Апелляционное определение № 22-7738/2025 от 1 декабря 2025 г.

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

02 декабря 2025 года г. Казань

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Республики Татарстан в составе:

председательствующего Герасимова А.Ю.,

судей Ибрагимовой А.Р. и Яруллина Р.Н.,

при секретаре судебного заседания Нигматулиной А.М.,

с участием прокурора Сергеевой М.Н.,

осужденной ФИО1 посредством видеоконференц-связи,

защитника – адвоката Иванова Р.Н.,

рассмотрела в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционному представлению и.о. Альметьевского городского прокурора Республики Татарстан Шаехова М.М. и дополнениям к нему и.о. Альметьевского городского прокурора Республики Татарстан Карамзина С.Н., апелляционной жалобе защитника Иванова Р.Н. в интересах осужденной ФИО1 на приговор Альметьевского городского суда Республики Татарстан от 14 августа 2025 года.

Заслушав доклад судьи Яруллина Р.Н., изложившего обстоятельства уголовного дела и доводы апелляционных представления и жалобы, мнение прокурора Сергеевой М.Н., полагавшей приговор подлежащим изменению по доводам апелляционного представления, а апелляционная жалоба подлежащей оставлению без удовлетворения, выступления осужденной ФИО1 и защитника Иванова Р.Н., поддержавших апелляционную жалобу и просивших апелляционное представление оставить без удовлетворения, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

Приговором Альметьевского городского суда Республики Татарстан от 14 августа 2025 года

ФИО1, .. не судимая,

- осуждена по п.п. «а, г» ч. 7 ст. 204 УК РФ (преступление в отношении ООО «Ильмар+») с применением ст. 64 УК РФ к лишению свободы сроком 1 год 10 месяцев с лишением права заниматься деятельностью, связанной с выполнением организационно-распорядительных и административно-хозяйственных функций в коммерческих организациях сроком 1 год; ч. 8 ст. 204 УК РФ (преступление в отношении ООО «Приборремсервис») с применением ст. 64 УК РФ к лишению свободы сроком 2 года 6 месяцев с лишением права заниматься деятельностью, связанной с выполнением организационно-распорядительных и административно-хозяйственных функций в коммерческих организациях сроком 2 года; ч. 8 ст. 204 УК РФ (преступление в отношении ООО «Энергосервискомплект») с применением ст. 64 УК РФ к лишению свободы сроком 2 года 6 месяцев с лишением права заниматься деятельностью, связанной с выполнением организационно-распорядительных и административно-хозяйственных функций в коммерческих организациях сроком 2 года.

На основании ч. 3 и ч. 4 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения назначенных наказаний ФИО1 назначены лишение свободы сроком 3 года 6 месяцев с лишением права заниматься деятельностью, связанной с выполнением организационно-распорядительных и административно-хозяйственных функций в коммерческих организациях сроком 3 года с отбыванием основного наказания в исправительной колонии общего режима.

Время содержания ФИО1 под стражей с 03 июня до 30 июля 2024 года и с 14 августа 2025 года до вступления приговора в законную силу зачтено в срок назначенного ей основного наказания из расчета один содержания под стражей за полтора дня отбывания лишения свободы в исправительной колонии общего режима, а время ее нахождения под домашним арестом с 30 июля 2024 года до 14 августа 2025 года зачтено в срок назначенного ей наказания из расчета два дня домашнего ареста за день лишения свободы.

ФИО1 признана виновной в том, что, являясь директором ООО «Управляющая компания Алсу» (далее – ООО «УК Алсу»), где она выполняла функции единоличного исполнительного органа, а также организационно-распорядительные и административно-хозяйственные функции, то есть, являясь лицом, выполняющим управляющие функции в коммерческой организации, в группе лиц по предварительному сговору с лицом, уголовное дело в отношении которого выделено в отдельное производство:

- незаконно получила деньги в крупном размере в сумме 737000 рублей за предоставление ООО «Ильмар+» работ по заключенному между названным юридическим лицом и ООО «УК Алсу» договору о техническом обслуживании и ремонте внутридомового газового оборудования в многоквартирных жилых домах, обслуживаемых ООО «УК Алсу», и пролонгацию срока действия договора;

- незаконно получила деньги в особо крупном размере в сумме 5779395 рублей за заключение ООО «УК Алсу» с ООО «Приборремсервис» договора о техническом обслуживании приборов учета с узлом регулирования тепловой энергии и договора о техническом обслуживании приборов учета холодного водоснабжения и приборов учета горячего водоснабжения с теплообменным оборудованием и автоматикой в многоквартирных жилых домах, обслуживаемых ООО «УК Алсу», и пролонгацию срока действия договоров;

- незаконно получила деньги в особо крупном размере в сумме 3511961,79 рубль за заключение ООО «УК Алсу» с ООО «Энергосервискомплект» договора о техническом обслуживании приборов учета с узлом регулирования тепловой энергии, общедомовых узлов учета холодного водоснабжения в многоквартирных жилых домах, обслуживаемых ООО «УК Алсу», и пролонгацию срока действия договора.

Преступления совершены при обстоятельствах, приведенных в приговоре, с 01 марта 2019 года по 28 июня 2022 года, с 01 сентября 2020 года по 03 июня 2024 года и с 01 марта 2021 года по 14 мая 2024 года в г. Альметьевске Республики Татарстан.

В ходе судебного разбирательства вину в совершении преступлений при установленных судом обстоятельствах ФИО1 признала частично.

В апелляционном представлении и.о. Альметьевского городского прокурора Республики Татарстан Шаехов М.М. и в дополнениях к нему и.о. Альметьевского городского прокурора Республики Татарстан Карамзин С.Е. просят приговор изменить и усилить назначенные ФИО1 наказания как за каждое из совершенных преступлений, так и по их совокупности, а также отменить приговор в части, которой не разрешен вопрос о конфискации предметов коммерческих подкупов и направить уголовное дело в этой части в суд первой инстанции на новое судебное разбирательство в порядке, предусмотренном гл. 47 УПК РФ.

