Апелляционное определение № 33-3-377/2026 33-3-9428/2025 от 18 февраля 2026 г.

Судья Афанасова М.С. дело № 33-3-377/2026,

№2-964/2025,

УИД 26 RS0029-01-2025-000070-77


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

город Ставрополь 19 февраля 2026 года

Судебная коллегия по гражданским делам Ставропольского краевого суда в составе председательствующего Трушкина Ю.А.,

судей Селюковой З.Н., Гукосьянца Г.А.,

при секретаре Ртищевой Д.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по апелляционной жалобе представителя истца ФИО1 – ФИО2 на решение Пятигорского городского суда Ставропольского края от 06 августа 2025 года по гражданскому делу по исковому заявлению ФИО1 к ФИО3 о признании недействительным нотариального согласия на дарение квартиры, признании недействительным договора дарения квартиры,

заслушав доклад судьи Селюковой З.Н.,

установила:

ФИО1 обратился в суд с исковым заявлением к ФИО3 о признании недействительным нотариального согласия ФИО4, данное ФИО5, от 27 февраля 2023 г. № … на дарение двухкомнатной квартиры, расположенной по адресу: <...> с кадастровым номером …, признании недействительным договора дарения от 22 марта 2023 г. двухкомнатной квартиры, площадью … кв.м, расположенной по адресу: <...> с кадастровым номером …, мотивируя свои требования тем, что … года после продолжительной болезни умер ФИО5, … года рождения, являвшийся отцом истца. … г. после продолжительной болезни умерла ФИО4, являвшаяся матерью истца. В законном браке супругами Кирпиченко приобретена квартира, расположенная по адресу: <...> с кадастровым номером …, зарегистрированная на имя супруга ФИО5 На основании поданного истцом ФИО1 заявления, 21 июля 2023 г. нотариусом ФИО7 заведено наследственное дело № 3589983-108/2023 к имуществу умершего … г. его отца ФИО5 С 03 декабря 1961 года ФИО5 и ФИО4 состояли в браке (актовая запись №1820). От нотариуса истцу стало известно, что в число наследственного имущества не вошла квартира, зарегистрированная на ФИО5, так как право собственности на вышеуказанное недвижимое имущество на момент смерти у него не оказалось. В дальнейшем истцу стало известно, что 22 марта 2023 г. между ФИО5 и ответчиком ФИО3 был заключен договор дарения квартиры, общей площадью … кв.м., расположенной на 4 этаже жилого дома по адресу: <...> с кадастровым номером …. Доказательством наличия у истца права на оспаривание сделок вытекает из реализации им права на принятие наследства путем обращения 21 июля 2023 г. к нотариусу с заявлениями о принятии наследства по закону, после смерти ФИО5, что свидетельствует о правовой заинтересованности в наследственном имуществе. Истец считает указанный договор недействительным, поскольку он был заключен с нарушением требований закона. Даритель ФИО5 не обладал правомочиями собственника в отношении вышеуказанной недвижимости и не имел права распоряжаться им без согласия супруги. Даритель ФИО5 27 февраля 2023 года получил согласие супруги ФИО4 на отчуждение вышеуказанной квартиры, являющееся совместно нажитым имуществом супругов. Однако, по мнению истца, на период подписания нотариального согласия 27 февраля 2023 года ФИО4 в силу психического расстройства, вызванного онкологической болезнью и иных заболеваний, не могла понимать значение своих действий и руководить ими, не могла понимать цель сделки, а также осмысливать юридическую суть сделки, её социально-правовые последствия, а потому волеизъявление на отчуждение нажитого в общем браке имущества отсутствовало, то есть согласие на сделку дарения совершено лицом, не способным понимать значения своих действий и руководить ими.

Обжалуемым решением Пятигорского городского суда Ставропольского края от 06 августа 2025 года в удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО3 о признании недействительным нотариального согласия ФИО4, выданной ФИО5 от 27 февраля 2023 г. № … на дарение двухкомнатной квартиры, расположенной по адресу: <...> кадастровый номер …, и признании недействительным договора дарения двухкомнатной квартиры, площадью … кв.м, расположенной по адресу: <...> кадастровый номер …, заключенного 22 марта 2023 г. между ФИО5 и ФИО3, отказано.

