Апелляционное постановление № 22-3709/2023 от 6 декабря 2023 г. по делу № 1-277/2023

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

7 декабря 2023 года г. Симферополь

Верховный Суд Республики Крым в составе:

председательствующего судьи Даниловой Е.В.,

при секретаре – Меметовой Л.С.,

с участием прокурора – Швайкиной И.В.,

защитника – адвоката Сапожникова О.Е.,

лица, в отношении которого прекращено уголовное дело, – ФИО1,

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционное представление государственного обвинителя – помощника прокурора города Алушты ФИО3 на постановление Алуштинского городского суда Республики Крым от 16 октября 2023 года, которым в отношении

ФИО1 ФИО9, родившегося ДД.ММ.ГГГГ в <адрес> Украинской ССР, гражданина Российской Федерации, не судимого,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 264 УК РФ, прекращено уголовное дело в связи с примирением с потерпевшей, ФИО1 освобожден от уголовной ответственности.

Меру пресечения в отношении ФИО1 в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении постановлено отменить после вступления настоящего постановления в законную силу.

Постановлением разрешен вопрос о судьбе вещественных доказательств.

Заслушав доклад судьи, изложившей содержание постановления, существо апелляционного представления, выслушав выступлением сторон, суд апелляционной инстанции

УСТАНОВИЛ:

постановлением Алуштинского городского суда Республики Крым от 16 октября 2023 года в отношении ФИО1, родившегося ДД.ММ.ГГГГ, не судимого, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 264 УК РФ, прекращено уголовное дело в связи с примирением с потерпевшей, ФИО1 освобожден от уголовной ответственности.

В апелляционном представлении государственный обвинитель - помощник прокурора г. Алушты ФИО3, не оспаривая доказанность вины ФИО1 в совершении инкриминируемого преступления, ставит вопрос об отмене обжалуемого постановления, в связи с тем, что принятое судебное решение противоречит принципам справедливости и гуманизма, закрепленным в ст. ст. 6, 7 УК РФ.

В обоснование своих доводов указывает, что постановление суда не отвечает требованиям ч. 4 ст. 7 УПК РФ.

Отмечает со ссылкой на правовую позицию Конституционного Суда Российской Федерации, содержащейся в определении от 04.06.2007 № 519-0-0, а также разъяснения Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27 июня 2013 года № 19 «О применении судами законодательства, регламентирующего основания и порядок освобождения от уголовной ответственности», изложенные в пунктах 2.1, 9, 10, что, несмотря на наличие возможности освобождения от уголовной ответственности в связи с примирением сторон, суд обязан не просто констатировать наличие или отсутствие указанных в законе оснований для освобождения от уголовной ответственности, а принять справедливое и мотивированное решение с учетом всей совокупности данных, характеризующих, в том числе особенности объекта преступного посягательства, обстоятельства совершения уголовно наказуемого деяния, конкретные действия, предпринятые лицом для заглаживания причиненного преступлением вреда, изменение степени общественной опасности деяния вследствие таких действий.

Указывает, что преступление, в совершении которого обвиняется ФИО1, совершено в сфере безопасности дорожного движения и эксплуатации транспортных средств, чем представляет повышенную общественную опасность, заключающуюся в причинении вреда интересам государства и общества в сфере эксплуатации транспортных средств, являющихся источником повышенной опасности, и основным его объектом выступают общественные отношения в сфере безопасности дорожного движения и эксплуатации транспортных средств, а дополнительным объектом - жизнь и здоровье человека, являющееся охраняемым законом благом, утрата которого необратима и невосполнима.

Судом установлено, что ФИО1 выехал на полосу встречного движения, которая разделена разметкой 1.1. Приложения № 2 ПДД РФ, в нарушение п. 8.1. (абз 1) ПДД РФ совершил маневр обгона и движение по встречной полосе для движения, создавая опасность для движения, а также помехи другим участникам дорожного движения, в нарушение п. 10.1 (абз. 1) ПДД РФ не выбрал скорость, обеспечивающую возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил, не соблюдая п. 11.4, ПДД РФ, совершил обгон на пешеходном переходе, и нарушив п. 1.5. ПДД РФ, не убедившись в безопасности своего маневра, не учитывая дорожные условия и интенсивность движения, создавая опасность для движения, а также нарушив п. 14.1. ПДД РФ, требования 5.19.1-5.19.2 «Пешеходный переход» Приложение № 1 ПДД РФ, совершил наезд на ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ г.р., переходящей проезжую часть улицы по нерегулируемому пешеходному переходу справа на лево по ходу движения вышеуказанного автомобиля. В результате полученных в данном дорожно-транспортном происшествии травм ФИО4 скончалась.

Таким образом, по мнению апеллянта, при удовлетворении ходатайства о прекращении данного уголовного дела судом оставлено без внимания, что основным объектом преступления, совершенного ФИО1, являются общественные отношения в сфере безопасности дорожного движения и эксплуатации транспортных средств, являющихся источником повышенной опасности, а дополнительным объектом преступного посягательства является здоровье и жизнь человека - важнейшее, бесценное охраняемое законом благо, утрата которого необратима и невосполнима, особенно, учитывая малолетний возраст потерпевшей.

Полагает, что суд не учел, что денежная выплата и принесение извинений представителю потерпевшей не может устранить наступившие последствия, а также снизить степень общественной опасности содеянного, которая заключается в грубейшем игнорировании ПДД РФ (выезд на встречную полосу с целью обгона колонны машин, находившихся в заторе, в результате которого совершен наезд на пешехода, двигавшегося по пешеходному переходу, которого пропускали другие участники движения, то есть малолетнего пешехода, соблюдавшего правила дорожного движения, объективно не предвидевшего, в том числе в силу своего возраста, что переходя дорогу в положенном месте опасность может находиться на встречной полосе движения, то есть, вопреки правилам, слева, а не справа).

Апеллянт считает, что отсутствие у представителя потерпевшей к подсудимому претензий, а также ее субъективное мнение о полном заглаживании ей вреда, в данном конкретном случае не могут являться единственным подтверждением снижения степени общественной опасности преступления, которое действительно позволило бы суду освободить ФИО1 от уголовной ответственности.

Обращает внимание, что санкция ч. 3 ст. 264 УК РФ содержит обязательное к назначению дополнительное наказание в виде лишения права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью на срок до трех лет. Кроме того, за допущенные ФИО1 нарушения ПДД РФ при совершении данного преступления, КоАП РФ также предусмотрено наказание в виде лишения права управления транспортными средствами.

Таким образом, по мнению автора представления, принятое судом решение позволило ФИО1 необоснованно избежать ответственности и понести заслуженное, предусмотренное законом наказание в виде лишения права управления транспортными средствами.

При изложенных обстоятельствах, как отмечает апеллянт, судом не дано надлежащей оценки наличию условий, дающих основания для принятия решения в соответствии со ст. 76 УК РФ и ст. 25 УПК РФ о прекращении уголовного дела в связи с примирением с потерпевшей и заглаживанием причиненного потерпевшей вреда, в связи с чем закрепленные в ст. 76 УК РФ условия судом не установлены, и, следовательно, предусмотренных уголовным законом оснований для прекращения уголовного дела не имелось. Допущенные нарушения уголовного и уголовно-процессуального закона являются существенными, повлекшими вынесение необоснованного решения, связанного с освобождением лица от уголовной ответственности, повлиявшими на исход дела.

Просит постановление суда отменить, уголовное дело в отношении ФИО1 по ч. 3 ст. 264 УК РФ направить на новое судебное рассмотрение в тот же суд в ином составе.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционного представления, выслушав мнение сторон, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

Согласно ч. 4 ст. 7 УПК РФ постановление судьи должно быть законным, обоснованным и мотивированным. Таким признается судебный акт, соответствующий требованиям уголовного и уголовно-процессуального законов, содержащий основанные на материалах дела выводы судьи по обстоятельствам, относящимся к предмету разрешаемых вопросов.

В силу положений ст. ст. 389.15, 389.17 УПК РФ основаниями для отмены или изменения судебного решения в апелляционном порядке является, в том числе, несоответствие выводов суда, изложенных в постановлении фактическим обстоятельствам дела, а также существенные нарушения уголовно-процессуального закона, которые повлияли или могли повлиять на вынесение законного и обоснованного судебного решения.

В соответствии с положениями ст. 389.16 УПК РФ постановление признается не соответствующим фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом первой инстанции, если выводы суда не подтверждаются доказательствами, рассмотренными в судебном заседании, если суд не учел обстоятельств, которые могли существенно повлиять на выводы суда.

По данному уголовному делу такие нарушения допущены судом первой инстанции.

Согласно ст. 25 УПК РФ суд вправе на основании заявления потерпевшего прекратить уголовное дело в отношении лица, обвиняемого в совершении преступления небольшой или средней тяжести, в случаях, предусмотренных ст. 76 УК РФ, если это лицо примирилось с потерпевшим и загладило причиненный преступлением вред.

В соответствии со ст. 76 УК РФ лицо, впервые совершившее преступление небольшой или средней тяжести, может быть освобождено от уголовной ответственности, если оно примирилось с потерпевшим и загладило причиненный преступлением вред.

Под заглаживанием вреда для целей ст. 76 УК РФ следует понимать возмещение ущерба, а также иные меры, направленные на восстановление нарушенных в результате преступления прав и законных интересов потерпевшего. Способы заглаживания вреда, а также размер его возмещения определяются потерпевшим.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27 июня 2013 года N 19 "О применении судами законодательства, регламентирующего основания и порядок освобождения от уголовной ответственности", в соответствии со ст. 76 УК РФ освобождение от уголовной ответственности в связи с примирением с потерпевшим возможно при выполнении двух условий: примирения лица, совершившего преступление, с потерпевшим и заглаживания причиненного ему вреда. При разрешении вопроса об освобождении от уголовной ответственности судам следует также учитывать конкретные обстоятельства уголовного дела, включая особенности и число объектов преступного посягательства, их приоритет, наличие свободно выраженного волеизъявления потерпевшего, изменение степени общественной опасности лица, совершившего преступление, после содеянного, данные о его личности, обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание.

Таким образом, суд обязан не просто констатировать наличие или отсутствие указанных в законе оснований для прекращения уголовного дела, а принять справедливое и мотивированное решение с учетом всей совокупности данных, характеризующих в том числе особенности объекта преступного посягательства, обстоятельства его совершения, конкретные действия, предпринятые лицом для возмещения ущерба или иного заглаживания причиненного преступлением вреда, изменение степени общественной опасности деяния вследствие таких действий.

Исходя из материалов уголовного дела, ФИО1 органом предварительного следствия обвинялся в нарушении им, как лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлекшим по неосторожности смерть человека, а именно в том, что 23 июня 2023 года примерно в 18:49, управляя автомобилем "LADA RS045L LADA LARGUS", государственный регистрационный знак К776У82, двигаясь в светлое время суток со скоростью 60 км/час с включенными фарами ближнего света, по сухому асфальтобетонному дорожному покрытию проезжей части вне населенного пункта на 188 км. +200 м. автодороги «Граница с Украиной-Симферополь-Ялта-Алушта» со стороны Ялты в направлении г. Алушта, в районе остановки общественного транспорта «Пушкино», обнаружив затор транспортных средств на полосе движения, по которой он двигался, действуя неосторожно, проявив преступную небрежность, не предвидя возможности наступления общественно опасных последствий своих действий, хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности должен был и мог предвидеть эти последствия, в нарушение п. 9.1.1 Правил дорожного движения РФ, утвержденных Постановлением Совета Министров – Правительства РФ от 231-.1993 №1090, выехал на полосу встречного движения, которая разделена разметкой 1.1., Приложение №2 ПДД РФ, в нарушение п. 8.1. (абз.1) ПДД РФ, совершил маневр обгона и движение по встречной полосе для движения, создавая опасность движения, а также помехи другим участникам дорожного движения, в нарушение п.10.1 (абз.1) ПДД РФ не выбрал скорость, обеспечивающую возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил, не соблюдая п.11.4. ПДД РФ, совершил обгон на пешеходном переходе, и нарушив п.1.5. ПДД РФ, не убедившись в безопасности своего маневра, не учитывая дорожные условия и интенсивность движения, создавая опасность для движения, а также нарушив п.14.1. ПДД РФ, требования 5.19.1-5.19.2 «Пешеходный переход» Приложение №1 ПДД РФ, не уступил дорогу малолетнему пешеходу ФИО4, переходящей проезжую часть улицы по нерегулируемому пешеходному переходу справа налево по ходу движения вышеуказанного автомобиля, и совершил наезд на пешехода ФИО4, в результате чего потерпевшей были причинены повреждения, квалифицированные как повлекшие тяжкий вред здоровью человека и состоят в причинной связи с наступлением смерти.

В ходе судебного заседания потерпевшей ФИО5 заявлено ходатайство о прекращении производства по уголовному делу в отношении ФИО1 в связи с примирением сторон, поскольку последний загладил ей причиненный материальный и моральный вред в полном объеме, претензий к ФИО1 не имеет.

Придя к выводу о возможности прекращения уголовного дела в отношении ФИО1 в связи с примирением с потерпевшей, суд первой инстанции исходил из того, что ФИО1 впервые привлекается к уголовной ответственности, свою вину признал, в содеянном раскаялся, имеет исключительно положительные характеристики, загладил вред, причиненный преступление, примирился с потерпевшей, а также суд учел добровольность заявленного потерпевшей ходатайства о прекращении уголовного дела в связи с примирением сторон.

По буквальному смыслу действующего уголовно-процессуального законодательства решение вопроса о прекращении уголовного дела в связи с примирением сторон зависит от конкретных обстоятельств уголовного дела, исследование и оценка которых является прерогативой судов общей юрисдикции. Рассматривая заявление потерпевшего о прекращении уголовного дела в связи с примирением сторон, суд не просто констатирует наличие или отсутствие указанных в законе оснований для этого, а принимает соответствующее решение с учётом всей совокупности обстоятельств конкретного дела, включая степень общественной опасности совершённого деяния, личность обвиняемого, обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание.

Вместе с тем, судом первой инстанции не учтено, что общественная опасность преступления, предусмотренного ст. 264 УК РФ, заключается в причинении вреда интересам государства и общества в сфере эксплуатации транспортных средств, являющихся источником повышенной опасности, а дополнительный объект преступного посягательства - здоровье и жизнь человека - важнейшее, бесценное, охраняемое законом благо, не переходящая общечеловеческая ценность, утрата которой необратима и невосполнима.

При этом, приняв во внимание принятие мер по уплате денежной компенсации, принесению извинений и восстановлению, таким образом, частных интересов матери погибшей, суд первой инстанции оставил без исследования и оценки вопросы о том, каким образом ФИО1 восстановлены нарушенные в результате преступления отношения в сфере безопасности дорожного движения и эксплуатации транспорта, являющегося источником повышенной опасности.

Судом также не учтено, что положительные сведения о личности ФИО1 и его действия по возмещению материального ущерба и морального вреда потерпевшей объективно не могли снизить и уменьшить общественную опасность содеянного, заключающуюся в наступлении от этого преступления необратимых последствий - смерти человека.

Сама по себе компенсация вреда -не может устранить наступившие последствия, снизить степень общественной опасности содеянного, заключающуюся в гибели человека, либо иным образом свидетельствовать о заглаживании вреда, причиненного как дополнительному, так и основному объектам преступного посягательства.

По этой причине отсутствие лично у потерпевшей ФИО5 претензий к ФИО1, а также ее субъективное мнение о полном заглаживании ей вреда, не могли быть единственным подтверждением такого снижения степени общественной опасности преступления, которое действительно позволило бы суду освободить ФИО1 от уголовной ответственности.

Допущенные судом первой инстанции нарушения являются фундаментальными, и не могут быть устранены без отмены судебного решения и направления дела на новое судебное рассмотрение.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 389.13, 389.15, 389.20, 389.23, 389.26, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

постановление Алуштинского городского суда Республики Крым от 16 октября 2023 года о прекращении уголовного дела в отношении ФИО1 ФИО10 – отменить.

Направить уголовное дело в отношении ФИО1 на новое судебное разбирательство в тот же суд в ином составе.

Апелляционное представление государственного обвинителя удовлетворить.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в порядке, предусмотренном главой 47.1 УПК РФ.

Председательствующий: