Апелляционное определение № 01-0087/2025 01-0499/2024 10-23643/2025 от 3 декабря 2025 г. по делу № 01-0087/2025

Дело № 10-23643/2025 Судья фио


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Москва 4 декабря 2025 года

Судебная коллегия по уголовным делам Московского городского суда в составе:

председательствующего судьи Никишиной Н.В.,

судей Боевой Н.А., Котовой М.Н.,

при помощниках судьи Долгаевой Ц.Г., Коровиной Е.Г.,

с участием:

прокурора апелляционного отдела уголовно-судебного управления прокуратуры города Москвы Богдашкиной А.А.,

адвоката Мелкова А.В., представившего удостоверение № 13141 и ордер ...,

адвоката Потапова А.С., представившего удостоверение № 14840 и ордер ...,

осужденных ФИО1, ФИО2,

рассмотрела в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционным жалобам адвокатов Мелкова А.В., Идрисова Р.Р., Потапова А.С., осужденных ФИО1, ФИО2 на приговор Таганского районного суда города Москвы от 19 мая 2025 года, которым

ФИО1, паспортные данные, гражданин Российской Федерации, зарегистрированный по адресу: адрес, не судимый;

осужден по п. «а» ч. 5 ст. 290 УК РФ к наказанию в виде лишения свободы сроком на 7 лет с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима, с лишением права занимать должности в правоохранительных органах, связанные с осуществлением функций представителя власти на срок 7 лет, со штрафом в размере сорокакратной суммы взятки сумма.

ФИО2, паспортные данные, гражданин Российской Федерации, зарегистрированный по адресу: адрес, не судимый;

осужден по п. «а» ч. 5 ст. 290 УК РФ к наказанию в виде лишения свободы сроком на 9 лет с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима, с лишением права занимать должности в правоохранительных органах, связанные с осуществлением функций представителя власти на срок 7 лет, со штрафом в размере шестидесятикратной суммы взятки сумма.

Мера пресечения ФИО1, ФИО2, каждому, в виде заключения под стражу до вступления приговора в законную силу оставлена без изменения.

Срок отбывания наказания ФИО1, ФИО2 исчислен со дня вступления приговора в законную силу.

В соответствии с п. «а» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ время содержания ФИО1, ФИО2, каждого, под стражей с 30 марта 2022 года до дня вступления приговора в законную силу зачтено в срок лишения свободы из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.

Приговором разрешена судьба арестованного имущества, вещественных доказательств.

Выслушав доклад судьи Боевой Н.А., заслушав адвоката Мелкова А.В., осужденного ФИО1, поддержавших доводы своих апелляционных жалоб, просивших об изменении приговора и переквалификации действий ФИО1, адвоката Потапова А.С., осужденного ФИО2, поддержавших доводы своих апелляционных жалоб, просивших об изменении приговора и переквалификации действий ФИО2, прокурора Богдашкину А.А., возражавшую против доводов апелляционных жалоб, просившую об оставлении приговора без изменения, проверив доводы апелляционных жалоб, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

ФИО1, ФИО2, каждый, признаны виновными в получении должностным лицом лично взятки в виде денег в значительном размере за незаконное бездействие группой лиц по предварительному сговору.

Преступление совершено ими 30 марта 2022 года в г. Москве при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре суда.

Осужденные ФИО2, ФИО1 в судебном заседании суда первой инстанции виновными себя в совершении инкриминируемого им преступления не признали.

В апелляционной жалобе адвокаты Мелков А.В., Идрисов Р.Р. просят приговор суда в отношении ФИО1 изменить, переквалифицировать его действия на ч. 2 ст. 159 УК РФ и назначить наказание, несвязанное с лишением свободы, ссылаясь на то, что выводы суда, изложенные в приговоре, не подтверждены исследованными в судебном заседании доказательствами. Выражают несогласие с квалификацией действий ФИО1 по п. «а» ч. 5 ст. 290 УК РФ, полагают, что его действия должны быть квалифицированы по ч. 2 ст. 159 УК РФ. Установлено, что водитель фио был трезвым, что подтверждается доказательствами по делу. фио вину признал полностью по обстоятельства дела и изобличил ФИО2, дал подробные показания об обстоятельствах произошедшего, которые приводятся адвокатами в жалобе. В действительности привлечь фио к административной ответственности ФИО1 не мог, так как признаков опьянения у фио выявлено не было. Для того, чтобы составить протокол об административном правонарушении, необходимо на стационарном алкотестере в присутствии двух понятых, под видеоригистратор получить чек из стационарного алкотестера. Этого сделать было невозможно, поскольку фио был трезв. Составить протокол об административной ответственности в таком случае ни у одного из сотрудников ДПС реальной возможности не было. Несоставление протокола в отношении трезвого водителя – это законное бездействие. Фактически ФИО1 ввел фио в заблуждение относительно имеющихся у него полномочий, создал для него видимость, что в силу своей должности он может привлечь его к административной ответственности, но не обладал такими служебными полномочиями, так как отсутствовала реальная возможность документально закрепить алкогольное опьянение у трезвого водителя, тем самым совершил мошенничество. В обвинительном заключении указано, что неправомерное бездействие заключается в несоставлении протокола об административном правонарушении, который в отношении фио составлен быть не мог. Также указывают, что суд вышел за пределы предъявленного обвинения, чем ухудшил положение осужденных, указав при квалификации действий, что осужденные не приняли мер к проведению освидетельствования водителя фио на состояние опьянения в соответствии с действующим законодательством и за незаконное бездействие получили денежное вознаграждение. Однако, согласно предъявленному обвинению и обвинительному заключению указывалось о незаконном бездействии, выразившемся в несоставлении протокола об административном правонарушении и непривлечении фио к административной ответственности по ч. 1 ст. 12.8 КоАП РФ. Таким образом, суд изменил объем предъявленного обвинения. Выводы суда в приговоре основаны на предположениях о том, что фио был в нетрезвом состоянии на момент остановки автомобиля под его управлением ФИО1 и его надо было привлечь к ответственности, фактически при данном указании суд вышел за пределы обвинения. Показания ФИО1 и фио о том, что фио был трезвым, не опровергнуты. Кроме того, отсутствует квалифицирующий признак «группой лиц по предварительному сговору». Исходя из установленных обстоятельств ФИО1 начал совершать преступление без предварительного сговора, при этом ФИО2 к автомобилю фио не подходил. Показания свидетеля фио в приговоре приведены неполно. Судом в нарушение прав защиты отказано в осмотре и приобщении несертифицированного алкотестера ФИО1, который обнаружила его супруга в форменном обмундировании после задержания. Также судом необоснованно было отказано защите в исследовании стационарного алкотестера на предмет отсутствия в нем информации о тестировании фио Наличие у ФИО1 несертифицированного, карманного алкотестера судом не опровергнуто, в приговоре говорится об неустановленном алкотестере. ФИО1 готовился к совершению преступления заранее, имея при себе несертифицированный алкотестер, до сговора с ФИО2 ФИО2 присоединился к ФИО1 после того, как фио был протестирован неустановленным алкотестером и стал предлагать фио решить вопрос, ФИО1 подталкивал фио к даче денежных средств, согласился получить их. В связи с чем, данный квалифицирующий признак в действиях осужденных отсутствует. Обращают внимание, что кроме признательных показаний ФИО1, допустимых доказательств его вины нет. Основным доказательством вины являются показания фио, его показания в суде и в ходе предварительного следствия отличаются, его показания о произошедших событиях противоречат видеозаписям. Действия сотрудников полиции совершены в нарушение ФЗ «Об ОРД» и были направлены на склонение фио к даче взятки ФИО1 Отсутствие документов о проведении ОРМ сделало их фактическими соучастниками преступления, а не свидетелями. Допрошенные в суде сотрудники УСБ допустили много несоответствий. Показания данные ими в ходе предварительного следствия полностью аналогичны друг другу. В протоколе осмотра места происшествия от 30 марта 2022 года, в ходе которого был осмотрен служебный автомобиль «Шкода Октавиа», указано, что были изъяты сумма, при этом не конкретизировано откуда именно были изъяты денежные средства. Оперуполномоченными, проводившими осмотр, были нарушены требования ст. 15 ФЗ «Об ОРД», ст. 166 УПК РФ. Из показаний оперативных сотрудников следует, что они произвели задержание осужденных и после этого провели осмотр с участием осужденых, но в отсутствии их адвокатов. Протокол осмотра от 30 марта 2022 года является недопустимым доказательством. На одной из исследованных в суде видеозаписей со двором видны только силуэты, при этом невозможно установить, принадлежат ли эти силуэты человеку. Данное доказательство также является недопустимым. Аудиозапись, сделанная фио на сотовый телефон, является недопустимым доказательством. Невозможно определить, как указанная запись была приобщена к делу. Фактически было проведено ОРМ «оперативный эксперимент», но надлежащем образом неоформленный. Результаты ОРМ могут быть положены в основу приговора только если они получены в соответствии с требованиями закона. Технические средства для производства аудиозаписи фио не выдавались. фио не вправе был участвовать в данном ОРМ. Органам, осуществляющим ОРД, запрещено подстрекать, склонять, побуждать в прямой или косвенной форме к совершению преступления. Запись на флеш-носителе с записью разговора предположительно фио, ФИО1, ФИО2 произведена неуполномоченным лицом с использованием технического средства для негласного получения информации, является недопустимым доказательством. В ходе прослушивания аудиозаписи было плохо слышен разговор, слова разобрать невозможно. Также не было представлено доказательств, что голоса на аудиозаписи принадлежат ФИО1 и ФИО2, фоноскопическая экспертиза не проводилась, также не проводилась техническая экспертиза. Также указывают, что ФИО1 предпринял меры к возмещению вреда фио, которому его родственники перечислили дважды по сумма. Кроме того, ФИО1 активно способствовал следствию и суду. Несмотря на это, ФИО1 назначено несправедливое наказание в виде реального лишения свободы. Судом в недостаточной степени учтены данные о личности ФИО1, его семейное положение, в связи с которыми просят назначить ФИО1 наказание, несвязанное с лишением свободы, и как минимум применить ст. 64 УК РФ. Обращают внимание, что на иждивении ФИО1 находится нетрудоспособная и страдающая тяжелым заболеванием супруга, что у него самого имеются заболевания. Полагают о возможности применения и ч. 6 ст. 15 УК РФ.

В апелляционной жалобе с дополнениями осужденный ФИО1 просит приговор суда изменить, переквалифицировать его действия на ч. 2 ст. 159 УК РФ, назначить ему наказание, несвязанное с лишением свободы, ссылаясь на то, что не согласен с квалификацией его действий по п. «а» ч. 5 ст. 290 УК РФ, назначенное наказание является чрезмерно суровым. По смыслу закона бездействие, входящее в служебные полномочия должностного лица, не может являться незаконным, а совершенное должностным лицом бездействие, вопреки должностным обязанностям бездействие законным. У него отсутствовала реальная возможность составить в отношении фио протокол и в дальнейшем он не мог быть привлечен к административной ответственности по ч. 1 ст. 12.8 КоАП РФ, о чем им с ФИО2 было достоверно известно, поскольку им было имитировано прохождение фио освидетельствования на состояние опьянения, был использован неустановленный алкотестер. Кроме того, фио впоследствии прошел медицинское освидетельствование, в результате которого состояние опьянение у него выявлено не было. Полагает, что его действия должны быть квалифицированы по ч. 2 ст. 159 УК РФ, поскольку он и ФИО2 совершили мошенничество, то есть хищение чужого имущества путем обмана с использованием своего служебного положения. Вывод суда о том, что фио в момент остановки автомобиля был в нетрезвом состоянии, не подтвержден, опровергается актом медосвидетельствования. Сотрудник ДПС не может составить протокол на трезвого водителя. Им не было выявлено ни одного признака опьянения у фио Обращает внимание на показания фио о его трезвом образе жизни и его сомнений относительно действий сотрудников ДПС. Судом необоснованно отклонено ходатайство о приобщении его алкотестера. Выводы суда в обжалуемом приговоре идентичны приговору от 4 мая 2023 года. Описательно-мотивировочная часть приговора содержит противоречия, выводы суда основаны на предположениях.

В апелляционной жалобе адвокат Потапов А.С. просит приговор суда в отношении ФИО2 изменить, переквалифицировать его действия на ч. 3 ст. 30, ч. 3 ст. 159 УК РФ, ссылаясь на то, что судом проигнорированы указания суда апелляционной инстанции, изложенные в определении от 15 августа 2023 года. При этом в апелляционном определении судебной коллегии по уголовным делам Мосгорсуда от 22 января 2024 года не указано о неверной квалификации действий осужденных по ч. 3 ст. 159 УК РФ. Дело рассмотрено неполно и невсесторонне, поскольку, в том числе, судом не проверено могли ли осужденные, пусть и незаконно, реализовать свои полномочия, передав материалы для возбуждения административного производства в отношении фио Квалификация действий ФИО2 и ФИО1 противоречит разъяснениям Верховного Суда РФ, судебной практики и разъяснениям и указаниям вышестоящего суда, которые были даны при отмене ранее вынесенных приговоров. В суде было достоверно установлено, что ФИО1 не мог составить протокол об административном правонарушении в отношении фио в виду отсутствия на то законных оснований, поскольку фио не совершал административное правонарушение. В связи с чем, ФИО1 обманным путем ввел в заблуждение фио относительно своих возможностей и завладел денежными средствами фио, распорядиться которыми не смог, поскольку был задержан сотрудниками правоохранительных органов. Суд дал действиям осужденных неверную юридическую оценку, при этом не принял во внимание, что осужденные не имели законных оснований для привлечения фио к административной ответственности и не могли составить протокол. фио находился в трезвом состоянии, не имел признаков алкогольного опьянения, что подтверждено медицинским заключением, показаниями ФИО1, фио ФИО1 только использовал свои полномочия для обмана фио относительно возможности привлечения его к административной ответственности в целях хищения его денежных средств без намерений и главное реальной такой возможности. При этом ФИО1 заведомо не намеривался привлекать фио к административной ответственности, осознавая отсутствия для этого каких-либо оснований, в связи с чем он совершил мошеннические действия. Полномочия ФИО1 по проведению освидетельствования и принятию решения о направлении материалов для возбуждения административного производства могут быть осуществлены только при строгом соблюдении процедуры привлечения лица к административной ответственности. Из материалов дела следует, что проведение освидетельствование фио было осуществлено с нарушениями, неустановленным алкотестером в отсутствие понятых, протокол составлен не был. Из материалов дела, фактических обстоятельств и доказательств следует, что ФИО1 намерено вводил фио в заблуждение, сообщая ему о наличии у него признаков алкогольного опьянения, которые фактически отсутствовали, о чем было известно ему и фио Освобождение от административной ответственности не может расцениваться как незаконное бездействие, входящее в должностные полномочия ФИО1 Указывает на противоречия выводов суда в приговоре. По смыслу закона бездействие, входящее в служебные полномочия должностного лица, не может быть незаконным, а совершенное должностным лицом вопреки служебным обязанностям бездействие – законным. Кроме того, достоверно не установлен и ничем не подтвержден факт сговора на совершение преступления между осужденными. Из показаний свидетеля ФИО3 следует, что он не давал показаний, которые изложены в протоколе его допроса, права ему при производстве осмотра места происшествия и при его допросе никто не разъяснял. Показания же второго понятого полностью скопированы из протокола допроса данного свидетеля. Протокол осмотра места происшествия и протокол допроса фио подлежали исключению из числа доказательств, поскольку они добыты с существенным нарушением требований закона. Видеозаписи и аудиозаписи не были исследованы в суде, в связи с чем суд незаконно ссылается на них в приговоре. Обращает внимание на признаки монтажа видеозаписей, что свидетельствует об их недопустимости. Кроме того, экспертизы по видеозаписям не проводились. Осужденные не подтвердили обстоятельства из видеозаписи. Из прослушанной аудиозаписи невозможно установить, сколько человек разговаривает, кому какие фразы принадлежат. Соответствующие экспертизы по аудиозаписи не проводились, осужденные протокол прослушивания аудиозаписи не подтвердили. Суд незаконно сослался в приговоре на аудиозапись, представленную фио, поскольку аудиозапись в суде не прослушивалась. Судом не указано, почему одни доказательства были приняты, а другие отвергнуты, чем нарушены принципы равноправия и состязательности сторон.

В апелляционной жалобе с дополнениями осужденный ФИО2 просит приговор суда изменить, квалифицировать его действия по ч. 3 ст. 159 УК РФ, то есть мошенничество, группой лиц без предварительного сговора, с использованием своего служебного положения, ссылаясь на то, что инкриминируемого ему преступления он не совершал. Выводы суда об обратном не соответствуют исследованным в ходе судебного следствия доказательствам, фактическим обстоятельствам дела. Приговор суда скопирован с обвинительного заключения. Фактически ФИО1 сообщил трезвому водителю фио несоответствующие действительности сведения, тем самым вводя фио в заблуждение. Он же в это время находился в служебном автомобиле, между тем ему вменяется, что он в это время не составил протокол об административном правонарушении. Действия ФИО1 по отношению к фио не являются основанием для составления протокола об административном правонарушении по ч. 1 ст. 12.8 КоАП РФ. Доказательств обратного, не представлено. Составление такого протокола в отношении трезвого водителя не входило в его должностные обязанности. Сотрудник ДПС не имеет права составлять протокол об административном правонарушении в отношении лица, которое не совершило таковое. Между тем, в обвинительном заключении и в приговоре описаны действия, которые подпадают под состав преступления – мошенничество. фио показал, что был трезв в момент остановки его автомобиля ФИО1, он понимал, что оснований для составления в отношении него протокола об административном правонарушении по ч. 1 ст. 12.8 КоАП РФ не имелось, что освидетельствование на состояние алкогольного опьянения он не проходил. Также обращает внимание на показания ФИО1, подробно приводя их содержание. Указывает на медицинское освидетельствование фио, которым не установлено состояние опьянение и каких-либо признаков опьянения, что свидетельствует отсутствия факта незаконного бездействия. По результатам химико-токсилогического исследования у фио веществ, вызывающих опьянения не обнаружено. То есть, в действиях фиоЕ отсутствовал состав административного правонарушение и само событие, несостовление в таком случае протокола об административном правонарушении не образует незаконного бездействия должностного лица. Вывод суда относительно состояния опьянения фио является необоснованным, основан на предположениях и скопированным из приговора судьи фио В ходе судебного следствия достоверно установлено, что в момент остановки автомобиля фио был трезв. Приговор фактически является копией приговора судьи фио от 4 мая 2023 года, который был отменен. Также выражает несогласие с выводом суда о том, что состав преступления по ст. 290 УК РФ не зависит от фактического возбуждения уголовного дела либо составления соответствующих процессуальных документов, о том, что действия по остановке транспортных средств, проверке документов и предложению пройти медосвидетельствование на состояние опьянение в ходят в полномочия сотрудников ДПС и формально создают ситуацию, при которой гражданин объективно воспринимает угрозу административной ответственности. Обращает внимание на выводы судебной коллегии по уголовным делам Мосгорсуда от 15 августа 2023 года. Выражает несогласие с квалифицирующим признаком «группа лиц по предварительному сговору», поскольку такого сговора между ним и фиоЕ не было. В приговоре не указано, где, когда и в каком месте они договорились о совершении преступления. Также судом не установлено, какие преступные действия он совершил. Сотрудниками УСБ ОРМ не проводилось, оперативный эксперимент не проводился, карточки 112 нет, заявления фио сотрудники УСБ не видели, передавал ли фио денежные средства не знают. Судом в приговоре не указано, на каком основании он имел право или был обязан составить протокол об административном правонарушении в отношении фио Приговор от 22 января 2024 года, которым он был осужден по ч. 3 ст. 159 УК РФ был отменен по формальным основаниям. При новом рассмотрении дела после отмены приговора, в связи с нарушением права обвиняемого на защиту и по иным основаниям, не связанным с необходимостью ухудшения положения обвиняемого, не допускается применение закона о более тяжком преступлении. Стороной обвинения были представлены в качестве доказательств показания трех заинтересованных лиц – фиоЕ и сотрудников УСБ, показания сотрудников являются противоречивыми и заведомо ложными, но даже и из данных показаний следует, что он не виновен в инкриминируемом преступлении, в их показаниях не содержится информации о совершении им вообще какого-либо преступления. В суде был допрошен понятой фио, который не подтвердил показания в ходе предварительного следствия, указывая, что показания за него были написаны следователем. Обращает внимание на показания свидетелей фио, фио, фио Также указывает на противоречивость выводов суда в приговоре. Указывая, в том числе, на вывод, что у них с ФИО1 был умысел на совершение мошенничества, то есть хищение денежных средств фио путем обмана группой лиц по предварительному сговору, с использованием своих служебных полномочий. В приговоре суд ссылается на неисследованные в суде доказательства, полученные неустановленным лицом, неустановленным способом, в неустановленное время, на сфальсифицированные доказательства. Это 2 юсб-накопителя и сд-диск. Также суд незаконно сослался в приговоре на протокол осмотра предметов в т. 1 на л.д. 148-160. Целостность видеозаписи была нарушена. Протокол осмотра места происшествия оформлен с нарушением закона, обращает при этом на показания свидетелей фио, фио Они с ФИО1 были задержаны в 10 часов 10 минут 30 марта 2022 года, после чего в отсутствии повода и основания в 10 часов 23 минуты был произведен осмотр места происшествия. Сообщение о преступлении поступило в ЦСБ г. Москвы в 12 часов, заявление фио было зарегистрировано фио, который допрошен не был. фио показывал, что в ЦСБ г. Москвы он не ездил, общался с сотрудником по телефону, который сказал ему снять денежные средства и подложить в служебный автомобиль. Осмотр места происшествия проведен в отсутствии сообщения о преступлении, которым является заявление фио, является недопустимым доказательством. Приговор скопирован с обвинительного заключения. Обращает внимание на показания фио, фио, фио по поводу денежных средств. Осматривался служебный автомобиль, осмотр местности не производился. Сведения в протоколе осмотра места происшествия не соответствуют действительности. В приговоре суд ссылается на показания свидетелей, которые не могут сообщить достоверные сведения по фактическим обстоятельствам дела. Протоколы задержания их с ФИО1 были составлены только 31 марта 2022 года. Сотрудники фио, фио, которые проводили задержания, несмотря на неоднократные ходатайства, допрошены не были. Обращает внимание на допущенные нарушения при возбуждении уголовного дела. В деле отсутствует сообщение, которое послужило поводом для возбуждения уголовного дела. Судом не указано, что послужило поводом и основанием для возбуждения уголовного дела. Проверка сообщения о преступлении фио должна была проводиться с 12 часов 30 марта 2022 года, после его регистрации. В момент задержания 30 марта 2022 года ему не было разъяснено право на адвоката. Допрос и другие следственные действия умышленно были проведены в ночное время без какой-либо необходимости. Он находился без сна, не мог адекватно воспринимать окружающее, отвечать на вопросы. Пригласить самостоятельно адвоката он смог только через 2 дня после задержания. До этого адвокат выступал на стороне следствия, он оказывал на него психологическое давление, склоняя к даче ложных показаний. Он не давал согласие на его допрос в качестве подозреваемого с участием адвоката, которого пригласил следователь. От подписи в протоколе он отказался. Фактически его допрос в качестве обвиняемого не проводился, его содержание является копией протокола допроса в качестве подозреваемого. Данные показания он не подтверждает. Из заявления фио в т. 1 на л.д. 23 следует, что он не передавал никому денежных средств. После его обращения с фиоЕ не были проведены ОРМ, которые вообще по данному делу не проводились. В постановлении о возбуждении уголовного дела и в постановлении о привлечении в качестве обвиняемого в т. 2 на л.д. 139-141 не указано сведений, какое именно бездействие мне вменяется. О предъявленном обвинении фактически он узнал в день ознакомления с материалами дела 25 мая 2022 года.

Проверив материалы уголовного дела, доводы апелляционных жалоб, выслушав участников процесса, судебная коллегия приходит к следующему.

Вывод суда первой инстанции о доказанности вины ФИО1, ФИО2 в совершении преступления соответствует фактическим обстоятельствам дела, установленным судом, подтверждается совокупностью исследованных в судебном заседании доказательств, приведенных в приговоре:

показаниями свидетеля фио, из которых следует, что 30.03.2022 года на автомобиле «Порше Кайен», г.р.з. Р885РР77, он отвозил своего ребенка в школу, когда по адресу: адрес, напротив д. 12, его автомобиль был остановлен сотрудником ДПС ФИО1, сразу после того как он передал документы ФИО1, тот протянул ему пластиковый прибор и попросил дунуть в него для определения, не находится ли он в данный момент в состоянии алкогольного опьянения. Он никаких спиртных напитков не употреблял, наркотические вещества вообще не употребляет, в связи с чем у него не было опасений, что представленный прибор сотрудником ДПС, может показать какие-то данные о его опьянении. Он дунул в представленный прибор, находившимся в руках ФИО1, после чего ФИО1 сообщил ему, что прибор показывает у него имеется состояние алкогольного опьянения и попросил его выйти из автомобиля и еще раз дунуть в данный прибор. Он вышел из своего автомобиля, находясь на улице, он еще раз дунул в представленный ФИО1 неизвестный прибор, после чего, тот еще раз подтвердил, что согласно прибора, он находится в состоянии алкогольного опьянения. Далее ФИО1 сообщил, что будут приглашены понятые для фиксации данного факта. Он сообщил, что такого не может быть, он спиртных напитков не употреблял. В ответ ФИО1 сказал, что он будет лишен водительского удостоверения и, если он этого не хочет, то ему нужно как-то решать с ними данный вопрос. Они вместе с ФИО1 подошли ко второму сотруднику ДПС ФИО2, после чего оба сотрудника ДПС переговорили между собой. После чего он переспросил у ФИО2, как решать. На что ФИО2 несколько раз сказал, чтобы он думал, предлагал. Он еще раз сообщил, что он трезвый и денег у него нет, на что ФИО2 сказал ему, что тогда лишение прав и демонстративно достал какие-то бланки протоколов. Он переспросил, сколько они хотят, на что ФИО2 ответил: «Предлагайте, сколько у Вас есть». Он сказал, что может снять с карточки только сумма. ФИО2 ответил, что это очень мало, таких расценок нет даже в адрес, что лишение водительского удостоверения на полтора года стоит дороже и отправил его в служебный автомобиль. После чего он сел на переднее пассажирское сиденье в служебный автомобиль ДПС, в который сел и ФИО1 и также сказал, что сейчас его лишат водительского удостоверения и что ждет его предложений. На что он ответил, что сообщил его коллеге в звании старшего лейтенанта полиции сумму, которую может снять с банковской карточки. На что ФИО1 также сказал, что сумма это мало, надо больше. Он сказал, что может попробовать найти еще сумма, на что ФИО1 сказал, что нужно минимум сумма, но ему нужно поговорить с ФИО2 Тогда он подошел к ФИО2 и переговорил с ним, они поторговались, ФИО2 подтвердил их стоимость сумма, при этом ФИО1 все слушал и также участвовал в разговоре. Затем он сообщил, что ему необходимо завезти находящегося в автомобиле несовершеннолетнего сына в школу, потом снять денежные средства в банкомате и только потом сможет привезти требуемые денежные средства. Сотрудники ДПС оставили у себя его водительское удостоверение и паспорт транспортного средства пока он не привезет им требуемые сумма Он отвез ребенка в школу и позвонил в дежурную часть УСБ ГУ МВД России по г. Москве и сообщил, что у него сотрудники ДПС требуют денежные средства за непривлечение его к административной ответственности. Через некоторое время ему перезвонил сотрудник УСБ, который уточнил его местонахождение, сообщив, что сотрудники УСБ выехали к нему, проинструктировал его, что ему необходимо зафиксировать номера денежных купюр, все последующие разговоры записывать на диктофон. Находясь в фитнес клубе в банкомате банка «МКБ» он снял сумма Находясь рядом с банкоматом, выданные денежные средства он разложил на столике и зафиксировал посредством фотосъемки номера денежных купюр. После этого приехали сотрудники УСБ, до их приезда он успел написать заявление о привлечении к уголовной ответственности неизвестных ему сотрудников ДПС за требование сумма, которое сотрудник УСБ по прибытии принял на месте. Прибывшие сотрудники УСБ провели с ним устный инструктаж и они поехали к месту его остановки сотрудниками ДПС Прибыв на место, он заранее включил диктофон на своем мобильном телефоне, ФИО2 ему сказал, чтобы он присаживался на заднее сиденье служебного автомобиля, что он и сделал, в автомобиле находился ФИО1, который попросил положить денежные средства на заднее сиденье автомобиля, что он и сделал. ФИО1 передал ему водительское удостоверение и паспорт транспортного средства. После чего данных сотрудников ДПС задержали сотрудники УСБ;

показаниями свидетеля фио, являющегося заместителем командира перовой роты ДПС 1 Батальона Полка ДПС ГИБДД УВД по адрес ГУ МВД России по городу Москве, из которых следует, что 30.03.2022 года он исполнял обязанности ответственного от руководства. В этот день сотрудникам ДПС нагрудные видеорегистраторы не выдавались. Дома 12, 16 по адрес поле в г. Москве не относятся к территории обслуживания 1 батальона ДПС Полка ДПС ГИБДД УВД по адрес. Служебное задание на 30.03.2022 года для ФИО1 и ФИО2 составлял он, в данном задании им внесены места несения службы адрес, адрес поле» адрес, время несения службы «07:00», «11:00», «11-30», «15-00», ФИО сотрудников «ФИО1», «ФИО2», позывной «7386», сведения об автомобиле «Шкода Окт О7386 99». В связи с чем, видеорегистратор автомобиля Шкода «Октавиа» г.р.з. О 7386 99 30.03.2022 года находился без флэш-карты, ему неизвестно. Автомобиль выходил на дежурство с флэш-картой. В связи с чем, ФИО1 и ФИО2 находились на территории, не относящейся к территории обслуживания 1 батальона ДПС Полка ДПС ГИБДД УВД по адрес, ему неизвестно. В связи с чем видеорегистратор служебного автомобиля Шкода «Октавиа» г.р.з. О 7386 99 находится в нерабочем состоянии, он не знает. В связи с чем, экипаж ФИО1 и ФИО2 на постоянной основе выезжал с неработоспособным видеорегистратором, ему неизвестно. Система ГЛОНАС на указанном автомобиле работала исправно. При остановке водителя и его проверке на предмет употребления алкоголя, если имеются признаки алкогольного опьянения, то водителя проверяют сертифицированным прибором, который стоит на балансе. Из прибора выдается чек, прокрутить который нельзя;

показаниями свидетеля фио, являющегося командиром перовой роты ДПС 1 Батальона Полка ДПС ГИБДД УВД по адрес ГУ МВД России по г. Москве, из которых следует, что 30.03.2022 года он прибыл на адрес поле, где забрал табельное оружие ФИО1 и ФИО2 и спецсредства – наручники. После этого он принимал участие в осмотре служебного автомобиля Шкода «Октавиа» г.р.з. О 7386 99, также проводился осмотр местности вблизи служебного автомобиля, в ходе которого за бордюром были обнаружены и изъяты денежные средства. В последующем вечером сотрудники ОСБ адрес в его присутствии изъяли находящийся в служебном автомобиле Шкода «Октавиа» г.р.з. О 7386 99 видеорегистратор, который был без карты памяти, и алкотестер, который, согласно журналу, был получен ФИО1 и ФИО2 О том, кто и когда изъял указанную карту памяти, пояснить не может. Со слов дежурных ему известно, что служебный автомобиль с того момента как его пригнал фио и до прихода сотрудников ОСБ адрес с поручением следователя никто автомобиль не открывал;

показаниями свидетеля фио, из которых следует, что, на 30.03.2022 года он являлся заместителя командира батальона ДПС 1 батальона ДПС полка ДПС ГИБДД УВД по адрес. Согласно журналу выдачи и возврата спецсредств 30.03.2022 года ФИО1 и ФИО2 получили флеш-карту для видеорегистратора, однако 30.03.2022 в конце смены указанной флеш-карты в видеорегистраторе не оказалась. Кто мог изъять указанную флеш-карту из видеорегистратора, ему неизвестно;

показаниями свидетеля фио, из которых следует, что 30.03.2022 года он находился на рабочем месте в здании УСБ ГУ МВД России по г. Москве, когда от дежурного дежурной части поступило сообщение о том, что от заявителя фио сотрудники ГИБДД требуют взятку в размере сумма за непривлечение к административной ответственности, также к заявлению были приложены фотографии 8 купюр достоинством по сумма каждая, которые фио снял в банкомате и собирается передать сотрудникам полиции, после чего, он совместно с оперуполномоченными фио, фио и фио выдвинулись на место, которое было указано заявителем, прибыв по адресу: адрес, увидели в парковочном кармане патрульный автомобиль Шкода «Октавиа» 1 БП ДПС УВД ГИБДД по адрес ГУ МВД России по г. Москве, г.р.з. О 7386 99 и стали наблюдать за действиями сотрудников ДПС. Примерно через несколько минут к данному патрульному автомобилю, подъехал автомобиль Порше «Кайен» Р 885 РР 77, откуда вышел фио В это время внутри патрульного автомобиля находился ФИО1, а около патрульного автомобиля с жезлом в руках стоял ФИО2 ФИО4 подошел к передней пассажирской двери патрульного автомобиля и сел в автомобиль, где находился около 2-3 минут, после чего вышел, подошел к своему автомобилю и уехал. После этого на служебном автомобиле они подъехали к патрульному автомобилю и задержали ФИО1 и ФИО2 Во время осмотра патрульного автомобиля ФИО1 стало плохо, тот присел и отвел левую руку в сторону каменного ограждения, сказал, что ему необходимо выпить валидол, но с собой у того его нет, тогда он ушел в аптеку, где купил валидол и бутылку воды. Когда он вернулся, коллеги заканчивали осматривать патрульный автомобиль, однако денежные средства, которые передал сотрудникам 1 БП ДПС УВД ГИБДД по адрес ГУ МВД России по г. Москве фио не нашли, тогда он вспомнил, что ФИО1 несвойственно для сердечного приступа присел и отвел руку в сторону каменного ограждения, и решил посмотреть, что там, подойдя к месту, где ФИО1 присаживался и отводил руку назад, он увидел за каменным ограждением в углу скомканные денежные средства, купюрами по сумма, которые были изъяты, номера денежных купюр с фотографии фио совпали с номерами купюр, изъятых в углу каменного ограждения;

показаниями свидетелей фио, фио, принимавшими участие в качестве понятых при производстве осмотра места происшествия с участием ФИО1 и ФИО2, из которых следует, что в ходе осмотра служебного автомобиля каких-либо денежных средств обнаружено не было, в ходе осмотра участка местности за каменным ограждением, вблизи места, где на него присаживался ФИО1, были обнаружены 26 купюр номинал по сумма каждая. Свидетель фио также показал, что в ходе осмотра было установлено, что видеорегистратор в автомобиле не работает, а планшетный компьютер, находившийся в автомобиле, функционировал не в полном объеме, так как у того отсутствовало Интернет-соединение

выписками из приказа № 2331 л/с от 28 июля 2021 года, согласно которым ФИО1, ФИО2 назначены на должность старшего инспектора (ДПС) 2 взвода ДПС 2 роты ДПС 1 батальона ДПС полка ДПС ГИБДД УВД по адрес ГУ МВД России по г. Москве;

постовой ведомостью расстановки нарядов дорожно-патрульной службы на 30 марта 2022 года, согласно которой во вторую смену дежурили ФИО1 и ФИО2;

должностными регламентами старшего инспектора (ДПС) 2 взвода ДПС 2 роты ДПС 1 батальона ДПС полка ДПС ГИБДД УВД по адрес ГУ МВД России по г. Москве старшего лейтенанта полиции ФИО2 и старшего инспектора (ДПС) 1 взвода ДПС 2 роты ДПС 1 батальона ДПС полка ДПС ГИБДД УВД по адрес ГУ МВД России по г. Москве капитана полиции ФИО1;

протоколом осмотра места происшествия от 30 марта 2022 года, согласно которому произведен осмотр автомобиля Шкода Октавиа г.р.з. О7386 99 ДПС ГИБДД УВД по адрес ГУ МВД России по г. Москве, в ходе которого были изъяты 8 купюр номиналом по сумма каждая, имеющие номерные обозначения ег9622625, ЕЕ9747531, ОБ0467621, вч4630172, НБ6541907, ВЕ4065554, ЕН5538874, бь9484597, а также 18 купюр номиналом по сумма каждая, имеющие номерные обозначения ХМ0555078, ХМ0555008, ХМ0555007, гя2981068, ез4471352, ХМ0555010, МБ1405074, ХМ0555012, ХМ0555011, ХМ0555009, АА9800187, ТН0703789, ИМ4327665, ЕЯ9286215, гм8533614, ЛМ6255837, АП4728629, ХМ0555013, а также мобильные телефоны Айфон, Самсунг;

протоколом осмотра предметов от 30 марта 2022 года, согласно которому осмотрены: компакт диск CD-R, на котором содержится аудиозапись «Стандартная запись 2.mp3», на которой зафиксирован разговор фио с сотрудниками ДПС ФИО2 и ФИО1, а также USB-флэш накопитель в корпусе черного цвета Transcend 4Gb, содержащий видеозаписи камеры видеонаблюдения, установленной на Французском институте в г. Москве при посольстве Франции в РФ по адресу: г. Москва, Воронцово поле, д. 16, стр. 1, на которых запечатлены разговоры фио с сотрудниками ДПС ФИО2 и ФИО1 30.03.2022 года, связанные с передачей фио денежных средств, а также USB-флэш накопитель в корпусе черного цвета Transcend 4Gb, содержащий видеозаписи камеры видеонаблюдения ИП ФИО5, установленной по адресу: г. Москва, Воронцово поле, д. 12, стр. 3, на которой запечатлены сотрудники ДПС ФИО1 и ФИО2, а также запечатлен момент как сотрудник ДПС совершает скрытое движение рукой в сторону угла каменного ограждения;

протоколом осмотра предметов от 31 марта 2022 года, согласно которому осмотрены, в том числе, 8 купюр номиналом по сумма каждая: ег9622625, ЕЕ9747531, ОБ0467621, вч4630172, НБ6541907, ВЕ4065554, ЕН5538874, бь9484597, в общей сумме сумма, признанные впоследствии вещественными доказательствами;

протоколом осмотра предметов от 1 апреля 2022 года, согласно которому осмотрены, в том числе, алкотектор Pro-100 touch-K в корпусе черного цвета, имеющий номер SN:901078, снабженный зарядным устройством с номером №1111-0000051, в памяти которого содержатся записи об обследованиях, проведенных от лица ФИО2 и ФИО1, записи за 30.03.2022 года отсутствуют; видеорегистратор ... модель VSDR-2360 с номером S/N VRR110900773 с надписью на корпусе «7386», карта памяти отсутствует; автомобиль Шкода «Октавиа» г.р.з. О7386 99 серебристого цвета с цветографической схемой и спецсигналами; служебные документы 1 батальона ДПС полка ДПС ГИБДД УВД по адрес, полученные в ходе выемки 31.03.2022 года: книга выдачи и приема вооружения и боеприпасов № 215 т.2 от 8.02.2022 года; книга выдачи и приема вооружения и боеприпасов № 215 т.3 от 5.03.2022 года; журнал контроля расстановки нарядов № 212 от 1.01.2022 года; журнал выхода и возвращения автотранспорта № 207 от 13.12.2021 года; постовая ведомость расстановки нарядов дорожно-патрульной службы № 213 т.2 от 31.01.2022 года; постовая ведомость расстановки нарядов дорожно-патрульной службы № 213 т.3 от 3.03.2022 года; папка скоросшивателя с надписью «Видеорегистратор проверка ответственных руководителей 19»; копия приказа по личному составу № 3975 от 16.12.2021 года; журнал учета дел об административных правонарушениях 1 батальон ДПС полка ДПС от 18.02.2022 года № 220 2; журнал учета дел об административных правонарушениях № 220 т. 1 от 27.01.2022 года; реестр учета поступления и расходования специальной продукции № 54 от 12.04.2018 года; журнал учета дел об административных правонарушениях № 217 (нс) от 1.01.2022 года; служебные задания на ФИО1 и ФИО2; выписка из базы Фис ГИБДД-М составленных административных протоколов ФИО1 и ФИО2 с01.01.2022 по 30.03.2022 г.г.; копии протоколов об административных правонарушениях граждан, составленных ФИО1 и ФИО2; выписки из дислокации постов и маршрутов патрулирования от 15.03.2022 года; схема передвижения автомобиля № О7386 99; график работы личного состава на февраль 2022 от 25.01.2022 года; график работы личного состава на март 2022 от 25.02.2022 года; график предоставления очередных отпусков на 2022 год по личному составу; рапорта о проверке устройств регистрации аудио и видео информации «Патруль».

Вина осужденных подтверждается и иными доказательствами, изложенными в приговоре суда.

Уголовное дело расследовано органом предварительного следствия и рассмотрено судом первой инстанции с соблюдением требований уголовно-процессуального законодательства РФ, нарушений требований уголовно-процессуального законодательства, в том числе при его возбуждении, составлении обвинительного заключения, влекущих возвращение уголовного дела прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ или отмену приговора, в отношении ФИО1, ФИО2 не имеется.

Обвинительное заключение по настоящему уголовному делу составлено в соответствии с требованиями закона, ст. 220 УПК РФ, содержит все обстоятельства, предусмотренные ст. 73 УПК РФ и не препятствовало постановлению судом итогового судебного решения.

Несмотря на доводы стороны защиты, настоящее уголовное дело возбуждено уполномоченным на то должностным лицом с соблюдением требований ст.ст. 151, 152 УПК РФ на основании материала проверки, зарегистрированного в КУСП за № 79пр-22 от 30 марта 2022 года, в котором имеется рапорт оперуполномоченного по ОВД УСБ ГУ МВД России по г. Москве фио, в котором указано, что 30 марта 2022 года в 9 часов 25 минут на телефон доверия УСБ ГУ МВД России по г. Москве поступил звонок от фио, который сообщил, что сотрудники ДПС вымогают у него сумма за непривлечение к административной ответственности.

То есть, в данном случае требования ст. 140 УПК РФ органом следствия соблюдены.

Суд первой инстанции в соответствии с требованиями закона изложил в приговоре доказательства, на основании которых пришел к обоснованному выводу о том, что вина ФИО1, ФИО2 в совершении преступления полностью нашла свое подтверждение, приведенные в приговоре доказательства, несмотря на доводы стороны защиты, получены с соблюдением требований уголовно-процессуального законодательства.

Выводы суда, изложенные в приговоре, не содержат противоречий, которые повлияли или могли повлиять на решение вопроса о виновности осужденных.

Все представленные сторонами доказательства исследованы в судебном заседании, суд привел в приговоре необходимое содержание доказательств и дал им оценку в соответствии с требованиями ст. ст. 87, 88 УПК РФ с точки зрения относимости, допустимости, достоверности, а в совокупности - достаточности для разрешения уголовного дела, суд привел мотивы, по которым принял одни доказательства и отверг другие, такие как показания осужденных.

Каких-либо нарушений при сборе доказательств, а равно сведений, ставящих под сомнение допустимость исследованных доказательств, не установлено, учитывая, что они получены и исследованы в судебном заседании в полном соответствии с требованиями УПК РФ.

Доводы осужденного ФИО2 о том, что не было оснований для производства осмотра места происшествия в т. 1 на л.д. 25-29, поскольку отсутствовало сообщение о преступлении, являются несостоятельными. Регистрация в последующем заявления фио в письменном виде в УСБ ГУ МВД России по г. Москве не влияет на законность производства данного осмотра места происшествия с учетом требований закона о том, что при проверке сообщения о преступлении такое следственное действие может проводиться до возбуждения уголовного дела в соответствии с ч. 2 ст. 176 УПК РФ.

Доводы о том, что проверка сообщения о преступлении должна была проводится только с 12 часов 30 марта 2022 года, после регистрации заявления фио, являются явно несостоятельными.

Протокол осмотра места происшествия от 30 марта 2022 года составлен в соответствии с требованиями ст.ст. 164, 176, 177, 170 УПК РФ в присутствии понятых, с участием ФИО1, ФИО2, правильность изложенных в нем сведений заверена, в том числе понятыми фио, фио Утверждение о том, что сведения в протоколе не соответствуют действительными, является неубедительным. Согласно протоколу осматривался служебный автомобиль «Шкода Октавия», а также прилегающая территория, где возле бордюра были обнаружены денежные купюры каждая номиналом по сумма в количестве 26 штук. Довод защиты о том, что в протоколе не конкретизировано место изъятия денежных средств, имеющих значение для установления обстоятельств по делу, является несостоятельным, поскольку место изъятия предмета взятка в протоколе указано.

Доводы стороны защиты о нарушении права на защиту при проведении осмотра места происшествия, являются несостоятельными. Исходя из правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в определениях от 23 июля 2020 года № 1856-О, от 18 июля 2017 года № 11451-О, от 26 апреля 2016 года № 920-О, от 21 мая 2015 года № 1176-О, требование о незамедлительном обеспечении права на помощь адвоката не может быть распространено на случаи проведения следственных действий, которые не связаны с дачей лицом показаний, подготавливаются и проводятся без предварительного уведомления лица об их проведении. Обеспечение безусловного участия адвоката при проведении осмотров места происшествия, являющихся действиями, не терпящими отлагательства и осуществляемыми без подготовки и уведомления лица, проводимых до возбуждения уголовного дела, не требуется. Факты проведения данных процессуальных действий и составления протоколов объективно подтверждаются материалами дела, при этом, отсутствие адвоката при производстве личного досмотра, проводимого в ходе административного задержания, и осмотров места происшествия не ставит под сомнение их результаты.

Судебная коллегия отмечает, что на момент производства осмотров места происшествия осужденные не были задержаны в порядке ст. ст. 91, 92 УПК РФ, процессуального статуса подозреваемых не имели, вследствие чего участие адвокатов в данном случае не требовалось, сами осужденные не ходатайствовали об обеспечении их защитниками на данном этапе, что следует из материалов уголовного дела.

Оснований для признания данного протокола осмотра места происшествия недопустимым доказательствам судебной коллегией не установлено.

При этом судебная коллегия отмечает, что в тех случаях, когда при производстве следственных и процессуальных действий с участием осужденных участие адвокатов являлось обязательным, участие адвокатов в отношении каждого осужденного было обеспечено.

Первоначально интересы ФИО2 в ходе предварительного следствия осуществлял адвокат по назначению фио на основании ордера выданного по заявке АИС 355570, от услуг которого ФИО2 31 марта 2022 года отказался, поскольку у него заключено соглашение с адвокатом Мухиным П.Е.

Доводы осужденного ФИО2 о том, что адвокат фио оказывал на него психологическое давление, склоняя его к даче ложных показаний, что он не давал согласие на участие данного адвоката в качестве его защитника, объективно ничем не подтверждены.

При этом с участием адвоката фио были проведены допрос ФИО2 в качестве подозреваемого, обвиняемого от 31 марта 2022 года и очная ставка с фио, данные показания ФИО2 не приведены судом в приговоре в качестве доказательств вины осужденного.

Против проведения данных следственных действий в ночное время ФИО2 не возражал, что следует из его заявления в т. 2 на л.д. 112.

Задержание ФИО2 в порядке ст.ст. 91, 92 УПК РФ произведено в присутствии адвоката фио, при этом осужденному были разъяснены права, предусмотренные ст. 46 УПК РФ, в том числе и право на пользование помощью адвоката. Ставить под сомнение разъяснение осужденному необходимых прав оснований не имеется, протокол задержания подписан адвокатом, отказ же от подписи осужденного в протоколе не свидетельствует о недостоверности указанных в протоколе сведений. Кроме того, право на адвоката осужденному было разъяснено и при производстве его допроса в качестве подозреваемого, проведенного до его задержания.

Доводы о том, что фактически его допрос в качестве обвиняемого не проводился, являются несостоятельными, опровергаются материалами дела, при том, что в протоколе допроса никаких замечаний и по этому поводу не зафиксировано.

Утверждение ФИО2 о том, что о предъявленном ему обвинении 31 марта 2022 года он узнал только при ознакомлении с материалами дела, противоречит постановлению о привлечении в качестве обвиняемого от данной даты, согласно которому постановление ему было объявлено, текст прочитан лично им, копия постановления осужденным получена, о чем свидетельствуют подписи не только адвоката, но и самого осужденного.

Законность производства обысков в жилищах осужденных была проверена судом в порядке ст. 165 УПК РФ.

Данных, свидетельствующих об искусственном создании сотрудниками правоохранительных органов доказательств обвинения, не установлено.

Судом первой инстанции правильно указано, что в дежурную часть УСБ ГУ МВД России по г. Москве поступило сообщение фио о преступлении по телефону, с целью проверки указанной информации в порядке ст. 144 УПК РФ сотрудники УСБ ГУ МВД России по г. Москве 30 марта 2022 года прибыли по указанному заявителем адресу, где ими были задержаны сотрудники 1 батальона ДПС полка ДПС ГИБДД УВД по адрес ГУ МВД России по г. Москве ФИО1 и ФИО2, проведен осмотр места происшествия, получены записи с камер видеонаблюдения, объяснения от ряда лиц, а также аудиозапись разговоров. Впоследствии материалы проверки по заявлению фио в соответствии с п. 3 ч. 1 ст. 145 УПК РФ были переданы в СО по Таганскому адрес по адрес ГСУ СК Росси по г. Москве для принятия решения в соответствии с действующим законодательством.

В связи с чем, нарушений ФЗ «Об ОРД» сотрудниками УСБ ГУ МВД России по г. Москве допущено не было, поскольку ОРМ ими в отношении осужденных не проводились, ими проводились проверочные действия в порядке ст.ст. 144-145 УПК РФ по сообщению о преступлении, при этом нарушений уголовно-процессуального закона при их производстве допущено не было.

В действиях сотрудников УСБ ГУ МВД России по г. Москве провокации и иных нарушений требований уголовно-процессуального закона не имеется, умысел у осужденных на совершение действий, связанных с получением взятки от фио, сформировался независимо от действий сотрудников УСБ ГУ МВД России по г. Москве, которые осуществляли свою деятельность, направленную на выявление и пресечение преступления, в соответствии с требованиями действующего законодательства. Доводы о том, что сотрудники УСБ ГУ МВД России по г. Москве склоняли фио к даче взятки осужденным, опровергаются совокупностью доказательств по делу, в связи с чем являются несостоятельными.

Оснований для признания недопустимыми доказательствами компакт диска CD-R, на котором содержится аудиозапись «Стандартная запись 2.mp3», USB-флэш накопителя с видеозаписью с камеры видеонаблюдения, установленной на Французском институте в г. Москве при посольстве Франции в РФ, USB-флэш накопителя с видеозаписью с камеры видеонаблюдения ИП ФИО5, несмотря на доводы стороны защиты, не имеется, поскольку диск CD-R и два USB-флэш накопителя были переданы в СО СУ по адрес ГСУ СК России по г. Москве вместе с материалам проверки сообщения о преступления УСБ ГУ МВД России по г. Москве (т. 1 л.д. 15), впоследствии были следователем осмотрены в установленном законном порядке и признаны вещественными доказательствами. То обстоятельство, что изъятые данных предметов не было процессуально оформлено не свидетельствует о недопустимости данных доказательств. То обстоятельство, что запись разговора фио была произведена им самим и с использованием технического средства, не которое ему было выдано для производства ОРМ, не свидетельствует о незаконности получения аудиозаписи, поскольку, как отмечалось выше ОРМ по настоящему уголовному делу не проводились, в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона в качестве доказательств по делу допускаются, в том числе сведения, зафиксированные посредством аудиозаписи, которые могут быть представлены в дело, в частности, и свидетелем. В данном случае свидетель фио, производя самостоятельно запись разговора с осужденными, действовал в рамках закона, поскольку сам являлся участником данных переговоров и имел право на запись своего разговора. Соответствие содержания аудиозаписи содержанию фактически имевшего место разговора между фио и осужденными, а также видеозаписей – имевшим место быть событиям полностью подтверждено. Обстоятельств, указывающих на то, что аудиозапись и видеозаписи подвергались редактированию либо искажению, судом первой инстанции не установлено, и судебной коллегией таких обстоятельств также не усматривается. При таких обстоятельствах, проведение технической экспертизы не требовалось.

То, что аудиозапись и видеозаписи не исследовалась в судебном заседании, не свидетельствует о неполноте судебного следствия, поскольку государственный обвинитель самостоятельно определяет объем доказательств, которые надлежит исследовать в судебном заседании, при том, что исследованных в судебном заседании доказательств достаточно для рассмотрения дела по существу.

То, что разговор на аудиозаписи происходит между фио и осужденными, подтверждается совокупностью исследованных в суде доказательств, в частности, протоколом осмотра от 30 марта 2022 года, в ходе которого с участием фио была прослушана аудиозапись данного разговора и составлена его распечатка, причем сомнений не вызывает, что разговор велся именно фио с осужденными, исходя из его содержания, содержание разговора совпадает с другими доказательствами по делу. В данном случае обязательного проведения фоноскопической экспертизы не требовалось.

Также нет оснований сомневаться в том, что на видеозаписях запечатлены фио и осужденные, поскольку содержание видеозаписей совпадает с установленными судом обстоятельствами дела.

Утверждение адвоката в апелляционной жалобе о том, что на видеозаписи со двором видны только силуэты, в связи с чем невозможно установить, принадлежат ли эти силуэты человеку, является несостоятельным, поскольку опровергается протоколом ее осмотра.

Протокол осмотра от 30 марта 2022 года, в ходе которого осматривались CD-R и два USB-флэш накопителя составлен в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона.

Таким образом, оснований для признания недопустимыми доказательствами диска CD-R и два USB-флэш накопителя, имеющихся на них аудиозаписи и видеозаписей, соответственно, а также протокола их осмотра не имеется.

Показаниям свидетелей обвинения, письменным доказательствам по делу суд первой инстанции дал надлежащую оценку, признав их допустимыми, достоверными и в совокупности подтверждающими вину осужденных в совершении преступления, приведенные в приговоре показания свидетелей обвинения являются последовательными, согласуются между собой и объективно подтверждаются письменными доказательствами, в связи с чем суд обоснованно положил их в основу приговора.

Показания свидетелей фио, фио, фио, фио, данные ими в ходе предварительного следствия и прошлого судебного разбирательства были оглашены судом в порядке ч. 1 ст. 281 УПК РФ по ходатайству государственного обвинителя при согласии стороны защиты.

Противоречия в показаниях свидетелей фио, фио, фио, допрошенных в ходе судебного следствия, были устранены судом путем оглашения показаний свидетелей фио, фио, данных в ходе предварительного следствия и прошлого судебного разбирательства, свидетеля фио - данных в ходе предварительного следствия, в порядке ч. 3 ст. 281 УПК РФ, которые они подтвердили.

Причин для оговора свидетелями осужденных, на что указывается стороной защиты, судом обоснованно не установлено, как и обоснованно не установлено их личной заинтересованности в привлечении осужденных к уголовной ответственности.

При этом показания свидетеля фио не содержат противоречий между собой, так и с другими доказательствами, напротив, показания данного свидетеля подтверждаются и согласуются с другими доказательствами, приведенными в приговоре.

Оснований для признания показаний свидетеля фио недопустимым доказательством и исключения их из числа доказательств не имеется.

Относительно доводов в отношении показаний свидетелей фио, фио, являющихся сотрудниками УСБ ГУ МВД России по г. Москве, то ч. 3 ст. 56 УПК РФ, определяющая круг лиц, которые не могут быть допрошены в качестве свидетелей, не исключает возможность допроса сотрудников правоохранительных органов в качестве свидетелей об обстоятельствах производства отдельных следственных, иных процессуальных и проверочных действий. При этом показания указанных свидетелей, приведенные в приговоре, не подменяют собой результаты проверочных и следственных действий.

То обстоятельство, что вышеуказанные лица являются сотрудниками правоохранительных органов, не свидетельствует о том, что они имеют заинтересованность в исходе уголовного дела, поскольку они являются уполномоченными должностными лицами, на которых возложена обязанность защиты жизни, здоровья, прав и свобод граждан, противодействия преступности, охраны общественного порядка, собственности, обеспечения общественной безопасности. Исполнение должностными лицами своих служебных обязанностей с целью выполнения вышеуказанных функций само по себе не является основанием полагать, что они заинтересованы в исходе дела.

То обстоятельство, что показания данных свидетелей в ходе предварительного следствия, практически не отличаются друг от друга, на что указывают адвокаты в жалобе, не свидетельствует о их недопустимости.

В связи с чем, оснований для признания недопустимыми доказательствами показаний вышеуказанных свидетелей и исключения их из числа доказательств по делу не имеется.

Также судебная коллегия отмечает, что суд признал достоверными и сослался в приговоре на показания свидетеля фио, данные на предварительном следствии, поскольку они получены в полном соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона. Перед началом допроса в фио были разъяснены его права, предусмотренные ст. 56 УПК РФ, он был предупрежден об уголовной ответственности по ст.ст. 307, 308 УК РФ, о чем свидетельствуют его подписи в протоколе, правильность содержания своих показаний свидетель подтвердил своими подписями в протоколе, никаких замечаний по содержанию показаний от свидетеля не поступило. Подписи в протоколе допроса в т. 2 на л.д. 14-17 свидетель подтвердил, его объяснения о том, что протокол своего допроса он не читал, являются неубедительными, объективно ничем не подтверждены. В связи с чем, утверждения свидетеля о том, что он не говорил в ходе допроса, что ФИО1 присаживался в месте, где были обнаружены денежные средства, что жаловался на здоровье, являются несостоятельными, поскольку правильность содержания своих показаний свидетель удостоверил своими подписями.

Показания свидетеля фио, данные им в ходе предварительного следствия, и приведенные в приговоре согласуются с другими доказательствами вины осужденных.

Причин для оговора осужденных данным свидетелем судом обоснованно не установлено, как не установлено его личной заинтересованности в привлечении осужденных к уголовной ответственности.

В связи с чем, оснований для признания недопустимым доказательством показаний свидетеля фио в т. 2 на л.д. 14-17 и исключения их из числа доказательств по делу не имеется.

Также судебная коллегия отмечает, что показания свидетелей фио, фио, фио, несмотря не доводы стороны защиты, никоим образом не подтверждают невиновность осужденных в совершении инкриминируемого им преступления. И показания свидетелей фио, фио, фио тем более не свидетельствуют о невиновности осужденных в совершении инкриминируемого им преступления.

Судом дана правильная оценка показаниям свидетеля со стороны защиты фио, являющейся супругой ФИО1, и приняты в части характеристики его личности.

То обстоятельство, что в суде не были допрошены фио, фио, являющиеся сотрудниками УСБ ГУ МВД России по г. Москве, о чем указывается в апелляционной жалобе осужденного ФИО2, не влияет на выводы суда о доказанности вины осужденных, поскольку их вина подтверждается совокупностью доказательств исследованных судом и приведенных в приговоре.

Судебное следствие проведено в соответствии с требованиями ст. ст. 273-291 УПК РФ с предоставлением возможности сторонам в равной степени реализовать свои процессуальные права, с соблюдением принципов состязательности и равноправия сторон, без существенных нарушений уголовно-процессуального закона. В основу приговора положены доказательства, которые были непосредственно исследованы и проверены в ходе судебного разбирательства. При исследовании доказательств и их оценке, нарушений, которые могли бы повлиять на правильность установленных судом фактических обстоятельств, не допущено. Сторонам была предоставлена возможность задать вопросы всем допрашиваемым в ходе судебного следствия лицам, которой они воспользовались. Все заявленные сторонами ходатайства были рассмотрены, по ним судом приняты решения в установленном законом порядке.

Действительно диск CD-R и два USB-флэш накопителя не были исследованы в ходе судебного следствия, на что указывается в апелляционных жалобах, в суде был исследован протокол их осмотра. При этом из содержания приговора не следует, что диск CD-R и два USB-флэш накопителя были прослушаны и просмотрены соответственно.

Несогласие адвокатов и осужденных с положенными в основу приговора доказательствами, как и с их оценкой в приговоре, не может свидетельствовать о несоответствии выводов суда фактическим обстоятельствам дела, установленным в ходе судебного следствия, недоказанности виновности осужденных, неправильном применении уголовного закона. Несогласие стороны защиты с результатами рассмотрения ходатайств не свидетельствует о нарушении судом принципа состязательности сторон, о необъективности суда, рассмотрении дела с обвинительным уклоном и основанием к отмене или изменению приговора не является. Из протокола судебного заседания следует, что настоящее уголовное дело рассмотрено судом беспристрастно. Судом были созданы условия для реализации сторонами своих процессуальных прав и исполнения предусмотренных законом обязанностей.

Протокол судебного заседания по настоящему уголовному делу соответствует требованиям ст. 259 УПК РФ.

Доводы о том, что содержание приговора фактически скопировано с обвинительного заключения не соответствуют действительности. То обстоятельство, что описание преступного деяния, признанных судом доказанными, а также содержание ряда доказательств, исследованных судом и приведенных в приговоре, не противоречит его содержанию, изложенному в обвинительном заключении, не свидетельствует о формальном подходе суда к проверке доказательств в ходе судебного разбирательства. Доводы о том, что приговор скопирован с приговора Таганского районного суда города Москвы от 4 мая 2023 года также не соответствуют действительности.

Судом соблюдены требования ст. 73 УПК РФ, определяющей предмет доказывания по делу, также как и требования ст. 252 УПК РФ, определяющей пределы судебного разбирательства.

В приговоре в полной мере установлены обстоятельства, указанные в ст. 73 УПК РФ, имеющие значение для правильного разрешения дела, а также приведены доказательства в обоснование выводов суда о виновности осужденных в совершении преступления. Приговором установлены действия каждого осужденного, которые конкретизированы и изложены в приговоре в соответствии с предъявленным каждому из них обвинением.

При этом, совокупность доказательств, как отмечалось выше, обоснованно признана судом первой инстанции достаточной для правильного разрешения уголовного дела и постановления законного приговора.

Исследовав и оценив доказательства в их совокупности, суд первой инстанции правильно установил фактические обстоятельства дела, пришел к верному выводу о доказанности вины ФИО1, ФИО2 в совершении преступления и правильно квалифицировал их действия по п. «а» ч. 5 ст. 290 УК РФ.

Необоснованными являются доводы стороны защиты о том, что приговор постановлен на предположениях, поскольку выводы суда о виновности ФИО1 и ФИО2 основаны на совокупности приведенных в приговоре доказательств, как отмечалось выше.

Судом правильно установлено, что ФИО1, ФИО2, являясь должностными лицами, денежные средства получили от взяткодателя, что подтверждается нормативными документами, регламентирующими их должностные полномочия. Получение осужденными взятки было связано с их деятельностью, как сотрудников 2 взвода ДПС 2 роты ДПС 1 батальона ДПС полка ДПС ГИБДД УВД по адрес ГУ МВД России по г. Москве, в связи с исполнением ими возложенных на них должностных обязанностей, связанных в том числе с составлением протоколов об административном правонарушении.

О наличии у осужденных умысла на получение взятки от фио свидетельствуют фактические обстоятельства содеянного, правильно приведенными судом первой инстанции в приговоре.

При этом, как правильно установлено судом первой инстанции, осужденные взятки в виде денег получали лично.

Диспозитивный признак получения взятки «за совершение незаконного бездействия» установлен судом правильно.

Так, согласно разъяснениям, содержащимся в п. 3 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 9 июля 2013 года № 24 «О судебной практике по делам о взяточничестве и об иных коррупционных преступлениях», под незаконными действиями (бездействием), за совершение которых должностное лицо получило взятку (ч. 3 ст. 290 УК РФ), следует понимать действия (бездействие), которые: совершены должностным лицом с использованием служебных полномочий, однако в отсутствие предусмотренных законом оснований или условий для их реализации; относятся к полномочиям другого должностного лица; совершаются должностным лицом единолично, однако могли быть осуществлены только коллегиально либо по согласованию с другим должностным лицом или органом; состоят в неисполнении служебных обязанностей; никто и ни при каких обстоятельствах не вправе совершать.

Судом первой инстанции правильно установлено, что ФИО1 остановил автомобиль Порше «Кайен» под управлением фио, который по требованию ФИО1, посредством неустановленного алкотестера, предоставленного ФИО1, прошел освидетельствование на состояние алкогольного опьянения. После чего ФИО1 сообщил фио о том, что результатами проведенного освидетельствования у него установлено состояние алкогольного опьянения, в связи с чем, в отношении него надлежит составить административный материал по ч. 1 ст. 12.8 КоАП РФ, предусматривающей ответственность в виде лишения права управления транспортными средствами, для чего ФИО1 велел фио проследовать с ним к служебному автомобилю ДПС Шкода «Октавиа», где находился ФИО2 ФИО1 и ФИО2 стали поочередно высказывать фио угрозы возможного совершения ими законных действий в отношении фио, влекущих для него негативные последствия в виде привлечения к административной ответственности и лишения водительского удостоверения, предложили фио передать им лично сумма в качестве взятки за указанное незаконное бездействие, на что фио ответил согласием. Впоследствии, после обращения фио в УСБ ГУ МВД России по г. Москве и передачи им лично сотрудникам ДПС ФИО1 и ФИО2 сумма в качестве взятки за несоставление в отношении него протокола об административном правонарушении по ч. 1 ст. 12.8 КоАП РФ, ФИО1 и ФИО2 были задержаны сотрудниками УСБ ГУ МВД России по г. Москве.

То обстоятельство, что законных оснований для составления протокола об административном правонарушении в отношении фио у сотрудников ДПС ФИО1 и ФИО2 не было, поскольку был нарушен порядок направления водителя на медицинское освидетельствование, не свидетельствует о том, что в действиях осужденных отсутствует состав такого преступления, как получение взятки, поскольку ФИО1 и ФИО2, являясь сотрудниками ДПС, то есть в силу занимаемых должностей обладающих соответствующими полномочиями по составлению протоколов об административных правонарушениях, создали ситуацию, в которой у водителя фио создалось представление о том, что в отношении него может быть составлен протокол об административном правонарушении по ч. 1 ст. 12.8 КоАП РФ, что влекло для водителя привлечение его к административной ответственности и назначение ему наказания в виде административного штрафа с лишением права управления транспортными средствами, в силу того, что ФИО1 посредством предоставления фио неустановленного алкотестера, который ему не был выдан по месту службы, убедив фио, что у него имеется алкогольное опьянение, после чего ФИО1 и ФИО2 стали высказывать фио угрозы о том, что ими могут осуществлены действия по составлению протокола об административном правонарушении, что повлечет для него привлечение к административной ответственности, и предложили ему передать им взятку за несоставление такого протокола.

Тот факт, что осужденные ввели фио в заблуждение или, как указывает в жалобах, обманули его, относительно возможности составления в отношении него протокола об административном правонарушении при отсутствии на то законных оснований, о чем указывается в апелляционных жалобах, что на самом деле они не имели законных оснований для составления такого протокола, не влечет переквалификацию действий осужденных на мошенничество, поскольку являлось только способом склонить фио к даче им взятки.

Несмотря на доводы стороны защиты, судом не нарушены положения ст. 252 УПК РФ при выводах о квалификации действий осужденных, что следует из содержания приговора, фактические обстоятельства содеянного, как они были установлены в ходе предварительного следствия, сформулированное следствием и поддержанное государственным обвинителем в ходе судебного разбирательства обвинение изменены не были.

Квалифицирующий признак получения взятки «группой лиц по предварительному сговору» вменен обоснованно, поскольку об этом свидетельствует предварительная договоренность на совершение противоправных действий, согласованность, целенаправленность действий ФИО1, ФИО2, а также распределение между ними ролей при совершении преступления, действия указанных лиц были направлены на достижение единого результата – получение взятки от фио

При этом действия каждого соучастника в приговоре и в обвинительном заключении конкретизированы, как отмечалось выше.

Доводы стороны защиты об отсутствии данного квалифицирующего признака являются несостоятельными, противоречат правильно установленным обстоятельствам дела, подтвержденных доказательствами, в частности, показаниями свидетеля фио, из которых очевидно следует, что в преступлении участвовали два должностных лица, которые заранее договорились о совместном совершении данного преступления путем принятия незаконного вознаграждения за совершение каждым из них незаконного бездействия.

При этом не имеет значение, что изначально автомобиль под управление фио был оставлен ФИО1, что ФИО2 в непосредственной близости от автомобиля в этот момент не находился.

Квалифицирующий признак получения взятки «в значительном размере» обоснованно вменен с учетом примечания 1 к ст. 290 УК РФ. Размер взятки установлен судом правильно.

Оснований для иной квалификации действий осужденных, о которой указывается в апелляционных жалобах, а также для вынесения в отношении них оправдательного приговора, в том числе и за отсутствием события преступления, за отсутствием в их действиях состава преступления, не имеется.

Правильно установленные судом обстоятельства дела очевидно не свидетельствуют, что действия осужденных могут содержать признаки состава преступления, предусмотренного ст. 159 УК РФ

Судом не были нарушены положения ч. 3 ст. 389 УПК РФ относительно апелляционного определения судебной коллегии по уголовным делам адрес суда от 26 сентября 2024 года.

При этом ссылки в жалобах на апелляционное определение судебной коллегии по уголовным делам адрес суда от 15 августа 2023 года являются несостоятельными.

При назначении наказания ФИО1, ФИО2 судом учтены характер и степень общественной опасности совершенного ими преступления, данные о личности осужденных, совокупность смягчающих наказание обстоятельств, указанных в приговоре, отсутствие отягчающих наказание обстоятельств, влияния назначенного наказания на исправление осужденных и условия жизни их семей.

Все смягчающие наказание обстоятельства в отношении каждого осужденного учтены судом и указаны в приговоре, также как и все имеющие значение сведения.

Вместе с тем, надлежит исключить из вводной части приговора указание на заболевания ФИО1, поскольку такое указание не основано на нормах закона.

Суд первой инстанции мотивировал в приговоре решение о необходимости исправления ФИО1, ФИО2 только в условиях изоляции от общества, не установив оснований к назначению им наказания с применением правил, предусмотренных ст. 64, 73 УК РФ, так же как и к изменению категории совершенного ими преступления на менее тяжкое.

Наряду с основным наказанием суд назначил осужденным дополнительное наказание в виде лишением права занимать должности в правоохранительных органах, связанные с осуществлением функций представителя власти и в виде штрафа, мотивировав принятое решение, с которым судебная коллегия соглашается.

Срок дополнительного наказания в виде лишением права занимать должности в правоохранительных органах, связанные с осуществлением функций представителя власти, назначенный каждому осужденному, является справедливым.

Оснований для признания назначенного ФИО1 наказания несправедливым вследствие его чрезмерной суровости, для смягчения назначенного наказания, также как и для применения ст. ст. 64, 73, ч. 6 ст. 15 УК РФ, не имеется, поскольку наказание осужденному назначено в соответствии с требованиями закона, с учетом всех имеющих значение сведений, характера и степени общественной опасности содеянного и данных о личности каждого осужденного.

Вместе с тем, назначенное ФИО2 основное наказание в виде лишения свободы и дополнительное наказание в виде штрафа подлежит смягчению, поскольку судом не в полной мере в отношении ФИО2 выполнены требования ч. 1 ст. 67 УК РФ, не учтены характер и степень фактического участия ФИО2 в совершении преступления, значение этого участия для достижения цели преступления, исходя из установленных фактических обстоятельств преступления, его роли при совершении преступления.

Вид исправительного учреждения, в котором осужденным надлежит отбывать наказание, назначен судом правильно в соответствии с п. «в» ч. 1 ст. 58 УК РФ, в исправительной колонии строгого режима.

Правила ст. 72 УК РФ применены судом правильно, также правильно разрешена судьба арестованного имущества, вещественных доказательств.

Иных оснований, которые могли бы служить причиной для изменения приговора, а также для отмены приговора суда, судебной коллегией не установлено.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 389-13, 389-20, 389-28, 389-33 УПК РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Приговор Таганского районного суда города Москвы от 19 мая 2025 года в отношении ФИО1, ФИО2 изменить:

исключить из вводной части приговора указание на заболевания ФИО1;

смягчить ФИО2 наказание до 8 лет лишения свободы в исправительной колонии строгого режима;

смягчить размер штрафа, назначенного фио в качестве дополнительного наказания, до сорокакратного сумме взятки, то есть до сумма.

В остальной части этот же приговор оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.

Апелляционное определение может быть обжаловано во Второй кассационный суд общей юрисдикции через суд первой инстанции, постановивший приговор, в течение 6 месяцев со дня вступления в законную силу приговора, а осужденными, содержащимися под стражей, – в тот же срок со дня вручения им копий апелляционного определения и приговора, вступившего в законную силу, в случае пропуска указанного срока или отказа в его восстановлении – путем подачи кассационной жалобы непосредственно в суд кассационной инстанции.

Разъяснить осужденным, что они имеют право ходатайствовать об участии в рассмотрении дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий:

Судьи: