Апелляционное постановление № 22-1025/2025 от 27 марта 2025 г.

Судья Новоселова И.М. Дело № 22-1025/2025


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г.Барнаул 28 марта 2025 года

Суд апелляционной инстанции Алтайского краевого суда в составе:

председательствующего Гартман И.В.,

при помощнике судьи Юст С.С.,

с участием прокурора Ильиных С.А.,

адвоката Каньшина А.С.,

осужденного ФИО1,

потерпевшего ФИО2,

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционной жалобе адвоката Каньшина А.С. и дополнению к ней осужденного ФИО1 на приговор Бийского городского суда Алтайского края от 15 января 2025 года, которым

ФИО1, родившийся ДД.ММ.ГГ в <адрес> Алтайского края, несудимый,

осужден по п.«а» ч.2 ст.264 УК РФ к 3 годам лишения свободы.

В соответствии с ч.2 ст.53.1 УК РФ наказание в виде 3 лет лишения свободы заменено принудительными работами сроком на 3 года с удержанием из заработной платы осужденного 10% в доход государства, перечисляемых на счет соответствующего территориального органа уголовно-исполнительной системы, с отбыванием наказания в месте, определяемом учреждениями и органами уголовно-исполнительной системы, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, на срок 2 года.

Решен вопрос об исчислении срока наказания, порядке следования к месту отбывания наказания в виде принудительных работ, мере пресечения, судьбе вещественных доказательств.

Изложив содержание приговора, существо апелляционной жалобы адвоката и дополнений к ней осужденного, возражений прокурора, выслушав участников процесса, суд апелляционной инстанции

УСТАНОВИЛ:

приговором суда ФИО1 признан виновным в том, что, управляя технически исправным автомобилем «LEXUS RX 300», г.р.з. ***, в состоянии опьянения, нарушил правила дорожного движения, что повлекло столкновение с припаркованным автомобилем, в результате произошедшего дорожно-транспортного происшествия пассажиром автомобиля под управлением ФИО1 получены телесные повреждения, причинившие тяжкий вред здоровью.

Преступление совершено в период времени с 04 часов 20 минут до 04 часов 45 минут ДД.ММ.ГГ в <адрес> Алтайского края при обстоятельствах, установленных судом и подробно изложенных в приговоре.

В судебном заседании ФИО1 вину признал частично.

В апелляционной жалобе адвокат Каньшин А.С., выражая несогласие с приговором суда, указывает на несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела. Анализируя выводы заключения эксперта №1038, показания эксперта Р., подсудимого ФИО1 и потерпевшего И., делает вывод о возможности получения И. части травм, в том числе в виде перелома ребер, не в результате ДТП, а при иных обстоятельствах, что подтверждается медицинскими документами, в которых зафиксированы характер и динамика травм без указания на прямую их связь с действиями ФИО1 Ссылаясь на положения ст. 49 Конституции РФ, ст. 14 УПК РФ, указывает, что постановление приговора, основанного на предположениях, свидетельствует о допущенном нарушении принципов правосудия и основ уголовного права. Просит приговор суда отменить, ФИО1 оправдать.

В дополнении к апелляционной жалобе адвоката осужденный ФИО1, анализируя содержание приговора, указывает, что выводы суда относительно нахождения его в состоянии опьянения противоречат фактическим обстоятельствам дела, содержание видеозаписи судом искажено в интересах следствия. Ссылаясь на разъяснения Верховного Суда РФ относительно установления факта употребления лицом, управляющим транспортным средством, веществ, вызывающих алкогольное опьянение, по уголовным делам о преступлениях соответствующей категории, пункты Правил дорожного движения РФ, положения Федерального закона «О безопасности дорожного движения», нормы КоАП РФ, предусматривающие обязанность водителя транспортного средства проходить освидетельствование и медицинское освидетельствование на состояние опьянения по требованию уполномоченных должностных лиц в порядке, установленном Правительством РФ, а также ответственность за невыполнение водителем законного требования такого лица о прохождении медицинского освидетельствования на состояние опьянения, приводя собственную оценку протоколу направления на медицинское освидетельствование и видеозаписи, указывает на незаконность требования инспектора, который проигнорировав необходимость оказания ему медицинской помощи, нарушил порядок его направления на медицинское освидетельствование на состояние опьянения, что влечет недопустимость в качестве доказательства протокола о направлении на медицинское освидетельствование. Отрицая свой отказ от прохождения медицинского освидетельствования, отмечает, что не смог выполнить незаконное требование инспектора, поскольку нуждался в оказании первой медицинской помощи. Указывает, что был лишен возможности прохождения медицинского освидетельствования в предусмотренном законом порядке, чем нарушены его права, что свидетельствует об отсутствии в его действиях состава административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.26 КоАП РФ, в связи с чем дело подлежит рассмотрению без учета его отказа от прохождения медицинского освидетельствования на состояние алкогольного опьянения. Кроме того, указывает на нарушение судом его права на защиту, в связи с необоснованным отказом в допуске в качестве защитника П1., не являющегося адвокатом, но имеющего высшее юридическое образование и удостоверение члена «Общественной палаты Республики Алтай», что свидетельствует о наличии у него необходимой квалификации для защиты, обращая внимание на отсутствие предусмотренных ст. 72 УПК РФ оснований. Просит приговор суда отменить, освободив его от уголовной ответственности.

В возражениях старший помощник прокурора г. Бийска Качура М.В. просит приговор суда оставить без изменения, апелляционную жалобу адвоката и дополнение к ней осужденного – без удовлетворения.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы адвоката и дополнений к ней осужденного, возражений прокурора, суд апелляционной инстанции принимает следующее решение.

Выводы суда о виновности ФИО1 в совершении указанного в приговоре преступления соответствуют установленным по делу фактическим обстоятельствам, основаны на проверенных в судебном заседании доказательствах, содержание которых в приговоре раскрыто. Данные выводы подтверждаются:

показаниями осужденного ФИО1 в той части, где он не отрицал факта дорожно-транспортного происшествия при управлении им автомобилем с превышением допустимой скорости, не оспаривал отказ от прохождения медицинского освидетельствования;

показаниями потерпевшего И., из которых следует, что ДД.ММ.ГГ ФИО1, от которого исходил запах алкоголя, нанес ему удары в область головы сзади, в том числе по уху, после чего отвез в больницу, где он был осмотрен. Возвращаясь из больницы домой, они с ФИО1 по дороге выпили пиво. ФИО1 управлял автомобилем «Лексус RX300», за ними двигались сотрудники ДПС, которые требовали совершить остановку, но ФИО1 увеличил скорость, совершил наезд на искусственную неровность, от чего автомобиль съехал с проезжей части на грунтовую дорогу, их подбрасывало, он неоднократно ударялся головой, руками, спиной о разные детали салона, от чего испытывал сильную физическую боль, произошло столкновение с припаркованным автомобилем, в результате чего он ударился и потерял сознание;

показаниями свидетеля П., проснувшегося от звука удара и увидевшего, что в его автомобиль врезался автомобиль черного цвета, из которого сотрудники ГИБДД вытащили водителя, речь которого была несвязной; в автомобиле также находился мужчина, лицо которого было в крови, руки – в неестественном положении, указанный мужчина был госпитализирован;

показаниями свидетелей В., К. – инспекторов ДПС, согласно которым ДД.ММ.ГГ около 04 часов они увидели около автомобиля «Лексус» двух мужчин с внешними признаками опьянения. Через некоторое время указанный автомобиль начал движение, приблизившись, они по громкой связи высказали требование об остановке, но водитель, увеличив скорость, продолжил движение, съехал с проезжей части на грунтовую дорогу, автомобиль в связи с высокой скоростью подпрыгивал на выбоинах и ударялся о дорогу, после чего совершил наезд на припаркованный автомобиль. Водитель ФИО1 жалоб на состояние здоровья не высказал, у него имелись признаки опьянения - запах алкоголя изо рта, нарушение речи, неустойчивость позы. У пассажира были видимые повреждения, кровь на голове, вызвана бригада «скорой помощи», которая увезла пассажира. ФИО1 доставлен в отдел полиции, отстранен от управления транспортным средством при наличии явных признаков опьянения. ФИО1 с применением видеофиксации предложено пройти освидетельствование на состояние опьянения, он отказался, от прохождения медицинского освидетельствования на состояние опьянения он также отказался, как и от подписей в протоколах. При проведении названных действий ФИО1 начал просить о вызове «скорой помощи», но было видно, что он симулировал. После составления документов они вернулись с ФИО1 на место ДТП, где по его требованию вызвана «скорая помощь», ФИО1 отвезен в больницу, откуда ушел до оказания помощи;

показаниями эксперта Р., подтвердившей выводы судебно-медицинской экспертизы в отношении И., которые она основывала на изучении истории его болезни, содержащей данные о телесных повреждениях, их локализации во время его первичного обращения в день ДТП в медицинское учреждение, в том числе данные осмотра нейрохирургом и сведения, установленные КТ, а также при вторичном осмотре и повторной КТ головного мозга.

Приведенные показания объективно подтверждаются письменными и иными материалами уголовного дела:

протоколом осмотра места происшествия, в ходе которого зафиксирована обстановка на месте дорожно-транспортного происшествия, осмотрен участок проезжей части у <адрес> Алтайского края, изъят автомобиль, который осмотрен и приобщен к уголовному делу в качестве вещественного доказательства;

протоколом отстранения ФИО1 от управления транспортным средством при наличии достаточных оснований полагать, что он находился в состоянии опьянения: запах алкоголя изо рта, неустойчивость позы, нарушение речи, резкое изменение окраски кожных покровов лица;

актом, чеком, согласно которым ФИО1 отказался от освидетельствования на состояние алкогольного опьянения;

протоколом о направлении на медицинское освидетельствование на состояние опьянения, от прохождения которого ФИО1 отказался;

протоколом осмотра оптического диска с видеозаписью процедуры освидетельствования ФИО1 на состояние опьянения и направления его на медицинское освидетельствование на состояние опьянения, от прохождения которых он отказался, а также соответствующей воспроизведенной видеозаписью;

копией карты вызова скорой медицинской помощи, согласно которой в 06 часов 19 минут поступило сообщение о телесных повреждениях у ФИО1, у которого обнаружены клинические признаки опьянения - «запах алкоголя в выдыхаемом воздухе»;

заключением судебно- медицинской экспертизы № 1038 о наличии, характере, локализации, механизме и давности образования, степени тяжести обнаруженных у И. телесных повреждений;

заключением судебной автотехнической экспертизы № 5879 о техническом состоянии тормозной системы и рулевого управления автомобиля, обнаружении неисправности рулевого управления, возникшей в результате ДТП;

заключением судебной автотехнической экспертизы № 6100 о нарушении водителем автомобиля Правил дорожного движения РФ с указанием конкретных пунктов;

иными доказательствами, приведенными в приговоре.

Согласно требованиям ст.ст.17, 87, 88 УПК РФ суд дал надлежащую оценку всем представленным сторонами доказательствам с точки зрения их относимости, допустимости и достоверности, а в совокупности - достаточности для разрешения дела по существу. Мотивы принятого судом решения по результатам оценки доказательств приведены в соответствии с положениями ст. 307 УПК РФ с указанием, почему в обоснование решения о виновности осужденного судом приняты одни из них и отвергнуты другие, в частности, показания осужденного ФИО1, отрицающего как нахождение его в момент дорожно-транспортного происшествия в состоянии опьянения, так и отказ от прохождения медицинского освидетельствования.

Оснований не доверять принятым в качестве доказательств вины осужденного показаниям потерпевшего, свидетелей, эксперта у суда не имелось, поскольку они соответствуют фактическим обстоятельствам дела, установленным судом, являются последовательными, детальными, согласуются, как между собой, так и с иными доказательствами по делу. Объективных данных, указывающих на заинтересованность указанных лиц, предупрежденных об ответственности за дачу заведомо ложных показаний, в привлечении ФИО1 к уголовной ответственности, наличии у них оснований для оговора осужденного, судом первой инстанции не установлено. Каких-либо существенных противоречий по юридически значимым обстоятельствам в показаниях потерпевшего и свидетелей не имеется, а имевшиеся незначительные противоречия устранены судом первой инстанции путем оглашения их показаний, данных в ходе предварительного следствия, сопоставления их с иными доказательствами по делу.

Довод адвоката о получении потерпевшим тяжких телесных повреждений не в результате дорожно-транспортного происшествия, а при иных обстоятельствах, является необоснованным, поскольку опровергается принятыми в основу приговора показаниями потерпевшего, свидетелей, а также заключениями и показаниями судебно-медицинского эксперта, из которых следует, что телесные повреждения потерпевшего и механизм их получения соответствуют обстоятельствам произошедшего дорожно-транспортного происшествия. Наличие прямой причинной связи между непосредственными действиями ФИО1, выразившимися в нарушении п. 1.5 абз.1, п. 10.1 абз.1, п. 10.2 ПДД РФ, и наступившими последствиями в виде причинения тяжкого вреда здоровью И., судом установлено на основании совокупности представленных доказательств, правильность выводов суда первой инстанции сомнений у суда апелляционной инстанции не вызывает.

Пояснения потерпевшего И. в судебном заседании суда апелляционной инстанции о получении им телесных повреждений в результате падения на балконе подлежат критической оценке, поскольку они опровергаются как показаниями самого потерпевшего, данными на различных этапах производства по делу, так и совокупностью приведенных в приговоре иных доказательств, которые судом первой инстанции надлежаще оценены.

Доводы стороны защиты и осужденного об отсутствии квалифицирующего признака совершения преступления лицом, находящимся в состоянии опьянения, позиция ФИО1, оспаривающего законность порядка его направления на медицинское освидетельствование, а также отрицающего факт отказа от прохождения медицинского освидетельствования на состояние опьянения, являлись предметом проверки при рассмотрении дела судом первой инстанции и им в приговоре дана надлежащая оценка, с которой соглашается суд апелляционной инстанции.

Судом первой инстанции обоснованно установлено, что требования сотрудников ГИБДД о необходимости прохождения водителем ФИО1 медицинского освидетельствования на состояние опьянения являлись законными, поскольку имелись достаточные основания полагать, что он находился в состоянии опьянения, о чем свидетельствовали такие признаки, как запах алкоголя изо рта, неустойчивость позы, нарушение речи, резкое изменение окраски кожных покровов лица, а также, учитывая его отказ от прохождения освидетельствования на состояние опьянения.

Нарушений порядка направления ФИО1 на медицинское освидетельствование, как верно установлено судом, не допущено, оно осуществлялось в соответствии с правилами, утвержденными Правительством РФ, а отказ осужденного от медицинского освидетельствования зафиксирован должностным лицом, которому предоставлено право государственного надзора и контроля за безопасностью движения и эксплуатации транспорта, в протоколе о направлении на медицинское освидетельствование.

Вопреки доводам осужденного, суд первой инстанции обоснованно не усмотрел оснований для признания протокола направления на медицинское освидетельствование недопустимым доказательством. Указанный протокол составлен в соответствии с требованиями закона, а содержащиеся в нем сведения соответствуют иным доказательствам по делу – показаниям свидетелей В., К., содержанию просмотренной видеозаписи, согласно которой инспектор ГИБДД предложил ФИО1 пройти освидетельствование на состояние опьянения как на месте, так и в медицинском учреждении, но тот отказался, выразив отказ невербально. При этом суд апелляционной инстанции отмечает, что ФИО1 в ходе предварительного расследования не оспаривал факт отказа от медицинского освидетельствования на состояние опьянения, соответствующие доводы заявил лишь в ходе рассмотрения дела судом первой инстанции, которые верно оценены в приговоре как избранный способ защиты.

Доводы осужденного, изложенные в жалобе и в судебном заседании суда апелляционной инстанции, об отсутствии у него возможности пройти медицинское освидетельствование на состояние опьянения ввиду плохого самочувствия после ДТП также тщательно проверялись судом первой инстанции и убедительно отвергнуты в приговоре со ссылкой на показания свидетелей В., К., П., показания самого ФИО1 в ходе предварительного расследования, а также его действия по самовольному уходу из больницы, куда он был доставлен спустя непродолжительное время после отказа от прохождения медицинского освидетельствования. С мотивированными выводами суда первой инстанции суд апелляционной инстанции соглашается.

Исследованные судом доказательства свидетельствуют о том, что действия сотрудников полиции в отношении ФИО1 соответствовали предъявляемым к их деятельности требованиям закона и судом обоснованно признаны правомерными. Утверждения осужденного в апелляционной жалобе и в судебном заседании суда апелляционной инстанции о несогласии с действиями сотрудников ГИБДД нельзя признать состоятельными, они основаны на желании поставить полученные доказательства под сомнение и интерпретировать их в свою пользу.

Выводы суда об управлении осужденным автомобилем в инкриминируемый ему период в состоянии опьянения, с учетом установленных фактов отказа от прохождения медицинского освидетельствования, соответствуют примечанию 2 к ст. 264 УК РФ, согласно которому находящимся в состоянии опьянения признается в том числе лицо, управляющее транспортным средством и не выполнившее законного требования уполномоченного должностного лица о прохождении медицинского освидетельствования на состояние опьянения в порядке и на основаниях, предусмотренных законодательством Российской Федерации.

Таким образом, правильно установив фактические обстоятельства, суд обоснованно пришел к выводу о виновности ФИО1 и верно квалифицировал его действия по п. «а» ч. 2 ст. 264 УК РФ. Решение суда в данной части надлежаще мотивировано, соответствует положениям уголовного закона, в связи с чем оснований для оправдания ФИО1, на чем настаивает адвокат, не имеется.

Каких-либо процессуальных нарушений, которые повлекли бы отмену приговора, ни при производстве предварительного следствия по уголовному делу, ни в ходе судебного разбирательства, не усматривается, нарушений ст. 14 УПК РФ судом не допущено. Оснований говорить о необъективности судебного разбирательства, обвинительном уклоне, нарушении принципов уголовного судопроизводства, не имеется.

Суд апелляционной инстанции отмечает, что все доказательства, представленные сторонами, все доводы стороны защиты и осужденного в судебном заседании исследованы и получили надлежащую оценку в приговоре. Приведенные в жалобе и в судебном заседании суда апелляционной инстанции доводы фактически сводятся к переоценке доказательств по делу, оснований для которой не имеется. Несовпадение оценки доказательств, данной судом, с позицией стороны защиты, не свидетельствует о нарушении требований уголовно-процессуального закона и не является основанием для отмены постановленного приговора.

Судебное разбирательство по делу проведено с достаточной полнотой и соблюдением основополагающих принципов уголовного судопроизводства, в частности, состязательности и равноправия сторон. Все заявленные ходатайства разрешены судом в установленном законом порядке, по ним приняты мотивированные решения. Вопреки позиции осужденного, суд обоснованно отказал в удовлетворении его ходатайства о допуске в качестве защитника наряду с адвокатом иного лица, ввиду нецелесообразности, поскольку ФИО1 в ходе рассмотрения дела обеспечен квалифицированной юридической помощью в лице адвоката, с которым у него было заключено соглашение, а следовательно, нарушения прав осужденного на защиту допущено не было. При этом осужденным не представлено в обоснование своего ходатайства доказательств, что указанное им лицо при наличии юридического образования обладает необходимыми профессиональными навыками, соответствующим опытом участия в качестве защитника в уголовном судопроизводстве по делам, в том числе рассматриваемой категории. Принятое судом решение соответствует положениям ч. 2 ст. 49 УПК РФ, отвечает задачам правосудия и обязанности государства гарантировать каждому квалифицированную юридическую помощь, не противоречит требованиям закона, правовой позиции Конституционного Суда РФ, изложенной, в том числе в Определении от 11.07.2006 N 268-О, а также разъяснениям, приведенным в п. 11 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 30.06.2015 N 29 "О практике применения судами законодательства, обеспечивающего право на защиту в уголовном судопроизводстве".

Наказание осужденному назначено в соответствии со ст.ст. 6, 43, 60 УК РФ, с учетом характера и степени общественной опасности совершенного преступления, данных о личности виновного, наличия смягчающих и отсутствия отягчающих обстоятельств, а также влияния назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи.

Смягчающими наказание ФИО1 обстоятельствами признаны и должным образом учтены: полное признание вины, раскаяние в содеянном в ходе предварительного расследования и частичное - в ходе судебного заседания, <данные изъяты> Таким образом, судом учтены и те обстоятельства, на которые обращено внимание осужденным и адвокатом в судебном заседании суда апелляционной инстанции.

Сведений о наличии иных смягчающих обстоятельств, подлежащих обязательному учету при назначении наказания, в том числе предусмотренных п. "к" ч. 1 ст. 61 УК РФ, в материалах уголовного дела не содержится и судом первой инстанции мотивировано не установлено, с чем у суда апелляционной инстанции нет оснований не согласиться. Не свидетельствуют о наличии таких обстоятельств и пояснения потерпевшего в судебном заседании суда апелляционной инстанции об отсутствии у него претензий к осужденному, заглаживании последним вреда, поскольку И., пояснив лишь о достигнутом между ними примирении, не смог указать, в чем именно выразилось заглаживание вреда осужденным, помимо обстоятельств, установленных судом первой инстанции в приговоре. Кроме того, потерпевший в судебном заседании суда апелляционной инстанции, выражая несогласие с назначенным наказанием, указал, что оно будет препятствовать дальнейшему оказанию ему помощи со стороны ФИО1, в частности, в проведении операций, что, по мнению суда апелляционной инстанции, также не позволяет сделать вывод о полном возмещении потерпевшему вреда от преступления. Относительно мнения потерпевшего по вопросу о назначении наказания суд апелляционной инстанции отмечает, что оно не входит в число обстоятельств, которые суд в соответствии с законом (ст.ст. 60, 61 УК РФ) обязан учитывать при определении вида и размера наказания.

Отягчающих наказание обстоятельств не установлено.

Должным образом изучена и личность осужденного, что нашло соответствующее отражение в приговоре суда.

Выводы о назначении осужденному наказания в виде лишения свободы и его замене на основании ст.53.1 УК РФ принудительными работами, а также о назначении дополнительного наказания в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, надлежащим образом мотивированы. Назначенное наказание является справедливым, соразмерным содеянному и личности осужденного.

Сведений, исключающих возможность назначения ФИО1 наказания в виде принудительных работ в соответствии с ч.7 ст.53.1 УК РФ, не представлено.

Оснований для применения к наказанию в виде лишения свободы положений ст.73 УК РФ суд обоснованно не усмотрел, как и не нашел оснований для применения ч. 6 ст. 15 УК РФ, ст. 64 УК РФ, с чем соглашается и суд апелляционной инстанции.

Таким образом, суд принял во внимание все обстоятельства, подлежащие учету при определении вида и размера наказания, которое полностью отвечает требованиям индивидуализации и целям наказания, предусмотренным ст. 43 УК РФ, оснований для смягчения наказания суд апелляционной инстанции не находит.

При оценке доводов потерпевшего в судебном заседании суда апелляционной инстанции о прекращении уголовного дела в отношении ФИО1 в связи с примирением сторон суд апелляционной инстанции приходит к следующему выводу.

В соответствии со ст.25 УПК РФ суд вправе на основании заявления потерпевшего прекратить уголовное дело в отношении лица, обвиняемого в совершении преступления средней тяжести, в предусмотренных ст.76 УК РФ случаях, если это лицо примирилось с потерпевшим и загладило причиненный ему вред.

Согласно разъяснениям п.16 постановления Пленума Верховного Суда РФ №25 от 09.12.2008 «О судебной практике по делам о преступлениях, связанных с нарушением правил дорожного движения и эксплуатации транспортных средств, а также с их неправомерным завладением без цели хищения» прекращение за примирением сторон уголовного дела о преступлении, предусмотренном ч. 2 ст.264 УК РФ, является правом, а не обязанностью суда. При принятии такого решения суду надлежит всесторонне исследовать характер и степень общественной опасности содеянного, данные о личности подсудимого, иные обстоятельства дела; оценить соответствие принимаемого решения целям и задачам защиты прав и законных интересов личности, общества и государства.

Исходя из разъяснений п.9 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27.06.2013 №19 «О применении судами законодательства, регламентирующего основания и порядок освобождения от уголовной ответственности», при разрешении вопроса об освобождении лица от уголовной ответственности в связи с примирением с потерпевшим судам следует учитывать конкретные обстоятельства дела, включая особенности и число объектов преступного посягательства, их приоритет, изменение степени общественной опасности совершившего преступление лица после заглаживания вреда и примирения с потерпевшим, личность совершившего преступление. Аналогичную правовую позицию в своих решениях выражал и Конституционный Суд Российской Федерации, подчеркивая, что решение вопроса о прекращении уголовного дела в связи с примирением сторон зависит от конкретных обстоятельств дела, исследование и оценка которых являются прерогативой судов общей юрисдикции (Постановление от 31.01.2014 №1-П, Определения от 04.06.2007 №519-О-О, от 21.06.2011 №860-О-О, от 20.12.2018 №3405-О, от 10.02.2022 №188-О).

Как видно из материалов дела, в судебном заседании при рассмотрении дела судом первой инстанции потерпевшему И. разъяснялись права, в том числе право на примирение с подсудимым согласно ст.25 УПК РФ, о чем свидетельствует подписка (т.2 л.д.48); ходатайство о прекращении уголовного дела в связи с примирением сторон от него не поступало, напротив, И. пояснял о наличии материальных претензий к ФИО1, не подтвердив содержание имеющейся в материалах дела расписки о возмещении вреда.

Суд апелляционной инстанции, рассмотрев ходатайство потерпевшего о прекращении в отношении ФИО1 уголовного дела за примирением сторон, с учетом фактических обстоятельств совершенного преступления, его общественной опасности и данных о личности ФИО1, не усматривает оснований для удовлетворения ходатайства. Материалы дела не содержат и суду апелляционной инстанции не представлено достаточных данных, дающих основание для вывода о полном заглаживании причиненного общественным отношениям вреда, снижении степени общественной опасности совершившего преступление лица, при этом суд принимает во внимание характер допущенных ФИО1 нарушений Правил дорожного движения и то, что ранее он неоднократно привлекался к административной ответственности за правонарушения в сфере безопасности дорожного движения. Кроме того, как указано выше, заявленные в судебном заседании суда апелляционной инстанции доводы потерпевшего о том, что назначенное наказание воспрепятствует оказанию ему помощи со стороны ФИО1 в будущем, по мнению суда апелляционной инстанции также не позволяют сделать вывод о полном заглаживании И. причиненного преступлением вреда. Перечисленные обстоятельства, в силу своей значимости и социальной опасности, не позволяют освободить ФИО1 от уголовной ответственности, прекращение уголовного дела не будет соответствовать целям уголовного судопроизводства.

При таких обстоятельствах, оснований для отмены либо изменения приговора по доводам, изложенным в апелляционных жалобах, а также приведенным в судебном заседании суда апелляционной инстанции, не имеется.

Нарушений норм уголовно-процессуального закона, влекущих отмену приговора по делу не допущено.

Руководствуясь ст.ст. 389.13, 389.20, 389.28 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

приговор Бийского городского суда Алтайского края от 15 января 2025 года в отношении ФИО1 оставить без изменения, апелляционную жалобу адвоката и дополнение к ней осужденного - без удовлетворения.

Апелляционное постановление и приговор вступают в законную силу со дня вынесения апелляционного постановления и могут быть обжалованы в кассационном порядке в Судебную коллегию по уголовным делам Восьмого кассационного суда общей юрисдикции через суд первой инстанции, постановивший приговор, в течение 6 месяцев со дня вступления их в законную силу. В случае пропуска указанного срока или отказа в его восстановлении кассационная жалоба, представление подаются непосредственно в указанный суд кассационный инстанции.

Осужденный вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий И.В. Гартман