Приговор № 1-199/2023 1-8/2024 от 7 февраля 2024 г. по делу № 1-199/2023

61RS0019-01-2023-000725-63 Дело № 1-8/2024


ПРИГОВОР

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

8 февраля 2024 года г. Новочеркасск

Новочеркасский городской суд Ростовской области в составе:

председательствующего Хоптяр Е.Ю.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Бессоновой А.О.,

с участием

государственного обвинителя – старшего помощника прокурора г. Новочеркасска Слабинской В.А.,

потерпевшей С.С.С..,

подсудимого ФИО1,

защитника адвоката Цуканова Д.В.,

рассмотрев материалы уголовного дела в отношении

ФИО1, <данные изъяты>,

- содержащегося с 21 по 23 декабря 2022 года включительно - под стражей, с 24 декабря 2022 года по 7 февраля 2024 года включительно - под домашним арестом,

- обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 УК РФ,

установил:

в период с середины ноября 2017 года по 7 февраля 2018 года у ФИО1 возник умысел, направленный на хищение денежных средств, путем злоупотребления доверием, из корыстных побуждений, в целях незаконного материального обогащения.

Действуя умышленно, осознавая общественно-опасный характер своих действий, предвидя возможность наступления опасных последствий и желая их наступления, в целях реализации своего преступного умысла, ФИО1 разработал преступный план своих действий. В соответствии с планом ФИО1, обладая достоверными сведениями о взаимоотношениях между Т.Т.Т. (скончавшимся 11 декабря 2021 года) и <данные изъяты> по приобретению имущественного комплекса <данные изъяты> принадлежащего вышеуказанной организации, расположенного по адресу: <адрес>, используя полученные сведения, заранее приискал копию договора купли-продажи имущественного комплекса на аукционе, с условием о задатке от 30 ноября 2017 года, заключенного между Т.Т.Т. и <данные изъяты> в лице и.о. генерального директора Ф.Ф.Ф.. Согласно условиям цена данного договора составляла 79 344 000 рублей, в том числе НДС – 18% в размере 11 920 271 рубль 23 копейки. Будучи осведомленным о произведенном по условиям договора задатке в размере 2 479 500 рублей, внесенным Т.Т.Т.., и необходимостью оплаты оставшейся суммы договора в размере 76 864 500 рублей, которая согласно договору должна быть произведена Т.Т.Т.. в течение 10 рабочих дней с момента подписания договора путем перечисления денежных средств на расчетный счет <данные изъяты> зная об имущественном положении Д.Д.Д.. и его финансовых возможностях, сообщил последнему заведомо ложные сведения о необходимости займа якобы недостающей суммы денежных средств в размере 8 000 000 рублей для завершения сделки купли-продажи и последующей продажи приобретаемого имущественного комплекса по более высокой цене с целью извлечения прибыли. При этом в действительности не имел намерений выполнять свои действия по приобретению имущества <данные изъяты> тем самым ввел Д.Д.Д.. в заблуждение.

В период с ноября 2017 года по 7 февраля 2018 года ФИО1, реализуя свои преступные намерения, действуя умышленно, в ходе не менее двух личных встреч с Д.Д.Д.., продолжая вводить его в заблуждение, убедил последнего в необходимости займа денежных средств в размере 8 000 000 рублей между физическими лицами с целью инвестирования договора купли-продажи имущественного комплекса <данные изъяты> с целью последующей реализации приобретенного имущества по более высокой цене для извлечения прибыли.

Д.Д.Д.., будучи введенным в заблуждение относительно истинных намерений ФИО1, не позднее 7 февраля 2018 года, сообщил полученные от ФИО1 сведения своей супруге С.С.С.

Затем, 7 февраля 2018 года ФИО1, продолжая реализовывать свои преступные намерения, прибыл на личную встречу с Д.Д.Д. и С.С.С. в помещение отделения АО «ВТБ 24», расположенного по адресу: <адрес>, где в ходе беседы, не намереваясь исполнять условия договоренности с Д.Д.Д. заверил последнего и его супругу в необходимости займа денежных средств между физическими лицами для инвестирования приобретения имущественного комплекса <данные изъяты> и извлечения материальной выгоды от продажи указанного объекта. С.С.С.., будучи введенной в заблуждение относительной истинных намерений ФИО1, находясь по указанному выше адресу, произвела операцию по снятию принадлежащих ей наличных денежных средств в размере 8 000 000 рублей с оформленного на ее имя расчетного счета АО «ВТБ 24», после чего в присутствии Ш.Ш.Ш.., Б.Б.Б.., а также Д.Д.Д.. передала указанную сумму денежных средств ФИО1, что подтверждается долговой распиской от 7 февраля 2018 года, составленной между ними, согласно условий которой ФИО1 обязуется вернуть денежные средства в размере 8 800 000 рублей, из которых 8 000 000 рублей - сумма основного долга, а 800 000 рублей – проценты за пользование чужими деньгами за 2 месяца, в течение 2 месяцев с момента передачи денежных средств, то есть не позднее 7 апреля 2018 года, которые ФИО1 в действительности не намеревался исполнять.

Продолжая реализовывать свой преступный умысел, ФИО1 В.А, получив от С.С.С. денежные средства, не имея намерений указанные денежные средства использовать в качестве инвестиций для приобретения имущественного комплекса <данные изъяты>, распорядился ими по своему усмотрению, а именно: в период с 7 по 9 февраля 2018 года возместил имеющиеся у него задолженности, а также внес часть денежных средств на расчетный счет ООО «ВС Менеджмент», где являлся директором.

Далее ФИО1, продолжая реализовывать свой преступный план, с целью сокрытия своих преступных действий, и придания им видимости гражданско-правовых отношений, в апреле 2018 года при личной встрече с Д.Д.Д. на территории <адрес> передал последнему денежные средства в размере 400 000 рублей, якобы в качестве возврата части долга.

Впоследствии ФИО1, продолжая вводить в заблуждение Д.Д.Д. и С.С.С. относительно своих истинных преступных намерений, в конце июля 2018 года предоставил Д.Д.Д. и С.С.С. заведомо подложную копию информационного письма <данные изъяты> от 28 июля 2018 года на имя Ф.Ф.Ф. о финансировании <данные изъяты> где ФИО1 является директором, ценной бумагой «Депозитный сертификат» номинальным выражением 1 400 000 000 рублей с целью приобретения имущественного комплекса <данные изъяты> при отсутствии каких-либо взаимоотношений между данными организациями, никаких попыток к исполнению своих договоренностей с Д.Д.Д.. и С.С.С. не предпринял.

Далее ФИО1, находясь на территории <адрес>, действуя умышленно, продолжая реализовывать свой преступный план, с целью сокрытия своих преступных действий и придания им видимости гражданско-правовых отношений, в декабре 2018 года путем электронного перевода осуществил перечисление денежных средств в размере 50 000 рублей на расчетный счет С.С.С. якобы в качестве возврата части долга.

Впоследствии определением Арбитражного суда Ростовской области в отношении ФИО1 введена процедура банкротства, а деятельность принадлежащих ему <данные изъяты><данные изъяты> и <данные изъяты> прекращена.

Таким образом, ФИО1 совершил хищение денежных средств С.С.С. в особо крупном размере на сумму 7 550 000 рублей, которые С.С.С.., будучи введенной в заблуждение ФИО1 относительно действительного характера его действий, доверяя ему, передала последнему под предлогом инвестирования приобретения имущественного комплекса <данные изъяты>, которое ФИО1 в действительности не осуществлял и не намеревался осуществлять. Полученными денежными средствами в размере 7 550 000 рублей ФИО1 распорядился по-своему усмотрению, обратив в свою пользу, чем причинил С.С.С. ущерб в особо крупном размере.

Подсудимый ФИО1 в судебном заседании свою вину в совершении каких-либо преступных действий, направленных на хищение у С.С.С. денежных средств не признал, а так же заявил, что умысла на причинение имущественного ущерба потерпевшей у него не было. При этом показал, что он начал вести свою предпринимательскую деятельность примерно с 2004 года. Он являлся директором <данные изъяты> После проблем, возникших в связи с доначисления налоговой инспекцией налогов на 18 млн. рублей, что фактически сковало работу предприятия, чтобы не увольнять работавших на НЗМИ сотрудников, пришлось практически весь коллектив перевести на ВС МЕНЕДЖМЕНТ, не меняя системы управления и адресов электронной почты, используемых в предпринимательской деятельности, в том числе и адрес <данные изъяты>, а также пароли к ним. И как действующие сотрудники, так и бывшие имели доступ к указанной электронной почте.

Летом 2017 года от своего знакомого узнал, что Е.Е.Е. ищет инвестора для приобретения рыбокомбината в г. Астрахань. После этого он встретился с Е.Е.Е. в Астрахани, и тот поведал ему о намерениях выкупить Икрянинский рыбокомбинат, принадлежащий Газпрому. Он просил найти инвестора или займ в сумме 60-80 млн. рублей, так как торги только планируются, но он хочет подготовиться заранее.

Он занялся поисками денег. Его познакомили с Л.Л.Л., который попросил дать ему какую-нибудь информацию по заводу. Для этого он позвонил Е.Е.Е. и попросил его прислать перечень документов по имуществу завода напрямую Л.Л.Л.. В октябре 2017 года Л.Л.Л. организовал ему встречу с Д.Д.Д., на которой он рассказал, что Е.Е.Е. через своего отца хочет выкупить завод по переработке рыбы в Астраханской области для перепродажи. Д.Д.Д. заинтересовался. На второй встрече, которая прошла через неделю по инициативе Д.Д.Д.., также озвучил финансовое предложение М.М.М.. Д.Д.Д.. сказал, что вот-вот деньги его клиенты ему перешлют, и он вступит в процесс. Он сразу же сказал об этом Е.Е.Е.. После этого он передал Д.Д.Д. информацию по Икрянинскому рыбокомбинату, пересланную ему Е.Е.Е.. Кроме того, он рассказал Д.Д.Д. о сделке на 126 млн. рублей с ОТЭКО Портсервис на поставку металлоконструкций. Через некоторое время Д.Д.Д. позвонил и сказал, что не будет участвовать в работе по рыбокомбинату.

В ноябре 2017 года он с Е.Е.Е. через О.О.О. пытались найти инвестора, но ни к чему удовлетворительному это не привело.

В конце января 2018 года он встречался с Д.Д.Д.., которому сказал, что по сделке с ОТЭКО не хватает финансирования в 10,5 млн. рублей. Д.Д.Д. предложил свое партнерство в этой сделке, на что он согласился. На начало февраля 2018 года они наметили провести финансирование.

В конце января – начале февраля ему позвонил Л.Л.Л. и попросил прислать Д.Д.Д. по Икрянинскому рыбокомбинату. Он удивился, поскольку знал, что эти документы ему присылал Е.Е.Е. по его просьбе. Сам он эти документы не пересылал.

В начале февраля 2018 года позвонил Д.Д.Д. и назначил встречу в банке ВТБ на <адрес>. При встрече, Д.Д.Д. поведал, что деньги будет давать его жена по расписке, что ему так надо из коммерческих интересов, что ему так более выгодно. Предложил прописать небольшой процент в расписке, а по остальным прибылям договорится. Также Д.Д.Д.. сообщил, что сейчас пока есть только 8 млн. рублей, а остальные 2,5 млн. рублей он переведет позже. Он согласился, потому что время поджимало, да и он поставил его перед фактом. Они с супругой Д.Д.Д. совершили сделку по займу средств у нее.

Впоследствии Д.Д.Д. заявил, что у него пока нет 2,5 млн. рублей и предложил пока выплачивать проценты, которые прописаны в расписке. Он возмутился таким разворотом событий. В результате его компания не справилась с обрушившимися финансовыми проблемами, и ОТЭКО в одностороннем порядке отказалось от контракта.

Д.Д.Д. был в курсе этих проблем, но требовал возврата всей суммы сразу, угрожая заявить в полицию и сказать, что деньги давались не на сделку с ОТЭКО Портсервис по металлоконструкциям, а на ранее обсуждавшийся Икрянинский рыбзавод, и что представит это как обман его жены на завладение деньгами.

В августе 2021 года по его инициативе он, Д.Д.Д. А.А.А. и Н.Н.Н.. встречались, и он предложил вариант урегулирования вопроса его задолженности перед женой Д.Д.Д. С.С.С., предложенный его партнерами, при осуществлении которого С.С.С. получила бы возврат 8 млн. рублей от его партнеров, а в качестве дополнительных процентов он еще отдал бы машину. От этого предложения Д.Д.Д. сразу отказался и заявил, что хочет получить всю сумму с начисленными на тот момент процентами.

На момент займа у него была уверенность в возможности возврата займа за счет исполнения договора с ОТЭКО. Д.Д.Д. принял решение о финансировании сделки с ОТЭКО как бизнесмен для получения прибыли. Какого-либо умысла на хищение денежных средств у жены Д.Д.Д. у него не было. Поскольку планировал возвратить деньги именно в результате получения прибыли от сделки с ОТЭКО. Однако договор был расторгнут. Планируемой прибыли, достаточной для возврата займа, он не получил. Впоследствии С.С.С.. обратилась в арбитражный суд, его признали банкротом, в связи с чем, он не мог осуществлять предпринимательскую деятельность и получить доходы, достаточные для возврата займа.

Полагает, что его займ денег, является гражданско-правовой сделкой. Это подтверждается тем, что С.С.С. обратилась в Новочеркасский городской суд о взыскании суммы займа, подав на него заявление о банкротстве, требуя выплаты именно займа с начисленными процентами в сумме более 12 млн. рублей, а так же требуя признания этого займа общим обязательством супругов, как возникшего из гражданско-правовой сделки по нормам семейного и гражданского законодательства.

Решениями Новочеркасского городского суда, Ростовского областного суда, Арбитражного суда Ростовской области, 15-го Арбитражного апелляционного суда, Арбитражного суда Северо-Кавказского суда, Верховного суда РФ, отношения между ним и С.С.С. признаются гражданско-правовыми. В связи с чем, полагает, что преступления он не совершал, он с Д.Д.Д. планировали получить выгоду от сделки с ОТЭКО. Но в связи с изменившимися и независимыми от него обстоятельствами сделка, от которой планировалось погасить займ, была расторгнута, и он не имел возможности его возвратить.

Все действия Д.Д.Д. против него – это спланированная акция, чтобы завладеть его имуществом и имуществом его тещи.

Анализируя показания подсудимого, суд в качестве достоверных принимает показания о том, что через Л.Л.Л. он познакомился с Д.Д.Д.., которому предложил поучаствовать в приобретении завода по переработке рыбы в Астраханской области, от чего он отказался; о получении у супруги Д.Д.Д. займа на сумму 8 000 000 рублей под проценты, о подтверждении данного займа распиской; о том, что его организация не справилась с обрушившимися финансовыми проблемами, и ОТЭКО в одностороннем порядке отказалось от контракта.

Приведенные в указанной части показания подсудимого относимы, допустимы и достоверны, поскольку получены в соответствии с действующим уголовно-процессуального закона, с обеспечением права на защиту и подтверждаются совокупностью других доказательств, исследованных в суде. В остальной части показания подсудимого суд оценивает как недостоверные, поскольку они этими доказательствами полностью опровергнуты.

Судом проверены показания подсудимого о том, что в конце января 2018 года он встречался с Д.Д.Д.., которому сказал, что по сделке с ОТЭКО не хватает финансирования в размере 10,5 млн. рублей, после чего Д.Д.Д. предложил свое партнерство в этой сделке как бизнесмен для получения прибыли, после чего передал ему 8 млн рублей, предложив оформить это займом у его жены под проценты; на что он был вынужден согласиться так как поджимало время и он был поставлен перед фактом; о том, что он не имел умысла на хищение денежных средств у жены Д.Д.Д.., а планировал возвратить деньги в результате получения прибыли от сделки с ОТЭКО; и только расторжение данного договора не позволило ему вернуть деньги; кроме того им неоднократно предпринимались попытки урегулирования вопроса его задолженности перед С.С.С., на которые Д.Д.Д. отвечали отказом; инициирование С.С.С. его банкротства и последовавшие за этим процедуры лишили его возможности вернуть займ. Однако данные доводы не нашли своего подтверждения в судебном заседании.

Вина подсудимого ФИО1 по вмененному ему преступлению подтверждается следующими доказательствами.

Допрошенная в судебном заседании потерпевшая С.С.С. показала, что все обстоятельства дела знает со слов мужа, которому полностью доверяет. В январе 2018 года ФИО1 обратился к ее мужу с вопросом о предоставлении ему займа в размере 8 000 000 рублей на срок 2 месяца для приобретения рыбозавода в Астраханской области. Муж проверил в сети Интернет организацию и ФИО1 действительно являлся учредителем <данные изъяты> Ее супруг Д.Д.Д. рассказал ей об этом и предложил заработать на процентах, дав займ ФИО1. Она согласилась занять ФИО1 деньги. 7 февраля 2018 года в помещении банка ВТБ-24, расположенного по адресу<адрес>, она сняла со своего счета денежные средства в сумме 8 000 000 рублей и передала их ФИО1 в присутствии двух свидетелей. ФИО1 получил от нее деньги и собственноручно написал долговую расписку, согласно которой ФИО1 получил от нее деньги в сумме 8 000 000 рублей и обязался вернуть 8 800 000 рублей не позднее 7 апреля 2018 года. ФИО1 в установленный долговой распиской срок денежные средства не вернул. Ее муж стал звонить ФИО1, встречаться с ним и требовал возврата денежной суммы. Непочатых вернул ей денежные средства в сумме 400 000 рублей, а затем еще 50 000 рублей. Общение с ФИО1 по возврату долга вел ее муж Д.Д.Д.

Допрошенный в судебном заседании свидетель Д.Д.Д. показал, что в начале 2018 года к нему обратился одноклассник Л.Л.Л. и сообщил, что его товарищ ФИО1 хочет занять деньги для выкупа рыбозавода в Астраханской области и он ищет тех, кто может занять ему деньги под проценты. После этого к нему на встречу приехал ФИО1 рассказал ситуацию, предоставил документы, подтверждающие приобретение данного имущественного комплекса в Астраханской области., а именно договор купли-продажи, где покупателем был указан Т.Т.Т. Как пояснил ФИО1 Т.Т.Т. является его тестем, и в дальнейшем данный имущественный комплекс перейдет в собственность ООО ПМК «Нефтегазстрой», где ФИО1 является учредителем. Он пообещал в течение 2 месяцев вернуть деньги. Эту информацию он передал жене. Так как у нее была свободная сумма денег, она согласилась занять ФИО1 8 000 000 рублей, а сам ФИО1 обязался вернуть в течение 2 месяцев 8 800 000 рублей. ФИО1 7 февраля 2018 года была составлена долговая расписка, о том, что он получил от С.С.С. денежные средства в сумме 8 000 000 рублей и обязался вернуть 8 800 000 рублей в срок не позднее 7 апреля 2018 года. Денежные средства были сняты его женой 7 февраля 2018 года с расчетного счета в банке ВТБ-24 по адресу: <адрес> и переданы в помещении данного банка ФИО1. Все это происходило в его присутствии, а так же в присутствии свидетелей Ш.Ш.Ш. и Б.Б.Б.. В установленный долговой распиской срок ФИО1 денежные средства не вернул. Примерно в конце июня 2018 года ФИО1 приезжал к нему на встречу и сообщил, что ждет перевода денежных средств в сумме 1 млрд. рублей от некоего инвестиционного фонда, а так же предоставил соответствующее письмо на фирменном бланке. После он начал проверять подлинность данных писем и выяснил, что все это является обманом. Непочатых вернул ему 400 000 рублей, а затем еще перечислил на карту его супруги 50 000 рублей. Кроме того, в конце 2022 года его супруге поступило письмо от ООО «Научно-технический центр «Эксперт», которое содержит предложение об уступке прав требования, за подписью директора вышеуказанной организации Р.Р.Р.. Его супруге предложено уступить право требования по возврату просроченного основного долга в отношении должника ФИО1. При этом в случае согласия его супруги, денежные средства в размере 8 350 000 рублей будут ей оплачены в пятидневный срок, со дня подписания договора об уступке прав требования. Изучив внимательно данное предложение, он проверил финансовую отчетность данной организации и выяснил, что у указанной организации денежных средств в указанной сумме не имеются, так как выручка данной организации за 2021 год составила всего 3 400 000 рублей. Они неоднократно пытались выйти на связь с директором Р.Р.Р. для обсуждения вопроса о переуступке прав требования долга, однако последний на связь не выходит и всячески избегал встреч.

Свидетель А.А.А. в судебном заседании показала, что в настоящее время она работает финансовым управляющим ФИО1, на основании определения арбитражного суда Ростовской области от 25 июля 2019 года. Летом 2021 года она, ФИО1 и супруги Д.Д.Д. встречались по поводу процедуры мировой. Однако ни к чему не пришли.

Свидетель Н.Н.Н. в судебном заседании показала, что в настоящее время она оказывает юридические услуги, а именно является представителем компании <данные изъяты> где Д.Д.Д. является директором и учредителем указанной организации. Ей известно, что в феврале 2018 года ФИО1 осуществил займ денежных средств в размере 8 000 000 рублей у супруги Д.Д.Д. на срок 2 месяца под проценты на приобретение рыбозавода в Астраханской области. Согласно долговой расписке, ФИО1 обязан был вернуть 7 апреля 2018 года С.С.С. 8 800 000 рублей. Однако указанную сумму ФИО1 не вернул, в связи с чем, С.С.С. вынуждена была обратиться в судебном порядке о взыскании задолженности. В настоящее время ФИО1 решением Арбитражного суда Ростовской области признан банкротом. Летом 2021 года она присутствовала на встрече супругов С.С.С. и ФИО1. Также присутствовала Ф.Ф.Ф.. В ходе встречи ФИО1 и Д.Д.Д. обсуждали возврат имеющегося долга, однако ни к чему общему не пришли. В ходе общения Д.Д.Д предлагал ФИО1 заключить мировое соглашение, и частично начать гасить имеющуюся задолженность по 100 000 рублей в месяц. Однако ФИО1 пояснил, что денежные средства кредиторам, а именно С.С.С. ПАО «Сбербанк» и ФНС России, согласно имеющемуся делу в Арбитражном суде Ростовской области, он может возместить в полном объеме без начисленных процентов. ФИО1 указывал, что частично возместит ущерб путем продажи имеющегося у него автомобиля, принадлежащего его супруге, на который Арбитражным судом Ростовской области было наложено обременение. Однако стороны ни к чему не пришли.

Свидетель Л.Л.Л. в судебном заседании показал, что у него есть знакомые ФИО1 Валерий и Д.Д.Д.. С ФИО1 он на тот момент был знаком непродолжительное время, но знает, что тот занимался какой-то коммерческой деятельностью. Примерно в конце 2017 года ФИО1 ему рассказал, что хочет купить рыбный завод в Астраханской области, но для этого ему необходимо было 80 000 000 рублей. В связи с этим ФИО1 спросил, если ли у него знакомые, кто может занять деньги под проценты. Он сообщил, что Д.Д.Д. может согласиться на данное предложение. Он организовал им встречу. После этой встречи ФИО1 прислал на его электронную почту письма с различными файлами, содержащие сведения о приобретаемом им рыбном заводе, которые он сразу переслал Д.Д.Д. Спустя некоторое время, ему стало известно, что ФИО1 и супруга Д.Д.Д. составили договор о займе денежных средств в размере 8 000 000 рублей. В конце 2018 года ему стало известно, что денежные средства, полученные взаймы, ФИО1 не вернул.

Свидетель М.М.М.. в судебном заседании показал, что осенью 2017 года он присутствовал на встрече своего знакомого Д.Д.Д. и ФИО1. До данной встречи он с ФИО1 знаком не был. На данной встрече ФИО1 озвучил финансовое предложение, которое заключалось в совместном приобретении завода в Астраханской области. ФИО1 искал денежные средства на приобретение вышеуказанного завода. Так же обсуждалась возможность займа денежных средств на приобретение указанного завода. Более с ФИО1 он не общался. Позже ему стало известно, что ФИО1 осуществил займ 8 000 000 рублей у супруги Д.Д.Д.. под проценты, согласно долговой расписке. Однако указанную сумму ФИО1 не вернул.

Свидетель Ш.Ш.Ш. в судебном заседании показала, что в начале февраля 2018 года она по просьбе Д.Д.Д. приехала в банк «ВТБ-24», расположенный по адресу: <адрес>. С.С.С. попросил ее быть свидетелем при передаче денежных средств от его супруги Непочатых Валерию. При этом С.С.С. совместно с ФИО1 прошли в кассу. Так же она видела квиток о снятии со счета С.С.С. денежных средств на сумму 8 000 000 рублей. После этого, она, С.С.С. и Д.Д.Д., ФИО1 Валерий и сотрудница банка «ВТБ-24» прошли в отдельный кабинет, расположенный в помещении банка, где ФИО1 собственноручно составил расписку о том, что получил от С.С.С. денежные средства в сумме 8 000 000 рублей. В данной расписке было указано, что ФИО1 обязуется возвратить денежные средства в сумме 8 800 000 рублей в течение 2 месяцев, то есть 8 000 000 рублей которые он занял, и 800 000 рублей в качестве процентов за пользование займом. После составления расписки ФИО1, она убедилась, что она составлена верно, после чего собственноручно поставила на ней свои паспортные данные и подпись. Также на данной расписке расписались С.С.С., ФИО1 Валерий и сотрудница банка «ВТБ-24». После чего они разошлись. Позже она ситуацию не отслеживала.

Свидетель Б.Б.Б.. в судебном заседании показала, что в начале февраля 2018 года она находилась на своем рабочем месте в банке «ВТБ-24» по адресу: <адрес>. К ней подошел Д.Д.Д. и попросил ее быть свидетелем при передаче денежных средств от его супруги ФИО1. При этом С.С.С. совместно с Непочатых Валерием прошли в кассу, где С.С.С. были сняты денежные средства в сумме 8 000 000 рублей, которые позже были переданы Валерию. Так же она видела квиток о снятии со счета С.С.С. денежных средств на указанную сумму. После этого, она, С.С.С. и Д.Д.Д., ФИО1 и еще одна девушка прошли в ее кабинет, расположенный в помещении банка, где ФИО1 собственноручно составил расписку о том, что получил от С.С.С. денежные средства в сумме 8 000 000 рублей. В данной расписке было указано, что ФИО1 обязуется возвратить денежные средства в сумме 8 800 000 рублей в срок, сейчас уже не помню. После составления расписки ФИО1, она убедилась в правильности ее составления, после чего собственноручно поставила на ней свои паспортные данные и подпись. Также на данной расписке расписались С.С.С., ФИО1 и второй свидетель – девушка. После чего они разошлись. Для каких целей ФИО1 занимал у С.С.С. денежные средства ей неизвестно. Вернул ли ФИО1 С.С.С. долг, ей неизвестно.

Свидетель Ф.Ф.Ф. <данные изъяты> в судебном заседании показал, что <данные изъяты> входит в состав <данные изъяты> Т.Т.Т. знаком, так как 30 ноября 2017 года они заключили договор, по которому Т.Т.Т. должен был внести денежные средства и выкупить имущественный комплекс рыбзавода у <данные изъяты> так как ФИО2 выиграл тендер на электронной торговой площадке. Договор с Т.Т.Т.. был расторгнут по причине не уплаты денежных средств по договору. Он никаких отношений с Т.Т.Т. не имеет и не имел. С ФИО1 он не знаком, сделок с данным лицом у них не было. Про письмо от <данные изъяты> о том, что <данные изъяты> планирует выделить из инвестиций денежные средства в размере 1,5 млрд. рублей он ничего пояснить не может.

Свидетель Е.Е.Е. на предварительном следствии показал, что трудоустроен в <данные изъяты> в должности заместителя директора. С ФИО1 он познакомился в марте 2017 года. Познакомил их К.К.К.., бывший заместитель начальника по экономической безопасности по ЮФО. Обстоятельства займа у С.С.С. денежных средств ФИО1 в размере 8 000 000 рублей ему неизвестны Но ему известны обстоятельства приобретения Т.Т.Т. <данные изъяты>. В октябре 2017 года <данные изъяты> был выставлен на торги через электронную торговую площадку. Он с Т.Т.Т. решил приобрести данный рыбозавод и подал заявку на приобретение. Так как у них была договоренность с человеком, который готов был профинансировать 79 344 000 рублей. Торги они выиграли, но обстоятельства их партнера изменились. У них не было таких денежных средств. В последующем он обратился к К.К.К., который посоветовал обратиться к ФИО1. Он позвонил ему. ФИО1 пояснил, что сможет найти денежные средства для дальнейшего финансирования. Денежные средства в размере 2 479 500 рублей - задаток для участия в торгах. В данных торгах участвовал Т.Т.Т. Так как он не нашел денежные средства на выкуп, с Т.Т.Т.. контракт был разорван. В 2021 году <данные изъяты> был выкуплен иными лицами. Письмо за исх. № от 28 июня 2018 года на имя и.о. генерального диктора <данные изъяты> Ф.Ф.Ф. о финансировании <данные изъяты> компании <данные изъяты>, принадлежащей ФИО1, с целью приобретения <данные изъяты> в размере 1,4 млрд. рублей, он не составлял. Первый раз его видит. <данные изъяты> какие-либо денежные средства ему либо Т.Т.Т.. на приобретение ОСП СХП <данные изъяты> не перечисляло. Какой-либо переписки с ФИО1, относящейся к финансовым операциям и предпринимательской деятельности, у него не имеется. Были только телефонные разговоры (т. 6 л.д. 4-6).

Свидетель Т.Т.Т. (скончавшийся 11 декабря 2021 года) на предварительном следствии показал, что предпринимательской деятельностью он никогда не занимался. ФИО1 ему не знаком (т. 1 л.д. 241).

Свидетель Е.Е.Е.. в судебном заседании показал, что 11 декабря 2021 года скончался его отец Т.Т.Т. Вел ли Т.Т.Т. какую-либо коммерческую, предпринимательскую деятельность, имелись ли намерения приобрести имущественный комплекс <данные изъяты> вносились ли им денежные средства, знаком ли был с ФИО1, вел ли деятельность совместно с <данные изъяты>, ему неизвестно.

Свидетель О.О.О. в судебном заседании показал, что в <данные изъяты> он работал 2017-2018 год в должности вице-президента. С ФИО1 его познакомил И.И.И.., являющийся директором филиала МосОблБанка. Какого-либо инвестирования в деятельность <данные изъяты> не осуществляло. У них были только переговоры. Письмо за исх. № от 28 июня 2018 года на имя и.о. генерального директора <данные изъяты> Ф.Ф.Ф. о финансировании <данные изъяты> компании <данные изъяты> на приобретение ОСП СХП «Икрянинский рыбозавод» в размере 1,4 млрд. рублей им не составлялось и не подписывалось. Переписка действительно была на предмет организации финансирования его инвестиционный проектов, но каких-либо депозитных сертификатов не было. Д.Д.Д. ему не знаком.

Свидетель К.К.К. в судебном заседании показал, что 1 сентября 2017 года к нему обратился ФИО1, являющийся директором ООО «ВС Менеджмент», который от имени ООО «ВС Менеджмент» занял денежные средства в сумме 3 500 000 рублей, которые должен был вернуть до 31 декабря 2018 года, при этом за каждый месяц пользования займом должен был выплачивать 280 000 рублей. Между ними был составлен договор займа. ФИО1 пояснял, что данные денежные средства ему необходимы для выполнения условий контракта, заключенного с <данные изъяты> так как изменились условия контракта, и необходимо докупить сырье для производства металлоконструкций. В период с октября по декабрь 2017 года Непочатых выплачивал ему по 280 000 рублей каждый месяц. Однако в январе 2018 года не заплатил. 9 февраля 2018 года Непочатых вернул ему сумму с учетом ежемесячных платежей в размере 4 900 000 рублей.

Свидетель Ш.Ш.Ш. в судебном заседании показал, что он работал на производстве в механическом цехе <данные изъяты> с 2016 года. В 2017 году им поступил заказ на изготовление металлоконструкций для ООО «ВС Менеджмент», директором которого являлся ФИО1. Часть данного заказа была выполнена, после чего, оплатив данную работу, более ООО «ВС Менеджмент» к ним не обращалось. При этом они вывезли завезенный ранее металл.

Свидетель Й.Й.Й. показал, что он работал на производстве в механическом цехе <данные изъяты>. В 2017 году на производство поступил заказ на изготовление металлоконструкций от ООО «ВС Менеджмент», директором которого являлся ФИО1. Для производства изделий ФИО1 был завезен около 500 тонн лома металла, после чего они изготовили часть металлических конструкций от заказа. За производственные работы была произведена оплата. Потом ООО «ВС Менеджмент» ранее завезенный лом металла вывез.

В судебном заседании также были исследованы следующие доказательства:

- заявление о преступлении от 30 ноября 2018 года, согласно которому заявитель С.С.С. указала, что в январе 2018 года ФИО1 обратился к ней с вопросом о предоставлении ему займа в размере 8 000 000 рублей на срок 2 месяца. При этом ФИО1 пояснил, что через 2 месяца вернет займ и заплатит ей 800 000 рублей в качестве процентов за пользование денежными средствами. Она спросила у ФИО1, для чего ему нужна такая большая сумма денег. На что он ответил, что его организация приобретает имущественный комплекс в Астраханской области за 79 344 000 рублей и ему не хватает именно 8 000 000 рублей. Также ФИО1 рассказывал ей, что он является учредителем ООО ПМК «Нефтегазстрой» и в июле 2018 года на счет данной организации поступит 1,05 миллиарда рублей от какого-то инвестиционного фонда, и каких-либо проблем с возвратом займа у него не будет. Она проверила в сети интернет организацию. ФИО1 действительно являлся учредителем <данные изъяты> При всех разговорах с ФИО1 присутствовал ее супруг Д.Д.Д. Для подтверждения своих слов, ФИО1 на электронный почтовый ящик ее супруга направил письмо инвестиционного фонда о перечислении в адрес <данные изъяты> 1,05 миллиарда рублей, а также договор на покупку имущественного комплекса за 79 344 000 рублей. Как позже она узнала, это все было обманом. Она поверила ФИО1, а также на ее расчетном счете имелась данная денежная сумма. С целью заработать себе денег она согласилась занять ФИО1 8 000 000 рублей. 7 февраля 2018 года в помещении банка ВТБ 24, расположенного по адресу: <адрес>, она сняла со своего счета 8 000 000 рублей и передала их ФИО1 в присутствии двух свидетелей. ФИО1 получил от нее деньги и им собственноручно была составлена долговая расписка, согласно которой ФИО1 получил от нее деньги в сумме 8 000 000 рублей и обязался вернуть 8 800 000 рублей не позднее 7 апреля 2018 года. В указанный день ФИО1 деньги не вернул. Ее муж стал звонить ФИО1, встречаться с ним и требовать возврата денежной суммы. ФИО1 постоянно рассказывал различные истории. Затем она с мужем стали проверять факт покупки имущественного комплекса и, как оказалось, ФИО1 к покупке данного имущественного комплекса никакого отношения не имеет. На основании изложенного, просит провести проверку в порядке ст.ст. 144-145 УПК РФ и возбудить уголовное дело в отношении ФИО1 по ч.4 ст. 159 УК РФ (т. 1 л.д. 4-5);

- протокол выемки от 9 февраля 2021 года, согласно которому у свидетеля Д.Д.Д. изъяты документы, <данные изъяты>

- протокол осмотра предметов, изъятых 9 февраля 2021 года у Д.Д.Д.., от 9 февраля 2021 года, <данные изъяты>

- протокол осмотра места происшествия - помещения механического цеха <адрес>, от 30 января 2022 года, где производились металлические изделия по заказу для ООО «ВС Менеджмент», директором которого являлся ФИО1 (т. 2 л.д. 159-162);

- протокол выемки от 11 декабря 2022 года, согласно которому у подозреваемого ФИО1 изъяты копии счетов-фактур о возврате ООО «ВС Менеджмент» металлических изделий в <данные изъяты> на общую сумму 12 517 488 рублей 70 копеек (т.5 л.д. 184-188);

- протокол осмотра предметов, изъятых 11 декабря 2021 года у ФИО1, от 15 декабря 2022 года (т. 5 л.д. 227-237);

- протокол осмотра предметов - <данные изъяты>

- протокол выемки от 21 декабря 2022 года, согласно которому у потерпевшей С.С.С. изъята долговая расписка ФИО1 от 7 февраля 2018 года (т. 6 л.д. 12-13);

- протокол осмотра предметов - <данные изъяты>

- протокол выемки от 22 декабря 2022 года, согласно которому у свидетеля Д.Д.Д. изъяты конверт и письмо об уступке прав требования (т. 6 л.д. 63-64);

- протокол осмотра предметов - почтового конверта на получателя С.С.С. и письма директора <данные изъяты> Р.Р.Р. с предложением об уступке прав требования от 12 декабря 2022 года исх. №, от 22 декабря 2022 года (т. 6 л.д. 91-93);

- протокол осмотра предметов - <данные изъяты>

- протокол очной ставки от 3 ноября 2021 года, проведенной между подозреваемым ФИО1 и свидетелем Д.Д.Д.., в ходе которой свидетель Д.Д.Д. дал показания, по сути аналогичные его ранее данным показаниям об обстоятельствах дачи его супругой ФИО1 займа, который до настоящего времени тот не возвратил (т. 2 л.д. 124-128);

- протокол очной ставки от 11 декабря 2022 года, проведенной между подозреваемым ФИО1 и свидетелем С.С.С.. <данные изъяты>

Приведенным показаниям потерпевшей С.С.С. и вышеуказанных свидетелей обвинения суд доверяет, поскольку они последовательны и не противоречат друг другу, какой-либо заинтересованности в исходе дела потерпевшая и свидетели не имеют, их показания подтверждаются иными доказательствами по делу. Основания для оговора потерпевшей и свидетелями подсудимого ФИО1 судом не установлены.

Показания свидетелей обвинения были получены в судебном заседании, либо оглашены при наличии законных оснований, что соответствует требованиям УПК РФ об исследовании доказательств.

Письменные и вещественные доказательства по делу также получены с соблюдением требований УПК РФ, содержат сведения, имеющие значение для уголовного дела в соответствии со ст. 73 УПК РФ, а потому признаются судом имеющими доказательственную силу.

По делу отсутствуют объективные данные, которые бы давали основания полагать, что какие-либо доказательства могли быть сфальсифицированы, и что у сотрудников правоохранительных органов имелась необходимость для искусственного создания доказательств обвинения.

Таким образом, суд находит представленные стороной обвинения доказательства относимыми, допустимыми, достоверными, а в своей совокупности достаточными для разрешения настоящего уголовного дела, и считает возможным положить их в основу приговора. Теми же доказательствами подтверждается и корыстный мотив ФИО1 и факт хищения денежных средств.

Кроме того, по ходатайству стороны защиты были исследованы следующие доказательства:

- показания свидетеля К.К.К.., дополнительно допрошенного в судебном заседании, о том, что в разные периоды он являлся начальником отдела продаж ВС Менеджмент, директором ВС Менеджмент и директором <данные изъяты> Эти организации для документооборота использовали электронный адрес почты <данные изъяты> В отсутствие директора, когда он уезжал в командировку, любой сотрудник мог пользоваться электронной почтой.

- показания свидетеля А.А.А. в судебном заседании о том, что по роду деятельности был связан с ВС Менеджмент. Пересылка заказов велась посредством электронной почты <данные изъяты> с рабочего компьютера, доступ к которому имели и руководители и менеджеры. С этого адреса им неоднократно отправлялись письма. При этом журнал учета отправленных писем не велся.

- постановление арбитражного суда апелляционной инстанции <данные изъяты>

- постановление арбитражного суда кассационной инстанции от 26 апреля 2016 года по делу № которым постановление арбитражного суда апелляционной инстанции от 25 января 2016 года оставлено без изменения;

- договор № купли-продажи автотранспортного средства от 2 июня 2023 года, согласно которому автомобиль, принадлежащий супруге ФИО1, реализован за 1 760 535 рублей;

- заявление о разрешении возникших разногласий между должником и финансовым управляющим от 26 июля 2023 года, согласно которому должник не согласен с тем, что половина суммы от реализованного ТС, которая должна быть перечислена супруге должника, уменьшена на сумму судебной неустойки;

- определение арбитражного суда Ростовской области <данные изъяты>

- определение арбитражного суда апелляционной инстанции от 9 ноября 2023 года по делу № о назначении апелляционных жалоб к судебному разбирательству в судебном заседании 5 декабря 2023 года.

Вышеперечисленные доказательства, исследованные по инициативе стороны защиты, являются относимыми, допустимыми и достоверными, однако с учетом всех исследованных доказательств, признанных достоверными, не влияют на правовую оценку действий ФИО1 и на решение суда в целом о виновности подсудимого, так как не опровергают факт хищения у С.С.С. денежных средств в особо крупном размере путем злоупотребления доверием.

Сторона защиты также в своих доводах сослалась на заключение эксперта по результатам компьютерно - технической экспертизы № 02 от 13 ноября 2023 года, которое содержит вывод о том, что в 2018 году до блокировки Роскомнадзором огромного количества вредоносного ПО, технически было возможно подменить адрес электронной почты отправителя.

Оценивая представленное в материалы уголовного дела заключение привлеченного стороной защиты эксперта Ц.Ц.Ц.., суд считает его недопустимым доказательством в соответствии с п. 3 ч. 2 ст. 75 УК РФ, поскольку оно не соответствует требованиям, предъявляемым ст. 80 УПК РФ.

Анализируя доводы стороны защиты о невиновности подсудимого суд приходит к следующему.

Доводы защитника о недопустимости ссылки гособвинителя на протоколы очных ставок (т. 2 л.д. 124-128 и т. 5 л.д. 202-208) как на письменные доказательства, поскольку они исследованы в судебном заседании не в присутствии обоих участвующих в очной ставке лиц, что лишало суд возможности убедиться в достоверности их показаний, и необходимости признания протоколов очных ставок недопустимыми доказательствами, несостоятельны.

Протоколы очных ставок оглашены после того, как в судебном заседании дали показания свидетель Д.Д.Д. и подсудимый ФИО1

Основным условием допустимости протокола следственного действия как доказательства является соблюдение порядка производства данного действия. Оно должно быть произведено компетентным лицом в пределах его полномочий. Кроме этого, должно быть обеспечено участие всех лиц, предусмотренных УПК РФ применительно к данному действию. Порядок и последовательность действия, его результаты должны найти точное и полное отражение в тексте протокола. Правильность и полнота записи удостоверяются подписями следователя, понятых и иных участников следственного действия.

Очные ставки между подозреваемым ФИО1 и свидетелем Д.Д.Д.. 3 ноября 2021 года и 11 декабря 2022 года проводилась в точном соответствии с положениями УПК РФ, на каждой из которой присутствовали защитник-адвокат подозреваемого ФИО1 и представитель-адвокат свидетеля. Перед началом, в ходе проведения и по окончании очных ставок от участвующих лиц заявлений не поступало. Протоколы подписаны без замечаний. Соблюдение данных правил гарантирует достоверность протокола следственного действия как вида доказательства.

Требования об исследовании в судебном заседании протокола очной ставки в присутствии обоих участвующих в очной ставке лиц не основаны на законе.

Вещественные доказательства признаны следователем по делу в качестве таковых с соблюдением процессуального закона, путем вынесения необходимого и соответствующего процессуального решения.

Доводы стороны защиты о том, что непредоставление государственным обвинителем в судебном заседании вещественных доказательств и их неосмотр непосредственно судом, является нарушением ст. 240 УПК РФ, а протоколы осмотра не заменяют собой непосредственное исследование вещественных доказательств судом, нельзя признать заслуживающими внимания.

В судебном заседании суд с участием сторон исследовал путем оглашения протоколы осмотра предметов (документов), согласно которым осматривались документы, изъятые в ходе предварительного следствия по уголовному делу. При этом стороны, включая подсудимого и его защитника, не заявляли ходатайств об осмотре непосредственно в зале судебного заседания самих вещественных доказательств либо о дополнении судебного следствия.

Принимая во внимание не обязательный, а лишь дозволительный характер судебного осмотра вещественных доказательств, и к тому же поставленный в зависимость от наличия ходатайства стороны, непредставление государственным обвинителем для осмотра в зале судебного заседания самих документов, являющихся вещественными доказательствами и находящихся в материалах уголовного дела или их надлежаще заверенных копий, не свидетельствует о нарушении требований УПК РФ.

Доводы защитника о том, что сторона обвинения, оценивая действия ФИО1 как мошенничество, указывая, что ФИО1 заранее, до получения денежных средств, знал, что не собирается возвращать деньги, не исследовала версию ФИО1 о ведении предпринимательской деятельности, о том, что ФИО1 не похищал денежные средства, принадлежащие С.С.С.., а вкладывал их в развитие предполагаемого совместного с Д.Д.Д. бизнеса, и не провела анализ хозяйственной деятельности ФИО1, носят надуманный характер, и опровергаются исследованными доказательствами, признанными судом допустимыми и достоверными.

Свидетель Л.Л.Л. показал, что в конце 2017 года познакомил ФИО1, который искал человека, кто может занять деньги под проценты, с Д.Д.Д.

Свидетель М.М.М. показал, что присутствовал на встрече своего знакомого Д.Д.Д. и ранее незнакомого ФИО1, который озвучил финансовое предложение, заключавшееся в совместном приобретении завода в Астраханской области. ФИО1 искал денежные средства на приобретение вышеуказанного завода. Так же обсуждалась возможность займа денежных средств на приобретение указанного завода.

Свидетель Д.Д.Д. показал, что в начале 2018 года его одноклассник Л.Л.Л. познакомил его с ФИО1, ранее он ФИО1 лично не знал, никакой совместной предпринимательской деятельности с ним не вел и не был заинтересован в развитии совместного бизнеса.

Таким образом, судом установлено, что между сторонами не сложились отношения, свидетельствующие о предположении ведения совместного бизнеса в будущем. Никаких сделок о совместной деятельности Д.Д.Д. и ФИО1 не заключали. Все исследованные по делу доказательства не указывают на наличие между Д.Д.Д. и ФИО1 гражданско-правовых отношений, о чем заявляет сторона защиты.

То обстоятельство, что Д.Д.Д. представился ФИО1 как предприниматель и именно с ним велись переговоры о финансировании также не подтверждает наличие гражданско-правовых отношений, которые приводились защитой.

Доводы стороны защиты о наличии между ФИО1 и Д.Д.Д. гражданско-правовых отношений также опровергаются объективно установленными обстоятельствами и совокупностью доказательств по делу. Как показал ФИО1, займ он брал для выполнение условий контракта, заключенного с <данные изъяты>. Потерпевшая С.С.С. и свидетели Д.Д.Д. Л.Л.Л., М.М.М., Т.Т.Т.., показали, что ФИО1 искал денежные средства для покупки рыбозавода в Астраханской области. При этом полученные от С.С.С. денежные средства в размере 8 000 000 рублей ни на выполнение условий контракта, заключенного с <данные изъяты> ни на инвестирование покупки <данные изъяты> ФИО1 не направлял. По данным, имеющимся в материалах уголовного дела, 7 февраля 2018 года, то есть в день получения займа, - 1 200 000 рублей переведены в ООО «ВС Менеджмент» на финансирование текущей деятельности и погашение задолженности; - 1 800 рублей оплачена комиссия по банковскому обслуживанию за кассовое обслуживание <данные изъяты>; - 1 539 984 рубля оплачена задолженность ООО «ВС Менеджмент» перед <данные изъяты> по мировому соглашению от 15 декабря 2017 года и 1 500 рублей комиссия за перевод; 8 февраля 2018 года - 156 216 рублей 77 копеек оплачена задолженность <данные изъяты> перед <данные изъяты> за газ; 9 февраля 2018 года - 4 900 000 рублей возвращены по договору займа от 1 сентября 2017 года. Таким образом, сумма денежных средств в размере 7 799 500 рублей 77 копеек в течение трех дней после получения займа направлена ФИО1 на погашение разного рода задолженностей ООО «ВС Менеджмент», а не на развитие предполагаемого совместного с Д.Д.Д. бизнеса, как утверждал подсудимый, что исключает гражданско-правовой характер отношений.

Вопреки доводам стороны защиты о непроведении анализа хозяйственной деятельности ФИО1, из исследованных судом доказательств установлено, что общая сумма дохода ФИО1 за 2018 год в ООО «ВС Менеджмент» составляла 120 000 рублей, в <данные изъяты> - 12 000 рублей; по состоянию на 15 декабря 2017 года у ООО «ВС Менеджмент» имелась задолженность в сумме более 1,5 млн. рублей перед <данные изъяты>, в связи с чем заключено мировое соглашение; по состоянию на февраль 2018 года у ООО «ВС Менеджмент» имелась задолженность в сумме более 156 000 рублей перед <данные изъяты>; согласно договору займа от 1 сентября 2017 года К.К.К. выдал ООО <данные изъяты> в лице ФИО1 займ на сумму 3 500 000 рублей и как следует из показаний свидетеля К.К.К., данные денежные средства были необходимы ФИО1 для выполнения условий контракта, заключенного с <данные изъяты>

Доводы ФИО1 о том, что как до получения, так и в период получения от С.С.С. денежных средств по договору займа, он вел активную финансово-хозяйственную деятельность и он намеревался рассчитаться с С.С.С. денежными средствами от выполнения контракта с <данные изъяты> сулившего хорошую прибыль, несостоятельны, противоречат установленным обстоятельствам и доказательствам, согласно которым с момента заключения контракта с <данные изъяты> ООО «ВС Менеджмент» не имело собственных денежных средств для его выполнения, в связи с чем, ФИО1 обращался к К.К.К. для получения займа, а также ООО «ВС Менеджмент» имело многочисленные задолженности перед иными организациями.

Из вышеуказанного судом сделан вывод, что ФИО1 заведомо не намеревался возвращать С.С.С. сумму займа с процентами, поскольку не имел для этого объективной возможности.

Сторона защиты указывает, что на основе исследованных, представленных обвинением доказательств, нельзя придти к выводу о доказанности вины ФИО1 в совершении мошенничества путем злоупотребления доверием С.С.С. и Д.Д.Д.

Не смотря на данное утверждение стороны защиты, проведенный судом анализ доказательств по делу, позволил суд прийти к выводу о том, что стороной обвинения представлены суду бесспорные доказательства, однозначно свидетельствующие о том, что подсудимый совершил мошенничество в отношении С.С.С.., а так же свидетельствующих о том, что он умышленно с целью хищения имущества потерпевшей втерся в доверие к ее супругу Д.Д.Д. и, злоупотребляя этим доверием, завладел денежными средствами С.С.С. поскольку все вышеприведенные представленные стороной обвинения доказательства, включающие показания потерпевшей, свидетелей обвинения, а так же заявление потерпевшей, протоколы осмотра вещественных доказательств, исследование финансово-хозяйственной деятельности подсудимого и его организаций, и иные документы, уличают ФИО1 в совершении инкриминируемого ему деяния.

В целях введения Д.Д.Д.., а через него опосредованно С.С.С.., в заблуждение относительно своих преступных намерений, ФИО1 предоставил Д.Д.Д. копию договора купли-продажи имущественного комплекса <данные изъяты> на аукционе, с условием о задатке от 30 ноября 2017 года, заключенного между Т.Т.Т. и <данные изъяты> в лице и.о. генерального директора Ф.Ф.Ф.., сказав, что Ф.Ф.Ф. является его тестем; сообщил о необходимости оплаты оставшейся суммы договора в размере около 77 млн. рублей и возникшей у него в связи с этим необходимости займа недостающей суммы денежных средств в размере 8 000 000 рублей для завершения сделки купли-продажи и последующей продажи приобретаемого имущественного комплекса по более высокой цене с целью извлечения прибыли, не имея намерений выполнять свои действия по приобретению имущества <данные изъяты>

После этого Д.Д.Д.., будучи введенным в заблуждение, доверяя представленной ФИО1 информации, сообщил полученные от ФИО1 сведения своей супруге С.С.С.., введя ее в заблуждение относительно действительного характера намерений ФИО1, которая согласилась с данным предложением.

Для сокрытия истинных намерений Непочатых возвратил часть денежных средств по договору займа, передав в апреле 2018 года Д.Д.Д. 400 000 рублей наличными и переведя в конце 2018 года на расчетный счет С.С.С. 50 000 рублей. Кроме того, для придания видимости намерений все таки выполнить договорные обязательства, ФИО1 направил на электронную почту Д.Д.Д. письмо <данные изъяты> датированное 28 июня 2018 года и адресованное и.о. генерального директора <данные изъяты> Ф.Ф.Ф. содержащее сведения о финансировании в размере более 1 млрд. рублей ООО <данные изъяты>, где ФИО1 являлся учредителем, для выполнения контракта, при отсутствии каких-либо взаимоотношений между данными организациями.

Из показаний свидетеля О.О.О., от лица которого подписано вышеназванное письмо, установлено, что какого-либо инвестирования в деятельность <данные изъяты> не осуществляло. Письмо за исх. № от 28 июня 2018 года о финансировании <данные изъяты> компании <данные изъяты> на приобретение <данные изъяты> в размере 1,4 млрд. рублей им не составлялось и не подписывалось.

Доводы стороны защиты о том, что ФИО1 не вернул С.С.С. займ по объективным причинам, в связи с введенной в отношении него по инициативе потерпевшей процедурой банкротства, прекращением в связи с этим возможности осуществлять предпринимательскую деятельность, и избранием в отношении него меры пресечения в виде домашнего ареста, не соответствуют действительности.

Срок возврата заемных денежных средств был определен не позднее 7 апреля 2018 года. Согласно действующего законодательства, гражданин самостоятелен в выборе способа защиты своего права, которое он считает нарушенным, и выбор им соответствующего способа защиты права не может являться единственным и достаточным основанием для признания возникший отношений гражданско-правовыми. Кроме того, обращение в суд за защитой нарушенного права не препятствует гражданину обратиться в правоохранительные органы. В связи с указанным, обращение С.С.С. 23 августа 2018 года в суд с исковым заявлением и 30 ноября 2018 года в правоохранительные органы находится в плоскости закона и не свидетельствует, вопреки утверждению защитника, о желании потерпевшей ограничить возражения ФИО1 под угрозой лишения его свободы. То, что исполнительное производство по исполнительному листу, выданному на основании решении Ростовского областного суда от 22 апреля 2019 года, не возбуждалось, а также то, что С.С.С. в рамках настоящего уголовного дела не заявляет гражданский иск, что свидетельствует, по мнению стороны защиты, о том, что С.С.С. настаивает на исполнении условий гражданско-правовой сделки, не влияет на юридическую квалификацию действий подсудимого и в целом на решение суда.

Обращение С.С.С. в Арбитражный суд с заявлением о признании ФИО1 несостоятельным (банкротом) имело место лишь 27 мая 2019 года, то есть по прошествии 13 месяцев после истечения срока возврата займа, а мера пресечения в отношении ФИО1 избрана только 21 декабря 2022 года. Наряду с этим, согласно сведений из МИ ФНС № 13 по Ростовской области, с 8 ноября 2013 по 18 апреля 2019 года ФИО1 имел в собственности легковой автомобиль Ленд Ровер Рендж Ровер, однако мер по частичному погашению задолженности за счет своего имущества не принял, что свидетельствует об отсутствии у ФИО1 намерений возвращать заемные денежные средства.

Уголовное дело по данному факту возбуждено при наличии заявления потерпевшей стороны о совершении ФИО1 преступления. По результатам проверки по заявлению принято решение, процессуальные сроки соблюдены.

Срок давности по преступлению не истек, договор займа денежных средств заключался с указанием возврата денежных средств и полного расчета до 7 апреля 2018 года.

Причиненный С.С.С. данным преступлением ущерб суд признает особо крупным в силу Примечания 1 п. 4 к ст. 158 УК РФ.

Органы предварительного следствия, квалифицировав действия ФИО1 одновременно как совершенные с причинением значительного ущерба потерпевшему, и в особо крупном размере, не учли, что указанные квалифицирующие признаки носят однородный характер, и квалификация в данном случае действий подсудимого по квалифицирующему признаку «с причинением значительного ущерба гражданину» является излишней и подлежит исключению из обвинения.

Способ совершения преступления, предусмотренного ст. 159 УК РФ, «путем злоупотребления доверием» нашли свое подтверждение в судебном заседании, поскольку ФИО1, злоупотребляя доверием Д.Д.Д.., а в последствии и С.С.С. сознательно сообщил Д.Д.Д. заведомо ложные несоответствующие действительности сведения о приобретении его тестем Ф.Ф.Ф. при содействии <данные изъяты> имущественного комплекса <данные изъяты> с целью извлечения материальной выгоды от последующей продажи указанного объекта; умышленно направил Д.Д.Д. через Л.Л.Л. по электронной почте документы, содержащие заведомо ложные сведения о намерениях ФИО1 приобрести имущественный комплекс <данные изъяты> что убедило Д.Д.Д. и его супругу в необходимости займа денежных средств между физическими лицами для инвестирования, который был осуществлен между ФИО1 и С.С.С.

При таких данных, суд квалифицирует деяние подсудимого ФИО1 по ч. 4 ст. 159 УК РФ – как мошенничество, то есть хищение чужого имущества путем злоупотребления доверием, совершенное в особо крупном размере.

При назначении наказания суд учитывает положения ст. 6, 43, 60 УК РФ, в том числе характер и степень общественной опасности совершенного преступления, личность виновного, в том числе обстоятельства, смягчающие наказание, отсутствие обстоятельств, отягчающих наказание, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи.

Подсудимый на учете у врачей психиатра и нарколога не состоит (т. 2 л.д. 49, 51), по месту жительства характеризуется удовлетворительно (т. 6 л.д. 134).

В качестве смягчающих наказание подсудимого обстоятельств, в соответствии с п. «г» ч. 1 ст. 61 УК РФ, суд признает наличие малолетнего ребенка у виновного (т. 6 л.д. 55), в соответствии с ч. 2 ст. 61 УК РФ, суд учитывает наличие несовершеннолетнего ребенка у виновного (т. 6 л.д. 54).

Обстоятельств, отягчающих наказание подсудимого, предусмотренных ст. 63 УК РФ, судом не установлено.

Исходя из критериев назначения наказания, основываясь на принципах справедливости и соразмерности наказания тяжести содеянного, принимая во внимание конкретные обстоятельства совершения преступления, суд приходит к выводу, что исправление подсудимого возможно только при назначении наказания в виде лишения свободы, поскольку менее строгий вид наказания не будет отвечать его целям, предусмотренным ч. 2 ст. 43 УК РФ.

Совокупность конкретных обстоятельств дела, наличие смягчающих наказание обстоятельств, указанных выше, размер и значимость похищенного имущества для потерпевшей, данные о личности подсудимого, влияние назначенного наказания на условия жизни подсудимого и членов его семьи, не дает суду основания прийти к выводу о возможности исправления подсудимого без реального отбывания наказания в виде лишения свободы. Оснований для замены наказания в виде лишения свободы принудительными работами в порядке, установленном ст. 53.1 УК РФ, не имеется. Основания для постановления приговора без назначения наказания, освобождения от наказания или применения отсрочки отбывания наказания отсутствуют.

Исходя из семейного и материального состояния подсудимого, суд считает возможным не назначать ему дополнительное наказание.

При определении вида и размера наказания суд не усматривает каких-либо исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступления, поведением Непочатых во время или после совершения преступления, существенно уменьшающих степень его общественной опасности, дающих возможность назначения наказания с применением ст. 64 УК РФ.

С учётом фактических обстоятельств дела, степени общественной опасности содеянного, личности подсудимого, суд не находит оснований для изменения категории преступления, совершенного подсудимым, на менее тяжкую, в соответствии с требованиями ч. 6 ст. 15 УК РФ.

Вид исправительного учреждения для отбывания наказания суд определяет, исходя из положений п. «б» ч. 1 ст. 58 УК РФ.

Гражданский иск по делу не заявлен.

Разрешая вопрос о мере пресечения в отношении подсудимого, суд учитывает тяжесть совершенного преступления, полные данные о личности виновного, а также то, что ему назначается наказание в виде лишения свободы.

Судьбу вещественных доказательств суд разрешает в соответствии с требованиями ст. 81-82 УПК РФ.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 302, 307-309 УПК РФ, суд

приговорил:

ФИО1 признать виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 УК РФ, и назначить ему наказание в виде лишения свободы на срок 4 (четыре) года с отбыванием в исправительной колонии общего режима.

Меру пресечения ФИО1 до вступления приговора в законную силу для обеспечения приговора изменить с домашнего ареста на заключение под стражу, взяв его под стражу в зале суда.

Срок отбывания наказания ФИО1 исчислять со дня вступления приговора в законную силу.

Зачесть в срок отбывания наказания время содержания под стражей в соответствии с п. «б» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ в период с 21 по 23 декабря 2022 года и с 8 февраля 2024 года по день вступления приговора в законную силу из расчета один день содержания под стражей за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима, а так же время нахождения под домашним арестом в период с 24 декабря 2022 года по 7 февраля 2024 года включительно из расчета два дня нахождения под домашним арестом за один день содержания под стражей в соответствии с ч. 3.4 ст. 72 УК РФ.

По вступлению приговора в законную силу вещественные доказательства:

<данные изъяты>

- долговую расписку от 7 февраля 2018 года между С.С.С. и ФИО1 о займе денежных средств в размере 8 000 000 рублей, возвращенную потерпевшей С.С.С. на ответственное хранение (т. 6 л.д. 17-18, 23-24, 25), - оставить в распоряжении последней.

Приговор может быть обжалован в Ростовский областной суд в апелляционном порядке через Новочеркасский городской суд Ростовской области в течение 15 суток со дня его постановления, а осужденным, содержащимся под стражей - в тот же срок со дня вручения копии приговора.

В случае подачи апелляционной жалобы, осужденный вправе в тот же срок заявить ходатайство о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции.

Председательствующий Е.Ю. Хоптяр