В апелляционной жалобе представитель истца ФИО1 – ФИО2 выражает несогласие с решением суда, просит его отменить, принять по делу новое решение об удовлетворении исковых требований в полном объеме, ссылаясь на неверную оценку представленных доказательств, неправильное определение обстоятельств, имеющих значение для дела. Полагает положенное в основу решения суда экспертное заключение недопустимым доказательством. Указывает, что экспертами при проведении экспертизы не была дана оценка медицинской документации, подтверждающей прохождение заочного освидетельствования 10 января 2023 года для присвоения первой группы инвалидности бессрочно. Эксперты не указали на применяемые ими методы и научно обоснованные методики, отсутствует ссылка на научную литературу. Отказ суда в удовлетворении ходатайства о назначении по делу повторной экспертизы полагает необоснованным, поскольку экспертное заключение №2292 от 04 июля 2025 года является неполным и неясным. Истец также выражает сомнения относительно законности результатов исследования №1579 от 18 сентября 2024 года. Также указывает, что судом не были приняты во внимание свидетельские показания ФИО8, ФИО9, ФИО10 Ссылаясь на положения статьи 204 ГК РФ, полагает, что срок исковой давности истцом не пропущен.

В письменных возражениях относительно доводов апелляционной жалобы представитель ответчика ФИО3 – ФИО11 просит обжалуемое решение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

Руководствуясь положениями части 3 статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ), судебная коллегия полагает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц, участвующих в деле, извещенных о дате, времени и месте судебного заседания своевременно и надлежащим образом.

Исследовав материалы гражданского дела, обсудив доводы, изложенные в апелляционной жалобе, возражениях на нее, заслушав ответчика ФИО3, его представителя ФИО11, проверив законность и обоснованность решения суда в пределах доводов, изложенных в апелляционной жалобе, судебная коллегия приходит к следующему.

Как следует из материалов данного гражданского дела, стороны являются родными братьями и детьми ФИО5 и ФИО4, которые с … года состояли в зарегистрированном браке.

При жизни ФИО5 являлся собственником квартиры, общей площадью - … кв. м., расположенной на 4 этаже жилого дома по адресу: <...> с кадастровым номером …

22 марта 2023 г. между ФИО5 и ответчиком ФИО3 был заключен договор дарения квартиры, общей площадью - … кв. м., расположенной на 4 этаже жилого дома по адресу: <...> с кадастровым номером.. . Одаряемый принял указанный дар.

Договор дарения квартиры от 22 марта 2023 г., общей площадью - … кв. м., расположенной на 4 этаже жилого дома по адресу: <...> с кадастровым номером … зарегистрирован в органах государственной регистрации недвижимости 27 марта 2023 г. за № …2.

… г. отец истца ФИО5 умер, что подтверждается свидетельством о смерти серии III-ДН № … от … г.

… г. мать истца ФИО4 умерла, что подтверждается свидетельством о смерти серии III-ДН № … от … г.

Обращаясь в суд с иском, и, оспаривая договор дарения недвижимости от 22 марта 2023 года, истец указал, что он был заключен с нарушением требований закона. Даритель ФИО5 не обладал правомочиями собственника в отношении вышеуказанной недвижимости и не имел права распоряжаться им без согласия супруги. Даритель ФИО5 27 февраля 2023 года получил согласие супруги ФИО4 на отчуждение вышеуказанной квартиры, являющееся совместно нажитым имуществом супругов. Однако, по мнению истца, на период подписания нотариального согласия 27 февраля 2023 года ФИО4 в силу психического расстройства, вызванного онкологической болезнью и иных заболеваний, не могла понимать значение своих действий и руководить ими, не могла понимать цель сделки, а также осмысливать юридическую суть сделки, её социально-правовые последствия, а потому волеизъявление на отчуждение нажитого в общем браке имущества отсутствовало, то есть согласие на сделку дарения совершено лицом, не способным понимать значения своих действий и руководить ими.

Определением Пятигорского городского суда Ставропольского края от 19 марта 2025 года на основании ходатайства стороны истца по делу судом назначена посмертная комплексная судебная психолого-психиатрическая экспертиза, производство которой поручено экспертам ГБУЗ Ростовской области «Психиатрическая больница».

Из заключения ГБУЗ Ростовской области «Психиатрическая больница» № 2292 от 04 июля 2025 года, следует, что в результате проведенного анализа выявляется, что в предоставленных материалах не содержится объективных данных о том, что на момент совершения юридически значимого действия у ФИО4 не наблюдалась симптоматика, указывающая на грубые или выраженные когнитивные нарушения, существенно затрудняющие нормальное социально-личностное функционирование; отсутствуют данные о наличии у ФИО4 экспертно-значимых расстройств интеллекта, мышления, внимания, памяти, восприятия, эмоций, воли, сознания и поведения, дефектности критических и прогностических способностей либо выраженных изменений мотивационно-волевого компонента, которые могли препятствовать пониманию значения своих действий и способности руководить ими. Также в предоставленных материалах отсутствуют данные о наличии у ФИО4 индивидуально-психологических особенностей, имеющих существенное значение в контексте рассматриваемой ситуации: внушаемости, уступчивости, подчиняемое.

Таким образом, проведенный ретроспективный психологический анализ материалов гражданского дела и медицинской документации показал, что отсутствие на момент совершения юридически значимых действий объективных данных о наличии у ФИО4 признаков интеллектуального дефекта, экспертно-значимых нарушений продуктивности когнитивных функций (способности выполнения интеллектуальных операций, уровня и течения мыслительной деятельности, перцептивных и аттентивно-мнестических процессов, аффективного фона и динамики эмоций), расстройстве мотивационно[1]волевого компонента, способного оказать существенное влияние на сознание, психическую деятельность и возможность волеизъявления, позволяет заключить о достаточной сохранности психических процессов (познавательных, эмоциональных, волевых) и социально-личностного функционирования, правильном восприятии сложившейся ситуации, адекватной оценке и контроле собственных поступков и поведения. На основании изложенного комиссия пришла к заключению, что ФИО4, … г.р., психическим заболеванием при жизни не страдала, проявляла способность к выполнению своих биологических и социальных функций соответственно возрасту, полу и уровню развития. В медицинской документации отсутствуют сведения о наличии у нее при жизни клинических признаков, динамики течения и единой клинической картины какого-либо психического расстройства, что подтверждается и данными психиатрического освидетельствования комиссией врачей - психиатров от 10 апреля 2023 г. (спустя 1,5 мес. после заключения сделки), за медицинской помощью к врачам-психиатрам никогда не обращалась. ФИО4 при жизни страдала рядом соматических заболеваний (опорно-двигательных, сердечно-сосудистых, желудочно-кишечных, онкологических), сопровождавшихся жалобами церебрастенического круга (головные боли, повышение АД, общая слабость) и болевым синдромом. Перенесенный ей в 2017 г. на фоне гипертонического криза (АД 240/100 мм.рт.ст) эпизод с мнестическими нарушениями, экспертами расценен как эпизод транзиторного нарушения мозгового кровообращения, с транзиторным нарушением высших психических функций, в частности кратковременной памяти. В дальнейшем подобные эпизоды в медицинской документации не описывались. В день подписания нотариального согласия – 27 февраля 2023 г. подэкспертная на дому была осмотрена участковым терапевтом в связи с обострением хр. гастродуоденита, ей была оказана медикаментозная помощь, с последующим улучшением самочувствия. Свидетельскими показаниями врача-терапевта (незаинтересованного лица) в судебном заседании подтверждается, что в юридически значимый период ФИО4 была адекватна, у нее сохранялась способность изменять свое поведение в зависимости от условий окружения, ее действия были спланированы, носили последовательный и целенаправленный характер. Таким образом, по своему психическому состоянию в период составления и подписания нотариального согласия от 27 февраля 2023 г. ФИО4 была способна к пониманию существа сделки, прогнозированию ее результатов (правовых и имущественных последствий), а, также к принятию и реализации самостоятельного решения, она могла понимать значение своих действий и руководить ими (ответ на вопросы №1,№2).

Как следует из материалов гражданского дела № 2-248/2024 по исковому заявлению ФИО1 к ФИО3 о признании договоров дарения недействительными, в 2024 года ФИО1 обращался в Пятигорский городской суд Ставропольского края с заявлением о признании заявленного договора дарения недействительным, применении последствий недействительности сделки, указывая, в том числе, что его мама в момент подписания и оформления договора дарения на ответчика, в силу своего состояния не могла понимать значение своих действий и руководить ими, в связи с чем просил назначить посмертную амбулаторную заочную судебную психолого-психиатрическую экспертизу.

Решением Пятигорского городского суда Ставропольского края от 22 ноября 2024 года с учетом определения об исправлении описки, оставленным без изменения апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Ставропольского краевого суда от 08 апреля 2025 года, по гражданскому делу №2-248/2024 исковые требования ФИО1 удовлетворены частично. Признан недействительным договор дарения дома, общей площадью - … кв.м., расположенный по адресу: г. Пятигорск, ст. ФИО6, ул. … с кадастровым номером …, и земельного участка под ним общей площадью … кв.м., с кадастровым номером …, заключенный … г. между ФИО4, умершей … года и ФИО3

ФИО1 в удовлетворении исковых требований к ФИО3 о признании недействительным договора дарения квартиры, общей площадью - … кв. м., расположенной на 4 этаже жилого дома по адресу: <...> с кадастровым номером …, заключенного 22 марта 2023 г. между ФИО5, умершим … г., и ФИО3, отказано.

Определением судебной коллегии по гражданским делам Пятого кассационного суда общей юрисдикции от 18 августа 2025 года решение Пятигорского городского суда Ставропольского края от 22 ноября 2024 года с учетом определения об исправлении описки, апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Ставропольского краевого суда от 08 апреля 2025 года оставлены без изменения.

Разрешая данный спор и отказывая в удовлетворении исковых требований, руководствуясь статьями 153, 160, 166, 167, 177, 209, 218, 421, 432, 572 ГК РФ, оценив представленные сторонами доказательства по правилам статьи 67 ГПК РФ, приняв и положив в основу решения заключение экспертов ГБУЗ Ростовской области «Психиатрическая больница» ФИО12, ФИО13, ФИО14, ФИО15 № 2292 от 04 июля 2025 года, суд первой инстанции исходил из отсутствия доказательств того, что в момент подписания нотариального согласия ФИО4 от 27 февраля 2023 года ФИО4 находилась в таком состоянии, когда она не была способна понимать значение своих действий или руководить ими. Договоры дарения составлены в предусмотренной законом форме, в них содержатся существенные условия, а именно, указаны стороны договора, одаряемый, а также указан предмет договора, принадлежащий на праве собственности дарителям, на момент совершения указанной безвозмездной сделки. Обстоятельства запрещающие, либо ограничивающие дарение, предусмотренные статьями 575, 576 ГК РФ, не установлены.

Учитывая положения статей 181, 195, 199, 200 ГК РФ, разъяснения, приведённые в пункте 73 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2012 года №9 «О судебной практике по делам о наследовании», установив, что договор дарения был зарегистрирован в установленном законом порядке 22 марта 2023 года, суд первой инстанции пришел к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения исковых требований, в том числе, по мотиву пропуска истцом срока исковой давности, заявленного ответчиком, и недоказанности наличия уважительных причин пропуска такого срока.

Судебная коллегия не находит оснований не согласиться с указанными выводами, поскольку судом первой инстанции правильно определен характер спорных правоотношений, с достаточной полнотой исследованы обстоятельства дела, имеющие значение для правильного его разрешения. Выводы суда, положенные в основу обжалуемого решения, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, подтверждены исследованными судом доказательствами, удовлетворяющими требования закона об их относимости и допустимости, содержат исчерпывающие суждения, вытекающие из установленных фактов.

