.П. около последних 2,5 лет жила с П.. Когда он получил квартиру на ****, переехали в нее. Сын К.С.П. К.Е.С. ходил к маме по выходным. За несколько месяцев до случившегося К.С.П. купила сыну ноутбук. 11 июня он уехал к маме, взял с собой ноутбук. Со слов К.С.П. знает, что П. женат, но с женой давно не живет, они имеют общего ребенка. К.С.П. говорила, что П. собирается разводиться с Бобровой. К.С.П. с П. ждали ребенка, она была на 7-м месяце беременности, П. говорил, что разведется, она родит ребенка, и он его пропишет к себе. Последний раз видела К.С.П. за неделю до убийства, живот у нее был уже большой, внешне заметен. К.С.П. при ней (Л.В.В.) говорила маме, что когда Боброва приходила к П. последний раз, был громкий разговор в подъезде, П. домой ее не приглашал, в квартиру не пустил.

Свидетель Д.В. – сослуживец П. А.В. – показал, что находился с погибшим в дружеских отношениях. П. был женат на ФИО4, у них есть дочь, которые проживали в г.****. Они совместно не проживали, ездили друг к другу. П. сожительствовал с женщиной С. последние 1-2 года. Последний раз он (Д.В.) общался с Бобровой по мобильному телефону в ночь с 4 на 5 июня 2015 года, она позвонила в первом часу ночи, сказала, что приехала с дочерью встретиться с П., но он не отвечает на звонки, попросила позвонить ему, сказать об их приезде и уточняла, где он проживает. Он (Д.В.) отправил П. смс-сообщение, что его ищет ФИО11, которая приехала с дочерью, тот не ответил. Ближе к часу ночи Боброва перезвонила, он (Д.В.) порекомендовал ей переночевать в гостинице. Впоследствии от женщины, работавшей в войсковой части, слышал, что П. и ФИО11 встретились 5 или 6 июня, у них был какой-то конфликт, они ругались, выясняли отношения. 15 июня узнал о смерти П., его сожительницы и ее сына. В этот же вечер позвонила ФИО11, спросила, что случилось с П., так как ей в «Одноклассниках» пришло соболезнование по поводу его гибели. Он сказал ей посмотреть в Интернете. В ходе разговора ФИО11 эмоционально, в нецензурной форме сказала, что не надо было эту женщину приводить в квартиру. У П. и Бобровой раньше были хорошие взаимоотношения, последние несколько лет по П. было видно, что у них не очень хорошие отношения, какие-то конфликты происходят, он с ней не живет, и она к нему не переезжает. При нем ФИО26 не угрожала. На похоронах ФИО11 не присутствовала.

Свидетель Л.М. – сослуживец П. А.В. – показал, что странных, неадекватных поступков в поведении П. не замечал. У него была жена ФИО11 и дочь А.А.. Около полугода они жили вместе, потом он все время жил один, дочку часто привозил на каникулы, навещал ее. При нем (Л.М.) у П. с Бобровой конфликтов не было. Примерно 7-8 июня 2015 года разговаривал с П., тот сказал, что приезжала супруга, у них был скандал, ему угрожают, сказал, что ему жить недолго осталось. Он (Л.М.) не воспринял это всерьез, а П. дословно сказал: "Если что-то случится, это моя жена. Она мне сказала, что жить мне недолго осталось". Из разговоров с П. также знает, что у него с Бобровой были противоречия в связи с тем, что они делили доли в квартире на ****, которую он получил. В квартире были зарегистрированы трое – П., жена и дочь. П. не хотел приватизировать квартиру, так как боялся, что ее придется делить на троих, а пока она не приватизирована, принадлежит Министерству обороны, а у него бессрочный договор аренды. П. хотел развестись с Бобровой, у него уже была другая семья, беременная девушка с сыном. В мае 2015 года П. говорил, что подавал на развод в г.****, но ФИО11 не соглашалась. Он (Л.М.) посоветовал подать на развод в ****. Также П. говорил, что в последнее время ФИО11 не дает ему ребенка, и они по этому поводу ругались. В 20-х числах июня 2015 года у П. должен был состояться суд в **** по поводу развода. П. боялся угроз со стороны Бобровой, говорил, что от нее постоянные звонки, угрозы, ничего конкретного не рассказывал. Бывшая подчиненная П.А.В. Г.Л. рассказывала, что на П. из-за квартиры идет "травля" со стороны жены, она не соглашается на развод, П. постоянно нервничал. Однажды во время разговора П. сказал, что жена не соглашается на развод, спрашивал, может, сказать ей, что сожительница беременна. Сказал или нет – не знает. Со слов Г.Л. также знает, что П. ей говорил, что Боброва приезжала к нему 5 или 6 июня, они ругались. Об убийстве П. узнал после июньских праздников.

Свидетель под псевдонимом П.Н. показала, что находилась в дружеских отношениях с П., знает его более 10 лет. Со слов П. знает, что у него есть жена ФИО4 и дочь А.А.. Супружеских отношений у них не было, жили отдельно, общались по телефону, их объединял ребенок, который был инструментом для достижения целей Бобровой. Добиваясь желаемого, она шантажировала тем, что П. не увидит ребенка. Он выполнял все ее прихоти и просьбы. Не разводился с Бобровой, потому что боялся, что она не будет давать ему ребенка. П. жил с К.С.П. в квартире, которую он получил после увольнения с воинской службы, К.С.П. была беременна. Он долго скрывал свои отношения от Бобровой, потому что она властная, и он боялся, что она что-нибудь предпримет в отношении них. 10 июня 2015 года последний раз видела П., он ей рассказывал, что в начале июня ночью к нему приезжала ФИО11, кричала, рвалась в квартиру, он ей не открыл, так как боялся, что она агрессивно настроена, ФИО11 уехала в гостиницу. Утром он с ней встретился, и в ходе разговора в машине она ему угрожала, сказала, что ему осталось жить недолго. П. говорил, что он подал на развод, в мае 2015 года было судебное заседание, на которое она не явилась. П. говорил, что ФИО11 хотела разделить квартиру, так как он получил ее на троих: на себя, жену и дочь, а он не хотел делить имущество. В квартире были зарегистрированы все трое. П. также говорил, что когда к нему зимой 2015 года приезжала дочь А.А., он ей сказал о том, что у них с К.С.П. будет ребенок.

Свидетель под псевдонимом И.М. показала, что знала П. с 2000 года, находилась в дружеских отношениях. Ей известны обстоятельства его личной жизни со слов самого П.. Он старался избегать конфликтов с женой, потому что боялся, что ему не разрешат общаться с ребенком. Говорил, что жена настраивает ребенка против него. Проживали они отдельно. П. с 2013 года проживал в квартире на ****, к нему приходила гражданская жена С. с сыном. С. была беременна. В последнее время у П. с женой отношения испортились, был конфликт по поводу квартиры, они не могли договориться насчет нее. П., когда получал квартиру, утверждал, что у жены есть квартира в г.****, и она на эту квартиру претендовать не будет. Но ФИО11 начала претендовать на квартиру, настаивала на приватизации и разделе имущества, требовала ключи от нее. П. это понимал, поэтому не шел на уговоры приватизировать квартиру. Он пошел на разрешение конфликта, подав весной в суд на развод. На одно судебное заседание ФИО11 не явилась, 18 июня должно было состояться второе, о чем у него на рабочем столе висела записка. 5 июня 2015 года вечером П. лично рассказывал, что накануне ночью к нему приехала жена, позвонила в домофон, попросила открыть дверь. Он не знал, что она с дочерью, не открыл, так как у него дома была С.. Жена ушла, утром они встретились, чтобы оформить документы на отдых дочери. Он переживал, так как не знал, что жена была с дочерью. П. говорил, что накануне вечером они общались по телефону насчет срочного оформления документов. Когда оформили документы, он проводил их на вокзал и отправил на автобусе в г.****. Сам не повез, так как пока они ждали очередь у нотариуса, жена нецензурно выражалась в его адрес в присутствии девочки, оскорбляла его, не захотел их везти, чтобы это не повторилось по дороге. В тот же вечер П. сказал, что с ним может что-то случится, и если это случится, то к этому будет иметь отношение ФИО11. На вопрос, что может случится, он ответил, все, что угодно, этот человек способен на все, даже способен убить. Он был очень встревожен.

Свидетель К.Э. – сослуживец П. А.В. – показал, что у того была жена ФИО11, П. говорил, что у него проблемы в семье, взаимоотношения не получаются, он решился разводиться. Со слов П. у него должен быть второй бракоразводный процесс, но он его затягивает. В его словах чувствовалась боязнь, связанная с этим процессом, но о каких-либо угрозах он не говорил, говорил, что боится, что ФИО11 не даст ему видеться с ребенком. О других конфликтах П. ему ничего неизвестно. Начальник П.А.В. М.Л.., с которой тот тесно общался, в разговоре 12 июня 2015 года сказала, что П. был какой-то подавленный, скорее всего, у него проблемы с женой, но в чем конкретно, не знает.

Свидетель С.А. – сослуживец П. А.В. – показал, что П. о своей супруге не рассказывал, но он (С.А.) знал о ее существовании, видел 1-2 раза, они вместе не проживали, жена периодически приезжала к П. из г.****. П. обычно привозил дочь, которая жила с ним в общежитии, сам ездил за дочкой в г.****. Отношения с дочерью были прекрасные, он поддерживал ее, дарил подарки. Про конфликты П. с женой из-за квартиры не знает.

Свидетель Г.А. – сослуживец П. А.В. – показал, что П. жил отдельно от жены, которая жила в ****. Имел дочь, хорошо к ней относился, помогал ей, дочь периодически приезжала к нему в гости. Из разговоров в кругу друзей знает, что в последнее время у П. с женой были натянутые отношения.

Свидетель Г.Л. Л.И. – сослуживица П. А.В. – показала, что была с ним в дружеских отношениях, жену ФИО26 не видела ни разу с 2004 года, он ничего хорошего о ней не рассказывал, говорил, что не живет с ней, ездил по выходным, дочь привозил. Он несколько раз собирался разводиться, но боялся, что больше не увидит дочь. Говорил, что ФИО11 настраивает дочь против него, ходил задумчивый. О конфликтах с женой, угрозах П. не говорил, говорил лишь постоянно, что если с ним что-то случится, то это будет ФИО11. На вопрос, почему он не приватизирует квартиру, отвечал - чтобы не досталось Бобровой.

Свидетели супруги Ч.С. и А. – соседи П. А.В. по лестничной площадке – показали, что знакомы с соседом с 2013 года, поддерживали дружеские отношения, охарактеризовали его как человека с адекватным поведением. П. был женат, имел дочь, но они жили отдельно. Он же проживал с гражданской женой С.. П. говорил, что не торопится приватизировать квартиру, потому что вскоре собирается разводиться с женой. Однажды П. попросил их (Ч.С. и А.), если его будет искать какая-то женщина, сказать, что они его не знают. Вскоре после этого разговора в 00:30 ночи позвонили в домофон, женщина сказала, что из сороковой квартиры, потеряла ключи, просила открыть входную дверь. Не открыли. Через 5 минут услышали на площадке разговор, в глазок увидели со спины женщину и ребенка у ****, которые звонили в квартиру П., но им не открыли. Слышали голос женщины, отвечали ей или нет, не слышали, чтобы в дверь сильно стучали, также не слышали. Последний раз видели П. 11 июня, договорились на следующий день вместе выехать на дачу на шашлыки. 12 июня около 11 часов вышли на площадку, П. не было, позвонили ему в дверь – никто не открыл. Через полчаса позвонили на телефон – никто не ответил. Уехали. 14 июня узнали, что произошло убийство. О том, что ему кто-то угрожает, П. не говорил.

Свидетель Ф.О. – помощник нотариуса нотариальной конторы **** – показала, что П. обращался 5 июня 2015 года за удостоверением согласия на сопровождение своей дочери П. А.А. по территории России бабушкой Б.Г.Ф., в том числе в связи с поездкой на отдых в г.Сочи. Документы для оформления согласия представила женщина – мама ребенка, присутствовал отец ребенка. Конфликтов между родителями ребенка в нотариальной конторе не было.

Несовершеннолетний свидетель А.А. – дочь ФИО4 и П. – показала, что в ночь с 4 на 5 июня она с мамой приезжала к папе на **** для оформления документов на выезд. Мама предупреждала папу, что приедут поздно, чтобы телефон был при нем, она позвонит, когда приедут. Когда приехали, папа дверь не открыл, телефоны его были отключены, они звонили в дверь, ждали очень долго. Звонили в соседнюю дверь, им ответили, что такого человека не знают. Мама вела себя спокойно, хотя ей было неприятно. Для них было унизительно, что папа не пустил в квартиру, хотя знал, что они приедут. Потом на такси поехали в гостиницу. На следующее утро встретились с папой, он плохо выглядел, сказал, что его не было в городе. Пока мама оформляла справку, папа разговаривал с ней (дочерью) насчет развода, успокаивал. Мама с папой в это время не ругались. Потом поехали на вокзал, по дороге папа сказал маме, что подал на развод, повестка придет в июле, говорил по поводу квартиры, начал повышать голос, был неадекватный, злой на маму, кричал на нее. Мама ему не угрожала, разговаривала спокойно, адекватно, сказала, что квартиру будут делить, спросила ключи, чтобы посмотреть ее, папа ответил, зачем ей квартира, если она в ней не живет, мама ответила, что это квартира его ребенка. Чтобы мама говорила папе, что ему недолго осталось жить, не слышала. Был также разговор насчет папиного долга в 50 000 рублей за машину, который он обещал вернуть к концу года. Разговаривали все время при ней (дочери). Затем она попросила поесть, папа сказал, у него нет времени и денег. Они с мамой на автобусе уехали домой. Все оставшиеся дни до отъезда на отдых 8 июня мама на работу не ходила, была с ней, собирала в дорогу, она же провожала на самолет. Раньше она (дочь) общалась с папой часто. В 2013 году на зимних каникулах, когда он получил квартиру, увидела, что с ним на катке катается женщина. Впоследствии узнала, что это К.С.П.. Она была с сыном К.Е.С. и какой-то девочкой. Вечером К.С.П. с К.Е.С. и девочкой пришли к папе домой, они общались, хоть ей было неприятно, ей казалось, что К.С.П. ревнует папу к ней. После этого она общалась с папой редко, так как не хотелось, а он говорил, что ему некогда, ссылался на здоровье, ремонт и занятость, перестал дарить подарки. В 2015 году К.С.П. не видела, о том, что она беременна, папа не говорил. Узнала об этом только после убийства. Знает Л.В., считала его отчимом, так как он о ней заботился.

Свидетель Б.В. – сын ФИО4 от первого брака – показал, что ФИО11 с П. практически всегда жили отдельно, потому что он служил в ****, а она работала бухгалтером в г.****, отношения у них были нормальные, неприязни между ними не замечал. Знает, что П. получал от Министерства обороны квартиру в ****, была ли она приватизирована, не знает. В квартире точно была зарегистрирована сестра А.А., была ли зарегистрирована мать, не знает. Споры между Бобровой и П. по поводу квартиры не слышал. Боброва предлагала П. развестись, он ей – нет. В начале июня 2015 года мать с сестрой ездили в **** за доверенностью на вывоз ребенка в г.Сочи. Мама звонила ему (ФИО11) около 1-2 часов ночи, сказала, что никто не открывает дверь, просила узнать номер такси, гостиницы, чтобы переночевать. На следующее утро они встретились. Впоследствии мама объяснила, что у П. был выключен телефон, хотя он знал, что они приедут. Вернувшись из **** до отъезда сестры 8 июня мама все время была дома, так как начался отчетный период и надо было собирать сестру в дорогу. 15 июня от мамы узнал о трагедии. Знает, что у П. была сожительница К.С.П.. Каких-либо угроз со стороны мамы в адрес П. никогда не слышал, сцен ревности не было. Со слов мамы знает, что у П. однажды была любовница С.К., и мама с ней нормально общалась. Знаком с Л.В. 3-4 года, он практически член семьи, часто бывал у них дома, помогал маме в качестве водителя. ФИО12а видел только вместе с Л.В.. О том, чтобы мама была у ФИО12а одна, без Л.В., не знает. После того, как произошло убийство, Л.В. в состоянии опьянения говорил, если что, "валить" все на него.

В судебном заседании также оглашались показания свидетеля Б.В. на предварительном следствии, согласно которым ему известно, что у Бобровой с П. были спорные вопросы по поводу квартиры. Она считала, что без них он бы получил однокомнатную квартиру, предлагала приватизировать ее и развестись, обеспечив жильем дочь. П. разводиться решил только 5 июня, приватизировать квартиру не хотел; 5 июня от сестры узнал, что во время встречи П. был злой и обвинял ФИО11 в том, что она сломала ему карьеру, от матери узнал, что у нее был неприятный разговор с П.; насчет сожительницы П. С. (как впоследствии узнал - К.С.П.) Боброва говорила, что непорядочно к женатому мужику лезть в кровать; о Мазуре мать говорила, что если возникнут проблемы с криминальным элементом, она решит вопрос через него; 16 июня вечером к ним домой зашел Л.В., сказал, что его (ФИО11) и мать будут подозревать в совершении убийства, говорил "валить" все на него, он сам разберется (том 5 л.д.164-167).

Свидетель Б.В. разговоры про приватизацию квартиры не вспомнил, но пояснил, что разговоры такие были, подтвердил, что сначала инициатором развода была ФИО11, а потом на развод подал П., слова Л.В. 16 июня не оспаривал, пояснив, что тот был пьян. При этом свидетель не подтвердил показания в части разговора о криминалитете и отзывов матери о сожительнице П., а также в части осведомленности со слов сестры и матери о плохом разговоре Бобровой с П. 5 июня, утверждая, что это придумал следователь, протокол допроса читал невнимательно.

Свидетель М.Т. – коллега К. С.П. – показала, что у К.С.П. не было конфликтов, она проживала совместно с П., отношения у них были хорошие. Сын К.С.П. иногда оставался у них ночевать. К.С.П. говорила, что П. женат, имеет дочь, они с женой не живут долгое время, подали заявление о разводе, на днях ждали судебного извещения. За неделю до убийства К.С.П. сказала, что должна приехать жена П. подписать справки для ребенка и остаться ночевать. На следующий или через день сказала, что жена приезжала поздно ночью, долго и сильно стучала в дверь, звонила, они дверь не открыли, звонила на телефон, но они ее не пустили. П. сказал К.С.П., что он против ночлега жены, так как они давно не общаются. Встречался ли П. после этого с женой, К.С.П. не говорила, говорила, что боится его жену. Последний раз виделась с К.С.П. 9 или 10 июня – та работала последние дни перед отпуском по беременности, по телефону общались с ней 10 или 11 июня.

Свидетель И.Г. – коллега К. С.П. – показала, что К.С.П. проживала совместно с П., взаимоотношения у них были хорошие. Видела ее за месяц до трагедии, К.С.П. была беременна, живот был уже большой, заметный постороннему человеку, летом она должна была уйти в декретный отпуск.

Свидетель С.Е.К. – бывший муж К. С.П. и отец К. Е.С. – показал, что прекратил жить с К.С.П. в 2013 году, сын после развода в основном жил у бабушки, но общался с обоими родителями. У него в пользовании был ноутбук, который ему купила мать. Сын рассказывал, что К.С.П. встретила мужчину, они живут вместе, у этого мужчины есть дочь, которая зарегистрирована у него в квартире и имеет право на квартиру. Говорил также, что были какие-то противоречия между женой этого мужчины и К.С.П., которая была на 6-7 месяце беременности. За 1-2 месяца до смерти сын говорил, что К.С.П. встречалась с супругой этого мужчины где-то на улице и получила угрозы в свой адрес.

Свидетель К.Е. – водитель такси – подтвердил свои частично оглашенные показания и показал, что в 5 июня 2015 года в 01:38 от диспетчера поступил вызов на ****, он подъехал, в машину сели женщина (ФИО4) с девочкой лет 10-ти, он отвез их до гостиницы «****». Во время поездки женщина разговаривала по телефону, из разговора понял, что их не пустили домой, поэтому они поехали в гостиницу переночевать (том 5 л.д.81-82).

Из оглашенных показаний свидетелей К.Е.М. и Г.С. – инспекторов ДПС ОГИБДД по **** – следует, что 12 июня 2015 года, около 15 часов 53 минут на автодороге **** – ****, в районе 15 километра со стороны **** в сторону **** был остановлен за превышение скорости автомобиль «Мазда 3» гос. номер **** регион. Водитель предоставил документы на имя М.М.О., **** г.р., автомобиль зарегистрирован на имя С.В., **** г.р. (том 5 л.д.183-184, 185-187).

Согласно оглашенным показаниям свидетеля М.А.О. – матери М.М.О. - сын практически постоянно проживает у своего друга ФИО3 в г.****. 12 июня 2015 года в обед, в период с 12 до 14 часов, М.М.О. один приехал к ней домой в **** на темном автомобиле иностранного производства со значком на капоте в виде галочки в круге, стал проводить время с подругой. Утром 14 июня 2015 года уехал в г.**** к ФИО12у на той же машине (том 5 л.д.188-190).

Из оглашенных показаний свидетеля Р.М. следует, что она знакома с М.М.О., встречалась с ним 13 июня 2015 года, он приехал к ней в **** до обеда на автомобиле Мазда-3 темного цвета, они ездили к друзьям, вернулись около 23 часов 30 минут, М.М.О. уехал утром 14 июня 2015 года (том 5 л.д.193-195).

Свидетель М.И. показала, что помогала ФИО3 приобретать дом на **** в г.****. Знакома с Бобровой, та была знакома с ФИО12ом, они хотели приобрести совместную недвижимость. Боброва помогала ФИО12у деньгами, когда у него сгорела баня, а его дом был без ремонта. Боброва приезжала к ФИО12у в основном с Л.В., ненадолго, потом уезжала по бухгалтерским делам. Около 10 раз видела ФИО11 у ФИО12а без Л.В. – она приезжала с А., который возил ее по работе вместо Л.В.. ФИО11 в пьянках не участвовала, на праздниках много не выпивала. Последний раз видела ФИО11 в июне 2015 года, до убийства в ****, она заезжала к ФИО12у на машине. Л.В. без Бобровой также посещал Мазура каждый день, даже ночевал у него. Знала также М.М.О. как друга ФИО12а, с 2014 года до задержания они жили вместе. 12 июня 2015 года она (М.И.) и Свидетель №1 заезжали к ФИО12у домой, он сказал, что встречается с друзьями и скоро приедет, приехал примерно в 14 часов, они договорились насчет дня рождения М.М.О. и разъехались.14 июня 2015 года она (М.И.) была у ФИО12а на дне рождения М.М.О.. На празднике присутствовали ФИО11, Л.В., С.В.. ФИО11 уехала раньше с А.. Л.В. был долго. Не раз, в том числе на дне рождения, встречала у ФИО12а девушек по имени Н. и К.. Примерно 12-14 июня ФИО12 говорил ей, что у Бобровой в **** убили мужа П.. А где-то 15-16 июня ФИО12 рассказывал о том, что он проснулся с К. и плакал, на вопрос К. почему, ответил, что они в **** убили людей. Кто они, не уточнял. Со слов Свидетель №1 также знает, что К. тому рассказала о том, что ФИО12 выгнал ее из дома, обвинив в том, что он не мог сказать о том, что убил людей в ****. Н. тоже что-то говорила про убийство в ****. Ей это известно от ФИО12а, М.М.О., С.В.. Дней за 10 до убийства ФИО12 смотрел двухэтажный дом в г.****, сказал, ему должны на днях отдать миллион рублей. От ФИО12а известно, что у него было оружие, какое именно - не знает.

Свидетель Свидетель №1 показал, что часто бывал дома у ФИО12а. В 2015 году у него жил М.М.О.. За период 2013-2015 год ФИО11 видел у ФИО12а 3-5 раз, она всегда приезжала с Л.В.. Л.В. без Бобровой был у ФИО12а часто. Примерно 12 июня он с М.И. приезжали к ФИО12у, того не было дома, он сказал, что на встрече, приехал около 16-17 часов, они поговорили недолго и уехали. 14 июня 2015 года он был с М.И. на дне рождения М.М.О. у ФИО12а. Приезжали ФИО11 с Л.В.. ФИО11 уехала рано, Л.В. остался. Были также девушки по имени Н. и К.. После задержания ФИО12а он встретился с Н., та сказала, что слышала от К. о том, что ФИО12 ей рассказал, что они ездили во **** и убили людей.

Свидетель Свидетель №2 подтвердила частично оглашенные свои показания на предварительном следствии и показала, что она с подругой Б.Е. летом 2015 года познакомились с М. и ФИО12ом, несколько раз были в гостях в доме последнего, праздновали день рождения М. в доме у ФИО12а. Там было много людей, в том числе М.И. и Свидетель №1. 2-3 раза видела ФИО11 у ФИО12а, она приезжала с лысоватым мужчиной, находилась недолго, пила чай, уезжала с ним же. ФИО12 порекомендовал ее как хорошего бухгалтера. ФИО11 наедине с ФИО12ом не видела. После дня рождения М. Б.Е. в состоянии алкогольного опьянения сказала, что она что-то слышала из разговора ФИО12а с кем-то, что тот якобы что-то совершил (том 6 л.д.106-108).

Свидетель Б.Е. показала, что в конце мая 2015 года она и Свидетель №2 случайно познакомились с парнем из **** М., который их пригласил в гости к ФИО12у, куда они периодически приходили в гости. Там же первый раз увидела ФИО11, которую ФИО12 порекомендовал Свидетель №2 для консультации по работе. Боброва постоянно была в присутствии староватого мужчины. Без этого мужчины ФИО11 у ФИО12а не видела, как и этого мужчину без Бобровой. ФИО11 с ФИО12ом наедине также не видела. 14 июня 2015 года дома у ФИО12а отмечали день рождения М., приехали туда уже выпивши. Была ли там ФИО11, не помнит. ФИО12 не говорил ей, что совершил что-то плохое. Так как была в сильной степени алкогольного опьянения, помнит не все события, не все разговоры. Через какое-то время после дня рождения Свидетель №2 сказала, что видела репортаж об убийстве и задержании ФИО12а. Однажды к Свидетель №2 приходила М.И. с другом, что-то хотели у нее спросить, она (Б.Е.) с ними не виделась и не разговаривала.

Свидетели супруги П.Р. и В. – соседи ФИО3, чьи показания были оглашены в судебном заседании, показали, что с 13:00 9 июня до 9:00 13 июня 2015 года ФИО12а и М.М.О. не видели (том 6 л.д.128-129, 130-132).

Из протокола осмотра места происшествия от 15.06.2015 - **** по ****, со схемой и фототаблицей, следует, что в квартире обнаружены трупы К. Е.С., К. С.П., П. А.В. Труп П. А.В. находится в комнате справа от входа, на диване, лежа на спине, имеет повреждения в области головы - в центре лобной области рана около 0,9 см и аналогичная рана в области левой кисти. Трупы К. Е.С. и К. С.П. находятся в туалетной комнате при входе вдоль правой стены. На голове трупа К. Е.С. в лобной области имеется округлая рана, в затылочной области имеется рана. Живот трупа К. С.П. увеличен в размерах. На левой боковой поверхности шеи трупа К. С.П. имеется группа из трех ран, на левой молочной железе рана, на передней поверхности средней трети левого плеча имеется рана и на левой боковой поверхности брюшной стенки еще одна рана. На полу в кухне и в ванной комнате обнаружены пятна крови. Из квартиры, кроме прочего, изъяты две гильзы (одна в прихожей, вторая в комнате с трупом П. А.В.) и три пули (одна на кухне, вторая за канализационной трубой в туалете, третья в ванной комнате). На наружной и внутренней сторонах дверной коробки в кухню имеется сквозное повреждение в виде расщепления древесины. На полимерной канализационной трубе в туалетной комнате имеется повреждение диаметром около 10 мм (том 3 л.д.1-26).

В ходе осмотров трупов с применением фотосъемки, на трупе П. А.В. в центре лобной области головы обнаружена округлая рана диметром 0,8 см, из головы извлечена пуля; на трупе К. Е.С. в лобной области левее серединной линии обнаружена рана диаметром 0,8 см, в затылочной области лоскутообразная рана с образованием двух лоскутов; на трупе К. С.П. на левой боковой поверхности шеи обнаружена группа из трех ран, рана № 4 на левой молочной железе, рана № 5 на передней поверхности средней трети левого плеча, рана № 6 на левой боковой поверхности брюшной стенки; в матке в околоплодных водах обнаружен труп плода мужского пола массой 1950 гр (том 3 л.д.65-72, 73-76, 77-84).

Заключением комплексной судебной экспертизы - исследование ДНК и баллистики № 170/1664 от 17 июня 2015 года, установлено следующее.

Четыре представленных на экспертизу металлических предмета, три из которых изъяты из квартиры и один из трупа П. А.В., являются пулями – частями патронов заводского изготовления калибра. 380 (9х17мм), предназначенных для стрельбы из нарезного огнестрельного оружия соответствующего калибра: служебных карабинов – ПКСК; пистолетов – «Astra» модели CONSTABLE II, ИЖ – 71H, TAURUS модели PT 58S и др.

Следов внесения изменения в конструкцию пули не выявлено.

Пули могли быть выстреляны из пистолетов «Astra» модели CONSTABLE II, TAURUS модели PT 58S, MAUSER модели NICKL, ЧЕШСКА ЗБРОЕВКА модели 1922 (мод. Н) и др.

Два металлических предмета, изъятые в квартире, являются гильзами – частями патронов заводского изготовления калибра. 380 (9х17мм), предназначенных для стрельбы из нарезного огнестрельного оружия соответствующего калибра: служебных карабинов – ПКСК; пистолетов – «Astra» модели CONSTABLE II, ИЖ – 71H, TAURUS модели PT 58S и др. Следов внесения изменений в конструкцию гильз не выявлено.

Обе гильзы стреляны в одном экземпляре оружия.

Гильзы могли быть стреляны в пистолетах ИЖ – 71Н, «Astra» модели CONSTABLE II или ином оружии с аналогичным отображением следов. Учитывая форму следа бойка, можно предположить, что он имеет либо значительный износ, образовавшейся в процессе эксплуатации, либо данные гильзы могли быть стреляны в самодельном (переделанном) оружии.

Две гильзы и две из четырех пуль ранее могли являться частями двух патронов (том 7 л.д.91-100).

Эксперт Б.Г. в судебном заседании показал, что исходя из баллистического исследования предоставленных гильз и пуль, при выстрелах использовался не пистолет ФИО12, а один из перечисленных в экспертизе пистолетов. Пистолет ИЖ-71 визуально больше всего похож на пистолет ФИО12, но на пистолеты ФИО12 и ИЖ-71 глушитель не устанавливается. Скорее всего, это было самодельное огнестрельное оружие с переделанным стволом или другими изменениями, внешне выглядящее как пистолет ФИО12. Это могло быть любое оружие, изготовленное по образу и подобию пистолета ФИО12. Тот факт, что следы на гильзах и пулях отличаются, косвенно указывает на то, что оружие самодельного изготовления и представляет собой гибрид разных моделей. Возможность повторного использования прибора бесшумной стрельбы после того, как он был неправильно прикручен, вследствие чего производились неточные выстрелы, исключить нельзя.

Из заключения судебной биологической (исследование ДНК) экспертизы № 174 от 26.06.2015 следует, что на двух марлевых тампонах со смывами крови с пола на кухне и с пола в ванной комнате ****, на предметах одежды П. А.В. (футболка, шорты, ремень) и халате К. С.П. обнаружена кровь человека.

Кровь на предметах одежды П. А.В. произошла от П. А.В.

Кровь на тампонах со смывами с пола кухни и ванной комнаты и на халате К. С.П. произошла от К. С.П.

Кровь на брюках К. С.П. произошла от К. Е.С. (том 7 л.д.130-134).

Осмотром асфальтированной парковки возле **** установлено наличие автомобиля Тойота Аурис темно-серого цвета с регистрационным знаком **** (том 3 л.д.29-33).

В ходе осмотра **** по **** (располагается под квартирой ****) в комнате на стене под потолком, на стенах в туалетной и ванной комнатах обнаружены потеки вещества бурого цвета (том 3 л.д.35-40).

В ходе выемки 15.06.2015, в помещении ООО «****» ****» изъята видеозапись с камер видеонаблюдения (том 3 л.д.44-45).

В ходе осмотра места происшествия с участием водолаза, в период с 30 июля по 4 августа 2015 года, на дне реки ****, в месте с координатами **** обнаружены три части ноутбука Dell inspirion (монитор, аккумуляторная батарея и основная часть с клавиатурой) (том 3 л.д.88-97).

В ходе выемки 21.06.2015г. у потерпевшего Потерпевший №4 изъяты кассовые чеки на ноутбук Dell inspirion 3542, которым пользовался К. Е.С. (том 3 л.д.239-246).

Из протокола осмотра детализированных сведений по номерам телефонов: ****, сведений по регистрации аппарата с ИМЕЙ **** от 28.07.2016 и приложений к протоколу, следует, что:

10.06.2015 с 22:17 до 23:28 зафиксировано передвижение абонента с номером: ****, которым пользовался М.М.О.., от г.**** в **** в район ****, а затем до 23:49 нахождение телефона в зоне действия базовых станций на ****. С 00:39 до 02:40 11.06.2015 зафиксировано движение абонента в обратном направлении из **** в г.**** тем же маршрутом - через населенные пункты ****, расположенные на трассе ****

12.06.2015 с 05:17 до 10:20 указанный абонент двигался из **** в ****, прибыв в зону действия базовой станции в ****, что находится вблизи с домом **** по ****, где находился до 11:22. Около 16:16 абонент находился в районе **** – ****, в 17:54 вернулся в ****.

Осмотром сведений о регистрации в сети абонентского номера ****, которым пользовалась ФИО4, установлено, что, находясь в г.****, он соединялся с абонентским номером ****, которым пользовался ФИО3: 03.06.2015 в 14:24:36; 03.06.2015 в 19:59; 04.06.2015 в 10:14:02 и 10:47:04; 05.06.2015 в 14:35:53; 06.06.2015 в 15:42:36; 07.06.2015 в 14:41:55; 08.06.2015 в 20:43:18; 09.06.2015 в 20:23:41; 10.06.2015 в 21:22:48; 12.06.2015 в 15:03:04; 15.06.2015 в 17:41:04. С 4 по 5 июня 2015 года абонент с номером ФИО4 находился на территории ****.

Осмотром детализированных сведений абонентского номера ****, которым пользовался П. А.В., установлено, что 05.06.2015 в 08:43 и 08:47 он соединялся с абонентским номером ****, а последний раз регистрировался в сети в 09:41 12.06.2015 в районе **** **** (том 4 л.д.6-26).

Осмотром ежедневника ФИО4 установлено, что на листе, датированном 5 июня 2015 года, рукописным текстом указаны различные адреса. На листе 8 июля 2015 года имеется рукописная запись: «в 10.45 к мировому судье (расторжение брака) ****», (том 4 л.д.62-76), что подтверждает осведомленность ФИО4 о наличии искового заявления П. А.В. о расторжении брака.

В ходе выемки 29.06.2015 у Л.С. был изъят компакт-диск с видеозаписями с камер видеонаблюдения **** (том 4 л.д.93-95).

Согласно протоколу осмотра указанных видеозаписей от 28.07.2016 на файле № 1 просматривается территория возле дома, на котором установлена камера. Время ночное с 23:00 по 0:00. Напротив расположен ****. 10 июня 2015 года с 23:37:13 до 23:38:19 вдоль **** под камерами проходят трое мужчин, двое немного впереди. Мужчина ближе к камере одет в белую одежду, дальний - в темную. Идущий позади одет в темную одежду, на правом плече на ремне висит сумка темного цвета. Зафиксировано, как дальний от камеры мужчина надел капюшон. Все трое, пройдя мимо припаркованных автомобилей, свернули налево к дому **** по ****; с 23:43:30 до 23:45:30 те же люди появляются в кадре, отходя от ****, и идут ближе к дому, на котором видеокамера, человек в белой одежде идет позади всех, затем все остановились и проследовали тропой налево и скрылись из виду.

На файле № 2 зафиксированы те же мужчины в аналогичный промежуток времени с другой камеры, обстановка левее первой камеры.

На третьем файле просматривается та же территория. Время утреннее с 09:00 до 10:00. 12.06.2015 с 09:50:15 до 09:51:46 из правого верхнего угла со стороны **** вдоль подъездов медленно идет мужчина в светлой одежде, что-то держит в руках, проходит вдоль автомобильной дороги и скрывается из виду за домом, на котором камера; с 09:53:18 до 09:53:40 черный автомобиль выехал из-за ****, направился к дому **** по **** и скрылся из виду. Тот же мужчина быстрым шагом вернулся обратно в период с 09:53:49 до 09:54:27 (том 4 л.д.97-102).

Согласно протоколу осмотра видеозаписей с камер видеонаблюдения гостиничного комплекса «****», на записи № 1 просматривается территория холла и входного коридора гостиницы. 05.06.2015 в 1:52 в гостиницу зашли ФИО20., подошли к стойке регистрации, затем проследовали внутрь гостиницы. На записи № 2 просматривается улица рядом с гостиницей. 05.06.2015 в 08:51 по направлению к гостинице прошел П. А.В., в 05:55 в обратном направлении прошли ФИО4, А.А.., П. А.В. (том 4 л.д.103-104).

В судебном заседании после просмотра видеозаписей ФИО4 подтвердила, что на них изображены она, дочь и П., обратила внимание, что в обратном направлении они прошли в 08:55, а не в 05:55.

Следователь В.С. в ходе допроса предположил, что в протоколе осмотра в этой части допущена техническая ошибка, что подтверждается результатами осмотра записи в судебном заседании.

Согласно заключению судебно-медицинской экспертизы трупа К. С.П. № 1542 от 10.07.2015, при исследовании трупа обнаружено:

а) проникающие колото–резаные раны шеи, груди, живота и левого плеча (6), с повреждением щитовидного хряща, верхней и нижней доли левого легкого, петель тонкого кишечника. Данные телесные повреждения причинили тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни и были получены от действия острого предмета с колюще – режущими свойствами, типа клинка ножа с двухсторонней заточкой;

б) ушибленная рана правой затылочной области, требующая хирургической обработки, сама по себе причинила легкий вред здоровью по признаку временного нарушения функций органов в пределах трех недель и могла быть получена при падении и ударе затылочной областью головы о твердый тупой предмет с ограниченной контактной поверхностью, имеющий грань, угол или ребро.

Все вышеописанные телесные повреждения были получены непосредственно перед смертью потерпевшей.

Смерть жизнеспособного плода наступила в результате смерти матери от внутриутробной асфиксии.

Смерть К. С.П. наступила от колото–резаных ран шеи, груди, живота и левого плеча (6), с повреждением щитовидного хряща, верхней и нижней доли левого легкого, петель тонкого кишечника, осложнившихся наружным и внутренним кровотечением с развитием геморрагического шока. Между указанными повреждениями и смертью потерпевшей имеет место прямая причинно–следственная связь.

Потерпевшая была обращена лицом к нападавшему.

Нельзя исключить возможность совершения К. С.П. самостоятельных действий после получения телесных повреждений.

Каких–либо характерных следов борьбы или самообороны не обнаружено.

Смерть К. С.П. наступила 12.06.15 г. в период с 9-30 до 13-00.

Наибольшая ширина части клинка, погрузившейся в тело, могла быть соответственно 17-18мм и 20-21мм.

В крови трупа К. С.П. этиловый спирт не найден.

К. С.П. нанесено не менее 6 ударных воздействий предметом с колюще-режущими свойствами (том 7 л.д.37-44).

Из заключения судебно-медицинской экспертизы трупа П. А.В. № 1540 от 09.07.15 следует, что при исследовании трупа обнаружено:

а) огнестрельное ранение головы (слепое) с повреждением костей свода черепа, оболочек и ткани мозга. Данное телесное повреждение получено в результате выстрела из огнестрельного оружия, снаряженного пулей, и причинило тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни;

б) сквозное ранение левой кисти получено в результате выстрела из огнестрельного оружия, снаряженного пулей, с повреждением костей кисти, которое относительно живых лиц причинило вред здоровью средней тяжести по признаку длительности расстройства здоровья свыше трех недель.

Повреждения были получены непосредственно перед смертью потерпевшего.

Смерть П. А.В. наступила от огнестрельного ранения головы (слепого) с повреждением костей свода черепа, оболочек и ткани мозга.

Потерпевший был обращен лицом к нападавшему и вероятнее всего находился несколько ниже нападавшего.

После причинения ранения головы смерть потерпевшего наступила в течение нескольких секунд, а потерпевший не мог передвигаться и совершать самостоятельные действия.

Каких–либо характерных следов борьбы или самообороны не обнаружено.

Отсутствие копоти, порошинок и металлизации позволяет предположить выстрел с неблизкой дистанции, выстрел через преграду, либо выстрел с использованием глушителя.

Смерть П. А.В. наступила 12.06.15 г. в период с 9-30 до 13-00.

В крови трупа П. А.В. этиловый спирт не найден (том 7 л.д.55-62).

Согласно заключению судебно-медицинской экспертизы трупа К. Е.С. № 1538 от 09.07.15, при исследовании трупа обнаружено сквозное огнестрельное ранение головы, с повреждением лобной и затылочных костей, оболочек и ткани мозга. Данное телесное повреждение получено в результате выстрела из огнестрельного оружия, снаряженного пулей, и причинило тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни.

Повреждение было получено непосредственно перед смертью потерпевшего.

Смерть К. Е.С. наступила от сквозного огнестрельного ранения головы, с повреждением лобной и затылочных костей, оболочек и ткани мозга.

Потерпевший был обращен лицом к нападавшему и вероятнее всего находился несколько ниже нападавшего.

После причинения повреждения смерть потерпевшего наступила в течение нескольких секунд, а потерпевший не мог передвигаться и совершать самостоятельные действия.

Каких–либо характерных следов борьбы или самообороны не обнаружено.

Отсутствие копоти, порошинок и металлизации позволяет предположить выстрел с неблизкой дистанции, выстрел через преграду, либо выстрел с использованием глушителя.

Смерть К. Е.С. наступила 12.06.15 г. в период с 9-30 до 13-00.

В крови трупа К. Е.С. этиловый спирт не найден (том 7 л.д.73-78).

В судебном заседании были исследованы копии записи акта о смерти П. А.В., сделанной на основании справки о смерти от 16.06.2015, свидетельства о его смерти, протокола судебного заседания и определения мирового судьи о прекращении производства по гражданскому делу, в которых указана дата смерти П. А.В. 11 июня 2015 года (том 4 л.д.156, 160, 161).

Допрошенный в связи с этим судебно-медицинский эксперт В.В.С. пояснил, что справки о смерти П. А.В., равно как и о смерти К. С.П. и Е.С., выдавались после первичного вскрытия трупов, по прошествии значительного времени с момента смерти до момента обнаружения трупов, в связи с чем точность определения времени смерти была снижена. В дальнейшем, после изучения трупных явлений, описанных в протоколе осмотра трупов, и производства лабораторных исследований, была установлена более точная дата смерти – 12 июня 2015 года, что полностью согласуется с приведенными выше доказательствами времени совершения убийства.

Таким образом, несмотря на наличие в уголовном деле документов с указанием ошибочной даты смерти П. А.В. и К. С.П. и Е.С., совокупностью исследованных в судебном заседании доказательств достоверно установлена истинная дата их убийства – 12 июня 2015 года.

На предварительном следствии были осмотрены предметы, изъятые в ходе расследования по адресу: ****, с трупов погибших и из автомобиля П. А.В. Осмотром, помимо прочего, установлено, что в личной карте беременной К. С.П. и вложенных документах указан срок родов 1 сентября 2015 года, на момент последнего осмотра 11.06.2015 беременность составляла 28 недель (том 4 л.д.54-61).

Согласно заключению судебной генетической экспертизы № 263\28 от 23.06.2015, П.А.В. может являться биологическим отцом плода К.С.П. с вероятностью не менее **** (том 7 л.д.111-119).

Согласно нотариально заверенному согласию от 05.06.2015, П. А.В. дал согласие на сопровождение дочери бабушкой Б.Г.Ф. (том 10 л.д.15).

Согласно договору социального найма жилого помещения **** от 23.09.2013 между П. А.В. и западным региональным управлением жилищного обеспечения Министерства обороны Российской Федерации, наймодатель передает П. А.В. и членам его семьи в бессрочное пользование жилое помещение, состоящее из 2 комнат, в отдельной квартире по адресу: **** (том 18 л.д.183).

В судебном заседании также исследовались доказательства, представленные стороной защиты.

Так, свидетель Б.Г.Ф. – мать ФИО4 - положительно охарактеризовала свою дочь и показала, что она являлась хорошим бухгалтером, работала на дому, для чего сняла отдельную квартиру. У Бобровой с П. сначала были хорошие отношения, с 2013 по 2015 год стали прохладные, они общались по телефону. Конфликтов у них не было. В 2012 году П. занимал у нее (Б.Г.Ф.) 50 000 рублей на машину, которые так и не отдал. Когда надо было отправлять внучку на отдых, она (Б.Г.Ф.) просила ФИО11 взять у П. в счет этого долга деньги для девочки, а на оставшуюся сумму расписку, но он денег не дал, расписку не написал. ФИО11 с 5 по 8 июня находилась дома, собирала дочь на отдых. Знает Л.В., он занимался недвижимостью, а также возил ФИО11 на ее машине. Л.В. был как родственник, часто бывал в доме, с Бобровой у него были очень доверительные отношения. ФИО12а знает, как друга Л.В., он тоже занимался недвижимостью, Л.В. предложил ФИО12у ФИО11 в качестве хорошего бухгалтера. У Бобровой отношения с ФИО12ом были как у работника и работодателя, видела его дважды на Дне рождения Бобровой, произвел очень хорошее впечатление. Со слов Бобровой знает, что Л.В. предлагал ей продать квартиру, в которой они жили и построить дом, его знакомый из **** готов заплатить деньги и подождать, пока они построят дом. Они отказались. Л.В. был знаком с П., не раз возил к нему ФИО11. Когда П. получил квартиру, Л.В. все время говорил Бобровой, что П. может оформить квартиру только на себя и оставить ее без всего, предлагал ехать, срочно отвозить документы, оформлять. ФИО11 соглашалась, потом пожаловалась на Л.В., сказала, что он себя неправильно повел, вошел в квартиру, прошел по ней с указаниями как им дальше жить.

Свидетель К.Н. – сестра ФИО4 – положительно охарактеризовала сестру и показала, что 15 июня 2015 года вечером сестра с удивлением сообщила, что в интернете ей выражают соболезнования по поводу убийства мужа. Для нее это было неожиданностью, в шоковом состоянии Боброва позвонила сослуживцу мужа, тот подтвердил. До этого в ночь с 4 на 5 июня ФИО11 ездила в ****, чтобы П. оформил доверенность на отдых ребенка. По приезду рассказала, что приехали поздно ночью, в квартиру войти не смогли, ключей у нее никогда не было, дверь в квартиру никто не открыл, они поехали ночевать в гостиницу. Утром созвонились с П.А.В. и оформили доверенность. Сказала, что П. собирается разводиться. Боброва проживала с матерью и ребенком в г.****, работала в квартире на ул.****. Эта квартира-офис находится рядом с ее (К.Н.) квартирой. После возвращения из **** до отъезда дочери ФИО11 в офисе не видела. Когда открывается дверь в офис, всегда лает собака, незаметно пройти нельзя. Знает Л.В., они с Бобровой знакомы со школы, отношения дружеские, он был как член семьи. У Л.В. были ключи от офиса, он приходил туда без Бобровой. ФИО12 без Бобровой не приходил. Она (К.Н.) работает полный рабочий день полную неделю, но дома всегда мама. В начале 2015 года Л.В. предложил Бобровой продать квартиру на **** и начать строить дом, ФИО11 захотела, но ее отговорили. После смерти мужа ФИО11 была в шоковом состоянии, в течение недели Л.В. предлагал ей выйти за него замуж, выписаться из квартиры, приватизировать квартиру на себя и продать ее. Вопрос о продаже или разделе квартиры П. никогда не стоял.

Свидетель У.Т. – подруга ФИО4 – показала, что в мае 2015 года Л.В. обращался за помощью в восстановлении документов на дом на ****, были подготовлены документы на дарение Л.В. С.Е. части дома и сданы на регистрацию права собственности в начале июня 2015 года, в тот день, когда ФИО11 с дочерью ездили в ****. Л.В. был трезв и лично отдавал документы. Получал он документы после 12 июня, также был трезв. Свою часть дома Л.В. собирался продавать, говорил, что есть покупатель, торопился с оформлением. О том, что убили мужа Бобровой узнала 16 или 17 июня у Бобровой в квартире от Л.В.. ФИО11 сильно переживала. Вечером того же дня ФИО11 сказала, что по предложению Л.В. выйдет за него замуж, так как с зарегистрированной дочерью тяжело продать квартиру. После регистрации брака она хотела выписаться из квартиры с ребенком, чтобы Л.В. приватизировал ее на себя и продал. После того, как ФИО11 задержали, от ее матери узнала о том, что Л.В. предлагал Бобровой продать квартиру и построить дом. В декабре 2015 года Л.В. сказал, что ему срочно нужны деньги, надо продать дом, она отказалась этим заниматься.

Свидетель Р.Н. показала, что с 1999 года была совладелицей с С.Е. дома на ****. В 2003 году С.Е. продала ей свою часть дома, но документально это не оформили. С.Е. отдала ей все документы на дом и расписку на 16 тысяч долларов. 14 февраля 2016 года выяснилось, что за год до этого С.Е. подарила свою часть дома Л.В.. 1 мая 2017 года в этой части дома появились новые жильцы. Соседи потом говорили, что Л.В. проходит или свидетелем или соучастником по тройному убийству.

Копия расписки на 16 тысяч долларов США от С.Е. была исследована в судебном заседании (том 6 л.д.43).

Свидетель С.Е. показала, что в 2015 году она через Г.Н. познакомилась с Л.В., который, узнав, что она недовольна соседями по дому, предложил продать часть дома, оформив на него договор дарения, чтобы легче продать. Так и сделали, 22 мая 2015 года оформили договор дарения. Вознаграждение, за которое Л.В. продаст дом, не обговаривали. Часть суммы он должен был оставить себе, часть вернуть ей. Когда оформляли договор, Л.В. был трезв. До сегодняшнего дня Л.В. деньги не отдал. Через несколько месяцев решила расторгнуть договор дарения, но Л.В. отказался. До этого брала у соседки Р.Н. 16 тысяч долларов в счет того, что она будет пользоваться ее частью дома с 2003 по 2016 год, что та и делала, пока там не появился Л.В..

Свидетель Г.Н. - школьный учитель ФИО24 – положительно охарактеризовала ФИО4, и показала, что у Л.В. с Бобровой были нормальные отношения, он был ее водителем, подтвердила, что С.Е. с Л.В. совершили сделку дарения с частью дома. Л.В. имеет репутацию человека, который общается с криминальными кругами, злоупотреблял спиртным, уходил в запои.

Свидетель Ч.Е. – троюродная сестра ФИО3 – показала, что 7 июня 2015 года отмечала день своего рождения дома у ФИО12а. Л.В. с Бобровой приехали ближе к вечеру. ФИО12 был уже пьян и не мог разговаривать. ФИО11 была там несколько часов. Точно не помнит, но возможно, ФИО11 уехала раньше Л.В.. Накануне была днем у ФИО12а дома, ФИО11 и Л.В. не видела. Чтобы ФИО11 общалась с ФИО12ом наедине, ни 7 июня, ни в другие дни, не видела. Л.В. мог приезжать к ФИО12у один, ФИО11 без Л.В. не видела. Финансовых проблем у ФИО12а не было. После допроса М.И. в **** последняя сказала, что она что-то наговорила, но не будет говорить, что ей делали, так как боится.

Свидетель Б.Ю. показал, что работал в оперативном подразделении УФСКН России по ****, часто привлекал Л.В. в качестве понятого. Последний неоднократно судим, не очень законопослушный человек. В день убийства в **** дважды по телефону связывался с Л.В., встречался с ним, тот был пьян. 17-18 июня 2015 года по просьбе Л.В. встречался с ним и Бобровой, последняя была расстроенная, сказала, что убили мужа, спросила, что ей делать. После задержания Л.В., 24 июня 2015 года приезжал к ФИО12у домой, так он хороший знакомый Л.В., говорили о том, что Л.В. не способен на убийство. Периодически звонил Бобровой, чтобы разыскать Л.В., так как его часто использовали в качестве понятого.

Согласно рапортам участковых уполномоченных полиции от 15 и 18 июня 2017 года, в результате поквартирного обхода **** и **** свидетелей и очевидцев совершенного преступления установлено не было (том 1 л.д.176, том 10 л.д.79-80).

Согласно заявлению П. А.В. от 06.02.2012, он обратился в ФГУ РУЖО **** с просьбой принять его на учет в качестве нуждающегося в жилом помещении в составе семьи с супругой ФИО4 и дочерью А.А. (том 10 л.д.148-149).

Согласно копиям материалов гражданского дела, П. А.В. обратился с иском к ФИО4 о расторжении брака к мировому судье судебного участка **** **** 2 июня 2015 года, 9 июня 2015 года было назначено судебное заседание на 8 июля 2015 года, о чем П. А.В. и ФИО4 были извещены 10 июня 2015 года телефонограммами, 23 июля 2015 года производство по делу прекращено в связи со смертью истца (том 4 л.д.142, 148-150, 161).

Согласно сведениям из банков о счетах П. А.В. и движении денежных средств по ним, информации о перечислении им денег на имя ФИО4 или А.А. не имеется (том 10 л.д.250-271).

Согласно собственноручному заявлению ФИО3 от 10.12.2015, убийство П. А.В. было совершено по заказу Л.В., с Бобровой он об убийстве не договаривался (том 13 л.д.109).

Согласно информации, указанной следователем в ходатайстве о получении информации о телефонных соединениях и судебном решении, Л.В. пользовался 15-тью телефонными номерами, по 6-ти из них телефонных переговоров за испрашиваемый период не было, ФИО4 пользовалась 2-мя номерами (том 3 л.д.150-153, 157).

Осмотром в судебном заседании компакт-дисков со сведениями о телефонных соединениях установлено, что П. А.В. созванивался с ФИО4 2 и 5 июня 2015 года, 4 июня 2015 июня ФИО4 неоднократно созванивалась с П. А.В., звонила ему и 5 июня 2015 года, а также в указанный день неоднократно созванивалась с Л.В. (том 3 л.д.156, 158).

В судебном заседании также исследована и приобщена выписка из медицинской карты дочери ФИО4, согласно которой с 2009 по 2014 год записей в карте А.А. нет.

Исследовались также сведения о судимостях Л.В. и его привлечении к административной ответственности (том 10 л.д.31-37).

Оценивая представленные в ходе судебного разбирательства сторонами доказательства с точки зрения их относимости, допустимости, достоверности, а в совокупности – с точки зрения достаточности для разрешения уголовного дела, суд находит полностью доказанной вину ФИО4 в подстрекательстве к убийству П. А.В., а ФИО3 – в убийстве его и К. С.П. и Е.С.

Суд соглашается с доводами ФИО4 о том, что она не могла 20 мая 2015 года знать о том, что П. А.В. 2 июня 2015 года обратился с заявлением о разводе, указание на это подлежит исключению из обвинения, однако это обстоятельство не свидетельствует о ее невиновности в совершении преступления.

Судом достоверно установлено, что ФИО4 с дочерью приезжали к П. А.В. в ночь с 4 на 5 июня 2015 года, рассчитывая у него заночевать, он их в квартиру не пустил, несмотря на имевшуюся договоренность (при этом не имеет значения, знала ли ФИО4 о нахождении П. А.В. в этот момент в квартире), в связи с чем они вынуждены были ночевать в гостинице. 5 июня 2015 года ФИО4 и П. А.В. встретились, последний сообщил о том, что подал заявление на развод, в ходе разговора, касавшегося в числе прочего приватизации и раздела квартиры, произошла ссора. ФИО4 не отрицает, что встреча с П. А.В. ее расстроила и обидела.

Свидетели, общавшиеся лично с П. А.В. за считанные дни до его смерти П.Н. и И.М. подтвердили, что П. А.В. жаловался на произошедший в начале июня 2015 года конфликт, говорил, что жена ему угрожает и предупреждал, что с ним может случиться что угодно, вплоть до убийства, утверждая, что виновна в этом будет ФИО4 Л.В., а также двое непосредственных соучастников убийства со слов ФИО3 подтвердили, что "заказчиком" убийства являлась ФИО4 Из этих же показаний следует и подтверждается остальными доказательствами, что именно личная неприязнь ФИО4 к своему мужу и явилась основным мотивом для его убийства. Суд считает доказанным, что в качестве дополнительного мотива присутствовали и корыстные побуждения, поскольку ФИО4 и ее дочь могли претендовать на 2/3 квартиры П. А.В., а после его смерти получали возможность завладеть и распорядиться указанным недвижимым имуществом полностью. Несмотря на то, что 1 000 000 рублей от продажи квартиры был обещан ФИО3 в качестве вознаграждения за убийство, оставшиеся деньги были бы реально возможным доходом в отличие от виртуального долга П. А.В. по алиментам, обещанного им на словах, равно как его долга матери ФИО4 и самих долей в квартире, которые было затруднительно получить в свое распоряжение без согласия П. А.В. на приватизацию, тем более с учетом того, что он намеревался расторгнуть брак с ФИО4, и она об этом знала. Допрошенные же в суде свидетели – коллеги и родственники П. А.В. и К. С.П. - подтвердили его нежелание приватизировать квартиру и делиться ее частью с ФИО4, и, напротив, желание зарегистрировать в квартире ожидавшегося от К. С.П. ребенка, что уменьшало долю квартиры, на которую могли претендовать ФИО4 и дочь, как минимум до 1/2. Даже если ФИО4 не знала о существовании и беременности К. С.П., она понимала, что такие действия со стороны П. А.В., который много лет проживал отдельно, возможны. Оценивая имеющиеся доказательства, суд приходит к выводу о том, что именно совокупность мотивов в виде личной неприязни, подкрепленной корыстными побуждениями, и привела к тому, что у ФИО4 возникло намерение убить П. А.В., которым она сначала поделилась с Л.В., а после того, как Л.В. довел эту информацию до ФИО3, уже создавшего к тому времени организованную преступную группу для убийств людей с целью материального обогащения, ФИО4 воспользовалась тем, что ФИО3 лично уточнил у нее серьезность намерений и склонила его к совершению убийства П. А.В., пообещав за это вознаграждение в размере 1 000 000 рублей после продажи квартиры в ****.

