Апелляционное определение № 33-10813/2025 33-475/2026 от 16 февраля 2026 г.

УИД – 59RS0007-01-2024-003868-66

Дело № 33-475/2026 (2-184/2025)

Мотивированное апелляционное

определение изготовлено 17.02.2026


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

город Пермь 04.02.2026

Судебная коллегия по гражданским делам Пермского краевого суда в составе председательствующего судьи Смирновой М.А., судей Варовой Л.Н., Аникиной К.С. при ведении протокола секретарем судебного заседания Балуевой Ю.О. рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1, ФИО2 к ФИО3 о признании права собственности на долю в общем имуществе,

по апелляционной жалобе ФИО3 на решение Пермского районного суда Пермского края от 04.09.2025.

Заслушав доклад судьи Смирновой М.А., пояснения представителя истцов ФИО4, представителей ответчика ФИО5, ФИО6, изучив материалы дела, судебная коллегия

установила:

ФИО1, ФИО2 обратились в суд с иском к ФИО3 о признании права собственности на 1/38 долю за каждым в праве общей долевой собственности на лодочную станцию с кадастровым номером **, расположенную по адресу: **** д. ****.

В обоснование исковых требований указано, что ФИО1, ФИО2 являются жителями д. ****, которые наравне с другими лицами, заключили с ФИО3 соглашение о совместном освоении и использовании земельного участка в д. ****, и дополнительное соглашение к нему об определении долей в праве долевой собственности. Освоение и строительство территории производилось за счет личных средств. По условиям соглашения стороны договорились, что земельный участок площадью 13 845 кв.м. будет оформлен в аренду, будет зарегистрировано право собственности на строение «Дом Рыбака», оформлено право собственности на земельный участок и на «Пирс», исполнителем по соглашению выступал ответчик ФИО3 По дополнительному соглашению истцы становились собственниками доли в праве долевой собственности на «Пирс», доля истцов вправе составила 1/38, доля ответчика вправе – 18/38. В настоящее время сооружение «Пирс» построено, имеет следующие характеристики: площадь застройки 532 кв.м, год завершения строительства: 2019, назначение: 11.1. сооружения противоэрозионные гидротехнические и противоселевые, наименование: лодочная станция, кадастровый номер: **, его единоличным собственником с 12.12.2023 является ФИО3 Обязательство, которое взял на себя ответчик по дополнительному соглашению, не исполнено, какие-либо действия по переоформлению права собственности по 1/38 доли в пользу истцов не предпринимаются.

Решением Пермского районного суда Пермского края от 04.09.2025 исковые требования удовлетворены.

В апелляционной жалобе ответчик ФИО3 просит решение суда отменить как незаконное и необоснованное, основанное на неверном толковании норм материального и процессуального права, ссылается на неправильное установление судом обстоятельств, имеющих значение для дела. Указывает, что фактически подписано сторонами только соглашение о совместном освоении и использовании земельного участка, соглашение об определении долей в праве долевой собственности никем не подписано, в связи с чем является незаключенным. Данные соглашения не содержат существенных условий договора простого товарищества, истцами не представлены надлежащие доказательства оплаты вкладов товарищей. Представленные ФИО1 в материалы дела копии объяснений от 28.07.2011 не подтверждают передачу денежных средств ответчику или совершение им каких-либо гражданско-правовых действий, не имеют юридической силы и не могут быть признаны достоверным доказательством, поскольку были получены с нарушением закона. Показания свидетелей также не могут быть приняты в качестве доказательства получения ответчиком денежных средств от лиц, подписавших спорное соглашение. Соглашение о совместном освоении и использовании земельного участка было заключено в отношении «Пирса», возведенного в период 2005-2006 годы, а не лодочной станции с кадастровым номером **, завершенной строительством в 2017-2019 годы. В нарушение норм процессуального права судом неправомерно отклонено ходатайство о передаче дела по подсудности в арбитражный суд, поскольку требования истцов связаны с возможностью извлечения прибыли от владения и пользования спорным объектом, отношения между сторонами регулируются договором простого товарищества. Срок исковой давности должен был исчисляться судом не с момента государственной регистрации права собственности на лодочную станцию, а с момента заключения спорного соглашения; при исчислении срока исковой давности с момента государственной регистрации права собственности на спорный объект срок истек в 2022 году.

В суде апелляционной инстанции представители ответчика на доводах апелляционной жалобы настаивали. Представитель истцов полагает решение суда законным, в удовлетворении апелляционной жалобы просил отказать.

В письменных отзывах на апелляционную жалобу третьи лица ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО10, ФИО11, ФИО12, ФИО13, ФИО14, ФИО15 поддерживают доводы апеллянта, указывают на незаконность постановленного судом решения.

Иные лица, участвующие в деле, в судебное заседание апелляционной инстанции не явились. Учитывая, что данные лица были надлежащим образом извещены о дате времени и месте рассмотрения дела, в силу части 2 статьи 113 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации информация о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы размещена заблаговременно на интернет-сайте Пермского краевого суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», с учетом изложенного, руководствуясь статьей 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия находит возможным, рассмотреть дело в отсутствие указанных лиц.

Проверив материалы, обсудив доводы апелляционной жалобы, выслушав лиц, участвующих в деле, судебная коллегия полагает решение суда подлежащим отмене по следующим основаниям.

В соответствии с частями 1 - 3 статьи 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для отмены или изменения решения суда в апелляционном порядке являются: неправильное определение обстоятельств, имеющих значение для дела; недоказанность установленных судом первой инстанции обстоятельств, имеющих значение для дела; несоответствие выводов суда первой инстанции, изложенных в решении суда, обстоятельствам дела; нарушение или неправильное применение норм материального права или норм процессуального права.

Согласно части 1 статьи 195 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации решение суда должно быть законным и обоснованным.

Как разъяснил Пленум Верховного Суда РФ от 19.12.2003 № 23 «О судебном решении», решение является законным в том случае, когда оно вынесено при точном соблюдении норм процессуального права и в полном соответствии с нормами материального права, которые подлежат применению к данному правоотношению, или основано на применении в необходимых случаях аналогии закона или аналогии права (часть 4 статьи 1, часть 3 статьи 11 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Решение является обоснованным тогда, когда имеющие значение для дела факты подтверждены исследованными судом доказательствами, удовлетворяющими требованиям закона об их относимости и допустимости, или обстоятельствами, не нуждающимися в доказывании (статьи 55, 59 - 61, 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации), а также тогда, когда оно содержит исчерпывающие выводы суда, вытекающие из установленных фактов.

Между тем, обжалуемое решение суда данным требованиям закона не отвечает.

Разрешая спор, руководствуясь положениями Гражданского кодекса Российской Федерации, суд первой инстанции исходил из того, что при заключении соглашения о совместном освоении и использования земельного участка действия участников простого товарищества были направлены на фактическое возникновение гражданских прав и обязанностей по осуществлению и реализации спорного соглашения, действия ответчика, его дальнейшее поведение давало основание другим лицам полагаться на действительность сделки, поскольку ответчик после совершения сделки и до предъявления к нему иска, не высказывал возражений относительно его заключения, осуществлял работы по строительству спорного имущества. Оснований для применения срока исковой давности к спорным правоотношениям судом не установлено, поскольку о нарушении прав истцам стало известно с момента регистрации права ответчика на спорный объект недвижимости.

С указанными выводами суда первой инстанции судебная коллегия не может согласиться, поскольку судом первой инстанции нормы материального права применены неправильно, изложенные в решении суда обстоятельства дела не соответствуют выводам суда первой инстанции.

Из материалов дела следует, что ФИО3, ФИО11, М1., ФИО7, ФИО8, ФИО12, ФИО9, С1., ФИО15, Я., ФИО16, ФИО14., ФИО2 (за подписью Л.), Л., ФИО10, ФИО1 подписано соглашение б/д о совместном освоении и использовании земельного участка: **** д. **** (сторонами не оспаривается факт его подписания в 2011 году), из которого следует, что стороны пришли к соглашению оформить в аренду земельный участок площадью 13845 кв.м.; зарегистрировать право собственности на строение «Дом Рыбака»; оформить право собственности на земельный участок; оформить право собственности на «Пирс». Соглашением исполнителем данных действий определен С.Г.ПБ. После оформления права следовало определить доли каждого участника данного соглашения и зарегистрировать в Управлении Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Пермскому краю право общедолевой собственности на земельный участок, «Дом Рыбака», «Пирс» (т. 1 л.д. 9, 103).

В подтверждение исполнения данного соглашения истцами представлены следующие доказательства:

- дополнение к соглашению о совместном освоении и использовании земельного участка: **** д. Жебреи****, «Пирс» соглашение об определении долей в праве долевой собственности без даты и подписей, скрепленное печатью ООО «Уральская земельная компания», из которого следует, что сторонами (состав16-ти участников тот же) определён режим долевой собственности на «Пирс»; на момент заключения настоящего соглашения стороны определяют следующее распределение долей в имуществе, принадлежащем сторонам на праве долевой собственности: доля в праве долевой собственности стороны 1 составляет 18/38; доля в праве долевой собственности стороны 2 составляет 2/38; доля в праве долевой собственности стороны 3 составляет 1/38; доля в праве долевой собственности стороны 4 составляет 2/38; доля в праве долевой собственности стороны 5 составляет 1/38; доля в праве долевой собственности стороны 6 составляет 2/38; доля в праве долевой собственности стороны 7 составляет 2/38; доля в праве долевой собственности стороны 8 составляет 1/38; доля в праве долевой собственности стороны 9 составляет 1/38; доля в праве долевой собственности стороны 10 составляет 1/38; доля в праве долевой собственности стороны 11 составляет 1/38; доля в праве долевой собственности стороны 12 составляет 1/38; доля в праве долевой собственности стороны 13 составляет 1/38; доля в праве долевой собственности стороны 14 составляет 2/38; доля в праве долевой собственности стороны 15 составляет 1/38; доля в праве долевой собственности стороны 16 составляет 1/38; настоящее дополнение к соглашению составлено в 16-ти подлинных экземплярах, имеющих равную юридическую силу, по одному для каждой из сторон, и является неотъемлемой частью соглашения (т. 1 л.д. 10, 104);

- письменные объяснения (в копии) ФИО3 от 28.07.2011, допрошенного старшим оперуполномоченным ОРЧ УР (БОП) ГУ МВД России по Пермскому краю (т. 1 л.д. 169-170); объяснения ФИО3, данных в полиции в период с марта по апрель 2025 года (т. 1 л.д. 169-170).

- показания свидетелей К1., состоявшего в 2011 году в должности заместителя начальника 2 отдела оперативной части по борьбе с преступностью, и Г., проходившего в указанный период службу в подразделении по борьбе с организованной преступностью; свидетеля Н. – члена комиссии по земельным отношениям, принимавшего участие рассмотрении заявления ФИО3 о предоставлении земельного участка в собственность;

- заключение кадастрового инженера П1. №** от 09.12.2024, согласно которому сооружение – лодочная станция с кадастровым номером ** по адресу: **** д. Жебреи, находится в кадастровом квартале **; заказчиком предоставлены топографический план 2010 года, подготовленный ООО «Уральская земельная компания» и схема планировочной организации земельного участка 2011 года, подготовленная ООО «ЦНЭ» земельного участка по адресу: **** д. Жебреи****; на данных планах отражена лодочная стоянка и водная акватория. Соотнеся координаты поворотных точек, указанных на топографических планах, и сведения из ЕГРН, инженером выявлено, что лодочная стоянка на топографических планах является лодочной станцией с кадастровым номером **. Заказчиком предоставлен протокол заседания Комиссии по земельным отношениям от 04.10.2013, приложением которого является схема расположения земельного участка на кадастровом плане территории с указанием границ участка. Анализируя схему расположения на кадастровом плане территории и вышеуказанные документы, кадастровым инженером сделан вывод, что указанная территория на схеме расположения является территорией вокруг лодочной станции с кадастровым номером **, то есть смежной территорией (т. 2 л.д. 1-18).

Согласно сведениям ЕГРН объект недвижимости с кадастровым номером ** имеет следующие характеристики: вид объекта недвижимости – сооружение, назначение: сооружения противоэрозионные гидротехнические и противоселевые, наименование – лодочная станция, площадь 531 кв.м., год завершения строительства – 2019, право собственности зарегистрировано за ФИО3 12.12.2023 на основании технического плана сооружения от 05.12.2023; решения о предоставлении водного объекта в пользование от 25.12.2018 № 59-10.01.01.009-Х-РПБВ-Т-2018-06567/00 (т. 1 л.д. 22-23, 25-26, 86-87, 131-132). В материалах реестрового дела на объект недвижимости с кадастровым номером ** содержат решение от 25.12.2018 № 59-10.01.01.009-Х-РПБВ-Т-2018-06567/00 о предоставлении водного объекта в пользование в целях строительства гидротехнических сооружений (берегозащиты) на 36 км Сылвенского залива Камского водохранилища, левый берег, в д. Жебреи Фроловского сельского поселения Пермского муниципального района. Технический план сооружения от 05.12.2023 подготовлен в связи с образованием четырех сооружений в результате раздела сооружения с кадастровым номером ** (гидротехнического сооружения (берегозащита)), состоящего из крытой смотровой площадки, лодочной станции, берегозащитного сооружения, трехэтажной хозяйственной постройки, поскольку входящие состав гидротехнического сооружения объекты фактически не подпадают под понятие гидротехнического сооружения, установленного в статьей 3 Федерального закона № 117-ФЗ от 21.07.1997, за исключение берегоукреплением и лодочной станции (т. 3 л.д. 80-84.89-103). Согласно проектной документации рекреационной зоны и причала для маломерных судов в Сылвенском заливе Камского водохранилища а пос. Жюбреи, разработанной ОООО «Западно-Уральский институт водных и экологических проблем» в 2018 году берегозащитное сооружение набережной предполагалось для защиты объекта от разрушения водных воздействий. В состав проектируемых объектов вошли крытая смотровая площадка, хозяйственная постройка, лодочная станция площадью 48х78 м со сплошной вертикальной ж.б. стенкой, ложе затона – ж.б. для швартования маломерных судов в количестве 38 единиц, берегозащитное сооружение набережной (т. 3 л.д. 100-101).

29.09.2010 и 05.09.2013 ФИО3 выдавались С2. нотариальные доверенности на представление его интересов во всех компетентных органах (т.1 л.д. 183-184). 03.03.2014 доверенность от 05.09.2013 отмена (т. 4 л.д. 88-89).

В 2013 году ФИО3 обращался в отдел архитектуры и градостроительства Комитета имущественных отношений администрации Пермского муниципального района о предоставлении в собственность земельного участка общей площадью 25000 кв.м., расположенного по адресу: **** д. Жебреи****, для строительства лодочной станции; решением от 04.10.2013 отказано в связи с тем, что испрашиваемый земельный участок расположен в береговой полосе Камского водохранилища и в генеральном плане Фроловского сельского поселения отсутствует размещение данного объекта; рекомендовано оформить земельный участок площадью 4500 кв.м., для благоустройства стоянки плавательных средств, в аренду с множественностью лиц, сроком на 4 года 11 месяцев, без права возведения объектов капительного строительства на участке, без права ограждения, без права смены разрешенного использования, с правом доступа неограниченного круга лиц (т. 1 л.д. 185-186).

27.10.2020 между Комитетом имущественных отношений администрации Пермского муниципального района и ФИО3 заключен договор аренды земельного участка № **, по которому арендатору предоставлен во временное пользование на условиях аренды без права выкупа, с правом доступа третьих лиц земельный участок с кадастровым номером **:121, общей площадью 6303 кв.м., по адресу: **** д.****, с разрешенным использованием: отдых (рекреация), категория земель: земли населенных пунктов. Договор заключен сроком по 26.10.2069 (т. 3 л.д. 85-88).

Согласно Уставу ООО «Жебревель», утвержденного протоколом общего собрания учредителей № 1 от 24.07.2008, учредителями общества являются физические лица ФИО3, К2.., ФИО11, М1. ФИО1, П2., ФИО7, Ш1., ФИО8, П3., С3., ФИО12, Ш2., ФИО9, П4., С1., Ж., П7., М2., ФИО15, Я., ФИО16, С4., ФИО14, ФИО2, Л., ФИО10, П5. (28 участников общества). Уставной капал общества определен в сумме 190000 рублей, который вносится имуществом и денежными средствами (т. 2 л.д. 136-142). ООО «Жебревель» является действующей организацией, что следует из выписки из ЕРГЮЛ (т. 2 л.д. 143-170).

Согласно заключению ООО «Бизнес Эксперт» по строительно-техническому исследованию сооружения лодочной станции с кадастровым номером ** по адресу: **** д. **** от 02.07.2025, ранее лодочная станция площадью 531 кв.м. была частью гидротехнического сооружения (берегозащита) с кадастровым номером **. Лодочная станция возведена путем реконструкции в период с 2017 года по сентябрь 2019 года. Раздел объектов – лодочная станция и гидротехническое сооружение - осуществлен только документально, физически изменений в объекты не вносилось (т. 3 л.д. 1-62). Из дополнения к заключению ООО «Бизнес Эксперт» по строительно-техническому исследованию сооружения лодочной станции с кадастровым номером ** по адресу: **** д. **** от 02.07.2025, следует, что право собственности ФИО3 на сооружение с кадастровым номером ** (лодочная станция) было зарегистрировано 10.12.2019 в составе гидротехнического сооружения (берегозащита) с кадастровым номером ** (т. 4 л.д. 1-53).

Пунктами 1 и 2 статьи 420 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что договором признается соглашение двух или нескольких лиц об установлении, изменении или прекращении гражданских прав и обязанностей. К договорам применяются правила о двух- и многосторонних сделках, предусмотренные главой 9 настоящего Кодекса, если иное не установлено настоящим Кодексом.

В соответствии с пунктом 1 статьи 432 Гражданского кодекса Российской Федерации договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 7 постановления Пленума ВАС РФ от 11.07.2011 № 54 «О некоторых вопросах разрешения споров, возникающих из договоров по поводу недвижимости, которая будет создана или приобретена в будущем», в случаях, когда из условий договора усматривается, что каждая из сторон вносит вклады (передает земельный участок, вносит денежные средства, выполняет работы, поставляет строительные материалы и т.д.) с целью достижения общей цели, а именно создания объекта недвижимости, соответствующий договор должен быть квалифицирован как договор простого товарищества. В ситуации, когда вопреки условиям договора товарищ, обязанный внести вклад в общее дело в виде права аренды или посредством передачи земельного участка в общую собственность товарищей, уклоняется от совершения необходимых для этого действий, другие участники договора простого товарищества вправе в судебном порядке требовать исполнения указанного договора применительно к пункту 3 статьи 551 Гражданского кодекса Российской Федерации. Аналогичным образом судам следует квалифицировать иски товарищей, сформулированные как требования о признании права собственности на долю в созданном недвижимом имуществе, возведение которого являлось общей целью.

Согласно статье 1041 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору простого товарищества (договору о совместной деятельности) двое или несколько лиц (товарищей) обязуются соединить свои вклады и совместно действовать без образования юридического лица для извлечения прибыли или достижения иной не противоречащей закону цели.

В силу статьи 1042 Гражданского кодекса Российской Федерации вкладом товарища признается все то, что он вносит в общее дело, в том числе деньги, иное имущество, профессиональные и иные знания, навыки и умения, а также деловая репутация и деловые связи.

Согласно пункту 1 статьи 1043 Гражданского кодекса Российской Федерации внесенное товарищами имущество, которым они обладали на праве собственности, а также произведенная в результате совместной деятельности продукция и полученные от такой деятельности плоды и доходы признаются их общей долевой собственностью, если иное не установлено законом или договором простого товарищества либо не вытекает из существа обязательства.

В соответствии с пунктом 2 статьи 218 Гражданского кодекса Российской Федерации право собственности на новую вещь, изготовленную или созданную лицом для себя с соблюдением закона и иных правовых актов, приобретается этим лицом.

Согласно статье 224 Гражданского кодекса Российской Федерации имущество, находящееся в собственности двух или нескольких лиц, принадлежит им на праве общей собственности. Имущество может находиться в общей собственности с определением доли каждого из собственников в праве собственности (долевая собственность) или без определения таких долей (совместная собственность). Общая собственность возникает при поступлении в собственность двух или нескольких лиц имущества, которое не может быть разделено без изменения его назначения (неделимые вещи) либо не подлежит разделу в силу закона.

Если доли участников долевой собственности не могут быть определены на основании закона и не установлены соглашением всех ее участников, доли считаются равными (пункт 1 статьи 245 Гражданского кодекса Российской Федерации). Согласно пункту 2 указанной статьи соглашением всех участников долевой собственности может быть установлен порядок определения и изменения их долей в зависимости от вклада каждого из них в образование и приращение общего имущества.

В рамках настоящего дела истцы ссылаются на совместное создание сторонами по делу лодочной станции (пирса) с кадастровым номером **, расположенной по адресу: **** д. ****, право единоличной собственности на которое зарегистрировано в ЕГРН в настоящее время за ФИО3, и отказ ответчика от регистрации перехода права на 1/38 долю за каждым истцом на спорное сооружение. В подтверждение возникновения вещных прав на спорное сооружение истцы ссылаются на заключение шестнадцатью физическими лицами, в том числе истцами ФИО1, ФИО2 и ответчиком ФИО3, соглашения о совместном освоении и использовании земельного участка: **** д. ****, и соглашения об определении долей в праве долевой собственности. Возражая с предъявленными исковыми требованиями, ответчик ФИО3, не отрицая факт существования пирса в д. ****, указал, что данное сооружение возведено им своими силами, для строительства сооружения им привлекались денежные средства иных лиц – жителей д. ****, представленное истцами соглашение не содержит существенных условий простого товарищества, общая цель не была достоверно определена, участниками соглашения не осуществлялось каких-либо действий для достижения общих целей, оно не содержит условий о вкладах участников товарищества и распределения долей между ними спорное имущество не является объектом, в отношении которого составлено данное соглашение.

Особенностью договора простого товарищества является то, что у сторон по нему имеется обязанность соединить усилия и вклады, направленные на достижение общей цели, и действовать совместно. Но при этом отсутствуют обязательства по передаче чего-либо одним товарищем другому в собственность. Внесенный товарищем в совместную деятельность вклад (деньги, иное имущество и др.) становится общей долевой собственностью товарищей.

Оценивая представленные сторонами доказательства, проанализировав условия соглашения (б/н б/д), суд первой инстанции пришел к выводу о том, что поведение участников соглашения, в том числе ФИО3, было направлено на возникновение права общей долевой собственности на спорный объект недвижимости, указав, что ответчик, совершая действия, направленные оформление земельного участка под пирсом, создание ООО «Жебревель», разработку проекта реконструкции объекта недвижимости, давая пояснения в рамках проверки, проводимой правоохранительными органами, давал основание другим участникам данного соглашения полагать о наличии у него обязанности как участника соглашения, оформив право собственности на сооружение, зарегистрировать объект за иными участниками данного соглашения. С данной оценкой доказательств и применением норм материального права к рассматриваемым правоотношениям судебная коллегия не согласна.

Согласно абзацу первого статьи 431 Гражданского кодекса Российской Федерации при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом.

Согласно пункту 43 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25.12.2018 № 49 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора» такое значение определяется с учетом их общепринятого употребления любым участником гражданского оборота, действующим разумно и добросовестно (пункт 5 статьи. 10, пункт 3 статьи 307 Гражданского кодекса Российской Федерации), если иное значение не следует из деловой практики сторон и иных обстоятельств дела. Значение условия договора устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом (абзац первый статьи 431 Гражданского кодекса Российской Федерации). Условия договора толкуются и рассматриваются судом в их системной связи и с учетом того, что они являются согласованными частями одного договора (системное толкование).

Из буквального толкования условий соглашения о совместном освоении и использовании земельного участка (б/н б/д), следует, что его участники пришли к соглашению: оформить в том числе право собственности на «Пирс», исполнителем соглашения определить ФИО3, после оформления права определить доли каждого участника данного соглашения, зарегистрировать права общедолевой собственности на объект в Управлении Росреестра по Пермскому краю. Соглашение подписано лично 15 участниками, за исключением ФИО2 (из пояснений истца следует, что подпись в соглашении за него исполнена Л., при этом третьим лицом Л. данные сведения в рамках рассматриваемого спора не подтверждены).

Суд первой инстанции квалифицировал спорные отношения, сложившиеся между сторонами, как договор простого товарищества, правовой режим которого определен нормами главы 55 Гражданского кодекса Российской Федерации. Существенными условиями такого вида договора являются условия о соединении вкладов, о совместных действиях товарищей и об общей цели, для достижения которой эти действия совершаются. В соответствии с абзацем 5 пункта 1 статьи 1050 Гражданского кодекса Российской Федерации договор простого товарищества прекращается вследствие отказа кого-либо из товарищей от дальнейшего участия в бессрочном договоре простого товарищества.

Согласно данному соглашению совместная деятельность сторон договора заключалась в оформлении права общей долевой собственности на объект недвижимости («Пирс») в ЕГРН с учетом доли участия каждого участника соглашения в совместной деятельности. При этом условиями данного соглашения не определены ни порядок совместной деятельности его участников, ни форма участия каждого члена данного товарищества, ни ее размер, ни сроки данного сотрудничества, ни четкий предмет общей цели (его примерные характеристики, фактическое существование объекта на момент заключения договора либо создание вещи в будущем и т.д.). Таким образом, судебная коллегия приходит к выводу, что существенные условия и иные условия, определяющие предмет и порядок совместной деятельности всех участников простого товарищества, в указанном соглашении не определены.

В соответствии с частью 1 статьи 55 Гражданского процессуального кодекса РФ доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела. Эти сведения могут быть получены из объяснений третьих лиц (абзац 2 части 1 названной нормы права).

Из письменных пояснений третьих лиц ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО10, ФИО11, ФИО12, ФИО13, ФИО14, ФИО15 следует, что указанным соглашением его участники лишь зафиксировали намерение в строительстве объекта и его финансировании, оно не содержало каких-либо конкретных предложений, не предусматривало конкретных денежных сумм, необходимых для строительства объекта, каких-либо обязательств для сторон; документов о размере взносов и последующем распределении долей в долевом праве собственности не составлялось и не подписывалось участниками соглашения; никаких действий по реализации данного соглашения никто не совершал; строительные объекты в рамках данного соглашения не возводились. Данные пояснения судом первой инстанции не приняты во внимание, свой отказ суд мотивировал лишь тем, что данные пояснения имеют единообразие и не согласуются с иными материалами дела. Наличие у третьих лиц единой позиции по делу не является в силу положений гражданского процессуального законодательства основанием для отказа в их оценке. Суду первой инстанции следовало исходить из того, что в письменных пояснениях третьих лиц изложена истинная воля большинства участников данного соглашения, указанные лица являются непосредственными участниками договора простого товарищества, лично подписавшие соглашение. В силу пункта 2 статьи 218 Гражданского кодекса Российской Федерации право собственности на новую вещь, изготовленную или созданную лицом для себя, приобретается этим лицом. Из пояснений ответчика следует, что спорный объект недвижимости с кадастровым номером ** возведен за счет личных средств ФИО3 Материалы дела не содержат доказательств, подтверждающих передачу истцами ответчику денежных средств или иных материальных ценностей, направленных на создание (строительство) спорного объекта («Пирса»), в том числе и на момент подписания в 2011 году указанного соглашения, о чем также указано третьими лицами в письменных отзывах на исковое заявление и апелляционную жалобу.

Устанавливая факт заключения договора простого товарищества, а также согласование сторонами всех существенных и иных условий, суд первой инстанции исходил из письменных пояснений ФИО3 от 28.07.2011, пояснений свидетелей сотрудников правоохранительных органов К1. и Г., из которых не следует, что иные участники простого товарищества совершали какие-либо фактические действия, направленные на достижение общей цели - создания новой вещи и оформления прав на нее.

Из письменных пояснений ответчика ФИО3 от 28.07.2011, данных при проведении проверочных мероприятий правоохранительными органами (согласно сообщения ГУ МВД России по Пермскому краю материал, по которому проводилась проверка в 2011 году, уничтожен), следует, что благоустройство набережной р. Сылва в д. **** началось в 2005 году, разрешительных документов не было, с иными жителями деревни было достигнуто соглашение о строительстве пирса, сумма взноса для каждого предполагалась 300000 рублей, с целью оформления прав на построенный объект и его содержание было создано ООО «Жебревель», с оформлением документов возникли проблемы, как следствие ФИО3 вынужден был оформить объект на себя как физическое лицо, указал, что он передаст часть собственности участникам строительства. Однако из данных пояснений не возможно достоверно установить, были ли истцы в числе тех жителей д. Жебреи, которые участвовали в строительстве спорного объекта и, соответственно, у ФИО3 возникли обязательства исходя из соглашения о совместном освоении и использовании земельного участка. ФИО1 и ФИО2 с заявлением в правоохранительные органы в 2011 году не обращались, не опрашивались в ходе проверочных мероприятий сотрудниками полиции. В отношении истца ФИО1 ответчик неоднократно при опросах в 2025 году в правоохранительных органах указывал об отсутствии его финансового участия в строительстве спорного объекта недвижимости.

Также коллегия отмечает, что указанные объяснения П6. от 28.07.2011 суду первой инстанции следовало оценить на соответствии принципа допустимости доказательств, поскольку документ представлен суду в форме незаверенной копии, факт законности получения истцами данного документа в правоохранительных органах с учетом положений Федерального закона «О порядке рассмотрения обращения граждан Российской Федерации», Инструкции об организации рассмотрения обращений граждан в системе Министерства внутренних дел Российской Федерации, утвержденной Приказом МВД России № 707 от 12.09.2023, истцами не подтвержден, судом не проверен.

Согласно части 1 статьи 69 Гражданского процессуального кодекса свидетелем является лицо, которому могут быть известны какие-либо сведения об обстоятельствах, имеющих значение для рассмотрения и разрешения дела. Не являются доказательствами сведения, сообщенные свидетелем, если он не может указать источник своей осведомленности.

Оценивая показания свидетелей К1. и Г., суду следовало исходить из того, что данным свидетелям об обстоятельствах строительства спорного сооружения стало известно в результате проводимых ими оперативных мероприятий при опросе граждан, обратившихся в правоохранительные органы, а также непосредственно ФИО3, то есть опосредованно, со слов иных лиц. Из пояснений свидетелей следует, что от трех жителей д. **** поступило в полицию заявление по факту передачи ФИО3 денежных средств для строительства пирса, ссылаясь на соглашение об определении долей в праве на возведенный объект, а именно 1/38 доли, равной одному лодкоместу, которое приобщено к материалам дела; в возбуждении уголовного дела отказано, поскольку ФИО3 даны показания о получении им денежных средств и представления им соглашения о распределении долей. При этом сколько было в соглашении участников, кто его подписал, каким образом передавались денежные средства, стройматериалы либо выполнялись общие работы, свидетели суду пояснить не смогли. Свидетель Н. сообщила суду, что являлась членом комиссии, решением которой ФИО3 было отказано в 2013 году в предоставлении земельного участка под строительство лодочной станции в д. **** в собственность, к пакету документов заявителем представлялось соглашение о совместном использовании земельного участка для создания лодочной станции. О содержании данного документа, лицах его пописавших, даты его оформления свидетель не смог четко пояснить суду.

Судебная коллегия отмечает, что свидетельские показания и устные пояснения сторон не могут являться доказательством согласования существенных условий договора простого товарищества: размера и порядка внесения вкладов товарищей, а также определения размера их долей.

Отнесение спорного имущества к общему (определение иного правового режима спорного имущества) и определения конкретной доли истцов в праве на данное имущество возможно только при наличии между сторонами в силу возникших между ними отношений гражданско-правового договора. Таких доказательств истцами суду не представлено.

По условиям соглашения о совместном использовании земельного участка (б/н б/д) участниками определены последовательные действия, связанные с оформлением прав на объекты недвижимости, а именно, определение долей каждого участника данного соглашения предполагалось его участниками после оформления права собственности на «Пирс». В подтверждение исковых требований ФИО1, ФИО2 представлено дополнение к соглашению о совместном использовании земельного участка, расположенного по адресу: **** д. ****, «Пирс» (соглашение об определении долей в праве долевой собственности). Из материалов дела следует, что право на спорный объект – лодочную станцию в составе берегозащитного сооружения зарегистрировано за ФИО3 в ЕГРН в 2019 году. Представленное истцами суду соглашение его участниками не подписано, дата его оформления на документе отсутствует, факт его заключения третьими лицами вообще оспаривается. Данный документ скреплен печатью ООО «Уральская строительная компания» и подписью директора общества С2. Однако данная организация не являлась участником спорных правоотношений, не уполномачивалась лицами, указанными в нем, на какие-либо действия, связанные с оформлением прав на спорный объект недвижимости. Скрепление соглашений печатью юридического лица не подменяет собой требований о наличии подписей участников соглашения. Истцами не представлено доказательств, указывающих на дату изготовления данного письменного доказательства, а также лицо, его изготовившего. Выдача С2. от имени ФИО3 доверенностей с правом оформления прав на акваторию и любые земельные участки и постройки, расположенные в д. ****, не является безусловным основанием считать данный документ достижением соглашения лиц, указанных в нем, об определении режима долевой собственности на «Пирс» и распределении долей в имуществе, принадлежащем сторонам на праве долевой собственности. Бумага, на которых представлены суду соглашения, различается, что установлено при проведении по делу экспертных исследований. Сами истцы не исключают тот факт, что соглашение об определении долей в праве долевой собственности было изготовлено не одновременно с соглашением о совместном освоении и использовании земельного участка.

При указанных обстоятельствах соглашение о распределении долей в праве долевой собственности в силу статьи 59, 60 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации является недопустимым доказательством, а показания свидетелей К1., Г., Н., как подтверждение позиции истцов о наличии такого соглашения, судом не могли быть приняты во внимание и положены в основу обжалуемого судебного постановления.

Доводы истцов о том, что при определении долей следует руководствоваться расчетом долей в уставном капитале, определенными участниками в уставе ООО «Жебревель», несостоятельны, основан на личных умозаключениях истцов и не предусмотрен действующим законодательством. Правовая позиция истцов о том, что их участие в создании ООО «Жебревель» напрямую связано с возникновением права собственности на спорный объект недвижимости в размере их участия в формировании уставного капитала, несостоятельна, поскольку правоотношения отношения участников хозяйствующего субъекта урегулированы иными правовыми нормами, состав участников простого товарищества и хозяйствующего общества различен, правовой статус общества иной, а именно, общество для достижения целей своей деятельности может приобретать и осуществлять имущественные права, вправе распоряжаться имуществом, приобретенным в процессе его хозяйственной деятельности, то есть создание юридического лица направлено на иные цели. Положения устава ООО «Жебревель» о размере номинальной стоимости доли участника общества в размере уставного капитала не являются доказательством несения истцами расходов в рамках соглашения о сотрудничестве (простого товарищества).

С учетом установленных по делу обстоятельств судебная коллегия приходит к выводу о том, что соглашение о совместном освоении и использовании земельного участка (б/н б/д) следует квалифицировать как предварительное соглашение о намерениях его участников в отношении будущей вещи, по которому стороны в будущем обязуются заключить основной договор о передаче созданного объекта недвижимости («Пирса») в общую долевую собственность, определив долю каждого участника. При этом основной договор участниками данного соглашения до настоящего времени не заключен, большая часть участников данного соглашения утратила интерес к реализации инициированных ими гражданских правоотношений.

Судебная коллегия отмечает, что при доказанности обстоятельств передачи денежных средств ФИО3 истцы ФИО1 и ФИО2 вправе обратиться за судебной защитой своих прав иным способом.

Доводы апеллянта о нарушении правил подсудности рассмотрения настоящего спора судебной коллегией отклоняются, поскольку основаны не неправильном толковании норм процессуального права. В соответствии с частью 1 статьи 27 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд рассматривает дела по экономическим спорам и другие дела, связанные с осуществлением предпринимательской и иной экономической деятельности. К компетенции арбитражных судов федеральным законом могут быть отнесены и иные дела (часть 3). Пунктом 2 части 1 статьи 225.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации определен исчерпывающий перечень корпоративных споров, рассматриваемым арбитражным судом. Исходя из предмета и основания иска, субъектного состава лиц, участвующих в деле, указанная совокупность обстоятельств, определяющих квалификацию правовых отношений ФИО1 и ФИО2 в ФИО3 как экономические, а также корпоративные, отсутствует.

В соответствии с частью 3 статьи 33 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации о передаче дела в другой суд или об отказе в передаче дела в другой суд выносится определение суда, на которое может быть подана частная жалоба.

Из материалов дела следует, что определением суда от 09.10.2024 (т. 1 л.д. 89-90) в удовлетворении ходатайства ФИО3 о передаче гражданского дела по иску ФИО1 к ФИО3 о признании прав собственности на долю в имуществе на рассмотрение Арбитражного суда Пермского края отказано. По смыслу части 3 статьи 331 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в апелляционную жалобу ФИО3 не могут быть включены доводы о несогласии с определением суда об отказе в удовлетворении ходатайства о передаче дела по подсудности в арбитражный суд Пермского края, поскольку данное определение подлежало обжалованию в порядке части 3 статьи 33 Гражданского процессуального, в связи с чем судебная коллегия не вправе проверять законность и обоснованность определения суда от 09.10.2024.

В ходе рассмотрения дела на необходимость изменения подсудности спора между ФИО2 и ФИО3 ответчик не ссылался, что по правилам абзаца 2 пункта 56 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22.06.2021 № 16 «О применении судами норм гражданского процессуального законодательства, регламентирующих производство в суде апелляционной инстанции», лишает его возможности ссылаться на подобные нарушения, как на основания для отмены принятых судебных постановлений.

В соответствии с частью 2 статьи 328 Российской Федерации по результатам рассмотрения апелляционной жалобы, представления, суд апелляционной инстанции вправе отменить или изменить решение суда первой инстанции полностью или в части и принять по делу новое решение.

Поскольку при рассмотрении дела, судом первой инстанции были допущены ошибки в применении норм материального права, выводы суда первой инстанции, изложенные в обжалуемом решении, не соответствуют обстоятельствам дела, судебная коллегия признает решение Пермского районного суда Пермского края от 04.09.2025 подлежащим отмене с принятием по делу нового решения об отказе ФИО1, ФИО2 в удовлетворении исковых требований в полном объеме.

Руководствуясь статьями 328, 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

решение Пермского районного суда Пермского края от 04.09.2025 отменить. Принять по делу новое решение.

В удовлетворении исковых требований ФИО1, ФИО2 к ФИО3 о признании права собственности на 1/38 долю за каждым на лодочную станцию с кадастровым номером **, расположенную по адресу: **** д. ****, отказать.

Председательствующий:

Судьи: