Приговор № 1-97/2019 от 7 мая 2019 г. по делу № 1-97/2019

Дело №1-97/2019


ПРИГОВОР

Именем Российской Федерации

г. Новоуральск 08 мая 2019 года

Новоуральский городской суд Свердловской области в составе

председательствующего Анчутиной И.В.,

при секретаре Синицкой А.Т.,

с участием государственного обвинителя - старшего помощника прокурора ЗАТО г. Новоуральск ФИО1,

подсудимого ФИО2,

его защитника – адвоката Загинайко О.В.,

а также с участием потерпевшего Т.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в общем порядке в помещении суда материалы уголовного дела в отношении:

ФИО2, ХХХ, ранее судимого:

- 10.03.2016 мировым судей судебного участка № 1 Новоуральского судебного района Свердловской области по ст.264.1 УК РФ к 1 году лишения свободы условно с испытательным сроком на 2 года с лишением права управления транспортным средством на срок 3 года (по состоянию на 08.05.2019 судимость погашена),

задержанного в порядке ст.ст. 91, 92 УПК РФ 19.12.2018,

находящегося под мерой пресечения в виде содержания под стражей с 20.12.2018,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ст. 111 ч.4 Уголовного кодекса Российской Федерации,

установил:

ФИО2 совершил умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, повлекшее по неосторожности смерть потерпевшего.

Преступление совершено им в г.Новоуральске Свердловской области при следующих обстоятельствах.

В период времени с ХХХ часов ХХХ до ХХХ часа ХХХ у ФИО2, находящегося на участке местности, расположенном между первым подъездом дома № ХХХ и вторым подъездом дома № ХХХ по ул.С., на почве личных неприязненных отношений возник умысел на причинение тяжкого вреда здоровью П.

Реализуя свой преступный умысел, ФИО2 в указанный период времени на участке местности, расположенном около первого подъезда дома № ХХХ по ул.С., находясь в состоянии алкогольного опьянения, действуя умышленно, из личных неприязненных отношений, с целью причинения тяжкого вреда здоровью потерпевшего, осознавая в силу своего возраста и жизненного опыта, что наносит удары в жизненно важные органы человека, предвидя неизбежность причинения тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, в ходе возникшего конфликта, нанес П. множественные удары руками в области головы и конечностей, в результате чего П. не менее одного раза упал на землю, ударившись о предметы окружающей обстановки, после чего, продолжая реализацию своего преступного умысла, ФИО2 повалил П. на землю, сел на него сверху, придавив к земле своим телом грудь и живот потерпевшего, и нанес ему множественные удары руками в области головы и конечностей. Продолжая реализацию своего преступного умысла, направленного на причинение тяжкого вреда здоровью П., ФИО2, находясь в указанное время на участке местности, расположенном около второго подъезда дома № ХХХ по ул.С., нанес П. множественные удары руками в области головы и конечностей, в результате чего П. не менее одного раза упал на землю, ударившись о предметы окружающей обстановки, после чего, продолжая реализацию своего преступного умысла, ФИО2 нанес лежащему на земле П. множественные удары руками в области головы и конечностей.

Своими умышленными преступными действиями, в ходе нанесения потерпевшему не менее ХХХ ударов руками в области головы и конечностей, в том числе, не менее ХХХ ударов руками в область головы, не менее ХХХ ударов руками в область конечностей, ФИО2 причинил П. телесные повреждения:

- кровоподтеки на задних поверхностях локтевых суставов, кровоизлияния в кожу передней поверхности левого предплечья, кровоподтек и ссадина на тыльной поверхности правой кисти в проекции третьего пястно-фалангового сустава, кровоподтек на тыльной поверхности правой кисти в проекции пятой пястной кости, два кровоподтека на тыльной поверхности четвертого пальца правой кисти, кровоподтек на тыльной поверхности пятого пальца, кровоподтек на задней поверхности правого предплечья, кровоизлияния в кожу груди и живота, кровоизлияния в кожу области правого коленного сустава, которые сами по себе у живых лиц обычно не влекут за собой кратковременного расстройства здоровья или незначительной стойкой утраты общей трудоспособности, и по этому признаку расцениваются как повреждения, не причинившие вред здоровью;

- переломы ХХХ, ХХХ, ХХХ ребер справа по лопаточной линии, которые у живых лиц обычно влекут не менее, чем средней тяжести вред здоровью по признаку длительного расстройства здоровья свыше 3-х недель;

- черепно-мозговая травма, которую составляют: внутричерепные повреждения: субдуральная гематома левого полушария головного мозга объемом ХХХ мл, очаговые субарахноидальные кровоизлияния, кровь в желудочках левого полушария головного мозга, при наличии внешних повреждений, которые являются точками приложения силы: массивные кровоизлияния в кожном лоскуте левой лобно-теменно-височной области и правой лобно-височной области, кровоизлияния в левую и правую височную мышцы, множественные кровоподтеки и кровоизлияния в кожу головы (в височных областях, левой теменной области, в скуловых областях, в лобной области, в области переносицы), две ушибленные раны в области правой брови, кровоподтеки на веках обоих глаз, кровоизлияния в склеры обоих глаз, кровоизлияния в кожу левой щеки, кровоизлияния в слизистую оболочку губ, ушибленная рана слизистой оболочки верхней губы слева, кровоподтек в подбородочной области справа, которая у живых лиц является опасной для жизни, имеет признаки причинения тяжкого вреда здоровью.

В результате умышленных действий ФИО2, в ходе которых потерпевшему причинены указанные выше повреждения, П. скончался ХХХ по месту своего жительства от полученной черепно-мозговой травмы, осложнившейся сдавлением вещества головного мозга в результате его отека.

В судебном заседании подсудимый ФИО2 вину в совершении преступления признал частично, не отрицал наличие драки, произошедшей между ним и П. в период времени с ХХХ часов ХХХ до ХХХ часа ХХХ, указал, что он наносил удары П. в меньшем количестве, нежели указаны в обвинении, кроме того, полагал, что смерть последнего не могла наступить от его действий. От дачи показаний ФИО2 отказался, воспользовавшись положениями ст. 51 Конституции РФ.

Из показаний подсудимого ФИО2, данных им в ходе предварительного следствия и оглашенных в судебном заседании по ходатайству государственного обвинителя (т. ХХХ л.д. ХХХ, ХХХ, ХХХ), следует, что ХХХ около ХХХ часов, когда он с Б. и ранее незнакомым ему – Х., который являлся знакомым Б., употребляли пиво, ему на сотовый телефон стал звонить его знакомый П. В ходе разговоров П. оскорблял его и предлагал ему приехать к нему, чтобы что-то выяснить. Он, Б. и И. около ХХХ часов на такси приехали к дому П., П. вышел из подъезда дома, сразу подошел к нему и схватил его за куртку, начал что-то кричать. Б. и И. в этот момент находились в стороне. Он пытался оттолкнуть П. от себя, в результате П. порвал ему куртку, и они оба упали на землю. Лежа на боку, защищаясь от П., он нанес П. два удара кулаком правой руки в область челюсти. Затем они оба сели на скамейку и стали разговаривать о конфликте, при этом, с губы П. капала кровь. Разрешив конфликт, П. пошел в подъезд, а он - к Б. и Х., с которыми на такси уехал в магазин, а затем - домой к Б. П. он больше не видел. ХХХ от сотрудников полиции ему стало известно, что П. умер из-за сильных травм. Считает, что такие тяжелые последствия не могли наступить от его ударов в область челюсти П.

Показания, данные подсудимым в части наличия драки, произошедшей между ним и П. в период времени с ХХХ часов ХХХ до ХХХ часа ХХХ, суд признает в качестве допустимых доказательств, которые могут быть положены в основу обвинительного приговора, поскольку они согласуются в целом с исследованными по делу доказательствами, не имеют существенных противоречий.

К показаниям подсудимого в части причинения вреда здоровью П. в целях защиты от его противоправных действий, об отсутствии умысла на причинение П. тяжкого вреда здоровью, о нанесении П. меньшего количества ударов, чем указано в обвинении, о том, что смерть П. не могла наступить от его действий, суд относится критически и расценивает их как способ защиты, избранный подсудимым с целью смягчения ответственности за содеянное.

Несмотря на частичное признание вины, виновность подсудимого в совершении указанного преступления подтверждается показаниями потерпевшего и свидетелей.

Так, потерпевший Т. суду показал, что погибший П. приходился ему дядей и проживал один по ул.С., ХХХ, употреблял алкогольные напитки без зависимости. В последний раз он видел П. в конце ХХХ года и созванивался с ним примерно в то же время. О смерти П. ему стало известно от знакомых, когда он находился на работе в г.М. ХХХ утром он обратился в Следственный комитет г.Нвоуральска, где от следователя ему стало известно, что П. погиб ХХХ, в результате его избиения Черным возле дома. Кроме того, позже от друга П. по имени А. (его фамилии не помнит), который проживает в доме № ХХХ по ул.С., ему стало известно о том, что между П. и Черным ХХХ в ходе телефонного разговора произошел конфликт, при этом А. находился дома у П. Обстоятельства конфликта ему не известны. П. он характеризует как спокойного, неагрессивного, неконфликтного человека, худощавого телосложения, невысокого роста. Со здоровьем у П. все было в порядке, на состояние здоровья П. не жаловался.

Свидетель М. суду пояснила, что П. являлся ее соседом с первого этажа, который проживал один в квартире № ХХХ. Характеризует П. как пьющего человека, но не конфликтного, в его квартире всегда было тихо и спокойно. ХХХ около ХХХ часов она вместе с супругом возвращалась домой с прогулки, когда в подъезде на первом этаже им встретились П. и его друг – А. (его фамилии не знает), который проживает в доме № ХХХ по ул.С., они оба находились в легком алкогольном опьянении, спокойно общались между собой. Находясь дома, в течение вечера каких-либо посторонних шумов и криков она не слышала. Ночью с ХХХ на ХХХ около ХХХ часов она проснулась от звонка в домофон, но подходить к домофону она не стала, услышала, что домофон зазвонил в квартире соседки Б., после чего кто-то вошел в подъезд, больше никаких звуков в подъезде она не слышала. Через несколько минут она подошла к окну, которое выходит во двор, чтобы проверить их автомобиль. Выглянув в окно, она увидела, что между их домом и домом № ХХХ остановился автомобиль такси, в который со стороны их подъезда подошли три молодых человека и сели в нег, после чего такси уехало, больше она никого не видела. ХХХ в вечернее время она возвращалась домой, когда в подъезде на первом этаже увидела соседей – Б., Д. и С. из квартиры № ХХХ, а также А., от которых ей стало известно о смерти П., который был обнаружен Д. и А. мертвым в своей квартире. Со слов А. ей известно, что он пытался целый день дозвониться до П., стучал ему в двери квартиры, в окна, где горел свет, но П. найти не удалось. После чего, А. вместе с Д. подошли к двери квартиры П. и обнаружили, что она не заперта. Зайдя в квартиру, они обнаружили П. мертвым и вызвали скорую помощь.

Из показаний свидетеля М. следует, что П. являлся его соседом с первого этажа, который проживал один в квартире № ХХХ, между ними были хорошие соседские отношения. Он характеризует П. как доброго, отзывчивого человека, употреблявшего алкогольные напитки, у которого был друг А. (его фамилии не знает) – житель дома № ХХХ по ул.С., с которым П. часто встречался. Каких-либо конфликтных ситуаций в квартире П. он никогда не видел и не слышал. ХХХ в течение дня он находился дома с супругой, в вечернее время он не слышал какого-либо шума ни на улице, ни в подъезде. Ночью с ХХХ на ХХХ около ХХХ часов он проснулся от звонка домофона, к домофону подходить не стал, на улице и в подъезде было тихо. Примерно через 5 минут супруга выглянула в окно во двор дома, чтобы проверить их автомобиль, вернувшись, рассказала ему, что на улице она увидела троих молодых людей, которые сели в такси и уехали. ХХХ в вечернее время от супруги ему стало известно, что в подъезде их соседи обсуждали смерть П. Выйдя в подъезд, от соседей он узнал, что А. весь день ХХХ пытался дозвониться до П., находясь в подъезде, тот обнаружил, что дверь в квартиру П. была не заперта, в самой квартире А. был обнаружен труп П.

Свидетель Д. суду показала, что П. являлся ее соседом с первого этажа, который проживал один в квартире № ХХХ, и которая располагается под ее квартирой. Характеризует П. как пьющего человека, но не злоупотребляющего, общительного, со всеми соседями он всегда находился в хороших отношениях, дружил с А. (его фамилии не знает), который проживает в соседнем доме № ХХХ. ХХХ в вечернее время около ХХХ часов она выходила гулять с собакой, видела на улице возле подъезда П. с А., которые о чем-то разговаривали, конфликта между ними не было. Вечером того же дня, около ХХХ часов, закрывая окно в квартире, она услышала голос П., который с кем-то громко разговаривал по телефону. Каких-либо подозрительных звуков ни на улице, ни в подъезде ночью с ХХХ на ХХХ она не слышала. ХХХ около ХХХ часов, когда она вышла на улицу гулять с собакой, увидела свет в окне в квартире П., кроме того, на сайдинге дома № ХХХ и возле скамейки у подъезда дома в тот же день она видела капли и следы крови, большого значения этому не придала. В течение вечера того же дня она периодически встречала А., который пытался найти П. Затем, по просьбе А., она вместе с ним подошла к двери квартиры П., они звонили, стучали в двери квартиры, однако, двери никто не открыл. В какой-то момент А. решил проверить, заперта ли дверь, взялся за ручку двери, и дверь открылась. Они оба зашли внутрь квартиры, в коридоре на полу лежала куртка и обувь П., в квартире был порядок. Они прошли в комнату, где на диване обнаружили, как им показалось, спящего П., который лежал вниз лицом, на животе, в руке П. находился пульт от телевизора. А. хотел разбудить П., подошел к нему, взял его за плечо, но П. оказался мертв. Они сразу же вышли из квартиры, встретив в подъезде соседку, попросили вызвать сотрудников скорой помощи. Через некоторое время на место происшествия приехала бригада скорой помощи и сотрудники полиции.

Свидетель И. суду пояснила, что П. являлся ее соседом из квартиры напротив, который проживал один, часто находился в состоянии алкогольного опьянения. ХХХ около ХХХ часов она вместе с сыном возвращалась домой, когда возле подъезда увидела П. с его другом – А. (его фамилия ей не известна), проживающим в доме № ХХХ, которые сидели в машине. Вечером того же дня от дочери – И., ей также стало известно, что на улице возле подъезда она видела П. с А. Вечером и ночью с ХХХ на ХХХ она ничего подозрительного не слышала, все было спокойно. Возвращаясь домой ХХХ в вечернее время, она обнаружила, что двери в подъезд были открыты, а внутри, в подъезде находились сотрудники полиции, от которых она узнала, что П. погиб. Позже от дочери она узнала, что та слышала, как П. накануне гибели громко разговаривал с кем-то по телефону, кроме того, той же ночью около ХХХ часов дочь слышала удары по сайдингу дома и звонок домофона у соседей.

Из показаний несовершеннолетнего свидетеля И., данных ею в ходе предварительного следствия и оглашенных в судебном заседании по ходатайству государственного обвинителя на основании ч.6 ст. 281 УПК РФ (т. ХХХ л.д. ХХХ), следует, что в квартире № ХХХ проживал мужчина, возрастом около ХХХ лет, проживал один, обычно он находился в состоянии алкогольного опьянения. ХХХ около ХХХ часов она возвращалась домой с прогулки, видела, что около второго подъезда дома № ХХХ по ул.С. стоял сосед из квартиры № ХХХ, при этом он находился в состоянии алкогольного опьянения, вместе с одним мужчиной, слышала, как сосед на повышенных тонах и с употреблением нецензурной речи разговаривал по сотовому телефону по громкой связи. Она слышала, что на другом конце телефона был мужской голос, при этом, подробности разговора она не слышала, только слышала, как второй мужчина звал другого «приехать на С.», кроме них на улице больше никого не было. Находясь дома, около ХХХ часов она услышала звонок домофона у соседей, после чего услышала, как хлопнула дверь в подъезд. Больше она ничего не слышала, ночью с ХХХ на ХХХ она также ничего не слышала. ХХХ в вечернее время после учебы она возвращалась домой, когда в подъезде увидела сотрудников полиции, от которых узнала о гибели соседа из квартиры № ХХХ.

Свидетель Н. суду пояснила, что квартиру в д. ХХХ по ул.С. она приобрела в ХХХ года, П. являлся ее соседом, который проживал один в квартире № ХХХ, часто употреблял алкогольные напитки. Отношения с ним она не поддерживала, только здоровалась с ним, поэтому охарактеризовать П. не может, в его квартире всегда было тихо, никаких конфликтов, посторонних шумов она не замечала. Вечером ХХХ, ночью с ХХХ на ХХХ и в дневное время ХХХ она находилась дома, каких-либо подозрительных шумов и конфликтов она не слышала, в квартире П. было тихо. Возвращаясь ХХХ домой около ХХХ часов она увидела в подъезде соседей, от которых ей стало известно, что П. был обнаружен дома мертвым.

Свидетель Б. суду пояснила, что П. являлся ее давним знакомым и соседом из квартиры № ХХХ, который проживал один, периодически употреблял алкогольные напитки. Характеризует П. как спокойного и неконфликтного человека, который дружил с А. (его фамилия ей не известна), проживающим в доме № ХХХ, с которым он часто проводил время. ХХХ в течение дня она находилась дома одна, все было спокойно и тихо. Около ХХХ часов ХХХ ей в домофон позвонил П., попросил открыть ему дверь в подъезд. Она, нажав кнопку домофона, открыла П. двери и прислушалась, услышала, как П. один зашел в подъезд, затем - в свою квартиру, при этом, посторонних звуков и голосов она не слышала, ночью с ХХХ на ХХХ она также ничего подозрительного не слышала. ХХХ днем ей на телефон позвонила Д. и сообщила, что возле их подъезда находятся следы крови, и А. разыскивает П. Находясь дома вечером того же дня, около ХХХ часов к ней в квартиру пришли Д. с А. и сообщили, что они обнаружили П. у него в квартире мертвым. Она сразу вызвала бригаду скорой медицинской помощи, после чего вместе с медицинскими работниками прошла в квартиру П., где они обнаружили лежащего в одежде на диване вниз лицом П., в руке у которого находился телевизионный пульт или телефон (точно – не помнит). В квартире следов борьбы не было, все было в порядке. Позже на место происшествия прибыли сотрудники полиции.

Из показаний свидетеля Г. следует, что П., который проживал один по ул.С., ХХХ, являлся другом с детства ее сына - Г., между которыми были хорошие дружеские отношения. Характеризует П. с положительной стороны, знала его как спокойного человека. ХХХ в вечернее время, когда она возвращалась домой, она увидела сына и П., которые находились в легком алкогольном опьянении и спокойно разговаривали, находясь на улице между домами №№ ХХХ и ХХХ, она позвала сына домой. Около ХХХ часов того же дня, когда она с сыном находилась дома, П. позвонил сыну на телефон, после чего сын собрался и вышел на улицу. Через некоторое время она вышла за сыном на улицу и позвала его домой, при этом сын с П. спокойно разговаривали на улице, никаких телесных повреждений у П. она не видела, сын вернулся домой и лег спать. Примерно в ХХХ часов на телефон сына начал звонить П., она звонки сбрасывала, поскольку сыну на следующий день нужно было идти на работу. Затем, минут через ХХХ, П. позвонил на ее телефон, попросил позвать к телефону сына, она звать сына отказалась, сказала П., чтобы тот тоже ложился спать, тот согласился, после чего телефонный разговор прекратился. Около ХХХ часов, когда она закрывала окно в комнате, то услышала громкие мужские голоса, которые исходили со стороны улицы от входа в их подъезд. Что конкретно говорили - она не поняла, выглянув на улицу, она никого не увидела, закрыла окно, после чего легла спать. Ночью с ХХХ на ХХХ она никаких подозрительных звуков на улице не слышала. ХХХ вечером от сына ей стало известно о том, что он целый день не мог дозвониться до П., ходил к П. домой, двери ему никто не открыл, сказал, что в комнате квартиры горел свет. Позже сын снова пошел к П., через некоторое время позвонил ей на телефон и сообщил, что он вместе с соседкой по имени Е. зашел в квартиру П., где они обнаружили П. мертвым. Позже от сына ей также стало известно, что П. избили.

Из показаний свидетеля Г., данных им как в суде, так и в ходе предварительного следствия, следует, что П. являлся его другом с детства, который проживал один по ул.С., ХХХ, он – в доме напротив вместе с матерью. П. характеризует как спокойного, доброго, не агрессивного человека, употребляющего алкогольные напитки. Между ними были близкие дружеские отношения, они виделись с ним каждый день. ХХХ он вместе с П. ездил по делам на его автомобиле, вечером они решили немного выпить, встретились дома у П., распили одну бутылку водки, после чего разошлись. Около ХХХ часов ему на телефон вновь позвонил П., сообщил, что его (П.) хотят избить. Он пришел к дому П., они стояли с ним на улице и разговаривали, при этом, П. находился в состоянии сильного алкогольного опьянения, при этом, никаких телесных повреждений у П. не было, П. говорил, что те лица, кто хотят его избить, должны приехать к нему домой, ничего вразумительного о том, кто его хочет избить и за что, он не пояснял. В его присутствии П. на сотовый телефон начал кто-то звонить, П. брал трубку и ругался со звонившим на повышенных тонах. Он (Г.) взял сотовый телефон у П., решил все выяснить. Звонившим оказался мужчина, который ему не представился, вразумительного ничего не пояснял, говорил, что они сейчас приедут, после чего, трубку брал другой мужчина, который также, не представившись, говорил, что они сейчас приедут, после чего разговор прекратился. Он с П. оставался на улице минут ХХХ, в течение этого времени к ним никто не приехал. Затем на улицу вышла его мать, попросила их разойтись по домам, он вернулся домой и лег спать. ХХХ утром от матери он узнал, что вечером ему звонил П. При выходе из дома у подъезда он обратил внимание на то, что на снегу было много следов от обуви, в течение дня он пытался дозвониться до П., однако П. на звонки не отвечал. Возвращаясь с работы, около ХХХ часов он сразу пошел домой к П., поскольку домофон у того не работал, он прошел к окну, где увидел, что в комнате горел свет и работал телевизор, шторы были задернуты, в окно никто не выглянул. В это время из подъезда вышла соседка П. – Е. из квартиры № ХХХ, которой он сообщил, что разыскивает П., от нее также узнал, что утром она выходила гулять с собакой и видела свет в окне квартиры П. Зайдя в подъезд, он несколько минут звонил в квартиру П., но двери ему никто не открыл, после чего он ушел домой. Подойдя к своему подъезду, на сайдинге дома и возле скамейки на асфальте он увидел капли и следы крови. Поужинав, он снова пошел домой к П., стучал в окна его квартиры, никто к окну не подходил. Он позвонил в домофон соседке Е., которая открыла ему двери подъезда, сама вышла в подъезд, они вместе начали стучать и звонить в квартиру П., двери никто не открывал. В какой-то момент он решил проверить заперты ли двери, взялся за дверную ручку, двери оказались не запертыми. Они прошли внутрь квартиры, в квартире был порядок, на полу в коридоре лежала куртка и обувь П., они прошли в комнату, где обнаружили на диване лежащего лицом вниз П., в его руке находился телевизионный пульт. Он решил, что П. спит, решил его разбудить, когда задел его, понял, что П. мертв. Они сразу вышли в подъезд, где обратились к соседке – Ю. из квартиры № ХХХ, которая вызвала бригаду скорой медицинской помощи и сотрудников полиции. На следующий день от сотрудников полиции ему стало известно, что Черный, с которым он и П. ранее вместе работали, причастен к смерти П.

Свидетель Ф. суду пояснил, что он работает водителем в ООО «ХХХ». С ХХХ на ХХХ он находился на рабочей смене. В ночное время в период с ХХХ до ХХХ часа (точное время он не помнит) ему поступила заявка на адрес: ул.С., ХХХ, первый подъезд. Подъехав по указанному адресу со стороны двора, он начал разворачивать машину. Поскольку у первого подъезда освещения не было, обстановку возле подъезда он разглядеть не мог. Но видел, как со стороны указанного подъезда к автомобилю шли два мужских силуэта, которые сели на заднее сиденье автомобиля. Затем он увидел, что от того же подъезда в сторону его автомобиля шел третий мужчина – подсудимый Черный, который сел в автомобиль на переднее пассажирское сиденье, после чего он данных лиц увез по заявке в магазин «ХХХ», где их высадил, спустя некоторое время он уехал по другой заявке, больше молодых людей не видел.

Свидетель Б. суду пояснил, что Черный является его другом и сожителем его сестры – К. ХХХ в дневное время он находился у себя дома с Черным, где они вместе распивали алкогольные напитки, через некоторое время к ним присоединился его друг Х. В течение вечера на сотовый телефон Черного звонил незнакомый ему (Б.) мужчина, фамилия которого ему стала известна позже – П., который угрожал Черному, при этом, выражался нецензурной бранью, звал приехать к нему, чтобы разобраться. Суть возникшего конфликта ему (Б.) не известна. Кроме Черного с П. по телефону больше никто не разговаривал. После ХХХ часов они втроем (он, Черный и Х.), находясь в состоянии алкогольного опьянения, приехали на такси к дому П. на ул.С., ХХХ, где Черный подошел к стоящему возле первого подъезда дома П., они начали о чем-то разговаривать, а он (Б.) и Х. оставались стоять в стороне метрах в 15-ти, за происходящим не наблюдали. В какой-то момент он оглянулся в сторону указанного подъезда, где увидел, как между П. и Черным произошел конфликт, во время которого либо Черному, либо П. что-то не понравилось, Черный дал одну пощечину П., после чего Черный и П. упали на снег. Он оттащил Черного от П., Х. в это время вызывал такси, у П. каких-либо телесных повреждений он не видел. Весь конфликт между Черным и П. длился около пяти минут. Затем они втроем на такси уехали в магазин «ХХХ», а после – к нему (Б.) домой, позже Черный ушел к себе домой.

Однако, из показаний свидетеля Б., данных им в ходе предварительного следствия и оглашенных в судебном заседании по ходатайству государственного обвинителя в связи с наличием противоречий (т. ХХХ л.д. ХХХ, ХХХ, ХХХ), следует, что ХХХ в вечернее время, когда он с Черным и Х. находился у себя дома, где они распивали алкогольные напитки, Черному на сотовый телефон начал звонить какой-то мужчина, который оскорблял Черного, выражался нецензурной бранью, предлагал Черному приехать к нему домой, чтобы поговорить и в чем-то разобраться. Черный предложил им съездить с ним к данному мужчине, они согласились. Около ХХХ часов они на такси приехали по адресу: ул.С., ХХХ, где из подъезда этого дома вышел ранее не известный ему мужчина, при этом, на его лице на видимых участках тела каких-либо повреждений не было, к которому подошел Черный, он (Б.) и Х. стояли в стороне от дома, ближе к дороге, разговор Черного с мужчиной он не слышал. В какой-то момент около подъезда, из которого вышел мужчина, между Черным и мужчиной началась драка, при этом они начали друг друга толкать, от чего оба несколько раз падали на землю. Кто нанес удар первым - он не знает, не видел. Когда Черный и мужчина боролись на земле, Черный сидел на мужчине сверху, мужчина лежал на спине, Черный наносил ему удары руками по голове. Сколько Черный нанес мужчине ударов - он не знает, но ударов точно было несколько. Мужчина тоже пытался ударить Черного. Он подбежал к ним и стал оттаскивать Черного, при этом и Черный, и мужчина продолжали друг друга оскорблять. Он просил Черного успокоиться, мужчина в это время встал на ноги и стряхивал снег. В этот момент Черный снова ударил ладонью по лицу мужчину в область носа, от чего у того носом пошла кровь. В этот момент Х. вызывал такси. Через пару минут они втроем на такси уехали. Он видел, что мужчина стоял на ногах, мыл руки снегом, стряхивал снег, при этом что-то искал в карманах. Зашел ли мужчина в подъезд – он не видел. Весь конфликт и драку между Черным и мужчиной он не видел, поскольку не все время стоял лицом к конфликтующим.

Оглашенные показания свидетель Б. подтвердил в полном объеме, имеющиеся противоречия объяснил прошедшим периодом времени.

Свидетель Х. суду пояснил, что с Черным он познакомился через своего друга Б.. ХХХ, когда в вечернее время около ХХХ часа он пришел домой к Б., где в то время находился Черный, они распивали алкогольные напитки, на телефон Черного начал звонить не известный ему мужчина, как ему стало известно позже – П. Между Черным и П. по телефону произошел словесный конфликт, в ходе которого они разговаривали на повышенных тонах, П. звал Черного приехать к нему домой, чтобы разобраться. Он (Х.), Черный и Б. в тот же вечер (точное время он не помнит) на такси приехали к дому П. по ул.С., ХХХ или ХХХ (точный номер дома он не помнит), где все вышли из такси, Черный позвонил по телефону П., тот вышел на улицу. Между П. и Черным возле подъезда его дома начался разговор, а он (Х.) и Б. оставались стоять в стороне метрах в 10-ти, в разговор не вмешивались, о чем они разговаривали – ему не известно. Через некоторое время Черный и П. начали разговаривать на повышенных тонах, ругаться. Наносили ли они друг другу удары – он не помнит, но Б. их разнял, когда они лежали на земле. Через небольшой промежуток времени между Черным и П. вновь произошел конфликт, в ходе которого Черный ладонью пару раз ударил П. по лицу. Он (Х.) начал вызывать такси. Когда такси подъехало, они втроем сели в такси, П. оставался у подъезда, стряхивал с себя снег. Были ли у П. при этом какие-либо телесные повреждения – он не помнит, весь конфликт он не наблюдал, поскольку время от времени отворачивался, т.к. разговаривал с Б.

Однако, из показаний свидетеля Х., данных им в ходе предварительного следствия и оглашенных в судебном заседании по ходатайству государственного обвинителя в связи с наличием противоречий (т. ХХХ л.д. ХХХ, ХХХ), следует, что ХХХ в вечернее время он находился вместе с Б. и ранее ему не знакомым молодым человеком по имени Илья, которому на телефон позвонил мужчина, начал оскорблять его и звать к нему домой. Около ХХХ часов они втроем на такси приехали по адресу: ул.С., ХХХ, при этом находились в состоянии опьянения. Приехав по указанному адресу, они вышли из такси, Илья стал звонить мужчине, который высказывал оскорбления в его адрес. После телефонного звонка из подъезда вышел ранее не знакомый ему находящийся в состоянии алкогольного опьянения мужчина, на вид около ХХХ лет, при этом, видимых повреждений у мужчины не было. Илья подошел к нему, он (Х.) с Б. находился в стороне около дома. Затем между мужчиной и Ильей возле указанного подъезда произошел словесный конфликт, который перерос в драку, во время которой они схватили друг другу за одежду, после чего упали на землю. В ходе борьбы И. находился сверху мужчины, он стоял на коленях и наносил удары мужчине по голове руками в перчатках. И. нанес мужчине по голове примерно ХХХ ударов, при этом мужчина защищался и пытался нанести удар в ответ. В этот момент к ним подбежал Б. и оттащил И. от мужчины. Мужчина встал на ноги, у него на лице была кровь. И. стал спрашивать мужчину, где его друзья, стал его спрашивать, зачем он его оскорблял, угрожал. Мужчина сказал, что позовет своего друга, который живет в соседнем доме, подошел к подъезду противоположного дома и стал звонить в домофон, но ему никто не ответил, И. пошел за мужчиной. Мужчина начал кричать, что его друзья найдут их, в этот момент между И. и мужчиной снова произошла драка, в ходе которой Илья нанес мужчине несколько ударов, куда именно - он не видел, они оба опять упали на землю. Он (Х.) предложил поехать домой к Б., начал вызывать такси. Мужчина был в крови, поднялся с земли, по карманам искал ключи. Примерно через ХХХ минут они втроем уехали на такси в магазин «ХХХ». Когда они уезжали, мужчина стоял около подъезда, из которого он вышел и пытался попасть в подъезд.

Оглашенные показания свидетель Х. подтвердил частично, указав, что следователь на свое усмотрение в его показаниях указал количество ударов, которые, якобы, Черный нанес П. по голове. На самом деле Черный нанес ХХХ ударов по голове П. во время конфликта. Также пояснил, что при даче показаний в ходе предварительного следствия никакого давления со стороны сотрудников полиции на него не оказывалось.

Оценивая показания свидетеля Х., данные им как в ходе предварительного следствия, так и в судебном заседании, суд критически относится к изменению показаний свидетеля Х. в судебном заседании, полагает необходимым положить в основу обвинительного приговора его показания, данные им в ходе предварительного следствия, поскольку считает их правдивыми и достоверными, поскольку свидетель не смог привести убедительных доводов изменения своей позиции. При этом, суд обращает внимание на то, что указанные показания свидетеля закреплены соответствующей подписью Х. в протоколе допроса, а также соответствующей записью, сделанной им собственноручно, о том, что в протоколе с его слов записано верно и им прочитано.

Также виновность подсудимого ФИО2 в совершении преступления, предусмотренного ч.4 ст. 111 УК РФ,подтверждается исследованными письменными материалами уголовного дела, а именно:

- протоколом осмотра места происшествия от ХХХ (т. ХХХ л.д. ХХХ), в ходе которого осмотрена квартира по адресу: г.Новоуральск, ул.С., ХХХ, где в комнате № ХХХ на диване обнаружен труп П. с телесными повреждениями в области головы. В ходе осмотра квартиры, в коридоре на полу обнаружена и изъята куртка синего цвета, во внутреннем кармане которой обнаружен и изъят мобильный телефон «ХХХ». В коридоре и комнате № ХХХ квартиры порядок вещей не нарушен, следов присутствия посторонних лиц не обнаружено. Также осмотрена придомовая территория, расположенная между первым подъездом дома № ХХХ и вторым подъездом дома № ХХХ по ул.С., которые расположены друг напротив друга. Возле каждого из подъездов на снегу обнаружены наложения вещества бурого цвета, с каждого из которых произведены смывы на марлевые тампоны, которые в ходе осмотра изъяты;

- протоколом дополнительного осмотра места происшествия от ХХХ (т. ХХХ л.д. ХХХ), в ходе которого осмотрен участок местности, расположенный между домом № ХХХ и домом № ХХХ по ул.С. в г.Новоуральске Свердловской области. В ходе осмотра зафиксирована обстановка и предметы окружающей обстановки около первого подъезда дома № ХХХ по ул.С. и около второго подъезда дома № ХХХ по ул.С.;

- протоколом осмотра предметов от ХХХ (т. ХХХ л.д. ХХХ), в ходе которого осмотрена куртка синего цвета, поверхность которой исследована с помощью источника экспертного света «ХХХ», под лучами которого на поверхности куртки обнаружены наложения вещества бурого цвета;

- протоколом осмотра предметов от ХХХ (т. ХХХ л.д. ХХХ), в ходе которого осмотрен сотовый телефон «ХХХ», на котором обнаружены вызовы от ХХХ с абонентом «ХХХ» (абонентский номер ХХХ) и с абонентом ХХХ», (указанными абонентскими номерами, как установлено в ходе предварительного следствия, пользовался обвиняемый ФИО2) – исходящий вызов в ХХХ, входящий вызов в ХХХ, входящий вызов в ХХХ, входящий вызов в ХХХ, вызов в ХХХ, входящий вызов в ХХХ, пропущенный вызов в ХХХ, входящий вызов в ХХХ, исходящий вызов в ХХХ, исходящий вызов в ХХХ, исходящий вызов в ХХХ, исходящий вызов в ХХХ, входящий вызов в ХХХ, входящий вызов в ХХХ, входящий вызов в ХХХ, входящий вызов в ХХХ, пропущенный вызов в ХХХ, пропущенный вызов в ХХХ, исходящий вызов в ХХХ;

- протоколом выемки от ХХХ (т. ХХХ л.д. ХХХ), в ходе которой у ФИО2 изъят сотовый телефон «ХХХ»;

- протоколом осмотра предметов от ХХХ (т. ХХХ л.д. ХХХ), в ходе которого осмотрен сотовый телефон «ХХХ» в силиконовом чехле, на котором обнаружены вызовы от ХХХ с абонентом «ХХХ» (абонентский номер ХХХ, которым, как установлено в ходе предварительного следствия, пользовался потерпевший П.) – входящий вызов в ХХХ, исходящий вызов в ХХХ, исходящий вызов в ХХХ, исходящий вызов в ХХХ, исходящий вызов в ХХХ, исходящий вызов в ХХХ, исходящий вызов в ХХХ, входящий вызов в ХХХ, входящий вызов в ХХХ, входящий вызов в ХХХ, пропущенный вызов в ХХХ, исходящий вызов в ХХХ, исходящий вызов в ХХХ, исходящий вызов в ХХХ, исходящий вызов в ХХХ, исходящий вызов в ХХХ. Также на телефоне обнаружены ХХХ аудиофайлов с записью телефонных разговоров, при прослушивании которых зафиксировано несколько телефонных разговоров между мужчинами. В ходе разговора мужчины используют грубую нецензурную брань и оскорбления. В ходе разговоров мужчина призывает других приехать по указанному им адресу и разобраться. В ходе зафиксированных телефонных разговоров звучит два адреса: ул.С., ХХХ, и ул.С., ХХХ;

- протоколом явки с повинной ФИО2 от ХХХ (т. ХХХ л.д. ХХХ), который пояснил, что ХХХ он встретился с Б., к которому позже домой пришел ранее ему незнакомый мужчина по имени И., они распивали пиво. Через некоторое время примерно в ХХХ часа ему на телефон позвонил П. и стал высказывать претензии и оскорблять его, настойчиво предлагал встретиться, разобраться. Между ними завязался конфликт по телефону. Он сообщил Б. и И., что его оскорбляют и ему нужно встретиться с этим человеком. Б. и И. согласились съездить с ним. На такси они доехали до дома П. на ул.С., ХХХ, вышли из автомобиля, Б. и И. остались ждать его недалеко от дома. Он позвонил П., тот вышел из подъезда. Он пытался поговорить с П., но тот схватил его за куртку, они упали, он нанес П. около 4-х ударов в область головы и лица, после чего конфликт прекратился. Они сели на лавочку около подъезда, пытались разрешить возникший конфликт. П. встал и пошел в сторону своего подъезда, а он пошел в сторону своих знакомых, которые стояли около автомобиля такси, на котором они уехали. Вину признал полностью, в содеянном раскаялся;

- постановлениями о приобщении к делу вещественных доказательств, в соответствии с которыми все изъятые предметы осмотрены, признаны и приобщены к материалам уголовного дела в качестве вещественных доказательств (т. ХХХ л.д. ХХХ, ХХХ, ХХХ).

Из заключения эксперта № ХХХ от ХХХ (т. ХХХ л.д. ХХХ) следует, что в исследованных буро-коричневых и размытых коричневых пятнах на куртке, изъятой в ходе осмотра места происшествия, установлено наличие крови, которая могла принадлежать П. и не могла принадлежать ФИО2 В буро-коричневых пятнах на куртке, расположенных возле ворота справа, установлено наличие крови, которая могла принадлежать П. с примесью крови и (или) выделениями (слюна, пот), которые могли принадлежать ФИО2

Из заключения эксперта № ХХХ от ХХХ (т. ХХХ л.д. ХХХ), следует, что в серо-коричневой помарке на марлевом тампоне со смывом, изъятом в ходе осмотра места происшествия около первого подъезда дома № ХХХ, установлено наличие крови человека, которая могла принадлежать П. и не могла принадлежать ФИО2

Из заключения эксперта № ХХХ от ХХХ (т. ХХХ л.д. ХХХ) следует, что в коричневом пятне на марлевом тампоне со смывом, изъятом в ходе осмотра места происшествия около второго подъезда дома № ХХХ, установлено наличие крови человека, которая могла принадлежать П. и не могла принадлежать ФИО2

Кроме того, согласно заключению эксперта № ХХХ от ХХХ (т. ХХХ л.д. ХХХ), причиной смерти П. является черепно-мозговая травма, которая осложнилась сдавлением вещества головного мозга в результате его отека. Вероятный временной интервал с момента наступления смерти до момента фиксации трупных явлений в секционной ХХХ составляет не менее ХХХ часов и не более ХХХ часов. На трупе П. выявлены повреждения:

1) черепно-мозговая травма, которую составляют: внутричерепные повреждения: субдуральная гематома левого полушария головного мозга объемом ХХХ мл, очаговые субарахноидальные кровоизлияния, кровь в желудочках левого полушария головного мозга, при наличии внешних повреждений, которые являются точками приложения силы: массивные кровоизлияния в кожном лоскуте левой лобно-теменно-височной области и правой лобно-височной области, кровоизлияния в левую и правую височную мышцы, множественные кровоподтеки и кровоизлияния в кожу головы (в височных областях, левой теменной области, в скуловых областях, в лобной области, в области переносицы), две ушибленные раны в области правой брови, кровоподтеки на веках обоих глаз, кровоизлияния в склеры обоих глаз, кровоизлияния в кожу левой щеки, кровоизлияния в слизистую оболочку губ, ушибленная рана слизистой оболочки верхней губы слева, кровоподтек в подбородочной области справа, которая у живых лиц является опасной для жизни, имеет признаки причинения тяжкого вреда здоровью. Повреждения, составляющие черепно-мозговую травму причинены тупыми твердыми предметами, не менее чем семью воздействиями, имело место большое количество воздействий, вероятно, неоднократно на одни и те же области головы. Все повреждения, выявленные в области головы, могли образоваться от ударов руками, за исключением двух ран в области правой брови, которые образовались от не менее чем от одного воздействия тупого твердого предмета, которым не могли являться части тела человека, такие как руки. После причинения черепно-мозговой травмы П. жил около ХХХ часов, соответственно, при условии, что потеря сознания наступила не сразу, мог совершать самостоятельные действия (передвигаться, говорить), в дальнейшем, с нарастанием субдуральной гематомы и отека головного мозга данная способность должна была быть утрачена;

2) переломы ХХХ, ХХХ, ХХХ ребер справа по лопаточной линии, которые причинены не менее чем одним воздействием тупого твердого предмета, вероятной давностью образования около ХХХ часов на момент наступления смерти, которые в причинной связи с наступлением смерти П. не состоят, у живых лиц обычно влекут не менее, чем средней тяжести вред здоровью по признаку длительного расстройства здоровья свыше 3-х недель;

3) кровоподтеки на задних поверхностях локтевых суставов, кровоизлияния в кожу передней поверхности левого предплечья, кровоподтек и ссадина на тыльной поверхности правой кисти в проекции третьего пястно-фалангового сустава, кровоподтек на тыльной поверхности правой кисти в проекции пятой пястной кости, два кровоподтека на тыльной поверхности четвертого пальца правой кисти, кровоподтек на тыльной поверхности пятого пальца, кровоподтек на задней поверхности правого предплечья, кровоизлияния в кожу груди и живота, кровоизлияния в кожу области правого коленного сустава, которые причинены тупыми твердыми предметами, не менее чем пятью воздействиями, вероятной давностью образования около 1-2 часов на момент наступления смерти, которые могли образоваться от ударов руками, за исключением кровоизлияний в кожу груди и живота, которые причинены давлением тупого твердого предмета/предметов на область грудной клетки и живота с обширной поверхностью воздействия, которые в причинной связи с наступлением смерти П. не состоят, сами по себе у живых лиц обычно не влекут за собой кратковременного расстройства здоровья или незначительной стойкой утраты общей трудоспособности, и по этому признаку расцениваются как повреждения, не причинившие вред здоровью. Все повреждения, выявленные на трупе П. имеют признаки прижизненных, причинены последовательно, в короткий промежуток времени. П. был обращен к нападавшему передней поверхностью тела, вероятно, при этом находился в положении сидя либо лежа.

Кроме того, выводы судебно-медицинского эксперта Л., сделанные ею при исследовании трупа П., были подтверждены в судебном заседании экспертом, допрошенным по ходатайству стороны защиты. При этом, Л. пояснила, что наружные повреждения в области головы у П. могли образоваться не менее чем от шести воздействий руками, при этом, две ушибленные раны в области правой брови не могли вызвать внутричерепные повреждения, однако, каждое последующее воздействие по голове могло усугублять тяжесть течения черепно-мозговой травмы.

Оценивая собранные доказательства, суд приходит к убеждению, что вина ФИО2 в совершении вышеуказанного преступления доказана полностью, поскольку его действия и характер повреждений у П. свидетельствуют о направленности умысла на причинение тяжкого вреда здоровью.

При этом, суд основывается на признательных показаниях самого подсудимого в части наличия драки, произошедшей между подсудимым и П. в период времени с ХХХ часов ХХХ до ХХХ часа ХХХ, на показаниях потерпевшего Т., свидетелей Н., супругов М., Д., Г., Г., Б., И. и Ф., данных ими в суде, показаниях свидетелей Б., Х. и И., данных ими на предварительном следствии, оснований которым не доверять не имеется, поскольку данные показания устанавливают событие совершенного подсудимым преступления при обстоятельствах, изложенных в описательно-мотивировочной части приговора, они последовательны, согласуются друг с другом и подтверждаются письменными материалами дела, исследованными в судебном заседании, в том числе, с экспертным заключением и с показаниями эксперта, из которых следует, что именно черепно-мозговая травма, которая осложнилась сдавлением вещества головного мозга в результате его отека, является опасной для жизни человека, по своему характеру создает угрозу для жизни и относится к тяжкому вреду здоровья, состоит в прямой причинно-следственной связи со смертью потерпевшего П..

Вопросы о характере и локализации телесных повреждений, установленных у П., их тяжести, времени причинения, наличия причинно-следственной связи между выявленными телесными повреждениями и смертью потерпевшего разрешены экспертом и сомнений не вызывают.

Вопреки доводам стороны защиты, оснований не доверять экспертному заключению, сомневаться в объективности его выводов, не имеется. Экспертиза проведена квалифицированным экспертом, в пределах своей компетенции, заключение эксперта соответствует требованиям ст. ст. 80, 204 УПК РФ.

Каких-либо противоречий и неполноты в исследованных доказательствах, которые могут быть истолкованы в пользу подсудимого, суд не усматривает.

Довод подсудимого о том, что удары П. он наносил, защищаясь от его противоправных действий, судом не принимается, поскольку действия П. прямой угрозы жизни и здоровью Черного не представляли. Каких-либо угроз П. в адрес Черного не высказывал, П. лишь высказывался нецензурной бранью в адрес Черного и оскорблял его, что было установлено в судебном заседании.

Не может быть принят во внимание довод подсудимого и стороны защиты о том, что он в момент причинения П. тяжкого вреда здоровью действовал неумышленно, не имел цели причинения тяжкого вреда здоровью П., не мог своими ударами причинить тяжкие последствия здоровью П.

Находясь в непосредственной близости к П., намеренно, по своей воле совершая множественные удары руками в области головы П. с силой травмирующего воздействия, Черный, в силу своего возраста, имея достаточные образование и жизненный опыт, даже на бытовом интуитивном уровне не мог не осознавать и не предвидеть возможность при таком развитии событий причинения П. тяжкого вреда здоровью, однако относился к этому безразлично.

Таким образом, осознанное, намеренное, а не случайное, нанесение со стороны подсудимого неоднократного количества ударов П. в области головы обуславливает наличие у Черного умысла и цели на причинение П. тяжкого вреда здоровью при одновременном наличии у подсудимого вины в форме неосторожности по отношению к смерти П..

В соответствии со ст. 27 УК РФ, если в результате совершения умышленного преступления причиняются тяжкие последствия, которые по закону влекут более строгое наказание и которые не охватывались умыслом лица, уголовная ответственность за такие последствия наступает в случае, если лицо не предвидело, но должно было и могло предвидеть возможность наступления этих последствий. Указанное имеет место в рассматриваемом случае.

Что касается формы вины подсудимого Черного по отношению к смерти П., то в этой части умысел Черному не инкриминирован. Вышеназванные умышленные действия, причинившие тяжкий вред здоровью П., повлекли смерть последнего по неосторожности, что установлено судом.

Наличие умысла на причинение тяжкого вреда здоровью П. у подсудимого подтверждается не только характером и локализацией телесных повреждений, обнаруженных у П., но и поведением самого подсудимого после совершения преступления, который каких-либо мер к оказанию помощи П. не предпринял, с места преступления скрылся.

Более того, как следует из материалов дела, Черный мог контролировать сложившуюся ситуацию и избежать ее.

Причастность иных лиц к совершению данного преступления не установлена.

Таким образом, суд квалифицирует действия ФИО2 по ст. 111 ч.4 Уголовного кодекса Российской Федерации как умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, повлекшее по неосторожности смерть потерпевшего, не усматривая при этом оснований для переквалификации действий ФИО2 либо его оправдания.

Решая вопрос о наказании, суд учитывает характер и степень общественной опасности содеянного, а также данные о личности подсудимого, в том числе обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи.

В частности суд учитывает, что подсудимым совершено преступление, относящееся к категории особо тяжких.

В качестве смягчающих вину обстоятельств судом учитываются:в соответствии с п. «г» ч.1 ст. 61 УК РФ - наличие малолетнего ребенка его сожительницы К., которой подсудимый оказывает помощь в содержании и воспитании ребенка; в соответствии с п. «з» ч.1 ст. 61 УК РФ - наличие противоправного поведения со стороны потерпевшего П., явившееся поводом для совершения Черным преступления, поскольку судом установлено, что П., который находился в состоянии алкогольного опьянения, спровоцировал конфликт с Черным, выражаясь в его адрес нецензурной бранью и оскорбляя его, чем вызвал к себе чувство личной неприязни со стороны Черного, в связи с чем, Черный, реализуя возникший у него преступный умысел, нанес П. удары, т.е. действия П. имели провоцирующий характер на преступное поведение Черного; в соответствии с п. «и» ч.1 ст.61 УК РФ - явка с повинной, активное способствование раскрытию и расследованию преступления, поскольку Черный сообщил органам следствия о способе совершения преступления; в соответствии с ч.2 ст.61 УК РФ - состояние здоровья подсудимого, а также частичное признание вины.

Вместе с тем, вопреки доводам стороны защиты, в соответствии с ч.1.1 ст. 63 УК РФ, с учетом обстоятельств совершения преступления, суд считает необходимым признать в качестве отягчающего обстоятельства - совершение преступления в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя, поскольку, по мнению суда, употребление алкоголя явилось одной из причин совершения Черным умышленного преступления в отношении П. Факт нахождения Черного в момент совершения преступления в состоянии алкогольного опьянения установлен показаниями самого подсудимого, а также показаниями свидетелей Б. и Х., которые поясняли, что в вечернее время ХХХ до произошедшего конфликта с П. они употребляли пиво, находились в состоянии алкогольного опьянения.

Таким образом, суд считает невозможным применение положений ст. 15 ч.6 УК РФ в отношении ФИО2 в силу прямого указания закона, поскольку данная норма применяется лишь при отсутствии отягчающих наказание обстоятельств.

Кроме того, как характеризующие личность данные, суд также учитывает удовлетворительную характеристику личности ФИО2, в том числе удовлетворительную характеристику с места жительства и положительную – с места работы, отсутствие сведений о привлечении к административной ответственности, отсутствие судимости на момент постановления настоящего приговора, наличие у подсудимого устойчивых социальных связей, наличие постоянного места жительства и места работы, кроме того, судом учитывается положительная характеристика личности подсудимого, данная ему в ходе судебного заседания его сожительницей К., допрошенной по ходатайству стороны защиты.

Учитывая необходимость соответствия назначенного наказания характеру и степени общественной опасности содеянного, обстоятельствам его совершения, личности подсудимого, принципу разумности и справедливости назначенного наказания, возможности достижения целей исправления наказания, предусмотренных ч. 2 ст. 43 УК РФ, и предупреждения совершения им новых преступлений, суд считает необходимым назначить подсудимому ФИО2 наказание в виде лишения свободы реально, поскольку считает, что исправление и перевоспитание подсудимого ФИО2 возможно достичь только с применением мер изоляции от общества, при этом, суд не находит оснований для применения дополнительного наказания в виде ограничения свободы.

Кроме того, суд не усматривает правовых оснований для применения в отношении подсудимого положений ст.73 УК РФ ввиду отсутствия достаточных оснований полагать, что подсудимый может встать на путь исправления без реального отбывания наказания в виде лишения свободы.

Наличие смягчающих наказание обстоятельств, предусмотренных п. «и» ч.1 ст.61 УК РФ и наличие отягчающего наказание обстоятельства не позволяют суду применить при назначении наказания ФИО2 положения ч.1 ст.62 УК РФ.

Кроме того, исключительных обстоятельств, указанных в ст. 64 УК РФ, и необходимых для назначения наказания ниже низшего предела, суд также не усматривает, поскольку исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами совершенного ФИО2 преступления, ролью виновного, его поведением во время или после совершения преступления, и других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступления, судом не установлено.

Отбывание наказания ФИО2 следует определить в соответствии с п.«в» ч. 1 ст.58 УК РФ в исправительной колонии строгого режима.

Судьба вещественных доказательств подлежит разрешению в соответствии с положениями ст.81 УПК РФ.

С учетом вида назначенного наказания, личности подсудимого, суд полагает необходимым до вступления приговора суда в законную силу ранее избранную меру пресечения в виде заключения под стражей оставить без изменения.

Кроме того, суд считает необходимым при исчислении срока наказания применить положения п. «а» ч.3.1 ст. 72 УК РФ в редакции Федерального закона от 03.07.2018 № 186-ФЗ «О внесении изменений в ст. 72 УК РФ».

Процессуальные издержки в виде оплаты услуг адвоката Панченковой Ж.П. в размере 4140 рублей, адвоката Загинайко О.В. в размере 4320 рублей на предварительном следствии подлежат взысканию в доход федерального бюджета с ФИО2

На основании изложенного и руководствуясь ст. 302-304, 307-309 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПРИГОВОРИЛ:

ФИО2 признать виновным в совершении преступления, предусмотренного ст. 111 ч.4 Уголовного кодекса Российской Федерации и назначить ему наказание в виде лишения свободы сроком на 8 лет с отбыванием наказания в виде лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.

Исчислять срок отбывания наказания с 08.05.2019, зачесть в указанный срок время нахождения ФИО2 под стражей с 19.12.2019 по день вступления настоящего приговора в законную силу (включительно) на основании п. «а» ч.3.1 ст. 72 УК РФ из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в виде лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.

Меру пресечения ФИО2 до вступления приговора в законную силу в виде заключения под стражей, оставить без изменения.

Вещественные доказательства:

– куртку синего цвета, сотовый телефон «ХХХ», принадлежащие П. и хранящиеся при уголовном деле, - выдать Т., либо лицу, им указанному, а при невостребовании в течении месяца со дня вступления приговора суда в законную силу – уничтожить.

– сотовый телефон «ХХХ» в силиконовом чехле, хранящийся при уголовном деле, - выдать ФИО2, либо лицу, им указанному, а при невостребовании в течении месяца со дня вступления приговора суда в законную силу – уничтожить.

Взыскать с ФИО2 в доход федерального бюджета процессуальные издержки в виде оплаты услуг адвоката Панченковой Ж.П. в размере 4140 рублей и адвоката Загинайко О.В. - в размере 4320 рублей.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Свердловского областного суда через Новоуральский городской суд в течение 10 суток: осужденным - со дня получения копии приговора, остальными участниками - со дня его провозглашения.

В случае подачи апелляционной жалобы осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции. В случае подачи апелляционного представления государственным обвинителем или апелляционных жалоб защитником либо потерпевшим такое ходатайство может быть заявлено осужденным в течение 10 суток со дня получения их копий.

Председательствующий И.В.Анчутина

Согласовано

Судья И.В. Анчутина