Доводы ФИО4 о том, что она не могла распорядиться квартирой П. А.В. до совершеннолетия дочери, необоснованны, поскольку действующим законодательством предусмотрен механизм отчуждения недвижимости при условии соблюдения жилищных прав несовершеннолетних лиц. Тот факт, что она ранее не предпринимала попыток завладеть квартирой, не обращалась с исками о вселении, заявлениями о разделе лицевых счетов, о препятствовании пользованием жилой площадью, не свидетельствует об отсутствии у нее желания завладеть квартирой после смерти П. А.В.

Доводы о том, что ФИО4 не обладала достаточными денежными средствами, чтобы расплатиться за убийство, несостоятельны, поскольку судом установлено, что вознаграждение должно было быть выплачено после продажи квартиры в ****. Это же обстоятельство объясняет и тот факт, что никто из соучастников убийства не требовал у нее немедленной передачи денег за совершенное преступление, поскольку для совершения необходимой сделки с недвижимостью требуется довольно значительное время.

Показания допрошенных свидетелей о том, что они не видели ФИО4 наедине с ФИО3, не свидетельствуют о том, что ФИО4 и ФИО3 не могли встречаться и при отсутствии свидетелей, что более разумно, когда речь идет об обсуждении готовящегося или совершенного убийства.

Ссылка ФИО4 на показания свидетелей о том, что она узнала об убийстве только вечером 15 июня 2015 года из общедоступных источников, необоснованна, поскольку они об этом знают только со слов самой ФИО4, которая и не должна была обнаруживать свою осведомленность об убийстве П. А.В. до того, как об этом станет известно окружающим. Ее же взволнованное эмоциональное состояние можно объяснить неожиданностью известия о том, что был убит не только ее муж, но еще и подросток и беременная женщина, в чей адрес ФИО4 к тому же оскорбительно высказалась, как следует из показаний свидетеля Д.В., что дополнительно подтверждает наличие у подсудимой личной неприязни к мужу.

Показания помощника нотариуса Ф.О. и дочери ФИО4 о том, что последняя во время встречи с П. А.В. не кричала, не выражалась нецензурной бранью и не угрожала ему, суд оценивает критически, поскольку непосредственно в присутствии помощника нотариуса они могли сдерживаться и не ругаться, а Ф.О. не находилась рядом с ними постоянно. Показания же А.А.., которая всю свою жизнь проживала с ФИО4, а после задержания находится под опекой ее матери, суд расценивает как попытку смягчить участь близкого человека, тем более что имеются благоприятные условия для коррекции родственниками ФИО4 показаний ребенка в пользу своей матери.

Утверждение ФИО4 о том, что от П. А.В. исходил "запах смерти", о чем она ему и сообщила, не выдерживает критики и не поддается другому объяснению, кроме как желанием замаскировать в суде высказанные угрозы в адрес П. А.В. Тот факт, что П. А.В. не обращался в связи с ее угрозами в правоохранительные органы, не свидетельствует об их отсутствии, а вот отсутствие посторонних свидетелей во время угроз разумно и объяснимо.

Критически суд оценивает также показания дочери, сына и матери ФИО4 о том, что в период с 5 по 8 июня 2015 года та все время находилась дома с дочерью, тем более что сама ФИО4 не отрицает, что она 7 июня уезжала с Л.В., в том числе заезжая к ФИО3 Подтверждается это и свидетельскими показаниями. Таким образом, в период с 5 по 10 июня 2015 года, как указано в предъявленном ФИО4 обвинении, у нее было достаточно возможности увидеться с ФИО3 наедине. При этом суд учитывает, что ФИО4 созванивалась с ФИО3 ежедневно в период с 3 по 10 июня, а также 12 и 15 июня 2015 года. Доводы ФИО4 о том, что эти разговоры были связаны с ремонтом автомобиля, неубедительны. Показания С.В. о том, что ФИО3 сообщил ему о "заказе" на мужа ФИО4 уже 7 июня, можно объяснить тем, что о возможности совершить убийство за вознаграждение ФИО3 сначала узнал от Л.В., следовательно, мог еще до получения подтверждения "заказа" от ФИО4 донести эту информацию до участников организованной группы, а уже впоследствии сообщил им, кто являлся инициатором убийства.

Оценивая показания ФИО4 и свидетелей защиты о поведении Л.В., который, совершил сделку с частью дома, принадлежащей С.Е., после смерти П. А.В. предложил ФИО4 выйти за него замуж, чтобы продать квартиру в ****, и сообщил ей, что он "заказал" убийство, расплатившись за него домом, суд исходит из того, что судебное разбирательство в отношении Л.В. не проводилось, его возможный интерес к квартире П. А.В. после смерти последнего не устанавливался, поэтому, в силу требований ч.1 ст.252 УПК РФ, оценку действиям Л.В. суд не дает. Наличие же мотивов на убийство мужа у ФИО4 судом достоверно установлено, а показания ее и ФИО3 о непричастности ФИО4 к подстрекательству к убийству П. А.В. суд оценивает критически, поскольку они опровергаются совокупностью исследованных в судебном заседании и приведенных выше доказательств. Л.В. не отрицает, что первый сообщил ФИО3 о состоявшемся с ФИО4 разговоре, в том числе о ее намерении убить мужа за вознаграждение, что не свидетельствует об отсутствии дальнейших действий ФИО4, которая при личной встрече с ФИО3 подтвердила свое желание и передала ему необходимые сведения о внешности, местонахождении и автомобиле жертвы, что в свою очередь подтверждается показаниями С.В. и М.М.О.., знающих об этом со слов ФИО3 ФИО3 на предварительном следствии сам не отрицал, что разговор с ФИО4 на эту тему был, и она показывала ему фотографии мужа с автомобилем. Показания сестры ФИО4 о том, что ФИО4 не приходила в офис на ул.**** после возвращения из ****, суд оценивает критически, поскольку, несмотря на соседство квартир и собаку К.Н., последняя не находилась в квартире ФИО4, равно как и не находилась постоянно в своей квартире, следовательно, не может достоверно говорить о посетителях офиса ФИО4

С учетом того, что ФИО3 был другом Л.В., общался с ним намного чаще и ближе, чем с ФИО4, а Л.В. первый сообщил ФИО3 о намерениях ФИО4 убить своего мужа, нет ничего удивительного в том, что он же и мог первым узнать от ФИО3 о совершенном убийстве, что не доказывает непричастность ФИО4 к подстрекательству к убийству мужа.

Имеющиеся несоответствия в показаниях свидетелей обвинения, касающиеся даты бракоразводного судебного заседания и других обстоятельств взаимоотношений П. А.В., ФИО4 и их дочери, могут объясняться ошибками субъективного характера, обусловленными давностью происходивших событий, а также желанием П. А.В. продемонстрировать окружающим свою заботу о дочери, однако эта информация отношения к предъявленному обвинению не имеет.

Основанные на слухах показания о том, что ФИО4 встречалась с К. С.П., суд не учитывает в силу п.2 ч.2 ст.75 УПК РФ, в отличие от показаний, когда свидетели указывали источник своей осведомленности, прежде всего – самих погибших П. А.В. и К. С.П. Тот факт, что эти показания невозможно проверить путем допроса погибших, не свидетельствует об их недостоверности, а они, в свою очередь, согласуются с другими доказательствами по делу. Оснований подозревать П. А.В. в психической неполноценности, с учетом показаний свидетелей о его адекватном поведении, не имеется.

Доводы стороны защиты о том, что П. А.В. был испуган, нервничал и переживал 10 июня 2015 года, хотя уже 5 дней не виделся с ФИО4, следовательно, у него были другие поводы для беспокойства, несостоятельны, поскольку П. А.В. сам сообщал допрошенным свидетелям о причинах своих страхов, связанных с ФИО4

Версия ФИО4 об убийстве П. А.В. в связи с давними событиями, связанными с получением им черепно-мозговой травмы, несостоятельны, поскольку нет никаких сведений о том, что к этим событиям имеет отношение ФИО3 и двое других членов банды, совершившие убийство.

Доводы ФИО3 о том, что П. А.В. и К. С.П. и Е.С. убил С.В.., поскольку он (ФИО12) не попал из пистолета в потерпевшего ввиду состояния сильного алкогольного опьянения, опровергаются совокупностью исследованных доказательств, в частности оглашенными показаниями ФИО23., которые согласуются с заключениями экспертиз о характере телесных повреждений на трупах и протоколом осмотра места происшествия.

Исходя из этих доказательств, в туалете, ванной комнате и кухне квартиры П. А.В. изъято по одной пуле, еще одна пуля извлечена из головы трупа П. А.В. В квартире также обнаружены два повреждения, которые могли образоваться в результате выстрелов - одно в дверной коробке на кухне и одно в канализационной трубе, и две гильзы – одна в прихожей и одна в комнате с трупом П. А.В. Эти данные согласуются с показаниями С.В. и ФИО3 о том, что ФИО3 стрелял в прихожей, не попал, затем выстрелил в П. А.В. в комнате справа и в К. Е.С. в туалете, убив обоих, после чего выстрелил в К. С.П. и вновь промахнулся. В ходе судебного разбирательства достоверно не установлено, по какой причине ФИО3 не попал в П. А.В. в прихожей и в К. С.П. в туалете. Это могло быть связано с неисправностью самодельного пистолета либо прибора бесшумной стрельбы, могло быть вызвано и субъективным фактором. Тот факт, что ФИО3 отворачивал и приворачивал глушитель, не свидетельствует о том, что причиной промахов была именно его неправильная фиксация. Вместе с тем, причина, по которой он не смог попасть в потерпевших с первого раза, не имеет значения для правовой оценки его действий.

Показания же ФИО3 в суде о том, что он и С.В. расстреляли в квартире всю обойму из 8-ми патронов, и только два попали в потерпевших (согласно телесным повреждениям на трупах), явно не согласуются с протоколом осмотра места происшествия, в котором не зафиксировано следов еще от 6-ти выстрелов, следовательно, эти показания ФИО3 подлежат критической оценке, а в основу приговора суд кладет его показания на предварительном следствии и показания С.В. Доводы ФИО3 о том, что нож длиной 30 см не мог поместиться в карман халата работника коммунальных служб, проверить невозможно, поскольку халат в ходе предварительного следствия не изымался и в судебном заседании не исследовался, оснований сомневаться в этой части в показаниях С.В. у суда также не имеется.

Анализ следов и изъятых предметов на месте происшествия и трупах, позволяет сделать вывод о том, что в квартире было произведено не менее 4-х выстрелов из пистолета, а после убийства ФИО3 забрал с собой не менее двух гильз. Доказательств, достоверно подтверждающих большее количество выстрелов, а также то, что ФИО3 забирал из квартиры еще и пули, в ходе судебного разбирательства представлено не было.

Отсутствие пистолета и патронов не свидетельствует о невозможности привлечения ФИО3 к ответственности за их незаконный оборот, поскольку заключением баллистической экспертизы установлено, что пули были выстреляны из одного экземпляра огнестрельного нарезного оружия - пистолета, а две пули и две гильзы ранее являлись составными частями двух патронов. Показания эксперта подтверждают, что указанный самодельный пистолет мог быть внешне похож на пистолет ФИО12.

Доводы ФИО4 о нарушениях УПК РФ, допущенных в ходе предварительного расследования, касающихся ее неуведомления о продлениях сроков предварительного следствия, неознакомления с изменениями в составе следственной группы, несвоевременного ознакомления с постановлениями о назначении экспертиз и нарушений ст.220 УПК при составлении обвинительного заключения, несостоятельны.

В материалах уголовного дела имеются копии уведомлений следователя о продлении сроков предварительного следствия, адресованных всем обвиняемым, включая ФИО4, а также записи следователя о ее ознакомлении с составом следственной группы и изменениями в нем.

В любом случае, после ознакомления с материалами уголовного дела ходатайств об отводе кого-либо из членов следственной группы ФИО4 не заявляла, из материалов уголовного дела таких оснований не усматривается.

При составлении обвинительного заключения нарушений ст.220 УПК РФ, препятствующих постановлению приговора, не допущено.

Несвоевременное ознакомление ФИО4 с постановлениями о назначении экспертиз не лишало ее права ходатайствовать о производстве дополнительных либо повторных экспертиз с постановкой тех же или других вопросов в случае, если она считала нарушенными свои права при их производстве, однако такие ходатайства на предварительном следствии и в ходе судебного разбирательства ею не заявлялись.

Доводы о недопустимости показаний С.В.., поскольку они противоречивы, а отдельные показания изложены нехарактерным для С.В. языком, равно как и доводы ФИО3 о том, что он давал показания под диктовку следователя, рассчитывая на заключение досудебного соглашения о сотрудничестве, несостоятельны, поскольку С.В. в суде в полном объеме подтвердил достоверность и авторство оглашенных показаний, а следователь В.С. пояснил, что все показания записывал со слов С.В.., не корректировал их, лишь мог помочь сформулировать некоторые термины в случаях, когда С.В. затруднялся это сделать самостоятельно, что законом не запрещено. ФИО3 следователь разъяснял условия заключения досудебного соглашения о сотрудничестве, но к даче показаний не принуждал и их тоже не корректировал, тот давал их самостоятельно. Сам ФИО3 не заявлял об оказании на него физического давления, жалуясь только на условия содержания под стражей, что не входит в компетенцию следователя и не может быть расценено как способ получения необходимых показаний. Оценка же оглашенных в судебном заседании показаний С.В. М.М.О. и ФИО3, полученных в том числе с применением видеозаписи, в совокупности с другими доказательствами позволяет сделать вывод об их достоверности, кроме показаний ФИО3 о "заказчике" убийства П.А.В.., поскольку они согласуются с показаниями потерпевших, свидетелей, данными, полученными в ходе осмотров места происшествия и камер видеонаблюдения, при производстве экспертиз, с другими доказательствами по уголовному делу. Незначительные противоречия в их показаниях разумно объясняются давностью происходивших событий, количеством совершенных преступлений и учтены при вынесении приговора. Оснований полагать, что указанные лица, давая подробные, детальные и правдивые показания об обстоятельствах совершения преступлений, в некоторых случаях избирательно оговаривали ФИО4 или ФИО3, либо сообщали заведомо ложные сведения, у суда не имеется.

Остальным доводам ФИО4, касающимся нарушений УПК РФ, допущенным по ее мнению при задержании, необоснованном объявлении в розыск, фактов применения незаконных методов следствия, принуждения к даче показаний, необоснованного предъявления обвинения в убийстве и неправильного рассмотрения ее обращений, суд оценку не дает, поскольку доказательства, полученные с участием ФИО4, в суде не исследовались, оснований для их оценки не имеется, а в случае несогласия с действиями должностных лиц при производстве предварительного расследования она вправе оспаривать их в предусмотренном законом порядке.

Учитывая показания С.В. о том, что К. Е.С. в присутствии него и ФИО3 говорил, что К. С.П. беременна и неоднократно называл ее мамой, а она его сыном, принимая во внимание 28-недельный срок ее беременности, характеризующийся явно увеличенным животом, что подтверждается показаниями свидетелей, суд считает доказанным осведомленность ФИО3 о беременности женщины и проявление с его стороны особой жестокости, выразившейся в убийстве К. Е.С. на глазах матери, чем ей были причинены особые нравственные страдания. Поскольку они оба явились свидетелями убийства П. А.В., а К. С.П. – еще и убийства сына, квалифицирующий признак их убийства с целью скрыть другое преступление также нашел свое подтверждение.

Поскольку убийство всех троих было совершено в составе устойчивой вооруженной группы (банды) под руководством ФИО3, эти действия ФИО3 подлежат квалификации также как убийство, сопряженное с бандитизмом, а в отношении П. А.В. – еще и по найму, так как оно было совершено за обещанное ФИО4 вознаграждение.

Учитывая, что ФИО3 не позднее, чем с 10 июня 2015 года, до 12 июня 2015 года незаконно хранил у себя дома, а также перевозил в машине из одного города в другой и носил при себе огнестрельное нарезное оружие с не менее, чем 4-мя боеприпасами к нему, о чем были осведомлены участники банды, его действия также подлежат квалификации как незаконные хранение, перевозка и ношение огнестрельного оружия и боеприпасов, совершенные организованной группой.

Действия ФИО4, склонившей ФИО3 к убийству за вознаграждение путем уговора и подкупа, подлежат квалификации как подстрекательство к убийству по найму.

Создание и руководство бандой

Подсудимый ФИО3 виновным себя не признал и показал, что в уголовном деле нет доказательств того, что он в 2011 году решил создать преступную группу. Со С.В. виделись редко, хотя и были соседями по дому, привлек его (С.В.) к здоровому образу жизни, помогал во всем, в том числе деньгами, но для совершения преступлений не объединялся. С М.М.О. в учреждении **** содержался в разных режимах, познакомился с ним в ****, где провели вместе несколько дней. Затем передавал ему и своему другу передачи в места лишения свободы, потому что так принято. После освобождения М.М.О. у него не жил, так как у того был административный надзор, виделся с ним 1-2 раза в полгода, тот стал проживать у него (ФИО12а) только с весны 2015 года. Совместных дел с М.М.О. не имел, преступления не совершал. Убийство И.С. было совершено случайно, деньги за его убийство получил только С.В.. Во время убийства в **** М.М.О. знал только о необходимости управлять машиной, а задачей С.В. было только ударить П.. Он (ФИО12) на преступление в **** поехал пьяный, а М.М.О. не выключил телефон, что свидетельствует о том, что преступления тщательно не планировались, ему (ФИО12у) никто не подчинялся.

Несмотря на непризнание ФИО3 своей вины, его вина, помимо приведенных выше доказательств, касающихся обстоятельств убийства И.С., П. А.В. и К. С.П. и Е.С., подтверждается следующими доказательствами.

М.М.О. подтвердил свои показания на предварительном следствии от 01.06.2016, согласно которым с ФИО12ом его связывает множество общих связей среди судимых, с которыми вместе отбывали наказание. Познакомился с ним в 1999 году при отбытии наказания в **** Вместе отбывали наказание еще и с другом ФИО12а, когда его (М.М.О.) и ФИО12а этапировали в ****. Постоянно общались между собой, как это принято среди осужденных, занимались взаимовыручкой, поддерживали друг друга в различных вопросах, вместе занимались спортом, наладили между собой достаточно устойчивые отношения, найдя общие интересы. ФИО12 освободился в 2003 году, а его друг в 2004. В 2005 году освободился он (М.М.О.), они вместе стали общаться с определенным кругом лиц, имевших авторитет среди судимых в ****, стали заниматься различной противоправной деятельностью. Их с ФИО12ом связывал общий круг связей, ввиду чего, если кому–то нужна помощь, они не могли отказать друг другу в ней, поскольку такие правила приняты в кругу ранее судимых. Таким образом они стали взаимодействовать по различным вопросам, его (М.М.О.) осудили по ст.222 УК РФ, освободился лишь в 2011 году, ему вновь понадобились связи ФИО12а и его друга. Он стал периодически приезжать в ****, останавливаться у ФИО12а, который предоставлял ему свою квартиру, а впоследствии дом, стал зависеть от ФИО12а. Они постоянно выручали друг друга денежными средствами, старались помогать друг другу, отказ от сотрудничества с ФИО12ом мог быть воспринят как отречение от общего круга и возможность донесения в органы. В случае несогласия поддерживать ФИО12а возникли бы проблемы с лицами, имеющими авторитет в криминальной среде. После освобождения в 2011 году он приехал к ФИО12у, забрал свои вещи и жил во ****. В 2012 году освободился друг ФИО12а, который жил в ****, после этого они вместе стали встречаться у ФИО12а в г.****. Заметил, что вокруг Мазура стала появляться молодежь, которая считала того авторитетом, среди которой был С.В. С.В. уже достаточно приблизился к ФИО12у, пользовался доверием последнего и готов был выполнять любые просьбы. ФИО12 подготовил для себя С.В., согласного выполнять любые указания. Для ФИО9 был в авторитете. ФИО12 имел авторитет и перед другими лицами, в том числе и перед ним (М.М.О.). Он с ФИО12ом и С.В. стали проводить совместный досуг, праздники и дни рождения, постоянно встречались у ФИО12а дома, общались между собой, наладив отношения. ФИО12 занимался и недвижимостью, брал С.В. на какие-то "разборки", связанные с этим, то есть те достаточно сильно наладили отношения между собой и привлекли к своей деятельности его (М.М.О.), наделив ролью помощника в их совместных делах: таких, как убийство И.С. и убийство в ****, так как им требовался дополнительный человек, а также видимо из-за того, что в случае отсутствия общих дел ФИО12 боялся, что он (М.М.О.) может рассказать о противоправной деятельности ФИО12а. ФИО12 говорил, что делает то, что умеет, и будет это делать. Он принял совместно с ФИО12ом и С.В. участие в убийствах И.С. и П., так как не мог отказать ФИО12у, осознавал, что действует с ними совместно и в их интересах, однако хотел лишь оказать помощь, не хотел лично принимать участие в причинении смерти людям. Был в курсе всех ролей, так как план действий по совершению преступлений обсуждался между ними. Не помнит про вопрос с деньгами по И.С., возможно их и брал. Не отказывался от денег, так как это выглядело бы так, как будто он хочет остаться чистым, не замешанным в убийстве, что вызвало бы подозрения к нему, и он бы потерял доверие. От получения денег за участие в убийстве в **** отказался (том 14 л.д.180-183).

С.В. подтвердил свои показания на предварительном следствии от 19.05.2016, согласно которым во время всех преступлений, кроме убийства К.В., он, ФИО12 и М.М.О. действовали согласно плану, быстро, без промедлений, без лишних обсуждений, все понимали, что и кто должен делать и выполняли это. ФИО12 был разработчиком всех преступных планов и схем действий, распределял доход, руководил действиями его и М.М.О.. Их группа квалифицировалась на убийствах людей из корыстной заинтересованности в любом виде. М.М.О. не всегда брал деньги за участие в преступлениях, но совершал их исключительно ввиду того, что находился в зависимости от ФИО12а, так как безвозмездно проживал в доме ФИО3 и был обязан помогать ФИО12у. ФИО12 понимал, что М.М.О. уже имеет опыт в преступной деятельности, старался привлечь последнего к совершению планируемых преступлений. Кроме того, ФИО12а и М.М.О. связывали дружеские отношения, они знакомы более 10 лет, познакомились в местах лишения свободы, во «****», их связывали общие связи с криминальными авторитетами и ранее судимыми. ФИО12 и их общий друг встретили М.М.О. в 2011 году после освобождения, чтобы помочь деньгами на проживание и устроиться в криминальной среде для заработка. В результате М.М.О. стал заниматься противоправной деятельностью, извлекать нелегальный доход. Периодически он (С.В.) становился невольным свидетелем их разговоров, из которых было понятно, что они занимаются чем–то незаконным. М.М.О. и ФИО12 периодически выручали друг друга в трудные минуты денежными средствами, которые передавались, как правило, безвозмездно, в расчете на обязательную помощь в любой ситуации. Они жили по «тюремным понятиям», по которым отказывать в помощи не принято. Между ними имелась очень тесная взаимосвязь, доверяли друг другу во всем, понимали, что никто не предаст и всегда выручит в любой ситуации. Как это и произошло при убийствах. Убийства не единственные противоправные действия ФИО12а и М.М.О., были и иные преступления, которыми они финансово поддерживали друг друга и зарабатывали на жизнь.

Он (С.В.) был вовлечен ФИО12ом в группу, так как имеет достаточную физическую подготовку и сам хотел примкнуть к ФИО12у, так как видел, что все вокруг боятся ФИО12а, тот имел авторитет, и он хотел занять авторитет в криминальном мире любым путем, в том числе с помощью совместных преступлений, включая убийства. Познакомился с ФИО12ом когда был ребенком, знал, что ФИО12 занимается спортом, впоследствии ходили в один и тот же тренажерный зал, затем узнал о связях ФИО12а с криминалом, решил заработать авторитет перед ФИО12ом, чтобы его все боялись. Сам пытался сблизиться с ФИО12ом, стал проводить больше времени в его компании. В результате добился расположения ФИО12а и тот стал брать его с собой на мелкие противоправные дела. За участие в них ФИО12 давал небольшое количество денег. Он видел в Мазуре человека, который способен на все, для ФИО12а не было невыполнимых задач, поэтому он строго подчинялся указаниям ФИО12а и следовал всем установленным правилам. Это также видел М.М.О. и знал, что он (С.В.) по просьбе ФИО12а готов выполнить все, что угодно. Он (С.В.) был согласен слушать ФИО12а во всем, так как понимал, что таким образом сможет повысить свой авторитет как в глазах ФИО12а, так и в глазах иных криминальных авторитетов, в том числе своих сверстников и знакомых. Приблизительно с 2010 года стал очень тесно контактировать с ФИО12ом. Тогда же ФИО12 говорил, что в местах лишения свободы находится его знакомый М.М.О., и когда тот выйдет, с учетом его опыта в криминальном мире можно будет совершать преступления посерьезнее. После убийства ФИО7 А.М. хотел продолжить заниматься убийствами с целью извлечения прибыли, о чем сообщил ему и предложил делать это вместе. Он согласился из-за авторитета ФИО12а и желания легких и быстрых денег. Тогда же освободился и М.М.О., который периодически приезжал к ФИО12у домой и оставался ночевать. ФИО12, предоставляя М.М.О. жилье, поставил его в зависимость от себя и вовлек М.М.О. в их группу как опытного неоднократно судимого преступника. ФИО12 также знал, что М.М.О. скрытный человек и никогда не расскажет о преступлениях, у них были тесные взаимоотношения, общие связи в криминальной среде. Таким образом, после убийства ФИО7 создал группу из себя, его и М.М.О. для совершения убийств из корыстной заинтересованности, в том числе по найму. О своих планах ФИО12 сообщил и М.М.О., тот ответил, что по мере возможности будет помогать. М.М.О. также очень крепкий по телосложению человек, поэтому может преодолеть любое сопротивление жертвы. С того времени они на постоянной основе стали заниматься преступлениями, проводили совместный досуг, отмечали праздники, собирались у ФИО12а дома.

Он и М.М.О. подчинялись ФИО12у, по указанию последнего занимались тщательной подготовкой к преступлениям. Постоянно проводили время вместе, на протяжении нескольких лет общались, между ними сложились тесные, доверительные отношения, хотя М.М.О. осторожный человек, старался не обсуждать подробности, а следовал указаниям ФИО12а и выполнял исключительно свою роль, которой его наделял ФИО12. Они втроем занимались спортом, имели общие спортивные интересы, занимались бегом, ходили в тренажерный зал для поддержания физической формы, понимали и ассоциировали себя как группу, у которой сложились общие совместные интересы. Все действовали в целях достижения единого результата и всегда в интересах друг друга.

После убийства И.С. узнал, что у ФИО12а имеется огнестрельное оружие, в частности, пистолет, который ФИО12 решил применить при убийстве П.. Перед убийством ФИО12 рассказал ему и М.М.О. о том, что будет применять пистолет в случае, если что-то пойдет не так, говорил, что пистолет пригоден для стрельбы. О том, что ФИО12 приготовил пистолет для его применения при убийстве все понимали и осознавали.

М.М.О. отличался особой хитростью, соглашался участвовать в убийствах, сам причинять смерть людям не хотел, но мог сделать грамотные подсказки.

Таким образом, в их группе сложились следующие роли.

ФИО12 – руководитель, явный лидер, разрабатывал планы совершения преступлений, осуществлял подготовку орудий и средств совершения убийств, старался подготовиться к преступлению так, чтобы их невозможно было изобличить (разрабатывал методы конспирации), распределял роли, полностью руководил их действиями, сам принимал участие в убийствах, распределял вырученные от преступлений денежные средства.

Его (С.В.) ФИО12 наделил следующими обязанностями: учитывая хорошую физическую подготовку, он должен пресекать сопротивление потерпевших, подыскивать заказчиков убийств, устранять возникающие препятствия, предоставлять свой автомобиль, уничтожать следы и орудия убийств, маскировать истинные мотивы убийств, изучать место преступления и прилегающую территорию, для выбора оптимальных маршрутов, устанавливать наличие камер видеонаблюдения, как это было при совершении убийства в ****.

М.М.О. должен принять участие в планировании способов убийств, подавлять волю потерпевших к сопротивлению, как это было с И.С., следить за обстановкой на месте совершения преступлений, чтобы предупредить об опасности. С учетом навыка вождения М.М.О. должен управлять автомобилем для их доставки к месту убийства и обратно, планировать пути подъезда и отъезда наиболее благоприятным маршрутом, участвовать в изучении места преступления и прилегающей территории, камер видеонаблюдения, как это было при убийстве в ****.

По указанию ФИО12а они при совершении преступлений должны отключать телефоны, принимать меры к инсценировке убийств под разбойные нападения и их маскировке под естественную смерть, насколько это возможно при тех или иных обстоятельствах.

Кроме того, после убийства ФИО7 обязал его (С.В.) подыскивать варианты заработка преступным путем, в том числе и с помощью убийства. В связи с этим он (С.В.) преподносил себя в своем окружении так, что может выполнить любые просьбы за деньги, что в итоге и привело к просьбе ФИО8 убить своего брата И.С. за 300 000 рублей (том 15 л.д.158-167).

Согласно сведениям, предоставленным ФКУ **** УФСИН России по ****, ФИО3 и М.М.О. содержались одновременно в указанном учреждении в период с 07.11.1998г. по 13.07.2000г., после чего М.М.О. в июле 2000 года, а ФИО3 в декабре 2003 года переведены в ФКУ **** УФСИН России по **** для дальнейшего отбывания наказания (том 18 л.д.171).

В ходе обыска в доме ФИО3 по адресу: г.****, проведенного 25.06.2015г., помимо прочего, изъят мобильный телефон SONY XPERIA (том 3 л.д.225-230).

В ходе осмотра изъятого телефона с него при помощи специального устройства получены данные, в том числе удаленные, которые скопированы на 5 компакт-дисков (том 3 л.д.114-122).

Из протокола осмотра указанных дисков с приложениями следует, что на телефоне имелись графические файлы следующего содержания: фотография М.М.О. с автоматом в руках; фотография пятерых мужчин возле новогодней елки, среди которых М.М.О. и ФИО3; фотография 4-х мужчин, среди которых ФИО3 обнимает М.М.О. и другого мужчину; фотография троих мужчин, среди которых ФИО3 обнимает М.М.О. и другого мужчину; фотография 4-х мужчин, среди которых М.М.О. и ФИО3; фотография тех же 4 –х мужчин, среди которых М.М.О. и ФИО3 обнимаются; фотография 2-х мужчин, среди которых С.В..; фотография, на которой изображены С.В. и М.М.О..; фотография 3-х мужчин, среди которых М.М.О.. и С.В. (том 4 л.д.126-136).

Согласно заключению психологической судебной экспертизы № 48/20.1 от 19.05.2016, ФИО6, М.М.О. и С.В. на момент совершения ими противоправных деяний следует считать членами группы, так как они являются совокупностью индивидов, которые взаимодействуют друг с другом, осознают свою групповую принадлежность и участвуют в совместной деятельности. Исследуемая группа является малой группой, учитывая ее численность, прямой контакт между ее членами, наличие межличностного взаимодействия и взаимовлияния, является закрытой, иерархически организованной, имеет общие цели деятельности, общность интересов, ценностей и норм, локализацию в пространстве (г.****) и относительную устойчивость во времени. Так как она была организована неофициально, стихийно, на системе личностных и межличностных отношений, группа является неформальной. Учитывая тот факт, что ею преследовались эгоистические и противоречащие большим общностям цели (получение дохода путем убийства людей), такую группу следует рассматривать как антисоциальную группу.

В исследуемой группе выявлен автократический стиль лидерства. Особенностями данного стиля руководства и лидерства являются: жесткая централизация руководителем своих управленческих функций, сосредоточение в его руках всей полноты власти.

ФИО6 является организатором и руководителем группы. В созданной группе ФИО6 была разработана схема ее функционирования, направленная на получение дохода путем убийства людей; система подчиненности ее участников, с четким распределением ролей между ними и способов их конспирации. В зависимости от стоящей перед ним задачи ФИО6 разрабатывал конкретный план ее выполнения. Все действия членов группы координировались ФИО6, поддерживающим дисциплину, определяющим время выполнения задач, порядок действий участников. Всеми участниками группы по указанию ФИО6 применялись меры конспирации, в которые входили конкретные действия во время операций (например, указание ФИО6 участнику группы следить за тем, чтобы не появился кто-то посторонний во время исполнения убийства И.С. и во время исполнения убийства К.В., указание ФИО6 выключить мобильные телефоны во время совершения группой убийства П. А.В. и К., чтобы по ним их не смогли вычислить работники правоохранительных органов, проезд к месту убийства тем маршрутом, на котором будет меньшее количество камер видеонаблюдения и т.д.). ФИО6 осуществлялась подготовка орудий и средств совершения преступлений, он распределял полученные в результате совершения преступлений денежные средства между членами группы.

Созданная ФИО6 группа характеризовалась следующими признаками:

- наличием организационно-иерархических связей (подчиненностью участников группы руководству, непосредственно ФИО3);

- антисоциальной направленностью деятельности (деятельность организации была направлена на получение дохода от убийства людей; данная деятельность является незаконной, противоречит правилам и нормам, принятым в обществе);

- групповыми правилами, разработанными и установленными ФИО6 (а именно, члены группы должны были действовать согласно полученной инструкции, соблюдать осторожность, меры конспирации);

- тщательной подготовкой к преступлениям.

В ходе экспертного исследования эксперт пришел к следующим выводам:

1. В исследуемой группе лидером может являться ФИО6, который разрабатывает план совершения преступлений, осуществляет подготовку орудий и средств совершения преступлений, методы конспирации, распределяет роли между остальными участниками группы, руководит их действиями, принимает активное участие в совершении преступлений, распределяет доход между членами группы.

2. С.В. и М.М.О. являются пассивными членами группы. С.В. является членом группы, он привлекается ФИО6 для содействия в пресечении сопротивления потерпевших, для соблюдения конспирации, для доставки потерпевших к месту совершения преступления, по указанию ФИО6 принимает активное участие в совершении преступлений. М.М.О. является членом группы, он привлекается ФИО6 в качестве водителя для доставки группы к месту совершения преступления и обратно, по указанию ФИО6 принимает активное участие в совершении преступлений.

3. Созданная ФИО6 группа характеризовалась следующими признаками организованности и структурированности: наличием организационно-иерархических связей (подчиненностью участников группы лидеру), антисоциальной направленностью деятельности, тщательной подготовкой к преступлениям, строгому следованию групповым правилам, разработанным и установленным руководителем группы. Исследуемая группа имеет черты сплоченности. Об этом свидетельствует достаточно высокая степень однородности группы по таким факторам, как: этническая общность, пол, привлечение членов группы к уголовной ответственности, интересы, по индивидуально-психологическим параметрам, наличию тесных взаимосвязей ее членов, наличию дружеских отношений. Исследуемая группа имеет черты устойчивости, которые заключаются в длительности существования данной организованной группы (группа действовала с 2010 по 2015г.), неоднократном совершении аналогичных антисоциальных действий (получении дохода от убийств людей), авторитете лидера у всех ее членов (том 8 л.д.222-237).

Таким образом, суд признает доказанным создание и руководство ФИО3 устойчивой организованной преступной группы для совершения убийств людей с целью материального обогащения. В представленных доказательствах не нашло своего достоверного подтверждения точное время начала существования группы, но полностью доказано, что она была создана ФИО3 не позднее ноября 2013 года и ее участниками под руководством и при непосредственном участии ФИО3 были совершены убийства И.С., П. А.В., К. С.П. и К. Е.С. При этом, поскольку не позднее 10 июня 2015 года умыслом участников группы стало охватываться совершение нападения с применением оружия – пистолета и ножа, которое и было совершено 12 июня 2015 года, организованная группа приобрела признак вооруженности, следовательно, в ходе судебного разбирательства полностью доказана вина ФИО3 в создании и руководстве устойчивой вооруженной группой (бандой) в целях нападения на граждан и их убийства. При этом один из участников группы беспрекословно выполнял все указания и распоряжения ее руководителя. Поведение же другого участника, который отказался принять участие в непосредственном причинении смерти П. А.В., не свидетельствует о его непринадлежности к группе, а может быть расценено как компромисс между руководящими указаниями ФИО3 и жизненными ориентирами участника группы, который не отказывался от участия в преступлении, но выполнял приемлемую для себя и согласованную с ФИО3 роль, а тот факт, что он вопреки указанию ФИО3 не отключил мобильный телефон во время совершения одного из преступлений, можно расценивать как эпизодическое нарушение дисциплины, но не как намеренные действия, направленные против интересов членов группы. Все остальные действия ФИО3 и двух других участников группы достоверно свидетельствуют о том, что они действовали совместно, согласованно, в интересах друг друга, тщательно готовились к преступлениям и следовали указаниям своего лидера ФИО3, в том числе при возникновении незапланированных, но допускаемых ситуаций, как с неожиданным появлением в квартире П. А.В. К.. В этот момент перед участниками банды появилась цель устранения свидетелей убийства П. А.В., которая и была реализована ФИО3 и под его руководством одним из участников группы. Нахождение ФИО3 во время совершения этого преступления с его слов в состоянии сильного алкогольного опьянения остальные участники банды не подтверждают, поэтому говорить о небрежном подходе к совершению преступления с его стороны оснований не имеется. Напротив, действия ФИО3 свидетельствуют о том, что он тщательно готовился к совершению преступлений, планировал их, привлекал соучастников, распределял роли между членами группы, давал им указания, приискивал орудия совершения преступлений, средства конспирации, принимал меры к уничтожению следов преступлений. Выводы психологической экспертизы об устойчивости, организованности, иерархичности и структурированности группы убедительны, тщательно мотивированы и согласуются с обстоятельствами совершенных преступлений, ролью и действиями каждого соучастника преступлений. Довод о недопустимости данного доказательства был предметом рассмотрения в ходе судебного разбирательства и признан необоснованным.

Таким образом, эти действия ФИО3 подлежат квалификации как создание устойчивой вооруженной группы (банды) в целях нападения на граждан и руководство ею.

Учитывая изложенное, суд квалифицирует действия подсудимых в отношении всех преступлений следующим образом.

Действия ФИО3 в отношении всех убийств подлежат квалификации по п.п."а, г, д, ж, з, к" ч.2 ст.105 УК РФ, поскольку он совершил убийство, то есть умышленное причинение смерти пяти лицам, женщины, заведомо для него находящейся в состоянии беременности, с особой жестокостью, организованной группой, из корыстных побуждений, по найму, сопряженное с бандитизмом, с целью скрыть другое преступление.

Действия ФИО3 с оружием и боеприпасами суд квалифицирует по ч.3 ст.222 УК РФ, как незаконные хранение, перевозку и ношение огнестрельного оружия и боеприпасов, совершенные организованной группой.

Действия ФИО3 по созданию и руководству бандой квалифицируются судом по ч.1 ст.209 УК РФ, как создание устойчивой вооруженной группы (банды) в целях нападения на граждан и руководство такой группой (бандой).

Действия ФИО4 суд квалифицирует по ч.4 ст.33 и п."з" ч.2 ст.105 УК РФ, поскольку она совершила подстрекательство к убийству, то есть к умышленному причинению смерти другому человеку по найму.

Действия ФИО5 подлежат квалификации по ч.ч.4 и 5 ст.33 и п."з" ч.2 ст.105 УК РФ, как подстрекательство к убийству, то есть к умышленному причинению смерти другому человеку по найму, и пособничество в нем.

Судом исследовался вопрос о вменяемости подсудимых.

Согласно заключению судебной психиатрической экспертизы № 1313 от 6.11.2015, у ФИО3 обнаружено психическое расстройство в форме расстройства личности, которое не сопровождается признаками декомпенсации, не лишало и не лишает его в период совершения инкриминируемого деяния и в настоящее время возможности осознавать фактический характер своих действий и руководить ими, правильно воспринимать обстоятельства, имеющие значение для дела, и давать о них показания. Не было у ФИО3 и какого-либо временного психического расстройства, лишавшего возможности в полной мере осознавать фактический характер своих действий и руководить ими. В принудительных мерах медицинского характера он не нуждается (том 8 л.д.7-9).

Из заключения стационарной судебной комиссионной психиатрической экспертизы № 458 от 19.05.2016 следует, что ФИО4 хроническим психическим расстройством, слабоумием или иным болезненным состоянием психики, которые лишали бы ее способности осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими, в период, относящийся к инкриминируемому деянию, не страдала и не страдает в настоящее время, равно как и не обнаруживает признаков какого-либо временного психического расстройства. По своему психическому состоянию в настоящее время ФИО4 также может понимать характер и значение для уголовного судопроизводства и своего процессуального положения, правильно воспринимать обстоятельства, имеющие значение для уголовного дела и давать показания, участвовать в следствии и судебном разбирательстве. В применении к ней принудительных мер медицинского характера ФИО4 не нуждается (том 8 л.д.61-67).

Согласно заключению судебной психиатрической экспертизы № 524 от 08.04.2016, ФИО5 каким–либо психическим расстройством не страдает. В период совершения инкриминируемого деяния у ФИО5 не было и какого-либо временного психического расстройства. В период совершения инкриминируемого деяния и в настоящее время мог и может в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими, правильно воспринимать обстоятельства, имеющие значение для дела, и давать о них показания. В принудительных мерах медицинского характера не нуждается (том 8 л.д.79-81).

Экспертизы проведены в условиях специализированных экспертных учреждений, эксперты-психиатры имели возможность общаться с подсудимыми, а с ФИО4 – еще и в стационарных условиях, знакомиться с материалами дела: предъявленным обвинением, показаниями потерпевших, свидетелей, наблюдавших их перед преступлениями, во время и после их совершения, данными, характеризующими личность подсудимых и состояние их здоровья. Выводы экспертов подробно мотивированы, подтверждаются совокупностью других доказательств по делу, проверенных в судебном заседании, в связи с чем в своей достоверности сомнений у суда не вызывают. ФИО3, ФИО4 и ФИО5 на предварительном следствии и в ходе судебного разбирательства давали показания, активно защищались, заявляли ходатайства, сообщали об обстоятельствах, имеющих значение для дела. Учитывая изложенное, поведение подсудимых до, во время и после совершения преступлений, а также в ходе судебного разбирательства, суд признает ФИО3, ФИО4 и ФИО5 в отношении совершенных преступлений вменяемыми.

При назначении наказания суд учитывает положения ст.ст.6, 60, 67 УК РФ, характер и степень общественной опасности содеянного, фактического участия подсудимых в совершении преступлений, значение этого участия для достижения целей преступлений, его влияние на характер и размер причиненного вреда, данные о личности подсудимых, состояние их здоровья, обстоятельства, смягчающие наказание, влияние назначенного наказания на исправление осужденных и условия жизни их семей.

ФИО3 судимости не имеет, к административной ответственности не привлекался, на учете у нарколога и психиатра не состоит, но страдает психическим расстройством в форме расстройства личности. По месту жительства ФИО3 участковым уполномоченным полиции характеризуется удовлетворительно, допрошенные в судебном заседании свидетели охарактеризовали ФИО3 положительно, в браке он не состоит, детей не имеет, официального трудоустройства до задержания не имел. Утверждение ФИО3 о предполагаемом наличии у него родившегося после задержания ребенка, проживающего за пределами Российской Федерации, ничем не подтверждено.

Учитывая, что в судебном заседании исследовались признательные показания ФИО3 на предварительном следствии в отношении всех убийств и незаконных действий с огнестрельным оружием и боеприпасами, сопровождавшиеся проверками показаний на местах, а также его явка с повинной в совершении убийства в ****, суд в соответствии с п."и" ч.1 ст.61 УК РФ признает в качестве обстоятельств, смягчающих наказание ФИО3 за все преступления, кроме создания и руководства бандой, его активное способствование расследованию преступлений, изобличению и уголовному преследованию их соучастников, а в отношении убийства П. А.В. и К. С.П. и Е.С. – еще и явку с повинной.

Обстоятельств, отягчающих наказание ФИО3, судом не установлено, его судимость от 05.02.1996, в соответствии с положениями ст.7.1 УК РСФСР, ст.10 и п."г" ч.3 ст.86 УК РФ (в редакции Федерального закона от 13.06.1996 № 63-ФЗ), на момент совершения всех преступлений была погашена.

