Решение № 2-1478/2017 2-1478/2017~М-1521/2017 М-1521/2017 от 16 октября 2017 г. по делу № 2-1478/2017

Дело № 2-1478/2017 г.


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г. Новокузнецк Кемеровской области 17 октября 2017 года

Куйбышевский районный суд г. Новокузнецка Кемеровской области в составе председательствующего судьи Саруевой Е.В..

при секретаре судебного заседания Полевой А.С.,

с участием прокурора Мироновой А.Н.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ОАО «Объединенная угольная компания «Южкузбассуголь» о взыскании компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском к ОАО «ОУК «Южкузбассуголь» о взыскании компенсации морального вреда.

Требования мотивированы тем, что ДД.ММ.ГГГГ медицинским заключением Центра профессиональной патологии ГБУЗ КО «НГКБ№1» истцу установлен диагноз: «<данные изъяты>.». Заболевание профессиональное, установлено впервые. В мед.заключении указано, что <данные изъяты> (с 2011 г) после 20 летнего стажа работы с угольно-породной пылью выше ПДК, отсутствие связи с его респираторными инфекциями и другими причинами, с формированием к настоящему времени ХОБЛ позволяют говорить о профессиональном генезе заболевания. Работодателем - ОАО «Шахта «Антоновская» составлен Акт о случае проф. заболевания от ДД.ММ.ГГГГ Причиной профессионального заболевания послужило длительное воздействие на организм вредных производственных факторов. На основании результатов расследования установлено, что настоящее заболевание является профессиональным и возникло результате воздействия вредного производственного фактора - угольно-породная пыль. Наличие вины истца в возникновении проф. заболевания - 0%. С 04.05.2017г. ФКУ «Главное бюро медико-социальной экспертизы по КО» в связи с проф.заболеванием, истцу впервые установлена степень утраты профессиональной трудоспособности – 20% до 01.06.2018г. Согласно мед.экспертизе, связи заболевания с профессией и установлению тяжести вины предприятий, проведенной Клиникой «НИИ комплексных проблем гигиены и профессиональных заболеваний» ФГБУНУ, степень вины предприятий в развитии у истца проф.заболевания составляет: Трест «Кузбассшатострой» Байдаевская автобаза - 15,3 %; Шахта «Нагорная» - 13,2 %;. АО «Шахта «Абашевская» - 18,2 %; ОАО «Шахта «Абашевская-Н» - 2,1 %; ЗАО «Шахта «Антоновская» - 38,8 %; ОАО «Шахта «Антоновская» - 7,9 %; АО «Шахта «Антоновская» - 4,5 %. ОАО «ОУК «Южкузбассуголь» обязано произвести выплату компенсации морального вреда за предприятия: АО «Шахта «Абашевская», ОАО «Шахта «Абашевская-Н», что составляет 20,3 %, правопреемство за эти шахты подтверждается учредительными документами, архивной справкой, разделительным балансом и передаточным актом. Поэтому обязанность по возмещению вреда, причиненного здоровью истца вследствие проф. заболевания, несет ОАО «ОУК «Южкузбассуголь». Расчет компенсации будет следующим: 3366,61 рублей (среднемесячный заработок) х20%(среднемесячного заработка за каждый процент утраты трудоспособности) х 20 (процент утраты трудоспособности) – 24444,68 рублей (выплата ГУ-КРОФСС) х 20,3% (степень вины ОАО «ОУК «Южкузбассуголь») = -2228,58 рублей. Данный расчет приводит к нарушению прав истца, поскольку сумма единовременной выплаты в результате расчета становится отрицательной, полагает, что расчет единовременной компенсации должен быть произведен исходя из норм гражданского законодательства. Общий размер компенсации морального вреда за развитие указанного профзаболевания оценивает в 300000 рублей. С учетом вины ответчика просит взыскать компенсацию морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием в размере 60 900 руб. (300000 х 20,3%), расходы на проведение экспертизы в сумме 791,70 руб., а также судебные расходы на оплату услуг представителя в сумме 15000 рублей.

В судебном заседании истец ФИО1 исковые требования поддержал в полном объеме, дал пояснения аналогичные изложенным в исковом заявлении. Дополнительно пояснил, что 2 года назад он стал испытывать сильную отдышку, а в мае 2017г. ему установили профессиональное заболевание. Он ежедневно пользуется ингалятором, употребляет лекарственные препараты, периодически проходит амбулаторное лечение. Спать ему приходится в полусидячем положении, чтобы не задыхаться и не кашлять. Вследствие данных обстоятельств он стал более замкнутым и ощущает себя неполноценным человеком, не может выполнять обычную мужскую работу по хозяйству. Нравственные страдания выражаются в том, что в связи с ухудшением здоровья вследствие профессионального заболевания стали недоступны его увлечения спортом. Подобные изменения привели к тому, что у него возникла склонность к эмоциональным вспышкам, раздражительность, возбудимость, беспокойство, нарушение сна. Все это сказывается на его общении с близкими. Последствия профессионального заболевания останутся с ним до конца жизни. Представитель истца ФИО1 – ФИО2, действующая на основании доверенности, в судебном заседании дала пояснения аналогичные изложенным в исковом заявлении. Просила взыскать с ОАО «ОУК «Южкузбассуголь» в пользу истца компенсацию морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием в размере 60900 руб., расходы на проведение экспертизы пропорционально степени вины ответчика (3900 руб. х 20,3%= 791,70 руб.), судебные расходы на оплату услуг представителя в сумме 15000 руб. Не согласна с доводами ответчика, о том, что по нормам ГК РФ нельзя разрешить данный спор, а необходимо разрешить этот спор по условиям соглашения, которое заключено с «Росуглепрофом» и ссылке на п. 3.6 данного соглашения, где установлено, что если работнику размер УТС установлен после расторжения трудового договора с работодателем, размер компенсации может быть исчислен исходя из тарифной ставки должностного оклада, установленной в отрасли для данной профессии и сходных условий труда на дату обращения работнику к работодателю. Полагает, что расчет ответчика принять невозможно, так как п.3.6 предусмотрено желание работника исчислить компенсацию исходя из среднего заработка в угольной промышленности, однако истец не изъявил такого желания. Кроме того, истец не согласен с размером среднего заработка, определенного ответчиком по справке ООО «Распадская угольная компания», поскольку по последнему его месту работы в ОАО «Шахта «Антоновская» средний заработок по его профессии машиниста выемочных машин 5 разряла гораздо выше. Просит удовлетворить требования из предложенного истцом порядка расчета компенсации по нормам ГК РФ.

Представитель ответчика ОАО «ОУК «Южкузбассуголь» ФИО3, действующая на основании доверенности, в судебное заседание не явилась, о времени и дне слушания извещена надлежащим образом, просила рассмотреть дело в ее отсутствие, предоставила письменный отзыв, в котором просит частично отказать в исковых требованиях, поскольку вина ответчика составила 2,1 % за предприятие ОАО «Абашевская-Н», и согласно представленному расчету с учетом среднего заработка( 35553,75 руб) машиниста горных выемочных машин 5 разряда по справке ООО «Распадская угольная компания», выплате подлежит сумма 2 473,17 руб.

Свидетель ФИО4 в судебном заседании от 06.10.2017г. пояснила, истец является ее мужем. С 1990г. супруг работал на шахтах, уволен он был с шахты «Антоновская». В мае 2017г. ему было установлено профессиональное заболевание – <данные изъяты>. Выражается данное заболевание в том, что муж постоянно ощущает отдышку, его мучает кашель с мокротой. Даже при небольших физических нагрузках он начинает задыхаться, подняться выше 2 этажа для него затруднительно. Два раза в год, он проходит амбулаторное лечение, каждый день пользуется ингалятором, принимает лекарственные препараты. До получения данного профессионального заболевания, муж играл за шахту в волейбол, ему это очень нравилось. Сейчас он не может заниматься спортом по состоянию здоровья. Муж очень переживает из-за того, что его состояние здоровья не позволяет ему работать, хотя желание работать у него еще есть.

Суд, заслушав участников процесса, изучив письменные материалы дела и представленные доказательства, допросив свидетеля, заслушав заключение прокурора, считает, что заявленные требования являются законными, обоснованными и подлежащими удовлетворению частично по следующим основаниям.

В силу ч. 1 ст. 196 ГПК РФ при принятии решения суд оценивает доказательства, определяет, какие обстоятельства, имеющие значение для рассмотрения дела, установлены и какие обстоятельства не установлены, каковы правоотношения сторон, какой закон должен быть применен по данному делу и подлежит ли иск удовлетворению.

Согласно ст. 21 ТК РФ работник имеет право на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном Трудовым Кодексом РФ, иными федеральными законами.

В соответствии со ст. 8 ФЗ РФ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» работодатель обязан возместить моральный вред, причиненный его работнику в случае профзаболевания.

В силу ст. 212 ТК РФ обязанность по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагается на работодателя.

В соответствии со ст. 22 ТК РФ работодатель обязан: обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда…, возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

Согласно ст. 164 ТК РФ, под компенсациями понимаются денежные выплаты, установленные в целях возмещения работникам затрат, связанных с исполнением ими трудовых или иных обязанностей, предусмотренных настоящим Кодексом и другими федеральными законами.

Согласно ст. 184 ТК РФ при повреждении здоровья или в случае смерти работника вследствие несчастного случая на производстве либо профессионального заболевания работнику (его семье) возмещаются его утраченный заработок (доход), а также связанные с повреждением здоровья дополнительные расходы на медицинскую, социальную и профессиональную реабилитацию либо соответствующие расходы в связи со смертью работника.

Виды, объемы и условия предоставления работникам гарантий и компенсаций в указанных случаях определяются федеральными законами.

В соответствии со ст. 5 ТК РФ коллективный договор, соглашение (в том числе отраслевое) и локальные нормативные акты, содержащие нормы трудового права, входят в систему трудового законодательства.

Согласно ст. 45 ТК РФ соглашение – это правовой акт, регулирующий социально-трудовые отношения и устанавливающий общие принципы регулирования связанных с ними экономических отношений, заключаемый между полномочными представителями работников и работодателей на федеральном, межрегиональном, региональном, отраслевом (межотраслевом) и территориальном уровнях социального партнерства в пределах их компетенции. Отраслевое (межотраслевое) соглашение устанавливает общие условия оплаты труда, гарантии, компенсации и льготы работникам отрасли (отраслей). Отраслевое (межотраслевое) соглашение может заключаться на федеральном, межрегиональном, региональном, территориальном уровнях социального партнерства. Территориальное соглашение устанавливает общие условия труда, гарантии, компенсации и льготы работникам на территории соответствующего муниципального образования.

Т.о., в соответствии с нормами трудового законодательства, работодатель вправе в своих локальных нормативных актах предусмотреть дополнительные гарантии и компенсации по сравнению с законодательством (ст. 8, 164 ТК РФ).

В соответствии с п. 2 ст. 1 ФЗ РФ № 125-ФЗ от 24.07.1998 г. «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» указанный Федеральный закон не ограничивает права застрахованных на возмещение вреда, осуществляемого в соответствии с законодательством Российской Федерации, в части, превышающей обеспечение по страхованию, осуществляемое в соответствии с настоящим Федеральным законом.

В соответствии со ст. 3 Федерального закона от 24.07.1998 № 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" (в ред. от 21.07.2007 № 183-ФЗ, от 27.07.2010 № 226-ФЗ), профессиональным заболеванием признаётся хроническое или острое заболевание застрахованного, являющееся результатом воздействия на него вредного (вредных) производственного (производственных) фактора (факторов) и повлекшее временную или стойкую утрату им профессиональной трудоспособности.

В силу положений ст. ст. 227 – 231 ТК РФ, связь повреждения здоровья работника с исполнением трудовых обязанностей подтверждается оформленными в установленном порядке актом о несчастном случае на производстве или актом о случае профессионального заболевания.

В судебном заседании установлено, что истец с апреля 1985 г. по июль 2017г. работал на различных должностях предприятий угольной промышленности, в том числе на: Трест «Кузбассшахтострой» с 04.1985г. по 02.1990г., Шахта «Нагорная» с 06.1990г. по 08.1994г., АО «Шахта «Абашевская» с 09.1994г. по 06.2000г., ОАО «Шахта «Абашевская-Н» с 07.2000г. по 03.2001г., ЗАО «Шахта «Антоновская» с 03.2001г. по 06.2013г., ОАО «Шахта «Антоновская» с 06.2013г. по 12.2015г., АО «Шахта «Антоновская» с 12.2015г. по 07.2017г., что подтверждается трудовой книжкой истца (л.д. 8-10).

Согласно медицинского заключения МБЛПУ «ГКБ №1» №90 от 23.03.2017г. ФИО1 установлено впервые профзаболевнание «<данные изъяты> (л.д.11).

Из акта «О случае профессионального заболевания» от 14.04.2017 г. (л.д. 12-13) следует, что по результатам проведенного расследования было установлено, что заболевание - <данные изъяты> выявленное у истца, является профессиональным и возникло в результате воздействия вредного производственного фактора- угольно-породная пыль. Профессиональное заболевание установлено впервые. Вина работника в данном заболевании – 0%.

Также пунктом 17 Акта установлено, что общий стаж работы во вредных условиях по фактору запыленности более 33 лет.

В результате указанного профессионального заболевания истца, экспертной комиссией Бюро МСЭ, 04.05.2017 г. ему впервые было установлено 20% утраты профессиональной трудоспособности на срок до 01.06.2018 г. (л.д. 14).

Заключением врачебной экспертной комиссии ФГБНУ «Научно-исследовательского института комплексных проблем гигиены и профессиональных заболеваний» № 187 от 30.05.2017 г. была установлена степень вины предприятий по профзаболеванию истца при работе истца с 1985г. по 2017г. в профессиях подземного горнорабочего, подземного машиниста горных выемочных машин: Трест «Кузбассшатострой» Байдаевская автобаза - 15,3 %; Шахта «Нагорная» - 13,2 %;. АО «Шахта «Абашевская» - 18,2 %; ОАО «Шахта «Абашевская-Н» - 2,1 %; ЗАО «Шахта «Антоновская» - 38,8 %; ОАО «Шахта «Антоновская» - 7,9 %; АО «Шахта «Антоновская» - 4,5 %. ОАО «ОУК «Южкузбассуголь» обязано произвести выплату компенсации морального вреда за предприятия: АО «Шахта «Абашевская», ОАО «Шахта «Абашевская-Н», что составляет 20,3 %. (л.д. 15).

Из приказа директора ГУ Кузбасское региональное отделение ФСС РФ филиал № 1098-В от 20.06.2017г. следует, что в связи с наличием профессионального заболевания и утратой ФИО1 профессиональной трудоспособности в размере 20% истцу назначена единовременная страховая выплата в размере 24444,68 руб. (л.д.18).

Основанием для возникновения обязательства вследствие причинения вреда истцу явилось установление ему утраты профессиональной трудоспособности с 04.05.2017г.. Соответственно, подлежат применению действовавшие именно на данный период нормы ТК РФ, ГК РФ и локальных нормативных актов ответчика.

Как следует из положений ст. 22, 212 ТК РФ, Положения о порядке выплат и компенсаций Работникам, членам семьи Работника при исполнении им трудовых обязанностей – Приложение № 11 к Соглашению на 2016-2019 г.г., Коллективного договора ответчика, обязанность обеспечения безопасных условий труда, нормальных санитарно-бытовых условий Работников в соответствии с нормами и правилами охраны труда, лежит Работодателе.

В силу п. 6 Постановления Пленума ВС РФ № 2 от 10.03.2011 г. «О применении судами законодательства об обязательном социальном страховании…» работодатель несет ответственность за вред, причиненный жизни или здоровью работника при исполнении им трудовых обязанностей в порядке, закрепленном главой 59 ГК РФ.

Доводы представителя ответчика о том, что он не может нести ответственность по возмещению вреда здоровью истца за Шахту «Абашевская», являются необоснованными исходя из следующего.

Из представленной архивной справки (л.д. 30) следует, что на основании решения КУГИ от 14.09.1993 г. государственное предприятие шахта «Абашевская» было реорганизовано в акционерное общество открытого типа шахта «Абашевская», которое являлось правопреемником государственного предприятия шахта «Абашевская». АООТ шахта «Абашевская» в 1998 г. было преобразовано в ОАО «Шахта «Абашевская», что подтверждается свидетельством о государственной регистрации, Уставом ОАО «Шахта «Абашевская». Из устава ОАО «Шахта «Абашевская-Н», протокола собрания акционеров видно, что данное общество было образовано в порядке реорганизации путем его выделения из ОАО «Шахта «Абашевская». В соответствии с Определением Арбитражного суда Кемеровской области от 24.07.2002 г. конкурсное производство в отношении ОАО «Шахта «Абашевская» завершено. Согласно свидетельства о внесении записи в ЕГРП осуществлена госрегистрация юридического лица (ОАО «Шахта «Абашевская») в связи с его ликвидацией.

Из протокола внеочередного собрания акционеров ОАО «Шахта «Абашевская», разделительного баланса на 01.10.1999г., актов приема-передачи и реестрами основных средств, кредиторов, предприятий, следует, что в результате реорганизации ОАО «Шахта «Абашевская» в форме выделения в выделенное ОАО «Шахта Абашевская-Н» были переданы практически все активы, основные и оборотные средства, транспорт, оборудование, объекты недвижимости, кредиторская и дебиторская задолженности, сырье, материалы, участки выработок, готовая продукция. Также в разделительный баланс включена кредиторская задолженность по социальному страхованию и обеспечению (раздел 6).

Согласно п. 1 ст. 1093 ГК РФ в случае реорганизации юридического лица, признанного в установленном порядке ответственным за вред, причиненный жизни или здоровью, обязанность по выплате соответствующих платежей несет его правопреемник. К нему же предъявляются требования о возмещении вреда.

К правопреемнику могут быть предъявлены требования о возмещении вреда. Это означает, что гражданин может обратиться с данным требованием к правопреемнику и в том случае, когда увечье или иное повреждение здоровья имели место в период существования реорганизованного юридического лица (самого причинителя вреда), но к моменту предъявления требования оно уже прекратило свое существование.

Пунктами 1 и 4 ст. 19 Федерального закона от 26.12.1995 № 208-ФЗ "Об акционерных обществах" предусмотрено, что выделением общества признается создание одного или нескольких обществ с передачей им части прав и обязанностей реорганизуемого общества без прекращения последнего, при выделении из состава общества одного или нескольких обществ к каждому из них переходит часть прав и обязанностей реорганизованного в форме выделения общества в соответствии с разделительным балансом.

Согласно ст. 57, п. 4 ст. 58 ГК РФ при выделении из состава юридического лица одного или нескольких юридических лиц к каждому из них переходят права и обязанности реорганизованного юридического лица в соответствии с разделительным балансом.

Согласно п. 1 ст. 59 ГК РФ передаточный акт и разделительный баланс должны содержать положения о правопреемстве по всем обязательствам реорганизованного юридического лица в отношении всех его кредиторов и должников, включая и обязательства, оспариваемые сторонами.

Согласно ст. 60 ГК РФ если разделительный баланс не дает возможности определить правопреемника реорганизованного юридического лица, вновь возникшие юридические лица несут солидарную ответственность по обязательствам реорганизованного юридического лица перед его кредиторами.

Пунктом 6 ст. 15 ФЗ РФ от 26 декабря 1995 года № 208-ФЗ «Об акционерных обществах» установлена солидарная ответственность вновь созданных в процессе реорганизации юридических лиц по обязательствам последнего в случае невозможности определения правопреемника из разделительного баланса, а также в случае допущения нарушения принципа справедливого распределения активов.

Учитывая изложенное, суд считает, что в ходе реорганизации ОАО «Шахта «Абашевская» было допущено, безусловно, несправедливое распределение активов и пассивов между реорганизуемым ОАО «Шахта «Абашевская» и выделившимся из него юридическим лицом ОАО «Шахта «Абашевская-Н».

Кроме того, разделительный баланс и передаточный акт указанных предприятий не содержат положений о правопреемстве реорганизуемого ОАО «Шахта «Абашевская» по обязательствам вследствие причинения вреда, которые могут произойти после реорганизации и даты, на момент составления передаточного акт и разделительного баланса.

Поскольку на период реорганизации ОАО «Шахта «Абашевская» профзаболевания у истца установлены не были, соответственно, обязательства перед ним как на момент реорганизации указанного предприятия, так и на момент создания и регистрации ОАО «Шахта «Абашевская-Н», а также на момент ликвидации ОАО «Шахта «Абашевская» еще не возникли, то данные обязательства и не могли быть включены в разделительный баланс, а соответственно, и в передаточный акт.

Поскольку, при указанной выше реорганизации было допущенное нарушение принципа справедливого распределения активов и разделительный баланс не дают возможности определить правопреемника реорганизованного юридического лица ОАО «Шахта «Абашевская» по обязательствам вследствие причинения вреда здоровью истца, суд считает, что вновь образованное юридическое лицо ОАО «Шахта «Абашевская-Н» должно нести солидарную ответственность по обязательствам реорганизованного юридического лица перед его кредиторами, в данном случае за 18, 2 % вины работодателя в образовании у истца профессионального заболевания, поскольку ст. 60 ГК РФ установлены гарантии прав кредиторов юридического лица при его реорганизации, а в силу п. 1 ст. 57 ГК РФ и п. 2 ст. 15 ФЗ РФ «Об акционерных обществах» реорганизация юридического лица может быть произведена, в частности в форме слияния, выделения, преобразования.

Т.о., при организации юридических лиц путем выделения, вновь созданные юридические лица несут солидарную ответственность по обязательствам реорганизованного юридического лица, если разделительный баланс не дает возможности определить правопреемника реорганизованного юридического лица. Вид ответственности, в данном случае, является солидарным и не является ответственностью ОАО «Шахта «Абашевская-Н» в порядке правопреемства за ликвидированное ОАО «Шахта «Абашевская», которое являлось правопреемником АООТ «Шахта «Абашевская».

Законом предусмотрен переход всех прав и обязанностей реорганизованного юридического лица, а не их части.

Согласно п. 1.1 Устава ОАО «ОУК «Южкузбассуголь» данное общество было образовано в результате реорганизации путем слияния ряда шахт, в том числе, ОАО «Шахта «Абашевская-Н». При этом вновь созданное предприятие является правопреемником вошедших в него шахт по всем их правам и обязанностям и, соответственно несет ответственность по своим обязательствам всем принадлежащим имуществом.

В соответствии с 3.4 Положения о порядке выплат и компенсаций Работникам, членам семьи Работника при исполнении им трудовых обязанностей – Приложение № к Соглашению на 2016-2019 г.г. ответчик принял на себя ответственность по возмещению вреда здоровью, в том числе и за ОАО «Шахта «Абашевская-Н», что не оспаривается ответчиком.

В соответствии с п. 5 ст. 16 ФЗ РФ «Об акционерных обществах», при слиянии обществ все права и обязанности каждого из них переходят к вновь созданному обществу в соответствии с передаточным актом, ответчик ОАО «ОУК «ЮКУ» должно нести ответственность по обязательствам ОАО «Шахта «Абашевская» (соответственно, АООТ «Шахта «Абашевская»), являясь правопреемником ОАО "Шахта "Абашевская-Н", которая являлась солидарным должником с ОАО "Шахта "Абашевская".

Таким образом, обязанность по возмещению вреда, причиненного здоровью истца, в данном случае, несет ОАО «ОУК Южкузбассуголь» в порядке, предусмотренном п. 1 ст. 1093 ГК РФ и п. 5 ст. 16, 19 ФЗ РФ «Об акционерных обществах», в порядке правопреемства за юридическое лицо (ОАО «Шахта «Абашевская-Н»), которое являлось солидарным должником с ликвидированным предприятием (ОАО «Шахта «Абашевская») и к которому истец обоснованно предъявил требования о возмещении вреда для реализации своего права на полное возмещение вреда здоровью в соответствии с конституционными принципами, закрепляющими право на охрану здоровья (ст. 41 ч. 1 Конституции РФ) и право на такое возмещение, в соответствии со ст. 15, 1064, 1084, 1099-1101 ГК РФ, 237 ТК РФ.

Исходя из общих оснований ответственности за причинение вреда, предусмотренных п. 1 ст. 1064 ГК РФ, вред, причиненный личности гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Соответственно, ответчик обязан произвести истцу выплату компенсации морального вреда соразмерно степени его вины, исходя из общих правил гражданско-правовой ответственности, предусмотренных п. 1 ст. 1064 ГК РФ.

В соответствии с соглашением о компенсации морального вреда от 30.07.2017г., заключенного между АО «Шахта «Антоновская» и ФИО1, последнему назначена компенсация морального вреда в размере 132 620,58 руб. из расчета степени вины ответчика 51,2 % за предприятие «Шахта Антоновская» (ЗАО, ОАО, АО)(л.д.94).

В силу п. 6 абз. 2 Постановления Пленума ВС РФ от 20.12.1994 г. № 10 разъяснено, что если противоправные действия (бездействия), причиняющие истцу нравственные и физические страдания, начались до вступления в силу закона, устанавливающего ответственность за причинение морального вреда и продолжаются после введения этого закона в действие, то моральный вред в указанном случае подлежит компенсации.

Нормами Соглашения по угледобывающему комплексу на 2016-2019 г. предусмотрена возможность выплаты единовременных компенсаций сверх сумм, установленных Федеральным законом.

Так, пунктами 3, 3.1 Положения о порядке выплат и компенсаций Работникам, членам семьи Работника при исполнении им трудовых обязанностей – Приложение № 11 к Соглашению на 2016-2019 г.г. в случае причинения Работодателем вреда своему Работнику увечьем, профессиональным заболеванием, либо иным повреждением здоровья, связанным с исполнением им трудовых обязанностей у Работодателя, данный Работодатель осуществляет единовременную компенсацию морального вреда, причиненного Работнику в результате несчастного случая на производстве или профессионального заболевания в следующем порядке.

За каждый процент утраты (снижения) профессиональной трудоспособности вследствие несчастного случая на производстве или профессионального заболевания, Работодатель осуществляет выплату в счет компенсации морального вреда в размере 20% среднемесячного заработка Работника за последний год работы у данного Работодателя, предшествующий моменту установления впервые Работнику размера (степени) утраты (снижения) профессиональной трудоспособности (с учетом суммы единовременного пособия, выплачиваемого из Фонда Социального страхования РФ).

Изучив представленные доказательства, суд соглашается с позицией истца о том, что расчет единовременной компенсации исходя из средней заработной платы в размере 3 366,61 руб. (согласно Архивной справке») х20% (среднемесячный заработок за каждый процент утраты трудоспособности )х20 – 24 444,68 (выплата ГУ КРОФСС) х 20,3,0%( степень вины ответчика)= -(минус) 2 228,58 руб., приведет к нарушению прав истца на единовременную компенсацию морального вреда в связи с установленным профзаболеванием.

На указанный случай пунктом 3.6 Положения о порядке выплат и компенсаций Работникам, членам семьи Работника при исполнении им трудовых обязанностей – Приложение № 11 к Соглашению на 2016-2019 г.г. предусмотрено, что в случае, если Работнику размер (степень) утраты (снижения) профессиональной трудоспособности установлен после расторжения договора с Работодателем, в целях определения размера компенсации в порядке, установленном п. 3.7. настоящего Положения, среднемесячная заработная плата Работника исчисляется исходя из фактически отработанного им времени у данного Работодателя за 12 календарных месяцев, предшествующих моменту расторжения трудового договора или по желанию Работника размер компенсации может быть исчислен исходя из тарифной ставки (должностного оклада), установленной в отрасли для данной профессии и сходных условий труда на дату обращения Работника к Работодателю за получением выплаты.

Указанное положение отраслевого соглашения полностью соответствует положениям ч.4 ст. 1086 ГК РФ, которой предусмотрено, что в случае, когда потерпевший на момент причинения вреда не работал, учитывается по его желанию заработок до увольнения либо обычный размер вознаграждения работника его квалификации в данной местности, но не менее установленной в соответствии с законом величины прожиточного минимума трудоспособного населения в целом по Российской Федерации.

В связи, с чем суд полагает, что целесообразней расчет единовременной выплаты в счет компенсации морального вреда производить исходя из среднемесячного уровня заработной платы машиниста горных выемочных машин 5 разряда на АО «Шахта «Антоновская», т.к. это было последнее угольное предприятие, где работал истец, работу он осуществлял здесь именно в этой должности, длительное время (более 16 лет), т.е. именно в этой должности и на этом угольном предприятии ФИО5 подвергался воздействию угольно-породной пыли, являющемся ведущим вредным производственным фактором в развитии профессионального заболевания.

Из справки, предоставленной последним работодателем истца – АО «Шахта «Антоновская», следует, что среднемесячная заработная плата машиниста горных выемочных машин 5 разряда за период с августа 2016 г. по июль 2017 г. составляет 59 729,63 руб.

Суд считает несостоятельными доводы ответчика, что расчет единовременной выплаты в счет компенсации морального вреда в данном случае необходимо исчислять из размера вознаграждения (среднемесячной заработной платы) проходчика 5 разряда в угольной промышленности, который на период октябрь 2016г. –сентябрь 2017г. составлял 35553,75руб.), поскольку данный размер заработной платы предоставлен с УК «Распадская» и не отражает средний заработок во всей угольной отрасли для данной профессии и сходных условий труда, т.к. в представленной справке указано, что заработная плата проходчика 5 разряда на шахтах зависит от ряда факторов: горно-геологических, фактических результатов работы участка и шахты за обозначенный период, действующего Положения об оплате и назначается индивидуально каждому работнику, которые не учтены в представленном расчете заработной платы (л.д. 85-87).

Размер компенсации морального вреда составит: 59729,63 руб. х 20% х 20 (процент утраты проф. трудоспособности) – 24444,68руб. (единовременная страховая выплаты произведенная ГУ КРОФСС) х 20,3 % (вина ответчика) = 43 538,19 руб. - сумма компенсации морального вреда.

У ответчика имелась возможность после обращения истца в суд, добровольно осуществить указанные выплаты, чем, однако, он не воспользовался, доказательств обратного, ответчиком не представлено.

При этом, суд считает, что вышеуказанная сумма компенсации является достаточной и справедливой, поэтому оснований для увеличения сумм компенсаций морального вреда на основании трудового и гражданского законодательства суд не усматривает.

Таким образом, сумма компенсации морального вреда, подлежащая выплате истцу ответчиком ОАО «ОУК «Южкузбассуголь», за профессиональное заболевание «<данные изъяты>.» составляет 43 538,19 руб..

В соответствии со ст. 8 ч. 3 ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», ст. 15, 1064 ГК РФ, 184 ТК РФ с ответчика подлежит взысканию сумма оплаченная истцом за проведение медицинской экспертизы в размере, пропорциональном степени вины ответчика в образовании профзаболевании истца (3900 рублей х 20,3% = 791,70 руб.), поскольку указанные расходы истцом понесены и были вызваны необходимостью в целях определения у него процента утраты профессиональной трудоспособности и связи этого заболевания с трудовой деятельностью, что является основанием для обращения за выплатами в счет возмещения вреда здоровью и для назначения таких выплат.

Согласно ст. 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

В силу ст. 48 ГПК РФ граждане вправе вести свои дела в суде лично или через представителей. Личное участие в деле гражданина не лишает его права иметь по этому делу представителя.

Истец просит взыскать с ответчика расходы по оплате услуг представителя в сумме 15 000 рублей, оплата данной суммы подтверждается квитанцией, договором. Однако с учетом сложности дела, объемом выполненной представителем работы (консультации, составления искового заявления, дополнений количества судебных заседаний), суд считает, что данная сумма должна быть снижена до 12000 рублей, исходя из принципа соблюдения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей с учетом правовой позиции Конституционного Суда РФ, изложенной в определении № 382-О-О от 17.06.2007 г. и недопустимости необоснованного завышения размера оплаты указанных расходов, с целью соблюдения требований ст. 17 ч. 3 Конституции РФ, в соответствии с которой осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц. Данная сумма является разумной, соответствует выполненной представителем работе, затраченному для этого времени, категории дела, которое особой сложности не представляет и соразмерна удовлетворенным исковым требованиям.

Поскольку истец в соответствии со ст. 333.36 НК РФ освобожден от уплаты государственной пошлины, то в соответствии со ст. 103 ГПК РФ, ст. 61.1 БК РФ, 333.19 НК РФ суд считает необходимым, взыскать с ответчика в счет местного бюджета расходы по оплате государственной пошлины в сумме 300 рублей.

Иных требований заявлено не было.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Взыскать с ОАО «Объединенная угольная компания «Южкузбассуголь» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в сумме 43 538 рублей 19 копеек, расходы по проведению экспертизы в сумме 791 рубль 70 копеек, расходы по оплате услуг представителя 12 000 рублей, а всего 56 329 (пятьдесят шесть тысяч триста двадцать девять) рублей 89 копеек.

Взыскать с ОАО «Объединенная угольная компания «Южкузбассуголь» в доход местного бюджета государственную пошлину в сумме 300 рублей.

Решение может быть обжаловано в Кемеровский областной суд в течение месяца со дня изготовления в окончательной форме через Куйбышевский районный суд г. Новокузнецка.

Решение в окончательной форме изготовлено 20.10.2017 года.

Председательствующий: Е.В. Саруева