Решение № 2-2/109/2018 2-2/109/2018~М/114/2018 М/114/2018 от 15 июля 2018 г. по делу № 2-2/109/2018

Дело № 2-2/109/ 2018


РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

пос. Опарино 16 июля 2018 года

Мурашинский районный суд Кировской области в составе: председательствующего судьи Гмызиной Е. В.,

при секретаре Учайкиной А.В.,

с участием помощника прокурора Опаринского района Домрачевой М.В.,

истца ФИО1, представителя ответчика ФИО2, третьего лица ФИО3,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ОАО «Моломский ЛХЗ» о возмещении морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском к ответчику о возмещении морального вреда причиненного в результате несчастного случая на производстве, указав, что с 01 июня 2016 года состоял в трудовых отношениях с ОАО «Моломский лесохимический завод», где работал аппаратчиком сушки 5 разряда ретортного цеха. 23 мая 2017 года в 00 часов 25 минут при исполнении трудовых обязанностей по вине ответчика с ним произошел несчастный случай на производстве. Согласно акту формы Н-1 «О несчастном случае на производстве» от 06 июня 2017 комиссией по расследованию несчастного случая на производстве установлено, что ответчик допустил нарушение требований охраны труда, что явилось причиной несчастного случая. В результате произошедшего несчастного случая на производстве по вине ответчика истцу причинена производственная травма: <данные изъяты>. Вследствие чего, стал инвалидом 3 группы, по заключению ФКУ «Главное бюро медико-социальной экспертизы по Кировской области» Министерства труда и социальной защиты РФ ему установлена утрата профессиональной трудоспособности в размере 60%. Полученная производственная травма причиняла и продолжает причинять значительные физические страдания, нравственные переживания по поводу постоянного недомогания: боль в ноге при ходьбе, любых физических нагрузках, что приводит к дискомфорту, в связи с чем, вынужден постоянно приобретать лекарственные средства, периодически проходить лечение для поддержания своего здоровья.

Просит взыскать с ответчика в свою пользу моральный вред в размере 350 000 рублей, в возмещение расходов по оплате юридических услуг 3000 рублей, а всего 353 000 рублей.

В судебном заседании ФИО1 свои исковые требования поддержал, дал аналогичные объяснения, кроме того, пояснил, что в результате полученных травм длительное время был обездвижен, до настоящего времени испытывает физическую боль, после операции одна нога короче другой, лишен возможности вести привычный активный образ жизни, в связи с чем, испытывает нравственные страдания, комплекс неполноценности.

Представитель ответчика ФИО2 в судебном заседании исковые требования не признала, суду пояснила, что не оспаривают факт получения ФИО1 травмы на производстве, однако, считают, что сумма компенсации морального вреда, заявленная истцом, является завышенной, не соответствующей степени физических и нравственных страданий. Кроме того, считают, что несчастный случай произошел по вине работника, который при отборе проб древесины из ковша скипового подъемника проявил халатность и не осторожность, хотя с ним был проведен инструктаж. Просит учесть, что в целях трудоустройства ФИО1 ему был предложен перевод на другую должность, отвечающую состоянию его здоровья и физических возможностей, однако истец с предприятия уволился по собственной инициативе. Так же ему и его супруге была выплачена материальная помощь в общей сумме 17500 рублей.

Третье лицо ФИО3 в судебном заседании иск не признал, суду пояснил, что работает главным инженером ОАО «Моломский лесохимический завод», является ответственным лицом за обеспечение и соблюдения требований охраны труда. С ФИО1 12. 04. 2016 был проведен вводный инструктаж, он был ознакомлен с инструкцией по охране труда для аппаратчика сушки ретортного цеха. Считает, что несчастный случай произошел по вине работника, который отбирая пробы древесины из ковша скипового подъемника, не находился внизу, как это было доведено до него при проведении инструктажей, а забрался на ограждения подъёмника и стал забирать пробы руками, а не специальным багром. В результате он соскользнул и упал вниз.

Свидетель Свидетель №1 суду пояснила, что истец приходится ей мужем, также она работает в ОАО «Моломский лесохимический завод» в качестве медицинского работника. Ночью 23. 05. 2017 ее вызывали на место несчастного случая, происшедшего с мужем. Муж находился в тяжелом состоянии, с признаками внутреннего кровотечения, у него был травматический шок. После оказания первой медицинской помощи, он был перевезен в Опаринскую ЦРБ, а затем около трех недель находился на лечение в Центре травматологии в г. Кирове, и два месяца лежал дома, так как ему нельзя было вставать и передвигаться. Муж перенес тяжелую операцию, до настоящего времени испивает физическую боль, из-за чего не спит ночами, нуждается в обезболивающих средствах. Правая нога не сгибается, не функционирует, короче другой, муж не может вести привычный активный образ жизни, из-за чего очень переживает.

Выслушав стороны, свидетеля, исследовав доказательства, имеющиеся в деле, и оценив их в совокупности, получив заключение прокурора, полагавшего иск подлежащим удовлетворению в полном объеме, суд приходит к следующим выводам.

В соответствии со ст. 219 ТК РФ каждый работник имеет право на рабочее место, соответствующее требованиям охраны труда; обязательное социальное страхование от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний в соответствии с федеральным законом.

В соответствии со ст. 220 ТК РФ государство гарантирует работникам защиту их права на труд в условиях, соответствующих требованиям охраны труда. Условия труда, предусмотренные трудовым договором, должны соответствовать требованиям охраны труда. В случае причинения вреда жизни и здоровью работника при исполнении им трудовых обязанностей возмещение указанного вреда осуществляется в соответствии с федеральным законом.

На основании ст. 212 ТК РФ, обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя.

Согласно ст. 22 ТК РФ работодатель обязан, в частности, возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

В соответствии с пп. 2, 3 п. 5. "Правил по охране труда в лесозаготовительном, деревообрабатывающем производствах и при проведении лесохозяйственных работ", утвержденных Приказом Минтруда России от 02.11.2015 N 835н ( далее Правил ), работодатель обеспечивает: проведение обучения работников по охране труда и проверку знаний требований охраны труда; контроль за соблюдением работниками требований инструкций по охране труда.

На основании п. 930 Правил, все виды работ, связанных с переработкой лесоматериалов, должны производиться в соответствии с регламентами (инструкциями, технологическими картами), утвержденными работодателем или иными уполномоченными им должностными лицами, в которых должны быть предусмотрены меры, предотвращающие воздействие на работников вредных и (или) опасных производственных факторов.

В силу статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяется правилами, предусмотренными главой 59 Гражданского кодекса Российской Федерации и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Статья 151 Гражданского кодекса Российской Федерации предусматривает, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В соответствии с ч. 2 ст. 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Согласно абз. 2 пункта 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 года N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда" суду следует также устанавливать, чем подтверждается факт причинения потерпевшему нравственных или физических страданий, при каких обстоятельствах и какими действиями (бездействием) они нанесены, степень вины причинителя, какие нравственные или физические страдания перенесены потерпевшим, в какой сумме он оценивает их компенсацию и другие обстоятельства, имеющие значение для разрешения конкретного спора.

Судом установлено, что ФИО1 с 01 июня 2016 работал в ОАО «Моломский лесохимический завод» в качестве <данные изъяты>, что подтверждается копиями трудовой книжки ( л.д. № ), трудового договора от 01. 06. 2016 ( л.д. № ).

12. 04. 2016, то есть до назначения на данную должность, с ним был проведен первичный инструктаж, 22. 04. 2016 - проверка знаний, последний раз повторный инструктаж проведен с работником 02. 04. 2017, что видно из личной карточки прохождения обучения по охране труда.

23 мая 2017 года в 00 часов 25 минут в процессе производства работы произошел несчастный случай. Так в обязанности <данные изъяты> входило осмотр оборудования, контроль за соблюдением температурного режима в сушилке, забор на анализ чурки 1 раз в начале смены. ФИО1 проверил оборудование, около 00 часов 10 минут пришел лаборант центральной заводской лаборатории и ФИО1 пошел на третью площадку шахты № ретортного цеха с целью забора древесной чурки на анализ. Так как скрип был загружен не полностью, он встал одной ногой на металлическую балку, когда он взял деревянную чурку, нога соскользнула, и через ограждение площадки он упал вниз. При обходе аппаратчик пиролиза ФИО7 подошла к скипу шахты № и увидела, что внизу лежит человек, в котором опознала ФИО1, после чего незамедлительно сообщила мастеру ФИО8 о произошедшем, была вызвана медсестра ФИО9, которая оказала первую медицинскую помощь, затем пострадавшего на носилках отнесли в заводской здравпункт, оттуда на скорой помощи пострадавшего доставили в КОГБУЗ «Опаринская ЦРБ», впоследствии в тот же день он был доставлен в КОГКОБУЗ «Центр травматологии, ортопедии и нейрохирургии».

Данные обстоятельства несчастного случая на производстве подтверждаются актом расследования тяжелого несчастного случая от 06. 06. 2017.

Согласно акту о несчастном случае на производстве от 06 июня 2017 года причинами несчастного случая явилась неудовлетворительная организация производства работ, выразившаяся в отсутствие технологической карты описания процесса на данный вид работ (забор деревянной чурки на анализ); отсутствие должностного контроля и надзора со стороны ответственного лица за ходом выполнения работ. Нарушены требования пунктов ст. 212 ТК РФ; пп. 3 п. 5, п. 930 «Правил по охране труда в лесозаготовительном, деревообрабатывающем производствах и при проведении лесозаготовительных работ», утвержденных Приказом Министерства труда и социальной защиты РФ № 835н от 12. 11. 2015.

Несчастный случай на производстве произошел по вине главного инженера ОАО «Моломский ЛХЗ» ФИО10, который являясь ответственным за обеспечение и соблюдение требований охраны труда в организации, не обеспечил разработку технологической карты на данный вид работ, а также контроль за соблюдением правил охраны труда, нарушил требования ст. 212 ТК РФ, подп. 3 п.5, подп. 2 п.5, п.9, п.930 «Правила по охране труда в лесозаготовительном, деревообрабатывающем производствах и при проведении лесохозяйственных работ», утвержденных Приказом Министерства труда и социальной защиты РФ № 835н от 12. 11. 2015.

Суд соглашается с выводами комиссии по расследованию несчастного случая на производстве, поскольку они нашли свое подтверждение в ходе судебного следствия. Так в п. 3. 6. Инструкции № 2-Б по охране труда для аппаратчика сушки ретортного цеха, утвержденной генеральным директором ОАО «Моломский ЛХЗ» 17. 01. 2017, указано, что аппаратчик сушки обязан отбирать пробы древесины из ковша скипового подъемника специальным багром, соблюдая осторожность, брать не более одной пробы из ковша.

Таким образом, в инструкции отсутствует описание процесса на данный вид работ (забор деревянной чурки на анализ). Технологическая карта описания процесса на данный вид работ на предприятии также отсутствует.

Доказательств того, что со стороны ответственного лица имел место должностной контроль и надзор за ходом выполнения данного вида работ, суду стороной ответчика не представлено. Суду не приведено убедительных доказательств того, что несчастный случай произошел по вине работника.

Согласно выписному эпикризу от 09. 06. 2017 КОГБУЗ «Центр травматологии, ортопедии и нейрохирургии» ФИО1 поступил в лечебное учреждение 23. 05. 2017 с диагнозом: <данные изъяты> ( л.д. № ).

Данная травма отнесена к числу тяжелых производственных травм, согласно схеме определения тяжести несчастных случае на производстве, утвержденной Приказом Минздрава РФ от 25. 02. 2005 № 160, что подтверждается актом о несчастном случае на производстве от 06 июня 2017 года.

Из справки МСЭ-2011 № 0108911 следует, что ФИО1 установлена третья группа инвалидности, причиной инвалидности указано трудовое увечье в связи с несчастным случаем на производстве от 23 мая 2017 года ( л.д. № ).

Суд считает, что действиями ответчика ФИО1 действительно был причинен моральный вред: физические и нравственные страдания. В результате несчастного случая истец испытал острую физическую боль, вызванную полученными травмами, болевой шок. В процессе перенесенных операций, длительного лечения и до настоящего времени, истец продолжает испытывать физические страдания, для облегчения боли вынужден принимать обезболивающие медицинские препараты. Так же ФИО1 непосредственно после получения травмы и до настоящего времени испытывает нравственные страдания, которые выразились в эмоциональных переживаниях по поводу нахождения в беспомощном состоянии в период лечения, а также ограниченности в физических возможностях после перенесенных травм.

Таким образом, исследовав в совокупности все имеющиеся по делу доказательства, суд приходит к выводу, что ФИО1 имеет право на возмещение понесенного им морального вреда. При этом трудовая дисциплина работника до происшествия, то обстоятельство, что ему была оказана работодателем материальная помощь, выводы суда не опровергают.

При определении размера денежной компенсации морального вреда суд, учитывая конкретные обстоятельства дела, степень, характер нравственных страданий ФИО1, тяжесть полученных травм, требования разумности и справедливости, а также то, что работодатель не освобожден от ответственности по возмещению компенсации морального вреда в результате несчастного случая на производстве, поскольку в соответствии со статьей 22 Трудового кодекса Российской Федерации, обязан обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда, имущественное положение ответчика, учитывая и то, что и работник со своей стороны не проявил необходимую осторожность, взыскивает в пользу истца в счет компенсации морального вреда 150 000 руб.

На основании ч. 1 ст. 88 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

В соответствии со ст. 94 ГПК РФ к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся расходы на оплату услуг представителей.

Согласно ч. 1 ст. 98 ГПК РФ, стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы.

На основании ч. 1 ст. 100 ГПК РФ, стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Согласно квитанции за составление искового заявления адвокатом Опаринского офиса НОКОКА истцом было уплачено 3000 рублей (л. д. 33).

Суд считает, что, не имея юридического образования, истец был вынужден обратиться за помощью к квалифицированному юристу, и признает расходы на представителя необходимыми и разумными, подлежащими возмещению истцу в полном размере.

В соответствии с ч. 1 ст. 103 ГПК РФ государственная пошлина в сумме 300 рублей, от уплаты которой истец был освобожден, подлежит взысканию с ответчика в доход МО «Опаринский муниципальный район Кировской области»

Исходя из вышеизложенного и руководствуясь ст.ст. 194- 198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 к ОАО «Моломский лесохимический завод» удовлетворить частично.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Моломский лесохимический завод» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в сумме 150 000 рублей, судебные расходы в сумме 3 000 рублей, всего 153 000 ( сто пятьдесят три тысячи ) рублей 00 копеек.

В остальной части исковых требований истцу отказать.

Взыскать с ОАО «Моломский лесохимический завод» госпошлину в бюджет муниципального образования «Опаринский муниципальный район Кировской области» в размере 300 (триста) рублей.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Кировский областной суд, в течение одного месяца со дня принятия в окончательной форме, то есть с 17. 07. 2018, с подачей апелляционной жалобы через Мурашинский районный суд Кировской области пгт. Опарино.

Председательствующий Е. В. Гмызина