При этом суд учитывает, что ФИО3 совершил два особо тяжких и одно тяжкое преступление, их последствиями стала смерть пяти человек, один из которых убит из корыстной заинтересованности, двое по найму и двое с целью скрыть уже совершенные убийства, погибли беременная женщина и несовершеннолетний подросток, ФИО3 все убийства планировал, распределял роли между соучастниками, сам активно участвовал в причинении людям смерти, в том числе проявив особую жестокость; он создал организованную преступную группу для совершения убийств людей с целью материального обогащения, он же руководил этой группой и вооружил ее.

Учитывая изложенные обстоятельства в совокупности, несмотря на данные, положительно характеризующие личность подсудимого, наличие смягчающих обстоятельств при отсутствии отягчающих, суд приходит к выводу об исключительной опасности ФИО3 для общества, в силу которой считает необходимым назначить ему за убийства наказание в виде пожизненного лишения свободы, что будет в полной мере соответствовать цели восстановления социальной справедливости, задачам охраны прав и свобод человека и гражданина, общественного порядка и общественной безопасности от преступных посягательств, предупреждения совершения новых преступлений, и достигнет цели исправления осужденного.

Наказание за незаконные действия с оружием и боеприпасами суд назначает с учетом требований ч.1 ст.62 УК РФ, а за создание и руководство бандой – по общим правилам.

Необходимости в назначении ФИО3 за преступление, предусмотренное ч.3 ст.222 УК РФ, наказания в виде штрафа, суд не усматривает.

Несмотря на то, что за совершение преступления, предусмотренного, ч.1 ст.209 УК РФ, ФИО3 назначается обязательное дополнительное наказание в виде ограничения свободы, его назначение к пожизненному лишению свободы законом не предусмотрено, в связи с чем окончательное наказание по совокупности преступлений назначается ФИО3 без дополнительного наказания.

В соответствии с п."г" ч.1 ст.58 УК РФ наказание ФИО3 следует отбывать в исправительной колонии особого режима.

ФИО4 не судима, к административной ответственности не привлекалась, на учете у нарколога и психиатра не состоит, по месту жительства представителями управляющей компании и участковым уполномоченным полиции характеризуется удовлетворительно, допрошенными в суде свидетелями, среди которых ее знакомые и родственники – положительно, до задержания была трудоустроена одновременно в нескольких компаниях, по месту работы в ООО "****+" и ООО "****" характеризуется исключительно положительно, в браке не состоит, поскольку муж погиб в результате совершенного ею же преступления, имеет на иждивении несовершеннолетнего ребенка, что суд учитывает в качестве обстоятельства, смягчающего ее наказание.

Обстоятельств, отягчающих наказание ФИО4, не установлено.

Учитывая изложенные обстоятельства в совокупности, характер содеянного, данные о личности подсудимой и условиях жизни ее семьи, принимая во внимание, что дочь ФИО4 находится под опекой бабушки, несмотря на данные, положительно характеризующие личность подсудимой и наличие смягчающего обстоятельства при отсутствии отягчающих, суд приходит к выводу о том, что ее исправление без изоляции от общества невозможно и назначает ФИО4 наказание в виде реального лишения свободы с ограничением свободы в пределах санкции статьи, предусматривающей ответственность за содеянное.

Наказание в виде лишения свободы ФИО4, в силу п."б" ч.1 ст.58 УК РФ, следует отбывать в исправительной колонии общего режима.

ФИО5 не судим, к административной ответственности не привлекался, на учете у нарколога и психиатра не состоит, по месту жительства участковым уполномоченным полиции и представителем управляющей компании характеризуется удовлетворительно, с места прохождения воинской службы имеет грамоту за примерную дисциплину и старание, знакомые и родственники ФИО5 в судебном заседании также охарактеризовали его исключительно положительно, до задержания был трудоустроен, в браке не состоит, детей не имеет, проживает с матерью, которая имеет неудовлетворительное состояние здоровья, но в то же время имеет родственников, которые в состоянии о ней позаботиться.

Суд, в соответствии с п.п."з, и" ч.1 ст.61 УК РФ, учитывает в качестве обстоятельств, смягчающих наказание ФИО5, противоправность и аморальность поведения потерпевшего, явившегося поводом для преступления, явку с повинной, активное способствование раскрытию и расследованию преступления, изобличению и уголовному преследованию его соучастника.

Обстоятельств, отягчающих наказание ФИО5, не имеется.

При таких обстоятельствах, с учетом характера содеянного, данных о личности подсудимого и условиях жизни его семьи, суд приходит к выводу о том, что его исправление без изоляции от общества также невозможно, однако полагает необходимым назначить ему минимальное наказание, предусмотренное санкцией ч.2 ст.105 УК РФ.

Наказание в виде лишения свободы ФИО5, в силу п."в" ч.1 ст.58 УК РФ, следует отбывать в исправительной колони строгого режима.

Имеющиеся у всех троих подсудимых, даже у ФИО5, смягчающие обстоятельства не являются исключительными, существенно уменьшающими степень общественной опасности совершенных преступлений, оснований для назначения им наказания с применением ст.64 УК РФ суд не усматривает.

С учетом фактических обстоятельств и степени общественной опасности совершенных подсудимыми преступлений оснований для изменения их категорий в соответствии с ч.6 ст.15 УК РФ не имеется.

Мера пресечения в отношении ФИО3, ФИО4 и ФИО5, в целях обеспечения исполнения приговора суда, изменению не подлежит.

В срок отбывания осужденными наказания подлежит зачету время их содержания под стражей в ходе предварительного расследования.

По уголовному делу имеются процессуальные издержки в виде сумм:

- выплаченных адвокатам за оказание подсудимым юридической помощи в ходе судебного разбирательства – за защиту ФИО3 адвокату Пшеку Д.В. 61 200 рублей, за защиту ФИО5 адвокату Дремановой Т.В. 31 200 рублей и адвокату Аединовой Ю.С. 24 000 рублей;

- выплаченных потерпевшей и свидетелям на покрытие расходов, связанных с явкой к месту судебного разбирательства – потерпевшей Потерпевший №2 и свидетелю Л.Е. по 3 830 рублей 60 копеек каждой, свидетелям М.И. и Свидетель №1 по 816 рублей каждому;

- израсходованных на производство судебной психологической экспертизы в частном учреждении "**** Бюро судебной экспертизы", в размере 44 013 рублей.

Разрешая вопрос о распределении процессуальных издержек, суд исходит из следующих обстоятельств.

Все осужденные трудоспособны, инвалидами не являются, имеют возможность трудоустроиться и иметь источник дохода, предусмотренных законом оснований для их полного или частичного освобождения от уплаты процессуальных издержек ввиду имущественной несостоятельности не имеется.

Процессуальные издержки, связанные с выплатой адвокату Пшеку Д.В. вознаграждения за оказание подсудимому ФИО3 юридической помощи в ходе судебного разбирательства подлежат взысканию с осужденного ФИО3 в полном объеме, поскольку он от защитника не отказывался, предусмотренных ч.4 ст.132 УПК РФ оснований для освобождения ФИО3 от взыскания этих издержек также не имеется.

Потерпевшая и свидетели, чьи расходы по явке в судебное заседание были компенсированы, имеют отношение только к обвинению, предъявленному ФИО3 и ФИО4, поэтому, с учетом характера их вины, степени ответственности за преступления и имущественного положения, подлежат взысканию с обоих, что будет составлять по 4 646 рублей 60 копеек с каждого. ФИО5 от взыскания этих издержек подлежит освобождению.

Кроме того, интересы ФИО5 в ходе судебного разбирательства представляла адвокат по соглашению Трубникова С.Н. При невозможности ее явки преимущественно на судебные заседания, в которых исследовались вопросы, не имеющие отношения к предъявленному ФИО5 обвинению, судом обеспечивалось участие адвокатов по назначению Дремановой Т.В. и Аединовой Ю.С. При таких обстоятельствах суд полагает возможным отнести эти расходы за счет средств федерального бюджета, а ФИО5 от взыскания указанных процессуальных издержек освободить.

Говоря о расходах на производство экспертизы, суд исходит из того, что она проводилась в негосударственном судебно-экспертном учреждении в связи с тем, что все компетентные государственные судебно-экспертные учреждения на территории **** не могли выступить в этом качестве, эксперт-психолог частного учреждения не исполнял свои обязанности в порядке служебного задания, следственный орган, в производстве которого находилось уголовное дело, на основании постановления следователя производство экспертизы оплатил, в справке к обвинительному заключению имеется указание на наличие этих процессуальных издержек, следовательно, имеются основания для их взыскания с осужденного, в отношении которого проводилась экспертиза.

Вместе с тем, учитывая, что психологическая экспертиза проводилась в отношении ФИО3 и еще двоих лиц, в отношении которых уголовное дело не рассматривалось, суд полагает необходимым в соответствующей пропорции уменьшить размер взыскания с ФИО3 этих издержек до 15000 рублей.

Вопрос о вещественных доказательствах суд разрешает в соответствии с требованиями п.п.1, 3, 5 и 6 ч.3 ст.81 УПК РФ: орудия преступления, предметы, не представляющие ценности и не истребованные сторонами, подлежат уничтожению или передаче в соответствующие учреждения, документы (в цифровом формате) хранению при уголовном деле, а остальные предметы передаче законным владельцам.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст.307-309 УПК РФ, суд

п р и г о в о р и л :

ФИО3 признать виновным в совершении преступлений, предусмотренных п.п."а, г, д, ж, з, к" ч.2 ст.105, ч.1 ст.209 и ч.3 ст.222 УК РФ, за которые назначить ему наказание:

- по п.п."а, г, д, ж, з, к" ч.2 ст.105 УК РФ – в виде пожизненного лишения свободы;

- по ч.1 ст.209 УК РФ – в виде лишения свободы на срок 12 лет с ограничением свободы на срок 1 год 6 месяцев с установлением ограничений: без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы, не изменять места жительства или пребывания, в котором он будет проживать или пребывать после отбытия наказания в виде лишения свободы; не выезжать за пределы муниципального образования, на территории которого он будет проживать или пребывать после отбытия наказания в виде лишения свободы; обязать ФИО3 три раза в месяц являться для регистрации в специализированный государственный орган, осуществляющий надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы;

- по ч.3 ст.222 УК РФ – в виде лишения свободы на срок 5 лет.

В соответствии с ч.3 ст.69 УК РФ по совокупности преступлений окончательно назначить ФИО3 наказание в виде пожизненного лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии особого режима.

Срок отбывания наказания ФИО3 исчислять с 20 октября 2017 года, зачесть в этот срок время его содержания под стражей с 25 июня 2015 года по 19 октября 2017 года включительно.

Меру пресечения в отношении ФИО3 до вступления приговора суда в законную силу оставить прежней – в виде заключения под стражу.

ФИО4 признать виновной в совершении преступления, предусмотренного ч.4 ст.33 и п."з" ч.2 ст.105 УК РФ, за которое назначить ей наказание в виде лишения свободы на срок 15 (пятнадцать) лет в исправительной колонии общего режима с ограничением свободы на срок 1 (один) год с установлением ограничений: без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы, не изменять места жительства или пребывания, в котором она будет проживать или пребывать после отбытия наказания в виде лишения свободы; не выезжать за пределы муниципального образования, на территории которого она будет проживать или пребывать после отбытия наказания в виде лишения свободы; обязать ФИО4 три раза в месяц являться для регистрации в специализированный государственный орган, осуществляющий надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы.

Срок отбывания наказания в виде лишения свободы ФИО4 исчислять с 20 октября 2017 года, зачесть в этот срок время ее содержания под стражей с 23 июня 2015 года по 19 октября 2017 года включительно.

Меру пресечения в отношении ФИО4 до вступления приговора суда в законную силу оставить прежней – в виде заключения под стражу.

ФИО5 признать виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.ч.4 и 5 ст.33 и п."з" ч.2 ст.105 УК РФ, за которое назначить ему наказание в виде лишения свободы на срок 8 (восемь) лет в исправительной колонии строгого режима с ограничением свободы на срок 1 (один) год с установлением ограничений: без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы, не изменять места жительства или пребывания, в котором он будет проживать или пребывать после отбытия наказания в виде лишения свободы; не выезжать за пределы муниципального образования, на территории которого он будет проживать или пребывать после отбытия наказания в виде лишения свободы; обязать ФИО5 один раз в месяц являться для регистрации в специализированный государственный орган, осуществляющий надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы.

Срок отбывания наказания в виде лишения свободы ФИО5 исчислять с 20 октября 2017 года, зачесть в этот срок время его содержания под стражей с 7 октября 2015 года по 19 октября 2017 года включительно.

Меру пресечения в отношении ФИО5 до вступления приговора суда в законную силу оставить прежней – в виде заключения под стражу.

Взыскать с ФИО3 в доход федерального бюджета процессуальные издержки в виде сумм, выплаченных адвокату за оказание юридической помощи в ходе судебного разбирательства, потерпевшей и свидетелям на покрытие расходов, связанных с явкой к месту судебного разбирательства, израсходованных на производство судебной экспертизы в экспертном учреждении, в размере 80 846 (восемьдесят тысяч восемьсот сорок шесть) рублей 60 копеек.

Взыскать с ФИО4 в доход федерального бюджета процессуальные издержки в виде сумм, выплаченных потерпевшей и свидетелям на покрытие расходов, связанных с явкой к месту судебного разбирательства, в размере 4 646 рублей (четыре тысячи шестьсот сорок шесть) рублей 60 копеек.

Остальные процессуальные издержки отнести за счет средств федерального бюджета.

Вещественные доказательства по уголовному делу:

- хранящиеся в камере хранения вещественных доказательств следственного управления Следственного комитета России по ****: два марлевых тампона со следами крови; три части ноутбука «DELL Inspirion 3542» и жесткий диск к нему; книжку беременной К. С.П. с вложенными в нее документами – уничтожить; ежедневник и системный блок ФИО4 – вернуть владельцу ФИО4 или указанному ею представителю; мобильный телефон Sony C6603 XPERIA Z – вернуть владельцу М.М.О. или указанному им представителю;

- хранящиеся при уголовном деле: 5 компакт-дисков с информацией с сотового телефона Sony C6603 XPERIA Z, 2 компакт-диска с видеозаписями с камер видеонаблюдения **** и ****»; 4 компакт–диска с детализированными сведениями мобильных телефонов – оставить при уголовном деле;

- хранящиеся в ФПГТ ЭКЦ МВД России 2 гильзы и 4 пули – оставить в распоряжении МВД России.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Верховный Суд Российской Федерации через Владимирский областной суд в течение 10 суток со дня его провозглашения, а осужденными – в тот же срок со дня вручения им копии приговора.

В случае подачи апелляционной жалобы осужденные вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции.

Председательствующий П.М. Сенин