Утверждают, что судом первой инстанции не соблюдены требования уголовного закона, регламентирующие порядок назначения наказания, не учтены характер и степень тяжести совершенных ФИО1 преступлений, посягающих на охраняемые уголовным законом интересы коммерческих и иных организаций, не мотивированы выводы о назначении ФИО1 за совершение умышленного тяжкого и двух особо тяжких преступлений, а также по их совокупности столь мягких наказаний. Вместе с тем, как следует из материалов уголовного дела, с учетом предусмотренных ст.ст. 6 и 60 УК РФ осужденной подлежали назначению более строгие наказания, что влечет назначение ей более строгого наказания по совокупности преступлений.

Кроме того, признав ФИО1 виновной в совершении преступлений, предусмотренных п.п. «а, г» ч. 7 ст. 204, ч. 8 ст. 204, ч. 8 ст. 204 УК РФ, суд первой инстанции не рассмотрел и не разрешил вопрос о конфискации предметов коммерческих подкупов, как это предусмотрено п. «а» ч. 1 ст. 104.1 УК РФ, что является основанием для отмены приговора в этой части с направлением уголовного дела в суд первой инстанции на новое судебное разбирательство в порядке, предусмотренном гл. 47 УПК РФ.

И.о. Альметьевского городского прокурора Республики Татарстан Карамзин С.Е. в дополнениях к апелляционному представлению просит приговор изменить и исключить указания о признании смягчающим наказание обстоятельством активное способствование ФИО1 раскрытию и расследованию преступлений и назначении ей наказаний с применением ч. 1 ст. 62 УК РФ, усилив в связи с этим назначенные осужденной наказания как за каждое из совершенных преступлений, так и по их совокупности.

Утверждает, что суд первой инстанции необоснованно признал смягчающим наказание обстоятельством активное способствование ФИО1 раскрытию и расследованию преступлений, выразившемся, по мнению суда, в том, что она подробно и в деталях рассказала об обстоятельствах совершенных преступлений, ранее не известных органам предварительного следствия, и данные ею показания в совокупности с другими доказательствами положены в основу предъявленного ей обвинения. Данный вывод суда противоречит материалам уголовного дела и уголовно-правовому смыслу активного способствования раскрытию и расследованию преступления, разъясненному в п. 30 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 22 декабря 2015 года № 58 «О практике назначения судами Российской Федерации уголовного наказания».

Сама по себе дача ФИО1 объяснений в условиях очевидности совершенных ею преступлений и наличия неопровержимых доказательств ее причастности к ним не может расцениваться как активное способствование раскрытию и расследованию преступлений. Поводом для возбуждения уголовного дела 03 июня 2024 года послужило сообщение о совершенном преступлении, полученное из иных источников. В своих первоначальных показаниях от 05 июня 2024 года ФИО1 вину не признала, не известных следствию сведений не сообщила. К уголовному делу приобщены результаты оперативно-розыскной деятельности, предоставленные Управлением ФСБ России по Республике Татарстан, в том числе записи разговоров между К., ФИО1 и Ю., протоколы осмотров мобильных телефонов, изъятых у ФИО1 и К., а также другие материалы, добытые органом предварительного следствия, которые изобличили ФИО1 в совершении преступлений, за которые она осуждена. Таким образом, все доказательства виновности осужденной в совершении преступлений органом предварительного следствия собраны самостоятельно, ничего не известного ФИО1 не сообщила. Поэтому лишь факт признания осужденной фактических обстоятельств дела и раскаяние в содеянном, без признания существа предъявленного обвинения и предложенной стороной обвинения квалификации, не может быть признано активным способствованием раскрытию и расследованию преступлений. Также в приговоре не указано о том, о каких ранее неизвестных органу предварительного следствия сведениях о совершенных преступлениях и их деталях, сообщила ФИО1 в своих показаниях, что свидетельствует о том, что решение суда первой инстанции о наличии в действиях осужденной смягчающего наказание обстоятельства, предусмотренного п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ, ничем не мотивировано.

Кроме того, судом оставлено без внимания, что ФИО1 целенаправленно, преднамеренно и последовательно настаивала в ходе предварительного следствия и в суде о том, что в ее действиях содержится иной состав преступления, преследуя цель улучшить свое положение по делу и уменьшить степень своей вины в совершении преступлений. ФИО1 фактически вину в совершении коммерческого подкупа не признала, вследствие чего признание судом смягчающими наказание обстоятельствами частичное признание ею вины, раскаяние в содеянном, осознание и осуждение своего противоправного поведения также является необоснованным.

В апелляционной жалобе защитник Иванов Р.Н. просит приговор изменить, переквалифицировать действия ФИО1 как менее тяжкие преступления и назначить ей более мягкие наказания как за каждое из совершенных преступлений, так и по их совокупности.

Утверждает, что при правильном применении судом первой инстанции уголовного закона содеянное ФИО1 подлежало квалификации по п. «в» ч. 2 ст. 204.1, ч. 3 ст. 204.1, ч. 3 ст. 204.1 УК РФ с назначением ей соответствующих наказаний с применением ст. 64 УК РФ, а окончательное наказание – с применением ст. 73 УК РФ.

Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционных представления и жалобы, судебная коллегия считает приговор подлежащим отмене в части.

Вывод суда о совершении ФИО2 преступлений, за которое она осуждена, соответствует фактическим обстоятельствам уголовного дела и подтверждается исследованными в ходе судебного разбирательства доказательствами, приведенными в приговоре.

В соответствии с ч. 1 ст. 88 УПК РФ суд оценил каждое доказательство с точки зрения относимости, допустимости и достоверности, а собранные доказательства в совокупности – достаточности для постановления обвинительного приговора.

В суде ФИО1 отрицала вступление в сговор с В. на получение коммерческих подкупов у представителей ООО «Ильмар+», ООО «Приборремсервис» и ООО «Энергосервискомплект» и показала, что с 2015 года занимала должность директора ООО «УК Алсу», но фактически руководила технической работой, а остальные вопросы, включая финансовые, согласовывала с учредителем компании В. По указанию последнего она потребовала у директора ООО «Ильмар+» К. ежемесячно платить сначала 20000 рублей, а затем 30000 рублей за продолжение сотрудничества ООО «УК Алсу» с названной компанией, обещая в обратном случае расторгнуть заключенный между ними договор, чего она допустить не могла, поскольку ООО «Ильмар+» выполняло работы по техническому обслуживанию и ремонту внутридомового газового оборудования в многоквартирных жилых домах, обслуживаемых управляющей компанией. Деньги ООО «Ильмар+» переводились на банковский счет ИП Ю., с которым об этом договорился В. Поступление этих денег она не контролировала и их не получала, ей было важно, чтобы ООО «Ильмар+» продолжило работу с ООО «УК Алсу». Время от времени по указанию В. она сообщила К. о необходимости перевода денег, указывая, что об этом спрашивает ее шеф, имея ввиду В. По указанию В. она потребовала у представителей ООО «Приборремсервис» У. и ООО «Энергосервискомплект» Ц., обратившихся к ней с предложениями заключить с ООО «УК Алсу» договоры, в качестве условия для их заключения ежемесячно переводить 30 % и 20 % денежных средств, соответственно, получаемых от ООО «УК Алсу» по этим договорам, на банковский счет ИП З., с которым об этом договорился В. ООО «Приборремсервис» и ООО «Энергосервискомплект» заключили с ИП З. договоры, по которым в качестве оплаты осуществлялись переводы денег. Счета на оплату ООО «Приборремсервис» и ООО «Энергосервискомплект» выставлял Ш. по требованию В. Она поступление денежных средств от названных компаний не контролировала, эти деньги не получала, о необходимости их перевода У. и Ц. не напоминала. В связи с изложенным считает, что в ее действиях содержатся признаки посредничества в коммерческих подкупах. В. переводил деньги на ее банковский счет для оплаты командировочных и служебных расходов, в качестве займа, благодарности за оказание услуг ему и членам его семьи личного характера. Невыполнение указаний В. могло повлечь ее увольнение, увольнение ее супруга и сына из ООО «УК Алсу».

Вместе с тем представленные стороной обвинения и исследованные судом доказательства подтверждают виновность ФИО1 в совершении преступлений, за которые она осуждена, и свидетельствуют о том, что не обо всех обстоятельствах преступлений ею сообщены достоверные сведения.

Виновность осужденной подтверждается приведенными в приговоре показаниями самой ФИО1 в ходе предварительного следствия, а также показаниями свидетелей Ш., Ю., К., Т., Р., Б., Х., О., З., У., М., Н., Ц., П. и Л.

При этом основания для оговора ФИО1 свидетелями, которые в своих показаниях изобличают осужденную в совершении преступлений, указанных в описательной части приговора, не установлены, вследствие чего достоверность их показаний сомнений не вызывает. Имевшиеся в показаниях некоторых из них несущественные противоречия устранены судом путем оглашения в суде их показаний в ходе предварительного следствия, исследования показаний других лиц и письменных доказательств.

К тому же показания названных лиц согласуются как между собой, так и с другими исследованными судом письменными доказательствами, в том числе протоколами осмотров мест происшествия, обысков, выемок и осмотров результатов оперативно-розыскной деятельности, предметов и документов, договорами, выписками по банковским счетам, копиями платежных поручений, актами сверок взаимных расчетов, счетами на оплату, актами выполненных работ и иными бухгалтерскими документами, другими письменными, а также вещественными доказательствами.

Поэтому доводы апелляционной жалобы защитника Иванова В.И. и позиция стороны защиты в суде апелляционной инстанции о непричастности ФИО1 к совершению преступлений, за которые она осуждена, отсутствии в содеянном ею признаков совершения преступлений группой лиц по предварительному сговору и неправильной квалификации ее действий, в которых содержатся признаки посредничества в коммерческих подкупах опровергаются материалами уголовного дела и исследованными в ходе судебного разбирательства доказательствами.

В ходе предварительного следствия ФИО1, в отличие от показаний в суде, сообщила, что из поступивших на банковский счет Ю. от ООО «Ильмар+» и ООО «Ильмар плюс» денежных средств В. переводил на ее банковский счет по 5000 рублей в качестве благодарности за содействие в их получении от К. Также ежемесячно она получала от В. лично либо через Ю. по 15000 рублей путем перевода на ее банковский счет в качестве благодарности за содействие в их получении от У. и Ц.

Свидетель Ю. показал, что предложение о подписании с ООО «Ильмар+» договора № 1 о покраске фасада газопровода в многоквартирных домах от 01 июня 2019 года изначально ему поступило от директора ООО «УК Алсу» ФИО1, со слов которой данное предложение исходило от В., с которым он знаком с детства и состоял в доверительных отношениях. При этом ФИО1 сообщила, что предусмотренные договором работы будут выполнять работники ООО «Ильмар+». В., в подчинении которого ФИО1 фактически находилась, заверил его в правомерности подписания договора и подтвердил, что предусмотренные договором работы он выполнять не будет. В дальнейшем на его банковский счет ежемесячно стали поступать деньги с расчетных счетов ООО «Ильмар+» и ООО «Ильмар плюс», которые он по указанию В. либо переводил на банковские счета его и ФИО1, либо передавал им наличными. Кроме того, по указанию В. он ежемесячно забирал денежные средства у З. наличными либо переводил на банковский счет, после чего он передавал эти деньги В. наличными либо путем перевода на банковский счет последнего.

Будучи допрошенным, свидетель К., .. сообщил, что в 2019 году согласился с требованием директора ООО «УК Алсу» ФИО1 о ежемесячной уплате 30000 рублей за предоставление работ по техническому обслуживанию и ремонту внутридомового газового оборудования многоквартирных жилых домов, обслуживаемых ООО «УК Алсу», по заключенному с ООО «Ильмар+» договору .. от 30 апреля 2018 года. С августа 2019 года по июнь 2022 года по его указанию бухгалтер Т. перевела с банковских счетов ООО «Ильмар+» и ООО «Ильмар плюс» около 800000 рублей на банковский счет ИП Ю. по фиктивному договору № 1 о покраске фасада газопровода в многоквартирных домах от 01 июня 2019 года, который он по требованию ФИО1 подписал в офисе управляющей компании. Предусмотренные договором работы выполнялись работниками ООО «Ильмар+». Периодически ФИО1 со ссылкой на своего шефа напоминала ему о необходимости перевода денег.

Из показаний свидетеля Т., работающей бухгалтером в ООО «Ильмар+» и ООО «Ильмар плюс», следует, что по указанию К. по заключенному между ООО «Ильмар+» и ИП Ю. договору № 1 об окраске фасада газопровода в многоквартирных домах от 01 июня 2019 года она переводила с августа 2019 года и по июнь 2022 года с банковских счетов ООО «Ильмар+» и ООО «Ильмар плюс» денежные средства на банковский счет ИП Ю.

Р., .., подтвердил, что по договору .. от 30 апреля 2018 года, заключенному между ООО «Ильмар+», в лице директора К., и ООО «Управляющая компания Алсу», в лице директора ФИО1, ООО «Ильмар+» выполняло работы по техническому обслуживанию и ремонту внутридомового газового оборудования в многоквартирных жилых домах, обслуживаемых ООО «УК Алсу». Также ему известно о договоре № 1 о покраске фасада газопровода в многоквартирных домах от 01 июня 2019 года, сторонами которого являлись ООО «Ильмар+» и ИП Ю., однако предусмотренную данным договором работу выполняли работники ООО «Ильмар+».

Свидетели Б., О. и Х., работавшие в ООО «Ильмар+», подтвердили, что с 2019 по 2022 годы работы по покраске фасада газопровода в многоквартирных жилых домах, обслуживаемых ООО «УК Алсу», выполняли они и другие работники ООО «Ильмар+».

30 ноября 2018 года между ООО «УК Алсу» и ООО «Ильмар+» заключен договор .. о техническом обслуживании и ремонте внутридомового газового оборудования многоквартирного жилого дома, по которому ООО «Ильмар+» приняло на себя обязательство выполнять указанные работы в многоквартирных жилых домах, обслуживаемых ООО «УК Алсу». Договор предусматривает возможность пролонгации срока его действия, если одна из сторон не заявит о нежелании продолжить договорные отношения, а также расторжения договора в одностороннем порядке в случае ненадлежащего исполнения другой стороной принятых на себя обязательств.

01 июня 2018 года, 01 июня 2019 года и 17 января 2020 года между ООО «УК Алсу» и ООО «Ильмар+» заключены дополнительные соглашения к названному договору, которыми увеличено количество обслуживаемых ООО «Ильмар+» домов.

К уголовному делу приобщен договор № 1 об окраске фасадного газопровода в многоквартирных домах от 01 июня 2019 года, сторонами которого указаны ООО «Ильмар+» и ИП Ю. Цена договора определена в 30000 рублей в месяц.

Из приобщенных к уголовному делу в качестве вещественных доказательств актов сверок взаимных расчетов и платежных поручений следует, что со 02 августа 2019 года по 20 мая 2020 года со счета ООО «Ильмар+» № в ПАО «Сбербанк» и с 22 октября 2019 года по 28 июня 2022 года со счета ООО «Ильмар плюс» № в ПАО «Сбербанк» на счет ИП Ю. № в ПАО «Росбанк» в качестве оплаты по договору № 1 от 01 июня 2019 года переведено 97000 рублей и 640000 рублей, соответственно.

Будучи допрошенным в качестве свидетеля, З. показал, что по указанию его приятеля В. работник ООО «УК Алсу» Ш. бесплатно вел его бухгалтерию в качестве ИП. Поэтому он разрешил В., который заверил его в законности этой деятельности, использовать его банковский счет ИП для перевода денежных средств. Также по просьбе В. он подписал договоры с ООО «Приборремсервис» и ООО «Энергосервискомплект», но предусмотренные договорами работы не выполнял. При поступлении на его банковский счет денежных средств от названных юридических лиц, Ш., имевший доступ к его банковскому счету, переводил эти деньги на его банковский счет физического лица, а он по указанию В. передавал эти деньги наличными Ю. либо переводил их на банковский счет последнего, а также подписывал в офисе ООО «УК Алсу» акты выполненных работ.

Давая показания, свидетель У. сообщил, что ООО «УК Алсу» заключило с ООО «Приборремсервис», которым он фактически руководил, договор № 1 о техническом обслуживании приборов учета с узлом регулирования тепловой энергии и договор № 2 о техническом обслуживании приборов учета холодного водоснабжения и приборов учета горячего водоснабжения с теплообменным оборудованием и автоматикой от 01 октября 2020 года только тогда, когда он принял условие ФИО1 ежемесячно переводить 30 % от денежных средств, которые будут поступать по этим договорам, на банковский счет ИП З., для чего заключил с ним фиктивный договор от 01 января 2021 года об аварийном обслуживании индивидуальных тепловых пунктов. Его предложение заключить договоры ФИО1 приняла не сразу, сказав, что ей необходимо посоветоваться с учредителем компании, и через несколько дней при следующей их встрече выдвинула ему указанные условия, с чем он согласился. С 16 декабря 2020 года по 03 июня 2024 года бухгалтер М. ежемесячно переводила деньги с банковского счета ООО «Приборремсервис» на банковский счет ИП З., а всего 5779395 рублей. Периодически ФИО1 звонила ему и напоминала о необходимости перевода денег. Предусмотренные договором работы ИП З. не выполнял.

Согласно показаниям Н., при участии У. между ООО «Приборремсервис» и ООО «УК Алсу» 01 октября 2020 года заключены договор № 1 о техническом обслуживании приборов учета с узлом регулирования тепловой и договор № 2 о техническом обслуживании приборов учета холодного водоснабжения и приборов учета горячего водоснабжения с теплообменным оборудованием и автоматикой, а также с ИП З. 01 января 2021 года заключен договор об аварийном обслуживании индивидуальных тепловых пунктов.

Из показаний свидетеля М. установлено, что по указанию У. с 16 декабря 2020 года по 03 июня 2024 года она ежемесячно переводила 30 % денежных средств, полученных по заключенным 01 октября 2020 года между ООО «Приборремсервис», где она работает бухгалтером, и ООО «УК Алсу» договорам №№ 1 и 2, на банковский счет ИП З. по заключенному с ним договору от 01 января 2021 года, всего перевел 5779395 рублей.

01 октября 2020 года между ООО «УК Алсу», в лице директора ФИО1, и ООО «Приборремсервис», в лице директора Н., заключен договор № 1 о техническом обслуживании приборов учета с узлом регулирования тепловой энергии и договор № 2 о техническом обслуживании приборов учета холодного водоснабжения и приборов учета горячего водоснабжения с теплообменным оборудованием и автоматикой.

К уголовному делу приобщен договор об аварийном обслуживании индивидуальных тепловых пунктов от 01 января 2021 года, сторонами которого указаны ООО «Приборремсервис» и ИП З. Цена договора определена в размере 30 % от полученных от населения денежных средств в месяц.

Из приобщенных к уголовному делу в качестве вещественных доказательств счетов на оплату, актов выполненных работ, реестров банковских документов и выписки по счету ООО «Приборремсервис» следует, что с 16 декабря 2020 года по 03 июня 2024 года со счета названной организации № в АО «Тинькофф» на счет ИП З. № в ПАО «АКБ «Ак Барс» в качестве оплаты по договору от 01 января 2021 года переведено 5779395 рублей.

Ц. в качестве свидетеля показал, что ООО «УК Алсу» заключило с ООО «Энергосервискомплект», которым он фактически руководил, договор № 1 о техническом обслуживании приборов учета с узлом регулирования тепловой энергии и общедомовых узлов учета холодного водоснабжения от 01 апреля 2021 года, когда он принял условие ФИО1 ежемесячно переводить 20 % от получаемых по договору денежных средств на банковский счет ИП З., для чего заключил с ним фиктивный договор № 41/21-1 от 01 апреля 2021 года об аварийном обслуживании индивидуальных тепловых пунктов. Его предложение заключить договор ФИО1 приняла не сразу и через несколько дней при следующей их встрече выдвинула ему указанные условия, с чем он согласился. С 04 июня 2021 года по 14 мая 2024 года ООО «Энергосервискомплект» ежемесячно переводило денежные средства со своего банковского счета на банковский счет ИП З., всего 3511961,79 рубль. Счета на оплату ему отправляла ФИО1 в мессенджере «WhatsApp», а также отправляла ему сообщения с напоминаниями о необходимости перевода денег.

В своих показаниях свидетель П. сообщил, что он подготовил договор № 1 о техническом обслуживании приборов учета с узлом регулирования тепловой энергии и общедомовых узлов учета холодного водоснабжения в многоквартирных жилых домах, заключенный 01 апреля 2021 года между ООО «УК Алсу» и ООО «Энергосервискомплект». Ему известно о заключении ООО «Энергосервискомплект» с ИП З. договора № 41/21-1 от 01 апреля 2021 года об аварийном обслуживании индивидуальных тепловых пунктов. С 04 июня 2021 года по 14 мая 2024 года по указанию Ц., осуществлявшего фактическое руководство ООО «Энергосервискомплект», он перевел с банковского счета их компании на банковский счет ИП З. в качестве оплаты по названному договору 3511961,79 рубль.

Свидетель Л. подтвердила подписание ею договоров с ООО «УК Алсу» от 01 апреля 2021 года и с ОП З. от 01 апреля 2021 года в качестве директора ООО «Энергосервискомплект», которым фактически руководил Ц.

01 апреля 2021 года между ООО «УК Алсу», в лице директора ФИО1, и ООО «Энергосервискомплект», в лице директора Л., заключен договор № 1 о техническом обслуживании приборов учета с узлом регулирования тепловой энергии и общедомовых узлов учета холодного водоснабжения.

К уголовному делу приобщен договор № 41/21-1 об аварийном обслуживании индивидуальных тепловых пунктов от 01 апреля 2021 года, сторонами которого указаны ООО «Энергосервискомплект» и ИП З. Цена договора определена в размере 20 % от полученных от населения денежных средств в месяц.

Из актов выполненных работ, акта сверки взаимных расчетов и платежных поручений, приобщенных к уголовному делу в качестве вещественных доказательств, видно, что с 04 июня 2021 года по 14 мая 2024 года со счета ООО «Энергосервискомплект» № в ПАО «АКБ «Ак Барс» на счет ИП З. № в ПАО «АКБ «Ак Барс» в качестве оплаты по договору № 41/21-1 от 01 апреля 2021 года переведено 3511961,79 рубль.

В показаниях свидетеля Ш., работавшего экономистом и заместителем директора в ООО «УК Алсу», содержатся сведения о том, что учредителем и исполнительным директором данного юридического лица является В., а ФИО1 занимала в компании должность директора. Финансовую деятельность компании ФИО1 согласовывала с В. ООО «Ильмар+», ООО «Приборремсервис» и ООО «Энергосервискомплект» являлись подрядчиками ООО «УК Алсу». В 2019-2022 годах по указанию В. и ФИО1 от имени ИП Ю. он составлял акты выполненных работ и выставлял ООО «Ильмар+» счета на оплату на сумму 30000 рублей ежемесячно. Кроме того, с 2021 года по указанию ФИО1 от имени ИП З. он составлял акты выполненных работ и выставлял ООО «Приборремсервис» и ООО «Энергосервискомплект» счета на оплату. После подписания ИП Ю. и ИП З. документы направлялись контрагентам для подписания и исполнения.

Из содержания переписки в мессенджере «WhatsApp» с 22 августа 2021 года по 06 апреля 2023 года, обнаруженной в изъятом в ходе проведения оперативно-розыскных мероприятий в офисе ООО «УК Алсу» мобильном телефоне «Redmi Note 10 Pro» В. и Ш. напоминали ФИО1 о не поступлении платежей от ООО «Приборремсервис» и ООО «Энергосервискомплект», после чего ФИО1 выясняла у их представителей причину задержек и сообщала об этом В. и Ш., а также ФИО1 благодарила В. за переданные ей Ю. части полученных коммерческих подкупов. Кроме того, обнаружены переписки ФИО1 с К., У. и Ц., которым она напоминала со ссылкой на В. о необходимости перевода денежных средств, являющихся предметами коммерческих подкупов.

В ходе проведенного в жилище у ФИО1 обыска изъят мобильный телефон «Redmi A1+», в котором обнаружена ее переписка в мессенджере «WhatsApp» с пользователем по имени "ФИО" с 08 августа 2023 года по 15 января 2024 года по поводу поступления денежных средств от ООО «Приборремсервис» и ООО «Энергосервискомплект».

В мобильном телефоне К. обнаружена его переписка с ФИО1 в мессенджере «WhatsApp» с 23 мая по 05 октября 2022 года, в ходе которой она неоднократно напоминала К. со ссылкой на своего шефа о переводе денег.

К уголовному делу приобщены чеки по банковским операциям, в которых содержатся сведения о переводах с 15 марта 2021 года по 31 марта 2024 года денежных средств со счета З. в ПАО «АКБ Ак Брас» на счет Ю. в ПАО «АКБ «Ак Барс».

Согласно выпискам по счетам В. в ПАО «АКБ «Ак Барс», на счет ФИО1 № в ПАО «АКБ «Ак Барс» переведены денежные средства:

- со счета № с 17 июня 2022 года по 23 марта 2023 года в сумме 59700 рублей (9 переводов в размере от 4000 до 9000 рулей),

- со счета № с 29 апреля 2022 года по 11 февраля 2023 года в сумме 54208 рублей (10 переводов в размере от 770 до 9350 рублей),

- со счета № с 19 августа 2019 года по 21 июня 2021 года в сумме 242300 рублей (30 переводов в размере от 3000 до 15000 рублей),

- со счета № с 01 июля 2021 года по 31 мая 202 года в сумме 203180 рублей (27 переводов в размере от 2000 до 25000 рублей).

Эти же сведения приведены в выписке по счету ФИО1 в ПАО «АКБ «Ак Барс» №.

Как видно из выписки, со счета Ю. в ПАО «АКБ «Ак Барс» № с 30 декабря 2020 года по 06 декабря 2022 года на счет ФИО1 в ПАО «АКБ «Ак Барс» № переведены денежные средства в сумме 319000 рублей.

ООО «УК Алсу» учреждено 29 июня 2012 года, учредителями юридического лица по состоянию на 24 января 2018 года являлись Э., Я. и В. В соответствии с Уставом ООО «АК Алсу» является коммерческой организацией, деятельность которой направлена на извлечение прибыли.

С 01 августа 2014 года ФИО1 назначена исполнительным директором ООО «УК Алсу», а с 31 августа 2015 года – директором организации. С 25 августа 2020 года она переназначена на ту же должность.

Приказом директора ООО «УК Алсу» с 09 января 2017 года В. назначен на должность исполнительного директора.

Согласно подп. 3 п. 14.1.2, п.п. 14.2.1 и 14.2.2 единоличным исполнительным органом ООО «УК Алсу» является директор, избираемый общим собранием участников общества. Кроме того, как это видно из должностных инструкций, директор и исполнительный директор ООО «УК Алсу» на постоянной основе выполняли организационно-распорядительные и административно-хозяйственные функции в названной организации.

В должностной инструкции указано, что директор, в том числе руководит всеми видами деятельности организации; организует работу и эффективное взаимодействие производственных единиц; организует производственно-хозяйственную деятельность организации; принимает меры по обеспечению компании квалифицированными кадрами; поручает выполнение отдельных производственных и хозяйственных функций другим должностным лицам; обеспечивает правильное начисление и перечисление налогов и сборов, других обязательных платежей и т.д.

Из должностной инструкции следует, что исполнительный директор, в том числе организует работу и эффективное взаимодействие производственных единиц и структурных подразделений; участвует в разработке стратегии компании; организует, отслеживает и отвечает за исполнение приказов директора; отвечает за соблюдение трудовой дисциплины, выполнение приказов и распоряжений, отвечает за правильную организацию делопроизводства в организации; организует эффективную работу аппарата; контролирует деятельность подразделений по планам их работы; отвечает за материально-техническое обеспечение аппарата компании и т.д.

Ст. 204 УК РФ предусмотрена уголовная ответственность за коммерческий подкуп, в том числе за незаконное получение лицом, выполняющим управленческие функции в коммерческой организации, денег за совершение действий в интересах дающего или иных лиц, если указанные действия входят в служебные полномочия такого лица либо если оно в силу своего служебного положения может способствовать указанным действиям.

Субъектом данного преступления является лицо, выполняющее функции единоличного исполнительного органа либо члена совета директоров или иного коллегиального исполнительного органа коммерческой организации, или лицо, постоянно, временно либо по специальному полномочию выполняющее организационно-распорядительные или административно-хозяйственные функции в такой организации.

С учетом приведенных доказательств, в том числе устава и должностной инструкции директора ООО «УК Алсу» судебная коллегия считает правильным вывод суда первой инстанции о том, что ФИО1 во время совершения действий, за которые она осуждена, являлась лицом, выполняющим управленческие функции в коммерческой организации и, соответственно, субъектом преступлений, за которые она осуждена.

Посредничество в коммерческом подкупе, за что предусмотрена уголовная ответственность ст. 204.1 УК РФ, представляет собой непосредственную передачу предмета коммерческого подкупа по поручению лица, передающего предмет коммерческого подкупа, или лица, получающего предмет коммерческого подкупа, либо иное способствование этим лицам в достижении или реализации соглашения между ними о передаче и получении предмета коммерческого подкупа.

В соответствии с ч. 2 ст. 35 УК РФ преступление признается совершенным группой лиц по предварительному сговору, если в нем участвовали лица, заранее договорившиеся о совместном совершении преступления.

В ходе судебного разбирательства установлено, что именно ФИО1 в качестве директора ООО «УК Алсу» по предварительному согласованию с иным лицом, уголовное дело в отношении которого выделено в отдельное производство, потребовала у представителя ООО «Ильмар+» К. ежемесячно переводить на банковский счет подконтрольного иному лицу ИП Ю. денежные средства за предоставление работ по заключенному между ООО «УК Алсу» и ООО «Ильмар+» договору, а также подписать с ИП Ю. фиктивный договор для придания законности переводам денег. Также именно ФИО1 по согласованию с этим же иным лицом потребовала у представителей ООО «Приборремсервис» У. и ООО «Энергосервискомплект» Ц. ежемесячно переводить деньги на счет подконтрольного иному лицу ИП З. денежные средства за заключение ООО «УК Алсу» договоров с названными юридическими лицами, а также подписать с ИП З. фиктивный договор для придания законного вида переводам денег. Кроме того, ФИО1 по указанию иного лица периодически напоминала представителям контрагентов о необходимости перевода денежных средств, после чего сообщала иному лицу о результатах переписок с ними, а также напоминала Ш. о необходимости выставлять указанным контрагентам счета на оплату от имени ИП Ю. и ИП З., составлять акты выполненных работ. Об этом К., У. и Ц. сообщили в своих показаниях в ходе предварительного следствия и в суде. Это же подтверждается приобщенными к уголовному делу бухгалтерскими документами, в которых отражены переводы денежных средств с банковских счетов ООО «Ильмар+» и ООО «Ильмар плюс» на банковский счет ИП Ю., с банковских счетов ООО «Приборремсервис» и ООО «Энергосервискомплект» на банковский счет ИП З.

Из показаний свидетеля Ю. установлено, что изначально инициатива заключения фиктивного договора с ООО «Ильмар+» исходила от ФИО1, которая сообщила ему, что действует от имени иного лица, которое в дальнейшем заверил его в правомерности таких действий. Часть поступивших на банковский счет денежных средств Ю. передавал ФИО1 наличными или переводил на ее банковский счет, за что осужденная в ходе переписок благодарила иное лицо, которое, в свою очередь, также переводило на банковский счет осужденной деньги, полученные от ООО «Приборремсервис» и ООО «Энергосервискомплект», что подтвердила сама ФИО1 в ходе предварительного следствия и что видно из приобщенных к уголовному выписок по ее банковским счетам.

Таким образом, из материалов уголовного дела бесспорно следует, что ФИО1 и иное лицо заранее договорились о получении незаконных вознаграждений от ООО «Ильмар+», ООО «Приборремсервис» и ООО «Энергосервискомплект» за совершение в интересах названных юридических лиц действий как входящих в их служебные полномочия, так и действий, которым они могли способствовать в силу своего служебного положения, то есть ФИО1 в группе лиц по предварительному сговору полностью выполнила объективную сторону преступлений, за которые она осуждена.

При таких обстоятельствах, вопреки позиции стороны защиты, у суда первой инстанции отсутствовали правовые и фактические основания для квалификации содеянного ФИО1 как посредничество в коммерческом подкупе.

Изложенное свидетельствует о том, что в уголовном деле отсутствуют фактические данные, опровергающие доказательства, изобличающие ФИО1 в совершенных преступлениях, за которые она осуждена, и свидетельствующие о ее непричастности к этим уголовно-наказуемым деяния.

Нарушений закона при сборе доказательств, проведении следственных и процессуальных действий по делу, которые могли бы стать основанием для признания этих доказательств недопустимыми, судебная коллегия не усматривает.

Судебное разбирательство по делу проведено объективно и в полном соответствии с требованиями уголовного-процессуального закона, в условиях, обеспечивающих реализацию участниками процесса их прав в соответствии с принципами состязательности и равноправия сторон.

Таким образом, правильно установив фактические обстоятельства уголовного дела, суд первой инстанции верно квалифицировал действия ФИО1 по п.п. «а, г» ч. 7 ст. 204, ч. 8 ст. 204, ч. 8 ст. 204 УК РФ.

Требования ст.ст. 6 и 60 УК РФ при назначении ФИО1 наказаний за совершенные преступление судом первой инстанции соблюдены.

Установленные судом смягчающие наказание обстоятельства в полной мере учтены при назначении ей наказаний. Каких-либо обстоятельств, которые могли повлечь смягчение назначенных осужденной наказания, но не были учтены судом, судебной коллегией не установлено.

Судебная коллегия соглашается с решением о наличии в действиях ФИО1 смягчающего наказание обстоятельства, предусмотренного п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ, – активного способствования раскрытию и расследованию преступлений.

По смыслу уголовного закона, активное способствование раскрытию и расследованию преступления следует учитывать в качестве смягчающего наказание обстоятельства, если лицо о совершенном с его участием преступлении либо о своей роли в преступлении представило органам дознания или следствия информацию, имеющую значение для раскрытия и расследования преступления (например, указало лиц, участвовавших в совершении преступления, сообщило их данные и место нахождения, сведения, подтверждающие их участие в совершении преступления, а также указало лиц, которые могут дать свидетельские показания, лиц, которые приобрели похищенное имущество; указало место сокрытия похищенного, место нахождения орудий преступления, иных предметов и документов, которые могут служить средствами обнаружения преступления и установления обстоятельств уголовного дела).

Как видно из материалов уголовного дела, в исследованных судами первой и апелляционной инстанций показаниях ФИО1, данных в ходе предварительного следствия, осужденная сообщила сведения, действительно имеющие значение для раскрытия и расследования преступлений, за которые она осуждена, а именно о своей роли в получении коммерческих подкупов у представителей ООО «Ильмар+», ООО «Приборремсервис» и ООО «Энергосервискомплект» и подлежащих доказыванию обстоятельствах совершения преступлений, в том числе не известных правоохранительным органам, об участии и роли иного лица в совершении преступлений, о состоявшемся с ним предварительном сговоре на совершение противоправных действий, об обстоятельствах распоряжения полученными незаконными вознаграждениями. Данные показания, как правильно указано в обжалуемом приговоре положены в основу предъявленного ФИО1 обвинения.

С учетом изложенного судебная коллегия не находит оснований для исключения из приговора указания о признании смягчающим наказание обстоятельством активное способствование ФИО1 раскрытию и расследованию преступлений, а также считает не состоятельным довод апелляционного представления об отсутствии в действиях осужденной других указанных в представлении смягчающих наказание обстоятельств, поскольку в ходе судебного разбирательства она вину по предъявленному обвинению действительно признала частично, осознала и осудила свое противоправное поведение и раскаялась в содеянном. Несогласие ФИО1 с квалификацией ее действий в ходе предварительного следствия не исключает указанные установленные судом первой инстанции обстоятельства.

Отягчающие наказание обстоятельства в действиях ФИО1 обоснованно не установлены.

Решение о назначении осужденной с учетом характера и степени общественной опасности совершенных преступлений, ее отношения к содеянному и данных о ее личности основных наказаний в виде лишения свободы соответствует требованиям ч. 1 ст. 56 УК РФ, обоснованно и надлежащим образом мотивировано, сроки наказаний соразмерны содеянному.

Также ФИО1 обоснованно назначены дополнительные наказания в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с выполнением организационно-распорядительных и административно-хозяйственных функций в коммерческих организациях, предусмотренные санкциями ч. 7 и ч. 8 ст. 204 УК РФ в качестве альтернативных, решение в этой части должным образом мотивировано, сроки дополнительных наказаний также соразмерны содеянному.

Совокупность всех смягчающих наказание обстоятельств и обстоятельства совершения преступлений, за которые ФИО1 осуждена, ее поведение после их совершения признана исключительной и достаточной для назначения осужденной основных наказаний с применением ст. 64 УК РФ ниже низшего предела, предусмотренного санкциями ч. 7 и ч. 8 ст. 204 УК РФ, что в апелляционном представлении и дополнениях к нему не оспаривается.

Учитывая наличие смягчающего наказание обстоятельства, предусмотренного п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ, и отсутствие отягчающих наказание обстоятельств, основные наказания ФИО1 обоснованно назначены с применение ч. 1 ст. 62 УК РФ.

Окончательные наказания осужденной правильно назначены по совокупности преступлений на основании ч. 3 и ч. 4 ст. 69 УК РФ путем частичного сложения основных наказаний и присоединения частично сложенных дополнительных наказаний, назначенных за совершенные преступления.

Суд правомерно назначил ФИО1 окончательное основное наказание в виде реального лишения свободы, поскольку достижение целей наказания, в том числе ее исправление возможно лишь в условиях изоляции от общества.

Местом отбывания осужденной, совершившей тяжкое и особо тяжкие преступления, назначенного основного наказания определена исправительная общего режима, что соответствует требованиям п. «б» ч. 1 ст. 58 УК РФ.

Основанный на учете фактических обстоятельств совершения преступлений и степени их общественной опасности вывод суда об отсутствии предусмотренных ч. 6 ст. 15 УК РФ оснований для изменения категории совершенных осужденной преступления на менее тяжкие также является верным.

Изложенное свидетельствует о соответствии назначенных осужденной наказаний характеру и степени общественной опасности совершенных преступлений, обстоятельствам их совершения и личности виновной.

Зачет времени содержания ФИО1 под стражей до вступления приговора в законную силу в срок назначенного ей окончательного наказания правильно произведен в соответствии с требованиями п. «б» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ.

В части доводов апелляционного представления о необоснованном непринятии судом первой инстанции решения о конфискации денежных средств, полученных ФИО1 в результате совершения преступлений, судебная коллегия отмечает следующее.

В соответствии с п. «а» ч. 1 ст. 104.1 УК РФ деньги, полученные в результате совершения преступления, предусмотренного ст. 204 УК РФ, подлежат конфискации.

Согласно п. 10.1 ч. 1 ст. 299 УПК РФ при постановлении приговора суд в совещательной комнате, в том числе решает вопрос о том, доказано ли, что имущество, подлежащее конфискации, получено в результате совершения преступления.

Суд первой инстанции, признав ФИО1 виновной в совершении преступлений, предусмотренных п.п. «а, г» ч. 7 ст. 204, ч. 8 ст. 204, ч. 8 ст. 204 УК РФ, вопреки требованию уголовно-процессуального закона не обсудил вопрос о конфискации денежных средств, полученных осужденной в результате совершения преступлений, указав, что данный вопрос не был озвучен сторонами в ходе судебного разбирательства по уголовному делу, а также наличием уголовного дела, выделенного в отношении лица, в группе лиц по предварительному сговору с которым ФИО1 совершены преступления. Однако указанные мотивы не освобождали суд от необходимости выполнения приведенного требования уголовно-процессуального закона.

Изложенное свидетельствует о существенном нарушении судом первой инстанции уголовно-процессуального закона, что в соответствии с п. 2 ст. 389.15 и ч. 1 ст. 389.17 УПК РФ является основанием для отмены обжалуемого приговора в части, которой не разрешен вопрос о конфискации денежных средств, полученных ФИО1 в результате совершения преступлений, и ввиду невозможности устранения выявленных нарушений в суде апелляционной инстанции направления уголовного дела в этой части в суд первой инстанции на новое рассмотрение в ином составе в порядке, предусмотренном гл. 47 УПК РФ.

На основании изложенного и, руководствуясь ст.ст. 389.13, 389.15, 389.17, 389.20, 389.23, 389.28 и 389.33 УПК РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Приговор Альметьевского городского суда Республики Татарстан от 14 августа 2025 года в отношении осужденной ФИО1 в части, которой не разрешен вопрос о конфискации денежных средств, полученных ФИО1 в результате совершения преступлений, отменить, уголовное дело в этой части направить на новое рассмотрение в тот же суд в ином составе в порядке, предусмотренном гл. 47 УПК РФ.

В остальной части приговор оставить без изменения.

Апелляционное представление и.о. Альметьевского городского прокурора Республики Татарстан Шаехова М.М. и дополнения к нему и.о. Альметьевского городского прокурора Республики Татарстан Карамзина С.Н. удовлетворить частично, апелляционную жалобу защитника Иванова Р.Н. оставить без удовлетворения.

Кассационная жалоба, представление, подлежащие рассмотрению в порядке, предусмотренном ст.ст. 401.7 и 401.8 УПК РФ, могут быть поданы в Судебную коллегию по уголовным делам Шестого кассационного суда общей юрисдикции (через суд первой инстанции в течение шести месяцев со дня вступления в законную силу приговора или иного итогового судебного решения, а для осужденного, содержащегося под стражей, – в тот же срок со дня вручения ему копии такого судебного решения, вступившего в законную силу.

В случае пропуска срока, установленного ч. 4 ст. 401.3 УПК РФ, или отказа в его восстановлении кассационная жалоба, представление на приговор или иное итоговое судебное решение подается непосредственно в суд кассационной инстанции и рассматривается в порядке, предусмотренном ст.ст. 401.10-401.12 УПК РФ.

Осужденная вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий:

Судьи: