Апелляционное постановление № 22-1186/2021 от 10 марта 2021 г. по делу № 22-1186/2021

50RS0019-01-2020-001615-45

Судья Шарапов Д.Г. Дело № 22-1186/2021


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

<данные изъяты> 11 марта 2021 года

Московский областной суд в составе:

председательствующего судьи Ивановой З.А.

при помощнике судьи Чернорубашкиной Ф.А.

рассмотрел в судебном заседании уголовное дело по апелляционным жалобам адвокатов Андронова С.М., Нянькина А.А., Ульяновского А.С. и осужденного ФИО1 на приговор Клинского городского суда <данные изъяты> от <данные изъяты>, которым:

ЗУ. А. У., <данные изъяты> года рождения, гражданин РФ, несудимый,

ФИО1, <данные изъяты> года рождения, гражданин РФ, несудимый,

осуждены по ч.2 ст.109 УК РФ каждый к наказанию в виде ограничения свободы сроком на 1 год 6 месяцев, с установлением им определенных ограничений и обязанности, указанных в приговоре.

На основании ч.3 ст.47 УК РФ ЗУ. А.У. и ФИО1 назначено дополнительное наказание в виде лишения права заниматься медицинской деятельностью сроком на 1 год.

Заслушав доклад судьи Ивановой З.А., выступления осужденных ЗУ. А.У., ФИО1, их защитников Нянькина А.А. и Ульяновского А.С., поддержавших доводы своих апелляционных жалоб, а также выступление прокурора Проскуриной О.О., суд апелляционной инстанции

УСТАНОВИЛ:

ЗУ. А.У. и ФИО1 признаны виновными в причинении смерти по неосторожности К. вследствие ненадлежащего исполнения лицами своих профессиональных обязанностей.

Преступление совершено ими в ноябре 2018 года в <данные изъяты> при обстоятельствах, изложенных в приговоре.

В апелляционных жалобах:

адвокат Андронов С.М. просит приговор изменить, усилить назначенное осужденным основное и дополнительное наказание. Указывает, что приговор является несправедливым вследствие его чрезмерной мягкости, ссылаясь на то, что суд не в полной мере учел обстоятельства дела, характер и степень общественной опасности преступления, а также тяжесть последствий, наступивших в результате его совершения, не учтено мнение потерпевшей;

адвокат Нянькин А.А. просит приговор в отношении ЗУ. А.У. отменить, а его оправдать за отсутствием в его действиях состава преступления, предусмотренного ч.2 ст.109 УК РФ. Считает приговор незаконным ввиду несоответствия выводов суда фактическим обстоятельствам уголовного дела, существенного нарушения уголовно- процессуального закона. Утверждает о невиновности ЗУ. А.У. в совершении преступления, указывая, что его вина не доказана, приговор основан на материалах предварительного расследования, не подтвержденных в судебном заседании, на материалах, полученных с нарушением порядка собирания доказательств, на доказательствах противоречивых, опровергнутых или не подтвержденных другими доказательствами, на доказательствах, достоверность которых вызывает обоснованные сомнения, а допустимость с учетом положений уголовно- процессуального закона исключается, предъявленное ЗУ. А.У. обвинение не нашло своего подтверждения. Выводы суда содержат противоречия и не согласуются между собой, содержат обвинительный уклон. Указывает на нарушения закона в ходе предварительного расследования при возбуждении уголовного дела, а также при проведении судебно- медицинской экспертизы, которая подлежит исключению из перечня доказательств, поскольку с постановлением о назначении экспертизы и с заключением комиссии экспертов ЗУ. А.У. был ознакомлен только 25 февраля 2020 года, когда он был допрошен в качестве подозреваемого, тогда как заключение эксперта было выполнено почти за четыре месяца до этого. Эксперт М. в судебном заседании дал непоследовательные и противоречивые пояснения относительно выводов комиссии экспертов, а суд необоснованно отказал в назначении повторной судебно-медицинской экспертизы. Считает, что приговор основан на заключении экспертов, в котором отсутствует ссылка на конкретные нарушения (дефекты), допущенные ЗУ. А.У. в период лечения больного К., ЗУ. А.У. добросовестно выполнял свои обязанности и в полном объеме осуществлял динамическое наблюдение за пациентом;

