Апелляционное постановление № 22-1556/2026 от 29 апреля 2026 г.

Судья Фролов Р.Н. Дело № 22-1556/2026


А П Е Л Л Я Ц И О Н Н О Е П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

г. Новосибирск 30 апреля 2026 года

Новосибирский областной суд в составе:

Председательствующего судьи Соколовой Е.Н.,

при секретарях Морозове В.С., Шаимкуловой Л.А., Носковой М.В.,

с участием

прокуроров Зябчук П.О., ФИО1, ФИО2,

адвокатов Лобановой Т.В., Жилова Р.М.,

рассмотрев в открытом судебном заседании материалы уголовного дела по апелляционной жалобе и дополнениям к ней осужденного ФИО3, дополнениям к апелляционной жалобе адвоката Чукарева И.М. на приговор Центрального районного суда г. Новосибирска от 20 февраля 2026 года, которым

ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженец с <адрес>, ранее судимого:

- ДД.ММ.ГГГГ <данные изъяты> по ч. 3 ст. 159 (2 преступления), ч. 3 ст. 306 УК РФ к лишению свободы на срок 3 года, условно, с испытательным сроком 3 года,

осужден по ч. 3 ст. 327 УК РФ к наказанию в виде ограничения свободы сроком на 6 (шесть) месяцев,

на основании ч. 1 ст. 53 УК РФ установлены обязанности, ограничения и запреты: являться в специализированный государственный орган, осуществляющий надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы один раз в месяц для регистрации; не изменять места жительства или пребывания без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы; запретить выезжать за пределы территории муниципального образования г. Новосибирск без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы.

Приговором суда также разрешены вопросы о мере пресечения, вещественных доказательствах и процессуальных издержках,

у с т а н о в и л :

Приговором <данные изъяты> ФИО3 признан виновным и осужден за хранение в целях использования заведомо поддельного удостоверения, предоставляющего права.

Преступление совершено в период времени с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в Центральном районе г. Новосибирска при обстоятельствах, установленных приговором суда.

В суде первой инстанции ФИО3 вину в инкриминируемом деянии не признал.

В апелляционной жалобе осужденный ФИО3 полагает, что приговор суда является незаконным, просит его отменить и вынести в отношении него оправдательный приговор, либо передать уголовное дело на новое судебное разбирательство в суд первой инстанции.

По доводам жалобы осужденного, в ходе судебного разбирательства допущены существенные нарушения уголовно-процессуального закона, повлиявшие на постановление обвинительного приговора, данная судом квалификация по ч. 3 ст. 327 УК РФ не соответствует действительности и фактическим обстоятельствам происшествия.

Полагает, что его действия не содержат состава какого-либо преступления, в том числе по ч. 3 ст. 327 УК РФ, поскольку в соответствии с законом хранение в целях использования поддельного удостоверения, предоставляющего права, и использование этого же заведомо подложного удостоверения являются друг друга дополняющими деяниями, и в случае, если имело место использование поддельного документа, то этим действиям предшествовало хранение в целях такового использования.

Указывает, что каких-либо следственно-процессуальных мероприятий, направленных на установление фактов намерения ФИО3 использовать удостоверение, а также относительно умысла на его хранение в целях использования по уголовному делу не проведено, таковых фактов не установлено и не имеется.

Просит учесть, что в его деяниях не имеется факта использования поддельного удостоверения и в его действиях отсутствует состав преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 327 УК РФ, что также подтверждается позицией в прениях государственного обвинителя от ДД.ММ.ГГГГ, который указывает об излишне вмененных в вину деяний относительно приобретения и самого факта использования вышеуказанного удостоверения.

Обращает внимание, что действия по представлению иного, близкого по внешнему виду и содержанию удостоверения не относятся к подлогу и не содержат состава преступления, в удостоверении на его имя фигурировала несуществующая организация.

Указывает, что приговор содержит непроверенные сведения о его личности, а именно вводная часть приговора содержит сведения о том, что он является ранее судимым, что не соответствует действительности, так как ДД.ММ.ГГГГ решением <данные изъяты> данное условное осуждение в отношении него было отменено, судимость снята, и он является не судимым.

Кроме того, в приговоре указан неверный адрес его регистрации (проживания), так как по адресу: <адрес> он не проживает с ДД.ММ.ГГГГ и снят с регистрации, о новом адресе регистрации он неоднократно сообщал суду, в том числе посредством его упоминания в ряде процессуальных документов.

Автор жалобы акцентирует внимание, что вопреки позиции государственного обвинителя о доказанности его вины в совершении хранения и перевозки в целях использования поддельного удостоверения, предоставляющего права, данное удостоверение никаких прав ему не могло предоставить, в какие-либо государственные, социальные и иные органы и учреждения, должностным лицам он его никогда не представлял и никогда не намеревался этого делать, за весь период его хранения, а это более двух лет, этого не сделал.

Также просит учесть, что согласно ФЗ от 28.12.2010 № 403-ФЗ «О Следственном комитете РФ» служебное удостоверение сотрудника Следственного комитета каких-либо прав ему не предоставляет. Также не установлено фактов использования вышеуказанного удостоверения с целью избежать привлечения к ответственности в качестве специального субъекта.

Не установлены в ходе судебного процесса и факты реализации им полномочий, предоставленных сотрудникам Следственного комитета РФ уголовно-процессуальным законодательством, Федеральным законом от 28.12.2010 №403-Ф3 «О Следственном комитете РФ».

Также выражает несогласие с формулировкой в приговоре, что он представлялся сотрудником правоохранительных органов, поскольку такое представление подразумевает по закону обозначение должности, звания, фамилии, имени, отчества, принадлежность к соответствующему правоохранительному органу, о чем ему, как имеющему длительный стаж работы в системе органов Следственного комитета РФ, не могло быть неизвестно.

Просит учесть, что он имеет длительный стаж работы в системе органов прокуратуры и Следственного комитета РФ, при этом неоднократно поощрялся в этот период руководством за добросовестное исполнение служебных обязанностей, приобрел изъятое у него удостоверение в память о годах службы.

Полагает, что представление сотрудником правоохранительных органов, так и обозначение принадлежности к правоохранительной системе, не может быть расценено как реализация полномочий сотрудников Следственного комитета РФ либо как его намерение воспользоваться изъятым у него удостоверением, поскольку никаких действий, направленных на реализацию установленных федеральным законом полномочий он не совершал, требований гражданам, связанных с возможностью такой реализации, не высказывал.

Обращает внимание суда, что гособвинитель в прениях ссылается на заключение эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, выполненное экспертом ЭКЦ ГУ МВД РФ по НСО, как на доказательство подложности удостоверения. Это же заключение эксперта фигурирует и в предъявленном ему обвинении и утверждённом прокурором обвинительном заключении от ДД.ММ.ГГГГ. Однако в судебном заседании оно не исследовалось, в материалах уголовного дела отсутствует.

Указывает о недопустимости протокола личного досмотра (т.1, л.д.25) ФИО3 в качестве надлежащего доказательства по уголовному делу в связи с его несоответствием нормативным требованиям: отсутствием указания места, даты и времени составления, отсутствии указания места жительства лиц, привлеченных в качестве понятых.

В дополнениях к апелляционной жалобе осужденный ФИО3 и адвокат Чукарев И.М. обращают внимание, что согласно исследованному протоколу осмотра документов от ДД.ММ.ГГГГ следователем с участием понятых <данные изъяты> осмотрено изъятое ДД.ММ.ГГГГ у ФИО3 удостоверение. В вышеуказанном протоколе осмотра содержатся сведения об осмотре участниками следственного действия удостоверения, в котором указано на специальное звание - подполковника полиции (т.1, л.д.74-75). Допрошенный в судебном заседании в качестве свидетеля <данные изъяты> показал, что удостоверение содержало сведения о специальном звании подполковника полиции. Таким образом, протокол личного досмотра от ДД.ММ.ГГГГ и протокол осмотра документов от ДД.ММ.ГГГГ содержат противоречивые сведения относительно указанного в удостоверении специального звания. Показания свидетеля <данные изъяты> подтверждают, что осматриваемое с его участием удостоверение содержало указание на специальное звание подполковника полиции.

Также просят учесть, что допрошенный в судебном заседании в качестве свидетеля <данные изъяты> показал, что участвовал ДД.ММ.ГГГГ в ходе личного досмотра ФИО3 в качестве понятого. <данные изъяты> не видел, что ФИО3 подписывал протокол личного досмотра, в ходе которого изымалось удостоверение.

Указывают, что допрошенный в судебном заседании в качестве свидетеля <данные изъяты> показал о том, что после доставления ФИО3 в ОП <данные изъяты>, у последнего изымалось удостоверение сотрудника правоохранительных органов. При этом <данные изъяты>, принимавший участие в личном досмотре ФИО3, не подтвердил факты процессуальной фиксации изъятия удостоверения и подписи ФИО3 в протоколе. Аналогичные показания дал сотрудник полиции <данные изъяты>, составивший вышеупомянутый протокол.

Обращают внимание, что ФИО3 категорично отрицал подлинность его подписи в протоколе личного досмотра от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому изымалось удостоверение подполковника юстиции, а также составление протокола личного досмотра в его присутствии.

Кроме того, как установлено в судебном заседании, впоследствии осматривалось удостоверение, содержащее указание на другое специальное звание - подполковник полиции.

Вопреки требованиям закона, протокол личного досмотра интерпретирован и признан судом допустимым доказательством.

Просят учесть, что согласно справке ЭКЦ об исследовании от ДД.ММ.ГГГГ №, изъятое у ФИО3 удостоверение направлялось на технико-криминалистическое исследование (т.1, л.д.94-96). В распоряжение эксперта удостоверение поступило, будучи упакованным в прозрачный полимерный пакет, опечатанный биркой с тремя подписями. Таким образом, количество подписей на бирке, которой опечатывался пакет с удостоверением, не соответствует количеству участников личного досмотра ФИО3 от ДД.ММ.ГГГГ, в ходе которого у подсудимого изымалось удостоверение.

Указывают, что в материалах уголовного дела отсутствует какой-либо процессуальный документ, свидетельствующий о возвращении изъятых у ФИО3 иных вещей и предметов наряду с удостоверением согласно протоколу личного досмотра от ДД.ММ.ГГГГ, при этом данные вещи (предметы) как по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ, так и в настоящее время находятся в его фактическом пользовании, что свидетельствует о фальсификации протокола личного досмотра ФИО3 от ДД.ММ.ГГГГ.

Обращают внимание, что в целях устранения указанных противоречий сторона защита ходатайствовала перед судом о назначении по уголовному делу почерковедческой судебной экспертизы с целью установления подлинности подписи ФИО3 в протоколе его личного досмотра от ДД.ММ.ГГГГ, а также вызове для допроса в судебном заседании <данные изъяты> и <данные изъяты>, фигурирующих в качестве понятых соответственно при личном досмотре и осмотре документов, в чём судом было необоснованно отказано.

Проверив материалы уголовного дела, изучив доводы апелляционной жалобы и дополнений к ней, выслушав мнения участников процесса, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

Вопреки доводам жалоб, предварительное расследование по уголовному делу проведено в рамках установленной законом процедуры, с соблюдением прав всех участников уголовного судопроизводства.

Согласно материалам уголовного дела обвинительное заключение отвечает требованиям ст. 220 УПК РФ, в связи, с чем у суда первой инстанции не было оснований, предусмотренных ст. 237 УК РФ, для его возвращения прокурору.

В обвинительном заключении указаны обстоятельства, подлежащие доказыванию в порядке ст. 73 УПК РФ, в том числе место и время совершения преступления, способ, мотив, цель, последствия и другие обстоятельства, имеющие значение для данного уголовного дела, формулировка обвинения с указанием части, статьи Уголовного кодекса Российской Федерации, а также перечень доказательств, подтверждающих обвинение, краткое изложение их содержания, что не исключало возможности суду рассмотреть уголовное дело по существу и вынести законное, обоснованное итоговое судебное решение на его основе.

При этом суд апелляционной инстанции отмечает, что приведенная в обвинительном заключении формулировка обвинения никаких неясностей, противоречий, препятствовавших рассмотрению уголовного дела по существу, не содержит.

Уголовное дело рассмотрено судом в соответствии с положениями главы 36 УПК РФ, определяющей общие условия судебного разбирательства, глав 37 - 39 УПК РФ, регламентирующих процедуру рассмотрения уголовного дела.

Постановленный в отношении ФИО3 приговор соответствует требованиям ст. ст. 304, 307 - 309 УПК РФ, во исполнение которых в приговоре дана надлежащая правовая оценка всем исследованным по делу доказательствам, как в отдельности, так и в совокупности, указано, какие из них суд положил в основу приговора, а какие отверг.

Суд первой инстанции подробно изложил описание преступного деяния, с указанием места, времени, способа его совершения, формы вины, мотива, цели и привел доказательства, на которых основаны выводы суда о виновности ФИО3.

Несмотря на занятую ФИО3 позицию отрицания вины, виновность его в совершении преступления подтверждается совокупностью исследованных доказательств, проверенных в судебном заседании с точки зрения их относимости, допустимости, достоверности и достаточности, анализ которых приведен в приговоре.

Выводы суда о доказанности виновности осужденного ФИО3 в инкриминируемом ему преступлении соответствуют фактическим обстоятельствам дела и основаны на согласующихся и дополняющих друг друга показаниях свидетелей <данные изъяты>, который осуществлял задержание осужденного, проводил личный досмотр последнего, в ходе которого у ФИО3 было изъято служебное удостоверение сотрудника <данные изъяты> на имя ФИО3, должность заместитель руководителя отдела по расследованию особо важных дел <данные изъяты>; <данные изъяты>, согласно которых он отдыхал в караоке, где случайно столкнулся с ФИО3 Произошла перепалка, на что ФИО3 достал предмет, похожий на удостоверение, сказал, что является сотрудником правоохранительных органов, чтобы не было проблем в будущем. Со слов посетителей известно, что ФИО3 неоднократно ходит в заведение, часто его посещает и демонстрирует это удостоверение посетителям, знакомится с девушками, когда возникают конфликтные ситуации, он также демонстрировал удостоверение и представлялся сотрудником правоохранительных органов. Сообщил об обстоятельствах обнаружения удостоверения; <данные изъяты>, которому осужденный демонстрировал свое служебное удостоверение сотрудника правоохранительного органа; <данные изъяты>, об обстоятельствах хранения заведомо поддельного иного официального документа ФИО3; <данные изъяты> об обстоятельствах осмотра служебного удостоверения; <данные изъяты> об обстоятельствах личного досмотра осужденного, а также на содержащихся в заключение эксперта, протоколах следственных действий и иных документах сведений, имеющих доказательственное значение по делу, которые подробно приведены в приговоре и им дана надлежащая оценка.

Существенных противоречий в этих доказательствах, которые могли бы повлиять на решение вопроса о виновности осужденного в содеянном, из приговора не усматривается, а оснований не доверять им у суда не имелось.

Анализ содержания показаний указанных лиц, подробно описавших и подтвердивших определенные обстоятельства, имеющие прямое и непосредственное отношение к преступной деятельности осужденного, не свидетельствует об их недопустимости или недостоверности. Как усматривается из приговора, показания названных лиц, детально описавших известные им сведения, подверглись тщательной проверке и оценке, и лишь после сопоставления их с иными исследованными судом доказательствами они на законном основании положены в основу приговора.

Имеющееся заключение судебной экспертизы является допустимым доказательством вины осужденного, т.к. получено с соблюдением требований уголовно-процессуального закона. Оснований не доверять выводам экспертов, имеющих специальные познания в интересующей области знаний, не имеется, т.к. они были предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, имеют необходимое образование, квалификацию и стаж работы в государственном учреждение, не заинтересованы в исходе дела.

Составленное заключение соответствует требованиям ст. 204 УПК РФ.

Нарушений норм УПК РФ в ходе предварительного следствия, которые бы ставили под сомнение допустимость положенных судом в основу приговора доказательств, установлено не было.

Каких-либо данных об искусственном создании сотрудниками правоохранительных органов доказательств обвинения, либо об их фальсификации, в материалах дела не имеется и суду первой и апелляционной инстанции не представлено.

Положенные в основу приговора доказательства судом исследованы, им дана оценка в соответствии с требованиями ст. ст. 87, 88 УПК РФ с точки зрения относимости, допустимости и достоверности, в совокупности исследованные доказательства признаны достаточными для разрешения уголовного дела по существу, при этом суд указал в приговоре, почему он доверяет доказательствам, привел анализ и дал оценку показаниям осужденного.

По результатам проведенных следственных действий, в соответствии с требованиями ст. 166 УПК РФ были составлены протоколы, в которых расписались все лица, принимавшие участие в следственных действиях.

Как верно указано судом первой инстанции, нарушений закона при составлении протокола личного досмотра осужденного, не установлено. Протокол составлен надлежащим лицом, в присутствии двух понятых. Каких-либо замечаний при производстве данного следственного действия ни от ФИО3, ни от иных участвующих лиц, в том числе понятых, не поступило. То обстоятельство, что в протоколе отсутствует указание на дату и место его составления, указания на место жительство понятых, не свидетельствует о его недопустимости, так как указанные обстоятельства установлены судом первой инстанции на основании показаний свидетелей <данные изъяты>

Совокупность исследованных доказательств признана судом первой инстанции достаточной и подтверждающей вину осужденного ФИО3 У суда апелляционной инстанции нет оснований не согласиться с оценкой доказательств, данной судом первой инстанции, так как приведенные в приговоре доказательства были получены в соответствии с требованиями действующего уголовно-процессуального законодательства РФ, и они согласуются между собой. Достоверность доказательств, положенных судом в основу своих выводов о виновности осужденного, у суда апелляционной инстанции сомнений не вызывает.

Приговор в полной мере соответствует требованиям ст. 307 УПК РФ, в нем приведены описание преступного деяния, признанного судом доказанным, с указанием места, времени, способа его совершения, формы вины ФИО3, а также доказательства, на которых основаны выводы суда в отношении осужденного и мотивы, по которым суд отверг другие доказательства.

Оснований полагать, что уголовное дело рассмотрено судом первой инстанции с обвинительным уклоном, нарушениями принципов уголовного судопроизводства у суда апелляционной инстанции не имеется. Так, судом первой инстанции дело в отношении ФИО3 рассмотрено в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, конституционные права осужденного, положения ст. ст. 14, 15, 16 и 17 УПК РФ соблюдены.

Суд создал все необходимые условия для исполнения сторонами их процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав, нарушений требований ст. 244 УПК РФ не допущено, всем доводам стороны защиты судом первой инстанции дана надлежащая оценка, не согласиться с которыми суд апелляционной инстанции не находит, все заявленные ходатайства, разрешены в соответствии с требованиями закона, что подтверждается материалами дела и протоколом судебного заседания, который соответствует требованиям ст. 259 УПК РФ.

Несогласие стороны защиты с положенными в основу приговора доказательствами, как и с оценкой доказательств, которую дал суд в приговоре, не может свидетельствовать о несоответствии выводов суда фактическим обстоятельствам дела, установленным в ходе судебного заседания, недоказанности вины осужденного и мотивов содеянного им, неправильном применении уголовного закона, как и об обвинительном уклоне суда.

Юридическая квалификация действий ФИО3 по ч. 3 ст. 327 УК РФ – как хранение в целях использования заведомо поддельного удостоверения, предоставляющего права, является верной, и сомневаться в ее правильности у суда апелляционной инстанции оснований не имеется. Выводы суда о квалификации действий осужденного подтверждаются всей совокупностью доказательств, приведенных в приговоре. Оснований для иной квалификации указанных действий осужденного не имеется.

Умысел ФИО3 на хранение указанного удостоверения именно с целью его использования, вплоть до момента пресечения его преступных действий, подтверждается совокупностью исследованных доказательств, которым судом первой инстанции дана надлежащая оценка. Наличие у осужденного такой цели, также подтверждается и показаниями, которые были даны ФИО3 в ходе предварительного следствия и судебного разбирательства, показаниями свидетелей <данные изъяты> сообщивших об обстоятельствах, при которых ФИО3 демонстрировал служебное удостоверение в помещении караоке-бара «Маэстро», при этом при демонстрации удостоверения ФИО3 также указывал на свою принадлежность к правоохранительным органам.

Вопреки доводам жалоб, фактические действия ФИО3 при совершении преступления, а также его показания о ношении данного удостоверения при себе и хранении в принадлежащем ему автомобиле, бесспорно, свидетельствуют о наличии у него цели использования данного удостоверения.

Доводы осужденного и стороны защиты о том, что удостоверение не могло предоставить ФИО3 никаких прав, не состоятелен, поскольку в соответствии с п.4 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.12.2020 №43 «О некоторых вопросах судебной практики по делам о преступлениях, предусмотренных статьями 324 - 327.1 Уголовного кодекса Российской Федерации», предметом незаконных действий, предусмотренных частями 1 - 4 статьи 327 УК РФ, являются поддельные паспорт гражданина, а также удостоверение и иные официальные документы, относящиеся к предоставляющим права или освобождающим от обязанностей. При этом для целей части 2 статьи 327 УК РФ таким удостоверением может быть признан документ, предназначенный для подтверждения личности, должности (статуса) лица, прав и полномочий, предоставленных лицу в соответствии с нормативными правовыми актами Российской Федерации (например, служебное удостоверение сотрудника правоохранительного органа, предоставляющее право на хранение и ношение огнестрельного оружия и специальных средств).

Согласно п. 2 ст. 22 Федерального закона от 28.12.2010 №403-ФЗ «О следственном комитете Российской Федерации», служебное удостоверение сотрудника Следственного комитета является документом, подтверждающим его личность, должность, специальное или воинское звание.

Согласно положениям, содержащихся в ст.ст. 7, 22, 28 указанного закона, служебное удостоверение сотрудника Следственного комитета подтверждает его право на ношение и хранение боевого ручного стрелкового оружия и специальных средств, иные права и полномочия, предоставленные сотруднику Следственного комитета настоящим Федеральным законом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации. Служебное удостоверение сотрудника Следственного комитета предоставляет право беспрепятственно входить на территории и в помещения, занимаемые федеральными органами государственной власти, органами государственной власти субъектов Российской Федерации и органами местного самоуправления, а также предприятиями, учреждениями и организациями независимо от форм собственности и иметь доступ к их документам и материалам; входить в жилые и иные принадлежащие гражданам помещения, на принадлежащие им земельные участки; получать статистическую информацию и иную информацию, справки, документы и их копии. Не допускаются задержание, привод, личный досмотр следователя, досмотр их вещей и используемых ими транспортных средств, за исключением случаев, когда это предусмотрено федеральным законом для обеспечения безопасности других лиц, а также случаев задержания при совершении преступления.

Таким образом, на основании изложенного, суд первой инстанции верно, пришел к выводу, что изъятое у ФИО3 удостоверение является предметом преступления, предусмотренного ч.3 ст.327 УК РФ, так как оно предназначено для подтверждения его личности, должности (статуса), прав и полномочий, предоставленных данному лицу в соответствии с нормативными правовыми актами Российской Федерации.

При этом ФИО3 заведомо знал о поддельности указанного служебного удостоверения, так как длительное время работал сотрудником Следственного комитета РФ и достоверно знал о порядке получения служебного удостоверения сотрудника Следственного комитета РФ, являющегося официальным документом.

Утверждение стороны защиты о недоказанности вины ФИО3 в инкриминируемом ему деянии, за которое он осужден, тщательно проверялись в суде первой инстанции и обоснованно отвергнуты.

Тот факт, что данная оценка доказательств не совпадает с позицией стороны защиты, не свидетельствует о нарушении судом первой инстанции требований уголовно-процессуального закона и не является основанием к отмене или изменению судебного решения.

Оснований полагать о нарушении права <данные изъяты> на защиту при производстве по делу, которое реализовано им по своему усмотрению,

Утверждение адвоката Жилова Р.М. о нарушении права на защиту ФИО3 не соответствует действительности, поскольку согласно представленным в суд апелляционной инстанции ДД.ММ.ГГГГ медицинским документам, состояние здоровья осужденного стабилизировано, он находится в удовлетворительном состоянии, препятствий для его участия в суде апелляционной инстанции не имеется, ДД.ММ.ГГГГ осужденному были разъяснены положения ст. 50 УПК РФ и сроки заключения соглашения с защитником, у ФИО3 имелся разумный срок для заключения соглашения с адвокатом. Судом апелляционной инстанции были созданы все условия для ознакомления защитника Жилова Р.М. с материалами дела с 9.00-15.00 часов ДД.ММ.ГГГГ, вместе с тем, защитник не воспользовался предоставленной возможностью. С учетом того, что ДД.ММ.ГГГГ согласно предъявленному обвинению и обвинительному заключению истекает срок привлечения к уголовной ответственности ФИО3, то поведение осужденного, связанное с уклонением от явки в суд и т.д., может свидетельствовать о злоупотреблении своим правом, осужденному достоверно известно о вынесении обвинительного приговора и поступлении дела в суд апелляционной инстанции, так же осужденному известно, что при избранной ему мере пресечения его поведение должно быть надлежащим, он не вправе уклоняться от явки в суд. Кроме того в судебном заседании участвует адвокат Лобанова Т.В., которая полностью ознакомлена с материалами дела, согласовала позицию с осужденным, обстоятельств, исключающих участие названного адвоката в качестве защитника ФИО3, а также о ненадлежащем исполнении ей своих обязанностей как защитника, в том числе, в связи с расхождением позиции защиты или совершением действий, противоречащих интересам доверителя, не имеется. Таким образом, ФИО3 суд обеспечил участие адвоката, предоставив тем самым право пользоваться квалифицированной юридической помощью, закрепленное ст. 48 Конституции Российской Федерации, п. 8 ч. 4 ст. 47 УПК РФ, в связи, с чем право на защиту ФИО3 не нарушено.

Наказание ФИО3 назначено в соответствии с требованиями ст. ст. 6, 60, 61 УК, с учетом характера и степени общественной опасности совершенного преступления, обстоятельств его совершения, данных о его личности, наличия смягчающих наказание обстоятельств и отсутствия отягчающих, влияния назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи.

Принимая во внимание обстоятельства дела и данные о личности ФИО3, суд пришел к правильному выводу о том, что цели наказания могут быть достигнуты назначением наказания в виде ограничения свободы.

Новых данных о наличии смягчающих обстоятельств, которые бы не были известны суду первой инстанции, либо которые, в силу требований закона могли бы являться безусловным основанием для смягчения, назначенного осужденному ФИО3 наказания, в жалобе не содержится и суде апелляционной инстанции не представлено.

В соответствии с требованиями закона, суд привел в приговоре мотивы решения всех вопросов, связанных с определением вида и размера наказания.

Назначенное ФИО3 наказание является справедливым и соответствует содеянному. Оснований для смягчения назначенного наказания не имеется.

Судом первой инстанции во вводной части приговора, в описательно-мотивировочной части, а также при решении вопроса о сохранении условного осуждения верно указано на наличие у ФИО3 судимости по приговору Центрального районного суда от ДД.ММ.ГГГГ на момент совершения инкриминируемого преступления, которая в установленном законом порядке снята решением суда от ДД.ММ.ГГГГ, то есть после пресечения сотрудниками правоохранительных органов совершения длящегося преступления ФИО3 ДД.ММ.ГГГГ.

Таким образом, суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для изменения или отмены приговора суда, в том числе, по доводам апелляционных жалоб.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 389.20, 389.28 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

п о с т а н о в и л:

Приговор Центрального районного суда г. Новосибирска от 20 февраля 2026 года в отношении ФИО3 оставить без изменения, а апелляционную жалобу и дополнения к ней осужденного ФИО3, дополнения к апелляционной жалобе адвоката Чукарева И.М. – без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в Восьмой кассационный суд в кассационном порядке, предусмотренном главой 47.1 УПК РФ, в течение 6 месяцев со дня вступления в законную силу, а осужденным - со дня вручения ему копии судебного решения.

В случае подачи кассационной жалобы осужденный вправе ходатайствовать о своем участии при рассмотрении уголовного дела в суде кассационной инстанции.

Председательствующий: Е.Н. Соколова