Решение № 2-251/2018 2-251/2018~М-282/2018 М-282/2018 от 26 сентября 2018 г. по делу № 2-251/2018

Гражданское дело № 2-251/2018


РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

27 сентября 2018 года город Калининград

Калининградский гарнизонный военный суд в составе: председательствующего - судьи Болдырева В.В., при секретаре Шевчук И.С., с участием представителя истца ФИО1, ответчика ФИО2 и его представителей ФИО3 и ФИО4, в открытом судебном заседании в помещении военного суда, рассмотрев гражданское дело по исковому заявлению командира войсковой части № о взыскании со старшего прапорщика запаса ФИО2 195 890 рублей 50 копеек в счет возмещения ущерба, причиненного государству,

установил:

командир войсковой части № обратился в суд с исковым заявлением, в котором просил взыскать с ФИО2 195 890 руб. 50 коп. в счет возмещения материального ущерба, причиненного государству в результате утраты военного имущества.

В обоснование заявленных требований истец указал, что в связи с увольнением ФИО2 с военной службы, на основании приказа командира войсковой части № дела и должность старшины <данные изъяты> роты принял сержант ФИО7 По результатам указанного приема (сдачи) дел и должности была выявлена недостача 37 наименований военного имущества, находящегося на ответственном хранении у ФИО2.

По мнению истца, причиной возникновения ущерба явилось халатное исполнение ФИО2 обязанностей старшины роты, установленных статьями 154 и 155 Устава внутренней службы Вооруженных сил РФ, поскольку он не следил за наличием и правильной эксплуатацией военного имущества роты.

На основании статьи 5 Федерального закона от 12 июля 1999 года № 161-ФЗ «О материальной ответственности военнослужащих» (далее Федеральный закон «О материальной ответственности военнослужащих») командир части настаивал на привлечении ответчика к полной материальной ответственности и взыскании с него 195 890 руб. 50 коп.

Представитель истца в суде исковые требования по приведенным выше мотивам поддержал и просил их удовлетворить.

Ответчик в судебном заседании иск не признал и пояснил, что он не присутствовал при сдаче ФИО10 дел и должности, поскольку по указанию командования воинской части производил сверку данных по вещевому имуществу в войсковой части №. При этом выявленную в его отсутствие недостачу военного имущества он не признал, полагая, что назначенная командиром комиссия по приему (сдаче) дел и должности старшины <данные изъяты> роты фактически самоустранилась, и участия в приёме (сдаче) дел и должности не осуществляла, поскольку не производила фактический поштучный подсчет материальных средств, числящихся за ним. Кроме того, ФИО2 полагал, что выявленная недостача могла образоваться в период его нахождения на излечении в госпитале в марте 2018 года, поскольку после возвращения из указанного медицинского учреждения, им было обнаружено, что помещения, в которых хранилось вверенное ему имущество были вскрыты, а затем опечатаны другими должностными лицами воинской части, о чем он в рапорте доложил командиру части.

Представители ответчика ФИО3 и ФИО4 полагая, что истцом не представлено доказательств вины ФИО2 в причинении ущерба войсковой части №, просили в удовлетворении требований искового заявления отказать.

Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора - ФКУ «Управление финансового обеспечения МО РФ по Калининградской области» уведомленное о времени и месте судебного заседания, в суд своего представителя не направило, ходатайств об отложении рассмотрения дела не заявило.

Заслушав пояснения представителя истца, ответчика и его представителей, исследовав представленные доказательства, военный суд приходит к следующим выводам.

Копиями выписок из приказов командующего Балтийским флотом от 28 февраля 2018 года № и от 23 апреля 2018 года № подтверждается, что старшина <данные изъяты> роты войсковой части № старший прапорщик ФИО2 досрочно уволен с военной службы и с ДД.ММ.ГГГГ исключен из списков личного состава воинской части.

Из копии акта № приема (сдачи) дел и должности от 11 апреля 2018 года, утвержденного в тот же день командиром войсковой части №, выписки из приказа этого же должностного лица № от 23 апреля 2018 года, следует, что в апреле 2018 года при приеме (сдаче) материальных ценностей, между старшим прапорщиком ФИО2 и сержантом ФИО11, у первого была выявлена недостача вверенного военного имущества по службам: РАВ, продовольственной службе, КЭС, РХБЗ, инженерной службе, медицинской службе и вещевой службе.

Свидетель ФИО7 в суде подтвердил, что им при приеме у ФИО2 дел и должности старшины <данные изъяты> роты была обнаружена недостача военного имущества указанного подразделения переданного последнему под отчет. Перечень и количество недостающего имущества отражены в акте приема (сдачи) дел и должности № от 11 апреля 2018 года, который был подписан не только им, но и членами комиссии, а затем утвержден командиром войсковой части №. При этом ФИО2 в присутствии членов комиссии и командира воинской части отказался от подписания указанного акта по неизвестной ему причине. Впоследствии указанный акт был подписан ФИО2 13 апреля 2018 года. Вместе с тем, ФИО2 в период сдачи дел и должности лично вместе с ним принимал участие в подсчете вверенного имущества службы РАВ, службы КЭС, продовольственной службы, инженерной службы, медицинской службы, вещевого имущества, имущества связи, имущества РХБЗ. Недостача имущества инженерной службы (лопат и топоров), имущества РХБЗ (комплектов ДК4-63 и ДК - 4Д) была выявлена им без участия ФИО2, поскольку указанное имущество находилось вне помещений роты, а последний для их подсчета не прибыл, сославшись на служебную занятость, в связи с чем, просил его провести указанный подсчет самостоятельно. О выявленных недостачах он незамедлительно докладывал по телефону ФИО2, однако в последующем тот мер по устранению указанных недостач не принял и указанное недостающее имущество ему и членам комиссии не предъявил.

Как следует из заключения о результатах административного расследования от 23 мая 2018 года на основании акта № от 11 апреля 2018 года о приеме дел и должности старшины <данные изъяты> роты справки – расчета стоимости недостающего имущества и представленных бухгалтером ФКУ «Управление финансового обеспечения Министерства обороны Российской Федерации по Калининградской области» карточек количественно-суммового учета материальных ценностей, по вине ФИО2 образовалась недостача 37 наименований военного имущества:

1. Имущество службы РАВ: патрон учебн. 5.45мм. – 1 шт. на сумму 1 руб.;

2. Имущество продовольственной службы: чашка чайная из у/с – 3 шт. на сумму 196 руб. 47 коп., чайник электрический – 1 шт. на сумму 1112 руб. 70 коп.;

3. Имущество КЭС: веник с ворсом синтетич. – 4 шт. на сумму 365 руб. 24 коп., грабли садовые с черенком – 1 шт. на сумму 92 руб. 08 коп., лопата штыковая с черенком – 2 шт. на сумму 139 руб. 28 коп., метла с черенком – 18 шт. на сумму 679 руб. 50 коп., очиститель стекол синтетический – 1 шт. расход. материал, средство дезинфицирующее – 1 шт. расход. материал, средство моющее – 1 шт. расход. материал, пылесос -1 шт. на сумму 3808 руб., огнетушитель ОП-10Г – 2 шт. на сумму 1234 руб. 20 коп., огнетушитель ОП-4/3 – 4 шт. на сумму 1406 руб. 56 коп., огнетушитель ОУ-2 – 1 шт. на сумму 950 руб.;

4. Имущество РХБЗ: комплект ДК-4-63 – 17 шт. на сумму 3563 руб. 20 коп., комплект ДК-4Д – 104 шт. на сумму110073 руб. 60 коп., перчатки БЛ – 1 М – 9 шт. на сумму 378 руб.;

5. Имущество инженерной службы: лопата БСЛ -110 – 73 шт. на сумму 7146 руб. 87 коп., топор плотницкий – 44 шт. на сумму 4457 руб. 20 коп., У-МД-7к МВК-2 – 9 шт. на сумму 78 руб. 66 коп.;

6. Имущество медицинской службы: пакет перевязочный АВ-3 – 1 шт. на сумму 37 руб. 94 коп.;

7. Имущество вещевой службы: ботинки с высокими берцами (летние) – 22 пары. на сумму 42329 руб. 10 коп.; костюм (куртки и брюки утепленные) – 2 шт. на сумму 19973 руб. 78 коп., шапка-маска (балаклава) – 6 шт. на сумму 570 руб. 86 коп., шарф (ВКПО) – 2 шт. на сумму 276 руб. 92 коп., ботинки с высокими берцами (зимние) – 3 пары на сумму 17104 руб. 53 коп., куртка - ветровка спортивная – 1 шт на сумму 635 руб. 16 коп., кальсоны зимние серого цвета тип В – 1 шт. на сумму 153 руб. 23 коп., кальсоны летние – 1 шт. на сумму 167 руб. 14 коп., костюм летний специальный черного цвета - 21 шт. на сумму 4567 руб. 92 коп., костюм спортивный - 1 шт. на сумму 0 руб., тапочки казарменные – 1 пара на сумму 91 руб. 64 коп., фуфайка-тельняшка с начесом – 1 шт. на сумму 138 руб. 74 коп., шапка спортивная – 4 шт. на сумму 500 руб. 56 коп., перчатки п/ш черного цвета – 1 пара на сумму 197 руб. 42 коп., стиральная машина - 1 шт. отремонтирована, машинка для стрижки волос механическая – 1 шт. на сумму 69 руб. 92 коп.

При этом, в ходе проведенного административного расследования установлено, что старший прапорщик ФИО2 в нарушение требований статей 154 и 155 Устава внутренней службы ВС РФ не следил за наличием и правильной эксплуатацией военного имущества роты.

Исследованными в суде копиями инвентаризационных описей (сличительных ведомостей) № 00000216 по состоянию на 17 октября 2017 года, № 00000297 по состоянию на 18 октября 2017 года, № 0000096 по состоянию на 18 октября 2017 года, № 00000217 по состоянию на 17 октября 2017 года, № 00000295 по состоянию на 18 октября 2017 года, № 00000214 по состоянию на 17 октября 2017 года, № 00000215 по состоянию на 17 октября 2017 года, № 00000218 по состоянию на 17 октября 2017 года, а также копией требования накладной № 7, подтверждается, что ответчику под отчет было передано вышеуказанное военное имущество соответственно продовольственной службы, имущество КЭС, имущество РХБЗ, имущество инженерной службы, имущество медицинской службы, а также службы РАВ.

Справкой - расчетом стоимости перечисленного в ней имущества КЭС, подтверждается, что ущерб от недостачи имущества указанной службы во второй автомобильной роте составил 1276 руб. 10 коп.

Согласно справке-расчету, ущерб от недостачи вещевого имущества во второй автомобильной роте составил 60170 руб. 52 коп. При этом, как усматривается из указанной справки, часть недостающего вещевого имущества на сумму (с учетом износа) 12298 руб. 35 коп. (куртка - ветровка – 1 шт., костюм утепленный – 2 шт., шарф ВКПО - 2 шт.) было передано в подразделение на основании требования-накладной № от 23 февраля 2016 года. Вместе с тем, из требования-накладной № от 23 февраля 2016 года усматривается, что перечисленное вещевое имущество было выдано под отчет старшему прапорщику ФИО9, а не старшему прапорщику ФИО2. Документальных доказательств передачи вышеуказанного вещевого имущества от ФИО12 к ФИО2 истцом и его представителем в суд не представлено, а поэтому суд в отсутствие иных доказательств не находит оснований для признания вины ФИО2 в образовании недостачи перечисленного вещевого имущества. Кроме того, из указанной справки-расчета следует, что за утрату переданных под отчет ответчику по аттестату № от 25 декабря 2017 года ботинок с высокими берцами летних – 22 пары, с ФИО2 подлежит удержанию 31746 руб. 83 коп. Однако из представленной в суд истцом копии аттестата № видно, что была произведена выдача 7 пар ботинок с высоким берцем зимних, а летние ботинки с высокими берцами в аттестате не значатся.

Согласно исследованной в суде копии требования-накладной № от 03 июля 2017 года ФИО2 под отчет были выданы 38 пар летних ботинок с высокими берцами, других документальных доказательств о передаче ответчику под отчет большего количества указанных ботинок истцом в суд не представлено и материалы дела не содержат. Поскольку из акта № от 11 апреля 2018 года видно, что при приеме (сдаче) дел и должности у ФИО2 было выявлено наличие 20 пар указанных ботинок, то суд считает документально подтвержденной недостачу у ФИО2 только 18 пар (38 - 20 = 18 пар) летних ботинок с высоким берцем, стоимость которых и подлежит возмещению в качестве ущерба за счет ФИО2, а поэтому у суда не имеется оснований для взыскания с ФИО2 ущерба за остальные 4 пары летних ботинок с высоким берцем на сумму 5772 руб. 16 коп.

Как усматривается из сводной ведомости недостачи имущества, его цены и общей стоимости недостающего имущества отраженной в исковом заявлении, а также в заключении о результатах административного расследования, за утрату имущества продовольственной службы – чайника электрического, имущества КЭС – пылесоса, с ФИО2 подлежит удержанию 4920 руб. 70 коп. (1112,7 руб. + 3808 руб = 4920,7 руб.) Вместе с тем, в акте сдачи (приема) дел и должности № от 11 апреля 2018 года, данное имущество не было указано в качестве недостающего, при этом отмеченные в примечании акта сведения о неисправностях этого имущества не свидетельствуют о его недостаче. Кроме того, как пояснил в суде свидетель ФИО13, после принятия им дел и должности старшины роты электрический чайник был отремонтирован и использовался для нужд роты.

С учетом установленных обстоятельств, суд не находит оснований для признания вины ФИО2 в образовании недостачи электрического чайника и пылесоса, в связи с чем исковые требования в данной части суд также находит необоснованными и подлежащими отклонению.

В соответствии с пунктом 1 статьи 28 Федерального закона от 27.05.1998 № 76-ФЗ «О статусе военнослужащих», военнослужащий или гражданин, призванный на военные сборы, в зависимости от характера и тяжести совершенного им правонарушения привлекается к дисциплинарной, административной, материальной, гражданско-правовой и уголовной ответственности в соответствии с данным Федеральным законом и другими федеральными законами.

Условия и размеры материальной ответственности военнослужащих за ущерб, причиненный ими при исполнении обязанностей военной службы имуществу, находящемуся в федеральной собственности и закрепленному за воинскими частями, а также порядок возмещения причиненного ущерба, согласно ч. 1 ст. 1 Федерального закона «О материальной ответственности военнослужащих», установлены нормами данного Федерального закона.

В соответствии со статьями 2, 3, 5 Федерального закона «О материальной ответственности военнослужащих», материально ответственное лицо несет полную материальную ответственность за утрату (повреждение) имущества, переданного под отчет для хранения, перевозки, выдачи, пользования либо иных целей.

В соответствии со ст. 154 Устава внутренней службы ВС РФ старшина роты в мирное и военное время отвечает, в том числе за состояние и сохранность вооружения, военной техники и другого военного имущества роты, а также личных вещей военнослужащих, находящихся в кладовой.

Статьёй 155 Устава внутренней службы ВС РФ установлено, что старшина роты обязан своевременно получать и осматривать поступающие в роту оружие и другое военное имущество, строго следить за их наличием и правильной эксплуатацией.

Вместе с тем, в нарушение приведённых норм, ФИО2 не обеспечил сохранность переданного ему военного имущества. Доказательств, подтверждающих факт принятия им необходимых мер по сохранности данного имущества, а также передачи этого имущества другим лицам, в том числе до убытия его в госпиталь, ответчиком в суд не представлено. Кроме того, как пояснил ФИО2, до его убытия в марте 2018 года в госпиталь он обратился к командиру части с рапортом о необходимости принятия мер связанных с сохранностью имущества в период его отсутствия, однако вышеуказанное имущество другим военнослужащим он не передавал. После возвращения из госпиталя ему стало известно о том, что комнаты, где хранилось данное имущество, вскрывались и были опечатаны печатями других военнослужащих, однако проверку наличия указанного имущества он не проводил, ограничившись лишь рапортом в адрес командира о вскрытии указанных помещений.

Довод представителя ответчика о том, что недостача имущества произошла не по вине ФИО2, суд находит необоснованным и противоречащим как исследованным судом документальным доказательствам, так и показаниям допрошенных свидетелей.

Кроме того, суд находит необоснованным довод ответчика о невозможности сдачи им дел и должности в связи с его участием в сверке данных по вещевому имуществу части в войсковой части №, по следующим основаниям.

Так, как пояснил в суде свидетель ФИО8, являющийся заместителем командира войсковой части № по тылу, у ФИО2 отсутствовали препятствия для сдачи дел и должности сержанту ФИО14 в установленный командованием срок. Довод ФИО2 о невозможности сдачи дел и должности в связи проводимой им сверкой данных по вещевому имуществу в войсковой части № ФИО15 не подтвердил, пояснив, что срок указанной проверки был ограничен командиром части до конца 2017 года, а кроме того ФИО2 по личной недисциплинированности не принял необходимых мер для сдачи дел и должности.

Довод ответчика о том, что акт № приема (сдачи) дел и должности от 11 апреля 2018 года является незаконным, поскольку члены комиссии фактически в пересчете имущества участия не принимали, суд находит необоснованным, поскольку согласно п. 197 Руководства по войсковому (корабельному) хозяйству в Вооруженных Силах Российской Федерации, утвержденного приказом Министра обороны РФ от 03.06.2014 № 333, комиссионный порядок приема сдачи дел и должности старшины роты обязательным не является.

Из анализа статей 12, 56, 60 ГПК РФ следует, что от данной ответственности материально ответственное лицо может быть освобождено, если определенными законом средствами доказывания оно, а не истец, докажет, что имущество в наличии либо, что недостача, выявленная комиссией, не связана с утратой либо повреждением имущества, а обусловлена иными причинами, либо обстоятельствами, исчерпывающий перечень которых содержится в п. 3 ст. 3 Федерального закона «О материальной ответственности военнослужащих».

Таким образом, именно на ФИО2, принявшем под отчет имущество второй автомобильной роты, а не на командовании воинской части, как ошибочно полагает представитель ответчика, лежит процессуальная обязанность доказать, что переданное ему имущество имелось в наличии, а установленная недостача была обусловлена причинами, не связанными с утратой либо повреждением вверенного имущества, совершенными по его вине.

Проанализировав все исследованные доказательства, суд считает, что факт передачи ФИО2 недостающего имущества под отчёт, а также его вина в частичной недостаче этого имущества были доказаны.

При оценке размера причиненного ФИО2 ущерба суд учитывает положение ч. 2 ст. 6 Федерального закона «О материальной ответственности военнослужащих», согласно которой размер причиненного ущерба определяется с учетом степени износа имущества по установленным на день обнаружения ущерба нормам, но не ниже стоимости лома (утиля) этого имущества.

При решении вопроса о возмещении судебных расходов, состоящих из государственной пошлины, от уплаты которой командир войсковой части №, в силу закона, был освобождён, суд, руководствуясь статьёй 103 ГПК РФ, статьями 50, 61.1 и 61.2 БК РФ, согласно которым государственная пошлина, взыскивается с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований и подлежит зачислению по месту совершения юридически значимых действий, то есть в бюджет муниципального образования, на территории которого расположен суд общей юрисдикции, считает необходимым государственную пошлину в размере 4658 рублей взыскать с ответчика в доход бюджета городского округа «Город Калининград».

Руководствуясь статьями 194-199 ГПК РФ, гарнизонный военный суд

решил:

исковое заявление командира войсковой части № удовлетворить частично.

Взыскать в пользу войсковой части № с ФИО2 172 899 (сто семьдесят две тысячи восемьсот девяносто девять) рублей 28 копеек путем зачисления на расчетный счет этой воинской части в Федеральном казённом учреждении «Управление финансового обеспечения Министерства обороны Российской Федерации по Калининградской области».

Судебные расходы в виде государственной пошлины в размере 4658 (четыре тысячи шестьсот пятьдесят восемь) рублей взыскать с ФИО2 в доход бюджета городского округа «Город Калининград».

В удовлетворении требований искового заявления командира войсковой части № о взыскании с ФИО2 остальной суммы, отказать.

Решение может быть обжаловано в Балтийский флотский военный суд через Калининградский гарнизонный военный суд в апелляционном порядке в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Председательствующий подпись

Решение в окончательной форме

изготовлено 02 октября 2018 года

Подлинник решения находится в административном деле Калининградского гарнизонного военного суда № 2а-251/2018