Апелляционное постановление № 22-1944/2024 от 24 сентября 2024 г. по делу № 1-657/2024

Дело №


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

<адрес> ДД.ММ.ГГГГ

Ленинградский областной суд в составе:

председательствующего - судьи Качаранц К.Р.,

при секретаре - помощнике судьи Железовой В.А.,

с участием:

старшего прокурора отдела управления прокуратуры <адрес> Михайлова В.В.,

лица, в отношении которого уголовное дело прекращено, - ФИО1,

защитника - адвоката Стрепетова А.С., представившего удостоверение № и ордер № от ДД.ММ.ГГГГ,

представителя потерпевшего - адвоката Лисовской Е.В., представившей удостоверение № и ордер № № от ДД.ММ.ГГГГ,

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционному представлению государственного обвинителя - старшего помощника <адрес> городского прокурора Кузнецовой А.В. на постановление <адрес> городского суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, которым в отношении

ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженца г.<адрес>, гражданина Российской Федерации, несудимого,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 216 УК РФ,

прекращено уголовное дело в соответствии со ст. 25 УПК РФ за примирением сторон.

ФИО1 освобожден от уголовной ответственности по ч. 2 ст. 216 УК РФ на основании ст. 76 УК РФ.

Мера пресечения ФИО1 в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении отменена.

Постановлением так же разрешен вопрос о судьбе вещественного доказательства.

Заслушав доклад судьи Качаранц К.Р., доводы апелляционного представления, мнение прокурора Михайлова В.В., поддержавшего доводы апелляционного представления, выступление представителя потерпевшего - адвоката Лисовской Е.В., лица, в отношении которого уголовное дело прекращено, - ФИО1, адвоката Стрепетова А.С., возражавших против удовлетворения апелляционного представления, суд апелляционной инстанции

установил:

ФИО1 органом предварительного следствия обвинялся в совершении нарушения правил безопасности при ведении строительных работ, повлекшего по неосторожности смерть человека.

Постановлением <адрес> городского суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ уголовное преследование и уголовное дело в отношении ФИО1 прекращено на основании ст.25 УПК РФ в соответствии со ст.76 УК РФ, в связи с примирением с потерпевшим.

В апелляционном представлении государственный обвинитель - старший помощник <адрес> городского прокурора Кузнецова А.В. полагает постановление суда подлежащим отмене.

Указывает, что суд, принимая решение о примирении сторон, обязан не просто констатировать наличие или отсутствие указанных в законе оснований для прекращения уголовного дела, а принять справедливое и мотивированное решение с учетом всей совокупности данных, характеризующих, в том числе, особенности объекта преступного посягательства, обстоятельства его совершения, конкретные действия, предпринятые лицом для возмещения ущерба или иного заглаживания причиненного преступлением вреда, изменение степени общественной опасности деяния вследствие таких действий. Также необходимо оценить, соответствует ли это целям и задачам защиты прав и законных интересов личности, отвечает ли требованиям справедливости и целям правосудия.

На что обращено внимание в п. 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 17 от 29 июня 2010 года «О практике применения судами норм, регламентирующих участие потерпевшего в уголовном судопроизводстве», в определении Конституционного Суда РФ от 4 июня 2007 года № 519-О-О, в п.9 Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27 июня 2013 № 19 «О применении судами законодательства, регламентирующего основания и порядок освобождения от уголовной ответственности».

Автор апелляционного представления отмечает, что, придя к выводу о возможности прекращения уголовного дела в отношении ФИО1, суд исходил из того, что он обвиняется в совершении преступления средней тяжести, не судим, загладил причиненный преступлением вред и примирился с потерпевшим. При этом судом оставлено без внимания, что основным объектом преступления, в совершении которого обвинялся ФИО1, являются общественные отношения, связанные с обеспечением сохранения жизни и здоровья работников в процессе трудовой деятельности, а также иных лиц, участвующих в производственной деятельности работодателя. Дополнительный объект - это здоровье человека или интересы собственности, а также жизнь человека - важнейшее, бесценное, охраняемое законом благо, непреходящая общечеловеческая ценность, утрата которой необратима и невосполнима.

В связи с чем, по мнению государственного обвинителя, само по себе возмещение вреда, причиненного преступлением, никоим образом не могут устранить наступившие последствия, снизить степень общественной опасности содеянного либо иным образом свидетельствовать о заглаживании вреда, причиненного как дополнительному, так и основному объекту преступного посягательства.

Учитывая изложенное, отсутствие лично у потерпевшего претензий к ФИО1, а также его субъективное мнение о полном заглаживании ему вреда, как отмечает автор представления, не могут быть единственным подтверждением такого снижения степени общественной опасности преступления, которое действительно позволило бы суду освободить ФИО1 от уголовной ответственности.

Кроме того, государственный обвинитель указывает, что принятие судом решения о прекращении уголовного дела исключает возможность рассмотрения вопроса о назначении ФИО1 не только основного наказания, но и дополнительного, являющегося альтернативным видом наказания - в виде лишения права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью при ведении строительных или иных работ.

Просит постановление суда отменить, передать уголовное дело на новое судебное рассмотрение.

В возражениях на апелляционное представление представитель потерпевшего Потерпевший – адвокат Лисовская Е.В. просит постановление суда оставить без изменения, апелляционное представление государственного обвинителя – без удовлетворения.

Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционного представления и поданных возражений, выслушав мнения сторон, суд апелляционной инстанции, приходит к выводу о том, что судебное решение подлежит отмене в связи с нарушением норм уголовного и уголовно-процессуального законов.

Согласно п.п. 2, 3 ст. 389.15 УПК РФ основаниями отмены или изменения судебного решения в апелляционном порядке являются, в том числе, неправильное применение уголовного закона и существенное нарушение уголовно-процессуального закона.

Согласно ст. 6 УПК РФ уголовное судопроизводство имеет своим назначением, в том числе, защиту прав и законных интересов лиц и организаций, потерпевших от преступлений.

В соответствии с ч. 2 ст. 43 УК РФ целями наказания являются восстановление социальной справедливости, исправление осужденного и предупреждение совершения им новых преступлений.

В соответствии со ст. 25 УПК РФ суд, а так же следователь с согласия руководителя следственного органа или дознаватель с согласия прокурора вправе на основании заявления потерпевшего или его законного представителя прекратить уголовное дело в отношении лица, подозреваемого или обвиняемого в совершении преступления небольшой или средней тяжести, в случаях предусмотренных ст.76 УК РФ, если это лицо примирилось с потерпевшим и загладило причиненный ему вред.

В соответствии со ст.76 УК РФ лицо, впервые совершившее преступление небольшой или средней тяжести, может быть освобождено от уголовной ответственности, если оно примирилось с потерпевшим и загладило причиненный потерпевшему вред.

В соответствии с правовой позицией Конституционного Суда Российской Федерации, сформулированной в определении от 4 июня 2007 года № 519-О-О, полномочие суда отказать в прекращении уголовного дела в связи с примирением сторон, вытекающее из взаимосвязанных положений ст. 76 УК РФ и ст. 25 УПК РФ, направлено на достижение конституционно значимых целей дифференциации уголовной ответственности и наказания, усиления их исправительного воздействия, предупреждения новых преступлений и, тем самым, защиты личности, общества и государства от преступных посягательств. При этом указание в названных статьях на возможность, а не обязанность освобождения от уголовной ответственности и прекращения уголовного дела означает необходимость принятия соответствующего решения с учетом всей совокупности обстоятельств конкретного дела, включая степень общественной опасности совершенного деяния.

Аналогичная позиция изложена в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27 июня 2013 года № 19 «О применении судами законодательства, регламентирующего основания и порядок освобождения от уголовной ответственности», согласно п. 9 которого при разрешении вопроса об освобождении лица, совершившего преступление, от уголовной ответственности в связи с примирением с потерпевшим, судам следует учитывать конкретные обстоятельства уголовного дела, включая особенности и число объектов преступного посягательства, их приоритет, наличие свободно выраженного волеизъявления потерпевшего, изменение степени общественной опасности лица, совершившего преступление, после заглаживания вреда и примирения с потерпевшим, личность совершившего преступление, обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание.

В соответствии с правовой позицией Конституционного Суда Российской Федерации, сформулированной в определении № 32257-О от 26 октября 2017 года, суд в каждом конкретном случае должен решить, достаточны ли предпринятые лицом, совершившим преступление, действия для того, чтобы расценить уменьшение общественной опасности содеянного как позволяющее освободить лицо от уголовной ответственности.

Исходя из приведенных норм и разъяснений вышестоящих судебных инстанций, суд обязан не просто констатировать наличие или отсутствие указанных в законе оснований для прекращения уголовного дела, а принять справедливое и мотивированное решение, с учетом всей совокупности данных, характеризующих, в том числе, особенности объекта преступного посягательства, обстоятельства его совершения, конкретные действия, предпринятые лицом для возмещения ущерба или иного заглаживания причиненного преступлением вреда, изменение степени общественной опасности деяния вследствие таких действий.

Как видно из материалов уголовного дела, органом предварительного расследования ФИО1 обвинялся в нарушении правил безопасности при ведении строительных работ, повлекших по неосторожности смерть человека. Судом первой инстанции установлено, что ФИО1 инкриминировалось, что он выполнял подрядные строительно-монтажные работы по устройству монолитного каркаса здания жилой части, согласно строительному подряду № М5/2023 от ДД.ММ.ГГГГ на объекте строительства - жилой комплекс «Энфилд» по адресу: <адрес>. Для выполнения строительных работ привлек не состоящего в штате и не имеющего трудовых или иных договорных отношений с ИП ФИО1 Потерпевший 2 в нарушение п.6.1.7 Постановления Госстроя РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О принятии строительных норм и правил Российской Федерации», п.2, п.10, п. 19, п.21, п.22, п.47 Приказав Минтруда России от 11 декабря 2020 года № 883н «Об утверждении Правил по охране труда при строительстве, реконструкции и ремонте», ст.22, ст.214, ст.221, 217 ТК РФ, п.4, п.10, п.25 приказа Минтруда России от 29 октября 2021 года № 766н «Об утверждении Правил обеспечения работников средствами индивидуальной защиты и смывающими средствами», п.30 Правил по охране труда при строительстве, реконструкции и ремонте, утвержденных Приказом Минтруда России от 11 декабря 2020 года № 883р, п.10, п.13, п.22, п.24, п.67, п.68 Порядка обучения по охране труда и проверки знания требований охраны труда, утвержденного Постановлением Правительства РФ от ДД.ММ.ГГГГ №, допустил его к работам с повышенной опасностью без проведения медицинского осмотра, инструктажа по охране труда, не обеспечил средствами индивидуальной защиты (каска, страховочный пояс). В результате допущенных нарушений, ДД.ММ.ГГГГ в период времени с 08 часов 06 минут до 12 часов 40 минут, в ходе демонтажа деревянного щита, расположенного на 11 этаже лестничной клетки 4 секции 19 корпуса по вышеуказанному адресу, стержни арматуры, вмонтированные в стены лестничного пролета, деформировались (изогнулись вниз), в результате чего произошло обрушение щита и его падение с находившимся на нем Потерпевший 2 на уровень 8 этажа здания. В результате падения Потерпевший 2 получил повреждения, от которых скончался.

Прекращая уголовное дело в отношении ФИО1 в связи с примирением с потерпевшим Потерпевший, сыном погибшего, суд первой инстанции исходил из того, что ФИО1 не судим, к уголовной ответственности привлекается впервые, совершил преступление средней тяжести, вину в совершенном преступлении признал полностью, примирился с потерпевшим, загладил в полном объеме вред, причиненный преступлением, принес потерпевшему свои извинения, которые последним приняты, добровольно перевел в счет возмещения компенсации морального вреда 800000 рублей, потерпевший претензий по возмещению вреда, причиненного преступлением, к подсудимому не имеет.

Кроме того, суд указал, что ФИО1 загладил не только моральный вред, причиненный потерпевшему, но и принял меры по заглаживанию вреда перед обществом, а именно ФИО1 оказал помощь и поддержку военным, участвующим в специальной военной операции, а так же помощь Центру содействия семейному воспитанию №.

Вместе с тем, суд, принимая решение о прекращении уголовного дела в отношении ФИО1 в связи с примирением с потерпевшим, не учел, что основным объектом преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 216 УК РФ, в совершении которого обвинялся ФИО1, являются общественные отношения в сфере общественной безопасности при ведении строительных или иных видов работ.

Между тем, судом не установлено, какие именно действия ФИО1 расценены как загладившие вред охраняемым ч. 2 ст. 216 УК РФ общественным отношениям, и каким образом заглаживание вреда потерпевшему Потерпевший устранило негативные последствия в виде нарушения правил безопасности при ведении строительных работ, а так же способны ли меры, которыми ограничился суд первой инстанции, предотвратить в будущем подробные нарушения.

В должной степени не оценен судом и статус протерпевшей стороны, которая в данном случае наделена в судебном заседании лишь процессуальными полномочиями, практически являясь представителем погибшего. По этой причине отсутствие лично у Потерпевший (сына погибшего) претензий к ФИО1, а так же его субъективное мнение о полном заглаживании вреда не могут быть единственным и достаточным подтверждением снижения степени общественной опасности преступления, заключающегося в пренебрежении работодателем правилами труда, повлекшими тяжкие последствия, которое позволило бы суду освободить ФИО1 от уголовной ответственности

При этом доводы защитника - адвоката Стрепетова А.С. в суде апелляционной инстанции о том, что потерпевший Потерпевший, родной сын погибшего Потерпевший 2, определяет способ заглаживания вреда, размер его возмещения, являются ошибочными и не соответствуют позиции Конституционного суда Российской Федерации, выраженной, в частности, в Определении от 4 июня 2007 года № 519-О-О, о том, что решение вопроса о прекращении уголовного дела в связи с примирением сторон зависит от конкретных обстоятельств уголовного дела, исследование и оценка которых относится исключительно к компетенции суда.

Дополнительный объект преступного посягательства, а именно здоровье и жизнь человека - важнейшее, бесценное, охраняемое законом благо, непреходящая общечеловеческая ценность, утрата которой необратима и невосполнима. Общественная опасность содеянного ФИО1 заключается в пренебрежении работодателем правилами труда и, как следствие, основополагающим правом человека на жизнь, закрепленным в ст. 2, ч. 1 ст. 20 Конституции Российской Федерации.

Только заглаживание вреда всем объектам преступного посягательства, исходя из формулировки предъявленного обвинения с учетом пункта, части, статьи УК РФ, предусматривающих ответственность за данное преступление, позволяет суду обсудить вопрос об изменении вследствие таких действий степени общественной опасности деяния, в совершении которого лицу предъявлено обвинение.

Очевидно, что само по себе возмещение потерпевшему Потерпевший, приходящемуся сыном погибшего Потерпевший 2, вреда и принесение ему извинений за содеянное, никоим образом не могут устранить наступившие последствия, снизить степень общественной опасности содеянного, повлекшего смерть потерпевшего Потерпевший 2, либо иным образом свидетельствовать о заглаживании вреда, причиненного как дополнительному, так и основному объекту преступного посягательства.

По этой причине отсутствие лично у потерпевшего Потерпевший претензий к ФИО1, на что ссылается суд первой инстанции, а также его субъективное мнение, отраженное в заявлении о примирении, о полном заглаживании ему вреда, не могли быть единственным подтверждением такого снижения степени общественной опасности преступления, которое действительно позволило бы суду освободить ФИО1 от уголовной ответственности.

В этой связи с доводами стороны защиты, приведенными в судебном заседании суда апелляционной инстанции, согласно которым ФИО1 ранее не судим, вину признал, с потерпевшим примирился, а также с тем, что, помимо компенсации потерпевшему Потерпевший вреда, причиненного преступлением, были направлены денежные средства на помощь и поддержку военным, участвующим в специальной военной операции, а так же помощи центру содействия семейному воспитанию №, согласиться нельзя, поскольку они не свидетельствуют об устранении вреда, причиненного преступлением ни основному объекту - общественной безопасности при ведении строительных или иных работ, ни дополнительному - жизни человека.

Кроме того, принятие судом решения о прекращении уголовного дела исключает возможность рассмотрения вопроса о назначении ФИО1 не только основного наказания, но и дополнительного - в виде лишения права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью, предусмотренного санкцией ч. 2 ст. 216 УК РФ.

То обстоятельство, что ФИО1 в настоящий момент не осуществляет деятельность в сфере обеспечения безопасности строительства, на что указал он и его защитник - адвокат Стрепетов А.С. в суде апелляционной инстанции, не является препятствием для назначения дополнительного наказания в виде лишения права заниматься определенной деятельностью при ведении строительных или иных работ, поскольку это не исключает ее осуществление вновь при отсутствии об этом судебного решения.

Таким образом, выводы суда о том, что все условия, необходимые для освобождения ФИО1 от уголовной ответственности, выполнены, на правильном применении норм уголовного закона не основаны. Ссылка суда первой инстанции на отношение к содеянному ФИО1, которое не свидетельствует о его намерении причинить вред обществу в дальнейшем, определяющей при разрешении судом вопроса об освобождении лица, совершившего преступление, от уголовной ответственности в связи с примирением с потерпевшим не является.

При таких обстоятельствах, мотивы, приведенные судом первой инстанции в обоснование удовлетворения ходатайства о прекращении уголовного дела в отношении ФИО1, не соответствуют не только требованиям указанных выше норм закона и правовым позициям, сформулированным Конституционным Судом РФ и Верховным Судом РФ, но и противоречат положениям других взаимосвязанных с ними норм, в том числе основным принципам уголовного судопроизводства, в частности, принципу справедливости, в том числе без какой-либо оценки судом тому обстоятельству, насколько прекращение уголовного дела в отношении ФИО1 соответствует целям и назначению уголовного судопроизводства.

Перечисленные обстоятельства свидетельствуют о нарушении судом первой инстанции требований уголовного и уголовного-процессуального закона, которые не могут быть устранены судом апелляционной инстанции, что является основанием для отмены постановления суда первой инстанции, и передачи уголовного дела в суд первой инстанции на новое судебное разбирательство в ином составе суда, в ходе которого надлежит устранить допущенные нарушения, принять законное, обоснованное и справедливое решение.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 389.13, 389.20, 389.28 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

постановил:

постановление <адрес> городского суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ о прекращении уголовного дела в отношении ФИО1 в связи с примирением с потерпевшим отменить.

Уголовное дело в отношении ФИО1 передать на новое судебное разбирательство в тот же суд в ином составе суда со стадии судебного разбирательства.

Апелляционное представление государственного обвинителя – старшего помощника <адрес> городского прокурора <адрес> Кузнецовой А.В. - удовлетворить.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Третьего кассационного суда общей юрисдикции в соответствии с главой 47.1 УПК РФ.

Кассационная жалоба, представление подается непосредственно в судебную коллегию по уголовным делам Третьего кассационного суда общей юрисдикции в соответствии с главой 47.1 УПК РФ.

Председательствующий