адвокат Ульяновский А.С. просит приговор отменить, назначить по делу повторную комиссионную судебно-медицинскую экспертизу и по ее результатам принять по делу новое решение с учетом доводов жалобы. Указывает, что приговор является незаконным и необоснованным, содержащим в себе нарушения норм материального и процессуального права, постановленным на неполных и неисследованных судом обстоятельствах и доказательствах, представленным доказательствам защиты по делу судом не дана надлежащая правовая оценка. С постановлением о назначении экспертизы в отношении К. сторона защиты и осужденные были ознакомлены несвоевременно, у ФИО1 отсутствовала возможность в постановке дополнительных вопросов для получения полной и объективной информации по делу, суд не дал никакой оценки, что является нарушением прав на защиту ФИО1 В приговоре не установлено, в какой период оказания медицинской помощи К. наступил кризис, в результате которого возможность благоприятного исхода лечения была бы исключена. Судом не дана оценка тому, что в заключении комиссии экспертов №173 сделан вывод об отсутствии прямой причинно-следственной связи между оказанием медицинской помощи и наступлением смерти пациента К. Также обращает внимание на тот факт, что клинические рекомендации по лечению острого аппендицита у детей от 2016 года на тот момент времени не являлись обязательными к выполнению и носили рекомендательный характер. Также остался невыясненным вопрос, в чем же выразилось ненадлежащее исполнение своих профессиональных обязанностей ФИО1, чьи именно действия (бездействия) ФИО1 или ЗУ. А.У. находятся в причинно- следственной связи с наступлением смерти К. Отсутствие в комиссии экспертов врача реаниматолога делает заключение комиссии экспертов не всесторонним, а соответственно необъективным и имеющим нарушения требований действующего законодательства. Считают, что приговор был вынесен на предположениях, на недопустимых доказательствах, на противоречивых показаниях свидетелей обвинения;

осужденный ФИО1 просит приговор отменить, а его оправдать. Указывает, что он в совершении преступления не виновен, приговор является незаконным и необоснованным, вынесенным с нарушениями уголовно- процессуального законодательства, неправильным определением значимых обстоятельств, несоответствием выводов суда фактическим обстоятельствам дела. Утверждает, что в тот день лечением малолетнего К. он не занимался, динамическое наблюдение, определение методов обследования, способов и средств лечения не входило в его служебные обязанности, так как он находился на дежурстве в больнице в качестве врача-хирурга приемного отделения, при этом им были выполнены в полном объеме все зависящие от него действия, поступивший ребенок подробно был доложен ответственному дежурному хирургу ЗУ. А.У., который в дальнейшем и занимался динамическим наблюдением, обследованием и лечением малолетнего К., а также имеет полномочия корректировать выставленные диагнозы при поступлении и данные им (ФИО1) назначения в зависимости от состояния больного и результатов наблюдения обследования. Также обращает внимание на тот факт, что клинические рекомендации по лечению острого аппендицита у детей от 2016 года, на которые имеется ссылка в приговоре, в период нахождения малолетнего К. в больнице с 28.11.2018 года по 30.11.2018 года не являлись обязательными к выполнению и носили рекомендательный характер. Кроме того, по заключению экспертизы №173 прямая причинно-следственная связь в его действиях с наступлением смерти К. не установлена. Выполненная по делу данная экспертиза вызывает сомнение, экспертами не выяснен вопрос, в какой же момент состояние малолетнего К. достигло той степени тяжести, что спасти его не представлялось возможным, в экспертную комиссию не был включен врач анестезиолог-реаниматолог.

В возражениях государственный обвинитель Каурова Н.В. просит приговор оставить без изменения.

Проверив материалы уголовного дела, выслушав участников процесса, обсудив доводы жалоб и возражений, суд апелляционной инстанции находит приговор подлежащим изменению.

Обвинительный приговор в отношении ЗУ. А.У. и ФИО1 соответствует требованиям ст. ст. 303 - 304, 307 - 309 УПК РФ. В нем указаны обстоятельства совершенного преступления, установленные судом, проанализированы доказательства, обосновывающие вывод суда о виновности осужденных в содеянном, мотивированы выводы относительно квалификации их действий и назначенного наказания.

Выводы суда о виновности ЗУ. А.У. и ФИО1 в причинении смерти по неосторожности вследствие ненадлежащего исполнения своих профессиональных обязанностей, являются обоснованными и подтверждаются совокупностью доказательств, содержание которых подробно изложено в приговоре, исследованными и получившими оценку в соответствии со ст. 87, 88 УПК РФ.

Приведенные в апелляционных жалобах доводы об отсутствии объективных доказательств вины осужденных, суд апелляционной инстанции находит неубедительными.

Аналогичные доводы были предметом обсуждения в ходе судебного разбирательства, проанализированы судом, и им дана соответствующая критическая оценка, что нашло отражение в приговоре, и с которой полностью согласен суд апелляционной инстанции.

Опровергая доводы стороны защиты, судом в качестве доказательств, устанавливающих в приговоре виновность осужденных ЗУ. А.У. и ФИО1 обоснованно приведены показания потерпевшей М. и свидетелей К., К. об обращении с малолетним К. за медицинской помощью в Клинскую городскую больницу, где в период с 28 по 29 ноября 2018 года дежурили врачи –хирурги ЗУ. А.У. и ФИО1, в тот момент ребенок был несвоевременно госпитализирован в больницу, не должным образом велось наблюдение за его состоянием, 29.11.2018 года ему была сделана операция, а 30.11.2018 года К. скончался, показания свидетелей Л., М., К., М., Б., Б., Л., Б., Р.,Б., Б., Г. М., В., К., К. об обращении К. за медицинской помощью;

рапорт следователя о заявлении М. по факту халатных действий врачей ГАУЗ МО «Клинская городская больница», которые повлекли смерть малолетнего К., <данные изъяты> года рождения;

медицинские документы на имя К.:

заключение комиссии экспертов от 30.10.2019 года № 173, выводы которого в полном объеме подтвердил в судебном заседании эксперт М., и согласно которым причиной смерти К. является острый гангренозный перфоративный аппендицит (воспаление червеобразного отростка слепой кишки), осложнившийся фибринозно-гнойным перитонитом (воспалением брюшины). В медицинском учреждении ГАУЗ МО «Клинская городская больница» медицинская помощь К. была оказана с нарушением Порядка оказания медицинской помощи по профилю «Детская хирургия», несвоевременно, с невыполнением Клинических рекомендаций и не в полном объеме.

После направления врачом-педиатром в приемное отделение больницы с подозрением на острый аппендицит, К. не был госпитализирован 28.11 2018 года врачом-хирургом ФИО1 при первичном обращении в стационар. При сомнениях в диагнозе необходима госпитализация ребенка и проведение динамического наблюдения, которое не должно превышать 12 часов.. Врачом ФИО1 был установлен неправильный диагноз: кишечная колика и рекомендованы очистительная клизма, повторный осмотр хирурга по показаниям, амбулаторное лечение.

Диагностику острого хирургического заболевания живота у малолетнего К. проводил 28 и 29 ноября 2018 года врач-хирург ЗУ. А.У., не имеющий специализации по разделу «детская хирургия». ЗУ. А.У. не поставил в известность и не привлек к диагностике и лечению К. специалиста, имеющего специальные познания в разделе «детская хирургия», не должным образом проводил динамическое наблюдение, не дал оценку тяжести состояния, не диагностировал у К. острый аппендицит, что повлекло назначение неправильного лечения.

Оценка тяжести состояния К. в стационаре была неправильной, как в процессе наблюдения, так и перед операцией, что привело к запоздалому хирургическому вмешательству.

Таким образом, медицинская помощь врачами-хирургами ФИО1 и ЗУ. А.У. малолетнему К. была оказана не в полном объеме, не в соответствии с требованиями нормативных документов и клинических рекомендаций.

При своевременном и полнообъемном оказании медицинской помощи К. прогноз имевшего у него заболевания в плане полного выздоровления был вполне благоприятный.

Между грубыми лечебными и диагностическими дефектами оказания медицинской помощи К. в ГАУЗ МО «Клинская городская больница» и наступлением его смерти имеется причинно- следственная связь.

Заключение комиссии экспертов от 30.10.2019 №173 произведена на основании постановления следователя, вынесенного в соответствии с положениями уголовно- процессуального закона. В ее производстве участвовали эксперты, имеющие соответствующее образование и определенный стаж экспертной деятельности по специальности.

Заключение комиссии экспертов отвечает требованиям ст.204 УПК РФ, содержат полные ответы на все поставленные вопросы, ссылки на примененные методики и другие необходимые данные, в том числе заверенные подписями экспертов записи, удостоверяющие то, что им разъяснены права и обязанности, предусмотренные ст.57 УПК РФ, и они предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения. Представленные на исследование материалы дела были достаточны для ответов на поставленные перед экспертами вопросы.

В обоснованности и правильности выводов проведенной в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона экспертизы №173 от 30.10.2019 года, у суда первой инстанции оснований сомневаться не имелось, в связи с чем, обоснованно было отказано в удовлетворении заявленных защитой ходатайств о проведении по делу повторной, дополнительной экспертиз.

Несвоевременное ознакомление с постановлением о назначении экспертизы по делу и с самим заключением, не влияют на выводы суда о виновности ФИО1 и ЗУ. А.У. в содеянном. Не свидетельствует о нарушении закона, влекущего признание проведенной по делу комплексной судебно- медицинской экспертизы недопустимым доказательством. В связи с этим, доводы о нарушении права осужденных на защиту, несостоятельны.

Доводы о том, что, что клинические рекомендации по лечению острого аппендицита у детей от 2016 года, в период нахождения малолетнего К. в больнице с 28.11.2018 г. по 30.11.2018 г. не являлись обязательными к выполнению и носили рекомендательный характер, признаются несостоятельными, поскольку врачи обязаны были в своей работе руководствоваться, в том числе, клиническими рекомендациями.

Все доказательства, положенные в основу приговора, не содержат существенных противоречий и дополняют друг друга, каждому из доказательств суд дал надлежащую оценку и привел мотивы, по которым признал их достоверными.

Материалы уголовного дела свидетельствуют о том, что суд правильно установил фактические обстоятельства совершенного осужденными преступления и верно квалифицировал действия ЗУ. А.У. и ФИО1 по ч.2ст. 109 УК РФ, как причинение смерти по неосторожности вследствие ненадлежащего исполнения своих профессиональных обязанностей.

Выводы суда в приговоре о том, что врачи являются должностными лицами, не влияют на квалификацию действий осужденных и данное обстоятельство им не вменялось, в связи с чем, доводы в этой части несостоятельны.

Назначенное осужденным наказание, как основное, так и дополнительное по своему виду и сроку, соответствует требованиями ст.6, 43, 47, 60 УК РФ, отвечает принципу справедливости и соразмерно содеянному.

В приговоре отражено, что суд учитывал характер и степень общественной опасности содеянного, данные о личности виновных, совокупность смягчающих обстоятельств, отсутствие отягчающих обстоятельств, влияние назначенного наказания на исправление осужденных и на условия жизни семьи.

Считать назначенное осужденным наказание чрезмерно мягким, как об этом указывается в жалобе представителя потерпевшей, оснований не имеется.

Каких-либо нарушений уголовного и уголовно-процессуального закона, влекущих отмену приговора, как на предварительном следствии, в том числе, при возбуждении уголовного дела, а также при проведении судебно- медицинской экспертизы, так и в суде при рассмотрении уголовного дела, не допущено, дело расследовано и рассмотрено всесторонне, полно и объективно и на основе состязательности сторон.

Вместе с тем, в настоящее время имеются основания для применения к осужденным положений п. "а" ч. 1 ст. 78 УК РФ об освобождении ЗУ. А.У. и ФИО1 от назначенного наказания в связи с истечением срока давности привлечения к уголовной ответственности за преступление небольшой тяжести, которое было совершено более двух лет назад – с 28 на 29 ноября 2018 года.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 389.13, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд

ПОСТАНОВИЛ:

приговор Клинского городского суда Московской области от 05 ноября 2020 года в отношении ЗУ. А. У. и ФИО1 изменить, на основании ст.78 УК РФ освободить их от назначенного наказания в связи с истечением сроков давности уголовного преследования.

В остальном приговор оставить без изменения, апелляционные жалобы- без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в кассационном порядке в течение 6 месяцев со дня вступления приговора в законную силу. Осужденные вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Судья : З.А. Иванова