Апелляционное постановление № 22-1157/2021 от 6 мая 2021 г. по делу № 1-138/2021

Судья Хабаров Н.В. Дело №22-1157/2021


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Томск 06 мая 2021 года

Томский областной суд в составе:

председательствующего Ильиной Е.Ю.

при ведении протокола помощником судьи К.,

с участием: прокурора Милютина Д.И.,

подсудимых М., М., М., М.,

адвокатов Имыкшенова В.К. в защиту интересов подсудимого М.,

адвоката Валеева М.Т., Коптякова С.Н. в защиту интересов подсудимого М.,

адвоката Кахиева P.M. в защиту интересов подсудимого М.,

адвоката Саркисова В.И. в защиту интересов подсудимого М.,

рассмотрел в открытом судебном заседании материалы дела по апелляционным жалобам адвокатов Качесовой Г.А. и Бушманова И.Б. в защиту интересов подсудимого М., адвоката Валеева М.Т. в защиту интересов подсудимого М., адвоката Саркисова В.И. в защиту интересов подсудимого М., адвоката Музеника В.Ю. в защиту интересов подсудимого М. на постановление Советского районного суда г. Томска от 12 апреля 2021 года, которым в отношении

М., /__/, ранее не судимого, обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 33, ч. 2 ст. 213, ч. 3 ст. 33, п. «г,д» ч. 2 ст. 112 УК РФ,

М., /__/, ранее не судимого, обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных ч. 2 ст. 213, п. «г,д» ч. 2 ст. 112 УК РФ,

М., /__/, ранее не судимого, обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных ч. 2 ст. 213, п. «г,д» ч. 2 ст. 112 УК РФ,

М., /__/, ранее не судимого, обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных ч. 2 ст. 213, п. «г,д» ч. 2 ст. 112 УК РФ,

продлен срок содержания под стражей на 03 месяца, а всего до 09 месяцев, то есть до 13 июля 2021 года с содержанием их в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Томской области.

Изучив материалы дела, заслушав выступления подсудимых М., М., М., М. и их защитников – адвокатов Имыкшенова В.К., Коптякова С.Н., Валеева М.Т., Кахиева P.M., Саркисова В.И., поддержавших доводы апелляционных жалоб, мнение прокурора Милютина Д.И., полагавшего необходимым судебное решение оставить без изменения, суд апелляционной инстанции

УСТАНОВИЛ:

органами предварительного расследования М. обвиняется в совершении преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 33, ч. 2 ст. 213, ч. 3 ст. 33, п. «г,д» ч. 2 ст. 112 УК РФ, М., М. и М. обвиняются в совершении преступлений, предусмотренных ч. 2 ст. 213, п. «г,д» ч. 2 ст. 112 УК РФ.

В ходе расследования данного уголовного дела в отношении подсудимых судом была избрана мера пресечения в виде заключения под стражу.

13.10.2020 уголовное дело в отношении М., М., М., М. поступило в Советский районный суд г. Томска.

Постановлением Советского районного суда г. Томска от 26.10.2020 срок содержания под стражей М., М., М. и М. был продлен на 06 месяцев, то есть до 13.04.2021.

В ходе рассмотрения уголовного дела государственным обвинителем заявлено ходатайство об оставлении подсудимым М., М., М., М. меры пресечения в виде содержания под стражей на период судебного разбирательства без изменения, поскольку обстоятельства, послужившие основанием для её избрания, не изменились.

Защитники Музеник В.Ю. и Качесова Г.А. заявили ходатайства об изменении меры пресечения в отношении М. и М. на более мягкую, не связанную с изоляцией от общества.

Постановлением Советского районного суда г. Томска от 12.04.2021 мера пресечения в виде содержания под стражей в отношении М., М., М., М. продлена на 03 месяца, всего до 09 месяцев, то есть до 13 июля 2021 года. В удовлетворении ходатайств защитников об изменении меры пресечения отказано.

В апелляционной жалобе адвокат Качесова Г.А. в защиту интересов подсудимого М. выражает несогласие с постановлением, считает его несправедливым чрезмерным, достаточными и достоверными доказательствами не подтвержденным и подлежащим отмене.