Проверяя доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия приходит к выводу о том, что они не свидетельствуют о наличии правовых оснований для отмены обжалуемого решения суда, поскольку нормы материального и процессуального права применены судом первой инстанции правильно, предусмотренных статьей 330 ГПК РФ оснований для отмены решения суда в апелляционном порядке не имеется, выводы суда соответствуют установленным обстоятельствам и требованиям законодательства, регулирующего возникшие между сторонами отношения.

Доводы апелляционной жалобы о несогласии с проведенным экспертным исследованием и полученных по его результатам выводов основаны на субъективной оценке установленных обстоятельств, что не может рассматриваться в качестве достаточного основания для отмены решения суда.

У судебной коллегии не имеется оснований не доверять экспертному заключению ГБУЗ Ростовской области «Психиатрическая больница» ФИО12, ФИО13, ФИО14, ФИО15 № 2292 от 04 июля 2025 года, поскольку оно соответствует требованиям статей 83, 84, 86 ГПК РФ, положениям Федерального закона от 31 мая 2001 г. N 73-ФЗ "О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации", дано экспертами государственного учреждения здравоохранения, имеющими необходимый практический стаж работы и квалификацию, предупрежденными об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ за дачу заведомо ложного заключения, заключение содержит подробное описание проведенного исследования, анализ имеющихся данных, результаты исследования, конкретные ответы на поставленные судом вопросы, является последовательным, не допускает неоднозначного толкования. Данных объективно подтверждающих, что дополнительные доказательства, в том числе медицинская документация, которые не были представлены со стороны ответчика при назначении экспертизы, могли повлиять на результаты исследования, не представлено.

Сомнений в объективности и обоснованности экспертного заключения не имеется, допустимость и достоверность проведенной по делу судебной экспертизы не опровергнута, оснований для назначения по настоящему делу повторной экспертизы судебной коллегией не установлено.

Доводы апелляционной жалобы о необоснованном отказе судом в удовлетворении ходатайства о назначении повторной судебной экспертизы не свидетельствуют о незаконности обжалуемого решения, поскольку ходатайство истца разрешено судом в соответствии с требованиями статьи 166 ГПК РФ.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, представленным сторонами доказательствам, к которым в том числе, относятся показания свидетелей, судом дана верная правовая оценка. Результаты оценки доказательств суд отразил в решении, привел мотивы, по которым одни доказательства приняты в качестве средств обоснования выводов суда, другие доказательства отвергнуты судом, а также основания, по которым одним доказательствам отдано предпочтение перед другими. Нарушений требований статей 59, 60, 67 ГПК РФ, которые могли бы привести к неправильному разрешению спора, судом не допущено.

Доводы апелляционной жалобы о том, что срок исковой давности истцом не пропущен, отклоняются судебной коллегией, поскольку направлены на иное субъективное толкование законодательства. Каких-либо доказательств, свидетельствующих об уважительности причин пропуска сроков исковой давности, стороной истца ни суду первой, ни суду апелляционной инстанции не представлено.

Доводы апелляционной жалобы по существу не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного решения, либо опровергали изложенные выводы суда первой инстанции, направлены на переоценку собранных по делу доказательств, в связи с чем не могут служить основанием для отмены или изменения решения суда.

При таких обстоятельствах оснований для отмены решения суда по доводам апелляционной жалобы, судебной коллегией не установлено, а несогласие с выводами суда первой инстанции не свидетельствует о неправильности решения. Решение суда соответствует требованиям статьи 195, 198 ГПК РФ. Предусмотренных статьей 330 ГПК РФ оснований для отмены или изменения решения суда в апелляционном порядке не установлено.

Руководствуясь статьями 327-329 ГПК РФ, судебная коллегия

определила:

решение Пятигорского городского суда Ставропольского края от 06 августа 2025 года оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

Апелляционное определение судебной коллегии вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в срок, не превышающий трех месяцев со дня его вступления в законную силу в Пятый кассационный суд общей юрисдикции (г. Пятигорск) по правилам, установленным главой 41 ГПК РФ через суд первой инстанции.

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 03 марта 2026 года.

Председательствующий:

Судьи: