Апелляционное определение № 33-744/2026 от 6 апреля 2026 г.

Дело № 2-306/2025 судья Шалыгин А.А. 2026 год

(33-744/2026)

УИД 69RS0031-01-2025-000447-93


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

07 апреля 2026 года г. Тверь

Судебная коллегия по гражданским делам Тверского областного суда

в составе председательствующего судьи Пойменовой С.Н.,

судей Климовой К.В., Кубаревой Т.В.,

при секретаре судебного заседания Алиевой Л.А.,

рассмотрела в открытом судебном заседании

по докладу судьи Климовой К.В.

дело по апелляционной жалобе ФИО4 на решение Старицкого районного суда Тверской области от 17 декабря 2025 года, которым постановлено:

«Исковые требования ФИО4 к Старицкому районному потребительскому обществу о признании незаконным увольнения, восстановлении на работе, аннулировании записи об увольнении в трудовой книжке, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула, невыплаченных надбавок, среднего заработка до срока увольнения, компенсации за неиспользованный отпуск, компенсаций за задержку выплат, компенсации морального вреда, почтовых расходов, удовлетворить частично.

Взыскать со Старицкого районного потребительского общества (ИНН <***>, ОГРН <***>) в пользу ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ года рождения (паспорт №, выдан <адрес> ДД.ММ.ГГГГ), компенсацию за неиспользованный дополнительный оплачиваемый отпуск в размере 14 116 рублей 49 копеек, денежную компенсацию за задержку выплаты компенсации за неиспользованный дополнительный оплачиваемый отпуск за период с 27 сентября 2025 г. по 17 декабря 2025 г. в размере 1 120 рублей 06 копеек, компенсацию морального вреда в размере 1 000 рублей 00 копеек, возмещение почтовых расходов в размере 328 рублей 87 копеек.

В удовлетворении исковых требований ФИО4 о признании незаконным ее увольнения, отмене приказа №-к/л.с от ДД.ММ.ГГГГ, восстановлении ее в должности главного бухгалтера Старицкого районного потребительского общества, аннулировании записи об увольнении в электронной трудовой книжке, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула, надбавки за стаж, выплаты при выходе на пенсию, выплаты к празднику 8 Марта, выплаты к Международному дню кооперации, выплаты среднего заработка за два дня до срока увольнения, денежной компенсации за задержку выплаты надбавки за стаж, среднего заработка за два дня до срока увольнения, а также остальной части исковых требований о взыскании компенсации за дополнительный оплачиваемы отпуск, компенсации за задержку отпускных, компенсации морального вреда, почтовых расходов, отказать.

Взыскать со Старицкого районного потребительского общества (ИНН <***>, ОГРН <***>) государственную пошлину в доход бюджета муниципального образования «Старицкий муниципальный округ Тверской области» в размере 7 000 рублей 00 копеек».

Судебная коллегия

у с т а н о в и л а:

ФИО4 обратилась в суд с иском, уточненным в порядке статьи 39 Гражданского процессуального кодекса РФ, к Старицкому районному потребительскому обществу (также по тексту - Старицкое райпо, Общество) о признании незаконным увольнения и отмене приказа №-к/л.с от ДД.ММ.ГГГГ, восстановлении в должности главного бухгалтера Старицкого райпо, аннулировании записи об увольнении в электронной трудовой книжке, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула за период с ДД.ММ.ГГГГ по дату вынесения решения суда, надбавки за стаж за период с 22 марта по ДД.ММ.ГГГГ в сумме 29991,42 руб., выплаты при выходе на пенсию в сумме 35670 руб., выплаты к празднику 8 Марта в размере 870 руб., выплаты к Международному дню кооперации в размере 870 руб., выплаты среднего заработка за два дня до срока увольнения в сумме 6 566,84 руб., компенсации за дополнительный оплачиваемый отпуск в размере 25 325,20 руб., компенсации за задержку стажевых выплат, отпускных, выплат среднего заработка за два дня до срока увольнения, за период с ДД.ММ.ГГГГ по день вынесения решения суда, компенсации морального вреда в размере 800000 руб., почтовых расходов в размере 1 644,43 руб.

В обоснование заявленных требований указала, что ДД.ММ.ГГГГ между ней и Старицким райпо был заключен трудовой договор № от ДД.ММ.ГГГГ, в соответствии с которым она была принята на должность главного бухгалтера с должностным окладом 82000 руб., что подтверждается приказом о приеме на работу №-к/л.с. от ДД.ММ.ГГГГ Приказом Старицкого райпо №К от ДД.ММ.ГГГГ была уволена по ч. 1 ст. 312.8 Трудового Кодекса РФ, по инициативе работодателя. ДД.ММ.ГГГГ судебной коллегией по гражданским делам Тверского областного суда была восстановлена в должности главного бухгалтера с ДД.ММ.ГГГГ с выплатой среднего заработка за время вынужденного прогула. ДД.ММ.ГГГГ уведомлена о предстоящем увольнении по п. 2 ч. 1 ст. 81 ТК РФ (исх. №). ДД.ММ.ГГГГ приказом Старицкого райпо №-к/л.с от ДД.ММ.ГГГГ уволена по п. 2 ч. 1 ст. 81 Трудового Кодекса РФ по ее заявлению на досрочное расторжение трудового договора.

Полагает, что при увольнении работодателем была нарушена процедура сокращения занимаемой ею должности главного бухгалтера, ссылаясь на то, что ДД.ММ.ГГГГ на ее рабочем месте в Старицком райпо ФИО5 и ФИО1, не дав ей ознакомиться с документом, зачитали вслух непонятную ей информацию и удалились, сказав, что будет составлен акт об отказе от подписания документов - уведомления о предстоящем сокращении. Данный документ ей отправили по почте, в результате был нарушен срок ее увольнения и расчета при увольнении, так как по почте уведомление было получено ею ДД.ММ.ГГГГ, двухмесячный срок предупреждения об увольнении нужно исчислять с ДД.ММ.ГГГГ, срок предупреждения об увольнении по сокращению истек ДД.ММ.ГГГГ, поэтому расчетным днем увольнения и положенных выплат должно быть ДД.ММ.ГГГГ, а не ДД.ММ.ГГГГ как указано в уведомлении Старицкого райпо. ДД.ММ.ГГГГ на имя председателя Совета Старицкого райпо ею направлено возражение на предстоящее сокращение, которое осталось без рассмотрения. Ее заявление от 25 сентября 2025 г. на досрочное расторжение трудового договора по сокращению штата было составлено под сильнейшим психологическим давлением со стороны ФИО5, ФИО6 и ФИО2

Считает, что о сокращении штатов ее уведомили ненадлежащим образом и с нарушением сроков, также при сокращении не учли ее преимущественное право в соответствии со статьей 179 ТК РФ. При увольнении по сокращению ей не были выплачены положенные выплаты после восстановления в должности главного бухгалтера, а именно; надбавка к окладу, согласно Положению об оплате труда, за стаж от 1 года до 4 лет - 10 % от должностного оклада за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ; единовременное премирование в размере 50% от должностного оклада при выходе работника на пенсию, срок выхода на пенсию ДД.ММ.ГГГГ, единовременные премии к празднику 8 Марта и к Международному дню кооперации согласно п. 9.1 Правил внутреннего распорядка, утвержденных ДД.ММ.ГГГГ Ответ на ее письменные обращения о положенных выплатах не получила.

Для подтверждения выполненных работ, а также запроса у Старицкого райпо необходимых документов, ей приходилось использовать связь «Почта России» и тратить собственные средства для отправки, председатель Совета и работники Старицкого райпо не принимали у нее возражения и запросы. Общая сумма почтовых расходов, связанных с трудовыми отношениями в Старицком райпо, составляет 1 644,43 руб.

На протяжении всего периода взаимодействия с работниками Старицкого райпо, после восстановления ее судом в должности главного бухгалтера с 27 июня 2025 г. до момента увольнения, она каждый рабочий день испытывала унижения, насмешки, грубое физическое и моральное отношение со стороны работников Старицкого райпо. Своим поведением на рабочем месте председатель Совета ФИО5 переходил границы этики в отношениях работодатель - работник, каждый день провоцируя ее оскорблениями, применяя выходки с видеофиксацией на рабочем месте и распространением их через интернет, ФИО5 доводил ее до слез и нервных срывов, в результате которых она неоднократно находилась на больничном, создавал ей невыносимые условия на рабочем месте, порочил ее честь и достоинство ложными сведениями о ней в присутствии посторонних лиц.

Также со ссылкой на пункт 5.5.трудового договора указала, что ей не выплатили при увольнении по сокращению штатов задолженность по отпускным за период с 21 марта 2024 г. по 21 марта 2025 г. в количестве 7 дней в сумме 17 043,41 руб. и за период с 22 марта 2025 г. по 26 сентября 2025 г. в количестве 3,5 дня в сумме 8 281,79 руб., всего 25 325,20 руб. На момент письменного заявления для предоставления отпуска за отработанный период, работодатель не заключил с ней трудовой договор, что препятствовало для ее письменного обращения за дополнительными днями к отпуску. Трудовой договор, подписанный ФИО5, был направлен ей по почте Старицким райпо 03 сентября 2025 г. График отпусков на 2025 год был составлен с нарушением, с ней не согласован, утвержден только 03 сентября 2025 г. В соответствии с положениями статьи 236 Трудового кодекса РФ, по состоянию на день ее обращения в суд с исковым заявлением, ответчик обязан выплатить ей денежную компенсацию за задержку стажевых выплат, среднего заработка за два дня (11 и 12 ноября 2025 г.), отпускных, по состоянию на 25 ноября 2025 г. в общем размере 4145,81 руб., согласно выполненному ею расчету.

Определением суда, занесенным в протокол судебного заседания от 11 ноября 2025 г., к участию в деле в качестве третьего лица привлечена Государственная инспекция труда в Тверской области.

В судебном заседании истец ФИО4 исковые требования полностью поддержала с учетом их уточнений.

Представители ответчика Старицкого райпо ФИО5 и ФИО7 исковые требования не признали.

Третье лицо Государственная инспекция труда в Тверской области при надлежащем извещении о времени и месте судебного заседания, в судебное заседание своего представителя не направила, о причинах неявки представителя не сообщила, ходатайств об отложении разбирательства дела не заявила.

Прокурором Широковой А.В. дано заключение об отсутствии оснований для признания увольнения незаконным и восстановлении истца на работе.

Судом постановлено приведенное выше решение.

В апелляционной жалобе истец ФИО4, считая решение суда первой инстанции незаконным и необоснованным, вынесенным с нарушением норм материального и процессуального права, ставит вопрос о его отмене и принятии по делу нового судебного акта.

В обоснование жалобы указала, что ответчиком была нарушена процедура сокращения, что также подтверждается видеозаписью ответчика. Уведомление о сокращении ей не было вручено на рабочем месте, а при ознакомлении с ним отсутствовала комиссия (не менее двух свидетелей), как того требует процедура. Акт об отказе в подписании уведомления составлен с нарушениями: в нем имеется подпись отсутствующего в кабинете человека. Суд данные нарушения не учел. Кроме того, уведомление, полученное по почте, не содержит полного списка сокращаемых должностей и акта об отказе в подписании уведомления.

Отметила, что судом не было учтено и ее преимущественное право при сокращении штата. В отличие от других работников, она имеет двоих несовершеннолетних детей, высшее образование и опыт работы на руководящей должности более 15 лет, а занимаемая ею должность позволяет совмещать оставшиеся должности в штатном расписании.

Судом не учтено, что бухгалтерский учет в Старицком райпо ведется по договору ГПХ, а распределение должностных обязанностей главного бухгалтера после сокращения на малоопытных работников ФИО5, ФИО1 ФИО2 носит мнимый характер.

Также суд не учел, что на заседании Совета Старицкого районного потребительского общества от 04 сентября 2025 г., на котором было принято решение о сокращение штатов, должности разделены на два Постановления Совета с одинаковым номером протокола заседания. В одном протоколе Совета указана только должность главного бухгалтера, а в другом протоколе - остальные должности под сокращение.

Вопреки выводам суда, ее своевременная осведомленность о том, что в компетенцию Совета Старицкого райпо больше не входит назначение и увольнение главного бухгалтера, предоставила бы ей право обратиться непосредственно к председателю Совета Старицкого райпо ФИО5 для расчёта и выплаты положенных ей выплат.

Указала, что при прибыльной деятельности произведенное в отношении нее сокращение носило фиктивный характер.

Суд не принял во внимание и не учел, что занимая должность главного бухгалтера, она находилась под постоянным психологическим давлением со стороны ФИО5 и его сотрудников, не учел и то, что по вине ФИО5 она находилась на больничном листе, кроме того, ее принуждали к выполнению операций в бухгалтерском учёте, которые могли бы скомпрометировать ее, опасаясь за свою жизнь и здоровье на рабочем месте, ей постоянно приходилось обращаться в правоохранительные органы.

Судом искажен данный Государственной инспекцией труда ответ, также судом не учтено, что ответчик на протяжении более двух месяцев за период с 27 июня 2025 г. по 03 сентября 2025 г. не составлял и не подписывал с ней трудовой договор, а приобщенный дубликат трудового договора от 03 сентября 2025 г. с подписью руководителя ФИО5 содержит те же пункты, включая п. 5.5 о дополнительном отпуске за ненормированный рабочий день.

Отметила, что вопреки выводу суда была ознакомлена с Правилами внутреннего трудового распорядка от ДД.ММ.ГГГГ только в суде, а не на рабочем месте.

Полагает, что должность главного бухгалтера позволяла ей знакомиться со всеми действующими и недействующими документами ответчика, для выполнения своих обязанностей.

Указала, что приобщенные к материалам дела другие гражданские дела, в которых она не участвовала в качестве свидетеля, ответчика, истца и т.д. не имеют для разрешения настоящего спора юридического значения.

Не согласна ФИО4 и с расчетами суда о выплате компенсации за ненормированный рабочий день. Указала, что суд провел бухгалтерскую сверку без ее согласия и пришел к выводу о переплате ответчиком ей пособия при увольнении по сокращению, а также неверному начислению отпускных.

Отмечает, что судом проигнорировано ее ходатайство о запросе документов, подтверждающих, что она являлась пайщиком Старицкого райпо, расчетного листка с расшифровками всех начислений при сокращении, а также журнала регистрации расчетных листков.

Указала, что судом не приняты во внимание нарушения работодателя, связанные с заполнением ее электронной трудовой книжки, в которой вместо должности главного бухгалтера, указана должность управляющего финансовой деятельностью, что препятствует ее трудоустройству в вышеуказанной должности.

Выражает несогласие с взысканной в счет компенсации морального вреда суммой.

В дополнительной жалобе обращает внимание на то, что произошла ликвидация подразделения, приказом №-к/л.с. от ДД.ММ.ГГГГ она была принята в структурное подразделение «Отдел бухгалтерии» на должность главного бухгалтера, а приказом №-к/л.с уволена из структурного подразделения «Специалисты» в должности главного бухгалтера, в связи с чем полагает, что увольнение ее должно производиться по п.1 ч.1 ст.81 ТК РФ.

На апелляционную жалобу ФИО4 прокуратурой Старицкого района принесены возражения, в которых критикуются доводы жалобы, и указывается на законность и обоснованность принятого по делу решения.

Определением суда от 26 февраля 2026 г. произведена замена третьего лица Государственной инспекции труда Тверской области в связи с ее реорганизацией на Центральную межрегиональную территориальную государственную инспекцию труда.

В суде апелляционной инстанции истец ФИО4 доводы апелляционной жалобы поддержала в полном объеме.

Представитель ответчика Старицкого районного потребительского общества ФИО7 против доводов апелляционной жалобы возражала.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения дела в апелляционном порядке, не явились, об отложении дела не ходатайствовали, в связи с чем на основании статей 167, 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия находит возможным рассмотреть дело в их отсутствие.

Проверив в соответствии со статьей 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации законность и обоснованность решения суда первой инстанции в пределах доводов апелляционной жалобы, изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, возражений на нее, заслушав объяснения лиц, участвующих в деле, заключение прокурора Степенковой О.В., полагавшей, что оснований для отмены решения суда и удовлетворения апелляционной жалобы не имеется, судебная коллегия приходит к следующим выводам.

Как усыновлено судом и следует из материалов дела, истец ФИО4 приказом (распоряжением) председателя Совета Старицкого райпо ФИО3 №-к/л.с. от ДД.ММ.ГГГГ была принята на работу в Старицкое райпо на должность главного бухгалтера с должностным окладом 82 000 руб.

21 марта 2024 г. между Старицким райпо (работодатель) в лице председателя Совета Старицкого райпо ФИО3 и ФИО4 заключен трудовой договор №, по условиям которого работник обязуется выполнять обязанности по профессии (должности) главный бухгалтер, с подчинением правилам внутреннего распорядка организации, а работодатель обязуется обеспечивать работнику необходимые условия работы, своевременную выплату заработной платы, необходимые социально-бытовые условия в соответствии с действующим законодательством, локальными нормативными актами и настоящим трудовым договором (пункт 1.1).

Согласно разделу 2 трудового договора, договор заключается на неопределенный срок, действует с ДД.ММ.ГГГГ, работа по настоящему договору является для работника основной.

В соответствии с пунктом 4.6 трудового договора работник выполняет работу в условиях ненормированного рабочего дня.

Согласно пункту 5.2 трудового договора работнику предоставляется ежегодный оплачиваемый отпуск продолжительностью 28 календарных дней. Право на использование отпуска за первый год работы возникает у работника по истечению шести месяцев его непрерывной работы у данного работодателя. По соглашению сторон в соответствии с трудовым законодательством РФ оплачиваемый отпуск работнику может быть предоставлен до истечения шести месяцев. Отпуск за второй и последующий годы работы может предоставляться в любое время рабочего года в соответствии с графиком отпусков.

Согласно пункту 5.4 трудового договора работнику предоставляется ежегодный дополнительный оплачиваемый отпуск за работу в условиях ненормированного рабочего дня продолжительностью 7 календарных дней. Ежегодный дополнительный оплачиваемый отпуск предоставляется путем присоединения его к ежегодному оплачиваемому отпуску или по желанию работника, на основании письменного заявления, в другое время в соответствии с графиком отпусков.

В соответствии с пунктом 6.1, 6.1.2 трудового договора за выполнение обязанностей, предусмотренных договором, работнику установлен должностной оклад в размере 82000 руб. Премии: согласно положению о премировании.

22 мая 2024 г. общим собранием уполномоченных Старицкого райпо принято решение о досрочном прекращении полномочий председателя Совета ФИО3 с ДД.ММ.ГГГГ, на должность председателя Совета избран ФИО5

03 июня 2024 г. запись о председателе Совета ФИО5 внесена в Единый государственный реестр юридических лиц.

Приказом (распоряжением) председателя Совета Старицкого райпо ФИО5 от 02 ноября 2024 г. № 10К главный бухгалтер ФИО4 была уволена на основании части 1 статьи 312.8 ТК РФ в связи с отсутствием без уважительной причины взаимодействия с работодателем более двух дней подряд со дня поступления запроса работодателя.

Решением Старицкого районного суда Тверской области от 02 апреля 2025 г. по гражданскому делу № в удовлетворении исковых требований ФИО4 об отмене приказа об увольнении №К от ДД.ММ.ГГГГ и восстановлении на работе отказано.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Тверского областного суда от 26 июня 2025 г., оставленным без изменения определением судебной коллегии по гражданским делам Второго кассационного суда общей юрисдикции от 23 октября 2025 г., решение Старицкого районного суда Тверской области от 02 апреля 2025 г. в данной части отменено, по делу принято новое решение, которым признан незаконным и отменен приказ Старицкого райпо № 10 К от 02 ноября 2024 г. об увольнении ФИО4, она восстановлена на работе в Старицком райпо в должности главного бухгалтера с 03 ноября 2024 г., в ее пользу со Старицкого райпо взыскан средний заработок за время вынужденного прогула с 01 ноября 2024 г. по 26 июня 2025 г. в размере 598836, 30 руб., компенсация морального вреда.

Приказом председателя Совета Старицкого райпо ФИО5 от 27 июня 2025 г. №-к/л.с приказ об увольнении главного бухгалтера ФИО4 от ДД.ММ.ГГГГ № К признан недействительным, и она восстановлена на работе с 03 ноября 2024 г.

Согласно пункту 9.16 Устава Старицкого райпо, в редакции, действовавшей до ДД.ММ.ГГГГ, утверждение штатного расписания Общества, назначение и увольнение главного бухгалтера относилось к компетенции Совета Старицкого райпо.

04 сентября 2025 г. Советом Старицкого райпо (протокол заседания Совета № 09) принято постановление о проведении организационно-штатных мероприятий, в том числе, исключении из организационно-штатной структуры должности главного бухгалтера с 11 ноября 2025 г.

Председателем Совета ФИО5 подписано уведомление ФИО4 от ДД.ММ.ГГГГ № о предстоящем увольнении, в котором работодатель сообщил истцу о принятом Советом решении о сокращении должности главного бухгалтера и расторжении с ней трудового договора № 2 от 21 марта 2024 г. на основании пункта 2 части 1 статьи 81 ТК РФ 10 ноября 2025 г., а также об отсутствии в организации вакантных должностей.

Данное уведомление зачитано вслух ФИО4 05 сентября 2025 г. председателем Правления Старицкого райпо ФИО1 на ее рабочем месте в присутствии председателя Совета ФИО5 От подписания указанного уведомления ФИО4 отказалась.

Также указанное уведомление было направлено ФИО4 по почте и получено ею 10 сентября 2025 г.

Судом также установлено, что истец ФИО4 имеет несовершеннолетних детей, является многодетной матерью.

На заседании Совета Старицкого райпо 04 сентября 2025 г. было принято решение о сокращении еще трех должностей специалистов - юрисконсульта, менеджера по снабжению и специалиста по вводу данных, а также 0,3 ставки уборщицы.

Как следует из содержания постановлений Совета от 04 сентября 2025 г. и пояснений представителя ответчика, данные организационно-штатные мероприятия были вызваны снижением совокупного объема деятельности райпо.

Согласно заключению ревизионной комиссии Старицкого райпо по годовому бухгалтерскому отчету за 2024 год, в 2024 году основные средства Старицким райпо не приобретались, на 01 января 2025 г. не эксплуатируется 16 объектов, розничный товарооборот за 2024 год сократился по сравнению с прошлым годом на 2042,8 тысяч руб.

Согласно штатному расписанию, с 11 ноября 2025 г. число сотрудников Старицкого райпо сократилось до 7 единиц.

Согласно выполненному ответчиком анализу показателей финансово-хозяйственной деятельности, в период с 2022 года по 2024 год имело место значительное снижение выручки, валовой прибыли и коммерческих расходов. В связи с увеличением количества маркетплейсов, уменьшилась дневная выручка магазина, закупка товаров для реализации проводится не боле 1 раза в месяц, в связи с чем, уменьшился объем по обработке товарно-денежных отчетов, расчетов с поставщиками.

Распоряжением председателя Совета Старицкого райпо от 27 сентября 2025 г. № 17-ср обязанности по ведению бухгалтерского учета, составлению бухгалтерской отчетности, совершению кассовых операций распределены между председателем Совета, председателем Правления Старицкого райпо и специалистом по кадровому делопроизводству. Обязанности по ведению бухгалтерского учета, составлению бухгалтерской, налоговой отчетности, ведению расчетов по заработной плате и другие, связанные с ведением финансовой деятельности, содержатся в их должностных инструкциях, копии которых представлены суду.

25 сентября 2025 г. ФИО4 обратилась к работодателю с заявлением, в котором сообщила о своем согласии на расторжение трудового договора до истечения двухмесячного срока, указанного в уведомлении, на основании части 3 статьи 180 ТК РФ, с выплатой ей дополнительной компенсации в размере среднего заработка, исчисленной пропорционально времени, оставшемуся до истечения срока предупреждения об увольнении, в котором просила расторгнуть договор с 26 сентября 2025 г.

Заявление ФИО4 было рассмотрено на заседании Совета Старицкого райпо 25 сентября 2025 г. (протокол № 09), Советом принято решение о расторжении трудового договора с ФИО4 с 26 сентября 2025 г. с выплатой выходного пособия в размере одного среднемесячного заработка, дополнительной компенсации при досрочном увольнении до истечения двухмесячного срока после оповещения.

26 сентября 2025 г. председателем Совета Старицкого райпо ФИО5 издан приказ (распоряжение) о прекращении (расторжении) трудового договора с работником (увольнении) №-к/л.с, которым главный бухгалтер ФИО4 уволена 26 сентября 2025 г. на основании пункта 2 части 1 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации, в связи с сокращением штата работников с выплатой компенсации за неиспользованный ежегодный отпуск в количестве 3 календарных дней, выходного пособия в размере среднего месячного заработка и дополнительной компенсации в размере среднего заработка, исчисленного пропорционально времени, оставшемуся до истечения срока предупреждения об увольнении, с которым ФИО4 была ознакомлена ДД.ММ.ГГГГ

26 сентября 2025 г. в электронную трудовую книжку ФИО4 внесена запись № 5 о расторжении трудового договора по инициативе работодателя на основании пункта 2 части 1 статьи 81 ТК РФ - в связи с сокращением численности или штата работников организации, индивидуального предпринимателя.

Судом установлено, что после принятия Советом Старицкого райпо решения о сокращении должности истца от 04 сентября 2025 г., решением внеочередного общего собрания Старицкого райпо от 06 сентября 2025 г. принято решение о внесении изменений в Устав Общества, в том числе, из пункта 9.16 Устава (компетенция Совета Общества) исключены слова: «Назначение, увольнение, освобождение главного бухгалтера Общества и утверждение главному бухгалтеру должностного оклада, доплат, премий и иных поощрительных выплат, льгот и гарантий».

Соответствующие изменения внесены в Устав и зарегистрированы в ЕГРЮЛ 06 ноября 2025 г.

Согласно сведениям ОСФР, на момент увольнения истец была трудоустроена по совместительству главным бухгалтером в ООО «Феникс», откуда уволилась 07 октября 2025 г. по собственному желанию.

Отказывая в удовлетворении исковых требований о признании незаконным увольнения ФИО4, отмене приказа № 12-к/л.с от 26 сентября 2025 г., восстановлении ее в должности главного бухгалтера Старицкого райпо, аннулировании записи об увольнении в электронной трудовой книжке, взыскании с ответчика среднего заработка за время вынужденного прогула, суд, руководствуясь нормами трудового законодательства, пришел к выводу о наличии оснований для увольнения истца и соблюдении ответчиком процедуры увольнения ФИО4

Судом сделан вывод, что установленный законом порядок увольнения в связи с сокращением численности работников работодателем в отношении ФИО4 соблюден, поскольку о расторжении трудового договора в связи с сокращением штата она была уведомлена в предусмотренный трудовым законодательством срок, а вакансии, которые могли быть замещены истцом, в организации отсутствовали, поскольку должность главного бухгалтера в Старицком райпо была единственной, то оснований для оценки наличия у истца преимущественного права для оставления на работе у ответчика не имелось.

Суд также пришел к выводу, что заявление о досрочном увольнении от 25 сентября 2025 г. истцом было подано лично, с указанием в нем даты увольнения – 26 сентября 2025 г., указав, что объективных и безусловных доказательств, подтверждающих доводы о вынужденном характере подачи заявления о согласии на досрочное увольнение истцом не представлено.

Отказывая в удовлетворении исковых требований ФИО4 о взыскании в ее пользу надбавки за стаж в сумме 29 991,42 руб., выплаты при выходе на пенсию в сумме 35 670 руб., выплаты к празднику 8 Марта в размере 870 руб., выплаты к Международному дню кооперации в размере 870 руб., денежной компенсации за задержку этих выплат, суд исходил из того, что Положением об оплате труда и премировании работников Старицкого райпо, которым была установлена надбавка за стаж, отменено постановлением Совета Старицкого райпо от 27 мая 2024 г. и Правилами внутреннего трудового распорядка от 28 мая 2024 г. выплата надбавки за стаж работы не предусмотрена, также, как и заключенным с истцом трудовым договором от 21 марта 2024 г. Вместе с тем, выплаты при выходе на пенсию в сумме 35 670 руб., выплаты к празднику 8 Марта в размере 870 руб., выплаты к Международному дню кооперации в размере 870 руб. отнесены работодателем к мерам поощрения и применяются по решению Совета Старицкого райпо, которое в отношении истца отсутствовало.

Также судом сделан вывод об отсутствии оснований и для удовлетворения требования о взыскании выплаты среднего заработка за два дня до срока увольнения в сумме 6 566,84 руб., указав, что предусмотренная статьей 180 ТК РФ дополнительная компенсация при досрочном увольнении 26 сентября 2025 г. в сумме 113 217,60 руб. была выплачена истцу за период с 27 сентября по 10 ноября 2025 г.

Разрешая требование о взыскании компенсации за неиспользованный отпуск, суд, руководствуясь ст.ст. 114, 115, 116, 127, 121, 139, 140, 236 Трудового кодекса РФ, Постановлением Конституционного Суда РФ от 25 октября 2018 г. № 38-П, Положением об особенностях порядка исчисления средней заработной платы, утвержденным Постановлением Правительства РФ от 24 апреля 2025 г. № 540, исходя из того, что при увольнении истцу не в полном объеме выплачена компенсация за неиспользованный дополнительный оплачиваемый отпуск, определил ее размер в сумме 14116, 49 руб., взыскав также проценты за задержку выплаты указанной компенсации за период с 27 сентября 2025 г. по 17 декабря 2025 г. в сумме 1120,06 руб.

Установив, что неправомерными действиями работодателя, вследствие неполной выплаты денежной компенсации за неиспользованный дополнительный отпуск, нарушены трудовые права истца, суд пришел к выводу о наличии оснований для взыскания компенсации морального вреда.

Судебная коллегия соглашается с указанными выводами суда первой инстанции, поскольку они основаны на правильном применении норм материального права, регулирующих спорные правоотношения, и соответствуют установленным по делу обстоятельствам.

Доводы жалобы о нарушении ответчиком процедуры увольнения в связи с сокращением штата отклоняются судебной коллегией в виду следующего.

Согласно статьям 21, 22 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право на заключение, изменение и расторжение трудового договора в порядке и на условиях, которые установлены настоящим Кодексом, иными федеральными законами; работодатель имеет право заключать, изменять и расторгать трудовые договора с работником в порядке и на условиях, которые установлены настоящим Кодексом, иными федеральными законами.

В силу положений ст. 22 Трудового кодекса Российской Федерации, с учетом разъяснений, содержащихся в пункте 10 постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 17 марта 2004 N 2 «О применении судами Трудового кодекса Российской Федерации», работодатель в целях эффективной экономической деятельности и рационального управления имуществом самостоятельно, под свою ответственность, принимает кадровые решения (подбор, расстановка, увольнение персонала).

Основания расторжения трудового договора по инициативе работодателя установлены статьей 81 Трудового кодекса Российской Федерации.

Расторжение трудового договора работодателем в связи с сокращением численности или штата работников организации предусмотрено пунктом 2 части 1 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации как одно из оснований прекращения трудовых отношений по инициативе работодателя.

В силу части 3 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации увольнение по основанию, предусмотренному пунктом 2 или 3 части первой настоящей статьи, допускается, если невозможно перевести работника с его письменного согласия на другую имеющуюся у работодателя работу (как вакантную должность или работу, соответствующую квалификации работника, так и вакантную нижестоящую должность или нижеоплачиваемую работу), которую работник может выполнять с учетом его состояния здоровья. При этом работодатель обязан предлагать работнику все отвечающие указанным требованиям вакансии, имеющиеся у него в данной местности. Предлагать вакансии в других местностях работодатель обязан, если это предусмотрено коллективным договором, соглашениями, трудовым договором.

Главой 27 Трудового кодекса Российской Федерации установлены гарантии и компенсации работникам, связанные с расторжением трудового договора, в том числе в связи сокращением численности или штата работников организации.

Так, частями 1 и 2 статьи 180 Трудового кодекса Российской Федерации установлено, что при проведении мероприятий по сокращению численности или штата работников организации работодатель обязан предложить работнику другую имеющуюся работу (вакантную должность) в соответствии с частью 3 статьи 81 данного Кодекса. О предстоящем увольнении в связи с ликвидацией организации, сокращением численности или штата работников организации работники предупреждаются работодателем персонально и под роспись не менее чем за два месяца до увольнения.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 23 постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. N 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», при рассмотрении дела о восстановлении на работе лица, трудовой договор с которым расторгнут по инициативе работодателя, обязанность доказать наличие законного основания увольнения и соблюдение установленного порядка увольнения возлагается на работодателя.

Согласно правовой позиции изложенной в Определении Конституционного Суда Российской Федерации от 21 декабря 2006 г. N 581-О к числу гарантий трудовых прав, направленных против возможного произвольного увольнения граждан с работы, в частности в связи с сокращением штата работников, относится необходимость соблюдения работодателем установленного порядка увольнения: о предстоящем увольнении работник должен быть предупрежден работодателем персонально и под роспись не менее чем за два месяца до увольнения; одновременно с предупреждением о предстоящем увольнении работодатель обязан предложить работнику другую имеющуюся у него работу (как вакантную должность или работу, соответствующую его квалификации, так и вакантную нижестоящую должность или нижеоплачиваемую работу), которую работник может выполнять с учетом состояния здоровья, причем перевод на эту работу возможен лишь с его согласия (ч. 2 ст. 81, ч.ч. 1 и 2 ст. 180 Трудового кодекса Российской Федерации).

Согласно уведомлению о предстоящем увольнении по п.2 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса РФ от 05 сентября 2025 г. № 92, за подписью председателя Совета ФИО5, до истца доведена информация о принятом Советом Старицкого райпо решении о сокращении должности главного бухгалтера и расторжении с ней ДД.ММ.ГГГГ трудового договора от ДД.ММ.ГГГГ №. Также в уведомлении указано, что вакантные должности на ДД.ММ.ГГГГ5 г. в организации отсутствуют.

Доводы истца о невозможности ознакомления ДД.ММ.ГГГГ с уведомлением о предстоящем сокращении, отсутствии комиссии, судебной коллегией отклоняются как несостоятельные.

Имеющаяся в материалах дела видеозапись подтверждает, что ДД.ММ.ГГГГ уведомление о предстоящем увольнении по п.2 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса РФ зачитано истцу ФИО4 вслух председателем Правления Старицкого райпо ФИО1 на ее рабочем месте в присутствии председателя Совета ФИО5

Как следует из акта № от ДД.ММ.ГГГГ об отказе от подписания уведомления о предстоящем увольнении по п.2 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса РФ ФИО4 отказалась подписывать уведомление о предстоящем увольнении.

Согласно описи почтового отправления № указанное уведомление направлено в адрес истца по почте и получено им 10 сентября 2025 г.

Согласно ответу Старицкого райпо от 25 сентября № по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ свободные рабочие места для трудоустройства истца отсутствовали.

Таким образом, судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции о том, что порядок уведомления истца о предстоящем сокращении ее должности работодателем нарушен не был.

Довод истца о том, что акт об отказе от подписания уведомления имеет подпись отсутствующего в кабинете человека, опровергается самим актом, из которого следует, что он подписан председателем Совета Старицкого райпо ФИО5 и председателем Правления Старицкого райпо ФИО1, которые согласно имеющейся в материалах дела видеозаписи присутствовали в кабинете истца.

Вопреки доводу жалобы, отсутствие в почтовом отправлении акта об отказе в подписании уведомления на правильность проведения процедуры сокращения не влияет.

Кроме того, и в тексте искового заявления ФИО4 указано, что 05 сентября 2025 г. она была уведомлена о предстоящем сокращении по п. 2 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса РФ.

Вопреки доводу жалобы о преимущественном праве истца для оставления на работе при сокращении штата, суд, обосновано ссылаясь на положения ст. 179 Трудового кодекса РФ, указал, что должность главного бухгалтера в Старицком райпо была единственной.

Доводы истца о наличии опыта работы на руководящей должности, высшего образования и возможности совмещать оставшиеся должности в штатном расписании (делопроизводителя) не могут быть приняты во внимание, поскольку вакантных должностей с момента предупреждения о предстоящем сокращении до момента увольнения истца в обществе не имелось, должность делопроизводителя вакантной не являлась.

Судом правильно указано, что к лицам, с которыми не допускается расторжение трудового договора по инициативе работодателя в соответствии со ст. 261 Трудового кодекса РФ, ФИО4 не относится.

Довод жалобы о том, что сокращение должности главного бухгалтера носило мнимый характер, являлся предметом подробного изучения суда первой инстанции и обоснованно отклонен, как противоречащий обстоятельствам дела и представленным в материалы дела доказательствам.

Ссылки истца о том, что решение о сокращении должности главного бухгалтера оформлено отдельным протоколом Совета Старицкого райпо правильность выводов суда первой инстанции не опровергают и о мнимости сокращения должности истца не свидетельствуют.

Доводы истца, приведенные в дополнениях к апелляционной жалобе, о наличии оснований для увольнения по п. 1 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса РФ, ввиду ликвидации структурного подразделения, ввиду наличия ошибок в наименовании структурного подразделения, основаны на ошибочном толковании норм материального права.

Доводы истца о том, что заявление о досрочном увольнении по сокращению, она написала вынужденно, поскольку занимая должность главного бухгалтера, она находилась под постоянным психологическим давлением со стороны руководства и сотрудников Старицкого райпо, обоснованно отклонены судом первой инстанции, поскольку доказательств вынужденной подачи заявления о досрочном увольнении по сокращению штата, как и доказательств психологического давления со стороны председателя Совета Старицкого райпо и его сотрудников, материалы дела не содержат, а представленная в материалы дела видеозапись, а также акт о передаче истцом имущества от 25 сентября 2025 г. наоборот указывают на добровольный характер подачи заявления и прекращения трудовых отношений с ответчиком.

Кроме того, написание заявления истцом 25 сентября 2025 г. вынужденно под психологическим давлением со стороны руководства и сотрудников Старицкого райпо, на что указывает истец, основанием для восстановления ФИО4 на работе не является, поскольку при отсутствии такого заявления она подлежала увольнению 10 ноября 2025 г.

Довод жалобы об искажении ответа Государственной инспекции труда, на отсутствие комментариев суда относительно позиции Конституционного Суда, изложенной в Постановлениях от 27 декабря 1999 г. № 19-П и от 15 марта 2005 г. № 3-п выражает, по мнению судебной коллегии, несогласие с произведенной судом оценкой доказательств.

Довод жалобы о том, что на заседании Совета Старицкого райпо при ведении 04 сентября 2025 г. одного протокола № 9 было принято два постановления о проведении организационно-штатных мероприятий, в одном из которых из организационно-штатной структуры исключена должность главного бухгалтера, в другом- должности юрисконсульта, менеджера по снабжению и техническим вопросам, специалист по вводу данных, уборщица на правильность проведения процедуры увольнения в связи с сокращением штата, при наличии иных доказательств, подтверждающих реальность проведения процедуры сокращения, не влияет.

Довод жалобы о том, что нарушение ответчиком заполнения электронной трудовой книжки, препятствует ее трудоустройству в должности главного бухгалтера, противоречит представленным в материалы дела доказательствам. Как правильно указал суд первой инстанции оснований полагать, что указание в электронной книжке должности истца как «управляющий финансовой деятельностью» препятствует ее трудоустройству, не имеется. Согласно ответу ОСФР по Тверской области, на момент увольнения истец ФИО4 была трудоустроена по совместительству главным бухгалтером в ООО «Феникс», откуда уволилась 07 октября 2025 г. Кроме того, в ее обычной трудовой книжке занимаемая ею должность указана как «главный бухгалтер».

Таким образом, судебная коллегия соглашается с выводом суда о том, что указание в электронной трудовой книжке истца должности «управляющий финансовой деятельностью» носит технический характер.

Доводы жалобы о необоснованном приобщении судом к материалам дела документов из других гражданских дел, в которых истец не участвовала в качестве свидетеля, ответчика, истца, а также об оставлении без внимания ходатайств о предоставлении документов, что она является пайщиком Старицкого райпо, предоставлении расшифровок всех начислений, журнала регистрации расчетных листков, что по мнению истца подтверждает невозможность сверки расчетов по вине ответчика, отклоняются судебной коллегией, поскольку согласно положениям ст. ст. 56, 59, 67 Гражданского процессуального кодекса РФ только суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, принимает только те доказательства, которые имеют значение для рассмотрения и разрешения дела, оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств, никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы.

При этом суд оценивает не только относимость, допустимость доказательств, но и достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Довод истца о несогласии с произведенным судом расчетом задолженности компенсации за неиспользованный дополнительный оплачиваемый отпуск отклоняется судебной коллегией ввиду следующего.

Как установлено судом и подтверждено представленными в материалы дела документами, за период работы с 21 марта 2024 г. по 26 сентября 2025 г. истцу полагалось 42 календарных дня основного оплачиваемого отпуска и 10,5 дней дополнительного оплачиваемого отпуска, предусмотренного трудовым договором.

Согласно данным личной карточки работника и табелям учета рабочего времени ФИО4 за весь период работы с 21 апреля 2024 г. по 26 сентября 2025 г. был предоставлен ежегодный оплачиваемый отпуск в период с 02 июля 2025 г. по 29 июля 2025 г. в количестве 28 календарных дней.

Дополнительные оплачиваемые отпуска за работу в условиях ненормированного рабочего дня ей не предоставлялись.

При увольнении 02 ноября 2024 г. истцу была выплачена компенсация за неиспользованный отпуск в количестве 16,31 календарных дней.

Кроме того, согласно расчетному листку при увольнении ФИО4 26 сентября 2025 г. была выплачена компенсация за неиспользованный отпуск в количестве 3 календарных дней в размере 8 159,82 руб.

Таким образом, истцом фактически было реализовано право на основной оплачиваемый отпуск в количестве 42 дня и часть дополнительного оплачиваемого отпуска в количестве 5,31 день ((28+16,31+3) -42 = 5,31).

Следовательно, неиспользованный остаток дополнительного оплачиваемого отпуска составляет 5,19 дней (10,5-5,31).

Согласно выполненному ответчиком расчету среднего дневного заработка на дату увольнения ФИО4, его значение составляет 2719,94 руб. Указанный расчет соответствует требованиям статьи 139 Трудового кодекса РФ и Положению, утвержденному постановлением Правительства РФ от 24 апреля 2025 г. № 540.

Таким образом, судебная коллегия приходит к выводу, что произведенный судом расчет размера денежной компенсации за неиспользованный дополнительный отпуск, основанный на представленных в материалы дела документах, является правильным.

Доводов о несогласии с решением суда в части отказа в удовлетворении исковых требований о взыскании с ответчика надбавки за стаж, выплаты при выходе на пенсию, выплаты к празднику 8 Марта, выплаты к Международному дню кооперации апелляционная жалоба истца не содержит.

Поскольку судом первой инстанции было установлено нарушение ответчиком трудовых прав истца, то суд, руководствуясь положениями ст.237 Трудового кодекса Российской Федерации, пришел к выводу о наличии оснований для возложения на ответчика обязанности по компенсации истцу морального вреда.

Определяя размер компенсации морального вреда в сумме 1000 руб., суд учитывал размер невыплаченной компенсации, длительность нарушения ответчиком прав истца, степень вины работодателя. При этом, суд указал, что доказательств причинения истцу нравственных и физических страданий, вреда ее здоровью противоправными действиями председателя Совета Старицкого райпо ФИО5 и других работников Старицкого райпо ФИО4 не представлено.

Судебная коллегия соглашается с выводом суда первой инстанции о наличии оснований для взыскания с ответчика в пользу истца компенсации морального вреда в связи с нарушением трудовых прав работника, однако не может согласиться с выводами суда первой инстанции в части определения размера подлежащей взысканию с ответчика в пользу истца компенсации морального вреда.

В силу статьи 237 Трудового кодекса РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

В Трудовом кодексе Российской Федерации не содержится положений, касающихся понятия морального вреда и определения размера компенсации морального вреда. Такие нормы предусмотрены гражданским законодательством.

Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

В соответствии со ст. 151 Гражданского кодекса РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Согласно статье 1101 Гражданского кодекса РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме.

В пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» указано, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 ГК РФ, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.

Размер компенсации морального вреда не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального вреда, убытков и других имущественных требований (п. 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда»).

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. №2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», в соответствии со статьей 237 названного Кодекса компенсация морального вреда возмещается в денежной форме в размере, определяемом по соглашению работника и работодателя, а в случае спора факт причинения работнику морального вреда и размер компенсации определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба. Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

Из изложенного следует, что, поскольку, предусматривая в качестве способа защиты нематериальных благ компенсацию морального вреда, закон (статьи 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) устанавливает лишь общие принципы для определения размера такой компенсации, суду при разрешении спора о компенсации морального вреда необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимание фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав пострадавшей стороны как основополагающие принципы, предполагающие установление судом баланса интересов сторон. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении во избежание произвольного завышения или занижения судом суммы компенсации.

При этом, если суд пришел к выводу о необходимости присуждения денежной компенсации, то ее сумма должна быть не только мотивированной, но и адекватной, реальной.

Между тем, выводы суда об определении размера подлежащей взысканию в пользу истца компенсации морального вреда, не отвечают нормативным положениям, регулирующим вопросы компенсации морального вреда и определения ее размера, разъяснениям Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению, сделаны без учета в полной мере фактических обстоятельств дела.

Определяя сумму компенсации морального вреда, суд учитывал фактические обстоятельства дела, нарушение ответчиком трудовых прав истца ввиду неполной выплаты денежной компенсации за неиспользованный дополнительный отпуск, размер невыплаченной компенсации, длительность такого нарушения, степень вины работодателя.

При этом суд не привел мотивы и не обосновал, почему сумма в 1000 рублей, которая ниже заявленной ФИО4, является достаточной компенсацией причиненных истцу действиями работодателя нравственных страданий.

Судебная коллегия полагает, что взысканная судом сумма компенсации морального вреда в размере 1000 рублей при указанных выше обстоятельствах дела является заниженной, поскольку не соразмерна объему нарушенных прав истца и не соответствует требованиям разумности и справедливости.

При определении размера компенсации морального вреда суд апелляционной инстанции принимает во внимание степень вины работодателя, характер нарушения трудовых прав истца, причиненных ему в связи с невыплатой денежной компенсации за неиспользованный дополнительный отпуск в полном размере, размер невыплаченной компенсации, длительность такого нарушения, учитывает характер и объем нравственных страданий истца, причиненных в результате неправомерных действий работодателя, в том числе связанные с неправильным наименованием должности истца в электронной трудовой книжке, фактические обстоятельства дела, при которых был причинен моральный вред, требования разумности и справедливости и приходит к выводу о взыскании в пользу истца компенсации в размере 10000 рублей, полагая указанную сумму соответствующей требованиям разумности, справедливости и достаточности при имеющихся в деле доказательствах.

Заявленную истцом сумму компенсации морального вреда в размере 800000 рублей судебная коллегия полагает чрезмерной. Как следует из материалов дела, заявляя компенсацию в указанном размере, истец ссылался на значительный объем нарушений его трудовых прав, большая часть из которых в ходе рассмотрения спора не подтвердилась.

При этом судебная коллегия отклоняет доводы истца о причинении ей вреда на рабочем месте и соглашается с выводами суда о том, что в случае установления вины конкретных лиц в противоправных действиях в отношении истца по результатам административного либо уголовного расследования, она не лишена будет возможности заявить требование о компенсации морального вреда в рамках соответствующего производства.

С учетом изложенного, апелляционная жалоба ФИО4 подлежит частичному удовлетворению, а решение суда первой инстанции изменению в части размера компенсации морального вреда.

Руководствуясь ст.ст. 328, 329 Гражданского процессуального кодекса РФ, судебная коллегия

о п р е д е л и л а:

решение Старицкого районного суда Тверской области от 17 декабря 2025 года в части взыскания со Старицкого районного потребительского общества в пользу ФИО4 компенсации морального вреда изменить, увеличив размер компенсации морального вреда с 1000 руб. до 10000 руб.

В остальной части решение Старицкого районного суда Тверской области от 17 декабря 2025 года оставить без изменения, апелляционную жалобу Нестерович <данные изъяты> - без удовлетворения.

Мотивированное апелляционное определение составлено 21 апреля 2026 года.

Председательствующий С.Н. Пойменова

Судьи К.В. Климова

Т.В. Кубарева