В обоснование своих доводом ссылается на положения уголовно-процессуального закона и постановления Пленума Верховного Суда РФ от 19.12.2013 № 41 «О практике применения судами законодательства о мерах пресечения» и определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ от 19.03.2020 № 72-УД20-1.

Указывает, что М. имеет постоянное место жительства на территории РФ, в частности в /__/, удостоверяющие документы находятся в СИЗО, ранее избранную меру пресечения не нарушал, не скрывался и не намерен скрываться, свою причастность к инкриминируемому преступлению и вину признал частично, искренне раскаялся, после совершения преступления его усилия были направлены на снижение общественной опасности совершенного деяния, загладил причиненный потерпевшему З. вред и принес письменный извинения, которые потерпевший принял, родственники М., по его просьбе, возместили потерпевшему моральный вред и материальный ущерб на условиях последнего, что подтверждает З., который не считает М. опасным для себя и для общества и, соответственно, полагает возможным изменение подсудимому меры пресечения на более мягкую.

Считает, что совокупность данных обстоятельств свидетельствует о том, что М. после совершения преступления встал на путь исправления, в связи с чем снизилась общественная опасность совершенного им деяния.

Кроме того указывает, что М. был трудоустроен, с 2017 года года занимал руководящую должность, по месту работы и жительства характеризуется положительно, адаптирован в трудовом коллективе, имеет прочные социальные связи, активно занимается благотворительностью, имеет благодарственные письма, копии которых приобщены к материалам дела, ранее не судим, уголовное преследование в отношении него возбуждено впервые, на специализированных учетах не состоит, до и после 14.06.2020 преступной деятельностью не занимался. На дату избрания меры пресечения М. имел на содержании малолетнего ребенка и /__/ жену, /__/ у него родился ребенок, гражданская супруга находится в отпуске по уходу за ребенком. В связи с арестом, М. лишен возможности заботиться о детях, выполнять родительские обязанности, предусмотренные Конституцией РФ. При изменении меры пресечения на домашний арест, находясь с семьей, он сможет обеспечить малолетних детей, полноценно заботиться о них, воспитывать и развивать.

Обращает внимание, что М. крайне заинтересован в установлении истины по делу, оказывает содействие следствию, а именно: от дачи показаний не отказывался, отвечал на все вопросы следователя, суда, показания на предварительном следствии давал правдивые, подробные, последовательные, логичные. С места преступления М. не скрывался, добровольно по звонку сотрудника явился в СЧ СУ УМВД России по Томской области, также добровольно выдал требуемые предметы в рамках осмотра, при задержании какого-либо сопротивления, в том числе с целью сокрытия, не оказывал, на дополнительном допросе 06.08.2020 заявил, что готов подтвердить свои показания с использованием полиграфа, и данный факт зафиксирован в протоколе допроса обвиняемого.

Отмечает, что наличие у М. гражданства РФ, наряду с гражданством иного государства, не может рассматриваться как основание для продления меры пресечения в виде содержания под стражей согласно ст. 6, 62 Конституции РФ, ст. 36 Венской конвенции о консульских сношениях 1963 года.

Утверждает, что М. не имеет желания и возможности скрыться от суда, поскольку, учитывая запреты, предусмотренные ст. 24 Федерального закона от 15.05.1996 № 114-ФЗ «О порядке выезда из Российской Федерации и въезда», 21.08.2020, 27.08.2020 он передал в материалы дела паспорт РФ, заграничный паспорт РФ, паспорт /__/, что подтверждается соответствующими документами. Безосновательное вменение М. возможности скрыться от следствия или суда, продолжить преступную деятельность без объективных доказательств является нарушением презумпции невиновности, предусмотренной ст. 14 УПК РФ, ст. 49 Конституции РФ.

Приводит положения ч.1 ст. 107 УПК РФ, постановление Правительства РФ от 23.04.2012 № 360, п. 18 Порядка обеспечения контроля за нахождением лица, в отношении которого избрана мера пресечения в виде домашнего ареста, отмечает, что М. имеет постоянную регистрацию в квартире по месту жительства по адресу: /__/, собственником которой является мать обвиняемого-Р. 02.07.2020 она дала нотариально заверенное согласие на исполнение М. меры пресечения в виде домашнего ареста в указанном жилом помещении.

Полагает, что мера пресечения в виде домашнего ареста отвечает целям завершения судебного следствия, принципам гуманности и справедливости.

Просит постановление отменить, изменить М. меру пресечения на домашний арест.

В апелляционной жалобе адвокат Бушманов И.Б. в защиту интересов подсудимого М. вынесенное судебное решение считает необоснованным, несправедливым, не соответствующим ст. 7 УПК РФ.

Отмечает, что приведенные в судебном решении обоснования продления М. меры пресечения основаны на формальных предположениях, в частности о возможности подзащитным совершить те или иные действия, недопустимые для процесса судопроизводства, а также на данной стадии излишней оценке обстоятельств вмененных деяний и приведения голословных доводов потерпевшего, не имеющих никаких подтверждений.

Указывает, что суд не обсудил возможность применения в отношении его подзащитного иной меры пресечения, хотя основания для избрания более мягкой меры пресечения имелись. Утверждение прокурора о том, что основания, послужившие к избранию меры пресечения в отношении М., не изменились, голословно, что было проигнорировано судом. Суд не дал оценки доводам стороны защиты о прекращении производства по делу и возвращении уголовного дела прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ, о наличии существенный нарушений процессуального закона, а также прав лиц, привлекаемых к уголовной ответственности, в отношении которых не были возбуждены уголовные дела, а также о несоответствии обвинительного заключения требованиям ст. 7 УПК РФ. Требования статей 1, 7, 9-11, 99 УПК РФ судом были нарушены.

Кроме этого обращает внимание, на допущенную по делу волокиту.

Просит постановление изменить, избрать в отношении М. одну из мер пресечения, предусмотренную ст. 102, 105.1-107 УПК РФ.

В апелляционной жалобе адвокат Валеев М.Т. выражает несогласие с постановлением в части продления меры пресечения в виде содержания под стражей в отношении М.

Указывает, что вопреки требованиям п. 3 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 19.12.2019 № 41 «О практике применения судами законодательства о мерах пресечения в виде заключения под стражу, домашнего ареста и залога» суд в обжалуемом постановлении не обсудил и не обосновал невозможность применения более мягкой меры пресечения, не сослался на достаточные данные позволяющие полагать, что обвиняемый скроется от правосудия, может продолжить заниматься преступной деятельностью, либо может угрожать свидетелям, иным участникам уголовного судопроизводства, уничтожить доказательства или иным путем воспрепятствовать производству по уголовному делу.

Считает, что суд, допустив нарушение презумпции невиновности, неправомерно в обоснование продления меры пресечения сослался на пояснения потерпевшего и его представителя об уничтожении его имущества, поскольку М. никакого отношения к уничтожению имущества потерпевшего не имеет, в момент совершения преступления он находился в СИЗО-1 УФСИН России по Томской области, лица, причастные к такому уничтожению, со слов представителя потерпевшего, не установлены, обвинение никому не предъявлено. Неправомерна, по мнению защитника, и ссылка на изъятые травматическое оружие и боеприпасы, так как в материалах дела находятся документы, подтверждающие правомерность их хранения, совершение преступления с применением оружия М. не вменяется.

Отмечает, что описываемые судом в обоснование обжалуемого постановления обстоятельства - место совершения преступления, способ, возможная роль в инкриминируемых преступлениях, имеют отношение к вменяемому преступлению, а не к тому, есть ли в настоящее время, спустя десять месяцев после совершения преступления, основания для продления срока содержания под стражей. Наличие у М. информации о месте жительства потерпевшего не является следствием умышленного поиска соответствующих сведений, он и потерпевший живут в /__/ в одном и том же доме, поэтому информированность о месте жительства носит объективно «вынужденный» характер и сама по себе никак не свидетельствует о возможности угроз потерпевшему или свидетелям. При принятии обжалуемого решения довод государственного обвинителя о существовании риска возможного воздействия на свидетелей по уголовному делу был отклонен судом с указанием, что данный риск значительно снизился в связи с их допросом в суде и окончанием представления доказательств стороной обвинения.

Обращает внимание, что М. ранее не судим, имеет малолетних детей, постоянное место жительства и место работы, характеризуется положительно.

Просит постановление в отношении М. отменить, избрать ему меру пресечения в виде домашнего ареста, залога или запрета совершения определенных действий.

В апелляционной жалобе адвокат Саркисов В.И. выражает несогласие с постановлением в части продления меры пресечения в виде заключения под стражу в отношении М., считает его незаконным, необоснованным и подлежащим отмене.

В обоснование своей позиции ссылается на положения уголовно-процессуального закона, постановления Пленума Верховного Суда РФ № 41 от 19.12.2013 «О практике применения судами законодательства о мерах пресечения в виде заключения под стражу, домашнего ареста, залога и запрета определенных действий» и указывает, что каких-либо доказательств, подтверждающих наличие оснований для продления срока заключения под стражей, материалы уголовного дела, исследованные судом, не содержат. Решение о продлении срока содержания под стражей в отношении М. принято исключительно в связи с тяжестью предъявленного обвинения и криминологической характеристикой инкриминируемых М. деяний. При принятии обжалуемого решения судом не учтено изменение оснований для избрания меры пресечения, к которым в частности относится тот факт, что потерпевший и свидетели, указывавшие о наличии опасений относительно оказания на них давления со стороны подсудимых, в настоящее время допрошены, показания одного из свидетелей, в отношении которого были применены меры безопасности в виде сокрытия сведений о личных данных, признаны судом недопустимыми, сторона обвинения закончила стадию представления доказательств, представитель потерпевшего довёл до сведения суда позицию потерпевшего о том, что он не опасается подсудимого М. и просит суд изменить ему меру пресечения на не связанную с лишением свободы. Конкретные обстоятельства, в связи с которыми невозможно избрание в отношении М. более мягкой меры пресечения, в частности в виде домашнего ареста, залога или запрета определенных действий, в постановлении не указаны.

Кроме этого, ссылаясь на позицию Конституционного суда РФ о невозможности привлечения лица к уголовной ответственности в качестве подозреваемого и обвиняемого в связи с совершением преступления, по признакам которого уголовное дело не возбуждалось, приводит доводы о нарушении процессуальных прав подсудимого М., в том числе права на защиту, и незаконности его содержания под стражей, в связи с обвинением его в совершении преступления, предусмотренного ст. 213 УК РФ, уголовное дело по которой не возбуждалось.

Просит постановление в части продления меры пресечения в виде заключения под стражу в отношении М. отменить, избрать ему более мягкую меру пресечения.

В апелляционной жалобе адвокат Музеник В.Ю. выражает несогласие с постановлением в части продления меры пресечения в виде заключения под стражу в отношении М.

Указывает, что вывод суда о существовании риска продолжения преступной деятельности М. в отношении потерпевшего, так как у последнего произошло уничтожение имущества, и он связывает данные обстоятельства с его позицией по делу, основан на предположении, не конкретизирован, несостоятелен и опровергается исследованными по делу доказательствами. Аргументация защиты, что по состоянию на сегодняшний день все ключевые свидетели обвинения по делу допрошены, предположение о каком-либо возможном воздействии на них его подзащитным не основаны на реалиях либо иной конкретной оперативной информации, судом оставлена без должного внимания. Ни в ходе предварительного следствия, ни на стадии рассмотрения дела в суде не установлены обстоятельства, которые позволили бы реально и обоснованно предполагать о намерениях его подзащитного продолжить заниматься преступной деятельностью (которой он и ранее не занимался) или скрыться от суда. Возможность применения иных мер пресечения в соответствии с п. 3 Постановления Пленума Верховного суда РФ от 19.12.2013 № 41 «О практике применения судами законодательства о мерах пресечения в виде заключения под стражу, домашнего ареста и залога» судом в полной мере не исследована.

Обращает внимание, что М., является гражданином Российской Федерации, ранее не судим, к уголовной ответственности привлекается впервые, имеет постоянное место жительства и регистрацию в /__/, является представителем крупного бизнеса в /__/, женат, имеет прочные социальные связи, характеризуется исключительно с положительной стороны, в связи с чем лицом, представляющим общественную опасность, он не является. За период прошедший с момента возбуждения уголовного дела и до ареста, имея реальную возможность свободно перемещаться как в пределах Российской Федерации, так и покидать ее пределы, ни разу не выехал за пределы г. Томска и по первому требованию являлся в следственные органы. В целях недопущения его выезда за пределы г. Томска, а также за пределы Российской Федерации, органам следствия на ответственное хранение были сданы российский и заграничный паспорта М.

Данные факты в своей совокупности, по мнению защитника, свидетельствует о том, что обстоятельства, послужившие основаниями для принятия решения о продлении судом срока содержания под стражей, на сегодняшний день отпали и являются не актуальными.

Потерпевший З. еще на стадии предварительного следствия сделал заявление, что более не опасается возможности оказания на него и членов его семьи какого-либо давления и не возражает против изменения обвиняемым меры пресечения, выбранной ранее в виде заключения под стражу на более мягкую и гуманную, о чем указал в заявлении, направленном следователю. 12.04.2021 года при рассмотрении вопроса о продлении срока содержания под стражей представитель потерпевшего З. - адвокат Холодов А.В. заявил, что полагается в этом на усмотрение суда, так как М. не участвовал в причинении телесных повреждений, более того, он заявление о привлечении его к уголовной ответственности не подавал, остальными участниками конфликтной ситуации принесены извинения в связи с произошедшим, а также возмещен материальный ущерб и моральный вред, о чем в материалах уголовного дела имеется соответствующие расписки.

Считает, что судом оставлен без надлежащего внимания довод защиты о состоянии здоровья обвиняемого М.

Отмечает, что защита просила при решении вопроса о целесообразности продления срока содержания под стражей в обязательном порядке учитывать, что М. имеет ряд документально подтвержденных заболеваний, которые в рамках содержания в СИЗО начали обостряться в силу специфичности их течения, что может привести к необратимым последствиям. С целью подтверждения наличия указанных заболеваний и прогнозирование возможных последствий их течения, защитой было приобщено к материалам уголовного дела в судебном заседании заключение специалиста №2509/2020 от 28.09.2020, согласно выводам которого, для предотвращения негативных последствий (вплоть до наступления смерти) необходимо постоянное наблюдение у узких специалистов, исключение эмоционально-психологических нагрузок, что в условиях СИЗО представляется невозможным. При направлении в СИЗО у М. была выявлена односторонняя пневмония, наличие которой при поражении организма человека вирусом COVID 19, может привести к летальному исходу. А в силу замкнутого пространства следственного изолятора, вероятность заражения вирусом СОVID 19 значительно возрастает, потому как туда ежедневно поступают арестованные лица.

С учетом изложенного, делает вывод о том, что избранная М. мера пресечения в виде заключения под стражу не является исключительной, обстоятельства, послужившие основанием для избрания М. меры пресечения в виде заключения под стражу, на сегодняшний день отпали, изложенные выше доводы свидетельствуют о нецелесообразности дальнейшего его содержания под стражей.

В случае, если суд сочтет возможным изменить М., меру пресечения на домашний арест, просит установить его по адресу регистрации по адресу: /__/. Также указывает на готовность защиты предоставить денежный залог в размере 1 000 000 рублей.

Просит постановление о продлении М. меры пресечения в виде заключения под стражу отменить, избрать в отношении него иную, более мягкую меру пресечения в виде денежного залога в размере 1000000 рублей. При избрании меры пресечения в виде домашнего ареста, установить нахождение под домашним арестом по адресу /__/.

В возражениях на апелляционные жалобы адвокатов Музеника В.Ю., Валеева М.Т., Качесовой Г.А., Саркисова В.И. государственный обвинитель Еремин А.А. указывает на несостоятельность изложенных в них доводов, просит постановление суда оставить без изменения, а апелляционные жалобы – без удовлетворения.

Согласно ч. 2 ст. 255 УПК РФ, если заключение под стражу избрано подсудимому в качестве меры пресечения, то срок содержания его под стражей со дня поступления уголовного дела в суд и до вынесения приговора не может превышать 6 месяцев, за исключением случаев, предусмотренных ч. 3 ст. 255 УПК РФ. В соответствии с ч. 3 данной нормы суд, в производстве которого находится уголовное дело, по истечении 6 месяцев со дня поступления уголовного дела в суд вправе продлить срок содержания подсудимого под стражей. При этом продление срока содержания под стражей допускается только по уголовным делам о тяжких и особо тяжких преступлениях и каждый раз не более чем на 3 месяца.

При этом мера пресечения отменяется, когда в ней отпадает необходимость, или изменяется, когда изменяются основания для ее избрания, предусмотренные ст. 97, 99 УПК РФ.

Таким образом, принятое судом первой инстанции решение о продлении срока действия меры пресечения в виде заключения под стражу в отношении подсудимых не противоречит требованиям уголовно-процессуального закона.

Как следует из материалов дела, при принятии решения о продлении срока содержания под стражей суд первой инстанции учитывал сведения о том, что М., ранее не судим, женат, имеет социальные связи, постоянное место жительства и регистрацию, трудоустроен, характеризуется положительно, страдает рядом заболеваний; М. ранее не судим, имеет малолетних детей, постоянное место жительства и регистрацию, трудоустроен, характеризуется положительно, страдает рядом заболеваний; М. ранее не судим, имеет малолетних детей, постоянное место жительства и регистрацию, трудоустроен, характеризуется положительно; М. ранее не судим, женат, имеет малолетних детей, постоянное место жительства и регистрацию, трудоустроен, характеризуется положительно, однако данные обстоятельства, сами по себе, без учета других обстоятельств по делу, не являются безусловными основаниями для отмены или изменения меры пресечения на иную, более мягкую.

Разрешая вопрос о продлении М., М., М., М. меры пресечения в виде заключения под стражей, суд обоснованно исходил из того, что они обвиняются в совершении двух групповых преступлений, в том числе тяжкого, наказание за которое предусмотрено до семи лет лишения свободы, при этом, М. обвиняется в организации указанных преступлений. Кроме того, М. после избрания меры пресечения в виде запрета определенных действий по вызову суда не явился, объявлялся в розыск; М. имеет гражданство иностранного государства (/__/). С учетом характера и конкретных обстоятельств инкриминируемых подсудимым деяний, данных о личности, суд пришел к обоснованному выводу о наличии оснований полагать, что, находясь на свободе, они могут продолжить заниматься преступной деятельностью в отношении потерпевшего, опасаясь возможного наказания в виде лишения свободы, скрыться от суда, располагая для этого реальной возможностью, воспрепятствовать производству по делу. А доводы жалоб об обратном, о незаконности и необоснованности принятого решения являются несостоятельными.

Доводы апелляционных жалоб о том, что в основу постановления положена только тяжесть инкриминируемого деяния, являются несостоятельными, поскольку из представленных материалов видно, что судья принял во внимание это обстоятельство в совокупности с иными данными, исследованными в судебном заседании, учел положения ст. ст. 97, 99 УПК РФ.

Само по себе нахождение дела на рассмотрении по существу, и тот факт, что все свидетели обвинения допрошены, как на это обращается внимание в доводах жалобы, не является основанием для изменения меры пресечения и не свидетельствует об изменении оснований и обстоятельств, предусмотренных ст. ст. 97, 99 УПК РФ, поскольку производство по уголовному делу не завершено и не прекращено.

При этом следует отметить, что на данной стадии суд апелляционной инстанции не проверяет вопросы обоснованности предъявленного обвинения, правильности квалификации действий подсудимых, а также вопросы виновности или невиновности подсудимых, поскольку указанные вопросы разрешаются судом при рассмотрении дела по существу.

Доводы жалоб адвокатов относительно вопросов о прекращении уголовного дела, о возврате уголовного дела прокурору, не подлежат рассмотрению в рамках данного материала. Указанные доводы могут быть заявлены адвокатами при рассмотрении уголовного дела по существу, и решения по ним могут быть обжалованы одновременно с итоговым решением по делу.

Вопреки доводам апелляционных жалоб, судом при вынесении решения были исследованы все сведения о личности подсудимых, их характеризующие материалы, другие имеющие значение обстоятельства.

Позиция потерпевшего, а также факт возмещения ему причиненного возможным преступлением вреда, принесение извинений, на что ссылается сторона защита, само по себе не является основанием для изменения меры пресечения, не свидетельствует об отсутствии оснований, предусмотренных ст. 97 УПК РФ, а лишь учитывается судом при разрешении вопроса о мере пресечения.

Сведений о наличии у подсудимых заболеваний, входящих в перечень тяжелых заболеваний, препятствующих содержанию под стражей подозреваемых или обвиняемых в совершении преступлений, утвержденный постановлением Правительства РФ от 14.01.2011 № 3, в материалах дела не содержится, суду первой и апелляционной инстанции не представлено.

А наличие у подсудимых М. и М. иных заболеваний, безусловными, т.е. без учета всех обстоятельств дела, основаниями для отмены или изменения ранее избранной меры пресечения не являются.

Ссылка в постановлении на мнение потерпевшего относительно того, что потерпевший связывает уничтожение его имущества с позицией по делу; на возможную роль подсудимых в инкриминируемых им преступлениях по версии предварительного следствия; на то, что при избрании меры пресечения учитывалось изъятие по месту жительства и в автомобиле М. травматического оружия и боеприпасов не свидетельствует о нарушении судом требований закона и не является основанием для отмены или изменения постановления суда.

Вопреки доводам, содержащимся в апелляционных жалобах, судом надлежащим образом мотивирована невозможность применения иной, более мягкой меры пресечения, что следует из текста обжалуемого постановления.

Из представленных материалов волокита по делу не усматривается. Возможная причастность подсудимых к инкриминируемым деяниям, представленными материалами дела подтверждается.

Судебное разбирательство проведено в соответствие с требованиями уголовно-процессуального закона, с соблюдением всех принципов судопроизводства, в том числе, состязательности и равноправия сторон, права на защиту, презумпции невиновности. Судом первой инстанции не допущено каких-либо нарушений требований уголовно-процессуального закона, которые путем лишения или ограничения гарантированных УПК РФ прав участников уголовного судопроизводства, несоблюдения процедуры судопроизводства или иным путем повлияли или могли повлиять на вынесение законного и обоснованного судебного решения.

При таких обстоятельствах, изложенные в апелляционной жалобе доводы, не свидетельствуют о незаконности или необоснованности принятого судом решения, и не являются основанием для отмены или изменения меры пресечения.

Исходя из изложенного выше, достаточных оснований для изменения меры пресечения на иную, более мягкую, в том числе домашний арест, запрет определенных действий, залог, подписку о невыезде и надлежащем поведении, с учетом предъявленного обвинения и данных о личности М., М., М., М., суд апелляционной инстанции также не усматривает.

Нарушений уголовно-процессуального закона, а также разъяснений Пленумов ВС РФ, положений Конституционного Суда РФ, влекущих отмену или изменение постановления суда, не допущено. Постановление суда отвечает требованиям ч. 4 ст. 7 УПК РФ, основано на данных, содержащихся в материалах дела.

При изложенных обстоятельствах, оснований для отмены или изменения постановления суда, не имеется.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 389.13, 389.20, 389.28 УПК РФ, суд

П О С Т А Н О В И Л:

постановление Советского районного суда г. Томска от 12 апреля 2021 года о продлении срока содержания под стражей в отношении М., М., М., М. оставить без изменения, апелляционные жалобы адвокатов Качесовой Г.А., Бушманова И.Б., Валеева М.Т., Саркисова В.И., Музеника В.Ю. - без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции в порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ.

Судья