Апелляционное определение № 33-968/2026 от 6 апреля 2026 г.

29RS0017-01-2025-000777-69

г/п 3000 руб.

Судья Тимошенко А.Г.

№ 2-620/2025

07 апреля 2026 г.

Докладчик Эпп С.В.

№ 33-968/2026

г. Архангельск


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

Судебная коллегия по гражданским делам Архангельского областного суда в составе:

председательствующего судьи Поршнева А.Н.,

судей Волынской Н.В., Эпп С.В.,

при секретаре Бородиной Е.Г.

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 о взыскании денежных средств, уплаченных за товар ненадлежащего качества, взыскании неустойки, компенсации морального вреда, судебных расходов, по апелляционной жалобе ФИО2 на решение Няндомского районного суда Архангельской области от 27 ноября 2025 г.

Заслушав доклад судьи Эпп С.В., судебная коллегия

установила:

ФИО1 обратилась с иском к ФИО2 о взыскании денежных средств, уплаченных за товар ненадлежащего качества, взыскании неустойки, компенсации морального вреда, судебных расходов, в обоснование указала, что 20 октября 2024 г. между сторонами заключен договор подряда на изготовление и поставку корпусной мебели, по условиям которого Подрядчик обязался изготовить и произвести установку комплекта мебели: кухонного гарнитура, прихожей, детской, спальной. Стоимость изготавливаемой мебели составила 1000600 рублей. После установки мебели в квартире появился резкий и токсичный химический запах, о чем был уведомлен ответчик. Истец обратилась в ФГУЗ «Центр гигиены и эпидемиологии в Вологодской области», которым проведено исследование изделия и согласно протоколу испытаний и справке по протоколу испытаний уровень формальдегида в исследуемом выкатном ящике шкафа в 2 раза превысил предельно допустимый уровень. Просила взыскать с ответчика денежные средства за товар ненадлежащего качества в размере 614900 рублей, неустойку в размере 338195 рублей, штраф за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя в размере 501547 рублей 50 копеек, компенсацию морального вреда в размере 50000 рублей, расходы на проведение независимой экспертизы в размере 6866 рублей 55 копеек и расходы по оплате юридических услуг в размере 18450 рублей; обязать ответчика за свой счет произвести демонтаж и вывоз некачественной мебели из помещения истца.

В суде первой инстанции истец и его представитель на иске настаивали, представитель ответчика с иском не согласился.

Решением Няндомского районного суда Архангельской области от 27 ноября 2025 г. постановлено: «исковые требования ФИО1 к ФИО2 о взыскании денежных средств, уплаченных за товар ненадлежащего качества, взыскании неустойки, компенсации морального вреда, судебных расходов, удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО2 в пользу ФИО1 денежные средства, уплаченные в соответствии с договором подряда на изготовление и поставку корпусной мебели от 20 октября 2024 г. №94, в сумме 614 900 рублей, неустойку за период с 20 марта 2025 г. по 13 мая 2025 г. – 338 195 рублей, компенсацию морального вреда 5 000 рублей, штраф – 479 047 рублей 50 копеек, судебные расходы 22 316 рублей 55 копеек, а всего 1 459 459 рублей 05 копеек.

Возложить на ФИО2 обязанность произвести за свой счет вывоз мебели для спальни, мебели для прихожей, мебели для детской, изготовленной в соответствии с договором подряда на изготовление и поставку корпусной мебели от 20 октября 2024 г. №94, из помещения ФИО1.

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО2 в оставшейся части, отказать.

Взыскать с ФИО2 в пользу местного бюджета государственную пошлину в размере 27 062 рубля.

Вернуть ФИО1 излишне уплаченную государственную пошлину, перечисленную согласно чеку по операции от 14 мая 2025 г. в сумме 5 300 рублей».

С указанным решением не согласился овтетчик, в апелляционной жалобе просит его отменить. В обоснование доводов жалобы указывает, что приобретенный ответчиком материал для изготовления мебели имеет сертификат соответствия. В поведении истца усматриваются признаки злоупотребления правом. Истец до подачи искового заявления демонтировал и вывез мебель в неотапливаемый гаражный бокс, не представил ответчику элемент мебели для проведения экспертизы, самостоятельно провел экспертизу, о проведении которой ответчик извещен не был. Какой элемент мебели был представлен на экспертизу, установить из представленных документов невозможно. Из показаний свидетеля следует, что запах исходил именно от мебели, однако, свидетель не обладает специальными познаниями, кроме того, истцом проводился ремонт во всем доме с использованием материалов, которые выделяют вредные вещества. Судом допущены нарушения норм процессуального права: вынесено определение о назначении экспертизы в отсутствие представителя ответчика, который направлял заявление об участии в судебных заседаниях посредством видеоконференц-связи. Заявление, направленное в суд 15 октября 2025 г., в материалах дела отсутствует. Ходатайство истца о назначении экспертизы поступило в суд спустя 15 мин. после начала судебного заседания, т.о., определение о назначении экспертизы вынесено судом по собственной инициативе. При заключении договора подряда на изготовление мебели ответчик индивидуальным предпринимателем не являлся, заключал договор как физическое лицо.

В возражениях истец просит решение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещены о времени и месте рассмотрения дела. Судебная коллегия по гражданским делам, руководствуясь положениями части 3 и 4 статьи 167, части 1 статьи 327 ГПК РФ, считает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц.

Изучив материалы дела, выслушав объяснения представителя ответчика ФИО2 – адвоката Шунина А.В., настаивавшего на апелляционной жалобе, истца ФИО1 и ее представителя ФИО3, не согласившихся с апелляционной жалобой, обсудив доводы жалобы и возражений, судебная коллегия приходит к следующему.

Как установлено судом и следует из материалов дела, 20 октября 2024 г. между ФИО1 (заказчик) и ФИО2 (подрядчик) заключен договор подряда на изготовление и поставку корпусной мебели №94, по условиям которого подрядчик обязался изготовить и произвести установку, а заказчик принять и произвести оплату комплекта мебели: кухонный гарнитур, прихожая, детская спальня по адресу: <адрес>, в срок до 20 декабря 2024 г. Товар представляется в собранном виде. Материалы и комплектующие: цвет ЛДСП – кашемир, делано, дуб маувелла; фасад – МДФ пленка, сорт бьяно, белый; вставка – оливковый дым софт; кромка – в цвет, столешница – дуб дымчатый софт; направляющие – шариковые; м/б – макмарт с доводчиками; ручки – заказчика; штанга – овальная хром; мойка – заказчика; петли – Бурмах с доводчика; сушилка – 700 хром; навесы – крабы; опора – 100 мм регулируемая; подъемники – газ лифты 80 №GTV; заглушки – в цвет; подпятник – в цвет; цоколь – ПВХ на кухню. Стоимость изготавливаемой по настоящему Договору мебели составляет 1 000 600 рублей. Подрядчик самостоятельно организовывает изготовление и доставку продукции в согласованные сроки по адресу, указанному в договоре. Доставка включает в себя подъем на этаж, занос в помещение, сборку, монтаж, демонстрацию работы механизмов, осмотр. Стоимость данных работ включена в стоимость изделия. Гарантийный срок службы изделия – 1 год с момента установки (п.п. 1.1., 1.3., 1.4., 3.1., 4.1., 4.6.).

При этом согласно переписке сторон в мессенджере WhatsApp указанная стоимость комплекта мебели состоит из: стоимости кухни – 385 700 рублей, спальни – 233 000 рублей, прихожей – 130 500 рублей, детской – 251 400 рублей.

Чеками по операции от 20 октября 2024 г., от 23 декабря 2024 г. подтверждается перечисление истцом ответчику 1 060 000 рублей.

Из справки по операции от 4 марта 2025 г. следует, что ответчик перечислил (возвратил) истцу 22 февраля 2025 г. 59 400 рублей.

Указанная мебель была привезена и установлена в жилом помещении истца в период с 20 по 22 декабря 2024 г.

Впоследствии, в период с 13 января по 09 марта 2025 г. истец информировала ответчика путем направления сообщений в мессенджере WhatsApp о том, что изготовленная мебель распространяет едкий запах на протяжении длительного времени (более 3 недель), что дало основания полагать об изготовлении мебели из некачественных материалов.

Согласно п.п.1, 3 ст. 5 Технического регламента Таможенного союза ТР ТС 025/2012 (далее по тексту – Технический регламент, ТР ТС 025/2012) мебельная продукция должна быть изготовлена таким образом, чтобы при ее применении по назначению и при условии соблюдения правил, предусмотренных эксплуатационными документами, она обеспечивала в том числе химическую и санитарно-гигиеническую безопасность. Химическая и санитарно-гигиеническая безопасность мебельной продукции должна обеспечиваться отсутствием выделения в окружающую среду летучих химических веществ из изделий мебели в количествах, которые могут оказывать прямое или косвенное неблагоприятное воздействие на организм человека с учетом совместного действия всех выделяющихся веществ. При эксплуатации мебели не должны выделяться химические вещества, относящиеся к первому классу опасности, а содержание остальных веществ не должно превышать допустимые уровни миграции в воздушную среду, приведенные в Приложении 3 настоящего Технического регламента. При выделении из мебели нескольких вредных химических веществ, обладающих суммацией действия, сумма отношений концентрации к их предельно допустимой концентрации не должна превышать единицу.

Из приложения № Технического регламента следует, что допустимый уровень миграции веществ, выделяющихся при эксплуатации мебели в воздух помещений, по показателю формальдегид составляет 0,01 мг/м3.

Согласно п. 1 ГОСТ 16371-2014 «Мебель. Общие технические условия» (далее – ГОСТ 16371-2014) настоящий стандарт распространяется на бытовую мебель и мебель для общественных помещений, выпускаемую предприятиями (организациями) любых форм собственности, а также индивидуальными изготовителями.

В соответствии с п. 5.2.28 ГОСТ 16371-2014 при эксплуатации мебели не должны выделяться химические вещества, относящиеся к первому классу опасности, а содержание остальных веществ не должно превышать допустимые уровни миграции в воздушную среду, установленные в ТР ТС 025/2012 или национальных стандартах (а при их отсутствии в национальных документах), содержащих санитарно-эпидемиологические и гигиенические требования к воздушной среде.

В связи с необходимостью определения качества изготовленной мебели истец 13 февраля 2025 г. заключила с ФБУЗ «Центр гигиены и эпидемиологии в Вологодской области» (Исполнитель) договор возмездного оказания услуг №70/4-2025, по условиям которого Исполнитель осуществил проведение лабораторных испытаний мебели, а именно: пробоподготовка ТНТ строительных материалов в климатической камере (экспозиция образца до 3 суток), исследование воздушных вытяжек на формальдегид, гидроксибензол (фенол) фотометрическим методом.

В период с 17 февраля по 20 февраля 2025 г. на основании указанного договора возмездного оказания услуг ФБУЗ «Центр гигиены и эпидемиологии в Вологодской области» проведено исследование в санитарно-гигиенической лаборатории выкатного ящика шкафа (категория - корпусная мебель (длинна 45 см, ширина 36 см, высота одной из четырех стенок 17 см, высота остальных стенок 19 см, толщина 1,6 см) на определение концентрации формальдегида и фенола методом периодического активного отбора проб (прокачки) воздуха из рабочего объема испытательной камеры в поглотительные приборы, содержащие поглотительный раствор, с последующей обработкой и определением его оптической плотности при соответствующей длине волны в стеклянных кюветах.

По результатам исследования полученных проб были получены неудовлетворительные результаты по формальдегиду (превышение норматива по ТР ТС 025/2012), а именно 0,020+-0,004 мг/м3.

Указанные обстоятельства подтверждаются протоколом испытаний от 12 мая 2025 г. №35-00/02102-25/И, справкой по протоколу испытаний от 12 мая 2025 г. №35-00/02102-25/И, а также сообщением и.о. главного врача ФБУЗ «Центр гигиены и эпидемиологии в Вологодской области» от 19 ноября 2025 г. №11/2451.

На основании определения Няндомского районного суда Архангельской области от 31 июля 2025 г. по ходатайству стороны истца, с целью установления наличия (отсутствия) в корпусной мебели токсичных запахов (формальдегида) было назначено проведение судебной экспертизы, производство которой поручено федеральному бюджетному учреждению здравоохранения «Центр гигиены и эпидемиологии в Республике Карелия» (далее – ФБУЗ «Центр гигиены и эпидемиологии в Республике Карелия»).

08 сентября 2025 г. в Няндомский районный суд Архангельской области поступило сообщение главного врача ФБУЗ «Центр гигиены и эпидемиологии в Республике Карелия» №08/926 об отсутствии возможности проведения судебной экспертизы, поскольку невозможно провести идентификацию мебельной продукции путем сравнения наименования назначения изделия мебели, указанного изготовителем в маркировке (этикетке, ярлыке), с наименованием и обозначением, указанным в сертификате соответствия или в декларации о соответствии, отсутствием в материалах гражданского дела и договоре подряда от 20 октября 2024 г. №94 технического описания изделий, наборов, гарнитур мебели, конструкторской и эксплуатационной документации, иных идентификационных данных и информации.

В ходе судебного заседания от 31 октября 2025 г. сторона истца отозвала названное ходатайство о назначении судебной экспертизы.

Разрешая спор и удовлетворяя исковые требования истца, суд первой инстанции, руководствуясь положениями ст. 307, 309, 730 Гражданского кодекса РФ, Закона РФ от 07 февраля 1992 г. №2300-1 "О защите прав потребителей", установив факт выделения в окружающую среду летучих химических веществ из изготовленной ответчиком мебели в количестве, превышающем допустимые уровни миграции в воздушную среду, что, оказывает неблагоприятное воздействие на организм человека, признал выявленные недостатки неустранимыми, то есть существенными, взыскал в пользу истца денежные средства, уплаченные за товар ненадлежащего качества в размере 614 900 рублей, неустойку в размере 3% за каждый день просрочки удовлетворения требований потребителя с даты 20 марта 2025 г. в пределах цены заказа, а также в пределах исковых требований в размере 338 195 рублей, компенсацию морального вреда в размере 5000 рублей, штраф в сумме 479 047 рублей 50 копеек.

С выводами суда первой инстанции судебная коллегия по существу согласна, поскольку они основаны на имеющихся в деле доказательствах, которым суд дал надлежащую оценку в соответствии с требованиями статей 55, 59, 60, 67 ГПК РФ, правильно определил характер правоотношений сторон и закон, подлежащий применению при разрешении заявленных требований, на основании которого верно определен круг обстоятельств, имеющих значение для дела.

С учетом положений статьи 327.1 ГПК РФ, поскольку решение обжалуется только ответчиком и не обжалуется другими лицами, участвующими в деле, судебная коллегия проверяет решение суда первой инстанции в пределах доводов апелляционной жалобы ответчика, по которым оснований для отмены судебного акта не имеется в силу следующего.

В соответствии с преамбулой Закона Российской Федерации от 07 февраля 1992 г. N 2300-1 "О защите прав потребителей" данный Закон регулирует отношения, возникающие между потребителями и изготовителями, исполнителями, импортерами, продавцами, владельцами агрегаторов информации о товарах (услугах) при продаже товаров (выполнении работ, оказании услуг), устанавливает права потребителей на приобретение товаров (работ, услуг) надлежащего качества и безопасных для жизни, здоровья, имущества потребителей и окружающей среды, получение информации о товарах (работах, услугах) и об их изготовителях (исполнителях, продавцах), о владельцах агрегаторов информации о товарах (услугах), просвещение, государственную и общественную защиту их интересов, а также определяет механизм реализации этих прав. При этом, исполнителем признается организация независимо от ее организационно-правовой формы, а также индивидуальный предприниматель, выполняющие работы или оказывающие услуги потребителям по возмездному договору.

Гражданский кодекс Российской Федерации определяет предпринимательскую деятельность как самостоятельную, осуществляемую на свой риск деятельность, направленную на систематическое получение прибыли от пользования имуществом, продажи товаров, выполнения работ или оказания услуг (абзац третий пункта 1 статьи 2).

В соответствии с пунктом 4 статьи 23 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданин, осуществляющий предпринимательскую деятельность без образования юридического лица с нарушением требований пункта 1 настоящей статьи, не вправе ссылаться в отношении заключенных им при этом сделок на то, что он не является предпринимателем. Суд может применить к таким сделкам правила настоящего Кодекса об обязательствах, связанных с осуществлением предпринимательской деятельности.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2012 г. N 17 "О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей", исходя из смысла пункта 4 статьи 23 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданин, осуществляющий предпринимательскую деятельность без образования юридического лица в нарушение требований, установленных пунктом первым данной статьи, не вправе ссылаться в отношении заключенных им при этом сделок на то, что он не является предпринимателем. К таким сделкам суд применяет законодательство о защите прав потребителей.

Таким образом, законодателем сформулировано императивное правило о том, что Закон "О защите прав потребителей" применяется к сделкам гражданина, не являющегося индивидуальным предпринимателем, но систематически выступающего на потребительском рынке в роли исполнителя. Для установления факта занятия гражданина предпринимательской деятельностью необходимо доказать систематическое получение им прибыли, например, от выполнения работ, оказания услуг, о чем может свидетельствовать выполнение работ с помощью привлеченных лиц, осуществлении ранее аналогичных работ на возмездной основе, получение заказчиком сведений о подрядчике из рекламных объявлений об осуществлении данного вида работ и т.п.

Вопреки доводам апелляционной жалобы о заключении ФИО2 договора как физическим лицом, из материалов дела усматривается, что ответчик изготавливает мебель по заказу. Оценив представленные доказательства в совокупности, а также пояснения сторон, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу, что осуществление ответчиком деятельности в сфере оказания работ по изготовлению и поставки корпусной мебели носит систематический характер, указанная деятельность является для него источником дохода. При этом суд принял во внимание условия договора подряда на изготовление и поставку корпусной мебели от 20 октября 2024 г., информацию в группе социальной сети «ВКонтакте» (https://vk.com/mebel2935), объявление, размещенное ответчиком в сети "Интернет", из которого истец узнала о предлагаемых услугах, переписку в телефонном мессенджере WhatsApp, значительное количество материалов, приобретаемых ФИО2 у ИП ФИО4 по накладной от 26 ноября 2024 г. № 1 (древесно-плиточных материалов (ЛДСП, ДВПО) в общем количестве 39 шт. и мебельных кромок (кромка ПВХ) общей длиной 740 000 м на общую сумму 98 450 рублей).

Доводы апелляционной жалобы об обратном направлены на переоценку выводов суда, при этом не содержат сведений, которые не были учтены судом первой инстанции. Ссылка апеллянта на иной вид деятельности ИП ФИО2 в 2018 году выводы суда не опровергают. Характер переписки сторон (л.д. 123 том 2), в том числе в сообществе ВКонтакте «Мебель на заказ», заключение договора подряда на изготовление значительного объема мебели на сумму более миллиона рублей также свидетельствует об изготовлении ответчиком мебели на заказ на постоянной основе, с извлечением прибыли от указанной деятельности.

В соответствии со статьей 309 Гражданского кодекса Российской Федерации обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями делового оборота или иными обычно предъявляемыми требованиями.

Согласно пункту 1 статьи 310 ГК РФ односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом, другими законами или иными правовыми актами.

Согласно пункту 1 статьи 730 ГК РФ по договору бытового подряда подрядчик, осуществляющий соответствующую предпринимательскую деятельность, обязуется выполнить по заданию гражданина (заказчика) определенную работу, предназначенную удовлетворять бытовые или другие личные потребности заказчика, а заказчик обязуется принять и оплатить работу.

К отношениям по договору бытового подряда, не урегулированным названным кодексом, применяются законы о защите прав потребителей и иные правовые акты, принятые в соответствии с ними (п. 3 ст. 730 ГК РФ).

В силу статьи 737 ГК РФ в случае обнаружения недостатков во время приемки результата работы или после его приемки в течение гарантийного срока, а если он не установлен, - разумного срока, но не позднее двух лет (для недвижимого имущества - пяти лет) со дня приемки результата работы, заказчик вправе по своему выбору осуществить одно из предусмотренных в статье 723 кодекса прав либо потребовать безвозмездного повторного выполнения работы или возмещения понесенных им расходов на исправление недостатков своими средствами или третьими лицами.

В случае обнаружения существенных недостатков результата работы заказчик вправе предъявить подрядчику требование о безвозмездном устранении таких недостатков, если докажет, что они возникли до принятия результата работы заказчиком или по причинам, возникшим до этого момента. Это требование может быть предъявлено заказчиком, если указанные недостатки обнаружены по истечении двух лет (для недвижимого имущества - пяти лет) со дня принятия результата работы заказчиком, но в пределах установленного для результата работы срока службы или в течение десяти лет со дня принятия результата работы заказчиком, если срок службы не установлен.

При невыполнении подрядчиком требования, указанного в пункте 2 названной статьи, заказчик вправе в течение того же срока потребовать либо возврата части цены, уплаченной за работу, либо возмещения расходов, понесенных в связи с устранением недостатков заказчиком своими силами или с помощью третьих лиц либо отказаться от исполнения договора и потребовать возмещения причиненных убытков.

Согласно абзацу седьмому пункта 1 статьи 29 Закона РФ "О защите прав потребителей" потребитель вправе отказаться от исполнения договора о выполнении работы (оказании услуги) и потребовать полного возмещения убытков, если в установленный указанным договором срок недостатки выполненной работы (оказанной услуги) не устранены исполнителем. Потребитель также вправе отказаться от исполнения договора о выполнении работы (оказании услуги), если им обнаружены существенные недостатки выполненной работы (оказанной услуги) или иные существенные отступления от условий договора.

В преамбуле указанного закона указано, что под существенным недостатком товара (работы, услуги), понимается неустранимый недостаток или недостаток, который не может быть устранен без несоразмерных расходов или затрат времени, или выявляется неоднократно, или проявляется вновь после его устранения, или другие подобные недостатки.

Из приведенных выше правовых норм следует, что потребитель имеет право на односторонний отказ от договора и потребовать его расторжения и взыскания оплаченных денежных средств по договору при отнесении недостатков выполненных подрядчиком работ к существенным недостаткам, а также при не выполнении подрядчиком действий по безвозмездному устранению недостатков выполненной работы (оказанной услуги) в установленный договором срок.

Учитывая установленные судом первой инстанции обстоятельства, выявленный существенный недостаток изготовленной ответчиком мебели дает право истцу отказаться от исполнения договоров подряда, в связи с чем судом правомерно расторгнут заключенный между сторонами настоящего спора договор и в пользу истца с ответчика взысканы уплаченные денежные средства.

То обстоятельство, что истец принял мебель без замечаний, не свидетельствует об отсутствии недостатка в виде превышения допустимой концентрации формальдегида, который был обнаружен потребителем позднее.

В подтверждение наличия указанного недостатка мебели судом принят протокол испытаний ФБУЗ «Центр гигиены и эпидемиологии в Вологодской области» от 12 мая 2025 г. №35-00/02102-25/И, составленный в результате лабораторных испытаний мебели, а именно: пробоподготовка строительных материалов в климатической камере (экспозиция образца до 3 суток), исследование воздушных вытяжек на формальдегид, гидроксибензол (фенол) фотометрическим методом.

Вопреки доводам апелляционной жалобы судом первой инстанции дана правильная оценка результатам исследования, проведенного ФБУЗ «Центр гигиены и эпидемиологии в Вологодской области». Учитывая в совокупности содержание протокола испытаний от 12 мая 2025 г. и справки по протоколу, пояснения допрошенных в ходе судебного заседания свидетелей, предупрежденных об уголовной ответственности по ст.ст. 307, 308 УК РФ, приведенные в сообщении и.о. главного врача ФБУЗ «Центр гигиены и эпидемиологии в Вологодской области» от 19 ноября 2025 г. пояснения, у суда первой инстанции не имелось оснований ставить под сомнения результаты указанных испытаний.

Довод ответчика о неизвещении его о времени и месте проведения исследования Центром гигиены и эпидемиологии в Вологодской области по инициативе ФИО1 не свидетельствует о недопустимости указанного исследования, поскольку сведений, каким именно образом отсутствие ответчика повлияло на правильность и обоснованность результатов, не приведено.

Правило о недопустимости противоречивого поведения как проявления принципа недобросовестности находит отражение в разъяснениях, содержащихся в абзаце пятом пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", согласно которым, если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 Гражданского кодекса).

Для защиты нарушенных прав потерпевшего суд может не принять доводы лица, злоупотребившего правом, обосновывающие соответствие своих действий по осуществлению принадлежащего ему права формальным требованиям законодательства.

Оценивая поведение сторон по настоящему делу, судебная коллегия полагает необходимым учесть следующее.

В ходе рассмотрения дела в суде первой инстанции сторона ответчика имела возможность заявить ходатайство о назначении судебной экспертизы, однако активно возражала против ее проведения, мотивируя свои возражения тем, что мебель хранится в несоответствующих ей условиях. Ссылка на невозможность участия в судебном заседании 31 июля 2025 г. не повлияла на процессуальные права ответчика, в том числе на возможность заявлять ходатайства. Так, представитель ответчика в дальнейшем 28 августа 2025 г. направил заявление о невозможности проведения экспертизы в связи с неправильным хранением мебели (л.д. 45 том 2), и в судебном заседании 31 октября 2025 г. полагал лишенным смысла назначение судебной экспертизы (л.д. 132 том 2), 27 ноября 2025 г. также заявлял против назначения судебной экспертизы (аудиопротокол).

При таких обстоятельствах отсутствие возможности участия в судебном заседании 31 июля 2025 г. посредством видео-конференцсвязи по объективным причинам в связи с занятостью зала (л.д. 125 том 1), с учетом участия сторон в судебных заседаниях в дальнейшем, не лишало стороны каких-либо процессуальных прав, в том числе представлять доказательства, участвовать в их исследовании, заявлять ходатайства.

Вопреки доводам апеллянта о процессуальных нарушениях, допущенных судом первой инстанции при назначении судебной экспертизы 31 июля 2025 г., ходатайство истца о назначении экспертизы (л.д. 236 том 1), поступившее в 16 часов 45 минут, рассмотрено в судебном заседании, оконченном в 16 часов 55 минут.

Заявление, направленное 15 октября 2025 г. об участии в судебном заседании 31 октября 2025 г. посредством видео-конференцсвязи, вопреки доводам апелляционной жалобы, имеется в деле (л.д. 24 – 25 том 2), судом первой инстанции рассмотрено, соответствующие меры по организации приняты, адвокат Шунин А.В. участвовал в судебном заседании посредством ВКС (л.д. 130, том 2).

Между тем, в ходе рассмотрения дела в суде первой инстанции ответчик настаивал на отсутствии возможности проведения судебной экспертизы, возражал против ее назначения, ссылался на несоответствие условий хранения.

В письме в ФБУЗ «Центр гигиены и эпидемиологии в Республике Карелия» представитель ФИО2 адвокат Шунин А.В. указал на невозможность идентифицировать образцы, которые могут быть представлены ФИО1 для проведения экспертизы как корпусную мебель, изготовленную ФИО2, полагал невозможным проведение экспертизы. Центр счел проведение экспертизы мебельной продукции невозможным, поскольку изготовителем ФИО2 для сравнения с маркировкой не представлены сертификат соответствия или декларация о соответствии (л.д. 15 – 16 том 2).

Вместе с тем, зная, что условия хранения мебели не изменились, в суде апелляционной инстанции представителем ответчика заявлено ходатайство о проведении экспертизы, при том, что с момента установки мебели истекло значительно больше времени, чем на дату рассмотрения дела в суде первой инстанции, что может повлиять на результаты экспертизы по такому летучему соединению, как формальдегид, которому свойственно снижать концентрацию в воздухе со временем.

Как разъяснено в п. 42 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 22.06.2021 N 16 "О применении судами норм гражданского процессуального законодательства, регламентирующих производство в суде апелляционной инстанции", в соответствии с абзацем вторым части 1 статьи 327.1 ГПК РФ суд апелляционной инстанции принимает дополнительные (новые) доказательства, если признает причины невозможности представления таких доказательств в суд первой инстанции уважительными. К таким причинам относятся, в частности, необоснованное отклонение судом первой инстанции ходатайств лиц, участвующих в деле, об истребовании, о приобщении к делу, об исследовании дополнительных (новых) письменных доказательств либо ходатайств о вызове свидетелей, о назначении экспертизы, о направлении поручения; принятие судом решения об отказе в удовлетворении иска (заявления) по причине пропуска срока исковой давности или пропуска установленного федеральным законом срока обращения в суд без исследования иных фактических обстоятельств дела.

Обязанность доказать наличие обстоятельств, препятствовавших лицу, ссылающемуся на дополнительные (новые) доказательства, представить их в суд первой инстанции возлагается на это лицо (статья 12, часть 1 статьи 56 ГПК РФ).

Дополнительные (новые) доказательства не могут быть приняты судом апелляционной инстанции, если будет установлено, что лицо, ссылающееся на них, не представило эти доказательства в суд первой инстанции, поскольку вело себя недобросовестно или злоупотребляло своими процессуальными правами.

Поскольку у ответчика и его представителя имелась возможность в суде первой инстанции заявить ходатайство о назначении судебной экспертизы, против которой ответчик возражал, доказательств уважительности причин, по которым соответствующее ходатайство не было заявлено, не представлено, оснований для назначения судебной экспертизы в суде апелляционной инстанции не имеется.

Приводя доводы о невозможности идентификации мебели, представленной на экспертизу в Центр гигиены и эпидемиологии в Вологодской области и в Центр гигиены и эпидемиологии в Республике Карелия, ответчик не привел доказательств изготовления представленных образцов иными лицами, не ссылался на какие-либо признаки и характеристики образцов, свидетельствующие о предоставлении другой мебели, изготовленной не по договору от 20 октября 2024 г.

Доводы представителя ответчика о наличии формальных неточностей в протоколе испытаний Центра гигиены и эпидемиологии в Вологодской области в части даты и места отбора, а также об отсутствии возможности идентификации объекта исследования, о характере действий истца, выразившихся в демонтаже спорной мебели и её перемещении в нежилое помещение являлись предметом тщательного изучения и обоснованно отклонены судом первой инстанции.

Демонтаж мебели и вывоз ее из квартиры обусловлены появлением резкого запаха и предприняты в целях обеспечения безопасного проживания семьи истца, в том числе несовершеннолетних детей, что не может быть признано недобросовестным поведением. Как следует из материалов дела, препятствий для осмотра мебели ответчиком, отбора образцов для организации экспертизы, получения мебели для исследования самим ответчиком, не имелось, однако соответствующие меры ФИО2 не приняты. Обязанность доставить мебель или ее часть из г. Няндома в г. Каргополь, на что указывает апеллянт, не может быть возложена на истца.

Представленный ответчиком протокол испытаний, проведенных ФБУЗ «Центр гигиены и эпидемиологии в Ярославской области» свидетельствует о проведении исследования ЛДСП, однако доказательств, подтверждающих отнесение образца исследования к спорной мебели, не представлено, наличие маркировки на образце не подтверждает изготовление мебели истцу из того же материала. Приведенные в апелляционной жалобе обстоятельства приобретения ЛДСП кашемир выводы суда также не опровергают. Кроме того, мебель по заказу истца изготовлена согласно договору с применением различных материалов, в том числе ЛДСП – кашемир, делано, дуб маувелла; фасад – МДФ пленка, сорт бьяно, белый, а для проведения испытаний Центру в Ярославской области представлен только ЛДСП кашемир, что также не может служить допустимым доказательством соответствия мебели в целом.

Наличие у ООО «Шекснинский комбинат древесных плит» сертификата соответствия плит древесно-стружечных, облицованных пленками на основе термореактивных полимеров, выданного ООО «Лессертика» 17 декабря 2021 г. (л.д. 136 том 1), не является безусловным доказательством соответствия изготовленной ФИО2 мебели требованиям нормативных документов, ГОСТов.

Ссылка апелляционной жалобы на поступившее от истца предложение об отказе от иска в случае выплаты ему денежных средств свидетельствует о стремлении истца к мирному урегулированию спора в рамках главы 14.1 ГПК РФ и не может служить признаком недобросовестного поведения истца.

Доводы жалобы ответчика, направленные на оспаривание судебного решения, не содержат правовых оснований для иной оценки представленных сторонами и исследованных судом доказательств, приведенные выводы суда не противоречат материалам дела и истцом не опровергнуты.

Учитывая, что обстоятельства, имеющие существенное значение для дела, судом первой инстанции определены верно на основании полного, всестороннего и объективного исследования имеющихся в деле доказательств с учетом всех доводов и возражений участвующих в деле лиц, а выводы суда соответствуют фактическим обстоятельствам и представленным доказательствам, основаны на правильном применении норм материального и процессуального права, судебная коллегия в пределах доводов апелляционной жалобы оснований к отмене или изменению оспариваемого решения не усматривает.

Решение суда требованиям статей 195, 198 ГПК РФ соответствует.

Обстоятельств, способных повлечь безусловную отмену решения, судом апелляционной инстанции не установлено.

С учетом изложенного оснований, предусмотренных статьей 330 ГПК РФ, для удовлетворения апелляционной жалобы не имеется.

Руководствуясь ст. 328 ГПК РФ, судебная коллегия

определила:

решение Няндомского районного суда Архангельской области от 27 ноября 2025 г. оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО2 - без удовлетворения.

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 10 апреля 2026 г.

Председательствующий

А.Н. Поршнев

Н.В. Волынская

Судьи

С.В. Эпп