Апелляционное постановление № 22-1489/2025 от 8 октября 2025 г. по делу № 1-595/2025

Председательствующий Рыбаков Р.В. Дело № 22-1489/2025


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Курган 9 октября 2025 г.

Курганский областной суд в составе председательствующего Головина И.Н.

при секретаре Шайда М.В.

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционному представлению государственного обвинителя Захарова Ю.А. на постановление Курганского городского суда Курганской области от 30 июля 2025 г., которым уголовное дело в отношении

ФИО1, родившейся <...> в <адрес>,

обвиняемой в совершении преступления, предусмотренного ч. 6 ст.204 УК РФ,

возвращено прокурору Курганской области для устранения препятствий его рассмотрения судом.

Заслушав выступления прокурора Мешкова А.А., подсудимой ФИО1 и защитника Ермаковой М.В., поддержавших доводы апелляционного представления о необходимости отмены судебного решения, суд апелляционной инстанции

УСТАНОВИЛ:

обжалуемым постановлением уголовное дело в отношении ФИО1 возвращено прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом.

В обоснование принятого решения судьей указано, что обвинительное заключение по данному делу составлено с нарушением требований УПК РФ, исключающим на его основе возможность постановления судом приговора или вынесения иного решения, что является основанием для возвращения уголовного дела прокурору.

В апелляционном представлении государственный обвинитель просит постановление отменить в связи с существенным нарушением уголовно-процессуального закона, уголовное дело направить на новое рассмотрение в тот же суд в ином составе для рассмотрения по существу.

Полагает, что следователем не было допущено нарушений при возбуждении уголовного дела. Постановление о возбуждении уголовного дела от 16 февраля 2023 г. в отношении ФИО1 отвечает требованиям ст. 146 УПК РФ, поскольку в нем указаны дата, время и место его вынесения, повод и основание для возбуждения дела, а также часть и статья УК РФ.

ФИО1, являясь председателем правления, выполняла управленческие функции в ТСЖ. Согласно ч. 1 ст. 135 ЖК РФ ТСЖ является некоммерческой организацией, представляющее собой объединение собственников помещений в многоквартирном доме для совместного управления общим имуществом. Таким образом, согласно п. 31 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 9 июля 2013 года № 24 «О судебной практике по делам о взяточничестве и об иных коррупционных преступлениях» наличие заявления либо согласия руководителя управления организации, или согласия члена органа управления организации или лиц, имеющих право принимать решения, не требовалось, поскольку действиями ФИО1 нарушены права граждан как являющихся, так и не являющихся членами ТСЖ, а также иных организаций, имевших возможность осуществлять ремонтные работы фасада указанного дома, и принимать участие в конкурсе по выбору подрядной организации для проведения указанных работ на более выгодных конкурентных условиях. Поводом для возбуждения уголовного дела явился рапорт следователя об имеющейся информации о совершенном ФИО1 преступлении, а основанием – данные, полученные в ходе доследственной проверки.

Проверив материалы уголовного дела, доводы апелляционного представления, суд апелляционной инстанции приходит к выводу об отмене обжалуемого постановления в связи с несоответствие выводов суда в нем изложенных фактическим обстоятельствам уголовного дела (ст. 389.16 УПК РФ).

В соответствии с п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ судья по ходатайству стороны или по собственной инициативе возвращает уголовное дело прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом в случаях, если обвинительное заключение или обвинительный акт составлены с нарушением требований УПК РФ, что исключает возможность постановления судом приговора или вынесения иного решения на основе данного заключения или акта.

При этом не всякие нарушения являются препятствием для рассмотрения дела в суде, а лишь существенные, неустранимые в судебном производстве, а постановление суда во всяком случае должно быть законным, обоснованным и мотивированным, как того требуют положения ч. 4 ст. 7 УПК РФ.

В данном случае обжалуемое судебное решение этим требованиям не соответствует.

В обоснование принятого решения судом указано, что уголовное дело в отношении ФИО1 возбуждено с нарушением порядка, предусмотренного уголовно-процессуальным законом, поскольку в соответствии со ст. 23 УПК РФ, если деяние, предусмотренное главой 23 УК РФ, причинило вред интересам исключительно коммерческой или иной организации, не являющейся государственным или муниципальным предприятием либо организацией с участием в уставном (складочном) капитале (паевом фонде) государства или муниципального образования, и не причинило вреда интересам других организаций, а также интересам граждан, общества или государства, то уголовное дело возбуждается по заявлению руководителя данной организации или с его согласия.

По смыслу закона и в соответствии с пунктом 31 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 9 июля 2013 года № 24 «О судебной практике по делам о взяточничестве и об иных коррупционных преступлениях», если незаконное вознаграждение при коммерческом подкупе получено руководителем такой организации, то его уголовное преследование осуществляется по заявлению или с согласия органа управления организации, в компетенцию которого входит избрание или назначение этого руководителя, а также с согласия члена органа управления организации или лиц, имеющих право принимать решения, определяющие деятельность юридического лица.

Правильно процитировав данные нормы, суд не учел, что в соответствии со ст. 23 УПК РФ и разъяснениями по ее применению, содержащихся в п. 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской федерации от 16 октября 2009 года № 19 (ред. от 11.06.2020) «О судебной практике по делам о злоупотреблении должностными полномочиями и о превышении должностных полномочий», в случае причинения вреда интересам других организаций (например, некоммерческой организации, государственному или муниципальному предприятию), а также интересам граждан, общества или государства, уголовное преследование за злоупотребление полномочиями в коммерческой или иной организации осуществляется на общих основаниях.

Таким образом, если деяние, предусмотренное главой 23 УК РФ, причинило вред интересам граждан, то уголовное дело возбуждается в порядке, предусмотренном для дел публичного обвинения (ст. 20 УПК РФ).

Согласно предъявленному ФИО1 обвинению и обвинительному заключению ей инкриминировано причинение вреда не ТСЖ как иной организации в смысле ст. 23 УПК РФ, а совершение умышленных действий, в результате которых граждане – собственники жилья <адрес> были лишены возможности выбора подрядной организации по капитальному ремонту фасада жилого дома (том 20 л.д.47-48).

Предъявленное обвинение соответствует разъяснениям п. 18 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 16 октября 2009 года № 19, согласно которым, наряду с другими обстоятельствами дела, надлежит выяснять и указывать, какие именно права и законные интересы граждан или организаций либо охраняемые законом интересы общества или государства нарушены и находится ли причиненный этим правам и интересам вред в причинной связи с допущенным должностным лицом нарушением своих служебных полномочий. При оценке существенности вреда необходимо учитывать степень отрицательного влияния противоправного деяния на нормальную работу организации, государственных и муниципальных органов, характер и размер понесенного материального ущерба, число потерпевших граждан, тяжесть причиненного им физического, морального или имущественного вреда.

В абзаце 3 данного пункта прямо предусмотрено, что под нарушением законных интересов граждан или организаций в результате злоупотребления должностными полномочиями или превышения должностных полномочий следует понимать, в частности, создание препятствий в удовлетворении гражданами или организациями своих потребностей, не противоречащих нормам права и общественной нравственности (например, создание должностным лицом препятствий, ограничивающих возможность выбрать в предусмотренных законом случаях по своему усмотрению организацию для сотрудничества).

Таким образом, основания из числа предусмотренных ст. 237 УПК РФ, которые бы являлись препятствием для рассмотрения судом уголовного дела по существу, в обжалуемом судебном постановлении не приведены.

Решение о возвращении уголовного дела прокурору принято судом в нарушение положений п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ и подлежит отмене.

В связи с тем, что в постановлении о возвращении уголовного дела прокурору не содержится выводов об оценке доказательств и о виновности ФИО1, повторное рассмотрение уголовного дела после его отмены в апелляционном порядке тем же судьей не противоречит требованиям ст. 63 УПК РФ и соответствует разъяснениям, изложенным в п. 20 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 декабря 2024 г. № 39 «О практике применения судами норм Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих основания и порядок возвращения уголовного дела прокурору».

На основании изложенного, руководствуясь ст. 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

постановление Курганского городского суда Курганской области от 30 июля 2025 г. в отношении ФИО1 отменить, уголовное дело передать на судебное рассмотрение со стадии судебного разбирательства тем же составом суда с того момента, с которого дело было возвращено прокурору.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Седьмого кассационного суда общей юрисдикции с подачей кассационной жалоб, представления непосредственно в суд кассационной инстанции.

Председательствующий