Решение № 2-1309/2017 2-1309/2017~М-829/2017 М-829/2017 от 13 декабря 2017 г. по делу № 2-1309/2017

дело № 2-1309/2017


РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

14 декабря 2017 года город Чистополь

Чистопольский городской суд Республики Татарстан в составе председательствующего судьи Г.С. Ахмеровой,

с участием истца ФИО1,

представителя истца ФИО2,

ответчика индивидуального предпринимателя ФИО3,

представителя ответчика ФИО4,

при секретаре О.В. Козиной,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к индивидуальному предпринимателю ФИО3 об установлении факта трудовых отношений, признании недействительным приказа, внесении в трудовую книжку записей о приеме и увольнении с работы, компенсации морального вреда, обязании произвести расчет страховых взносов и перечисление на индивидуальный лицевой счет,

установил:

истец обратился в суд с иском к ответчику об установлении факта нахождения в трудовых отношениях в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в качестве юриста, признании недействительным приказа от ДД.ММ.ГГГГ № об аннулировании трудового договора от ДД.ММ.ГГГГ, возложении на ответчика обязанности о внесении в трудовую книжку записи о работе в должности в юриста за указанный период, взыскании с ответчика задолженности по заработной плате за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в размере 1001250 руб., взыскании денежной компенсации за задержку выплат в размере 79899,75 руб., компенсации морального вреда в размере 50000 руб., возложении обязанности произвести начисление и расчет страховых взносов на обязательное пенсионное страхование. В обоснование иска указал, что ДД.ММ.ГГГГ между ФИО1 и индивидуальным предпринимателем ФИО3 был заключен трудовой договор, в соответствии с которым истец был принят на работу в должности юриста с окла<адрес> руб. и проработал у ответчика до ДД.ММ.ГГГГ год. Размер заработной платы истца увеличивался, в апреле 2014 года составлял 36000 руб., сохранившийся вплоть до увольнении. Между тем, при увольнении ответчик отказался произвести полный расчет с истцом, а также выдал трудовую книжку ФИО1, не внеся в нее данных о приеме и об увольнении с данного места работы. Более того, после увольнения истцу стало известно о том, что за период его работы ответчик не производил каких-либо отчислений в Пенсионный фонд. В ходе проведения проверки прокуратурой по факту обращения ФИО1, последнему стало известно, что индивидуальный предприниматель ФИО3 не вел учета выплат заработной платы, не производил каких-либо отчислений. Считает, что ответчик умышленно скрыл факт наличия трудового договора во избежание ответственности, тогда как истец с первого рабочего дня вплоть до увольнения выполнял работу, носящую постоянный характер, подчинялся правилам трудового распорядка.

В ходе судебного разбирательства истец увеличил исковые требования в части взыскания компенсации за нарушение сроков выплаты заработной платы, просил взыскать с ответчика в пользу истца денежную компенсацию в размере 188 168,26 руб. за задержку выплат в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ и в последующем за каждый день задержки по день фактического расчета включительно.

Истец уточненные исковые требования поддержал, пояснив, что в день заключения трудового договора в адрес ответчика было вынесено предписание, и ДД.ММ.ГГГГ истец подготовил все необходимые документы, было проведено заседание с трудовым коллективом, а также издан приказ №. От имени ответчика истец давал интервью в местных средствах массовой информации. В период работы у ответчика истец выполнял не только обязанности юриста, но также агента ритуальной службы, бригадира копальщиков, смотрителя кладбища. При этом, из-за большого объема работы ни разу не уходил в отпуск, он получал часть денежной суммы, остальная копилась у ответчика, поскольку истец хотел улучшить свои жилищные условия.

Представитель истца уточненные исковые требования поддержал, пояснив, что с первого рабочего дня вплоть до увольнения выполняемая истцом работа носила постоянный характер, выполнялась ежедневно. Размер заработной платы истца составлял 36000 руб., однако ежемесячно он получал часть денежных средств в размере 5500 руб., оставшаяся сумма оставалась у ответчика.

Ответчик с иском не согласился, указав, что ФИО1 никогда у него не работал. ДД.ММ.ГГГГ между ними был заключен договор, в соответствии с которым истец был принят на должность юриста, однако ФИО1 не вышел на работу, в связи с чем, составлен акт о невыходе на работ, в апреле 2013 года в штат был принят новый юрист. Об аннулировании трудового договора истцу не было известно.

Представитель ответчика уточненные исковые требования также не признала на том основании, что истец не приступил к выполнению трудовых обязанностей и не вышел на работу ДД.ММ.ГГГГ, не сообщив об уважительности причин невыхода на работу, в связи с чем, был составлен акт о невыходе на работу. По имеющимся у ответчика данным, ФИО1 необходимо было заключить указанный трудовой договор для предоставления в службу судебных приставов, поскольку у последнего имелись алиментные обязательства. Истец действительно оказывал несколько раз юридические услуги по предоставлению интересов ответчика в административных органах. В локальных документов ответчика относительно трудоустроенных у него лиц отсутствует информация о ФИО1, кроме того, с ДД.ММ.ГГГГ юристом у ответчика была принята ФИО7, на которую производились отчисления в Пенсионный фонд. Между истцом и ответчиком сложились отношения, как между доверителем и поверенным и носили гражданско-правовой характер, что подтверждается выданной ФИО3 доверенностью в 2014 года, ФИО1 примерно 1-2 раза в год оказывал ФИО3 юридические услуги по представлению его интересов в административных органах и оплачивал оговариваемые между ними суммы. Кроме того, истец пропустил срок обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора на основании статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации, поскольку истец сам пояснил, что ему отдали трудовую книжку ДД.ММ.ГГГГ. Считает, что истцом не представлено достоверных доказательств того, что он приступил к выполнению трудовых обязанностей с ДД.ММ.ГГГГ, также отсутствуют данные о повышении заработной платы, на основании чего просила в удовлетворении исковых требований отказать.

Представители третьих лиц – Управления пенсионного фонда по городу Чистополю, Чистопольскому и <адрес>м Республики Татарстан, Государственной инспекции труда по <адрес> на судебное заседание не явились, о времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом.

Суд, выслушав участников судебного разбирательства, исследовав и оценив в совокупности представленные доказательства, приходит к следующему.

Часть 1 статьи 15 Трудового кодекса Российской Федерации определяет трудовые отношения как отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы), подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором.

Согласно части 1 статьи 16 Трудового кодекса Российской Федерации трудовые отношения возникают между работником и работодателем на основании заключаемого ими трудового договора.

Трудовые отношения между работником и работодателем возникают также на основании фактического допущения работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его представителя в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен (часть 3 статьи 16 Трудового кодекса РФ).

В силу статьи 56 Трудового кодекса Российской Федерации трудовой договор - соглашение между работодателем и работником, в соответствии с которым работодатель обязуется предоставить работнику работу по обусловленной трудовой функции, обеспечить условия труда, предусмотренные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами и данным соглашением, своевременно и в полном размере выплачивать работнику заработную плату, а работник обязуется лично выполнять определенную этим соглашением трудовую функцию, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, действующие у данного работодателя.

В соответствии со статьей 61 Трудового кодекса Российской Федерации трудовой договор вступает в силу со дня его подписания работником и работодателем, если иное не установлено федеральными законами, иными нормативными правовыми актами или трудовым договором, либо со дня фактического допущения работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его представителя.

Работник обязан приступить к исполнению трудовых обязанностей со дня, определенного трудовым договором.

Если в трудовом договоре не оговорен день начала работы, то работник должен приступить к работе на следующий рабочий день после вступления договора в силу.

Если работник не приступил к работе в день начала работы, установленный в соответствии с частью второй или третьей настоящей статьи, то работодатель имеет право аннулировать трудовой договор. Аннулированный трудовой договор считается незаключенным. Аннулирование трудового договора не лишает работника права на получение обеспечения по обязательному социальному страхованию при наступлении страхового случая в период со дня заключения трудового договора до дня его аннулирования.

Таким образом, если трудовые отношения не возникли, то они не могут быть прекращены сторонами трудового договора, а трудовой договор не может быть расторгнут в установленном порядке. Статьей 61 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрен механизм отказа от исполнения обязательств сторон, регламентированных таким договором, путем его аннулирования.

В силу статьи 68 Трудового кодекса Российской Федерации прием на работу оформляется приказом (распоряжением) работодателя, изданным на основании заключенного трудового договора. Содержание приказа (распоряжения) работодателя должно соответствовать условиям заключенного трудового договора.

Исходя из совокупного толкования приведенных норм следует, что к характерным признакам трудового правоотношения относятся: личный характер прав и обязанностей работника; обязанность работника выполнять определенную, заранее обусловленную трудовую функцию; подчинение работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда; возмездный характер (оплата производится за труд).

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" если трудовой договор не был оформлен надлежащим образом, однако работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного представителя, то трудовой договор считается заключенным и работодатель или его уполномоченный представитель обязан не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения к работе оформить трудовой договор в письменной форме (часть вторая статьи 67 Трудового кодекса Российской Федерации). При этом следует иметь в виду, что представителем работодателя в указанном случае является лицо, которое в соответствии с законом, иными нормативными правовыми актами, учредительными документами юридического лица (организации) либо локальными нормативными актами или в силу заключенного с этим лицом трудового договора наделено полномочиями по найму работников, поскольку именно в этом случае при фактическом допущении работника к работе с ведома или по поручению такого лица возникают трудовые отношения (статья 16 Трудового кодекса Российской Федерации) и на работодателя может быть возложена обязанность оформить трудовой договор с этим работником надлежащим образом.

Из материалов дела следует, что индивидуальный предприниматель ФИО3 зарегистрировано в Едином государственном реестре индивидуальных предпринимателей ДД.ММ.ГГГГ, основным видом деятельности которого является организация похорон представление связанных с ними услуг.

Истец, считая возникшие между сторонами отношения трудовыми, ссылается на заключение трудового договора от ДД.ММ.ГГГГ и фактический допуск его к работе по осуществлении трудовой деятельности в должности юриста, и в порядке совмещения профессии помимо основной работы, также выполнял работу агента ритуальной службы, администратора, бригадира копальщиков и смотрителя кладбища в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ.

Согласно пункту 1.8 трудового договора работник обязан приступить к работе с ДД.ММ.ГГГГ.

Из акта о невыходе на работу от ДД.ММ.ГГГГ следует, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 не вышел на работу, и не приступил к выполнению трудовых обязанностей.

Приказом № от ДД.ММ.ГГГГ трудовой договор от ДД.ММ.ГГГГ с ФИО1 аннулирован в связи с тем, что ФИО1 отсутствовал на рабочем месте.

В ходе судебного разбирательства опрошены свидетели.

ФИО8 Полканов суду пояснил, что он обращался в магазин «Ритуал» за услугами по захоронению, в магазине ему дали визитку ФИО1, с которым встретились на кладбище. ФИО1 оказал содействие в копке могилы, его контактный номер предоставили именно в магазине «Ритуал», где были оплачены денежные средства.

ФИО9 ФИО16 суду пояснила, что ДД.ММ.ГГГГ к ней подошли ФИО3 и ФИО1 для заключения трудового договора, однако у истца отсутствовали необходимые документы. Трудовой договор был заполнен, однако ФИО1 так и не предоставил необходимых документов. В связи с его невыходом на работу был составлен акт, ДД.ММ.ГГГГ вынесен приказ об аннулировании трудового договора. Алименты за истца не оплачивались. Трудовые книжки сотрудников хранятся в сейфе, при увольнении сотрудник знакомится с приказом, получает на руки трудовую книжку. В отношении истца каких-либо приказов не издавалось, поскольку он не начинал свою трудовую деятельность.

ФИО10 ФИО5 суду пояснила, что по роду ее трудовой деятельности она производила захоронения в доме престарелых, в связи с чем, обращалась за ритуальными услугами. На протяжении 2014 года она созванивалась с ФИО1, который предоставлял автомобиль, занимался частичной организацией похорон.

ФИО11 Новиков суду пояснил, что истец работал на новом кладбище. К ФИО1 он обращался после смерти своей тети, в магазине «Ритуал» он приобрел все необходимые товары, после чего ему предоставили контактный номер истца, с которым встретился на кладбище.

ФИО12 Балянин суду пояснил, что в 2014 году после смерти отца он обращался в магазин «Ритуал», на кладбище он взаимодействовал с ФИО1. Кроме того, в исполнительном комитете ему также предоставили номер истца.

Свидетель ФИО7 суду пояснила, что с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ она была трудоустроена у ФИО3 в должности юриста, характер работы заключался в сопровождении документов. В ее должностные обязанности входило сопровождение договоров поставки. Ей выплачивались отпускные и премии.

Опрошенный в ходе судебного разбирательства эксперт ФИО13 суду пояснила, что на представленные к осмотру акт и приказ оказывалось световое воздействие, в связи с чем, установить серок его изготовления невозможно, однако данным документами не более двух лет. Хромотограмма из оттиска печати не имеет пиков глицерина, однако поскольку глицерин присутствует в гелиевой ручке, можно сделать вывод о том, что срок давности документа не более двух лет. На документ оказывалось неестественное световое воздействие.

Из представленных в ходе судебного разбирательства штатных расписаний усматривается, что должность юриста у индивидуального предпринимателя ФИО3 была введена в период с 2014 года, в 2017 году вышеуказанная должность юриста не указана в штатном расписании.

Согласно платежным ведомостям в период с 2012 года по 2017 годы фамилия ФИО1 не значится, из табеля учета рабочего времени в период с 2013 года по 2017 годы должность юриста ФИО1 также не значится, указана фамилия ФИО7 в должности юриста в период с 2013 года по 2016 года, что также отражено в трудовой книжке ФИО7 о приеме к индивидуальному предпринимателю ФИО3 на должность юриста, что согласуется со сведениями о состоянии индивидуального лицевого счета, предоставленной ГБУ «Многофункциональный центр предоставления государственных и муниципальных услуг в <адрес>» об отчислении страховых взносов ИП ФИО16 в отношении работника ФИО7 в период с 2013 года по 2016 год.

ДД.ММ.ГГГГ на основании ходатайства представителя истца назначена судебная техническая экспертиза.

В соответствии с заключением эксперта №, составленным обществом с ограниченной ответственностью «Центр независимой оценки «Эксперт» от ДД.ММ.ГГГГ по причинам, изложенным в исследовательской части экспертного заключения установить время выполнения печатного текста в «Акт о невыходе на работу» от ДД.ММ.ГГГГ и «Приказ № об аннулировании трудового договора» <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, время выполнения цифровых записей, подписи от имени «ИП ФИО3», подписи от имени «Начальник производственного участка ФИО14», оттиска печати «ФИО3» в «Акт о невыходе на работе» от ДД.ММ.ГГГГ, а также время выполнения подписи от имени «ИП ФИО3», оттиска печати «ФИО3» в «Приказ № об аннулировании трудового договора» <адрес> от 04 декабря года не представляется возможным.

Проанализировав вышеуказанное заключение, суд приходит к выводу о том, что заключение эксперта не может быть положено в основу решения как обоснованное, поскольку не подкреплено надлежащими исследованиями, и является сомнительным, поскольку эксперт с достоверностью не смогла ответить на вопросы, указанные в определении суда о назначении экспертизы.

Оценив условия договора возмездного оказания услуг от ДД.ММ.ГГГГ, заключенный между ФИО3 и ФИО1 по оказанию юридических услуг имели нерегулярный характер выполнения работ по указанному договору, срок оказания услуг с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, стоимость оказываемых услуг 36 000 руб., 1 раз в месяц, то суд приходит к выводу, что данные обстоятельства свидетельствуют о наличии между сторонами гражданско-правовых отношений, что также подтверждает тот факт, что ФИО1 представлял интересы индивидуального предпринимателя ФИО3 в Управлении Федеральной антимонопольной службе по <адрес>, где он участвовал на основании доверенности, выданной ФИО3 от ДД.ММ.ГГГГ.

Что касается исполнительного производства о взыскании алиментов в пользу ФИО15, данных о том, что производилось отчисление алиментов с места работы ФИО1 – ИП ФИО3 в пользу взыскателя в материалы дела не представлено.

Разрешая исковые требования, суд приходит к выводу о том, что какие-либо доказательства, подтверждающие выполнение истцом указанной трудовой функции, издания приказа о приеме на работу, подчинения его правилам внутреннего распорядка организации, получение заработной платы в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ суду сторонами представлены не были, согласно представленной копии книги учета движения трудовых книжек и вкладышей к ним трудовая книжка истца ответчику не передавалась, то есть, не подтвержден факт наличия трудовых отношений между сторонами, соответственно, нет оснований для удовлетворения остальных заявленных требований, являющихся производными от требования об установлении факта трудовых отношений. Также судом учтено, что из представленных справок из Пенсионного фонда Российской Федерации по <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ в региональной базе данных системы индивидуального учета имеются сведения в отношении ФИО7, сведения представлены ИП ФИО3 в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, сведения в отношении ФИО1 не представлены, как застрахованное лицо не зарегистрирован и информация на него отсутствует; из справки, представленной Межрайонной ИФНС России № по <адрес> следует, что индивидуальный предприниматель ФИО3 подавал сведения по форме 2-НДФЛ в отношении ФИО7, сведения в отношении ФИО1 в инспекцию ИП ФИО16 не подавались.

Как видно из материалов дела, истец заявление о приеме на работу не писал, приказ о приеме на работу не издавался и до истца не доводился, доказательства фактического допуска к работе с ведома или по поручению работодателя в условиях подчинения правилам внутреннего трудового распорядка, определения круга должностных обязанностей и установления размера заработной платы истцом в суд представлены не были, трудовая книжка истцом ответчику не передавалась, следовательно, предусмотренная вышеуказанными нормами Трудового кодекса Российской Федерации процедура приема на работу и согласования сторонами существенных условий трудового договора, а также сами существенные условия трудового договора из заявления истца, объяснений свидетелей, и из материалов дела не усматриваются. Оформление на работу и увольнение с работы не производились, тем самым, заявленные истцом исковые требования удовлетворению не подлежат.

Доводы представителя истца о том, что истец состоял в трудовых отношениях с индивидуальным предпринимателем ФИО3, являются несостоятельными, поскольку с настоящим иском о взыскании задолженности по заработной плате за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ истец также обратился в суд ДД.ММ.ГГГГ со значительным пропуском установленного статьей 392 Трудового кодекса Российской Федерации срока.

Заслуживают внимания доводы представителя ответчика о том, что ФИО1 заключил трудовой договор с ИП ФИО3 ДД.ММ.ГГГГ, и должен был приступить к работе ДД.ММ.ГГГГ, однако из трудовой книжки истца следует, что ФИО1 уволен с работы ДД.ММ.ГГГГ и данные обстоятельства не опровергнуты надлежащими доказательствами.

Ссылка представителя истца на то, что ФИО1, являясь юристом, вел сложные дела, связанные с проверкой деятельности ответчика не являются основанием для удовлетворения исковых требований в части установления факта трудовых отношений между сторонами, поскольку истцом представление интересов ответчика в административных и иных органах выполнялись в рамках гражданско-правового договора, и наличие данных сведений не является подтверждением именно трудовых отношений с ответчиком. Анализируя условия договора между сторонами, суд приходит к выводу о том, что с ДД.ММ.ГГГГ между сторонами возникли гражданско-правовые, а не трудовые отношения.

Проанализировав представленные сторонами доказательства в соответствии с требованиями статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации с точки зрения их относимости и допустимости, руководствуясь приведенными нормами права, суд приходит к выводу, что у суда не имеется оснований для удовлетворения заявленных исковых требований.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 194 – 199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

в удовлетворении исковых требований ФИО1 к индивидуальному предпринимателю ФИО3 об установлении факта нахождения в трудовых отношениях в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, признании недействительным приказа № от ДД.ММ.ГГГГ об аннулировании трудового договора от ДД.ММ.ГГГГ, возложении обязанности о внесении в трудовую книжку записи о работе в должности юриста с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (записи о приеме на работу и увольнении с работы по собственному желанию), взыскании задолженности по заработной плате и неиспользованным отпускам за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, взыскании денежной компенсации за задержку заработной платы в размере 188 168,26 руб. в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, компенсации морального вреда в размере 50 000 руб., возложении обязанности произвести начисление и расчет страховых взносов на обязательное пенсионное страхование, перечисление взносов в Пенсионный фонд Российской Федерации, отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Верховный Суд Республики Татарстан через Чистопольский городской суд Республики Татарстан в течение одного месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья